Часть III или О том, как Рейчел Харрис не взлюбила лемуров

      Харрис готова была лесть на стену от неловкости.              С ней впервые «обращались», как с маленькой девочкой, хотя таковой она не была. Зато была рада до переливчатого смеха малышка Рори, бегающая по открытому пространству, возле сестры и Чао Ганя, что шёл чуть впереди.       Теперь фраза возраст – это всего лишь цифры, стала на сегодня реальна. Рей осознавала, что всё это делается ради их блага и комфорта, но это начинало напрягать сразу после их завтрака-обеда, который прошёл в одинокой обстановке для сестёр Харрис, не считая Чао Ганя, рассказывающего ей традиции и устои монахов.              Во-первых, бандури практически физически ощущала на своей спине заинтересованные взгляды, как старших, так и младших (по званию) монахов, от этого она сильнее начинала хмуриться и пуще смотреть, волчьим, настороженным взглядом на них. Такое внимание раздражало. И заставляло сильнее напрягаться, обостряя эмоции и восприимчивость.              Во-вторых, Чао Гань показывал им места академии Ву Ши, подкрепляя всё это краткой характеристикой, чтобы сильно не забивать Рейчел голову. Когда дело дошло до одного из тренировочных мест, возле огромных статуй, она заметила колоритную четверку людей, что явно отличалась по речи и повадкам от остальных. Особенно мужчина с телефоном, что сфотографировал секунду назад статуи, а после себя на их фоне, делая сэлфи. Харрис потёрла переносицу и неодобрительным взглядом окинула ещё раз четверку. Она коротко улыбнулась, когда японец дал ладонью по руке мужчины, что держал телефон.              Увидев недоумение и скепсис в глазах юной бандури Чао Гань спокойно сказал:              – Это чемпионы, выбранные лордом Лю Каном, для боя против Внешнего мира. – Девушка удивлённо вскинула бровь. Вот это сюрприз.              Рядом хрустела печеньями, в цветастом пакете, Рори, рассматривая всё, что попадалось ей на глаза, поворачиваясь вокруг себя.              – И они здесь, чтобы тренироваться? – Краткий кивок монаха, её кислое выражение лица стало реакцией на собственные вопросы. – А моя роль им помогать?              Девушка остановила сестру, чтобы та прекратила крутиться вокруг себя. Чао Гань ответил без утайки:              – Я не стану врать вам, лорд Лю Кан не дал дальнейшие распоряжения, – Харрис повела плечом на данный ответ, недовольно поджав губы, она перевела зелёные глаза на «чемпионов». Откровенно говоря, Рей негодовала на счёт всего этого, так как была в неведенье планов Бога огня, по поводу себя. Да и сам Бог огня, словно говорил девушки не всю причину нахождение её здесь. И это раздражало, и в потаённых думах, пугало Харрис, поэтому ей хотелось побыстрей поговорить с Лю Каном, чтобы расставить все тревожные точки над «и». – Думаю, вы узнаете это побеседовав.              – В этом, вы, безусловно, правы, Чао Гань.              Рейчел оценивающе рассматривала каждого из четвёрки, исследуя их, как ботаник изучает строение растений, пока её, так называемое, сталкерство не засекли. И это заметил, причём тот самый эгоцентричный мужчина, лицо, которого бандури было знакомо.              Он повернулся всем корпусом в направлении, где они стояли, с любопытством рассматривая новое лицо.              ***                     Джонни вскинул бровь, чуть наклонив голову и прищурился. Примерно в восьми-десяти метрах от них стоял старый монах, девушка и мелкая девчушка с печеньями в руках.              На его взгляд девушки было не больше 22-23 лет. Мягкие черты лица, на которые падали каштановые пряди из небрежного пучка, съехавшего набок, создавали простой, домашний вид. Зелёные, миндалевидные глаза сердито смотрели в ответ на него. Да и одежда, как заметил Кейдж, была слишком современной для места, где они находились.              – Хей, самурай, – Кейдж поманил к себе рукой Такахаши. – Смотри, какое прекрасное создание, – кивок в сторону Рей, – вот этому появлению я рад, не то, что тебе в моём доме.              Такахаши закатил глаза на сказанные слова американского актёра, но всё-таки перевёл взгляд туда, куда указал Кейдж.              – Ты не забыл, что у тебя жена есть, Кейдж? – мужчина перевёл взгляд снова на Джонатана. – Или память отшибло от звёздной болезни?              Самурай скрестил руки на груди, нахмурив брови.              