Печально известные

Песня:

Noémie Wolfs · Notorious

***

Я никогда не отличался умом, но у меня была чуйка — полезное качество для ищейки. И чуйка просто вопила: «Не лезь туда, там только гибель». Такие, как она, всегда привлекали отъявленных мерзавцев. Но её красота и беззащитность пробудили что-то иррациональное во мне; на меня словно нацепили поводок, привязали на цепь и наказали следить за её благополучием. — Вы определённо внушаете доверие, — так, кажется, сказала она, и её пухлые губы поджались. — Мне вас рекомендовали. Я не спрашивал, кто и зачем, наслаждаясь её бархатным голосом. Я просто согласился, зная, что это крайне плохая идея. Её звали Лана, она была начинающей певицей. Её ясные голубые глаза напомнили о моей невесте, которая трагически погибла несколько месяцев назад. Наверное, поэтому я и пропал. Стоял август. В кабинете было мрачновато, душно, тени наплывали на её лицо. Шумел бесполезный вентилятор. Я докурил очередную сигарету. — Сделаю всё, что смогу, мисс Пирс, — сказал я; протянул ей руку, и моя грубая ладонь соединилась с её перчаткой.

***

Это дело оказалось банальным донельзя, я раскрыл его за три дня, о чём перед Ланой умолчал. И продолжал малодушно навещать её, чтобы «уточнить кое-какие детали». Она пела в набирающем популярность клубе на окраине, месте притяжения разномастных отбросов и мафиози. Я занырнул в здание из дождливой улицы и отряхнул плащ. Закурил. Уходила грусть, наконец. Я мог видеть её, и мысль эта радовала. Выступление Ланы было в самом разгаре. От невинной девушки, какой я увидал её впервые, не осталось и следа. Сцена преобразила её. Она притягивала свет, ласкающие взгляды, моё глупое существо... В ней читалось что-то бесстыдное, оголённое, недосягаемое. Каждый в зале, наверное, сказал бы, что она пела для него. Их нельзя винить, но мне нравилось верить, что именно моё появление она заметила и, может, ждала — в толпе выхватила мою фигуру, искала мой взгляд, хотела бы провести вечер со мной. Её белокурые локоны струились по мраморным плечам; алый рот, выразительные глаза, их влажный блеск — невозможно было оторваться; фигура, плавные волнообразные жесты, грация — она воплощённый ангел в нашем разлагающемся мире. Возможно, не самая талантливая певица, но совершеннейшее существо на земле. Она пела — а я стоял как вкопанный, даже не присел до сих пор; она пела — я будто касался её волос и мягких предплечий, и она разрешала мне; она пела — я растекался у её ног и испарялся с дымом чужих сигарет. — Вы продвинулись в нашем деле? Может, всё зашло в тупик? — через полчаса после выступления, раскрасневшись, спросила Лана. Она сама меня нашла. Ждала? Нам организовали какой-то столик. Она сидела вполоборота, слишком много людей хотело отнять её. Я без запинки ответил: — Возможно, мне потребуется больше времени, чем предполагалось. Она снова выглядела грустной, и мне ещё больше хотелось её защитить. Но белоснежные волосы Ланы выбились из прически и закрыли от меня её лицо.

***

Слежку за собой я заметил дня два назад и тут же связал это с Ланой. Пока я решал её дела, выяснил, что интерес к ней среди прочих проявлял Вито Росси, главный претендент на роль капо в районе, где находится её клуб, он же этот клуб и контролировал. Я же говорил, что такие, как она, заманчивы для подонков. Два дрянных типа в гражданской одежде постоянно ошивались возле входа в мою контору, следили за мной до дома. Странно было, что они ничего не предпринимали. Пристрелить меня в подворотне и выбросить тело на свалку — не великое дело. Наверняка меня и не хватится никто очень долго. Те, кто за мной следили, как оказалось, не знали про запасной выход из конторы. Это жаркое лето меня совсем допекло. Асфальт раскалывался и плавился под ногами; дырявые носки гадко прели в недышащей обуви. Голова распухала от мыслей. Первая — Лане наверняка грозит опасность. Вторая — мне надо срочно увидеть её. Сегодня у неё был выходной. Я сразу узнал, где она живет — какой это могло быть тайной для меня? — но никогда мы у неё дома не встречались. Ждёт ли она меня? Я стоял у её квартиры на шестом этаже, и кажется, всё было хорошо. За дверью слышался шум, голоса, движение... Лана не одна? Она появилась после звонка с некоторым промедлением. Растерявшись, Лана не поняла сразу, кто перед ней, и я зашёл, захлопнул за собой дверь. Отметил, что и в домашней обстановке Лана смотрелась маняще. Квартира была крохотной: кухня, стол, кровать, балкон, — так что личного пространства не оставалось совершенно. — Я думала, это... — начала она и осеклась. — Извините, я репетировала, и вы-вы... не вовремя. — Мисс Пирс, нам надо серьёзно поговорить о вашем деле... Она взглянула на меня затравленно: — Наверное, и делом вы моим никогда не занимались, мистер Митчелл. Зачем вы притворялись детективом? Вам лучше уйти, сейчас сюда придут... — Вы не понимаете, вам грозит опасность! — Я схватил её за плечи и прижал к стене. Она была такой хрупкой, невесомой, что-то треснуло, и она вскрикнула. — Почему же всяких выродков так и тянет к вам, мисс Лана? В дверь заколотили, я зажал Лане рот. Хотя она обмякла совершенно, и в этом уже не было нужды. — Откройте, полиция! — донеслось снаружи. Я посмотрел на Лану как на предательницу, её голубые глаза воспалились, она жалобно приподняла брови. Волосы рассыпались в беспорядке, белое плечо оголилось. Чутьё всегда мне говорило, что это плохо кончится. Я открыл балконную дверь, бережно усадил моё совершенство на парапет спиной к себе — и, преодолев небольшое сопротивление, попрощался с ней навсегда.