Глава 4

Настоящее время, квартира Алексы. — Я думал, ты раскрыла дело, ты его бросила? — Брови Гарри почти сошлись в недоумении. Алекса и Джен посмотрели друг на друга. Взгляд, в котором было слишком много истории, решённый, но с больными местами, если их ткнуть. — Это неправдоподобно, если вы связываете эту стрельбу со стрельбой ковбоя Мальборо. Парню должно быть около 60 лет или больше, если он всё ещё жив, — возразила Джен. — Я так и не узнала, что произошло после ухода Джен. Меня назначили заниматься другими делами. Я полагала, что дело раскрыто, — дипломатично заявила Алекса. — Тогда закончи историю за меня, — настаивал Гарри. — Знаешь, Гарри, я рада, что встретила Алексу тогда, но остальное — это не то, что я хотела бы вспоминать, — сопротивлялась Джен. — Я понимаю, Джен, мне нужно услышать это полностью. Сейчас подсказки указывают в разных направлениях; я говорю о сотрудничестве между мной, Кираном и Гартом. Мне нужно знать прошлое, если оно как-то связано с настоящим, — объяснил он. — Ну, когда же ты нам расскажешь, чем мы с Палмерой на самом деле тут занимаемся, — оживлённо сказала Джен. Алекса подошла к Джен и погладила её по плечу, чтобы успокоить. Жест, показывающий, что можно говорить о прошлом, а также не стоит быть слишком суровой с Гарри. Итак, история продолжилась. *** Мельбурн, 1996. Алекса и Джен шли по узкой улице, постоянно споря. Алекса была так раздражена, что не могла заставить кого-либо поговорить с ней о ремонте дороги или хотя бы предоставить список. — Ладно, ты сказала, что нам следует прекратить это дело. Но ты всё ещё как бульдог, рыскающий по улицам в поисках склада или убежища. И лающий на государственных служащих, которые не знают ответов. — Пауза. Джен продолжила: — Мы измотаны и голодны. Давай подзарядимся. Алекса повернулась к ней с сердитыми глазами и поведением. Она знала, что Джен права, но она была упряма. — Чьë это дело вообще? Разве оно не твоё? Разве я не втянута в это? Разве я не помогаю тебе закончить это, чтобы ты могла пойти домой? Джен рассмеялась без особой радости. — Знаешь, я думаю, ты прекрасна, когда злишься. — Ты бы предпочла — не зли меня; тебе бы не понравилось, если бы я злилась. Я знаю, что ты намекаешь на Невероятного Халка. Мне всё равно, оскорбляешь ли ты меня. Мне в любом случае не нужна лесть, — возразила Алекса. Она шла большими шагами, оставляя свою спутницу догонять. — Ты сказала, я нет. Ты не Халк. Не по внешности, конечно. — Пауза. — Послушай, мы идём вот так — в этом безлюдном месте. Прямо сейчас мы уязвимая цель, ты знаешь, — рассуждала Джен. Она почти бежала трусцой, чтобы оставаться рядом с Алексой. Алекса резко остановилась. — Что ты сказала? — Она потерялась в своих мыслях. Джен прошла мимо неё и поняла, что она впереди. Она остановилась и вопросительно посмотрела на неё. Алекса не была сосредоточена на Джен, а скорее смотрела вдаль. — Алекса? — Я ведь подвергла тебя риску, не так ли? — рассеянно сказала Алекса. — Давай вернёмся к машине. — Она подождала, пока Джен пойдёт рядом с ней. — Подожди. Ха, у тебя явно есть причина прийти сюда. Я ждала, что ты мне скажешь, это всё, о чëм я прошу, — сказала Джен. Она решила, что не пойдёт, пока Алекса не скажет ей. — Ладно. Поскольку мы рядом с доком, я просто подумала, что это может быть местом, где можно начать некоторые расследования. Груз? Лодка какая-то? — Пауза. — Давай, вернёмся к машине. Я могу ошибаться. Алекса вела машину, всё ещё погружëнная в свои мысли. Джен молча откинулась назад, перебирая в голове детали дела. Время от времени одна из них подпевала песне, которая ей нравилась по радио, где играла старая музыка 80-х; иногда они пели вместе. Это была не неудобная поездка, а уважение границ. Если одна не хотела делиться своими мыслями, другая не совала нос в чужие дела. В отеле, за ужином в их номере, Алекса спросила Джен: — Что ты должна