Глава 6

Детектив-инспектор Киран Хасси оказался в отеле в мгновение ока; «теневой» офицер не знал, что делать, кроме как доложить своему начальнику. Когда Киран подошёл к Алексе и Джен, он пригласил их в безлюдный угол, чтобы никто не мог услышать их разговор. — Алекса, что это? Ты только что вышла из штаб-квартиры, как ты смогла сформулировать логическую теорию за такое короткое время? Объясни мне, пожалуйста, — сказал он. Он пытался сохранять спокойствие, но его ноздри раздувались. Он был обеспокоен тем, что корпорация, которой принадлежал отель, пожалуется в полицию. Его шкура, несомненно, будет поджарена. Алекса была в самом агрессивном состоянии. Она ответила ему: — Мне нужно проверить свою теорию, она только что пришла мне в голову, ладно?! Джен рассказала Мике об этом отеле; она ничего не знала в Мельбурне. Если бы она была с этим человеком в ковбойской шляпе или ковбоем Мальборо, они могли бы договориться о встрече здесь. Кроме того, если бы он был старым ковбоем Мальборо, он бы бросил вызов полиции, как он делал это в 90-х. — А что, если из твоей теории ничего не выйдет? — спросил он терпеливо и профессионально. В его сознании были сомнения, но это была Алекса Кроу. Как консультант, она решила 10 его самых сложных дел. Она терялась на заднем плане каждый раз, когда дела решались; ей не нужно было ни признания, ни славы. Джен положила руку на плечо Алексы в знак поддержки; она заговорила: — Инспектор Хасси, я знаю Алексу. Что-то всплывёт, что поможет делу продвинуться вперёд. Нам нужно сделать всё возможное, чтобы найти Палмеру. Если этот отель — возможность, нам нужно в нём разобраться, — рассуждала она. Киран в тревоге потирал бороду. Он задумчиво сказал: — Надеюсь, вы обе понимаете, что я нахожусь между молотом и наковальней в этой погоне за дикими гусями. Где вообще менеджер? — Она пошла в свой офис, чтобы позвонить президенту компании. Она сказала, что ей нужно спросить разрешения относительно записей видеонаблюдения, — ответила Джен. — Я не знаю, в чëм тут проблема. Раньше люди просто сотрудничали с полицией. — Алекса показывала своё разочарование, и её руки были напряжены на бёдрах. — Ладно. Хорошо. Я сделаю всё, что смогу, чтобы облегчить вам выполнение любых ваших требований. Всё, что вы делаете, должно быть задокументировано. На случай, если нас подадут в суд, у меня есть документальные доказательства, — вздохнул он. — Киран, нам нужна Мэдисон. Активируй её снова для этого дела, — попросила Алекса. — Не слишком ли рано? Она всё ещё в отпуске. И её сеансы терапии... — попытался он закончить предложение, прежде чем Алекса прервала его, чтобы сообщить: — У нас только что была групповая терапия с ней, и всё прошло хорошо. Она никоим образом не искалечена; ей нужно вернуться в игру. — Сначала я проверю у доктора Арвинг. Протоколы, — ответил он. Он набрал сообщение для Руне на своём телефоне. Он подумал, что звонить уже поздно, так как в Лос-Анджелесе уже около полуночи. Киран извинился и пошёл искать менеджера. — Алекса, когда одна из нас смотрит отснятый материал, каковы задачи другой? Нам нужно действовать эффективно, чтобы получить результаты. Киран, похоже, не был убеждён, — предположила Джен. — Я знаю, Джен. Я много думала. У тебя есть последняя фотография Мики? — Да. Конечно. Мы сделали несколько фотографий в самолёте. — Начни показывать им окрестности этого отеля. Найди людей, которые могут определить, что она здесь. Попроси Гарта прислать фотографию ковбоя Мальборо, а также сделать его более старую версию. Покажи это и здесь, — приказала Алекса и добавила: — Я просматриваю реестр. Дай мне образцы её почерка. — Надеюсь, Гарт ещё не спит. Но у Гарри наверняка есть почерк Мики, поскольку она несколько дней работала в его отделе. Ты можешь попросить его отправить фотографии на твой телефон, дорогая, — сказала она. Когда Алекса позвонила Гарри, хотя он уже был дома, он был рад помочь. Он попросил ночного дежурного отправить Алексе фотографии почерка Мики. Что касается Гарта, к счастью, он ещё не спал. Он был так же встревожен, как и все остальные, даже больше, из-за Мики. Он пообещал отправить