The Kingmaker (No. 42)

      Утро было непростым и слишком ранним. Эмили лежала с открытыми глазами и смотрела в потолок. Ей снился сон, в котором они с Ресслером блуждали по коридорам, вьющимся лабиринтами, только выхода они не находили. Их окружала тьма, она сгущалась вокруг, пытаясь поймать их и обездвижить. Там не было Кин, Миры, отряда и скорой, они были обречены остаться в неизвестности на веки. Отчаяние душило ее во сне, именно от этого она проснулась в холодном поту в пятом часу утра. Как только Дональд живет со всем этим годами? Он же как-то справляется с грузом произошедшего?       Энни проснулась с будильником и пробормотала: «ох, заглохни ты... Кто-нибудь, отмотайте назад, я не выспалась». Беннетт улыбнулась и встала. — К сожалению, так не бывает, - вздохнула она. — Если бы жизнь можно было повернуть назад... — Кстати о жизни, - зевнула подруга и села, свесив ноги. — Когда ты последний раз просто жила?       Эмили перебирала гардероб, думая, что надеть. Рука неприятно ныла, как и предупреждал Фабер, но для приема лекарств сначала нужно было позавтракать. — Каждый день, - отмахнулась она. — Ну, конечно. Ты прекрасно понимаешь, о чем я. Вся твоя жизнь сводится теперь только к работе, после которой ты едешь в больницу, спасая своего прекрасного принца, хотя в сказках вообще-то как-то наоборот заведено: принцесса златовласка спит себе спокойно, а принц является спасать ее от дракона. — Мы обе знаем, что эти сказки ужасны уже хотя бы потому, что он целует ее спящую, а в оригинале она еще и рожает, очнувшись. Вот тебе и любовь, и спасение. Дракон ее хотя бы не трогал. — Эмили, ты... Когда ты последний раз общалась с кем-то, кроме Ресслера? — Я общаюсь с тобой. — И с врачом, разумеется. — Энни, я понимаю, что ты пытаешься сказать, но я больше не представляю свою жизнь другой. — Да, но я не уверена в том, что ты очнулась и поняла, что создана для того, чтобы рисковать своей задницей каждый божий день. Потому что я точно знаю, что, если завтра твой принц перейдет в другой отдел, например, ты расхочешь спасать мир, а нам понадобится кто-нибудь, чтобы попробовать спасти тебя.       Беннетт опустила глаза, сминая в руке белоснежную маечку на бретельках. — Для того, чтобы потерять, сначала надо обрести, - тихо произнесла она. — Если проводить вместе столько времени, сколько проводите вы, это случится, хочешь ты того или нет, - заметила Энни. — Ты забываешь об Одри. — Насколько я помню, он не горит желанием возвращать ее в свою жизнь, так что не надо. Давай будем реалистами: он парень, даже мужчина, ты - девушка, причем довольно хорошенькая, вы сутки напролет где-то. Ситуации разные, эмоции общие. Вы рискуете вместе, куда-то улетаете, а теперь он еще и тренирует тебя. И не заливай мне про дружбу, Энди уже успел поиграть в подобие друга, а после напился и написал тебе длиннющее признание. — Ресслер такого делать не станет, - усмехнулась Эмили. — Может быть.       Девушка даже вздохнуть не успела, у нее зазвонил телефон. Энни покосилась на прикроватную тумбочку. — У меня, конечно, есть проблемы со зрением, но после операции все куда лучше, чем прежде, - хихикнула она. — Там написано «Ресслер».       Эмили подошла к тумбочке, но притормозила. В глубине души она прекрасно понимала, что подруга права абсолютно во всем. — Я постараюсь проводить больше времени дома, - пообещала она. — И да, я понимаю, что меня затягивает трясина все глубже, но она же меня и спасает. Мне снятся кошмары. Если раньше это была война, то теперь к ней прибавились разные эпизоды: от нападения на отдел, где мы все взаперти, до последнего задания. Я действительно едва успеваю замазывать синяки или раны, избавляться от аллергии, я согласна, что это ненормально. Я скажу тебе больше: если моя семья узнает о моих похождениях, проблем у меня только прибавится, но то, что мы делаем, - важно. И всякий раз я испытываю гордость из-за того, что мы предотвратили катастрофу. И последнее... - она замялась и покраснела. — Да, Ресслер симпатичен мне, причем по целому ряду причин, но я достаточно реально смотрю на вещи, а он соблюдает устав, так что не беспокойся, никто из нас никогда не перейдет эту черту. — Именно об этом я и беспокоюсь, - бросила Энни и ушла в ванную комнату.       Беннетт закатила глаза и перезвонила напарнику. — Долго же ты, - заметил парень. — Прости, не слышала, - соврала девушка. — Ничего. Собирайся, у нас новое дело.       Эмили совершила открытие, осознав, что больше не следит за днями недели, крайне редко использует социальные сети, да и то скорее больше для того, чтобы узнать, как у кого дела. Она стала меньше читать. Энни права, ее хватает только на то, чтобы прийти домой и поспать. Хотя... Она не так давно провела выходные на встрече с ребятами из Клуба, что уже неплохо.       Взрослая жизнь, как оказалось, бывает очень непростой. Всю дорогу до офиса девушка думала, что может поменять, чтобы не стать зависимой от работы, растеряв остатки окружения, но статистика получалась плачевная. Взять, к примеру, Инесс. Прошло уже сколько? Но они не общаются. Больше ни строчки с того дня. Если бы не работа, у Ланы была бы депрессия, но она даже не успела осознать произошедшее, точнее пережить. Почему? Потому что после парижской командировки она отправилась в Люксембург, затем в Канаду, в Нью-Йорк, была захвачена террористами, а теперь едет за очередным «приключением» на работу, не зная, сколько времени займет очередное имя в списке и к чему все приведет на этот раз. Крайне невовремя в памяти всплыло воспоминание о внимании Ресслера после возвращения. Да, ей не стоит романтизировать это, но все-таки это было...       