Будешь их королем,только присоединись к нам!

Дождь не утихал. Он словно вторил смятению, поселившемуся в душе Итэра. Он оглядел собравшихся вокруг него девушек. В каждой из них он видел отражение Фонтейна – города, который так манил его своей красотой, но теперь казался ловушкой. Фурина нарушила молчание: — У нас есть много вопросов, Итэр. И мы ждем честных ответов. Итэр вздохнул. Он знал, что увиливать бесполезно. — Я расскажу вам то, что вы хотите знать, но только при условии, что вы тоже будете честны со мной. Фурина кивнула. Они направились в небольшой, уединенный ресторанчик на окраине города. Клоринда шла впереди, осматривая окрестности, словно ожидая нападения. Навия, как обычно, старалась разрядить обстановку, болтая о чем-то незначительном. Тиори держалась немного в стороне, словно чувствуя тяжесть нависшей над ними атмосферы. За столом Итэр рассказал им о Каэнри'ахе. О процветающей цивилизации, погубленной гневом богов. О проклятии бессмертия и вечном скитании. Он опустил многие детали, но дал понять, что он видел и пережил то, что большинству людей даже представить страшно. — И ты… бессмертен? — спросила Навия, ее голос дрожал. Итэр покачал головой. — Я не знаю. Проклятие ослабевает со временем. Но я чувствую, что… я другой. Фурина молчала, ее взгляд был прикован к Итэру. — Почему ты не рассказал нам раньше? — спросила Тиори, ее голос звучал тихо, но в нем чувствовалась обида. — Я боялся. Боялся, что вы отвернетесь от меня, узнав правду. Клоринда вдруг встала. — Это все объясняет. Твою силу. Твое умение. Твою… печаль. Она обошла стол и остановилась перед Итэром. — Я всегда чувствовала, что в тебе есть что-то, что ты скрываешь. Что-то темное. Она подняла руку и коснулась его щеки. — Но это не отменяет того, что я чувствую к тебе. Ее слова прозвучали как гром среди ясного неба. Итэр посмотрел в ее глаза. В них он увидел не страх, не отвращение, а… сочувствие? И что-то еще, более глубокое и сильное. Он прикрыл ее ладонь своей. — Клоринда… я… Он не успел закончить, как она наклонилась и нежно коснулась его губ своими. Это был короткий, но пронзительный поцелуй. В нем была благодарность, сочувствие и… надежда. Отстранившись, она посмотрела на него. — Я не знаю, что ждет нас в будущем, Итэр. Но я знаю, что я буду рядом с тобой. Итэр почувствовал, как к горлу подступает ком. Слова благодарности застряли в горле. Следующий поцелуй был уже другим. Более долгим, более страстным. Клоринда вложила в него всю свою нежность и заботу, словно желая залечить его раны. Его руки обхватили ее талию, притягивая ближе. Он почувствовал ее тепло, ее дыхание, ее сердцебиение. В этот момент все остальное перестало существовать. Только они двое, в объятиях друг друга, в самом сердце бушующего Фонтейна. Он почувствовал, как ее руки запутались в его волосах, как ее дыхание участилось. Губы Клоринды стали более требовательными, углубляя поцелуй. В нем больше не было нежности, только жажда и страсть. Он прижался к ней еще сильнее, отвечая на ее поцелуй с такой же силой. Он чувствовал, как в его груди разгорается пламя, пламя желания и любви. Медленно, неохотно, они отстранились друг от друга, тяжело дыша. Лоб ко лбу, они смотрели друг другу в глаза. — Итэр… — прошептала Клоринда, ее голос дрожал. — Я… я хочу быть с тобой. Итэр знал, что она имеет в виду. Он чувствовал то же самое. Он хотел быть с ней, забыть обо всем, что его тяготило, и