Глава II.

Распорядок в армии жестко отличался от привычного уклада. Хоть в жизни Леви и раньше существовали правила, эти «правила» были созданы им самим. Здесь же, приходилось наоборот, подстраиваться под чужой авторитет. Завтрак — в совсем другое время, когда его организм ещё не готов для пищи; построение, тренировки. Была и одна вещь, которую невозможно было переоценить — водные процедуры. На этот пункт в расписании время выделялось каждый день и Леви испытал слабую толику радости при мысли, что его тело будет теперь всегда в должной чистоте. Сквозь мрачную завесу, через которую Леви видел сейчас мир, душ с теплой водой представал перед ним единственным лучиком солнца. А вот весёлые и улыбающиеся лица разведчиков, которые маячили перед носом — раздражали до чёртиков. Сидя в столовой с подносом, заставленным едой, Леви не мог абстрагироваться от шума, который сотрясал воздух. Смех, споры и возгласы смешивались с звоном посуды и топотом каблуков, наполняли пространство и его голову. Жизнь кипела, продолжалась. А брюнет, забившись в самый дальний ряд скамеек, наблюдал за этим в одиночестве и не мог понять, что за чувство царапало его изнутри. Несправедливость. Разве честно то, что эти ребята вокруг беспечно шутят, а Фарлан и Изабель больше не смогут? Разве честно, что вчерашняя беда не омрачила души оставшихся солдат? Паршивее всего было то, что все вокруг беспечны и воодушевлены, в то время как Леви — сломлен. Простое одиночество обострялось на фоне празднества большинства. Вот, молодые девушки сели в первых рядах, оживлённо воркуя. Будто до сих пор учатся в кадетке, и словно это не их через неделю-другую заберут за Стену. За их спинами неспешно несли подносы юноши, громко обсуждая свои предыдущие спарринги. Гоготали, как жеребцы и слюной брызгали, споря о том, кто из них сильнее. Леви смотрел на снующих солдат, прикусив щеку изнутри. Хотелось чтобы все люди разом исчезли, и этот шум и гам прекратился. Он слегка повернул голову, глядя на пустующую скамью справа от себя и осознал то, что рьяно пытался отрицать. Леви отвык от одиночества. В жизненном пути был всего один небольшой отрывок, который он провёл самостоятельно. Сперва был с мамой. Затем появился Кенни. Только после его исчезновения Леви остался один, но и это длилось не так долго. Затем он нашёл, казалось бы, семью. И эту шаткую идиллию он не смог сохранить и уберечь. Рядом с Леви зашуршали одеждой, завозились, скрепя скамейкой а после и вовсе на стол опустилось несколько подносов. Брюнет тут же поднял голову, упираясь взглядом во внезапно окруживших его людей. Недоумение на его лице задержалось дольше, чем хотелось. — Здравствуй, — первым подала голос девушка. Мягкий и спокойный. Леви узнал его и степень удивления возросла. Та самая разведчица, что нашла его вечером за конюшней. Дряньство. — Ты так одиноко здесь ютишься, что грех было не подойти, — она слегка улыбнулась, говоря несколько смущенно. Кажется, догадывалась, что Леви мог специально игнорировать остальных. Леви нахмурился, подбирая в голове приличный ответ или что-то отдаленно похожее на приличие. А надо ли было вообще что-то говорить? Один из солдат, севший напротив Леви, принялся неспешно поглощать завтрак. Откусив кусок хлеба светловолосый, высокий парень поднял голову и уставился на брюнета ленивым взглядом из-под опущенных ресниц: тело напряжено, руки в кулаках, еда нетронута. Точно новичок, и он точно не хотел, чтобы его беспокоили. В целом, очевидно. Только вот женщине это невдомек. Молчание затянулось и блондин, все ещё спокойно жуя, сказал: — Не бери в голову, — кинул он Леви, который был одновременно мрачен и слегка растерян. — У Вай синдром мамочки. Она ко всем бедолагам пристает, тем более когда услышала, что в легионе пополнение. Его слова разбили в дребезги мирную атмосферу за столом. Леви вздрогнул и застыл на месте, а в сознании эхом разносилось небрежное «бедолага». Да эти ребята нарываются на