Часть 3

Амабель прибыла на школьную парковку за тринадцать минут до условленного времени. Почти все уже были на месте — разве что, по классике жанра, не хватало Джессики. Бель предусмотрительно надела купальник ещё дома, чтобы не устраивать потом акробатические этюды с переодеванием на заднем сиденье. Так что с собой у неё была только одна огромная сумка — в которую, по ощущениям, можно было бы упаковать ещё пару человек. — Эй, подруга, — поздоровался Эрик. — Что у тебя в сумке? Кирпичи? Почему она выглядит такой тяжёлой? — У меня с собой только всё самое необходимое, — невозмутимо повела плечами Бель. — Что, например? Бель открыла сумку и начала перечислять, загибая пальцы: — Аптечка — вдруг кто-то поранится. Косметичка, кошелёк, полотенце, плед, зонтик, фонарик, плеер, книга, крем для рук, термос с чаем, сэндвичи, заботливо сделанные моей бабушкой (это если мы вдруг проголодаемся), спрей от комаров, запасные носки и… Всё это время Эрик слушал её с приподнятой бровью. Но на слове «носки» не выдержал: — Эй, мать, тебя что-то занесло. Мы едем на пляж, а не в кругосветку. Твоя «дамская сумочка» больше похожа на ручную кладь в самолёт. — Вот увидишь, — усмехнулась Бель, застёгивая молнию. — Ещё будешь умолять меня одолжить тебе крем, чай или тормозочек. А я, может, и не дам — Вот за что ты мне нравишься, Стивенс, так это за твой юмор. Без тебя было бы чертовски скучно в этой школе. Твоё появление скрасило мои серые будни. — Рада стараться, — Амабель сделала насмешливый реверанс. Когда к ним, наконец, подошла Джессика, они решили отправляться. Бель заняла место для себя и Беллы. В дороге они разговаривали о множестве тем — от климата в Форксе до мексиканской еды. Эта поездка определённо сблизила их. Через какое-то время они остановились на пляже и начали раскладывать вещи. Те, кому не терпелось, сразу пошли сёрфить. Амабель, Анжела и Белла остались в машине. Издалека послышались чьи-то крики и смех — Бель заметила Джейкоба с его друзьями. — Эй, Белла! — Привет, Джейкоб. Изабелла встала и повернулась к ней: — Знакомься, это мой друг Джейкоб. Можно сказать, мы знакомы с детства. — Да. Мы играли в одной песочнице, когда Белла приезжала к шерифу на каникулы, — ухмыльнулся оборотень. — Моё имя — Хелена. Приятно познакомиться. Должно быть здорово иметь кого-то знакомого в новом городе, — сказала Бель, уже обращаясь к Белле. — Да, — ответила Свон и заправила волосы за ухо. — «Ох уж это нервное касание к волосам… Наверное, любимый жест Беллы во всей франшизе. Белла без закусанной губы и заправленных волос — не Белла,» — с иронией подумала Амабель. — Ты не против прогуляться? — обратился Джейкоб к Свон. — Пошли. Бель знала, что сейчас произойдёт одно из каноничных событий. Белла начнёт расспрашивать Джейкоба о вампирах — и он случайно проболтается ей о «легенде квилетов». В результате Свон впервые соприкоснётся с этим мистическим миром. — «Пока что всё идёт как по маслу. Главное — сопроводить её в ту книжную лавку в Порт-Анжелесе, чтобы с ней не случилось беды. Помню, Эдвард успел прийти ей на подмогу, но мало ли что случится в этот раз. Лучше предупредить его заранее, чтобы он уже ждал нас где-то неподалёку от магазина.» — Стивенс, чего киснешь? Давай с нами ловить волну! — Окей, но сразу предупреждаю: я не мастер спорта. Скорее, будущий кандидат на синяк века. И начались самые весёлые полтора часа, в течение которых Бель бесчисленное количество раз с грохотом падала в воду, то с доски, то мимо доски, то вместе