Она вышла из такси неподалеку и пошла дальше пешком. Ей стоит забыть обо всем и жить дальше. Все было привычно: она поздоровалась с охранником, провела пропуск и вошла в лифт, который проглотил ее и скоро выплюнул обратно, доставив на нулевой этаж. Команда уже была в сборе. Арам лучезарно улыбнулся девушке, но один только взгляд в сторону Дональда быстро вернул ее в школу, где сердце начинало бешено биться при виде парня, который понравился. Она решила больше не смотреть на него и подошла к ним. — Что у нас? - спросила она. — Момент, - ответила Кин. — Вы на громкой, - сообщила она собеседнику, держа в руке телефон. — А, хорошо, сэкономим время на переездах, - заговорил Реддингтон. — Итак, следующий в Черном списке - это «Создатель королей». Я с ним никогда не встречался, но недавно я потерял кучу времени и денег из-за его талантов. Он один в ответе за взлеты и падения многих политических деятелей. Он превратил сбор компромата в искусство: устраивает скандалы, спекулирует наклонностями, убивает, если придется. Я не знаю, как он выбирает клиентов, но говорят, он готовит их с ранних лет, подбирает вузы, наставников, даже супругов. И когда они готовы к гонке, он делает все возможное, чтобы обеспечить победу. — Он встал на пути у одного из ваших политиков, и вы хотите, чтобы ФБР его арестовало? - уточнила Элизабет. — Да. Пожалуйста. И спасибо. — Мы не обязаны решать ваши личные проблемы. — Я выдаю вам имена, Лиззи, вы обязаны решать мои проблемы. К тому уже, по моим данным он покинул Прагу двенадцать часов назад и направился в США. Все, к чему он прикоснется, будет испорчено.       Информации ноль, наводок тем более. Реймонд сбросил звонок, оставив команду с очередной загадкой, где были переменные и не было даже намека на правильную формулу решения уравнения. — По данным Реддингтона подозреваемый мог вылететь из Праги в США за последние двенадцать часов, - начала анализировать Мира. — Арам, мы можем узнать, сколько рейсов прибыло за это время? - подхватила мысль Эмили. — Уже занимаюсь этим, - ответил парень и начал сбор информации. — Судя по всему, было всего шесть разных рейсов. Я пытаюсь получить списки пассажиров. Но нам нужны хоть какие-то данные для сверки с описанием. — Я думаю, это мужчина в возрасте от тридцати до шестидесяти пяти лет, - потянула Беннетт, - иначе он бы не смог готовить политиков заранее, выходит, у него немалая база знаний и связей. — Логично, - кивнул Ресслер. — Он не полетит эконом классом, но вряд ли воспользуется первым, - продолжила размышлять девушка. — А еще он, вероятно, летит один. — Остается бизнес-класс, - подытожил Арам. — Так, давайте посмотрим... Количество сократилось до сорока семи человек по возрастной категории. — А цель визита? — Если заглянуть в системы, то... Дайте мне минут двадцать, на это мне нужно время.       Эмили присела в кресло рядом с Можтабаем. «Создатель королей» звучало очень интригующе. Кем бы он не был, он настоящий стратег. Девушка достала телефон, пытаясь убить время. — Как рука? - спросил Арам. — Нестабильно, - ответила Беннетт. — Но ты была у врача? — Да. — Надеюсь, у доктора Фабера? - уточнила Кин. — Угомонись, -  улыбнулась Эмили. — Он занят. — Но не был, когда предлагал встретиться вне стен больницы. — Он запал на тебя? - спросил Дональд, положив конец невинным шуточкам. Сперва девушка вытянулась, как по команде, затем разозлилась, покраснела и только в конце все сменило волнение, словно она сделала что-то плохое. — Вовсе нет, - тихо ответила Беннетт и ушла на кухню. «Запал». «Вот бы ты ««запал» на меня... Хотя тогда я бы искала пятый угол. Ну, конечно!», мысленно проговорила она вдобавок.       Вскипятив чайник, девушка достала пакетик заварки и залила его кипятком, наполнив чашку... Арам нашел нужные данные как раз к ее возвращению. — Сорок человек прилетели в США по делам, - сообщил он. — Остается семеро, - заметила Мира. — Шесть из них остановились в отелях, которые были указаны в их иммиграционных картах, - кивнул Можтабай, — а один - нет!       Эмили улыбнулась, а парень вывел на экран скан паспорта пассажира. Мужчина, 45 лет, с сединой, густыми бровями, но ухоженный и уверенный. — Перед вами создатель королей, - заявила Малик. — Пол Смитсон, - прочла Беннетт. — Думаю, это его псевдоним, - предположил Ресслер. — Когда он прилетел? — Аэропорт Кеннеди, в четыре пятьдесят два, - отчеканил Арам. — И посмотрите, мне удалось найти кредитку, которой он расплатился, покупая билет до Соединенных Штатов. Ровно сорок пять минут назад с этой кредитки был оплачен номер на Манхеттене. — Ты гений, - заметила Эмили. — В каком отеле? - спросил Дональд. — Сент Ролл, ближе к центру, - ответила Мира. — Поехали, - бросил парень Беннетт, направляясь к выходу.       «Ничем хорошим все это не кончится», подумала она и поплелась следом. «Он даже не рассматривает кандидатуру Кин или Малик для выезда?» — Ты тихая сегодня, - заметил парень. — Все хорошо? — Да. А ты как? Пришел в себя после снотворного? — Знаешь, меня били, в меня стреляли, даже резали заживо, но вот лекарствами накачивать - это впервые. — Ну, для меня все тут впервые. — Я поговорил с Купером по поводу твоего права на ношение оружия.       Эмили удивилась и повернулась к агенту. — И? — Он сказал, ты можешь собрать справки. Можем немного пострелять по мишеням, чтобы ты была уверена, а после на экзамен. Если ничего не помешает, к концу недели у тебя появится разрешение.       Девушку переполняли эмоции. Она была благодарна, но еще выходило, что он сам попробовал сделать что-то для нее, ведь она не просила его. — Спасибо, - коротко произнесла она. Ресслер кивнул.       