взаимное «приветствие»? Третий разведчик, уместившийся рядом со светловолосым, был никак не заинтересован происходящим. Все его внимание было направлено на свою тарелку, порция на которой была явно больше, чем у остальных. Пузо паренька говорило о плотном рационе само за себя. Девушка сердито насупилась, даже слегка рот приоткрыла от негодования. — Том, ты совсем? — укорила она. Он перевёл глаза на Вай и уголок рта парня подтянулся в ухмылку. — Но ведь это правда, Блейк, — тон блондина потеплел, стоило ему обратиться к Вай, а Леви испытал очередное замешательство. Вай. Блейк. Вайолет Блейк. Новый командир отряда. Дерьмо. Мало ему было бы плакать перед просточком — он сделал это перед начальством. — Может, вы продолжите свой спор где-нибудь в другом месте? — наконец прошипел Леви сквозь зубы. Хотелось каждому хорошенько дать в глаз, чтобы замолкли, наплевав даже на то, что обращался он сейчас к старшим по званию. Том говорит с Вайолет на «ты», значит тоже давно не простой рядовой. Да и похер. — Извини, — сказала Вайолет с сожалением, от которого Леви стало противно. Он чувствовал себя «бедолагой» все больше и больше, и это начинало нехило раздражать. — Мы не для этого к тебе сели, — она заняла место на скамейке Леви и сейчас придвинулась к нему чуть ближе, так что между их бёдер прошла бы её тонкая рука. Коллинз, отметив это, перестал жевать, а его лицо недовольно вытянулось. — Отчасти Томас прав, — тихо начала Вайолет, склонившись корпусом к Леви ещё немного. — Я действительно всегда оказываю внимание новеньким, потому что знаю не понаслышке, как нужна поддержка в Разведке. А ещё потому что это входит в мои обязанности. Леви глядел перед собой и ощущал, как всё тело было напряжённо. Возможно, от скорби, что никак не отпускала или же от того, что девица вторглась в его личную границу. — Я Вайолет Бейк, — представилась девушка и взглядом указала на сослуживцев. — Это Томас Коллинз, — светловолосый отозвался взглядом. — И Бен Мерфи, — кивок в сторону пухлого разведчика. Затем она добавила: — Если нужна будет помощь или просто захочешь поговорить — буду только рада. Леви с недоверием скосил глаза в её сторону, зацепился за профиль, пряди волос, что обрамляли и закрывали девичье лицо. Странно. Такого подхода никак не ждёшь в военной среде, тем более от командира. Здесь наоборот, свои сопли заставят проглотить, а не будут нежно подтирать белыми платочками. Блейк не ждала ответа от мрачного новобранца, поняла что он явно не из болтливых. Это было и не важно. Разведкорпус пестрил разными личностями: неугомонными, ленивыми, трудолюбивыми и пугливыми. Она подошла бы к любому. Однако, брюнет неожиданно для всех отозвался. — Учту, — тихо бросил Леви, не глядя на незваных собеседников. Вайолет, уже было взявшая в руки вилку чтобы начать завтракать, повернулась обратно к парню и слегка улыбнулась. Леви украдкой поглядел на неё, отмечая какую-то спокойную, умиротворяющую энергетику, исходящую от командира Блейк. Она двигалась и говорила размеренно и плавно. — Так, как тебя там зовут? — подал вдруг голос Бен. Спросил он весьма невнятно — не давали полные еды щеки. Трапезничал парень неаккуратно: хлебные крошки осели на воротнике, каша запачкала брюки, а компот отметился каплями на рукавах. Леви открыто скривился, потому что даже не знал, что из этого более мерзко: его внешний вид или манеры. Можно было ответить просто, не вдаваться в небрежный тон, но всякому терпению есть предел. — Не говори с набитым ртом, — фыркнул Леви и следом демонстративно отодвинул свой полный поднос, понимая что аппетит теперь и вовсе исчез. Очень хотелось добавить смачное «свинья», но тогда высока вероятность, что этот ходячий запас жира нахохлится и станет еще в два раза больше. Гарантии неприкосновенности у Леви тоже не было, и порывы научить невежу приличию приходилось сдерживать. — Э? — брови Бена сперва выгнулись, а после осознания сказанного гневно сошлись на переносице. — Что