делать здесь в связи с ковбоем Мальборо? Что ещё ты знаешь? — Извини, я не так уж много знаю. Ведущее агентство — таможня и её агенты. Нашей миссией было установить местонахождение ковбоя Мальборо, чтобы я могла его опознать и доложить. Мы не должны его ловить, — пояснила Джен, жуя свой сэндвич. — Понятно. Но полиция Мельбурна может его задержать, потому что он совершил покушение на жизнь офицера, — заявила Алекса. — Да, это правда. Как ты думаешь, почему он это сделал? — Я тебе всё расскажу. Я думала, он мог запрыгнуть на лодку и уплыть куда-нибудь. Или он может быть в доках, ожидая свой груз сигар. — Пауза. — Когда ты упомянула, что он может скрываться, я почувствовала, что нахожусь на неверном пути. Он не преследовал тебя. Если бы он хотел причинить тебе вред, он бы уже это сделал, — рассуждала Алекса. Она подняла руку, чтобы остановить Джен, когда она сделала перерыв, чтобы поесть. Затем она продолжила: — Точно так же, как и моя теория об аэропорте, ковбой Мальборо создал отвлекающий манёвр. Он выстрелил в вашу квартиру, возможно, случайно задев офицера, тогда мы все предположим, что он сбежит из Мельбурна. У него, должно быть, были сообщники, которые оставили несколько грузовиков в нескольких местах или распространили новости о брошенных грузовиках, которых, я уверена, на самом деле там нет. Твои коллеги всё ещё ищут. Ты здесь, но я не думаю, что он считает тебя угрозой для себя. Джен почувствовала себя ущемлëнной в последнем предложении. — Спасибо за доверие. Я недостаточно сильна, так ведь? Ну, а если, исходя из твоей теории, он изолировал меня от коллег, а? Тогда он только и ждёт, чтобы наброситься. В конце концов, я единственная, кто видел его лицо, — саркастически сказала она. Алекса склонила голову набок; она не обиделась на тон, но обдумала свою идею. — Нет, — заявила она. — Он что-то делает. Продаёт остатки сигар или передаёт их на хранение... что-то. — Она в отчаянии ударила кулаком. — Алекса, нет ни малейших доказательств. Я подставлю себя в качестве приманки, если это поможет его выманить, — также разочарованно сказала она. — Нет, — решительно сказала Алекса. — Ты не будешь подвергать себя риску. Есть лучший способ. Они решили отложить дело на ночь, пока занимались своими делами. Джен смотрела «Зену», а Алекса дремала в постели. На следующий день в кабинете Шефа Алекса смело заявила: — Мальборо Ковбой работает водителем, ремонтирует дороги. Шеф и Джен на несколько секунд потеряли дар речи, особенно Джен, поскольку она всё время была с Алексой и ни разу не упомянула эту новую теорию. — Шеф, извините, я думаю, что со стороны Алексы безответственно говорить это без доказательств, — выпалила Джен. — Шеф, это шаблон. То, как он это сделал в США, то же самое, — защищалась Алекса. Шеф был в раздумьях. Он не сбрасывал со счетов Алексу, потому что знал её уровень, но он также согласился с Джен, что эта идея не имела под собой конкретных оснований. — Зачем он тут сидит? Если только не для того, чтобы застрелить меня, — настойчиво сказала Джен. Она мерила шагами кабинет. — Давайте проведём расследование правильно. Я обеспокоен тем, что ты сказала, Дженис. Мы должны быстро найти доказательства, — спокойно сказал Шеф, хотя его сообщение было срочным. — Шеф, вам это может не понравиться. Я попросила помощи у своего друга. Неофициально, конечно, — рассказала Алекса. — Какой друг? Какая помощь? — спросил Шеф обеспокоенным тоном. Он не был уверен, что задумала Алекса. — Гэри, детектив-инспектор. Я попросила его навести справки о чёрном рынке сигар, — ответила она немного смирëнно, поскольку в этом вопросе она действовала за спиной своего босса. Шеф не хотел смущать Алексу, указывая на протокол, поэтому он спокойно ответил ей: — Детектив-инспектор Гэри Вэлор занят другими делами, Алекса. Но я знаю, что ваша дружба хорошо известна здесь. Я разрешу это, но вы не должны