старую фотографию и составное изображение на телефон Джен как можно скорее. Он думал о том, чтобы привлечь мистера Нили, их технического эксперта, для выполнения этой работы. На самом деле он работал допоздна из-за нескольких дел, требующих его экспертизы. Поскольку их файлы были компьютеризированы, а также благодаря прогрессу в технологиях, такому как программное обеспечение для определения прогресса возраста, мистер Нили мог легко сделать составное изображение ковбоя Мальборо. Гарт и Джен провели профессиональную и официальную беседу, какие бы неловкие моменты в их отношениях сейчас ни возникали, им придётся подождать, пока Мику не найдут, а Джен вернётся в США. Алекса подошла к Джен после того, как их собственные телефонные разговоры закончились. — Позвони Руне, скажи ей, чтобы она дала Мэдисон сигнал. — Дорогая, Алекса, мы не можем. Это поставит под угрозу весь прогресс, которого мы достигли. Мы не можем скомпрометировать Руне и выставить её непрофессиональной. Если Мэдисон нужно время, то пусть так и будет. Если она может работать над этим делом, то хорошо. Мы не можем вмешиваться в процесс, — твёрдо сказала Джен. Тут Киран подал им знак, и они подошли к столу. Он сказал: — Руна позвонила мне, со своей стороны, она не видит ничего плохого, если Мэдисон сможет работать над этим делом, при условии, что Мэдисон сама захочет это сделать. Если так, то она оценит её после дела и решит, сможет ли она вернуться к работе на полную ставку, но продолжить терапию. — Пауза. — Итак, я позвонил Мэдисон, она уже в пути. Кажется, она взволнована. — Киран не мог не улыбнуться. Алекса и Джен тоже улыбнулись, глядя друг на друга — команда вернулась — подумали они. Запаниковавшая управляющая отеля получила разрешение от своего босса; таким образом, она разрешила Кирану и его команде провести расследование при условии, что гостям не будет доставлено неудобств, и что Киран будет там, отвечая за всё расследование. Она была ошеломлена отношением Алексы, что она больше не хочет иметь с ней дело. Киран согласился на её условия, казалось бы, с уверенностью, которую на самом деле не чувствовал. Он собрался со своими тремя младшими офицерами, включая того, что был в синем, чтобы дать им краткую справку о деле и о том, что делают опытные детективы. Джен уже незаметно показывала фотографии Мики, которые она сделала на своём телефоне, и разговаривала со швейцарами, коридорными, охранниками и официантами; горничные ещё не были нужны в недавно занятых номерах. Одна горничная сказала, что гости вешают таблички «Не беспокоить» на двери даже до следующего дня, так что они пока не могут помочь. Джен записывала их ответы. Когда на её телефон пришли изображения ковбоя Мальборо — прошлого и будущего — она вернулась, чтобы ещё раз спросить персонал. Затем, когда она разговаривала с консьержем и администратором, прибыли их коллеги из ночной смены. Они оживлённо консультировались друг с другом по поводу изображений. Алекса изучила почерк Мики по изображениям, отправленным на её телефон. Затем она просмотрела книгу регистрации. Она сосредоточилась на гостях, которые зарегистрировались вчера вечером до раннего утра. Она выделила три имени с похожим почерком, как у Мики, но они были довольно нечёткими. Она знала, что Мика не будет использовать своё собственное имя и не сделает подпись разборчивой. Она увидела Джен на другом конце стола и Кирана в углу с молодыми людьми. Она огляделась вокруг, ища кого-нибудь, кто бы обращал особое внимание на происходящее в их районе; кого-нибудь подозрительного вообще. Внезапно из-за правого уха она услышала: — Эй, меня специально просят дать свою экспертизу? Алекса повернулась и крепко обняла подругу. Джен, чьи интервью были закончены, подошла, чтобы обнять Мэдисон. Они быстро дали Мэдисон краткое изложение. Алекса сообщила три имени и номера комнат, которые она выбрала из реестра. Джен сообщила, что персонал отеля был просто не уверен, за исключением одного администратора, который подумал, что лицо Мики ему знакомо. Не было ни одной женщины без сопровождения, которая зарегистрировалась с прошлой ночи до сегодняшнего