ты там вякнул? Забыл с кем разговариваешь? Он уже было встал, чтобы грузно возвыситься над Леви — таким невысоким и щуплым, но его опередили. Вайолет взметнула вверх легко и просто, склонилась над столом, уперевшись в него одной рукой. Глядела на солдата строго, но всё же сдержанно. — Сядь и успокойся, Бен, — она кивнула на его место и вновь уперлась взглядом в глаза разведчику. — Почему мне говоришь успокоиться? Этот крысёныш дерзит с полу слова, а ты… — Хэй, — Томас повернулся к товарищу, обрывая его. Предчувствовал, что оскорбления полетят в сторону Блейк и сразу пресекал такую возможность. — Остынь. Будто это ты здесь первый день… — Да нахуй… — бросил Бен, раздраженно хватая свой поднос, который звякнул пустой посудой. С грохотом поднялся с лавки и скрылся за стеной, что вела на кухню. Ушёл, потому что не сдержался, если бы и дальше смотрел на наглого коротышку напротив, которого принялась защищать командир, а её, в свою очередь, стал прикрывать дурачок Томас. Повисла тишина, прерываемая отдалёнными звуками с другого конца столовой. Вайолет бесшумно опустилась на скамью и цокнула металической вилкой по тарелке. Плечи её опустились, как и подбородок. — И снова извини, — тихо сказала девушка. Леви и Томас подняли на неё удивленные взгляды. — За что? — тонкие брови Леви вопросительно изогнулись. — Не так я хотела поприветствовать новичка, — невесело усмехнулась Блейк. — Тем более, что ты явно не хотел разделять чью-то компанию, а тут ещё и Мерфи со своим вынендрежем, — добавила она слегка ворчливо. Раздосадовалась, будто ей отчёт нужно составить про впечатления о Разведке. После недолгой паузы прозвучало тихое, лаконичное: — Леви. Томас не расслышал и скорее не понял, что именно сказал брюнет и озадачено нахмурился. — А? — Мое имя — Леви, — спокойно повторил он. Удивительно, ведь ещё недавно на построении командующий Шадис представил их всему легиону. Коллинз одобрительно хмыкнул. — Хорошо, Леви. Забей на того парня — он всегда такой, — отмахнулся Томас, преспокойно потягивая компот из жестяной кружки. Леви помедлил, а после взглянул на блондина и прищурился: эта флегматичность тоже была не здорова, особенно в условиях выживания. — А ты, получается, всегда на расслабоне? Томас смотрел в одну точку где-то впереди себя, проглотил напиток, повел челюстью и развернулся к брюнету. Зря он заткнул Бена Мерфи — видимо, стоило показать новичку его место. Зря Вайолет вознамерилась любезничать. — А Бен был прав, — понизил голос разведчик. — Не зазнавайся. Ты ещё нихрена не знаешь ни о службе, ни о жизни, ни о нас. Так что поумерь свой гонор. Леви от такого «радушия» начинало дергаться веко. Нагло сели к нему, козыряли своим опытом, оскорбляли в наивности и дурости. — То, что ты протираешь зад в Разведке на пару лет дольше меня не делает тебя гением, — парировал Леви неспешно, лишь серые радужки холодно сверкали в утренней полутьме. — Хватит, — оборвала начавшийся спор Вайолет. Не стала кричать и шуметь, наоборот её голос тоже стал ниже, пропитался сталью. — Сейчас вы оба «хороши». На лице Томаса отразилась явственная обида. Несправедливо. Тепло, с которым он глядел на девушку, бесследно исчезло и осталось лишь хмурое недовольство. Том был не виноват. Неужели она настолько слепа? Уж точно нет, всего лишь делает вид, что не замечает как новичок провоцирует и задирает собеседников. Ведь не будь этот чёрный воронёнок таким колким на язык, беседа бы пошла в гору. Коллинз долго смотрел на Вайолет и молчал, а после взял в руки поднос с пустыми тарелками и поднялся на ноги. — Порой ты меня поражаешь, Вай, — с иронией пробормотал Том, проходя мимо Блейк. Девушка на секунду опустила глаза в пол, прикрывая веки, будто соглашалась с его немым укором, и спустя пару мгновений слегка вздрогнула от движения слева. Леви взметнул бежевым пятном вверх, молча скрываясь из виду, оставляя Вайолет наедине с неоправданным гостеприимством и нетронутой едой на столе.