В отеле царила уже привычная суматоха: люди заселялись в номера или сдавали их, персонал делал свою работу, гул от лифтов добавлял шума, где-то поправляли дорожку. Дональд предъявил удостоверение, и они вместе поднялись наверх. Он шел впереди, идеальный, с причесанными волосами, непременно с галстуком. Они остановились у двери. Он прислушался и посмотрел на девушку, они кивнули друг другу. Тогда он провел картой-ключом, открыл дверь и вошел в номер. — Федеральные агенты, покажите руки! - велел он, пройдя глубже, однако в номере человека с фотографии не оказалось. Вместо него там ужинала пара. — Что происходит? - спросил темнокожий парень. Агенты переглянулись и извинились за причиненные неудобства. — Как я и сказал, он не Смитсон, - подытожил Ресслер. — Да, он украл чужую личность, - подтвердила Эмили.       Ресслер слушал и обдумывал, затем остановился. — Насколько я понимаю, этот парень уже не в Нью-Йорке, - поделился соображениями он. — Это, видимо, только отправная точка. — Возможно, - согласилась Беннетт, так что они отправились обратно в штаб. Шел двенадцатый час дня, было ясно, солнце согревало пешеходов, вынуждая водителей и пассажиров транспортных средств спасаться кондиционером от жары. — Если мы не сможем отследить его, то придется ждать какого-то события. Надеюсь, Реддингтон уже связался с Кин и дал новую зацепку по делу. — Хорошо бы, но это было бы слишком быстро, тебе не кажется? — Мне кажется, Элизабет начала пропадать и снова что-то скрывает от нас. Тебе что-то известно?       Беннетт промолчала. — Эмили? - не сдался Ресслер. — Я не знаю, - ответила она. — Я могу лишь догадываться. — Том? — Возможно. — Она говорила тебе что-то? — Нет, мы с ней правда ничего не обсуждали с того дня, как его отпустили на свободу... - она вдруг поняла, переключившись: — Это случится скоро. — Что? - не понял Дональд. — Событие, о котором ты говоришь. Создатель королей прилетел сюда не просто так, верно? Следовательно, если он расставляет фигурки на шахматной доске политиков, то скоро в этой сфере произойдет нечто громкое, и нам нужно не упустить это из виду. — Ты бы предупреждала, когда у тебя мысли меняются. Мы говорили о Кин, а тут сразу о деле. — Прости, мама тоже всегда на это жалуется.       Их прервал телефонный звонок. — Это Кин, - сказала Эмили и ответила: — Ты на громкой. — Включите новости, - взволновано проговорила Лиз. Ресслер включил радио.       «Патрик Чендлер, член ассамблеи штата, попал в автомобильную аварию, в результате которой его машина сорвалась с моста. Виновник скрылся с места преступления. Член ассамблеи и его семья поступили в госпиталь. Врачам не удалось вернуть к жизни миссис Чендлер. Это трагическая утрата для Нью-Йоркского конгрессмена. Не переключайте канал, если хотите знать все последние новости».       Ресслер съехал на обочину и отключил радио. — Дай угадаю, это все наш клиент? - вздохнул парень. — Какой-то молодой политик внезапно оказывается в центре внимания, - ответил Реддингтон, очевидно, Кин тоже не теряла время даром и поехала на встречу. — Его героизм, где он спасает из тонущей машины жену и ребенка, у всех на виду, очень удачно заснят на мобильный каким-то случайным прохожим. — Полагаю, рейтинги конгрессмена Патрика Чендлера резко взлетят до небес, - поняла его Эмили. — Все верно! — Погодите, - не согласилась Элизабет. — Он делал искусственное дыхание жене, а вы говорите, что это была подстава? — Да, - коротко ответил Реймонд. — Поезжайте на тот мост, может, выясните, почему там не осталось следов от шин?       Ресслер позвонил Араму и попросил прислать координаты моста, на котором произошла авария. — Ты не особо удивилась в отличие от Кин, - заметил Дональд. — Просто игры политиков уже давно не новость, - пожала плечами Беннетт. — Все самое грязное и губительное для нормальных людей происходит только из-за них. — Осторожнее, ты все-таки федеральный агент. — Нет, Ресслер, в первую очередь каждый из нас - человек и гражданин. Элизабет не приходилось с этим сталкиваться прежде, я же насмотрелась достаточно. Как-то я прочла довольно четкую формулировку, в которой говорилось, что лидеру каждой страны нужен как минимум один враг, с которым он будет воевать, за счет чего будет удерживаться рейтинг и бонусы в глазах избирателей. Я могу продолжать список бесконечно. Все происходит так плавно, что тебе кажется, будто это ты смещаешь своими митингами одного правителя и сажаешь на трон другого, который якобы лучше, но это театр, идеально продуманный и сотворенный, воплощенный в жизнь руками народа.       Эмили разошлась, но она действительно прекрасно знала, о чем говорила. Да, многое в работе в Черном списке повергало ее в шок, но только не это. И все же их снова прервал телефонный звонок. — Вы говорили с Кин? - спросила Малик. — Да, мы как раз едем к мосту, - ответил Ресслер. — А что? — Это бессмыслица. Чендлер - бойскаут, президент студенческого совета в университете, председатель сообщества молодых предпринимателей в Принстоне. — Он практиковался в окружной ассамблее, пока не стал самым молодым конгрессменом из всех ста пятидесяти районов Нью-Йорка, - дополнил Миру Арам. — Его избрали всего десять месяцев назад сроком на два года. — Погодите, - нахмурилась Эмили. — Он никуда не баллотируется? — Тогда о чем вообще речь? - тоже насторожился Ресслер. — Он рисковал жизнью ребенка и убил свою жену? Ради чего? — Да он рисковал и собственной жизнью, - заметил Арам. — Вот, послушайте это: «Эллисон - это все для меня, мой моральный стержень, она делает меня лучше». — Ну, мужья часто врут своим женам, да и на публику всегда притворяются лучше, чем есть, так что славную речь о жене и семье мы в расчет не берем, в этом нет смысла.       Ресслер покосился на девушку, но конкретно ей ничего не сказал. Он помнил о ее недоверии к мужчинам, но впервые слышал, чтобы она открыто говорила о том, что мужья лгут и так далее. Сам он себя лгуном не считал. Он всегда был честен с Одри. Другое дело, что он не собирался говорить Эмили стандартное «не все такие». — Мы едем на место аварии, - хмуро проговорил он. — Если узнаете что-то еще, сообщайте.       