утра. Таким образом, Мэдисон срочно отправили работать над отснятым материалом в офис службы безопасности отеля с сотрудником службы безопасности, поскольку только ему было разрешено управлять оборудованием отеля. Алекса и Джен разговаривали с гостями в обеденном зале, на случай, если кто-то что-то заметит. Киран поручил мужчинам постучать в двери трёх имён из регистратуры. Он следил за толпой. Он увидел трёх мужчин в ковбойских шляпах. Он проверил их и подслушал, завязав шнурок на ботинке, болтая с официантом, который приближался к «шляпному» столу и наткнувшись на пустой стул неподалёку. Он использовал собственную тактику, чтобы получше рассмотреть и оценить «природу» этих мужчин. Через некоторое время шестеро следователей снова собрались. Молодые офицеры сообщили о своих выводах. Им удалось поговорить с гостями номеров, но они не соответствовали фотографиям. Киран сказал, что мужчины в ковбойских шляпах были обычными туристами и не соответствовали старшему составному образу ковбоя Мальборо. Джен и Алексе тоже не повезло с гостями. Казалось, никто ничего не знал; это сильно расстроило Алексу. Она заметила, что один из молодых офицеров снял очки и протёр линзы о рубашку. Она внезапно напряглась. Джен почувствовала изменение в её позе и вопросительно посмотрела на неё. — Мы не смотрим. Наши глаза затуманены. — Пауза. — Джен, помнишь наш последний случай? Мы тоже не видели ясно, — упрекнула Алекса, больше себя, чем остальных. Джен посмотрела ей в глаза. Она хлопнула в ладоши и сказала: — Конечно, мы все искали Мику как женщину. А что, если она замаскируется под мужчину? Киран добавил, воодушевлённый: — А как насчёт круглосуточного магазина беспошлинной торговли? Мы можем показать фотографии Мики, если она покупала одежду, косметику? Может быть, что-то, что можно было бы превратить в усы, бороду? — Теперь мы думаем. — Алекса кивнула. — Ни одна женщина не заселялась в отель в одиночку. Но мы не спрашивали, заселялся ли какой-нибудь мужчина или даже женоподобный мужчина в одиночку или заселялись ли двое мужчин, — сказала она. Киран попросил офицера в синем пойти в магазин беспошлинной торговли в аэропорту и поспрашивать там. Алекса добавила инструкцию спросить в заведениях общепита, не перекусывала ли она там. Офицер немедленно ушёл. Киран и двое других офицеров снова спросят персонал отеля о мужчине или двух мужчинах, на этот раз одного с ростом Мики и отличительными чертами. Алекса и Джен поспешили в офис службы безопасности. — Мэдисон, начни сначала. Ты точно не увидишь её в образе Мики Палмеры, — заявила Алекса. Челюсть Мэдисон отвисла; они уже просмотрели записи вестибюля и первого этажа. На долю секунды идея маскировки показалась Мэдисон знакомой, как и в предыдущем случае. Она покачала головой и снова сосредоточилась на текущей задаче. Охранник снисходительно следовал указаниям Мэдисон, например, для увеличения или уменьшения масштаба, для замедленной съëмки или ускоренной перемотки. Они попытались сузить предполагаемое время прибытия в отель, плюс-минус, возможные задержки и остановки, например, для еды, были учтены. Алекса и Джен смотрели через плечо охранника и Мэдисон. Как показывают записи видеонаблюдения, они были не очень чёткими, но следователи сосредоточились на экране, показывающем кадры из вестибюля. Там было несколько мужчин, поодиночке и вместе, и несколько гетеросексуальных пар. Они не могли увидеть на них Мику. Было невозможно определить высокого парня в ковбойской шляпе из Окленда, особенно если он не носил шляпу. Алекса положила конец утомительному просмотру. Все потянулись и перевели дух. Она спросила охранника: — Сколько ещё входов в этом отеле? — Ну, мэм, все гости проходят через вестибюль. Есть пожарный выход и дверь через кухню для персонала. Она открывается в задний переулок, где стоят мусорные баки. Эти двери заперты снаружи. Что касается пожарного выхода, то любой может получить к нему доступ изнутри, — подробно ответил он. — Есть ли в этих местах камеры? — спросила Алекса. Кивнув, он автоматически получил доступ к файлам, зная, что она собирается их запросить. Они быстро перемотали часы