***

Тренировочное поле напоминало зарождающиеся болото: чёрная земля была словно вспахана проливными дождями, полнилась лужами, словно разводами на бумаге. Сапоги утопали в грязи с противным чавканьем, ноги то и дело соскальзывали в сторону. Более мерзких условий не продумаешь. Но время не ждёт: на последней экспедиции полег весь отряд, и сейчас командиру атакующего требовалось поглядеть на свой новый состав. Вайолет держалась спокойно, будто давно готовилась к повышению. Девушка выпустилась из Кадетского корпуса 5 лет назад. За плечами немало вылазок, и по меньшей мере 22 титана, убитых в одиночку — чуть больше прожитых ею лет. И все же, если присмотреться более пристально, то можно было заметить тревогу в девичьих глазах, в дрогнувших чертах, нервном заломе пальцев. Дослужившись до лейтенанта, Вайолет хорошо знала вкус ответственности и тревоги за чужие жизни, которые зависели напрямую от её решений. И все же, принять полное командование над отрядом было страшно. Лейтенант ведёт за собой разведчиков лишь какую-то дистанцию, подхватывает в непредвиденный момент, помогает своему лидеру. Сейчас лидером становишься ты сам. Страшно, что аж тело мурашило и свело живот. Блейк и не мыслила о карьерном росте, как и большинство разведчиков. Этот подъем — шаг через мертвого товарища. С такой жизнью надеешься лишь на то, что сумеешь выжить на предстоящей вылазке, да как бы сберечь молодняк. И все же, каждый солдат, хоть раз выходивший за Стены, должен осознавать сколь высока вероятность занять чьё-то место. Вайолет шла вперёд по поляне, в то время как слева от неё стояли новые члены атакующего отряда. Набора из кадетского корпуса не видать до следующей осени, и поэтому людей пришлось отбирать из других групп. Блейк остановилась напротив горстки разведчиков, проскользнув по ним беглым взглядом. Мало, подметила она, насчитав лишь 8 человек. Не матёрые солдаты, что уже привыкли резать загривки титанов, это было заметно слишком явно. Нет той суровости в глазах, в сжатой челюсти, даже когда рядом нет опасности. Скорее всего, прежде они держались в стороне от заварух за Стеной, передавали поручения и оттаскивали раненных. Однако, командиры заверили Вайолет, что эти разведчики — самые стойкие из их групп, да и выбора у девушки не было. Она не должна подвести этих ребят. Просто не может. На мгновение ладони Вайолет, заведённые за спину, сжались в кулаки. На секунду это было волнение, но затем она взмахнула одной рукой, ударяясь ею в грудь, оставляя вторую руку позади. Девушка выпрямилась, сделалась будто чуть выше, демонстрируя всем своим видом гордость за право быть частью легиона Разведки. — Теперь вы — первый ударный* отряд, — начала Вайолет. — Те, кто первыми идут в атаку, когда в зоне видимости появится титан. Это дело совсем отличается от того, чем вы занимались раньше и требует особых навыков. Нам с вами нужно будет откатать несколько полетов на УПМ, чтобы увидеть возможные ошибки и отточить мастерство полёта. УПМ — ваша главная задача, от которой зависит не только собственные жизни, но и другие отряды, вплоть до группы командующего, — девушка понизила голос, чуть прикрывая веки. — Ведь если мы не справимся — титан прорвётся к снабжению, медикам и тогда потери будут колоссальны. Как только Блейк начала говорить, лица разведчиков стали серьезными и озадаченными. На её «ударный отряд» несколько человек едва вздрогнуло. Неудивительно, ведь мало кто горит желанием первым встретить смертельную опасность. Споров и возражений не было — солдатам было знакомо имя «Вайолет», что порой мелькало в столовой или конюшне, в рассказах о её быстроте в небе. Кто-то слышал о ней чаще, кто-то реже. Были те, кто и вовсе