Остаток пути они проехали молча. Мысли девушки путались. Постоянные флешбеки возникали вспышками, словно кадры на пленке, которую безостановочно прокручивают в голове, но немного беспокоило ее даже не это. Неужели она уже настолько окаменела, что и не усомнилась в том, что человек может легко убить жену и рискнуть жизнью дочери? С другой стороны, он ведь даже не знал, кто погибнет, а кто останется жить. И все же реакция Элизабет и та была вернее, человечнее. Может быть Энни права? Может ей правда стоит вернуться к общению с нормальными людьми? Наконец машина остановилась. Они вышли и побрели по мосту. — Ладно! Что за расклад? - спросил Ресслер, повернувшись к девушке. — Чендлер ехал с южной стороны, - заученно заговорила Беннетт. — Нет, я не про дело, - заметил он и обошел ее, останавливаясь напротив. — Что-то не так, и дело не в том, что у тебя свой горький опыт во взаимодействии с политикой. Тебя что-то тревожит?       На мгновение девушка опешила. Да, он уже спрашивал с утра, но по-другому, а сейчас он ждал ответа. Она перевела дыхание, не представляя, что ответить. — Ты постоянно о чем-то думаешь, причем мучительно. Я к тому, что не ты первая сталкиваешься с этим. Ты в группе недавно, а пережила уже столько всего... - продолжил он свою попытку поддержать ее. — Я имею в виду, что для новичка это нормально. — Энни считает, что я теперь живу только работой, а в свободное время тренируюсь с тобой или еду в больницу зализывать раны, - призналась она. — Я понимаю, это часть нашей работы, причем неизбежная, но я задумалась, может, она права. — Она абсолютно права, - ответил парень. — У тебя все еще есть нормальная жизнь, это важно. Однажды я уже говорил тебе, что эта работа… Тут очень легко раствориться во времени и потерять ощущение того, что по-настоящему важно. Постарайся сохранить это так долго, как получится, не всем дается такой шанс.       Они посмотрели друг на друга, и возникла странная пауза. Взгляды обоих задержались дольше, чем обычно. Он оборвал контакт первым. — Так, почему именно с юга? - спросил он. — Почему вообще Чендлер оказался на этом мосту?       Эмили быстро уловила его попытку восстановить баланс и охотно откликнулась. Все-таки он казался ей странным. — Его дом и его офис находятся в округе Вертер, я просмотрела данные в интернете, - ответила Беннетт. — Насколько я могу судить, это в противоположном направлении. — Выходит, он планировал быть здесь. — Да, но думаю, у Арама уже есть отчеты следователей, а Реддингтон упоминал следы шин, причем говорил он уверенно, а значит, уже знал ответ. Из всего я делаю вывод, что он даже не пытался притормозить. — И скажет, что у него не было времени. — Значит, падение было частью плана. — А что с машиной, ехавшей на него? Водитель потерял управление и не затормозил? Нет, ему нужна была скорость, достаточная, чтобы столкнуть Чендлера с моста. — Безумно, но это сработало. Полагаю, теперь все только о нем и говорят. — Давай навестим нового Нью-Йоркского героя?       С корабля на балл, они отправились к конгрессмену домой. Время перевалило за полдень. Кое-где виднелись облака, но они были слишком редкими, чтобы подумать о непогоде. Прежде Беннетт не задумывалась о том, что Ресслер может быть внимателен к мелочам, тем более к ее настроению или переменах в поведении, но он либо старался проявлять заботу, либо действительно ее проявлял. Она умела читать людей, но до сих пор не решалась взглянуть на него таким взглядом. Ей было достаточно того, что она видела. В его мире не было места для лжи и позерства, он слишком прямолинеен, чтобы играть с кем-то в игры, но способен на это для дела. И все же он попытался поддержать ее. Это вызывало улыбку и непрошенное тепло в груди. — Слушайте, мне снова нужно в больницу, - устало проговорил Чендлер в ответ на представление и извещение о том, что у представителей закона к нему есть вопросы. Он действительно был слишком молод для всей той славы, что имел, а внешне походил на одного из актеров, сыгравших Брюса Уэйна на большом экране. — Моя дочь все еще там, я уже говорил с патрульными. — Мы знаем, что вы с ними говорили, - ответила Эмили, внимательно наблюдая за мужчиной. — Но мы не из полиции. — Я не понимаю, почему это интересует ФБР? - слегка растерялся он. — Мы надеемся, что вы проясните кое-какие моменты. — Например, почему вы с семьей пересекали мост с южной стороны, если вы живете и работаете в другом направлении? Куда вы ехали? - спросил Дональд. — Никуда, мы остановились, чтобы взять мороженного, а потом решили покататься. — Это была ваша идея? — Да. Хотя нет... Слушайте, я не помню, может, это предложила дочь.       Он закрыл глаза, явно противясь происходящему, но и запутавшись. Его к такому не готовили, это же очевидно. Эмили решила не жалеть его. — Наверное непросто видеть ее раненной? - спросила она. — Ее сердце разбито, - кивнул конгрессмен, охотно переключившись с Ресслера на девушку. — Ее мать была для нее всем... - он перевел дыхание. — Она была всем для нас обоих. — Я сочувствую вашей утрате, - сказал Дональд. — Мы так поняли, ваша жена получила сотрясение. Она из-за этого утонула? — Я не уверен, что должен говорить об этом, - снова, но уже яснее, занервничал конгрессмен. — Нам просто нужны факты, - попробовала сгладить углы Беннетт, чувствуя, что он на грани побега. — Я понимаю, но нам придется вернуться к этому позже, а сейчас я должен быть с дочерью, - отрезал мужчина. «Сбежал», мысленно заключила Беннетт и направилась к машине. Телефон Дональда зазвонил. — Эй, постой, - сказал агент девушке и ответил. — Да. Скинь мне адрес. Кое-что есть, - пояснил он уже Эмили. — Сегодня поступил звонок в 911, кто-то назвал номер машины виновника аварии. — Дай угадаю, у нас по классике фургон? - спросила девушка. — Да, это сервисный фургон с четкой надписью, принадлежащий Артуру Руизу, так что мы едем к нему.       