просто наслаждаться ее обществом. Но он знал, что это невозможно. Он не мог позволить себе это. — Я… я не знаю, что будет дальше, Клоринда. Но я обещаю… я сделаю все, чтобы быть с тобой. Она улыбнулась. Слабой, но счастливой улыбкой. Фурина откашлялась, нарушив интимную атмосферу. — Что ж, — сказала она. — Надеюсь, это все прояснило. Теперь нам нужно поговорить о более насущных вещах. Навия и Тиори согласно кивнули. После ужина Фурина раскрыла свои карты. Она рассказала Итэру о древнем пророчестве, которое гласило, что Фонтейн будет затоплен. Она верила, что спектакль, в котором Итэр согласился участвовать, может стать ключом к предотвращению катастрофы. — Я знаю, что это звучит безумно, — сказала она. — Но я верю, что ты можешь помочь нам. Итэр задумался. Он не верил в пророчества. Но он не мог отрицать, что в Фонтейне происходит что-то странное. — Я помогу вам, — сказал он. — Но при одном условии. Вы должны рассказать мне все, что знаете о Каэнри'ахе. Фурина колебалась. — Это… опасно. — Я знаю, — ответил Итэр. — Но я должен знать правду. Фурина посмотрела на него долгим взглядом. Затем кивнула. — Хорошо. Я расскажу тебе все, что знаю. Но помни — знания могут быть опасны. По пути домой Навия вдруг остановилась. — Итэр… — сказала она. — Я понимаю, что у тебя есть свои секреты. Но, пожалуйста… доверься нам. Мы хотим помочь тебе. Итэр посмотрел в ее искренние глаза. Он понял, что Навия говорит от всего сердца. — Я постараюсь, — сказал он. Тиори подошла к нему и протянула сверток. — Это… — сказала она, покраснев. — Это новый комплект одежды. Более подходящий для сцены. Итэр взял сверток и улыбнулся. — Спасибо, Тиори. Клоринда молча шла рядом. Она не смотрела на него, но он чувствовал ее присутствие. Когда они подошли к гостинице, она остановилась и повернулась к нему. — Будь осторожен, Итэр. Я чувствую, что надвигается буря. Он взял ее за руку. — Я буду. Обещаю. Клоринда наклонилась и снова поцеловала его. В этот раз поцелуй был коротким, но полным любви и заботы. Затем она отпустила его и исчезла в ночи. Итэр поднялся в свой номер и достал из сумки старый, потертый блокнот. Он открыл его на чистой странице и начал писать. "Фонтейн… Я приехал сюда в поисках приключений. Но нашел нечто большее. Друзей. Любовь. И… опасность." В голове всплыли слова, сказанные ему таинственным голосом в Бездне: "Тьма предложит тебе то, чего никогда не даст любовь. Силу, Итэр. Безграничную силу." Он закрыл блокнот и отбросил его в сторону. — Я не позволю тьме поглотить меня, — прошептал он. — Я буду бороться. Ради тех, кто мне дорог. Он посмотрел в окно. Дождь все еще не утихал. Но сквозь тучи пробивался слабый луч лунного света. Итэр знал, что его ждет трудная битва. Но он был готов к ней. Потому что он больше не был один. У него были друзья. У него была любовь. И у него была надежда. И этого было достаточно. По крайней мере, пока. Фонтейн окутал плотный туман, проникавший в каждый уголок города. Итэра преследовало ощущение, будто этот туман просачивается и в его разум, принося с собой смутные воспоминания и темные соблазны. Днем он усиленно тренировался, готовился к роли в спектакле Фурины, стараясь заглушить нарастающее беспокойство. Но ночью, в тишине и одиночестве, тьма начинала шептать. Он лежал без сна, глядя в потолок. В голове крутились обрывки фраз, лица людей, события, которые казались одновременно знакомыми и чужими. "Ты был