Acht

—Мне не нужен рай,

Если в нём тебя не будет.

Я лучше буду гореть,

Сжимая твои руки.

Елисей сидел на кухне, когда входная дверь отворилась и в прихожей послышались голоса. Знакомый, в лице отца и какой-то приторный, женский. Юноша хмурит брови и выходит в коридор. Его взору представляется интересная картина: отец прижимает какую-то девушку, у которой юбка короче, чем волосы на голове у Елисея. Пара сливается в страстном поцелуе и девушка чуть ли не размазывается по стене от переполняющих её чувств. Она открывает глаза и боковым зрением замечает фигуру, что стояла подле них. Она толкает Макара в грудь и тот, нехотя, приоткрывает глаза, смотря сначала на свою спутницу, а после переводя взгляд на сына, всё ещё не отрываясь от манящих губ. –Папа, ты нафига её притащил сюда? Води своих тёлок на одну ночь, хотя бы когда меня нет дома — раздражённо подаёт голос неформал, складывая руки на груди. Макар хлопает глазами и хмурит брови от такой наглости. –Мне теперь что, вообще ни с кем не трахаться, раз ты так захотел? — недовольно парирует Макар, отрываясь от любовницы — Я не школьник, как ты, по подъездам прятаться. –А, ну ты так и скажи: Елисей, ты пустое место и твоё слово здесь ничего не значит! –Да, именно. Потому что это мой дом, мои правила. Я собственно его для того и строил, чтобы делать, что захочу — разводит руками, — Слушай, ты будешь ещё рассказывать, как мне жить? –Твой дом? — недоумённо переспрашивает парень, хмурясь — Ну так и живи здесь один! Неформал проскальзывает через пару и открывает входную дверь. –Ты куда собрался? — слышит голос отца позади себя. –Не твоё дело — зло выплёвывает юноша, показывая отцу "фак" и с грохотом закрывая дверь. Елисей бредёт на выход из двора, а затем – куда душа позовёт.

***

Парень и сам не заметил, как оказался в этом месте. Могильные плиты, рыхлая земля, куча цветов вокруг и компания готов во главе с Астартой. Может, он и не хотел идти сюда, но ноги сами его привели. В любом случае, он хочет взглянуть на этого Аида. Что же в нём такого, чего нет в Вороне? Раньше конечно они пересекались, но на пару минут, и панк не успел рассмотреть эту статную фигуру. Мысли об отношениях готессы и этого чудика не давали покоя парню всю ночь. Ну, и ещё тот внезапный сон. Ворон пробирается по земле к шайке готов и пытается придумать, с чего начать разговор. Но с каждым шагом в голове лишь вяжется тугой узел из мыслей и распутать его юноша и не надеется, поэтому решает действовать по обстоятельствам. –Хой — на него упираются несколько пар глаз, и те самые, заветные. Те, ради которых он готов был сокрушать горы и убивать. Готы смотрят безэмоционально, оглядывая парня с ног до головы. У Ворона аж по спине мурашки проходятся. На него глядели будто реально умершие люди, вышедшие из преисподней и сейчас, на земле, ищущие себе жертв. А может это всё бредни и просто холодный, осенний ветер даёт о себе знать. Темболее одет он не так тепло: на нём фиолетовый свитшот, какие-то старые потёртые джинсы и конверсы. Переодеться у него не выдалось бы возможности, да и нет желания возвращаться сегодня домой, поэтому он складывает руки на груди в защитном жесте и пытается хоть как-то согреть себя. –Что ты забыл тут, смертный? — статно вопрошает гот, выходя из толпы. –Да я как раз-таки бессмертный, в отличие от вас, дети Ночи, — усмехается парень, смотря в глаза готу, — А ты.. как там тебя?.. –Аид. –А ты чё такой важно-напущенный, Аид? Тебе бы в адвокаты пойти, — улыбка на лице Ворона становится всё шире, а лицо Аида всё мрачнее. –А не пойти-ка тебе отсюда, панк? — парирует тот, убирая руки в карманы брюк. –Может мне тебя ещё в жопу поцеловать? Я пришёл сюда поговорить с Яро.. — он осекается, прикусив язык, — Астартой, — мысленно ударив себя по лбу, он пытается найти знакомый силуэт в толпе, но всё тщетно. Аид подходит почти вплотную к ска-юноше, глядя на него сверху вниз. Ворон на секунду отводит взгляд за плечо готу и видит Астера, что сидел посередине от прекрасных готесс и ничего непонимающими глазами по пять копеек смотрел то на двух парней, то на Астарту. И только гот хотел ещё что-нибудь эдакое ответить, как на его плечо легла женская рука в кружевной перчатке. –Аид, оставь его — приказывает готесса, глядя на своего парня. Тот вздыхает и взглянув в глаза дитю Ночи, отходит. Астарта, беря за руку замечтавшегося панка, тащит его в сторону, где их никто не будет слышать. –Госпожа, ты серьёзно пойдёшь с ним? — с лёгкой агрессией вопрошает Аид, складывая руки на груди. –Да, пойду. Аид фыркает, отворачиваясь, и садится к Ансе, что смотрит им вслед. Она чувствует какую-то связь между ними. Может, это и есть тот парень, о котором говорили карты?