с доской. Всё это сопровождалось брызгами, визгами и внутренними криками: Кто меня вообще сюда затащил? Спустя минут сорок чистого фиаско ей наконец удалось устоять на доске больше трёх секунд. — «Никогда бы не подумала, что буду заниматься настоящим сёрфингом. Раньше я такое только в американских фильмах видела — где у всех белоснежные улыбки, морская соль в волосах и вообще всё в замедленной съёмке. А у меня тут только синяк на пятке. Ну ничего. Это, видимо, и есть моя «американская мечта». **** На удивление, в этот раз Бель не опоздала в школу. Привычным шагом она направилась к кабинету истории, где на последней парте её уже ждал Джаспер. — Не хочешь сходить в гости? — без всякого приветствия ошарашил её Хейл. — В ваше логово вампиров? — переспросила Амабель, садясь рядом с ним. — Да. Вся семья хочет познакомиться с гостьей из параллельного мира. — С удовольствием! — Ты больше не боишься? — Нет. Я знаю, что вы честные и добрые — вы не дадите меня в обиду. Если мне и стоит кого-то опасаться, то только кочевников и самих Вольтури. — Вижу, ты действительно хорошо осведомлена о нашем мире. — Именно. А ещё мне известно несколько фактов о тебе. — И каких же? — Джаспер с интересом подвинулся ближе. — Например, то, что твоя настоящая фамилия — Уитлок. И что ты стал самым молодым майором армии Конфедерации в возрасте девятнадцати лет. На секунду лицо Джаспера помрачнело, и Амабель успела заметить эту перемену в настроении. — Прости-прости. Я не должна была это говорить. Если хочешь, мы можем сменить тему. — Всё нормально. Просто я давно не вспоминал о своём прошлом. Джаспер выглядел задумчиво, и Бель уже было подумала, что он ушёл в себя, как вдруг он продолжил: — Я родился в обычной многодетной фермерской семье. Кроме меня было ещё трое братьев и одна сестра. Я был самым старшим, и, естественно, отец возлагал на меня большие надежды. По его мнению, мальчик становился мужчиной только после военной подготовки. Я помню, с каким восторгом он всегда отзывался о своей службе. Поэтому я солгал о возрасте, чтобы меня взяли в армию. Я хотел оправдать ожидания отца, заслужить его уважение. Так я стал солдатом в семнадцать, а уже в девятнадцать — майором. За два года, благодаря амбициям и способности к убеждению, я получил этот высокий пост. Той злополучной ночью я направлялся на юго-запад, ближе к границе Мексики, когда мне навстречу попались трое женщин. Они выглядели хрупкими и беспомощными, и я, как настоящий джентльмен, не смог пройти мимо. Но стоило мне подойти ближе, как они напали и обратили меня. Такой боли я не испытывал никогда. Казалось, будто кости плавятся и смешиваются с кровью, стекая по шее, подбородку, рукам — по всему телу. — Ты наверняка знаешь, на кого я наткнулся, — тихо сказал он. Амабель всё знала, но язык не поворачивался сказать. Наконец, она прошептала: — На Марию… — Именно. Она увидела во мне потенциал и захотела, чтобы я возглавил её личную армию. Несколько лет я тренировал новорождённых по её приказу, а потом, когда они становились ей не нужны — убивал. Это были невыносимые муки для меня как для эмпата. Каждое их чувство проходило сквозь меня — как будто я сам проживал десятки смертей. Я ощущал их надежду, что их пощадят… страх, сжимающий грудную клетку… отчаянное, слепое отрицание… А потом — тишину. Принятие. Горькое, неизбежное. И самое страшное — я чувствовал тот момент, когда они понимали: им не выжить. Всё изменилось тогда, когда я пощадил одну влюблённую пару — Питера и