16. Темный маг и кровавая жертва.

Год тянулся к концу. Со всех сторон страну окутывал холод и зло, пляшущее в его тени. Зима вступила в свои права, заполняя каждый сантиметр земли и строений пушистым снегом. Хрустящие снежинки опадали на дома по обе стороны мира, неся ощущение праздника всем обитателям Британии. Косая Аллея пестрила новогодними вывесками, украшениями и запахом ели. Волшебники всех мастей толпились в тонких переулках и заполненных магазинах. Всех унёс в пучину радости и веселья дух подступающего Рождества. Только в одном крайнем магазинчике было тихо, а на двери висела табличка "Закрыто". На витринах сверкали новогодние гирлянды, мохнатые еловые ветки украшали вход, а где-то на фоне звучала музыка. Вывеска «Чудесные волшебные палочки Джимми Кидделла» тихонечко скрипела, подкидываемая ветром, а рядом бродили ничего не замечающие маги. Внутри магазина не было приятной атмосферы, счастливых улыбок и чувства, подступающего к горлу, восторга. Массивные полки, доверху забитые дешёвыми палочками, были украшены пылью и брызгами крови. На полу хрустели рассыпанные упаковочные обёртки и битое стекло. По мягкому ковру рассыпались чужие тяжёлые шаги и неприятное слуху шарканье, убийцы тащили под руки едва живого волшебника. Бессознательное тело мешком упало рядом с прилавком, едва садисты отпустили его. В глазах мастера волшебных палочек блестели слёзы и горючая тоска. Комнатушку озарил зелёный луч и небрежно брошенное проклятие. Хозяин лавки испустил дух, который тёплым облаком витал в комнате, растворяясь на частички магических атомов и оседая во времени. Над ним стояли брат и сестра, только что окончившие пытки благосклонным заклятием. — Мой Лорд, что делать с лавкой? — Амикус брезгливо обтёр окровавленные руки о свой грязный сюртук. — Если магазин не откроется – у соседей появятся подозрения. Его грубый горчащий голос утонул в полумраке помещения, расстилаясь нотами на захламленном полу. Звук затерялся в грудах предметов и мебели, но он всё же достиг ЕГО. Самого страшного, тёмного мага всех времён. Чёрная материя мантии растворялась в пространстве и терялась в ногах. Сероватые пальцы бегло скользили вдоль полок и фолиантов. Том лениво обходил ненавистную ему лавку, он пришёл сюда за ответами, которых ему не суждено было услышать. Джимми был среднячковым магом и пустоголовым палочником. Он знал лишь основы и базовые понятия создания волшебных предметов. Его изделия годились лишь на оттирание жира и подтирание задницы, по мнению присутствующих. Хотя тёмного мага волновал лишь один пустяковый вопрос: почему палочка отказалась сражаться в ту ночь на кладбище? Джимми не смог ответить, даже когда ему стали отрезать пальцы и ломать кости. Это очень расстроило Тёмного Лорда. — Всё же придётся обратиться к старому другу. — Реддл разочарованно вздохнул и подошёл к витрине. Там через дорогу пестрила огнями лавочка Оливандера. — Но сейчас к нему не подступиться. Жаль. — маг скрестил тонкие руки за своей спиной и задумчиво продолжил всматриваться в магазинчик волшебных палочек. — Мой лорд, мы можем хоть сейчас вломиться туда и узнать всё, что вам нужно. — Алекто своеобразно хрюкнула и расправила плечи. После своих провалов ей хотелось выслужиться перед своим хозяином. — Ты как всегда тупа и бесперспективна, Алекто. Амикус, — Реддл слегка повернул голову, чтобы боковым зрением заметить спешащего к нему пожирателя. — Останешься тут, будешь новым Джимми Кидделом. — Да, мой лорд. — Керроу натянулся как струна и неуклюже поклонился. — Следи за Олливандером, докладывай мне всё и без импровизаций. Последние слова растворились в чёрном дыме. Волан-де-Морт покинул кишащую магами Косую Аллею, прибывая не в самом лучшем расположении духа.