***

–Ну и? Я тебя внимательно слушаю. –Аст, что случилось? — Ворон заглядывает ей в глаза и ему сложно сдерживать улыбку. Она такая красивая сейчас, когда слегка раздраженна. Она всегда красивая. –Что? Я не понимаю о чём ты — та вопрошающе на него глядит, поправляя волосы, что охотно лезли в лицо. –Мне сказали, что ты ходишь тут на всех набрасываешься, — на её лице появляется лёгкая улыбка, еле заметная. Но парень всё замечает, — Вот и спрашиваю: что случилось? –Я не знаю, кто тебе такое сказал, но со мной всё в порядке. К тому же, это так важно? –Раз твой Аид не в состоянии узнать, что тебя тревожит, это сделаю я. Улыбка с лица сразу же исчезает, будто её там и не было вовсе. Остались только нервозность и гнев. Она сжимает кулаки. –Не смей говорить что-то о нём. –Ну что я, не прав что ли? — с нажимом спрашивает парень, подходя ближе. –Да что ты привязался-то ко мне? Иди к своей челкастой, целуйся с ней, да хоть детей рожайте! Она, не желая ещё что либо говорить, разворачивается и собирается покинуть компанию панка, но тот, не дав ей уйти, тянет за руку на себя. Та пытается вырваться и тогда Ворон прижимает её спиной к себе, обхватив руки, тем самым заблокировав любые пути обхода. –О какой «челкастой» идёт речь? — с уточнением задаёт вопрос ска-парень. Астарта опускает взгляд на ладони парня, что так крепко прижимали её к себе и замечает гематомы на костяшках. После, она переводит взгляд на лицо парня и только сейчас замечает, что скула и нос были разбиты, хоть и поджили. Та мимолётно смотрит на потресканные губы Ворона и сразу же отводит взгляд вдаль. –С той, с которой ты целовался на площади. Я не знаю её имени. В голове парня начинает складываться какой-то пазл и он переводит взгляд на готессу, пытаясь разглядеть её эмоцию. Но та не выражала ничего. –Яся.. Ясь, послушай, — от ласкового произношения у той бегут мурашки по спине, — Она первая полезла. Я видел-то её два раза в жизни. –Меня это не касается, — уклончиво произносит она, вновь пытаясь освободиться. За спиной она слышит чьи-то шаги и оборачиваясь, встречает взглядом Аида. –Отпусти её. Панк нехотя поворачивает голову, чуть ослабив хватку. –Ты хер ли сюда припёрся? По-моему, никто тебя не звал. Гот разворачивает парня к себе, отчего тот полностью выпускает готессу из своей хватки. Кивком головы Аид даёт приказ Астарте уходить, и она, встретившись в последний раз с голубыми глазами панка, спешит ретироваться. –А теперь, панк, иди пей пиво, обрыгивай подъезды и не смей здесь больше появляться. –А то чё ты мне сделаешь? Ударишь? Ну попробуй. Но ответа так и не поступает. Аид просто стоит, убрав руки в карманы и буравит юношу взглядом. –Ссыкло, — усмехается Ворон и задев гота плечом идёт к выходу из кладбища. Возвращаться сегодня домой он не планирует, поэтому в голове прикидывает место, где можно перекантоваться.

***

Неформалы проводят много времени за светскими беседами и всё это время Чарли чувствует себя лишним. Всё внимание эмо-кидов привлёк Дэнни, который, кажется, был готов разговаривать хоть весь день и ночь. Чарли волком смотрит на друга, сложив руки на груди и всё время поправляет падающие на лицо волосы. Расслабляется он лишь когда Дэнни с Наамой уходят вместе гулять чуть ли не за ручку. Ска-парень удовлетворённо выдыхает, желая вернуться к начатой теме встречи с эмо-гёрлами. А точнее с Энни. Девушке нужно было придумать школьное выступление для её младшей сестры, и помощи она решила попросить именно у Чарли, потому что тот занимается музыкой, постановкой разных сцен и мини-спектаклей. Ну, а Чарли просто не мог ей отказать. Они учились в одном университете, пусть и на разных потоках, но вечно прятаться от девушки у него бы не получилось. Юноша вновь убирает волосы назад и складывает руки в замок, исподлобья глазея на эмо-гёрл. Та о чём-то задумалась, вертя в руке простой карандаш. –Валя, — он пощёлкал пальцами перед её лицом и та наконец перевела на парня свой взгляд и заторможенно кивнула, — Ну что там?