одним из нас…" "Ты был сильнейшим стражем…" "Они отняли у тебя все…" Итэру казалось, что он тонет в густом, черном масле. Отчаянно цепляясь за ускользающие воспоминания, он пытался ухватить хоть что-то, что могло бы пролить свет на его прошлое. Вдруг, как вспышка молнии, в сознании пронеслась картина: огромная армия, закованная в черную броню, марширующая под знаменем с изображением перевернутой звезды. И он, впереди, облаченный в доспехи, источающие темную энергию, его лицо скрыто под шлемом. Его меч пылает черным пламенем, рассекая воздух с такой силой, что земля содрогается. Итэр вскочил с кровати, задыхаясь. Сердце колотилось, как птица в клетке. Он чувствовал, как тьма пытается проникнуть в его разум, пробудить древнюю ярость, заставить его вспомнить обещание мести. Он подошел к окну, распахнул его настежь, жадно вдыхая свежий, прохладный воздух. Фонтейн спал, погруженный в туман. Он знал, что если поддастся этим темным силам, то станет не лучше тех, кто разрушил Каэнри'ах. Он не позволит гневу и жажде власти ослепить его. Следующим утром, после изнурительной репетиции, Фурина подозвала его к себе. — Ты выглядишь… измученным, — заметила она, внимательно изучая его лицо. Итэр попытался улыбнуться. — Просто устал. Фурина нахмурилась. — Я знаю, что ты что-то скрываешь, Итэр. И я не собираюсь давить на тебя, но помни, что мы здесь, чтобы помочь тебе. В этот момент вошел Клоринда. — Нас ждут на тренировочной площадке, — сообщила она, бросив на Итэра короткий взгляд. Он почувствовал, как она оценивает его состояние, пытаясь понять, что с ним происходит. На тренировке Клоринда была особенно агрессивна. Её удары были быстрыми и точными, словно она хотела выбить из него все сомнения и страхи. — Ты рассеян, — констатировала она после очередного раунда. — Сосредоточься. Итэр сделал глубокий вдох и попытался очистить разум. Он знал, что Клоринда права. Он не может позволить себе отвлекаться. Слишком многое стоит на кону. Вечером, когда он гулял по набережной, его догнала Навия. — Итэр! — воскликнула она, запыхавшись. — Я видела тебя с Клориндой. Вы выглядели… напряженными. Итэр вздохнул. — У меня сейчас непростое время, Навия. Она взяла его за руку. — Я знаю. Тиори рассказала мне о твоих кошмарах. Мы все волнуемся за тебя. Итэр посмотрел в ее искренние, полные сочувствия глаза. Он почувствовал, как тепло разливается по его телу. Навия была словно луч света во тьме, пытающейся его поглотить. — Спасибо, Навия. Она улыбнулась и прижалась к нему. — Мы всегда будем рядом, Итэр. Он обнял ее в ответ, чувствуя, как напряжение постепенно покидает его тело. В этот момент к ним подошла Тиори. — Простите, что прерываю, — сказала она, слегка покраснев. — Но меня просили передать это вам. Она протянула Итэру небольшой свиток. Развернув его, он увидел изящно написанное приглашение на чай в резиденцию Фурины. — Фурина хочет поговорить с тобой наедине, — пояснила Тиори. Итэр кивнул. Он знал, что это будет непростой разговор. В резиденции Фурина ждала его в своем кабинете. Комната была освещена лишь несколькими свечами, создавая атмосферу таинственности и уюта. — Присаживайся, Итэр, — сказала она, указав на кресло напротив своего стола. Он послушно сел. Фурина молча наблюдала за ним. — Я знаю, что ты испытываешь, Итэр, — наконец сказала она. — Тьма зовет тебя. Она обещает тебе власть, силу, все, что ты когда-либо желал. Итэр удивленно поднял