***

Старинный особняк уже укрыло тёмное покрывало ночи. На небе россыпью блеска горели миллиарды звёзд, в предсмертных мгновениях даря свой свет. Величественные стены отдыхали от вечных криков, мучений и льющейся крови. Родовое гнездо Малфоев наслаждалось пустой тишиной, сегодня ночью никто не умрёт в его подвалах. Нарцисса Малфой несколько часов назад проводила мужа на очередное задание, Тёмный Лорд требовал личного присутствия Люциуса. Женщина устало отложила книгу, не прочитав не единой строчки. В гостиной было глухо, настольная лампа едва разрывала плотный занавес черноты. Волшебница устало потёрла глаза и, встав с мягкого кресла, медленной поступью двинулась к лестнице. Пора уже было ложиться спать, скоро рассвет. Как только её дорогие туфли коснулись ледяного мрамора ступеней, за спиной раздался треск камина. В гостиную из зелёного пламени зашёл Драко, держа на руках бесчувственную девушку. — Мама, мы дома. — стен коснулся мягкий голос Малфоя. Нарцисса, не веря своим глазам, осталась стоять на последней ступеньке. Её сын должен быть в школе, подальше отсюда. Она конечно хотела с ним увидеться, но не в поместье и точно не сейчас. Материнское сердце пропускало удары и разгонялось вновь, наверное что-то случилось, раз Малфой без предупреждения появился в доме, паника лёгкой перчинкой подступила к горлу. — Драко, милый, что случилось? — связки предательски дрожали, а ноги отказывались слушаться. Женщина неотрывно смотрела как её дорогой сын дрожащими руками кладёт на диван незнакомку. — Ты помнишь Морану? — блондин обошёл гостиную и приблизился к матушке. — Маркс? Почему ты о ней сейчас говоришь, я ничего не понимаю. — мисс Малфой была вымотана всеми событиями, страхом, убийствами и близостью зла. — Это она. Сейчас на диване лежит Морана Маркс, та самая девочка, которую ищет мой отец. — Драко был уже выше матери, поэтому смотрел прямо ей в глаза слегка с высока. Нарцисса кинула полный ужаса взгляд на диван и, словно прося ответа, снова обернулась на сына. Малфой выглядел уставшим и напуганным, слишком бледным, но уверенным в своей правоте. Парень слегка кивнул, после этого жеста аристократка медленно подошла к грядушке дивана и посмотрела на неожиданную гостью. На кожаном диване лежала маленькая девушка, слишком хрупкая на вид. Ей от силы можно было дать лет тринадцать, слишком детским выглядело её лицо, покрытое одеялом бессознательности. Длинные волосы водопадом падали на пол, тонкие кисти неподвижно касались мрамора, будто мёртвая кукла. В этой особе ярко читались черты той девчушки, которую помнила Нарцисса. Полные губы, каштановые волосы, вздёрнутый нос, да, это точно была Морана Маркс. — Почему ты думаешь, что она та, кого ищет Тёмный Лорд? — Нарцисса обошла диван и села в кресло, всё это время она убегала от правды, от того с чем ей придётся столкнуться. — Матушка, ты же тоже сразу это поняла. Как только Лорд приказал найти девчонку, которую воспитывала Беллатриса. — Малфой подошёл к отцовскому бару и, открыв его, налил два бокала красного вина. — Конечно я поняла, но её нигде не было. Твой отец обыскал все места, где она могла быть. Даже сегодня ему наконец удалось выйти на мерроу в Ирландии, он как раз сейчас там. — каждый раз, когда Люциус приходил без девочки, Нарцисса вздыхала с облегчением, надеясь, что ей повезёт и она сможет избежать войны. — Отец там ничего не найдёт, лишь навлекая гнев на нашу семью. В школе он не смог её найти, потому что у неё было другое имя. — Драко сел в соседнее от матери кресло и протянул ей бокал. — Крёстный знал об этом, но молчал. — А ты разве не встречался с ней? — Нарцисса была поражена новостями. — Честно говоря, я даже не замечал её раньше. Она была на другом факультете. — Малфой младший замолчал, всматриваясь в подругу. — Она словно тень, всегда находилась рядом, но словно скрытая от меня. — последовала гнетущая пауза. Семья погрузилась каждый в