***

Девушка откусывает кусочек пломбирного мороженого, идя по улице чуть ли не в припрыжку. Рядом с ней, сунув руки в карманы штанов, вальяжной походкой шёл Дэнни, всё время поглядывая на свою спутницу и чему-то улыбаясь. Наама рассказывала что-то про свои любимые группы, переодически кидая взгляд на панка, проверяя, слушает он её или же нет. Но парень вслушивался в каждую букву, местами даже активно вставлял своё мнение про известные ему эмокор коллективы. Было уже поздно и настало время прощаться. Дэнни довёл девушку до её подъезда, и, последний раз взглянув на Нааму, собирался уходить, но та окликнула его. Юноша поворачивается, ожидая дальнейших действий, но когда эмо-гёрл встаёт на носочки, а губы соприкасаются с чужими, такими мягкими, он встаёт в ступор. Отмирает, когда ладони Наамы ложатся на упругие плечи панка и наконец начинает отвечать на поцелуй. Устраивает широкую ладонь на её талии, а второй проводит по нежной коже щеки. Наама отстраняется первой, переводя дыхание. Заглядывает в синие глаза, и улыбаясь, прощается, открывая дверь подъзда, оставляя панка смотреть ей вслед.

***

Астарта возвращается домой со смешанными чувствами. Она не знает, верить ли парню, да и вообще, нужна ли ей эта правда? Как всё было легко до появления Ворона в её жизни. Не было этих смешанных чувств, что терзают душу, не было так легко и свободно, когда она находится в его компании. Не было всего этого. Готесса давно поймала себя на мысли, что уже ничего не чувствует к Аиду, да и он, как будто, тоже. Та даже видела пару раз возле парня какую-то эмо-гёрлу. Они так заворожённо смотрели друг на друга, что готессе хотелось сбросить себя эти оковы и расстаться с Аидом, надеясь, что он переключится на эту милую девушку. И в скором времени возможно она так и сделает. Подходя к двери подъезда, Астарта замечает лежащее на лавочке тело в позе эмбриона. Было уже темно, поэтому сложно разглядеть, кому оно принадлежало. Та всматривалась минуты две и когда тело поёжившись, перевернулось на бок к ней, она увидела знакомые черты лица. Ворон. Готесса потрясла парня за плечо и тот открыл глаза, уставившись на девушку. –Ворон, ты.. ты что здесь делаешь? Парень устраивается в сидячем положении, трёт глаза и кусает нижнюю губу, пытаясь отогнать от себя сон. –Я из дома ушёл, можно у тебя перекантоваться? — он переходит сразу к делу, — Ну, просто, о тебе отец не знает, соответственно искать не будет здесь. –А.. а что случилось? — она по-прежнему пребывает в шоке. –Да отец достал. Опять какую-то швабру в дом привёл — раздражённо рассказывает юноша, разглядывая носок конверсов. Астарта не находит, что на это ответить парню, поэтому просто запускает его в подъезд. Они поднимаются по лестнице на четвёртый этаж и девушка открывает дверь, пропуская первым Ворона. Повезло хоть, что родители сегодня в ночную смену, иначе допроса им было не избежать. Ска-парень проходит вглубь квартиры, разминая затёкшие части тела. Спать на лавочке, весь скрюченный, такое себе удовольствие. –Чай будешь? — интересуется готесса, вешая на крючок своё пальто. –Не откажусь — отвечает юноша, направляясь в ванную по указаниям Астарты. Пока панк моет руки и окончательно просыпается, дитя Ночи семенит на кухню заваривать чай. Налив в кружки кипятка и кинув пакетики с чёрным чаем, та ставит посуду на продолговатый стол и садится на стул напротив места парня. Тот как раз уже подошёл. Панк благодарит Астарту и обхватывает кружку двумя руками, пытаясь немного согреться. –И.. часто он водит баб в дом? — интересуется готесса, отпивая горячий чай и закидывая ногу на ногу. –Сначала водил часто, потом перестал и снова начал, — со вздохом отвечает юноша, смотря на своё отражение в жидкости, — Мне и так трудно даётся отсутствие мамы в моей жизни, так ещё и отец масла в огонь подливает. –А что с твоей мамой? — осторожно спрашивает Астарта, пытаясь уловить взгляд