брови. — Откуда вы знаете? Фурина усмехнулась. — Я – гидро архонт, Итэр. Я чувствую энергию воды, что течет сквозь этот мир. И я чувствую, как тьма пытается поглотить тебя. Она встала и подошла к окну. — Ты был стражем, Итэр. Ты был одним из самых сильных воинов Каэнри'аха. Ты поклялся отомстить богам за разрушение твоей родины. Но гнев ослепил тебя. Ты потерял память, потерял свою силу. Осталась лишь крупица того, что ты когда-то был. Итэр замер. Он чувствовал, как воспоминания прорываются сквозь завесу забвения, подтверждая слова Фурины. — Тьма хочет вернуть тебя, Итэр. Она хочет, чтобы ты снова стал тем, кем ты был. Но я прошу тебя… не поддавайся. Она повернулась к нему. — Ты можешь быть чем-то большим, чем просто орудием мести. Ты можешь быть героем, Итэр. Ты можешь спасти Фонтейн. Ее слова задели его за живое. Он вспомнил о Клоринде, о Навии, о Тиори, о Фурине. О людях, которые поверили в него, которые приняли его таким, какой он есть. Он не мог их подвести. — Я не знаю, что ждет меня в будущем, Фурина, — сказал он. — Но я знаю, что не позволю тьме поглотить меня. Я буду бороться. Ради них. Фурина улыбнулась. — Я знала, что могу на тебя рассчитывать, Итэр. Она подошла к нему и положила руку на его плечо. — Помни, Итэр, ты не один. Мы всегда будем рядом с тобой. Когда Итэр возвращался в гостиницу, он увидел в темном переулке знакомую фигуру. — Кто здесь? — крикнул он, насторожившись. Из тени вышел силуэт, окутанный тьмой. — Не бойся, Итэр, — прозвучал знакомый, зловещий голос. — Я пришел, чтобы напомнить тебе о твоем обещании. Итэр сжал кулаки. — Я ничего тебе не обещал. Темная фигура рассмеялась. — Ты забыл, Итэр. Ты забыл, кто ты есть. Но я помогу тебе вспомнить. В голове Итэра снова вспыхнули воспоминания о Каэнри'ахе, о войне, о смерти. Ярость начала закипать в его груди. — Скоро ты вспомнишь, Итэр, — прошептал темный голос. — И тогда ты станешь самым могущественным существом в Тейвате. Ты будешь королем. Темная фигура растаяла в тумане, оставив Итэра одного в темноте, наедине со своими кошмарами. Он знал, что тьма не отступит. Она будет продолжать преследовать его, шептать ему на ухо, искушать его властью. И ему придется бороться. Бороться за свою душу. Бороться за тех, кого он любит. Бороться за будущее Фонтейна. Итэр глубоко вздохнул. Он почувствовал, как тьма сгущается вокруг него.Темная ночь в Фонтейне сгущалась, вторя беспокойству в душе Итэра. Каждое слово, каждый обрывок воспоминаний, подкинутый Бездной, разжигал в нем внутреннюю борьбу. Он знал, что тьма плетет вокруг него свою сеть, обещая немыслимые блага, а в конечном итоге – порабощение. Следующим утром Итэр проснулся с тяжелой головой. Сны, напитанные энергией Бездны, не давали ему покоя. Он спустился на завтрак, где его уже ждали Навия и Тиори. — Доброе утро, Итэр! — весело поздоровалась Навия. — Ты выглядишь неважно. Тиори молча протянула ему чашку горячего чая, ее взгляд выражал сочувствие. — Спасибо, — пробормотал Итэр. Он чувствовал себя не в своей тарелке. Ему было тяжело смотреть в глаза девушкам, зная, что тьма пытается завладеть его сердцем, а значит – нести угрозу и им. — Сегодня у тебя тренировка с Фуриной, — напомнила Тиори. — Лучше не опаздывать. Итэр кивнул и поспешил в театр. Фурина ждала его на сцене, облаченная в сложный сценический костюм. — Сегодня мы отработаем сцену с поединком, — объявила она, не отрывая взгляда от Итэра. — Мне