свои мысли, накрывая их терпкостью благородного напитка. — Она умирает, мам. — Что? — Нарцисса почти выронила бокал с терпким напитком. — В ту ночь Беллатриса прокляла её, теперь эта магия убивает тело. — парень сделал несколько глотков из бокала. В комнате повисла тишина. После поимки сестры многое произошло, многое поменялось. Всё это время Нарцисса пыталась забыть и не вспоминать о шебутной девчушке, запавшей в сердце. Она помнила забавные кудри, которые отказывались ложиться в причёску, помнила ненависть к платьям и то, как маленькая Мара таскала вещи сына. В то лето у неё было словно двое детей, будто Морана Маркс всю жизнь жила с ними. Они любили пропадать вдвоём в саду, иногда Морана умудрялась рассказывать о растениях мисс Малфой такие вещи, о которых женщина никогда не слышала. Девочка любила читать и часами пропадала в библиотеке, увлекая за собой Драко. Женщина задумалась, уплывая по реке воспоминаний в то дивное жаркое лето. Маркс резко села и схватилась за свою рубашку в районе ключиц, девушка будто после марафона глотала воздух, пытаясь отдышаться. На её лице выступила испарина, а только затянувшиеся шрамы от рун вновь начали кровоточить. — Не так резко. — Малфой в секунду оказался рядом с гостьей. — Не торопись, дыши. Мисс Малфой с удивлением смотрела как её сын заботливо осматривает подругу, что-то говорит ей и успокаивает. Девушка в руках парня расслабилась, выровняла дыхание и измученно улыбнулась. После, её ореховые глаза коснулись обстановки, взрывая в памяти воспоминания. Мара кружила головой и будто не могла насытиться тем, где она находилась. Через мгновение она заметила Нарциссу, её тело охватила заметная дрожь и волнение. Девушка разрыдалась и, утерев градом катившиеся слёзы, неуклюже свалилась с дивана, в попытке дотянуться до хозяйки поместья. — Морана, — нежным голосом, наполненным страданием и переживаниями. Женщина села на пол рядом с Маркс. — Наконец-то ты вернулась к нам. Мара не сдерживала эмоций, она крепко ухватилась за мисс Малфой и уткнулась ей в грудь. Девушка беззвучно сотрясалась и хватала ртом воздух. Казалось она кричит и смеётся, но ни одного звука не вырвалось из дрожащего в объятиях тела. — Драко, что происходит? — Нарцисса удивлённо посмотрела на сына, поглаживая девичьи плечи. — Она не может говорить. Это её проклятие. Тётушка запечатала её голос каким-то извращённым методом. Даже крёстный не смог найти ответов. Бывшая Блек ошарашенно опустила взгляд на комок в своих руках. Девушка уже немного успокоилась и лишь иногда подрагивала, крепко обнимая женщину, словно давно потерянную мать. — Так вот что с ней сделала сестрица. За окнами сквозь верхушки деревьев уже прорывался утренний свет, принося новый день в этот мир. Тёплые зайчики скользили по выпавшему снегу и отражались от застывших капель искристыми бликами. Мрачный особняк, переживавший ужасы и лишения, словно вздохнул, приютив в своих стенах давно забытую магию. Родовое поместье напитывалось скопившейся энергией Мары, словно вдыхая кислород после длительного заплыва. В гостиной словно билось сердце, отстукивая удары, эхом проносившиеся по стенам и потолку. Магическая энергия волнами разливалась от девушки, окружённой такими родными объятиями. С другой стороны, от хозяев дома сквозило страхом, неуверенностью и тоской. Оба понимали – времени мало и вскоре Маркс придётся встретиться с самым тёмным волшебником всех времён. Вся радость момента была испорчена чёрным дымом, ворвавшимся в двери. Через мгновение посреди зала возник Тёмный маг, а за ним следом его последователи и Люциус. — Что это тут у нас? — Волан-де-Морт заметил сидевшего на диване Драко. — Какими судьбами, молодой человек? Блондин подскочил и поклонился в приветствии, взглядом обращаясь к матери. Он надеялся, что у него будет хотя бы пара часов до прибытия лорда. Но его встретил лишь растерянный ответ, Нарцисса сама не знала как им быть.