отвлекать его от дел. — Нет, сэр-шеф. Я просто хочу узнать. Просто чтобы узнать о связях или информаторах, которые у него есть, — сказала она. Шеф кивнул. Она добавила: — Разрешите проверить мою теорию, Шеф. Мне нужно идти. Шеф рассмеялся. — Разрешение? Теперь ты спрашиваешь у меня разрешения. Ты же знаешь, что можешь идти. На лице Алексы играла её однобокая улыбка, озорное, застенчивое выражение. — Я иду в Туллу. Если девушка хочет пойти со мной, я не против. Девушка? Глаза Джен расширились от удивления. Но она профессионально спросила: — Куда? Конечно, я иду с тобой. — Тулла, Тулламарин. — Она увидела, что Джен всё ещё не поняла, и сказала, словно обращаясь к ребёнку: — Аэропорт Мельбурна. По дороге в аэропорт Джен была напугана, украдкой поглядывала на водителя. — Ты что, злишься на меня за то, что я назвала тебя безответственной перед Шефом? Алекса ответила не сразу, после паузы: — Я не жду, что ты будешь меня поддерживать. Ты меня не знаешь, ты не знаешь, откуда я родом, — ответила она, полностью сосредоточившись на вождении. — Не могу поверить, что ты придумываешь идею за идеей. Я имею в виду, хм, ты меня удивляешь. Извини, может быть, я ожидала, что ты скажешь мне, что у тебя на уме, — объяснила Джен. Они не стали останавливаться на этой теме, пока ехали в аэропорт. Алекса ехала по окрестностям, говоря Джен, чтобы она следила за ремонтом дороги. Она заметила один. Алекса остановилась на некотором расстоянии. — Сосредоточься на водителе. Я займусь остальным, — приказала Алекса. Они шли к рабочим. Джен не сводила глаз с двух грузовиков на площадке. Алекса подошла к людям, которые следили за тем, чтобы битум был равномерно распределён. Она услышала, как она сказала: — Привет, мы немного заблудились. Можете ли вы мне подсказать, как... — её голос затих, когда Джен подбежала к медленно движущимся грузовикам, сбрасывающим битум на землю. Один грузовик был впереди другого. Она попыталась привлечь их внимание. Оба водителя остановились, и один предупредил её, чтобы она не наступала на битум. Так что она знала, что один из них определённо был австралийцем, а не ковбоем Мальборо. Джен стояла сбоку, прямо перед разливом очищенной сырой нефти. Ей пришлось придумать какую-то историю. Она чётко произнесла: — Эй, привет, у меня есть друг; он сказал, что работает на ремонте дорог. Он американец, как и я, у него квадратное лицо, длинный высокий нос, тонкие губы с очень кривыми зубами, вы знаете кого-нибудь такого? — Джен увидела, что другой водитель тоже не был ковбоем Мальборо, но отвернулся, услышав её вопрос. — Мне это не знакомо, — ответил более голосистый. Ей пришлось нажать на другую кнопку: — А как насчёт вас? — Нет. Не знаю, — сказал он. И завёл свой грузовик, а другой поехал следом. Алекса позвонила Джен и, используя свою руку, позвала её обратно. Когда она добежала до неё, Джен рассказала Алексе о подозрительных действиях водителя. Она хотела, чтобы они снова поговорили с ним, но Алекса настояла на том, чтобы уйти. Джен почувствовала прилив разочарования. — Они сказали, что есть ещё одна ремонтная площадка ближе к аэропорту. Нам нужно ехать туда, — объяснила Алекса. На месте они собирались сделать то же самое, но когда они были в нескольких шагах от рабочих, водитель одного из грузовиков выскочил и побежал к припаркованной там машине. Это была служебная машина, которая использовалась для перевозки рабочих на место из их общей квартиры. Он уехал на фоне ошеломлëнных лиц своих коллег. Они кричали ему, чтобы он вернулся. — Давай погонимся за ним. Это, должно быть, ковбой Мальборо, — затаив дыхание, сказала Джен, побежав обратно к машине Алексы. Алекса пробежала мимо неё в машину и завела двигатель. Как только Джен села, машина рванула с места. Сначала они всё ещё могли видеть маленькую кремовую машину, но она была слишком далеко впереди, и в конце концов они потеряли