записи пожарного выхода, и никто не открыл его. Однако дверь для персонала была открыта. Официанты, шеф-повар, помощники поваров и несколько сотрудников, некоторых из которых они узнали по разговорам с ними, заходили и выходили, чтобы покурить, выпить прохладительные напитки, воспользоваться мобильными телефонами и пообщаться друг с другом. Около часа ночи на видео они увидели, как из переулка к открытой двери вышли двое людей. На них были бейсболки. Один был намного выше другого, это была мужская фигура, одетая во всё белое, как и кухонный персонал, за исключением белой кепки. Меньший из двоих был в джинсах и объëмной куртке. Высокий человек держал рюкзак. У меньшей фигуры были ручная кладь и чемодан на колёсах. — Я видела Мику в этой куртке и с сумками. Это может быть она, Алекса, — задумчиво сказала Джен. На видео было видно, как фигуры скрывают свои лица от камеры. На том, что поменьше, были перчатки, из-за чего они казались большими, поэтому невозможно было определить, были ли это руки мужчины или женщины. Человек вынул что-то из перчатки и тайком подержал это. Пару встретили два сотрудника в белом; они тут же заговорили друг с другом. Один из них посмотрел в камеру и попытался закрыть меньшую фигуру. Казалось, он жестикулировал в сторону камеры. Его коллега сделал непристойный жест рукой, а также жест, который, казалось, презирал существование камеры. Самый высокий мужчина среди них, в кепке, рассмеялся вместе с парнем, как будто соглашаясь с ним. Самый маленький в группе потянулся к смеющемуся работнику, и их руки соприкоснулись. Затем он жестом пригласил парня, стоявшего спиной к камере, войти. Он вошёл, затем вышел с двумя чёрными пальто, такими же, как те, что были на официантах. Высокий мужчина носил пиджак поверх своей белой рубашки. Его спутник снял громоздкую куртку; внутри человек был одет в футболку, и грудь выглядела плоской. Человек надел куртку официанта с помощью высокого парня, который держал громоздкую куртку. Пальто официанта затмевало меньшую фигуру, и они, казалось, смеялись над этим. Все они вошли через подпëртую открытую дверь. — Вы знаете этих двух работников кухни? — спросила Алекса охранника. — Да, я знаю. Они не помощники на кухне, они официанты. Но мы не друзья или что-то в этом роде, просто случайные знакомые, как люди, работающие в одном месте, я имею в виду, в отеле. Что касается двух других, я не вижу их лиц. Я уверен, что не знаю их, — ответил он, защищаясь. Алекса посмотрела на Джен, и Джен достала свой блокнот и спросила имена сотрудников на кадрах. — Давайте проследим передвижения этих двух незнакомцев, — сказала Мэдисон. Видеоэкран переместился в столовую. Высокий человек больше не носил кепку; у него были волосы цвета перца — белые с тёмным. Он использовал поднос с крышкой для еды, чтобы скрыть своё лицо от камеры. Меньшая фигура толкала тележку с большими и маленькими крышками. Объëмная куртка была накинута на одно плечо, чтобы скрыть лицо, но голова человека была обëрнута белой банданой, как будто в гигиенических целях, чтобы не было видно волос. Их сумки, должно быть, были спрятаны под тележкой для еды, накрытой скатертью; из-под неё выглядывал ремень. Двое шли на расстоянии друг от друга, но их сопровождал сотрудник, который сделал непристойный жест. Когда трое прошли за угол, стол был виден, сотрудник издалека сделал знак рукой «ок» администратору. Они сели в тот же пустой лифт. Охранник торопливо перематывал видео каждого этажа, чтобы увидеть, где вышла пара. На видео с пятого этажа было видно, как открывается лифт. Сотрудник не выходил из лифта; чёрные куртки официанта лежали на тележке с едой вместе с ним. Остальные двое вышли. Мужчина использовал поднос, чтобы защитить лицо, а более низкий использовал громоздкую куртку, чтобы скрыть лицо от камеры видеонаблюдения. Они несли свои сумки; тот, что поменьше, использовал ключ-карту, чтобы открыть дверь, и они оба вошли. Охранник остановил видео. — Я думаю, это походка Палмеры. У неё покачивающиеся движения, — прокомментировала Джен. Одна бровь Алексы поднялась, как будто говоря: "Правда?" Джен улыбнулась ей. Через