***

Несколькими часами ранее, где-то на окраине Ирландии Тёмный маг недовольным взглядом окидывал пустынное побережье. Его голые ступни тонули в мелкой гальке, облизанные океанической водой. Ледяной солёный воздух жёсткими иголками пробирался сквозь чёрную мантию и врезался в бледную кожу. Нервные импульсы посылали слабые электромагнитные ощущения в мозг, словно котята мурчали под черепом. Том Реддл напряг челюсть, ситуация с палочками его расстраивала, недосказанность и непонимание. События словно отражали отношение мира к нему и его взглядам, хотя маг лишь хотел очистить кровь волшебников и вознести их на самую верхушку мира. Порыв океанического ветра врезался в мрачный силуэт, прогоняя навязчивые мысли и обращая взгляд на мага, чуть дальше по берегу. Вдали стоял Малфой, о чём-то разговаривая с рыжеволосой низкой девушкой. На ней была лишь тонкая сорочка, едва прикрывающая наготу и, не подходящая ситуации, красная накидка. Разговор явно не клеился, девушка постоянно отрицательно качала головой и кидала короткие взгляды в сторону Волан-де-Морта. Люциус повернулся к своему господину, на лице плясал страх и осознание собственного провала. Эта ниточка судеб снова привела его к краху. Аристократ вежливо попрощался с девой и подошёл к лорду. — Мой Господин, — Люциус приклонил голову и спрятал глаза. — здесь её нет и не было. Вряд ли местные Мерроу знают что-то о беглянке. — Это твой очередной провал. — Тёмный маг опечаленно вздохнул. Вдалеке девушка накинула на себя красное одеяние и её длинные стройные ноги превратились в блестящий серебряный хвост. — Если не найдешь её к началу года, я вырежу твои жалкие глазёнки и скормлю твоей жене. — голос был скользящим и холодным, ужасающим своим спокойствием и глубинной разочарованностью. — Ты огорчаешь меня, Малфой. Ты был лучшим среди шайки тряпья, а сейчас ты лишь тень себя прошлого. Том медленным размеренным шагом двинулся вдоль побережья, царапая кожу ног ракушками и камнями. Позади плёлся раздосадованный Малфой, его источники со стопроцентной гарантией утверждали, что девчонка была здесь. Якобы несколько лет назад её вернули в её родные места, что о ней будут знать её родственники не с волшебной стороны, но всё провалилось. Посол Мерроу утверждал, что члены королевской семьи давно потеряли надежду найти изгнанную сирену. Много лет назад укравшую вековую реликвию и сбежавшую с ней в мир людей и волшебников. Бессмертную душу водяной девы.

***

Рассвет алыми подтёками медленно облеплял поместье, крупицами тепла облизывая своды. Солнечные пятна лениво заглядывали в окна Малфой-мэнора и в ужасе рассыпались во внутренней тьме. Великий маг с презрением всматривался в сидящих на полу, в объятиях Нарциссы кажется сидел ребёнок. Волан-де-Морт одними глазами приказал мисс Малфой подняться, утягивая на свет странного вида девчушку. — Драко, неужели ты привёл подружку? — Том оценивающе скользнул по смятой зелёной форме. — Это корм или гость? Младший Малфой не знал что ему ответить, каждое мгновенье тишины гвоздём вколачивалось в распухший разум. — Это моя однокурсница, Морана. Девушка выбралась из кольца рук Нарциссы и решительно подошла к Малфою. Она молча переводила взгляд с аристократа на Тёмного лорда и словно пыталась что-то доказать блондину. Драко одёргивал её руки и старался не смотреть на мага, раздражённо отталкивая сокурсницу. — Драко, ты не потрудишься объяснить что за немой цирк вы тут устроили? — Реддл был уставшим и вымотанным, его тело ещё не до конца восстановилось. Частые перемещения, колдовство и обыденная жизнь в совокупности выпивали из него последние соки. — Ничего важного, сэр, просто девушка очень давно хотела с вами встретиться. — Драко скрупулёзно подбирал слова, стараясь даже не думать об истинной причине. Позади пары его мать стойко сдерживала дрожь в руках. Всё происходило слишком быстро, у них не было времени подготовиться и придумать как всё преподнести Тёмному господину. — Вот как, — лорд задумался. — Может, тогда пригласим её на наше собрание? — Том чуял на каких-то тончайших уровнях, что ему недоговаривают. — В присутствии наших сторонников мы выслушаем о провалах твоего отца и познакомимся с Мораной. Не дождавшись ответа, Тёмный лорд двинулся в обеденную, Люциус, Нарцисса и слизеринцы пошли за ним. Комната была справа от основного холла, высокие потолки и тёмные шторы обнимали пустующее пространство. В центре стоял массивный длинный стол, обтянутый конвоем высоких