Джонни невольно скривил уголок губ в недовольстве, которое скрыл, отвечая с присущей ему веселой невозмутимостью:              – В одном ты прав, – он указал большим пальцем, самодовольно улыбаясь, показывая ровные зубы, – я звезда.              Рейден и Кун Лао переглянулись, они уже давно привыкли к перепалкам и саркастичным шуткам, словам двух мужчин, которые бросали друг другу.              – Зато девушка, смотрящая на тебя, как на дурака, так не думает, – Кун Лао лукаво сощурил глаза, поправляя свой головной убор, кивая в сторону Харрис. – Странно, что Чао Гань здесь находится, он же обычно из своего «кабинета» не выбирается, да, Рейден?              – Чао Гань редко попадется на глаза, но это не значит, что он никуда не выходит, Кун Лао. – китаец многозначительно посмотрел на друга, как бы говоря, что шутка была не удачной.              Кейдж хмыкнул на попытку поддеть его. Скрестив руки на груди и только переведя взгляд снова на то место, где стояло три человека, он там уже никого не увидел.              – Куда они пропали?              – Не смогли видимо стерпеть твоё звёздное лицо здесь, вот и ушли, – Кенши помассировал зажатую мышцу плеча, произнося едким, ровным тоном . – Удивительно, да, Кейдж?              – Господи, снова началось. – Рейден устало провёл рукой по лицу, замечая предвкушение на лице Кун Лао, от разгорающегося диалога. Как дети малые, честное слово.                     ***              Рей правда хотела подойти познакомиться (или же нет), но Рори, доевшая печенья, потянула её за руку в сторону, где была массивная дверь наружу, показывая на горы и пушистый, зелёный лес.              Чао Гань следовал рядом за ними, подмечая хорошую погоду сегодня и объясняя расположенность академии Ву Ши. Рейчел, было, только начала, прислушиваться, но маленькая сестра решила взять дела в свои руки.              – Сис, пошли туда! – хрупкий пальчик указал вход в лес, в то время как бандури неловко посмотрела на монаха, пожимая плечами. – Ну-у-у, сис!              – Да-да, сейчас, Рори, – она чуть притормозила малышку, что надула щёки от негодования. – Вы же с нами, Чао Гань?              Монах улыбнулся кончиками губ, пряча руки в длинных рукава кашаи, отвечая:              – К сожалению, сейчас время медитации для учеников, на который я обязан присутствовать, – Харрис внимательно слушала старика, застегивая на девчушке при этом плюшевую кофту. – Не волнуйтесь, в зоне леса безопасно, юная бандури. Не вас, не вашу сестру никто не тронет.              – То есть мы одни можем пойти? – она вскинула бровь на ответ, с неуверенностью и сомнением посмотрев на Чао Ганя. – С трудом вериться.… Если нас утащит какой-нибудь зверь или кто хуже, знайте, мы будем сестрой являться вам в кошмарах.              Рори закивала, выставив руки и оскалившись.              – Кошмавах! Ву–у–у! – Рейчел потрепала сестру на это по кудрявым волосам, довольно показывая большой палец.              – Вы под защитой, никто не посмеет. – Бандури улыбнулась, услышав данные слова. – Теперь мне стоит поспешить. – Монах развернулась, но прежде чем уйти, бросил. – Не гуляйте долго.              Рейчел махнула рукой Чао Ганю, переведя взгляд на сестру, что активно топталась на месте, то и дело, поглядывая на лес, и прислушиваясь к щебетанию птиц.              – Малышка, идём спокойно, и ты не убегаешь, хорошо?              Она чуть сильнее сжала крохотную ручку в своей ладони, на что получила кивок сестры.              – Хошо! Быствее, сис! Пошли-пошли! – и, кто кого ещё ведёт гулять, спрашивается?              На удивление она верила словам монаха об их защите, и вокруг не ощущала опасности, лишь было стойкое чувство, что на неё смотрят, следят за шагом, направлением. Словно бандури была персонажем в каком-то мультфильме, за которым наблюдают через экран телевизора.              Харрис откинула эту навязчивую мысль, когда услышала восторженный вздох, а после радостный визг сестры, что указывала пальцем на лемура, сидящего на камне, чешущего собственное ухо. Девушка тепло улыбнулась на милую реакцию Рори.              Знала бы Харрис, что будет дальше, кинула бы в этого проклятого лемура чем-нибудь тяжёлым.                            ***                                   Рейчел кажется, что она слышит стук собственного сердца и отсчёт, что ведёт её мозг.              Раз. Малышка Рори звонко смеётся и бежит в сторону от сестры, пытаясь поймать лемура, что убегает вперёд.              