некоторое время три женщины одновременно спросили: — Какая это комната? Услышав номер, Алекса и Джен выбежали из офиса. Мэдисон осталась, чтобы сохранить соответствующие видеозаписи в качестве резервных копий и возможных доказательств на своём диске; она всегда была наготове со своими гаджетами. К этому времени уже была полночь, и Киран задремал на диване в вестибюле. Он уже отпустил двух офицеров, так как у них не было никакой важной информации, которую они могли бы предоставить. Киран сидел и ждал, пока тот, что в синем, не доложит, пока не уснул. Теперь Алекса и Джен бросились к Кирану и разбудили его; они сообщили ему последние новости. Киран быстро вскочил на ноги и пошёл к столу за менеджером. Ему ответили два менеджера — менеджер, которая настороженно относилась к Алексе, но не могла найти в себе силы оставить текущую ситуацию, и менеджер ночной смены. Он взял ключ-карту, и они оба присоединились к Кирану. Алекса и Джен держали двери лифта открытыми для них. Они поднялись на 5-й этаж. Ночной менеджер несколько минут стучал в дверь. Киран достал пистолет в правильной стойке, готовый выстрелить, если ему будут угрожать обитатели комнаты. Он кивнул ночному менеджеру. Он вставил ключ-карту и вытащил её, когда дверь щёлкнула, все они отступили. Киран толкнул дверь. Он крикнул: — Полиция. Поднимите руки. Мы входим. Он повёл их к входу, но все огни были выключены, так что было трудно что-либо увидеть. Дневной менеджер сказала тихим голосом с опаской: — Это странно. Потому что когда вставляется карта и открывается дверь, автоматически включается свет у входа и лампа. Алекса и Джен тоже знали это, так как они занимали номер в отеле. Джен уже включила фонарик на своём телефоне и светила им в дверной проём. Алекса последовала её примеру, ей потребовалась минута, чтобы найти функцию фонарика на своём телефоне. Увидев это, менеджеры сделали то же самое. Двигаясь осторожно, Киран впереди, затем Алекса и Джен, затем менеджеры, медленно пробирались внутрь. Полноразмерное зеркало было с правой стороны. Киран вздрогнул, увидев своё отражение. Дверь в ванную тоже была с той стороны, и она была закрыта. Джен посмотрела на Кирана, и когда он кивнул, она открыла её, направив пистолет. Там было пусто. С левой стороны были шкафы. Алекса раздвинула их, не дожидаясь Кирана; он лишь слегка покачал головой от её нетерпения. Хотя, в уме Алексы она знала, что там никого не будет, потому что в шкафу были встроены полки, поэтому пространство было ограничено. Она увидела внутри две сумки. Прямо перед собой они могли видеть стол, стул, телевизор с плоским экраном и торшер. Киран повернул за угол; он опустил пистолет. Алекса и Джен вошли в комнату и увидели неподвижную фигуру Мики Палмеры на кровати. *** Алекса осторожно обошла маленькую комнату с двуспальными кроватями, разглядывая каждую деталь с помощью своего фонарика. Она знала, что когда придут команды по расследованию убийств, они возьмут всё под контроль. Когда она увидела Мику, она сразу поняла, что она мертва. Она была в футболке и трусиках; её джинсы, куртка, бандана и нагрудный бандаж были разбросаны на шезлонге. Самыми важными уликами были удлинённая пуля на ночном столике и кубинская сигара, а под ней была нацарапанная записка на канцелярских принадлежностях отеля. Там было написано: однажды укушенный, дважды застенчивый. Джен была удивлена, увидев Мику в таком состоянии, поскольку она надеялась, что она будет жива после простого просмотра отснятого материала. Однако её детективная шапочка должна была быть снова надета. Она неофициально сфотографировала Мику и комнату даже за занавесками, чтобы быть тщательной. Её эмоциям придётся подождать. Киран взял ситуацию под контроль, позвонив своему начальнику, судмедэксперту, фотографу и команде криминалистов. Он не позвал других детективов, потому что он должен был быть ведущим в консультациях с Алексой и Джен. Он уже видел их в действии и знал, что женщины фактически будут активными следователями в этом деле. Другой важной задачей, которую ещё предстояло выполнить, был звонок Гарту и Гарри, чтобы сообщить им плохие новости. Позже, снаружи