не знал о лейтенанте атакующего отряда. И один из них сейчас затесался среди одинаковых курток с крыльями свободы на спине. Вайолет была слишком сосредоточена на донесении информации и сдерживании переживаний глубоко внутри, а посему не заметила низкую фигуру среди общего строя. Она провела по нему взглядом раз, другой, но только сейчас, закончив свою речь, вгляделась как следует и узнала того угрюмого брюнета из столовой. Леви? Командир нахмурилась и парень, глядевший на неё исподлобья, насупился в ответ. Девушка медленно моргнула и увела взгляд, замолчав, чтобы узнать имена своих товарищей. Из строя поочередно прозвучали звонкие: Виктор, Лукас, Питер, Элис, Гейл, Кара, и Джордж. Леви молчал, продолжая пронзать её льдом серых радужек, но затем все же назвался. Для остальных ребят. Слушать не слушал — плевать, что говорит эта девица. Он провёл в Разведке ещё слишком мало, но достаточно для того, чтобы понять: Вайолет лишь глава небольшой группы солдат, а основной лидер — Эрвин Смит. Недавно ему отдали командование над всеми отрядами, а ведь эта честь принадлежит командующему Разведкорпусом — Киту Шадису. Либо тот хотел избавиться от тяготного груза ответственности, либо амбиции Эрвина прокладывали дорогу выше его нынешнего положения. Вайолет указала следовать за ней, к правому краю тренировочного поля. Там равнина заканчивалась и начиналась лесная поросль — самая удобная среда для полетов. — Здесь мы тренируемся, но по сути это неудачное место для УПМ, — сказала Блейк, останавливаясь возле большого деревянного стола. На нем были разложены комплекты приводов, а под столом лежали баллоны с газом. — Почему, командир? — поинтересовался кто-то из разведчиков у неё за спиной. Кажется, это был голос Гейла. Вайолет вздрогнула, от неожиданности и… непривычки. Осознание своей должности все ещё укладывалось в голове. — Потому что это — идеальные условия. В реальности такого не бывает, — усмехнулась девушка, попутно одевая на себя ремни, выучено затягивая их туго. — Чаще всего мы передвигаемся по полю, а там зацепиться можно разве что за тушу самого титана. Глаза внимательно отслеживали все крепления. Кожаные путы обтянули ляжки, привычная тяжесть осела по бокам бёдер. — Надевайте приводы, — скомандовала Вайолет, поправляя ремень на своём плече. Солдаты послушались и принялись за боевую экипировку. Командир облокотилась о стол позади, наблюдая за своим отрядом. Их безопасность тоже нужно проконтролировать. Взгляд снова зацепился за новичка: он затягивал ремни ловко и быстро. Одев большую часть, подцепил пальцами правую лямку на торсе, оттягивая её в сторону, проверяя. Опыт у парня имеется, однако… Вайолет беззвучно хмыкнула, легко отпрянула от стола и подплыла к Леви. Тот мигом вскинул прищуренные глаза и инстинктивно отступил назад, потому как командир шагнула к нему слишком близко. Снова. Да ещё и выше его оказалась, так что в лоб может дышать. — Что вы…? — начал было Леви с недовольством от нарушенного личного пространства, но быстро осекся. Вайолет взялась тонкими руками за ремень на его груди, отстегнула язычок и вставила на одно деление ближе. Леви тихо ахнул от того, что спину и грудь сдавило сильнее прежнего и его глаза невольно расширились от удивления. Лицо Вайолет напротив было совершенно спокойным, как и её голос: — Так надёжнее, — пояснила Блейк и отстранилась от него. Легко и просто. Леви всё еще хмурил брови, глядя как девушка подходит к Элис, оглядывает Джорджа, поправляет застежки у Виктора. Хренова помощница. — Тц, — тихо фыркнул брюнет, отчего-то слегка дёрнув крепление на груди напоследок. Никто и никогда не лез в то, как он носил привод. — Итак, теперь посмотрим какие у вас