её из виду. Алекса резко остановилась, дëрнув их обеих вперёд и назад. — Ого, — воскликнула Джен. Алекса ударила по рулевому колесу с грохотом, выкрикивая отборные слова. — Нам лучше вернуться к этим рабочим и получить информацию об этом водителе, — сказала Алекса, когда почувствовала себя спокойнее и смогла взять себя в руки. Рабочие были в замешательстве. Алекса показала своё удостоверение личности и сказала им, что грузовик является уликой в ​​полицейском расследовании. Рабочие попросили Алексу помочь позвонить в компанию, чтобы объяснить и прислать другую машину, чтобы забрать их. Рабочие мало что знали о водителе, который казался трудолюбивым, но редко разговаривал. Они называли его Стетсон. Он пробыл там почти неделю. Стетсон не жил в квартире, которую делили рабочие; никто не знал, где он живёт. Из описания Джен рабочие подтвердили, что Стетсон подходит к букве Т, что означало, что Стетсон и ковбой Мальборо были одним и тем же человеком. Алекса и Джен отправились в аэропорт. Алекса воспользовалась платным телефоном, пока Джен расхаживала неподалёку. Она позвонила в компанию по ремонту дорог и выполнила своё обещание рабочим. Она воспользовалась возможностью задать вопросы о Стетсоне, но они были осторожны в предоставлении ей информации. Алексе придётся ехать туда в официальном качестве. Затем она позвонила начальнику и назвала номерной знак служебного автомобиля. Он сказал, что поднимет патрули на тревогу из-за этого автомобиля. Он поговорит с компанией и получит их содействие. Затем он отправит одного из членов их команды, чтобы вернуть грузовик для проверки. Двое других членов их команды наведут справки в службе безопасности аэропорта и на таможне. А позже начальник снова вызовет команду, которая отправилась на поиски «грузовика». Последний звонок, который она сделала, был Гэри, её тогдашнему другу и будущему мужу. Он сообщил ей, что его исследования привели его к пониманию того, что было мало сотрудников пограничной службы, которым можно было бы заплатить за то, чтобы они пропускали определённые коробки, не открывая их. Технически, кубинские сигары не были запрещены в Австралии, но действовали строгие правила и налоги, которых ковбой Мальборо избегал. Были разные причины, по которым сотрудники брали деньги — некоторым из них нужны были быстрые деньги, в то время как другие работали по краткосрочным контрактам, которые они выполняли, а затем уходили на другую работу. Их всегда заверяли, что внутри коробок нет никакого вредного содержимого, что заставляло их оправдывать свои собственные решения. Гэри также сказал, что некоторые таможенники были как покупателями, так и продавцами кубинских сигар. Он даже считал, что высокопоставленные полицейские тоже могли быть покупателями. После того, как Алекса вышла из телефонной будки, Джен, не теряя времени, спросила её: — Почему он здесь? Чëрт! Он же на виду. — Я думаю, он следит за аэропортом. Он либо ждёт, когда придёт посылка, либо ждёт, когда пассажир передаст ему сигары, либо и то, и другое, — задумчиво ответила Алекса. Она продолжила: — Судя по тому, что сказал мой друг Гэри, у Мальборо Ковбоя хорошие связи, и он работает не один. По твоей информации, он мог продавать, путешествуя из одного места в другое. Так что он смог приехать в Мельбурн с тем, что осталось от его запасов. Его след, до того как ты пришла, вёл сюда. Если у него всё ещё есть запасы, он ждёт своего клиента или контактное лицо. Если у него закончились сигары, значит, он ждёт новых поставок. — Теперь, когда он знает, что мы его выследили, каков будет его следующий шаг? — Брови Джен сошлись на переносице, когда она глубоко задумалась о том, что мог бы сделать такой человек. — Он будет в отеле, где есть действующий паб, клуб или наоборот, — просто сказала Алекса, когда эта мысль только что пришла ей в голову. Джен снова была ошеломлена: — Алекса, как