Эмили проголодалась за время разъездов, нормальные люди в это время обедают. Она зевнула, глядя на закат. Красиво и печально, но каждый раз неповторимо. Как только у них случится выходной, она сразу поедет к семье. Однако эта мысль сразу напомнила о нерешенной проблеме. Дело с Создателем Королей здорово их отвлекает от основного направления: заговор в правительстве против правительства. Неужели это дело действительно было таким важным, что Реддингтон дал им эту наводку? А может он пока тянет время, пытаясь найти нужные зацепки?       В гараж, найденный по адресу, что дал Арам, Ресслер пошел один. Эмили тихо сидела в машине и вертела в руках телефон. Если задуматься, то кто вообще ей сейчас пишет из друзей или родни? Энни, Зоуи. Ей не об этом надо думать, а о деле. Ресслер поспешно вышел из гаража и подошел к машине. — В чем дело? - спросила девушка. — Он мертв. Застрелен в упор, только пистолет ему после вложили в руку. Так себе имитация, знаешь ли. — Конечно. Он засветился. Если бы Создатель оставлял в живых всех своих пешек, он не был бы призраком.       Дональд вызвал наряд и скорую. — Как думаешь, как скоро наш конгрессмен встретится со своим Джинном из лампы? - нахмурился парень. — Сейчас, может позже, - пожала плечами Беннетт. — Не представляю, как происходит их общение. Скорее всего Создатель сам ему звонит. Не на официальный номер, разумеется. — Встретим наряд и поедем в офис. Пока мы гадаем, они предпринимают новый шаг. — Ты прав. Только давай по пути заглянем в пиццерию, я умираю с голоду, уверена, ты тоже. Возьмем и ребятам поесть, они столько всего выяснили за это время. — Ты, как заботливая мама, - усмехнулся агент, но послушно выполнил просьбу. Они заехали в пиццерию, взяли две пиццы, пару салатов и направились в офис, доехав почти е четыре вечера.       Арам был очень рад подобному сюрпризу. Как и ожидалось, он был голоден и устал, впрочем, Элизабет с Мирой не особо отличались. Близился конец дня, а у них до сих пор не было ничего. — Создатель убил Руиза, чтобы замести следы, - сказала Малик и передала папку с первыми материалами с места преступления Ресслеру. — Но нам этого не доказать. Эксперты говорят, что это мог быть суицид, но они не уверены. — Это абсурд, пороховой след не сочетается с нанесенной раной, - ответил он. — Я видел тело. — Да, но для общества эта теория сочетается с тем, кто только что скинул с моста целую семью, - пояснила Эмили ход мыслей преступника. — Я изучила историю звонков, - кивнула Мира. — Там в основном звонки по работе на рабочий телефон. — А не в основном? - спросил Дональд. — Три дня назад Руизу звонили из автомата на углу 11-ой и Линкольна. — Значит, его нужно проверить. — Хватит с вас на сегодня, я поеду туда с Реддингтоном, - вызвалась Кин. — Будем на связи, а вы передохните.       Беннетт заметила, что Купера не было видно, с самого начала этим расследованием руководил Ресслер, что не было новостью, но было странно, потому что Гарольд крайне редко пропадал, да и то ненадолго. — Хорошо. Как только появятся новости, сразу дай знать, - одобрил Дональд.       Пару часов от Элизабет не было никаких новостей, пока она не позвонила и не сказала, что им нужно в Брикстон, паб, на шум которого жаловался «Создатель». Дело оставалось за малым: проверить близлежащие отели, где он мог остановиться. Ресслер кивнул и взял пиджак. Проверив оружие, он пошел к лифту, однако, проходя мимо Ланы, слегка коснулся ее плеча. «Едем», только и сказал он, и девушка встала. — Мы сейчас ближе, у Кин уйдет намного больше времени, чтобы добраться, - пояснил он свое решение по дороге.       В седьмом часу вечера они ворвались в квартиру, консьерж которой опознал мужчину с фотографии. Жилье сдавалось по дневной оплате, что в целом удобно для подобных целей. Ресслер шел впереди, девушка следом. Естественно, в квартире было пусто, так что они начали искать все, что поможет им узнать, где искать Создателя или кто его будущая цель. Они проверяли шкафы и полки и остановились перед последним. Открыв дверцы, они растерялись. На полке лежало два чемодана, оба открытые, с планом здания, фотографиями и кодами. Никаких имен, только цифры и чертежи. — А это что, черт возьми? - поинтересовался Дональд. — Не представляю, но знаю, кто нам поможет, - задумчиво потянула Эмили. — Нужно достать эти чемоданы и сфотографировать все, что тут есть. — Отправим все Араму и подождем вердикта, - кивнул парень.       Сев на диван, они начали делать снимки и поочередно отправлять их, стараясь максимально сохранить качество и очередность, при этом позвонив Можтабаю и оставаясь на громкой связи. — Ну, вот, это последний, - проговорила Беннетт. — Итак, что это? - спросил Дональд. — Похоже на частный дом, - неожиданно ответил им Купер. — Сравнивая чертежи и фото особняка, что мы нашли, я бы сказал, что это один и тот же дом. — Посмотрите на цифры, - предложила Эмили. — Если у него есть чертежи дома, то полагаю, что цифры - это код сигнализации. — Это план проникновения, - согласился Гарольд. — Вы нашли его следующую цель. Я хочу знать, чей это дом. — Стойте, - вмешалась Мира. — Ты можешь увеличить это фото? — Что ты увидела? - напряглась Эмили. — Вон там, на окне... Арам? — Секунду, - ответил ей Можтабай. — Сейчас уберу все лишнее... Вот. — «VN Security», - прочла Малик. — Можешь проверить код сигнализации? — Сейчас... Проверяю базу компании. Вот. Система зарегистрирована на Альберта Митчелла. — На сенатора? - уточнил Купер. — Он следующая цель, - подтвердила Мира. — Но почему? — Если Митчелл умрет, находясь в должности, состоятся экстренные выборы, - пояснил Гарольд. — И угадайте, кто идеальный претендент на его место? — Патрик Чендлер, - ответил Ресслер. — Езжайте туда и возьмите Митчелла под защиту, - велел замдиректора. — Срочно! Мира и Арам, звоните сенатору Митчеллу и предупредите службу охраны.       