Шарлотту. Их чувства были настолько искренними, что я просто не смог поднять на них руку. Спустя несколько лет они вернулись и рассказали мне, каково это — жить не на линии фронта. Именно они приоткрыли для меня завесу мирной жизни. Благодаря им я, наконец, ушёл от Марии. После этого я был на пределе. Не физически — моё тело могло двигаться вечно, не уставая, — но разум… разум трещал по швам. Я чувствовал слишком много, слишком долго. Чужая боль въелась в меня, как яд, — и в какой-то момент я перестал отличать её от своей. Всё стало тяжёлым. Воздух. Время. Мои собственные мысли. Я больше не знал, кто я — солдат, зверь, призрак? Всё живое во мне сгорело в том бесконечном круге смерти, где я служил. И когда я ушёл — по-настоящему ушёл — мне не стало легче. Осталась пустота. Глубокая, вязкая, как трясина. А потом, в один солнечный день, я зашёл в кафе на заправке. И увидел её — Элис. Она выглядела так, будто уже знала, кто я, и ждала. Этот лучик света вытянул меня из ямы, в которой я находился, и привёл к Калленам. За это я ей бесконечно благодарен. — Вот и вся моя история, — закончил Джаспер. Амабель молчала с минуту. Ей очень хотелось как-то поддержать его, но слова никак не находились. И вдруг она решилась — робко положила свою ладонь на его. — Мне очень жаль, что тебе пришлось через это пройти. С юных лет ты был втянут в войну между вампирами. Мария хотела сделать из тебя свою пешку — но у неё не получилось. У тебя хватило силы духа, чтобы уйти. — У неё получилось, — горько усмехнулся Джаспер. — Я был её машиной для убийств на протяжении нескольких лет. — Джаспер, насколько я знаю, дар Марии — это манипуляция. Она внушала тебе делать то, чего ты сам бы никогда не захотел. Ты не виноват. Никто не может сопротивляться воле такой сильной вампирши, но ты смог. Ты снял с себя эти оковы. Амабель почувствовала, как холодные пальцы бережно сжали её руку. В этом жесте была вся та благодарность, которую он не мог выразить словами. — Я рада, что судьба привела тебя к Калленам и ты снова обрёл семью. Не каждый вампир… да что там, не каждый человек может похвастаться такими крепкими узами. Впервые за всё это время Джаспер по-настоящему улыбнулся. — Да, они замечательные. И многое для меня значат. Вот поэтому я и хочу тебя с ними познакомить. — Жду с нетерпением, — искренне произнесла Бель. — Я заеду за тобой в 17:00. Тебе подходит? Если хочешь — можем перенести. Я знаю, что женщинам нужно много времени на сборы, — подмигнул Хейл. «Привычное настроение Джаспера вернулось, и я не могу этому не радоваться», — подумала Бель. — В 17:00 будет как раз хорошо. Обещаю не заставлять тебя ждать у двери, пока я докручиваю последний локон. — Ловлю на слове, — с усмешкой ответил Джаспер в тот момент, когда прозвенел звонок. ⸻ Амабель решила не наряжаться слишком вычурно. Просто достала чёрную миди-юбку и мягкий белый свитер из шкафа. И — после короткого колебания — выбрала чёрные кожаные оксфорды на высоком каблуке. — Элегантно и в то же время удобно. То, что нужно. С волосами в этот раз хотелось поколдовать. — Я так давно не делала свои любимые укладки в стиле 40-х. Всё никак не хватало времени, но сейчас появился особый случай. Я просто обязана это сделать. Девушка поставила тонкую плойку диаметром 12 мм разогреваться, а тем временем делила волосы на секции. Каждую прядь она крутила от лица и фиксировала специальным зажимом — это делалось для того, чтобы причёска держалась дольше. Потом Бель распустила все кудри и аккуратно