комнаты Мики, группа собралась для обновления. Мэдисон сообщила, что она закончила сохранять отснятый материал. Она пообещала просмотреть оставшиеся часы работы на 5-м этаже. Затем офицер в синем доложил о своих выводах: — Я получил положительные опознания Мики от продавца в мужском отделе, который продал ей бандану и перчатки; и от другого клерка, который продал ей бандаж для груди. Затем она съела сэндвич с горячим кофе в круглосуточном кафе-баре. Позже к ней присоединился мужчина; его описали как высокого и худого человека с белой кепкой, низко надвинутой на глаза, с довольно худым лицом. Кассир заметила его, потому что он был во всём белом — кроссовки, брюки, рубашка. Я показал ей «Мальборо Ковбоя», но она сказала, что это не он. Мужчина ничего не заказывал, но очень тесно разговаривал с Микой, пока она не закончила есть, после чего они ушли. Киран попросил офицера отвезти Мэдисон домой и также отпустил его на ночь. Они оба должны были явиться позже в тот же день. Мэдисон помахала своим друзьям и послала им воздушный поцелуй. Она бы настояла на том, чтобы остаться в комнате Алексы и Джен, но её мать забеспокоилась бы, если бы она не пошла домой. Чуть позже лифт показал судмедэксперта, двух судебных экспертов в сопровождении ночного менеджера. Менеджер указал им на комнату, где стояла группа. Все они кивнули друг другу в знак приветствия. Слова в этот час были излишни. Они все предпочли бы быть в постели, но у них были дела, и это было всё. Джен воспользовалась возможностью спросить менеджера о двух официантах. Он казался озадаченным: — Я думаю, у них сегодня выходной. Они должны явиться завтра в 12 часов дня. Почему? Алекса сказала: — Позвоните им. Они разговаривали с подозреваемым и жертвой. Нам нужно их допросить. Менеджер ответил: — Этого не может быть. Наши сотрудники не будут вмешиваться в эту ситуацию... Алекса не дала ему договорить. — Меня не волнует ваша очевидная защита своих людей или, возможно, сохранение имиджа вашего отеля. Речь идёт не о пиаре или убеждении нас, нам нужно знать прошлое этих двух сотрудников и нам нужно допросить их. Сотрудница правоохранительных органов мертва. Кроме того, возможно, вы знаете или не знаете, что ваши сотрудники занимаются оборотом синтетических наркотиков. Менеджер покраснел от ругани. — У вас будут их трудовые дела. Киран спокойно сказал менеджеру: — Наши сотрудники получат от вас файлы позже в этот же день. Согласуйте с ними вопрос о собеседовании с вашими сотрудниками. Могу ли я спросить, кто был зарегистрирован в этой комнате? Менеджер немного расслабился, поскольку в этот момент с него сняли давление. — Этот номер не был забронирован. Он должен был быть свободен и готов к бронированию. И я не понимаю, почему пропала запасная ключ-карта. Мы обязательно поговорим с нашими администраторами. — Моим офицерам также нужно будет поговорить об этом с вашими администраторами. Задержите их, пока не прибудут мои люди, — приказал Киран. Он кивнул. Не глядя на Алексу, он повернулся и пошёл прямо к лифту. Но Киран повернулся к ней и сказал: — Алекса, почему ты упомянула о синтетических наркотиках менеджеру? — Скажи мне сначала, Киран, этот отель входит в число смертей от синтетических наркотиков? — спросила Алекса. Киран кивнул. Она продолжила: — Почему ты нам раньше не сказал? Сколько? Киран был ошеломлён. — Было две смерти, но это были не туристы. Это были австралийцы, которые приехали на отдых. — Пауза. — Почему? Есть ли связь, Алекса? — Он не обиделся на манеру Алексы, он к ней привык. — Связь есть. Теперь я вижу осколки. Держу пари, что причиной смерти Мики тоже станут синтетические наркотики. В этом отеле что-то происходит, — заявила Алекса. В ответ Киран настоял на том, чтобы они спали остаток раннего утра. Как детей, он решительно отправил их в их комнату. Он подождёт, пока команды закончат в комнате Мики, а затем тоже пойдёт домой. Позже, в их комнате на 7 этаже, Джен терзало чувство вины. Она тихо сидела на краю кровати, опустив голову. Алекса чувствовала её боль; она села рядом с ней и обняла её, ничего не говоря. Джен крепко держала её. Через некоторое