отношения с гравитацией, — тон Вайолет приобрёл задорные нотки, да и ребята оживились, надев УПМ. Первой решила показать своё мастерство Кара — высокая и мускулистая разведчица. Отошла на безопасное расстояние, уже согнула колени и взялась за рычаги, как крик Вайолет остановил её. — Командир? — девушка повернулась к Блейк, все ещё держа руки наготове. — Ты уверена, что готова к полету? — вопросила она и на лице Кары промелькнула тень сомнения. — Да, командир… — кивнула, глядя на главу отряда с замешательством. Вайолет была достаточно мягкой, по крайней мере, на первый взгляд. Придирок от такой явно не ждёшь. И экипировка надета правильно. Вайолет скривила уголок губ, сделав медленный шаг навстречу разведчице. Та все ещё не понимала, в чем дело, и Блейк решила пояснить сама: — После того, как ты надеваешь УПМ, нужно всегда проверять… — Газ, — негромко вставил Леви, перебивать голос Вайолет. Та тут же метнула к нему взгляд и задержала его. Не высказала удивления вслух или жестом, лишь в глазах мелькали маленькие искорки. — Верно, — кивнула Вайолет и направилась к Каре. Подошла к девушке и легонько стукнула костяшкой согнутого пальца о её баллон газа. Тихий звук удара отдался и на ножны, расположенные снизу. — Никогда не забывайте о газе, — наставляла командир разведчиков, невзирая на их понурые лица. Вайолет понимала недовольство ребят: они ведь были уже не новобранцами, и имели боевой опыт, а посему слушать сейчас такие простые замечания было слегка унизительно. Блейк было плевать — главное, чтобы они твердо знали правила выживания. — Проверяйте его как можно чаще, особенно во время активных манёвров. Кара, взлетай. Разведчица вновь заняла удобную позу, слегка пригнулась и в тот же момент выпустила гарпуны, взмывая к широко раскинувшимся дубу. Вайолет приказала кому-нибудь из парней пойти к тем деревьям, на которых были высечены макеты титанов. Гейл — парень с тёмными волосами до плеч, и Лукас — загорелый и русоволосый, вызвались сами и отправились разыскивать нужные стволы. Как только разведчики обнаружили тренировочные макеты, то встали каждый у своей ручки, что удерживала нежевых гигантов веревкой под кроной дерева. Вайолет взглянула на Кару, что сидела на крепкой ветке дерева и махнула рукой, когда та увидела командира. Девушка помешкала пару секунд и спрыгнула с ветки, заваливаясь на бок, но выпущенный крюк натянул верёвку и не дал Каре упасть, а понёс её прямо к деревянному чудовищу. Разведчица тихо вскрикнула от неожиданности, и хотела бы обойти преграду, но вместо этого достала клинок из ножен и нанесла удар. Половина головы титана разлетелась щепками, одна из которых задела щеку Кары до кровоточащей полосы. Кара приземлилась на землю грузно, больно ударившись ступнями о землю. Дыхание сбило так, будто она летала несколько часов к ряду, хотя на деле прошло не больше 20 минут. Кожу лица саднило, ноги гудели, но девушка старалась не показывать свой дискомфорт. Не хватало ещё прослыть неженкой. — Молодец, Кара, — услышала разведчица, и повернувшись, встретила на лице командира скромную улыбку. — Питер, ты следующий. Тот послушался и занял место Кары, которая медленно отошла в сторону переводить дух. Питер взлетел, прошёл большую дистанцию, очертил круг над голыми верхушками леса, но замешкался в столкновении с деревянным титаном и чуть не потерял равновесие. Его противник, целый и невредимый, неспешно скрылся за стволом дерева. Питер приземлился на исходную точку, и все его существо выдавало глубокую досаду. — Хей, не вешай нос, — ободрила разведчика Вайолет. И голос и выражение лица были мягкими, будто заботливыми. — Ты хорошо держался на тросах, а титаны могут и подождать следующего