прочесала их. Чтобы волосы легли приятной волной, как из голливудских фильмов, ей понадобилось масло для волос — двух капель оказалось достаточно, чтобы произошло чудо. Самым сложным этапом оказалось сделать два аккуратных валика. Она с полчаса стояла у зеркала с невидимками во рту, пока у неё не получилось. — Ну наконец-то! У меня уже руки затекли… Девушка посмотрела на часы на тумбочке. — Чёрт, уже 16:47. Скоро должен прийти Джаспер. Амабель нервно зашагала по квартире. — Да чего я так переживаю? Я же знакома с их миром. Для меня это не так удивительно, как, например, для Бэллы… Но почему-то всё равно мандражирует. Резко во всём доме раздался звонок. Амабель чуть подпрыгнула от неожиданности и помчалась вниз. — Бабуль, это за мной! Женщина удивлённо выглянула из кухни. Как только Бель открыла дверь, ей вручили огромный букет из лилий. Улыбка сама собой появилась на лице. — Спасибо, мне очень приятно, — сказала Амабель и наклонилась над цветами, чтобы услышать их чудный аромат. — «Наверное, я выгляжу как полная идиотка с этим выражением лица. Не хватало ещё завить прядь на пальце и похлопать ресничками. Так бы я точно выглядела как влюблённая дурочка». — Дорогая, отойди, ты загораживаешь весь проход. Дай мне посмотреть на этого юношу. — А, ой… — девушка отошла немного в сторону. — Доброго вечера, миссис Сесилия. — «Так вот как её зовут», — стыдливо пронеслось у Амабель в голове. — Меня зовут Джаспер Хейл, — продолжил тот и протянул женщине пышный букет из красных роз. — Очень приятно познакомиться, — сказала бабушка и протянула свою ладонь Джасперу. Он незамедлительно поцеловал её. — Ты же один из сыновей доктора Каллена? — Да. Он всегда с теплотой отзывается о вас и благодарит за помощь больнице. Только вы в этом городе действительно заботитесь о жителях. К сожалению, властей это не интересует. — Ой, ну что ты, — ответила бабушка немного смущённо. — Это мой долг как гражданина — заботиться об этом городе. Всё-таки я меценат. Как-никак, доверенное лицо. — После сказанного она шире расправила плечи и встала в серьёзную позу. Ей не хватало только плаща супергероя для завершения образа. — «А лесть ей приятна», — с ухмылкой подумала Бель. — Я знаю, что твой отец тоже немало делает для этой больницы. Помимо того, что он врач от Бога, так он ещё и закупает некоторые аппараты за свои деньги. Это достойно похвалы. Сразу видно, что у него большое сердце. — Спасибо. Я передам ему ваши слова. Отец очень ценит вашу поддержку. Тем временем Сесилия пододвинулась к Амабель и беспардонно спросила: — Кем он тебе приходится? — Он мой друг. — Просто друг? — шепнула Сесилия и выгнула бровь. Девушка тут же покрылась румянцем и возмущённо воскликнула: — Бабушка! Она была уверена, что Хейл с его-то суперслухом точно всё услышал и прямо сейчас потешается над ней. Как только Бель повернулась, она столкнулась с довольным Джаспером, который неотрывно смотрел на неё. Уголки его губ были приподняты, и это вогнало Амабель в ещё больший румянец. — С чего это мы так веселимся? — едва слышно прошептала девушка, злясь на эту ситуацию. Она знала, что до бабушки это не дойдёт, но вот вампир услышит точно. На её глазах улыбка Хейла стала чуть шире. — Ладно, бабуль, нам пора. Мы идём в гости в дом Джаспера. — Обещай привести её домой не позже десяти, — добавила женщина. — Ну что ж. Раз твоим воспитанием занимался доктор Каллен, то я доверяю тебе мою внучку. Хорошо проведите время! — Обязательно, — сказали мы оба в унисон и покинули дом.