ты это делаешь? Перескакиваешь с одной теории на другую? — Где ещё сигары идеально подходят? С алкогольными напитками. В оживлённом пабе или клубе, а затем, позже, чтобы пробраться в комнаты и провести там деловые переговоры, — предположила Алекса. Они вернулись к рабочим, чтобы заверить их, что их заберёт компания. Они сказали им, что полиция позаботится о грузовике. Задав уточняющие вопросы, они направились в штаб-квартиру. По пути Алекса вела монолог. Джен внимательно слушала и была очарована тем, как работает ум этой женщины. Она говорила, что ковбой Мальборо не может жить в том же районе, что и рабочие. Она свернула в сторону компании, а не полицейского участка. Они увидели суматоху на стоянке. Алекса показала свой значок. — Алекса Кроу. Я разговаривала с мисс Эллиот ранее, я приехала с вашего участка, где рабочие ждут свою машину, — авторитетно сказала она. Мисс Эллиот вышла вперёд: — Мисс Кроу, украденная машина здесь. Алекса и Джен увидели машину, оставленную на стоянке. — Кто-нибудь видел что-нибудь? — спросила Джен. — Нет. Мы только что видели его здесь. Я думаю, Стетсон вернул его, — ответила она. — Нам нужны ваши личные дела и любая информация о Стетсоне, — сказала Алекса. Мисс Эллиот повела их в офис. Заявление с почерком ковбоя Мальборо, скорее всего, было намеренно трудночитаемым. И, несомненно, содержало ложную информацию. — Нам нужны были водители для срочного ремонта дороги, которых запросило правление. Он был компетентен в управлении грузовиком, хотя поначалу не знал, как управлять отсеком. У него была привычка проливать битум, но позже он это исправил, — сказала она. Г-жа Эллиот добавила, что не знает, где живёт Стетсон. Она отметила, что рабочие, приехавшие из разных частей Австралии, предпочитали делить квартиру. Они жили на окраине города, где арендная плата была ниже. — Вы разрешали Стетсону пользоваться грузовиком даже в нерабочее время? — спросила Алекса. — Первые две ночи — да. Он сказал, что ему нужно попрактиковаться, чтобы он мог быть более эффективным на работе. Днём он посещал наши ознакомительные занятия. Он был тем, кто платил за бензин и ездил всего пару часов каждую ночь, а затем возвращался и парковал машину. После ознакомительного занятия он был готов ехать, — совершенно невинно объяснила мисс Эллиот. Алекса и Джен переглянулись. В своих мыслях они увидели, что временная шкала соответствует тому, что Мальборо Ковбой использовал грузовик, чтобы стрелять в американских офицеров. И был достаточно неопытен, чтобы разлить битум на дороге их квартиры. Женщины обсуждали последнюю ситуацию, что если бы ковбой Мальборо оставил там машину с кремом, он бы ушёл пешком. Таким образом, Алекса кружила по району в поисках клубов с комнатами в аренду или отелей с известными пабами. Джен сосредоточила взгляд на зданиях. Вокруг было всего два отеля, оба приличные. Алекса искала более неприметное место. Когда она повернула за угол, она увидела переулок с пабом в три этажа, возможно, сдаваемыми в аренду комнатами. На этой улице были следы выцветшего битума, размазывающего дорогу. — Алекса, это может быть оно. — Пауза. — Мы не должны его задерживать, — предупредила Джен. — Нам действительно нужна поддержка, — согласилась Алекса и продолжила: — Дженис, иди в тот паб и позови шефа. — Я? Я не могу оставить тебя здесь. А что, если он действительно здесь? Я хочу присматривать за ним, — запротестовала Джен. — Если эту машину нужно будет перевезти, ты не могла бы вести мою машину без действующих прав? И было бы неразумно ехать вместе. Ты ведь быстро справишься, правда? — рассуждала Алекса. Джен больше не могла спорить. Она поспешно вышла из машины. Алекса смотрела вперёд и назад через зеркала заднего вида. Внезапно на некотором расстоянии из-за угла вывернула фигура. Это был высокий, широкий мужчина в куртке и бейсболке; он нёс большие дорожные сумки