время Джен заговорила: — Я подвела её, Алекса. Я не защитила её. Я даже бросила её, когда мы были в Окленде. — Ты не знала, что произойдёт. Гарт и Гарри не рассказали нам всей картины. Мы просто не знали, с чем или с кем мы сражаемся, — успокаивающе сказала Алекса. — Я такая эгоистка, что хочу просто быть с тобой. Её смерть на моей совести. Я выдала её за утечку и оставила её одну, — с сожалением сказала она. — Это за наш счёт, — тихо сказала Алекса. Джен отпустила её и серьёзно посмотрела на неё. — Нет, Алекса. Это не твоя вина. Ты не имела никакого отношения к тому, что произошло в полиции Лос-Анджелеса. Ты не была вовлечена, пока я не приехала к тебе в Окленд. Если что, мне очень жаль, что я втянула тебя в это. — Мы партнёры, не так ли? — Алекса сказала это мягко, нежно. Она держала Джен глазами, которые передавали ей, что факт был сказан и никаких споров не последует. Джен, естественно, поняла сообщение. Она снова крепко обняла Алексу. *** Алекса сидела на кровати, скрестив ноги, размышляя о делах и делая заметки в блокноте отеля. Она спала меньше 5 часов, но это был глубокий, спокойный сон; она чувствовала себя очень бодрой. Когда умер Гэри, она даже не могла спать из-за своего горя, что у неё развилась бессонница. Она могла чувствовать себя комфортно и расслабленно, только когда спала на одной кровати с Джен в Лос-Анджелесе. Она посмотрела на её дремлющее лицо и улыбнулась. Она всё ещё видела её юную натуру, хотя годы сделали её зрелой. Она полюбила её, поскольку их дружба крепла, даже когда она уехала из Лос-Анджелеса, их общение никогда не прекращалось. Она никогда не ожидала, что полюбит снова, они уже потворствовали своим чувствам. Что теперь? Есть ли будущее? Они даже не говорили об этом. Она покачала головой, как символический способ очистить свой разум; вернуться к выяснению дела. Позже Джен проснулась и посмотрела на другую сторону. — Алекса? — позвала она, но никто не отозвался. Она встала и проверила ванную; её там не было. Она догадалась, что пошла на расследование в одиночку. Это её немного разозлило, но она не хотела держать ничего против Алексы. Её Хани не остановится, пока все её теории не будут проверены. Она провела свои утренние ритуалы, чтобы подготовиться к долгому дню впереди. Когда она закончила одеваться, Алекса вошла в комнату. Джен быстро обняла её, умоляя о поцелуе. Они поцеловались глубоко, с любовью, как молодожёны. Стук в дверь отдалил их друг от друга, и они изменили свой внешний вид, включая выражение лица, прежде чем Алекса открыла дверь. Киран и Мэдисон вошли в комнату очень небрежно, как будто они тоже жили в ней. Киран сел на стул с прямой спинкой, а Мэдисон устроилась поудобнее в шезлонге. Алекса и Джен сели на кровать, немного смущённо. — Неожиданная встреча, Киран? — с лёгким сарказмом спросила Алекса. — Сейчас самое время. Я начну первым. Та-дам, пуля. Того же типа, что и у ковбоя Мальборо, и та же гильза, что и у той, из которой в тебя стреляли. Отпечатков пальцев нет. Сигара, она кубинская, всё верно; год производства пока неизвестен. Отпечатков нет. Записка анализируется, пока мы говорим. Что касается лампочек в комнате Мики, то они были ослаблены. Отпечатков нет, — сказал Киран. — Моя очередь, поэтому мы знаем, что они зашли в комнату в 1:25 ночи позапрошлой ночью. Три часа спустя высокий парень вышел из комнаты в 4:30 утра, спустившись по лестнице. Он всё ещё использовал поднос, чтобы прикрыть лицо, — начала Мэдисон. — Он был в перчатках? — спросила Алекса. — Ой, я проверю ещё раз позже. Я сосредоточилась на движении и временной метке. Думаю, на нём была та же кепка и одежда, что и на рюкзаке, — добавила она. Джен проверила свой мобильный телефон. — Я смотрю на фотографию вещей Мики на шезлонге, перчаток, которые она носила, там не было, — заявила она. Она подтвердила то, что Алекса уже знала — что мужчина использовал перчатки Мики, чтобы не оставлять отпечатков. Мэдисон продолжила: — Ой, я просмотрела аккаунты двух официантов в социальных сетях. Во-первых, Майло Сифе, грубиян, тусовщик. Серийный свидальщик, по-моему. Встречается с женщиной, самый короткий период