***

— Мы поедем машиной? — спросила Амабель. — У меня на примете способ передвижения побыстрее. — Только не говори мне, что это то, о чём я думаю. — Именно. — О нет! Я слишком боюсь высоты. А вдруг меня укачает и я вырву? Девушка говорила это быстро и с явным страхом, но между строк явно читался адреналин — и Джаспер это чувствовал. — Давай просто попробуем. Я подниму тебя на вон то дерево, и если тебе станет страшно — сразу спущу. Стоит только сказать «стоп». — Я согласна. Ей понравилось, что Джаспер настолько бережно отнёсся к её переживаниям. Эта поддержка дала ей стимул согласиться на авантюру. Джаспер плавно подошёл к ней и аккуратно поднял на руки. — «Это первый раз, когда мужчина носит меня на руках, и эти ощущения просто неописуемы. С ума сойти! Я для него как пушинка. Он же буквально не ощущает моего веса». Для опоры Амабель положила обе ладони ему на торс. — «Такой твёрдый… Интересно, сколько там кубиков?» — Бель тряхнула головой. Не хватало ещё, чтобы он понял направление её мыслей.» — Ты готова? — Да. — Лучше обвей мою шею руками. Так надёжней. — Хорошо, — девушка исполнила просьбу. — Можешь пока закрыть глаза, а я громко посчитаю до трёх. Амабель молча закрыла глаза и покрепче обняла вампира. — Раз. Девушка сильнее зажмурилась. — Два. Она тяжело сглотнула. — Три. Амабель почувствовала, как они оторвались от земли и за секунду оказались на верхушке дерева. — Можешь открывать глаза. Сверху открывался вид на Форкс — город выглядел тихим и почти неподвижным. Она сразу узнала свою улицу: знакомый поворот, крыша их дома, машина у соседей. — Вау. Никогда не думала, что мне удастся увидеть этот городок с перспективы птичьего полёта. Несмотря на мой страх, я хочу увидеть больше. Побежали в лес? — С радостью. Они перепрыгивали с одного дерева на другое, и Бель вертела головой то вправо, то влево. Всё было немного размытым, потому что такая скорость не подвластна человеческому глазу. Но этот блюр действовал на неё убаюкивающе. Все переживания о предстоящем знакомстве с Калленами улетучились в один момент. — Всё, мы на месте. Девушка даже не заметила, что они не двигаются уже несколько минут. Следом Джаспер аккуратно опустил её обратно на землю. От непривычки и от пережитого стресса у неё подкосились ноги. Амабель чуть не поцеловала асфальт, но Хейл вовремя её подхватил. — Ты как? В порядке? Давай подождём пару минут, пока твоё тело придёт в норму. — Нет, уже всё хорошо, — Амабель снова попробовала встать без резких движений. На этот раз она сумела сохранить равновесие. Джаспер на всякий случай взял её за руку — и так они вошли в дом. Как только они увидели Эдварда, Бель одёрнула руку. — Это так неловко, — со смущением подумала девушка. — Ещё подумает, что мы парочка… — Хелена… — начал Эдвард, — приношу свои глубочайшие извинения. В тот день я плохо контролировал себя и мог случайно навредить тебе. На его лице отразились муки совести, и Амабель даже стало немного жаль его. — Забудь. Я хорошо понимаю твои эмоции. Ты повёл себя ещё более-менее адекватно. Возможно, на твоём месте кто-то другой поступил бы куда хуже. Но давай не будем о грустном. Твоей выдержки оказалось достаточно, чтобы преодолеть эту трудность. Лицо Эдварда, ещё секунду назад искажённое болью, сейчас выражало только облегчение и благодарность. — Я рад, что этот инцидент не помешает нашей дружбе. Пройдёмте в столовую. Эсме уже несколько часов готовит для вас сюрприз. Мы последовали за Эдвардом и оказались в большой столовой, соединённой с кухней. На всё помещение стоял очень приятный запах, знакомый с детства. Амабель заметила