и багаж. Он шёл, опустив голову, но шаг был быстрым. Алексе пришлось принять поспешное решение. Её инстинкты подсказывали ей, что это может быть ковбой Мальборо. Она упустит свой шанс, если это будет так, но если нет, не будет ничего плохого в том, чтобы попробовать тактику. Алекса приоткрыла дверь и нырнула в сторону, скрываясь из виду, но всё ещё не отрывая глаз от зеркала. Он приближался всё ближе и ближе к её двери. И в нужный момент Алекса резко распахнула дверь машины, сильно ударив мужчину. Он потерял равновесие, но не упал. Он выронил свой багаж. Алекса выскочила из машины, глядя ему в лицо. Он уже изрыгал поток ругательств. Как Джен ранее сказала ей, отличительной чертой ковбоя Мальборо были его тонкие губы и кривые верхние и нижние зубы. Как только она это увидела, она пнула его в живот. Он замахнулся на неё своими дорожными сумками, падая назад. Она не была напрямую ранена; сумка задела её руку, и она пошатнулась. Он вставал на ноги, и она тоже, устояв на ногах. Благодаря своей подготовке она быстро ударила его в лицо. Она собиралась потянуться за пистолетом, когда он схватил её. Они упали, но дверь машины ударила её по спине, прежде чем они коснулись земли. Она вскрикнула от боли, но всё равно ударила его кулаками по голове. Ковбой Мальборо одной рукой схватил её за горло, а другой нащупывал её пистолет, который был плотно засунут в кобуру. Обычно Алексе никогда не приходилось использовать свой пистолет. Именно тогда из паба вышла Джен, увидев суматоху, она побежала обратно в паб. Через несколько секунд она появилась и побежала к дерущимся фигурам. Она сильно ударила мужчину по голове бутылкой, которую крепко держала. Бутылка не разбилась, но Ковбой Мальборо вскрикнул и упал навзничь в полубессознательном состоянии. Джен сразу же забеспокоилась за Алексу. Она присела, чтобы помочь ей сесть. — Надень на него наручники. Мой ремень, дай его, — запинаясь, сказала Алекса. — Сейчас, Дженис. Люди в пабе, включая мужчин, чью бутылку Джен схватила со стола, вышли посмотреть. Джен сделала, как ей сказали, собрала вещи ковбоя Мальборо. Вскоре после этого прибыла полиция, включая шефа. Алекса упрямилась и отказалась ехать в больницу. Мальборо Ковбоя положили на каталку и отнесли в машину скорой помощи, которую вызвал кто-то из паба. Алекса попросила вернуться в отель, чтобы оценить ущерб и привести себя в порядок. Им обеим сказали явиться как можно скорее для разбора полётов. Джен отказалась отходить от Алексы. Они поспорили, кто должен отвезти их обратно в отель. Джен проиграла спор, поскольку Алекса настаивала на том, что не ударялась головой и способна вести машину. Вернувшись в отель, Джен подошла к стойке регистрации и попросила аптечку первой помощи. Руководство было встревожено, но Джен заверила их, что в случае необходимости они вызовут врача. — На данный момент мы считаем это незначительной аварией, — сказала она. Когда Джен вошла в комнату, Алекса уже принимала душ. Она постучала в дверь ванной и крикнула: — Давай, Алекса, позволь мне помочь тебе. Я принесла набор. Покажи мне, где у тебя раны. Последовала пауза, а затем Алекса ответила: — Хорошо, я сейчас выйду. Через несколько минут она открыла дверь, и из неё выходил пар. Она была завëрнута в полотенце. Джен была очарована, в то же время, очень обеспокоена, даже покровительственно. Алекса подошла и села на кровать. Джен увидела ушибленные костяшки пальцев на обеих её руках. — Куда мне нанести антибактериальную мазь? Могу ли я посмотреть, есть ли открытые раны? — спросила Джен, её голос был техническим, но тихим, чтобы не заставить Алексу почувствовать себя неловко. Алекса повернулась к ней спиной. Она откинула одну сторону полотенца, но прижала переднюю часть к груди. Под ней были шорты. Теперь её спина была голой и на ней были видны следы чëрно-синих синяков. На месте шелушения кожи были красные пятна, а