Связь оборвалась. Агенты вскочили и поспешили к машине уже затемно. Время шло на минуты. Судя по маршрутам, они доедут до сенатора через полчаса, то есть к одиннадцати вечера. Дональд гнал на всех парах, от них зависела жизнь политика. Ночные дороги окрасились в красные и желтые цвета фар проезжающих мимо машин. Правил дорожного движения для них не существовало. Сердце девушки стучало в груди, кровь шумела в ушах. — Знаешь, ты был бы непревзойденным пиратом, - усмехнулась Беннетт, и они свернули к особняку. Едва они вышли из машины, в доме раздался выстрел. — Черт, - рявкнул Ресслер и достал из бардачка запасной пистолет, вернувшись в машину. — Я обойду дом с той стороны, не лезь на рожон, ясно? И вызови скорую.       Вручив Эмили оружие, он побежал влево. Девушка на мгновение застыла. Он оставил ее. Она сжала в руке пистолет, проверила магазин, зарядила оружие и поставила на предохранитель, достала телефон и набрала скорую помощь, быстро назвав адрес и доложив о предположительном огнестреле. После она предпочла просто не думать и пошла вперед, слегка пригнувшись в коленях.       Попасть в дом оказалось несложно, дверь была не заперта, было темно. Она старалась двигаться бесшумно и скользить тенью вдоль стен. Шаг за шагом, она дошла до гостиной и увидела тело мужчины на ковре. Она прикрыла глаза и подбежала к нему, чтобы проверить пульс. Тогда же к ней подошел и Ресслер. — Нужна подмога, я наверх, - тихо сказал он и поднялся по лестнице.       Пульс сенатора слабо прощупывался, хотя рана на первый взгляд была несовместима с жизнью. Девушка кивнула и снова насторожилась. Убийца все еще был в доме, и Эмили сильно сомневалась, что он поднялся бы на второй этаж. Она начала осматривать вторую часть дома, куда Ресслер точно не добрался. Она прошла возле окон, осмотрела угол за камином и уже возвращалась, когда тень ударила ее по руке. Она испугалась и упустила момент, едва не выронив пистолет. Завязалась борьба, в результате которой мужчина перебросил ее через диван, деревянные подлокотники которого больно врезались в спину и ребра. Не выпуская ее руки, противник быстро сел ей на спину и схватил за шею, оттянув назад голову. Он начал душить ее. Эмили, сколько не цеплялась, не могла изменить ничего, она барахталась и ловила дыхание, пока не почувствовала головокружение. В глазах начало темнеть, но вдруг раздался выстрел, и мужчина упал. Эмили жадно задышала, чувствуя, что начинает дрожать. Она обернулась и увидела Ресслера. Стоило Создателю перестать двигаться, как агент подошел к ней и склонился, осторожно касаясь плеч. — Ты в порядке? - спросил он. — Еще немного и была бы не в порядке, - признала Беннетт. — Ты дрожишь, - заметил он. — Давай-ка попробуем встать. — Все так и норовят задушить меня... К такому не привыкнешь, - выдохнула девушка, но попыталась подняться. Спина, как и левый бок сильно болели, за окнами загудели сирены. — Все хорошо, тебе больше ничего не грозит, все закончилось, - чуть мягче произнес Дональд. — Сейчас тебя осмотрят. — Я бы поехала в зал и отработала всю эту ситуацию, - рявкнула Эмили. — Сегодня ты поедешь отдыхать. — Но... — У тебя ранена рука, теперь еще ушиб и удушье, сегодня я тебя тренировать не стану. Моя цель помочь тебе, а не навредить еще больше. Понятно?       Он усадил ее на диван. В дом ворвались полицейские. Всюду включили свет, к работе преступили криминалисты. Эмили сидела неподвижно, стараясь быть сильной, однако ее все еще трясло.       На втором этаже полицейские обнаружили жену сенатора. Она была напугана и пряталась в шкафу в их спальне. К Эмили подошли врачи. Ее осмотрели на месте. Переломов не выявили. Ее завернули в плед, сказав, что это поможет от стресса, но обработали руку, так как в результате резкого рывка все три отверстия от гвоздей вновь начали кровоточить. — Ну, как ты? - спросил Ресслер, наконец, вернувшись и присев рядом. — Не видишь? У меня стресс! - с иронией ответила Беннетт. — С каких пор пледы от этого спасают? — У тебя стресс, - подтвердил парень и положил руку на ее спину, затем осторожно погладил в знак поддержки. — Вставай, надо заехать в офис. Купер добывает ордер на арест Чендлера, уверен, ты не захочешь это пропустить.       Девушка поднялась на ноги и поплелась к машине, пыхтя. Ей было так больно и обидно, что хотелось плакать, однако она молча села в машину и хлопнула дверью. Еще немного, и она начнет принимать обезболивающие заранее на завтрак, потому что ее жизнь теперь - боль, беспрерывная. Ресслер завершил очередной звонок и сел за руль. На сей раз он вел машину неспеша. Девушку окутало тепло, она расслабилась и даже не смотрела на дорогу. Машина вдруг притормозила неподалеку от центра Вашингтона. — В чем дело? - спросила Беннетт. — Если скажу, это не будет интересным, - пожал плечами Дональд.  — Скажи мне, как ты себя чувствуешь? — Лекарство действует, боли почти нет. А в чем дело? Я по любому поеду на задержание, если ты для этого интересуешься. — Нет, не для этого. Выходи.       Эмили замерла в непонимании. — Здесь? - уточнила она. — Да, прямо здесь. — Ладно, странная странность. Он здесь? Кин привезет с собой ордер? — Нет.       Ресслер вышел из машины, обошел ее, затем помог девушке выйти. — Ты уверена, что чувствуешь себя более или менее? - уточнил он. — Нет, но при тебе я жалеть себя не планирую, - проворчала Беннетт. — Что ты задумал? — Ты ведь сладкоежка?       Он повел ее в сторону кафе. — Ресслер? - с опаской произнесла девушка. — Что ты задумал? – повторила она свой вопрос. — Я бы сам купил тебе мороженное, но не представляю, что ты любишь, так что выбери, а потом, если хочешь, можешь поесть его в машине.       