нужно, чтобы ты выложился на полную. В ходе репетиции Итэр почувствовал, как тьма внутри него начинает брать верх. Его движения становились более резкими, более жестокими. Он нападал с такой силой, что Фурина с трудом сдерживала его натиск. — Итэр, остановись! — воскликнула она, отпрыгнув назад. — Ты теряешь контроль! Итэр опомнился и увидел в глазах Фурины страх и разочарование. — Прости, — сказал он. — Я не хотел. Фурина подошла к нему и положила руку на его плечо. — Я понимаю, что тебе сейчас тяжело. Но не позволяй тьме управлять тобой. Ты сильнее этого. Ее слова возымели эффект. Итэр сделал глубокий вдох и попытался успокоиться. После репетиции Фурина попросила его остаться. — Мне нужно поговорить с тобой, — сказала она, когда они остались одни. Она жестом пригласила его в свой кабинет, где царил полумрак. — Я знаю, что тьма пытается искусить тебя, Итэр, — начала Фурина. — Она обещает тебе власть над всем Тейватом, корону, которой ты достоин. Она рисует тебе картины мира, склоняющегося перед твоей силой. Итэр молчал, слушая ее слова. — Она говорит тебе, что ты – избранный, что тебе суждено править. Она говорит, что только ты можешь принести порядок и справедливость в этот мир, погрязший в хаосе. Фурина подошла к нему и посмотрела ему прямо в глаза. — Но это ложь, Итэр. Власть, полученная от тьмы, всегда имеет свою цену. Она поработит тебя, лишит свободы, превратит в марионетку. Ты будешь думать, что правишь, но на самом деле будешь лишь выполнять приказы Бездны. Она взяла его за руки. — Ты думаешь о Клоринде, о Навии, о Тиори, о своих друзьях и, в конце концов, обо мне. Ты знаешь, что если поддашься тьме, то потеряешь их всех. Ты станешь тем, кого они будут бояться и ненавидеть. Ты станешь тем, кого они будут вынуждены остановить. Ее слова прозвучали как предупреждение. Итэр знал, что Фурина права. Он не мог допустить, чтобы тьма отравила его жизнь и жизнь тех, кто ему дорог. — Что же она может мне дать, эту власть, - спросил Итэр - опиши! Фурина вздохнула. — Тьма предложит тебе не просто силу, Итэр. Она пообещает тебе полное подчинение этого мира. Все, чего ты пожелаешь, станет твоим. Ты сможешь заставить богов преклониться перед тобой, править судьбами людей, стирать с лица земли целые города. Тебе будут служить самые могущественные существа, а твои враги будут трепетать от одного твоего имени. Ты станешь абсолютным правителем, владыкой всего Тейвата. Ты будешь коронован не простым золотом, а силой самой Бездны. Итэр ощутил холодный озноб, несмотря на тепло рук Фурины. Образ всевластия был так соблазнителен, что едва не лишил его воли. — Но… — произнесла Фурина, сжимая его ладони. — Но подумай, чего это будет стоить. Власть, купленная ценой свободы и любви, – это лишь жалкая иллюзия. Ты станешь пленником своей собственной силы, окруженным лишь страхом и повиновением, а не искренней преданностью. Ты будешь одинок, Итэр, даже если весь мир будет у твоих ног. — Я… Я понимаю, — пробормотал Итэр, чувствуя, как борьба с тьмой становится все более ожесточенной. — Тебе будет казаться, что ты восстанавливаешь справедливость, — продолжила Фурина, — исправляешь ошибки богов и даруешь миру долгожданный порядок. Но на самом деле ты станешь тираном, хуже тех, кого ты презираешь. Твой гнев и жажда мести ослепят тебя, и ты не заметишь, как сам превратишься в монстра. Тьма предложит тебе легкий путь, Итэр, но он ведет в бездну