также царапины. Джен сидела лицом к спине Алексы, и её переполняла жалость. — Ты уверена, что не хочешь, чтобы их проверили врачи? — снова спросила Джен, хотя и по-другому, но с тем же чувством, которое означало пойти к врачу. Алекса только покачала головой. В этот момент она хотела быть жёсткой. Джен спокойно поговорила с ней, прежде чем она коснётся каких-либо мест. Она сначала скажет ей, прежде чем что-то сделать. Джен продолжила наносить мазь, дуя на места, которые, как она знала, будут болеть. Джен также увидела следы пальцев ковбоя Мальборо на своей шее. Она наклонилась и поцеловала её в висок. Она не сказала Алексе об этом движении; она не спросила разрешения. — Когда я была ребёнком, моя лучшая подруга заботилась обо мне таким образом, — объяснила Джен. Она не добавила, что у неё было необычное детство; её родители были другими. Когда она стала старше, она поняла, что у неё была склонность выбирать семьи, иногда они оставались с ней годами, а иногда нет. Джен разрезала марлю на квадраты, а хирургическую ленту на полоски. Она осторожно разложила их на коже Алексы и закрепила. Она наложила пластыри на более мелкие раны. Она взяла другой конец полотенца, чтобы прикрыть спину, пока Алекса всё ещё прижимала свой конец к груди. Это означало конец первой помощи, увенчанный поцелуем в макушку. Алекса поняла, что её впечатление о девочке, маленькой девочке, было совершенно неверным, хотя она была похожа на неё только внешне. Джен была заботливой и способной, быстро соображала и была верным партнёром по работе. Она вспомнила, как Джен оставалась в больнице с раненой офицером. Теперь она делала то же самое для неё; она никогда не отходила от неё. Алекса поняла, что упустила из виду зрелость и профессионализм этой женщины. Она повернула голову, чтобы посмотреть на Джен, поблагодарить её. Она была удивлена, увидев, что та пристально смотрит на неё. Джен нежно положила руку на голову Алексы и наклонилась, чтобы нежно поцеловать её в губы. Не было никакого сопротивления, никакой неловкости, никакой странности... никаких слов. Было утешение и тепло, которым Алекса нежно отдалась. По правде говоря, она дрожала глубоко внутри из-за этой жестокой борьбы. Это было так быстро, что опасность ощущалась как последствие. Ей нужна была эта нежность. Если бы ковбой Мальборо успешно вырвал её пистолет, её бы уже застрелили. Она была упрямой и жёсткой, поэтому ей приходилось скрывать свою уязвимость даже перед лицом назревающей травмы. Их поцелуй естественно закончился, они расстались с застенчивыми улыбками, лбы всё ещё соприкасались. Никаких слов. Момент синергии и чистой нежности. Их тишину нарушил звук проезжающей сирены, так как их отель находился недалеко от полицейского управления. — Думаю, мне лучше одеться. — Пауза. — Спасибо, Дженис. Ты очень добра. — Алекса встала и отнесла чистую одежду в ванную. Джен вздохнула. Она никогда раньше не чувствовала такой цельности. Она не была "вне, вне", поэтому она пообещала себе быть честной и стремиться к собственному счастью. Может быть, с какой-то брюнеткой с резкими манерами и большим сердцем для справедливости? Она прочистила горло и сказала: — Не хочу тебе говорить, но я уверена, что они на иголках, ожидая услышать нашу полную историю. В отделении, когда Алекса и Джен прибыли, их встретила команда, которая помогала в этом деле с самого начала. Офицер Файн и его напарник уже были там. Джен запросила личный допрос с шефом и офицером Файном позже. На данный момент они хотели узнать, что случилось с ковбоем Мальборо. Алекса была подавлена. Офицеры там не показали никаких признаков травм, поэтому они подумали, что с ней всё в порядке. Шеф дал обзор дела на данный момент — у ковбоя Мальборо была сильная головная боль, но сотрясения мозга от удара Джен не было. Его вещи не выдали его винтовку. По словам их эксперта по огнестрельному