Девушка опешила, но поплелась за ним. «Слишком много внимания и заботы. А может, это моя паранойя и страх стать важной? Нет, нет, я просто внушаю себе... Разве? Сколько прикосновений за последние сутки? А теперь он покупает мне мороженное? С чего вдруг?» Слишком много сомнений на фоне усталости, смешанной с болью.       Они заняли столик, и им быстро принесли меню. — Дай угадаю, я выгляжу ужасно? - спросила Эмили. — Ни капли. Бледная, но в целом нормально, - заверил агент. — Что ты будешь?       Беннетт взяла меню и начала изучать. Она была напряжена. «Мы не должны быть здесь вдвоем», вертелось в голове. — Я буду шарик кофейного и орехового с коньяком, - сказала девушка. — Любопытно. Возьму себе то же, - ответил парень.       Официант удалился, оставив их наедине. «Лучшая защита - это нападение», подумала Эмили и заговорила первой. — Ты говорил, мы едем на задержание, - напомнила она. — Оно состоится завтра, никуда Чендлер не денется, - пояснил Ресслер. — Ты спас мне жизнь, - заметила девушка. — Ты спасла мою дважды, - кивнул парень. — Не заостряй внимание на этом, мне вообще не стоило оставлять тебя одну.       Она замолчала, опасаясь показаться глупой или слишком назойливой. «Не делай из этого событие века», сказала она себе. Беннетт немного поежилась и сжала руки в кулаки, что заметил Дональд. — Тебе больно сидеть? - спросил он. — Нет, все нормально, - ответила она. — Просто вспомнила, что час назад меня душили... А я собиралась поехать к родителям, когда у нас будут выходные. — Понимаю. Если бы мама меня видела после всего, я бы наслушался, - усмехнулся агент. — У тебя есть семья, - выпалила девушка. — Это открытие? - улыбнулся парень. — Прости, просто ты казался волком-одиночкой, вот и все, - пожала плечами Эмили. — У меня есть мама и брат. — Он тоже полицейский? — Нет. После гибели отца только я пошел по его стопам. — Извини... — Ничего. Ну, а ты? Как насчет твоей семьи? — Мама, папа и брат.       Им принесли заказ. — И давно ты живешь одна? - спросил Дональд, попробовав сладость. — М-м-м, у тебя определенно хороший вкус.       Беннетт улыбнулась. — Недавно, - признала она. — В целом решение отделиться было непростым, а процесс еще хуже. — Почему?       Девушка прикусила язык. Какого черта она говорит ему лишнее? Нет, его не нужно впускать в свою жизнь, ни за что. — Неважно, - отмахнулась она. — Мои порой очень сентиментальны, вот и все. — Ясно.       Мороженное действительно было очень вкусным, а сочетание ореха с кофе ощущалось идеальным. — Мы поедем в офис? - спросила она, нарушив возникшую тишину. — Я поеду, а ты поедешь домой. — Но Ресслер... — Приедешь утром ровно в девять, и мы поедем на задержание, - отрезал он. — Доедай, я отвезу тебя домой.       И он отвез. Молча, без лишних комментариев. Он даже помог ей выйти из машины. — Все хорошо, я дойду, - заверила девушка, вспомнив, как однажды он уже приобнял ее, чтобы помочь спуститься в офис. Не надо. От такой заботы пропадает дыхание и начинается паника.       Эмили вбежала в лифт и выдохнула. Ноги моментально подкосились. «Что это было?», судорожно проносилось в голове, «Он не романтик, он сам был против любого не профессионального сближения, а сегодня отвез меня в кафе. Какого черта?» Самым безумным было то, как сильно она хотела соответствовать ему и казаться стойкой. Его не заботило ни то, как она выглядит, ни что-либо еще. Он задал лишь один вопрос, чтобы удостовериться, что их поездка безопасна для нее, все остальное произошло на автомате.       Она вышла на площадку и вставила ключ в замочную скважину. «Я сойду с ним с ума», пронеслось в голове. Она отчетливо помнила все в нем. Помнила то ощущение тепла, которое возникало, когда он обнимал ее. «Это сумасшествие какое-то». Она вошла в квартиру. Там было темно. Энни уже крепко спала. Они недавно заключили договор о том, что подруга не будет ждать ее допоздна. Это правильно. Сняв обувь, Эмили прошлепала к дивану, расправила плед и легла, положив телефон рядом. — Ресслер, - выдохнула она и провалилась в сон почти сразу.       Утро встретило девушку болью. Она слезла с дивана под пристальным взглядом Энни и выдохнула, почти умоляюще: «не спрашивай». — У тебя на шее следы?! - разразилась подруга. — Что значит «не спрашивай»?! — Что? - ужаснулась Эмили и подошла к зеркалу. — Боже...       Вдоль шеи виднелись красно-синие полосы, оставшиеся от рук Создателя Королей. «Вот и сходила к родителям», подумала она. Молча взяв вещи, она пошла в ванную, где во всех красках вспомнила, как все болело после захвата отдела. Снова синяки и ссадины, еще и одну руку нельзя было мочить. Собравшись, она повязала на шее платок. — Очень оригинально, - оценила Энни. — Знаю, но уже ничего не поделаешь. — Что с тобой произошло?       Эмили выдохнула, но подробно рассказала, как ее швырнули на диван, протащили по нему на пол, а после принялись душить. Энни смотрела удивленно и даже не сразу нашлась, что сказать. — Может, ты все-таки уйдешь с работы, пока еще есть такая возможность? - предложила она. — Я научусь давать отпор, - ответила Беннетт. — Эмили, твоя семья даже не представляет, чем ты занимаешься! Что будет, если случится что-то непоправимое, об этом ты подумала?! — Я думала о многом! — Нет, милая. Единственное, о чем ты думала, что тебе не нужна жизнь, которая с его жизнью не схожа, но Ресслер подготовленный спец, а ты всего лишь девушка с острым чувством справедливости! Хорошая моя, вы с ним не на одном уровне. Очаруй его, встречайтесь, но не пытайся сравняться с ним, я прошу!       