захода. Парень не спешил расслабляться: теперь его одолевало удивление от слов командира. Слышать такое — более чем непривычно, но Питер постарался сделать из стушевавшийся гримасы подобие улыбки для ответа Вайолет. — Леви? — не то вопрос, не то призыв в сторону брюнета. Тот бросил короткий взгляд в сторону Блейк. Острый и холодный. Вайолет не подала виду, но её кожа под формой покрылась мурашками. Леви вышел и направился на место, откуда взлетали предыдущие солдаты, с хмурым видом, будто его прогоняли уже по 10 кругу. Остановившись на следах от сапог Питера, парень взялся за рычаги и оторвался от земли. Разведчики во все глаза уставились на брюнета, который набрал большую высоту и пошёл вниз стрелой. Зацепившись за шершавую крону, Леви полетел вперед по дуге, а затем резко сорвался в сальто вперед. Под волну изумлённых вздохов, на ходу выпустил гарпун и понёсся прямо навстречу деревянному титану, которого вывел из засады Гейл. Звонкий лязг мечей и резкий взмах — голова гиганта отсечена ровным срезом. — Во даёт, — протянул Виктор — долговязый парень, с впалыми от худобы щеками. Он стоял среди их небольшой группы, и несколько ребят вторили ему схожие впечатления. Вайолет стояла молча, пристально наблюдая за бежевой молнией, мелькающей в лесной чаще. Не приказывала спускаться, не хвалила за мастерство. А Леви, словно забылся в полёте — не останавливался и крутился, поддавая газу. Вернулся на землю он легко, с глухим стуком сапог о высыхающую землю. Леви не поворачивал головы в сторону отряда, стоял и поправлял рукава форменной куртки. Она удачно скрывала дрожь замерзшего тела. На высоте и от больших скоростей его пронизало до самых костей, так что начинало сводить челюсть. Встала тишина и она принялась наполнять воздух напряжением. Кожей ощущая прожигающие его взгляды, Леви с досадой понял, что не сможет их игнорировать. Нехотя развернувшись, он увел глаза от всех разведчиков, встречаясь лишь с глазами командира. Выступление новичка её явно не впечатлило. — Думаю, отношения с гравитацией у меня вполне сносные, — хмыкнул Леви, попутно едва откидывая голову, словно хотел добавить себе оттенок надменности. Знал, что на УПМ он держится превосходно, и откровенно демонстрировал это. Вайолет отвечала ему полным штилем, и удивляла разведчиков своим спокойствием. Подобные уколы в сторону офицеров пресекались на корню, а отрабатывались нарядом в лучшем случае. Блейк продолжала молча смотреть на Леви, и тот, горделиво держась вначале, опустил подбородок, уставившись на девушку теперь исподлобья. — Это решать уже мне, рядовой, — ровным голосом отозвалась Вайолет. Без строгости, как-то просто. Словно не подчиненому. Леви не поменялся в лице, только брови надвинулись чуть больше, да тело задрожало сильнее от щипающего ветра. А в голове было лишь одно: «стерва». — Вы все сегодня постарались, — обратилась к солдатам Вайолет. — Ошибки есть у всех, даже у самых бывалых разведчиков, но это совсем не страшно. Все мы люди. И с каждым полётном вы будете лучше и лучше. Не переживайте, и идите на обед. Продолжим во второй половине дня. Вот так. Даже неуклюжим растяпам командир промурлыкала похвалу, а в сторону Леви ни одного доброго звука. Точно стерва, которая просто прикидывается хорошей девочкой. Брюнет вздернул воротник, чтобы не задувало в шею. Наплевал на опрятность, отдав предпочтение комфорту. Ребята потянулись гурьбой обратно в сторону поля, за которым их ждали тёплые стены штаба, впереди маячила фигура командира Блейк, и Леви, мрачно уставившись на её затылок вдалеке, поплёлся в самом конце. *Первый ударный отряд — так называют его между собой разведчики, в частности Вайолет. Простыми словами — атакующий отряд.