Два. Харрис бежит вслед за ней, замечая, что вдали есть обрыв. Она просчиталась, думая, что сестра не будет вести себя слишком активна в неизвестной местности.              Собственный голос, что кричит вдогонку сестре, словно слышится на заднем фоне, надрывный, дрожащий на гласных, не её во все.              Три. Осознание, что она не успевает, посылает ледяной холод в лёгкие, которые и так подводят девушку. Рейчел чувствует дрожь на кончиках пальцев, когда падает от невнимательности на колено, и ощущение тёплой липкости, вероятней всего от крови, на ладонях.              Она проклинает своё хилое тело, не любящее спорт и активный отдых.              – Рори, стой! Там опасно! Постой! – эти жалкие секунды, которые затормозили ее, позволили Мэри-Розе приблизиться к обрыву, на котором сидел лемур и спокойно смотрел на неё, сузив срачки и наклонив голову в бок. – Чёрт!              Девчушка вытягивает руки и резко бросается вперёд на зверька, что быстро убегает вправо, а она сама не успевает затормозить и её тянет, по инерции, вперёд. Вниз.              Четыре. Что–то обрывается внутри, там, где находится сердце, падает в яму тихой пустоты, как и Рори, что быстро исчезла с края обрыва.              – Рори! Нет! Рори–и!              Рейчел не обращает на влагу в глазах, что образуется в уголках, и душащую нехватку кислорода в лёгких.              Подбегая к обрыву, она слепо уже готова прыгнуть вслед за маленькой сестрой.              Пять. Ухо задевает лёгкий ветерок, а сознание, ей так кажется, подкидывает строгий баритон, который заставляет её тело замереть.              – Не дури, будь на месте!              Она и правда замирает, оглушённая собственными эмоциями, падая на колени и сжимая на них ткань дрожащими пальцами, что окрашивается крапинками крови.              Зелёные глаза прикованы к обрыву, а грудь быстро вздымается от бега.              Харрис судорожно выдыхает, когда слышит тихий смех Мэри-Розы. Она откидывает прилипшие пряди с лица, подползая к обрыву и видит, как незнакомый мужчина держит в одной руке её сестру, а другой контролирует воздух? Зелёные глаза прищуриваются, нет, это напоминало серый, густой дым, что не имеет запаха.              Он осторожно взмывает вверх, в вихри, если так можно его, назвать, который держит его навесу. Светлая макушка Рори вертится то влево, то вправо, пытаясь рассмотреть необычный дым.              А девушка, что за этим наблюдает, готова хлопнуться на землю, но она лишь судорожно выдыхает, когда крепкие руки молодого мужчины в маске передают ей счастливо улыбающуюся малышку.              Она притягивает к себе сестру, сжимая её в объятиях, и вдыхает родной запах земляники и детского мыла.              Рейчел не видела, как на её с пониманием посмотрели серые глаза, когда он передавал ребёнка в руки.              Взволнованные, изумрудные глаза казались ярче на фоне покрасневшего белка от слёз. Это заставляет Смоука замереть на секунду, прежде чем он аккуратно передаёт девчушку старшей сестре, которая сама к ней тянет дрожащие руки. Томаш бросает короткий, неодобрительный взгляд на ладони Харрис, подмечая мелкие ссадины на них. Его вина. Думал, что бандури успеет притормозить свою неугомонную сестру.              Она смотрит с такой глубокой и нежной любовью, во взгляде, на девочку. Он ощущает небольшой укол в районе солнечного сплетения. Не боль, не рана, что-то неизвестное.              И до странного чувства, на самом кончике ножа, с этим знакомым. Схожие эмоции, будто испытанные в далёком прошлом. И всё внутри так противоестественно смешивается, что Смоук сам забывается, рассматривая бандури более детально.       Ему хочется отогнать эту глупую заинтересованность, но серые глаза молча рассматривают Рейчел, словно художник оставляет кистью мазки на картине. Вскользь, медленно и плавно. Словно пытаясь воспроизвести забытый у себя в голове пазл.              Была ли это привычка отработанная им в клане Лин Куэй? Вглядываться, анализировать и решать задачу без малейшего колебания.              Рейчел поднимает глаза, смотря со странной смесью благодарности, непонимания и опасения, на незнакомого мужчину в серовато-чёрном костюме ниндзя.              Смоук снова, не специально, ловит зелёную листву глаз девушки. В то время как Харрис всматривается в расплавленное серебро, ища в них признаки угрозы.              Бандури вздрагивает, наконец, придя в себя, она слышит злое пыхтение в районе своей груди.              – Рори, нигде не болит?! – девушка отстраняет от себя слегка девочку, рассматривая и беря в руки маленькие ладошки, проверяя наличие ран и ушибов. – Испугалась, малышка?              – Не! – девочка широко улыбается, морщит носик и обнимает сестру за шею. – Меня пас Дым-Дымыч!              Рейчел кажется, что она слышит тихий, приглушённый смешок. Поднимает голову и видит пытливый взгляд на себе, а после короткий на сестре, что показывает ему большой палец. Ассасин улыбается, этого не видно под маской, скрывающей нижнюю часть лица, однако она замечает, как щурятся глаза, вокруг которых образуются несколько мелких морщинок.              «Он же не мог просто так оказаться здесь, по чистой случайности?»              – Не знаю, как ты здесь появился, – Харрис встаёт, с колен, с Мэри-Розой, держа её на руках, – но я признательна за спасение сестры, спасибо. – Она наклоняет голову в знак благодарности.              Томаш делает шаг к бандури, замечая, как её тело напрягается от этого одного действия, а зелёные глаза пристально следят за ним. Она словно в ожидании удара.              – Это моя ответственность следить за вашей безопасностью. – Девушка в непонимание вскидывает бровь, удобнее перехватывая затихшую сестру под коленями. Ассасин видит замешательство и сомнение на лице её, поэтому решает объяснить без каких-либо утаек. – Лорд Лю Кан поручил мне следить за вашим передвижением и следовать за вами, куда бы вы ни пошли с сестрой, если коротко.              Харрис меняется в лице. Сомнение переходит в разряд недовольства и лёгкого раздражения.              Девушка опускает, пыхтящую от ничего неделанья, Рори, что после стоит возле неё, сжав штанину в ладони. Она с интересом рассматривает снизу вверх Смоука, бегая по нему карими глазами.              – А если не коротко? – Рейчел складывает руки на груди, морща нос от неприятного ощущения, запёкшейся крови на ладонях. Она по привычке осматривается вокруг мужчины, будто ища подвох, очнувшись от наваждения. – Как я могу быть уверена, что ты на стороне Бога огня?              Она встаёт перед Рори, закрывая её собой, вскидывая подборок, словно бросая немой вызов. Седовласый ассасин на такое действие незлобно усмехается, видя, что бандури снова надевает маску бравады. Хотя до этого на её побледневшем лице читалась растерянность и страх.              Смоук разводит руки в стороны, говоря ровным, непринуждённым голосом, из-за маски.              – Если не коротко, то займёт время неугомонной крохи, – кивает головой на девочку, складывая руки на груди. – Мне нет смысла обманывать тебя. – Его одаривают скептическим взглядом. – Когда твоя сестра упала с обрыва, у меня был шанс её похитить и шантажировать тебя. – Рейчел на это хмурится и отводит взгляд к обрыву сзади него. – Второй вариант: просто устранить вас обеих. Быстро и хладнокровно, так как ты являешься противником Внешнего Мира.              Она понимала, к чему он ведёт. Могут ли быть все жители Внешнего Мира справедливыми и добряками? Ответ: нет. Бандури это знала, но всё равно откидывала данную мысль в дальний ящик. Девушка не любила насилие во всех его направлениях. Придерживаясь к нейтральной стороне. Звон в ушах на пару секунд оглушает её, и появляется стойкое ощущение, будто тебя выкидывает из реальности. Кровь, боль, страдание, унижение, крики, хруст костей, и мерзкое ощущение пустого, стягивающего спазмом желудка, после того как тебя вывернуло изнутри на бетонный пол. Она мотает головой, отгоняя мерзкие, фантомные ощущения, и игнорируя подозрительный, цепкий взгляд серых глаз на своём лице, которые пытаются прочесть её эмоции и мысли.              «В сказанном им словах есть смысл, но поверить незнакомому мужчине, Рейч?.. Блять!». – Смоук терпеливо ждёт, что ответит девушка, кидая периодически взгляды на удивление спокойную Мэри-Розу. – «Но он спас Рори... Ради приказа Бог огня? Или? Или что?! А-а-а! Чёрт!»              – Всё перечисленное тобою звучит не очень радужно, – Харрис недоверчиво окидывает его взглядом, говоря, – но допустим, я поверила.              Ей хочется рассмеяться самой себе в лицо, ведь она не верит собственным словам.              Ассасин, признаться, не удивлён словам девушки, подметив про себя, что она склонна к мнительности.              Харрис проводит рукой по лицу, выдавая усталым голосом:              – Значит, ты типа наш охранник? – Смоуку не нравится такое сравнение это видно, по тому, как он невольно морщит нос и сводит брови к переносице, от её вопроса.              – Можешь так считать, без разницы.              – Но тебе не понравилось, как я сказала.              – Не имеет значение, главное суть ты уловила.              Девушка вздыхает, мысленно махнув на него рукой. Она чуть наклоняется, чтобы похлопать по светлой макушке сестры, спрашивая у неё мягким тоном:              – Мой мини-воин, как ты сказала его, зовут? – она с хитринкой и наслаждение кидает короткий взгляд на слушающего их диалог мужчину. – Повторишь?              – Дым-Дымыч! – Харрис весело усмехается. Ай, молодец малышка! Мэри-Роза каждый раз удивляет.              – Ну, что Дым-Дымыч, мне так тебя и называть или есть другие предложения?              Ассасин закатывает глаза от открытой насмешки в свою сторону. Такой детской, по его мнению. Он наклоняет голову вбок, говоря ровным тоном:              – Смоук.              – Смоук? – переспрашивает она, на что получает утвердительный кивок. – А разницы то нет – Смоук и Дым-Дымыч. – он вскидывает бровь, как бы спрашивая «ты сейчас серьёзно?». – Звучит одинаково, не злись.              – Злится это последнее из списка, что я сейчас хочу сделать.              – Я поняла, не злись. – Девушка подмигивает кислому выражению лица Смоука, беря хрупкую ладошку сестры в свою. – Покажешь дорогу назад, к академии?              Ей отвечают коротким кивком.              Рори всё также с интересом рассматривает молодого мужчину. Старшая Харрис знает, что малышка не быстро привыкает к новым лицам, и врождённое у неё это чувство или нет, но она с осторожностью относится к незнакомцам.              Однако, что сделала, следующие, заставило бандури пройти несколько шагов вперёд, стирая жалкие два метра, которое было перед Врбада.              – Руку-уку! Азьми! – быстро тараторит младшая Харрис и тянет ладошку к мужчине, что озадаченно переводит взгляд сначала с девочки, а после на девушку, будто спрашивая у неё подсказу. – Ну-у!              Малышка сжимает и разжимает ладошку, призывая её взять, а Рей хочется рассмеяться от обескураженного, застывшего лица, на месте, Смоука. Или всё же нервы сдают?              – Возьми Рори за ручку, она тебя не съест, если ты не её любимое печенье.              – Это будет крайне проблематично и смехотворно. – Бандури в непонимание хлопает глазами, а после окидывает Смоука взглядом снизу вверх, осознавая, что он крупнее телосложением и ростом, чем она. И, что она ожидала?              Девчушка замирает, она поднимает светлые брови и кривит губы, будто вот-вот расплачется. Старшая сестра это замечает, и опускается на корточки перед ней, говоря:              – Малышка, смотри какой Смоук большой мальчик, – она указывает пальцем на хмурое лицо мужчины, от её слов, который готов его оторвать, – ему сложно будет тебя взять за руку. Давай лучше я–              – Тога пусть Дым-Дымыч на уках несёт! – занавес, Рейчел Харрис ошарашенно смотрит на довольную мордашку мелкой. О-о, нет! Такому она явно не учила своего ангелочка!              Смоук замечает чистый ужас на лице Харрис, поэтому весело усмехается, добавляя масла в огонь:              – Видно откуда ноги растут. – Красноречивый, насмешливый взгляд сверху вниз на девушку, что морщит нос от данных слов, и фыркает в ответ.              Бандури опускает голову к сестре, с трагичным лицом и грустным голосом, указывая снова пальцем на мужчину, явно уже уставшего от театрального поведения Харрис, и от невоспитанного тыканья пальцами в него:              – Малышка Рори, как ты могла променять меня на этот дым!              Девочка в ответ тянет руки к сестре для объятий и невинно хлопает ресницами, не понимая смысл сказанных слов бандури.              Зато прекрасно понимает Томаш, что наклоняется корпусом к девушке, уперев руки в бёдра, произнося мягким баритом:              – Почему с твоих губ это звучит как ругательство?              – Мне кажется, я какой-то звук рядом слышала? – девушка оглянулась вокруг, проверяя. – А, нет, это всего лишь ты.              Ассасин закатывает глаза на саркастический тон, оставаясь в таком же положение, он говорит, наблюдая как Рей обнимает младшую сестру:              – Ты всегда такая невыносимая на язык?              Девушка мило усмехается, вскидывает голову выше. Она прищуривает зелёные глаза, отвечая непривычно ласковым тоном, который обычно слышно только в сторону сестры.              – А, что? Хочешь проверить лично, дымок?