Эмили раскисла. Она окончательно сдалась и опустила голову. — Он спас мне жизнь вчера, - сказала она. — Еще бы. Он до этого подверг тебя опасности. — Никто не просил меня вступать в их группу. Ездить с ними на задания – моя прямая обязанность. — А после вы поехали в больницу? -хмуро поинтересовалась подруга — А после он отвез меня в кафе... — Гениально! Типичное поведение мужчины, который знает, что виноват. — Энни, пожалуйста. — Вот именно, пожалуйста. Позаботься хоть немного о себе.       Этот конфликт был бессмысленным. Энни единственная знала о том, что Эмили работает в секретном отделе ФБР. Она переживала за подругу, а еще играла роль зеркала. Все то, что Беннетт не хотела признавать, Энни озвучивала раз за разом. Она прекрасно понимала, что подруге нравится Дональд. В ее глазах он был героем, это понятно, но Энни все равно всякий раз волновалась. Она знала, что Эмили либо не привязывается вообще, либо отпускает очень долго и болезненно, но речь обычно шла о друзьях, никогда о парнях, но вот приплыли, сушите весла.       В свою очередь, Эмили понимала, что подруга беспокоится за нее. Более того, она была практически согласна с каждым словом. Да, ее травмы - не нормальное явление. В конце концов, больно всегда именно ей. Еще она прекрасно осознавала опасность, исходящую от Дональда, и все ее внутренние «но» давали трещину, когда она оказывалась рядом с ним. Она и сама начала признавать потихоньку сам факт того, что он ей был небезразличен, другое дело - что он ей не принадлежал. Одри никто не отменял, так что она не питала надежд, но успешно забыла о ней прошлой ночью, когда он вызвался угостить ее мороженным. Да, Ресслер ей нравился. Имело ли это пагубное влияние на нее? Она хотела соответствовать, очень боялась подвести, она хотела быть достойной. С детства она привыкла, что любви нужно быть достойной, никто не станет любить ее просто так, потому что она есть и так далее. А ради возможности быть рядом и учиться у него она готова была стать тем самым не ограненным алмазом, который нужен команде.       Она спешила на работу, опасаясь опоздать, но все-таки успела вовремя. Команда встретила ее самым привычным образом. — У нас есть ордер! - сообщил ей Ресслер. Ничто в нем не выдавало вчерашнего внимания, едва заметной мягкости в голосе, он вел себя обычно.       Они подъехали к дому Чендлера очень удачно: конгрессмена окружили журналисты. Они, словно вороны, налетели на него со всех сторон, задавая разные вопросы. — Наши мысли и молитвы сейчас посвящены сенатору Митчеллу и его семье, - заявил он. — Я рад, что его состояние стабильное, и надеюсь, что он скоро поправится. — Так он жив?! - удивилась Эмили. — Да, его очень оперативно забрали в больницу, - ответил Дональд. — Ты не знала? — Вчера мне было не до этого, а утром я не включала телевизор. — Как бы там не было, вперед. — В смысле? — Скажи ему, что он арестован. — Я? – не ожидала девушка, глаза так и засияли. — Иди, я надену наручники. Он весь твой.       Эмили улыбнулась, но прикусила губу. Он ее балует? И все-таки она вдохнула полной грудью и прошла через толпу прямо к цели. — Патрик Чендлер? - окликнула она его самым серьезным тоном. — Да, - отозвался мужчина. — Вы арестованы за участие в сговоре с целью убийства, - сказала Беннетт, почувствовав себя чуть ли не героиней вестерна. Ресслер застегнул наручники на запястьях конгрессмена. — Улыбайся на камеру, - довольно посоветовал он и повел задержанного к машине. Эмили немного отстала, потому что ей позвонила Элизабет. — Слушаю? — Вы уже едете? — Почти. Что-то случилось? — Да, у нас новое задание. Мы ждем вас на брифинг.

***

      Дональд поехал в офис сразу после того, как подвез Эмили домой. Удивляться ее стойкости он перестал, но осознал, что меньшего отныне от нее не ждал. Она не просто пыталась быть сильной или притворялась, она была таковой, хотя явно считала иначе. Ресслер заметно устал, правда от одной только мысли о потере коллеги ему становилось не по себе. Он мог ворчать и так далее, но он был предан команде до последнего вздоха, так было всегда, где бы и с кем бы он не работал. В ситуации с Эмили же он скорее винил во всем себя. О чем он только думал, когда взял с собой именно ее? Да, она учится и очень старается, но к реальному бою она не готова. Он спустился в лифте, прошел в кабинет. Свет в основном всюду был уже погашен, разве что Купер еще не ушел. Парень снял пиджак и повесил его на спинку кресла, затем сел.       А если бы ее задушили? Если бы он не успел? Дерьмово он себя чувствовал, хорошо, что все обошлось. Он откинулся на спинку кресла и ослабил узел галстука. Зато он попытался хоть немного вытравить негатив от произошедшего. Угостить ее мороженным было хорошей идеей, он поступил правильно. Внезапно поток мыслей разбавился странными вспышками. Она была напряжена, старалась не смотреть на него. Ее улыбка... Такая уставшая, но по-детски искренняя, даже солнечная. А ведь он тоже улыбался и не мог сказать, что ему было плохо или некомфортно, он и сам расслабился на время, словно двое друзей просто заглянули в кафе. Бред. Какие из них друзья? Беннетт ведь наверняка ему даже не доверяет! Сколько раз она спросила, куда они приехали, что он задумал и зачем? Парень вздохнул и перевел взгляд с компьютера на выдвижную полку стола по правую руку от себя. След мороженного, совсем тонкий в уголках ее губ. Ресслер моргнул. Зачем он вообще обратил на это внимание? У нее длинные ресницы и легкий румянец на щеках. — Ах, черт, - пробормотал он устало и встал с кресла. — Тебе пора спать. Контрастный душ и крепкий сон вытравят из твоей головы все ненужное, - сказал он себе, взял пиджак и направился к лифту. Зачем он вообще сюда приехал? Осознать, что заострил внимание на деталях, даже не заметив того? «Остынь, Дон, у тебя просто слишком давно никого не было, вот тебе и лезут в голову всякие глупости. Девушка как девушка. Хотя нет, она твоя напарница. Хорошо же ты заслуживаешь ее доверие, задерживая взгляд. В следующий раз сначала думай, потом делай, а не наоборот».