Эсме, которая как раз доставала что-то из духовки. — Привет, дорогая. Меня зовут Эсме, и я являюсь «матерью» этого семейства. Приятно наконец-то с тобой познакомиться. — Здравствуйте, миссис Каллен. Я тоже очень рада познакомиться, — с улыбкой произнесла Бель, протягивая руку. — Можешь звать меня просто Эсме. Так ко мне обращаются мои дети, — ответила женщина, принимая рукопожатие. От этих слов Амабель ещё шире заулыбалась. — «Она видит меня впервые в жизни, но уже воспринимает как кого-то близкого. Видимо, каждый вхожий в этот дом автоматически становится для неё частью семьи. Это настолько мило, что мне захотелось её обнять». Впрочем, Бель решила не сдерживать этот порыв — и действительно приобняла её. Если Эсме и удивилась, то не подала вида, а только крепко обняла в ответ. — Извините, не сдержалась. — «Наверное, я сейчас красная как помидор…» Её смущение прервали звуки, доносившиеся из глубины кухни. Это была Розали, которая интенсивно помешивала что-то на сковороде, при этом противно царапая её лопаткой. Она гневно посмотрела на Амабель и тут же отвернулась. — Мы знаем, что ты родом из Венгрии, поэтому решили приготовить что-то из местной кухни. У нас давно не было практики, поэтому надеемся, что получилось сносно. На основное блюдо у нас гуляш… — «Так вот чем так усердно занимается Розали». — А на десерт — ретеш. Девушка перевела взгляд на то, что Эсме достала из духовки. На подносе лежал аппетитный рулет с грецкими орехами. От увиденного у неё уже текли слюнки. — Так что, надеюсь, ты голодна? Амабель знала, чем чреват отказ. — «До сих пор помню, как Розали разбила салатницу после слов Эдварда о том, что Бэлла не будет есть. Интересно, что она сделала бы в этот раз? Кинула бы в меня сковородку?..» Прежде чем кто-либо что-то сказал, она ответила: — Конечно! Я так давно не пробовала свою традиционную кухню. Бель села за стол, и перед ней сразу оказалась ароматная тарелка с гуляшом. Эсме подала ей столовые приборы и села рядом, пристально глядя на неё. От этого стало немного неловко, но по взгляду женщины Амабель поняла: та жаждет узнать, нравится ли блюдо. Девушка не стала медлить и попробовала первый кусочек. Все Каллены внимательно ждали, пока она дожует. — Мясо просто тает во рту. Оно прямо распадается на волокна. Кажется, вся семья только этого и ждала. Эсме захлопала в ладоши, а остальные присутствующие посмотрели на неё с одобрением. — Попробуй ещё мой рулет, — женщина быстро разрезала выпечку и положила на тарелку. Вкус ретеша напоминал детство — как бабушка Терезия выпекала по два рулета: один с маком, другой с орехами — на Рождество. Бель почувствовала светлую грусть, ностальгию. Джаспер не оставил это без внимания и бережно сжал её руку под столом. Никто не мог видеть этот молчаливый акт поддержки — и это согрело сердце Амабель. Этот жест чувствовался очень интимным и сокровенным. Это было что-то только между ними. Она подняла на него взгляд и столкнулась со спокойным выражением лица. Только в глубине глаз таилась нотка беспокойства — это придало ей сил. — Благодарю вас за такой тёплый приём и чудесный ужин. Я ценю то, что вы поинтересовались культурой моей родной страны. Это заставило меня снова почувствовать себя дома. В этот раз уже Эсме не удержалась и обняла её: — Ты всегда можешь приходить к нам, когда тебе будет одиноко. Я знаю, что сейчас ты оторвана от родных, но, возможно, мы сможем приглушить твою боль, — с заботой в голосе произнесла женщина. — Спасибо. Это действительно много значит для меня. Едва Эсме убрала со стола, Джаспер жестом предложил ей пройти наверх.