тяжёлых стульев. Бо́льшая часть мест пустовала, во главе стола сел Том Реддл, по обе стороны от него сидели брат и сестра Керроу. Люциус с женой сели по правую руку, напротив было несколько пожирателей в масках. Помещение освещалось тусклым светом от зажжённых свеч и тонкими полосками солнечного света под занавесками. Воздух пропитался талым воском и спёкшейся кровью, кусками валявшейся на полу. Морана крепко сжимала предплечье Драко, адреналин выгнал из тела всю болезненность и страх. Девушка была решительно настроена, только вот друг почему-то молчал об истинных намерениях Маркс. Морана хотела сейчас же броситься к волшебнику и всё ему рассказать, но невесомый страх от необдуманных поступков стучался в сознание, она могла навредить другу. Это сдерживало её порывы и заставляло терпеть. Драко убавил шаг, пока все усаживались он остался с подругой почти у самого входа. — Ты точно уверена? — шёпотом, не поворачивая головы и не отрывая взгляда от, занявшего главенствующее место, мага. Морана лишь невесомо кивнула, она хотела найти ответы, пускай даже в самом ужасном месте этого мира. Малфой не успел ничего ответить девушке, когда из центра зала раздался противный голос их хозяина, пригвоздивший подростков у входа. — Что ж, мои дорогие друзья, — начал свою речь Волан-де-Морт. — вчера был трудный день, полный разочарования и оплошностей. Торговец палочками оказался не полезнее клопа в кровати. И теперь его место займёт Амикус, он будет наблюдать за Олливандером. — Амикус гордо вздёрнул нос и осмотрел всех с высока, словно выкрикивая: «Лорд мне доверяет». — С другой стороны, Люциус потерпел очередное поражение. Столь простое задание совершенно ему не даётся. — со всех сторон послышались ехидные тихие смешки. Том состроил грустное лицо и скрестил пальцы на столе. — Как же мы накажем его за некомпетентность? Все присутствующие обернулись к Малфою-старшему. Мужчина опустил взгляд в стол и мертвенно побледнел, он боялся не за себя, а скорее за, сидящую рядом, жену. За сына, видевшего его позор, он считал себя недостойным. Драко и Морана как раз в этот момент подошли к спинке его стула. Малфой младший одобрительно положил руку на плечо отца, привлекая к себе внимание. — Мой лорд, вы помилуете отца если я приведу вам девушку? — Драко с неуверенностью смотрел вперёд, сквозь змееподобное существо сидящее во главе стола. — Что, если я уже привел вам её? Повисла тишина, Тёмный маг аж привстал на своём стуле. Каждая его мышца напряглась, он от части мог допустить, что девчонка тут не просто так, но это не могла быть Она. Всё естество выворачивало наружу от предвкушения встречи, нутро трепещало и крутилось внутри, желая поскорее узнать правду. Но внешне Тёмный маг оставался спокоен и отстранён, разве только едва подрагивающие пальцы выдавали его волнение. — Я бы даже наградил вашу семью. Всю. — акцентировал Том. — Но дрожащее существо за твоей спиной вряд ли та, кого я ищу. — Это она, сэр, я знаю её с детства. Морана Маркс воспитывалась вашей верной слугой Беллатрисой Лестрейндж. Была спрятана вашим врагом Альбусом Дамблдором, а так же Авроры стёрли ей память. Она надёжно была спрятана не только от вас, но и от всех нас, в самом очевидном месте. В Хогвартсе. — Малфой младший выпалил всё не задумываясь, остановись он хоть на минуту, схватил бы её за руку и побежал на утёк. Волан-де-Морт отодвинул свой стул, скрип ножек по мрамору разрезал пространство. Он с змеиными повадками вышел из-за стола и медленной походкой двинулся к подросткам. Всё время маг не сводил своих ледяных глаз с неприметной, худой девчушки, стоявшей около Малфоя. Подойдя ближе, он смог рассмотреть знакомые с прошлого черты, словно туманом отражавшиеся в лице Мораны. Если задуматься, у неё были такие же длинные волосы, низкий рост и бледность. Те же ореховые глаза. На секунду Том провалился в своей памяти и иголки сожалений неприятно оцарапали мёртвое сердце. — Говори. — он, едва разлепляя губы, обращался к Маркс, не веря и надеясь услышать её голос. — Она не может. — шёпот напитанный страхом звучал от блондина. — Её прокляла Беллатриса. Малфой старался не смотреть на, стоящего рядом, Реддла, рука на плече отца сильнее сжалась от волнения. Трепещущее сердце внутри стучало громче грома, ладони вспотели, а удача кажется отвернулась. Одновременно со словами девушка слегка оттянула ворот форменной рубашки — на белой коже яркими полосами алели руны. Ядовито красные письмена горели и