отчаяния и разрушения. Внезапно в комнату вошла Клоринда. — Фурина, нас ждут, — сказала она, бросив на Итэра обеспокоенный взгляд. Фурина кивнула и отпустила руки Итэра. — Подумай над моими словами, Итэр. И помни, что мы всегда будем рядом. Итэр вышел из кабинета, чувствуя себя опустошенным. Он знал, что тьма не оставит его в покое. Она будет продолжать искушать его, предлагая все новые и новые соблазны. Но он был полон решимости бороться. Он не позволит тьме сломить его. Клоринда догнала его у выхода из театра. — Ты в порядке? — спросила она, внимательно изучая его лицо. Итэр кивнул. — Да. Просто устал. Клоринда не поверила ему, но не стала настаивать. — Если тебе что-то понадобится, — сказала она, — ты знаешь, где меня найти. Она наклонилась и поцеловала его. В этом поцелуе не было страсти, а только забота и нежность. Итэр обнял ее в ответ, чувствуя, как любовь Клоринды помогает ему сохранить остатки рассудка. Вечером он сидел на балконе своего номера, глядя на огни Фонтейна. Он думал о словах Фурины. О власти, которую могла дать ему тьма. О цене, которую ему пришлось бы за это заплатить. Он закрыл глаза и представил себе, как он восседает на троне, окруженный армией тьмы. Он – правитель Тейвата, его слово – закон. Все склоняются перед ним в страхе и повиновении. Но в этом видении не было счастья. Он был одинок, отчужден. Рядом с ним не было Клоринды, не было Навии, не было Тиори, не было Фурины. Только страх и пустота. Итэр открыл глаза и вздохнул. Он знал, что выбор уже сделан. Он не позволит тьме завладеть его сердцем. Он будет бороться за свою свободу, за свою любовь, за свое будущее. Но он также знал, что эта борьба будет нелегкой. Тьма будет продолжать искушать его, пытаясь сломить его волю. И ему придется быть сильным. Ему придется полагаться на своих друзей. Ему придется верить в себя. Внезапно он почувствовал, как кто-то прикасается к его плечу. Он обернулся и увидел Навию. — Что ты здесь делаешь? — спросил он, удивленный. — Я не могла заснуть, — ответила она. — Я волновалась за тебя. Она подошла ближе и обняла его. — Ты знаешь, Итэр, — прошептала она, — мы все тебя любим. И мы никогда не позволим тьме тебя забрать. Итэр обнял ее в ответ, чувствуя, как тепло ее тела согревает его душу. — Спасибо, Навия, — сказал он. — Ты даже не представляешь, как мне сейчас нужна твоя поддержка. Она отстранилась и посмотрела ему в глаза. — Что бы ни случилось, — сказала она, — помни, что ты не один. Мы всегда будем рядом. Она взяла его за руку и повела к краю балкона. — Посмотри на Фонтейн, Итэр, — сказала она. — Это прекрасный город. И мы должны его защитить. Итэр посмотрел на огни города, мерцающие в ночи. Он почувствовал, как в его сердце пробуждается надежда. — Ты права, Навия, — сказал он. — Мы должны его защитить. Он обнял ее еще раз, и они долго стояли так, глядя на Фонтейн, объятый тьмой, но полный надежды. В этот момент в его голове снова зазвучал голос Бездны. "Ты обманываешь себя, Итэр. Ты слаб. Ты позволяешь им ослепить тебя своими иллюзиями. Они используют тебя, чтобы защитить свои жалкие жизни. Ты заслуживаешь большего. Ты достоин власти. Ты достоин короны." Итэр попытался проигнорировать этот голос, но он становился все громче и громче. Навия почувствовала, как он напрягся. — Что-то не так? — спросила она, обеспокоенно глядя на него. — Все в порядке, — ответил Итэр, стараясь, чтобы его голос звучал ровно. Но