оружию, винтовка, похоже, была сделана на заказ. Несколько удлинённых пуль были найдены в кармане багажа. Полиция Мельбурна будет рассматривать все факты, но его, скорее всего, передадут таможенным агентам США, которые уже направлялись в Мельбурн. Позже, в кабинете начальника, офицер Файн жёстко отчитывал Джен. — Тебе не следовало вступать в контакт с ковбоем Мальборо. Я же говорил тебе. О чëм ты думала? — Будет лучше, если мы послушаем, что они скажут. Мне нужно знать, что произошло после того, как вы позвонили мне в аэропорт, — рассудительный начальник полиции вмешался, чтобы успокоить гнев офицера Файна. Джен посмотрела на Алексу, и она кивнула. У Алексы был отстранённый взгляд. Джен начала рассказ, за ​​исключением того, что идеи и теории исходили от неё. Ни разу она не упомянула, что они исходили от Алексы. Что касается драки, Джен придумала, что она начала её и втянула Алексу в драку. Остальные молчали после рассказа. Джен посмотрела на Алексу во второй раз и увидела боль, предательство в её глазах. — Должен признать, вы хорошо постарались, младший офицер Мэтти, — сказал офицер Файн. Теперь в его голосе звучала гордость, словно это было соревнование, что американцы лучше австралийцев. Шеф знал своих людей, и он посмотрел на Алексу, его глаза подстрекали её говорить. Она сделала лёгкое движение головой "нет". Он даже спросил её: — Алекса, что ты можешь добавить к этому? Какова была твоя первоначальная теория? Та, о которой ты мне рассказала? — Мне нечего добавить, Шеф, — сказала она. Её голос и тело излучали усталость, которую она чувствовала. Джен хотела славы, а Алексе было всё равно. Её чувства и её тело болели. Она хотела домой, спать в своей постели. Офицер Файн и другой офицер сопровождали Джен в отель, чтобы упаковать её вещи. Они собирались сразу же отправиться в аэропорт. Алекса разговаривала с шефом тихим голосом. Он настоял на том, чтобы услышать её версию истории. Детектив-инспектор Гэри Вэлор помчался в отделение; он услышал, что Алекса участвовала в драке и аресте ковбоя Мальборо. Он сразу же забеспокоился за неё, потому что знал, что у этого человека были связи в высоких кругах. Он боялся, что Алекса может пострадать от последствий. Он побежал в кабинет начальника, когда увидел их там. — Ты беспокоишься за свою подругу, Гэри? — поддразнил Шеф. — Не стоит беспокоиться. Это дело американцев. Алекса не участвует. Шеф и Алекса уже решили отойти в сторону и остаться в качестве второстепенной поддержки. Если Джен хотела быть лидером, они позволяли ей. Когда таможенные агенты США брали управление на себя, они планировали отойти на второй план. — Алекса, пойдём, я отведу тебя на ужин. Ты выглядишь бледной. Давай поедим, потом заберём твои вещи, и я отвезу тебя домой, хорошо? — сказал Гэри. Его внимательность и заботливость были приятны Алексе. Она кивнула. Она показала, что у неё ушибленная спина, и он очень бережно обращался с ней, когда они выходили из штаб-квартиры. Тем временем Джен сказала офицеру Файну, что ей нужно вернуться в штаб-квартиру, чтобы поблагодарить и попрощаться с людьми, которые хорошо к ней относились. Конечно, её мысли были только об Алексе. Её терзало чувство вины. Она бежала так быстро, как могла. Она хотела исправить отношения между ними. Вдалеке она увидела Алексу с мужчиной. Она опиралась на него, когда он направлял её к своей машине. Он открыл для неё дверь и наклонился, как будто проверяя, всё ли с ней в порядке, прежде чем выпрямиться и осторожно закрыть дверь. Машина поехала в противоположном направлении. Мысль о них вместе пронзила её. Она раздумывала, стоит ли ей упаковать вещи Алексы и отвезти их в отделение, но решила этого не делать, так как они сказали, что собираются заплатить за отель. Она знала, что Алекса вернётся в номер, а также оплатит счёт. Джен вернулась туда, где её ждали коллеги, и приготовилась вернуться домой.