был неделю, а самый длинный — два месяца. Вот прямо сейчас, я думаю, он рыщет. — Кто-нибудь уже говорил с ним? — спросила Джен. Киран ответил: — Наши ребята этим займутся сегодня утром. Мэдисон сказала: — Аркен Лопе — другой парень. Он более сдержан в своих постах в социальных сетях. Он выкладывал несколько фотографий с Сифе в барах. Никаких постов о личной жизни. В основном он публикует загадочные сообщения, например, я цитирую, негде спрятаться, когда достигнешь глубоких небес... и другие. — Звучит как ода таким наркотикам, как фентанил, — прокомментировала Алекса. Они смеялись над тем, что на самом деле могло быть правдой о его так называемом поэтическом опыте, когда он принимал наркотики. Мэдисон добавила, что попытается получить больше информации о Мике Палмере. — Я просто хочу сказать, что я чувствую ответственность за Мику. Мне жаль её семью, её родителей. Мика сказала, что они на неё рассчитывают. Я не знаю, как им смотреть в глаза, — призналась Джен. — Это действительно тяжело для всех нас. Она была коллегой-офицером, которая погибла здесь. Что касается Гарта, я говорил с ним, и он чувствовал себя ужасно. Как бы то ни было, исходя из моих слов, это не твоя вина, Джен. Гарри чувствовал себя ответственным, потому что она сбежала во время его дежурства. Что мы можем сделать, так это сосредоточиться на том, чтобы отдать справедливость её семье. Давайте найдём правду, — искренне сказал Киран. Джен почувствовала себя лучше, но она всё ещё несла бремя собственных действий. Она поблагодарила Кирана за то, что он не обвинил её. Алекса погладила её по голове, как утешают детей. Это был более невинный физический контакт, чем то, как она хотела её утешить, но поскольку их отношения не были известны другим, этого было достаточно. Дело не в том, что они скрывали свои отношения; просто они были такими новыми, и они ещё даже не говорили о своём статусе. Мэдисон подошла к Джен и коротко обняла её сбоку. Алекса сказала: — Сегодня утром я узнала, что некоторые номера, как тот, в котором была Мика, остаются незанятыми, поскольку они зарезервированы. Когда отель полностью забронирован, запросы от неожиданных гостей, таких как VIP-персоны, артисты — людей, которых руководство хотело разместить, — предоставляются им. — С кем ты говорила, Алекса? — с любопытством спросила Джен. — Уборщики. А иногда, без ведома руководства, во время перерывов сотрудники используют эти комнаты в целях отдыха, если вы понимаете, о чëм я, что может включать и приём наркотиков, — сказала она. — Ого. Значит, сотрудники знают, и это их секрет. Вот почему у них есть лёгкий доступ к запасным ключам-картам и они могут просунуть в эти комнаты таких людей, как Мика и этот человек. — Пауза. — Вы все хорошо поработали, мне не о чем сообщать, я только что проснулась, — стыдливо сказала Джен. — Тебе придётся много бегать позже, Джен, — поддразнила Алекса и продолжила: — Что касается курток официантов, я ходила в прачечную. Куртки были постираны. Ответственный сказал, что когда он пришёл в тот день, то увидел записку с просьбой постирать куртки, так он и сделал. Он предположил, что инструкция была от менеджера. Поэтому больше нет ДНК, которая могла бы помочь идентифицировать высокого мужчину. Их планирование было довольно подробным. — Кто-нибудь снова говорил с охранником? Если нет, то я могу это сделать. Я имею в виду, если бы он следил за камерами безопасности, разве он не заподозрил бы, что там был парень, который использовал поднос, чтобы прикрыть лицо? — спросила Джен. — Совершенно верно, Джен. Ты можешь это сделать. Я скажу своим офицерам, чтобы они тоже взяли у него заявление. — Киран помедлил. — Итак, Алекса, ты хочешь сказать, что здесь три случая: один — синтетические наркотики; второй — смерть Мики; и третий — таинственный человек, который оставил пулю и сигару, кто является лицом, представляющим интерес для смерти Мики, и кто мог быть стрелком в Окленде? — задумчиво произнёс Киран, трогая свою бороду. Алекса ответила ему: — Ответы зависят от личности этого человека, и всё встанет на свои места. И он оставил нам подсказки, чтобы бросить нам вызов.