парня. –Она уже как четыре года на Гоа со своим новым ухажёром, — Ворон хмурит брови и наконец делает первый глоток. Горячая жидкость приятно обжигает горло, что заставляет почувствовать себя куда лучше — И за это время она никак не пыталась связаться со мной. На мои сообщения и звонки также не отвечает. Ворон заканчивает свой монолог, допив чай и пуская пятёрню в короткие волосы. Он смотрит в глаза напротив и видит в них поддержку и этого хватает, чтобы благодарно улыбнуться. Кладёт руки на стол, слегка оперевшись. Астарта коротко улыбается парню в ответ и встаёт из-за стола, сгребая чашки и относя их в раковину. За своей спиной она чувствует неожиданное тепло, а по бокам от неё руки панка. Ворон прижимается к готессе, оказываясь где-то возле уха, в пару сантиметрах от лица. Та осторожно поворачивает голову, заглядывая в голубые глаза и томно выдыхает. Юноша приближается к её губам, но успевает лишь нелепо мазнуть языком, ибо Астарта вырывается из «капкана». –Я тебе постелю на своей кровати.. — она убегает, уже из комнаты продолжая, — Я, если что, буду в соседней комнате.. — та пальцами касается губ, по которым только что прошёлся язык ска-парня. Они горели, ещё помня то мимолётное прикосневение. Ворон опирается задом о тумбочку, поставив руки по бокам от себя и вздыхает, глядя в пол. Постояв так пару минут, он идёт в комнату девушки, где она как раз заканчивала менять постельное. –Спокойной ночи, Яся — хитро ухмыляется юноша, оперевшись о косяк. –С-спокойной ночи.. — неуверенно отвечает та, укладываясь в постель. Что-то не нравится ей эта хитрая улыбка, небось задумал чего. А ещё слышать своё имя от него казалось чем-то запредельным, интимным. Но только Астарта успевает подумать об этом, как неформал уже и скрылся. Она устраивается поудобней и засыпает только через пол часа. Ворон, всё это время так и не сомкнувший и глаз, смотрел в потолок, подперев под себя одну руку, а вторую устроив на торсе. Время было около двух часов ночи, а юноша, кусая обветренные губы, прокручивал в голове одни и те же мысли. Мама. Отец. Яся. Аид. Мама. Отец. Яся. Аид. Мама. Отец. Яся. Аид. Как бы он не пытался прийти к какому-то заключению и уснуть, у него не выходило. И теперь, когда лежать и терзать себя мыслями ему надоело, он встаёт с кровати и тихо направляется в соседнюю комнату, где дитя Ночи видела уже сон так десятый. Он осторожно ложится рядом, прижимая тёплое тело спиной к себе и поймав её руку, крепко сжимает. Ворон вдыхает дурманящий запах вишни, утыкаясь носом в выимку шеи и по-дурацки улыбается. Чувствуя родное тепло, он моментально засыпает. Солнце уже давно вышло из-за горизонта, было слышно прекрасное пение птиц и шелест листвы. Лучи коварной звезды блуждали по чужим лицам, заставляя морщиться. Астарта потягивается, поворачивая голову вбок и носом упирается в чужой кончик. На её лице расслабленная улыбка, сменившаяся шоком. Она резко открывает глаза, осматриваясь. Готессу обнимает Ворон, рукой перекинувшийся через всё тело и сжимающий её ладонь. Их лица находятся в пару сантиметрах друг от друга и девушка спешит развернуть голову обратно, утыкаясь взглядом в потолок. Она хочет скинуть руку парня, но тот лишь крепче жмёт ту к себе, недовольно мыча. Ворон утыкается носом ей в шею и Астарта чувствует его горячее дыхание. –Ясь, не двигайся, молю — бормочет юноша, выдыхая. Она ошарашенно вытаращивается на панка, хлопая глазами. –В смысле «не двигайся»? Я встать хочу, Елисей! — негодует она, пытаясь вырваться. Парень не выдерживает телодвижений, потому нависает над ней, грозно глазея. –Я щас кусаться буду, — предупреждает он, в доказательство своих слов примыкая к белоснежной шее, слегка прикусывая. Тут его взору попадается какой-то кулон. Он зубами поворачивает его в свою сторону и рассматривает, понимая, что это какой-то замок. И тут он замирает. –Елисей? Как же найти ключ к твоему сердцу, Ярослава?