Навия не поверила ему. Она знала, что тьма все еще рядом, шепчет ему на ухо, пытается сломить его волю. Она крепче сжала его руку. — Не поддавайся ей, Итэр, — прошептала она. — Ты сильнее, чем думаешь. Она наклонилась и поцеловала его. Этот поцелуй был другим, не таким, как с Клориндой. В нем не было страсти, а только нежность и любовь. Это был поцелуй поддержки, поцелуй надежды. Итэр ответил на ее поцелуй, чувствуя, как тьма отступает на мгновение, уступая место теплу и любви. Он прижал Навию к себе, желая, чтобы этот момент длился вечно. В этот момент дверь в его номер тихонько приоткрылась. На пороге стояла Тиори, держа в руках тонкое одеяло. Она увидела их обнимающимися на балконе и замерла, словно пораженная молнией. На ее лице отразилась смесь удивления, боли и разочарования. Она медленно опустила одеяло на пол и, не говоря ни слова, скрылась в коридоре. Итэр почувствовал, как его сердце сжалось от вины. Он знал, что причинил ей боль. Он знал, что ему придется объясниться. Но прямо сейчас он не мог думать ни о чем, кроме как о борьбе с тьмой, которая пыталась завладеть его душой. Он отпустил Навию и посмотрел на нее. — Мне нужно поговорить с Тиори, — сказал он. Навия кивнула, ее глаза выражали понимание. — Иди, — сказала она. — Она ждет тебя. Итэр покинул балкон и направился к комнате Тиори. Он постучал в дверь, но никто не ответил. Он постучал снова, громче. Наконец дверь приоткрылась, и на пороге появилась Тиори. Ее глаза были красными и опухшими от слез. — Что тебе нужно? — спросила она, ее голос звучал холодно и отстраненно. — Мне нужно поговорить с тобой, — ответил Итэр. Тиори вздохнула. — Заходи, — сказала она, отступая в сторону. Итэр вошел в ее комнату и закрыл за собой дверь. Комната была обставлена просто, но со вкусом. В углу стоял швейный столик, на котором лежали ткани и нитки. — Я видела тебя с Навией, — сказала Тиори, не глядя ему в глаза. Итэр вздохнул. — Я знаю. — И что это значит? — Это значит, что я запутался, — ответил Итэр. — Я люблю тебя, Тиори. Я люблю Навию. Я люблю Клоринду. И я… я даже не знаю, что чувствую к Фурине. Тиори посмотрела на него с презрением. — И ты думаешь, это нормально? — Нет, — ответил Итэр. — Я знаю, что это неправильно. Но я не могу ничего с собой поделать. Он подошел к ней и взял ее за руки. — Я знаю, что причинил тебе боль, Тиори. И я прошу прощения. Я не хотел этого. Тиори отдернула руки. — Я не понимаю тебя, Итэр, — сказала она. — Ты говоришь, что любишь нас всех, но это невозможно. Ты должен выбрать. Итэр покачал головой. — Я не могу выбрать, Тиори. Я люблю вас всех по-разному. И я не хочу терять никого из вас. — Но ты уже потерял меня, — сказала Тиори. — Я не могу быть с человеком, который не может определиться. Она отвернулась от него. — Уходи, Итэр, — сказала она. — Я не хочу тебя видеть. Итэр вздохнул и вышел из ее комнаты. Он снова был один. И тьма шептала ему на ухо. "Они предали тебя, Итэр. Они не достойны тебя. Ты заслуживаешь большего. Ты достоин власти. Ты достоин короны." Итэр сжал кулаки и закрыл глаза. Он знал, что если поддастся этим мыслям, то все потеряет. Он должен бороться. Он должен сохранить свою любовь, свою надежду, свою душу. Но как? Он не знал. Он просто продолжал идти вперед, в темноту, не зная, что его ждет впереди. В это время в Фонтейне пробуждались не только чувства, но и древние силы, готовые навсегда изменить судьбу Тейвата… и Итэра.