светились, будто обозначая своё присутствие. Волан-де-Морт ощущал тяжёлые волны проклятой магии, но она казалось ему незнакомой. — Вы это только что придумали? — голос резко прозвучал в тишине обеденной. Разочарование, злость и раздражение волной захватили мага. Его попытались обмануть. — Главной особенностью девушки должен быть голос, а ты привёл мне немую подружку и решил приплести свою тётку? Ты такое же разочарование, как и твой отец! — Тёмный лорд развернулся и двинулся к своему месту. Словно ледяной водой его накрыло спокойствие и безразличие, плещущая в нём надежда быстро была задушена реальностью. Морана лишь хватала воздух, им не поверили. Ему нужны доказательства, но у неё ничего нет. Действуя на автомате, девушка сорвалась и побежала за магом, она обогнала его и встала перед ним, преграждая дорогу. Маркс показывала на свою голову, предлагая магу вторгнуться в её сознание, чтобы он мог увидеть её прошлое. Волан-де-Морт лишь брезгливо сморщился и обошёл ошарашенную слизеринку. Мара, секунду обдумывая, обернулась и постаралась прикоснуться к опасному волшебнику. В следующий миг комнату озарила бледная вспышка и тело Мары безвольным мешком опало на ледяной пол. Малфой младший лишь вздрогнул, если он сейчас к ней подойдёт или ещё что-то скажет – пострадает его семья. На его руку аккуратно опустилась ладонь матери. Драко опустил взгляд, Нарцисса одними губами произнесла: «не надо». Ему оставалось лишь стиснуть зубы и сесть рядом с родителями. — Что ж, раз всё так обернулось, девушка всё же станет кормом. — маг направил на бессознательное тело палочку и магией заставил девушку всплыть над столом. — Жаль конечно, такая костлявая. Нагайна, завтрак. Малфой хотел что-то возразить, но рука матери крепко вдавливала его в стул. Мгновение замерло, позади уже шуршала холодная чешуя, огромная ненасытная змея плавно ползла в сторону стола. На расстоянии вытянутой руки под оглушающим заклятием застыла Морана. Смерть медленными липкими шагами приближалась к девушке. Тёмный лорд лениво восседал во главе стола и потирал гудящие виски. Окружающие его люди не стоили даже одного его вздоха. Нарцисса всё крепче сжимала колено сына, могильный холод подбирался всё ближе. На другом конце стола показалась блестящая змеиная голова, Нагайна мягкой поступью приближалась к обездвиженной девушке. Сердце пропускало удары. Это был конец.                               *** Маркс стояла посреди туманной заводи, всё тело покрывала холодная роса, горошинами стекавшая по нагой спине. Вокруг на всю ширину взгляда была лишь вода, камыши и редкие пригорки едва зеленеющей травы. Плотные кольца тумана, словно живые змеи, скользили между ног и ползли дальше. Статичная картинка, словно живая, двигалась незаметно глазу. Мара схватила себя за худые плечи, одежды не было, как и рубцов от проклятия. «А это вообще я?». Мысли несвязанными кусками прилипали к сознанию. Девушка оглядывалась, не понимая что она тут делает. Она хотела сделать шаг, но ноги по самые лодыжки тонули в илистой зыбкой грязи. Казалось, Мара даже не может пошевелить пальцами на ногах, от осознания чувств в ногах по коже пробежались мурашки. Девушка стала нервно оглядываться вокруг, всюду была пустота. Лишь едва движущийся туман и неприятная прохлада. Воздух словно замер вместе с этим местом и в своей неподвижности создавал едва слышный гул. В висках гвоздями медленно пробивалась боль, заставляющая всё вокруг звенеть. Это болото казалось смутно знакомым, но не ей. Это была не её жизнь, не её воспоминания, не её ощущения. Внезапно всё стихло, вакуум облепил всё существование и поглотил звуки. Тишина стала ощутимой, кажется Морана даже не улавливала своего дыхания. За спиной раздавались хлюпающие шаги, кто-то тяжело пробирался сквозь болото. Яркими акцентами ощущалась расползающаяся от шагов жижа, пачкающая подбирающееся существо. Мара могла различить каждое движение и вздох того, кто был за её спиной. Маркс не могла развернуться, тело было каменным, а в руках внезапно оказалась бледно-белая сфера. Перламутровая дымка клубилась и заворачивалась в стеклянном шаре. «Откуда!?» девушка сбилась с реальности, потерявшись в чужих ощущениях и событиях. Позади раздался скрип и на плечи опустились тяжёлые корявые руки. — Проснись!                               *** Ореховые глаза резко распахнулись и врезались в стальные, полные паники и страха. Тело не слушалось, будто она всё ещё была окутана туманом. Над её головой раздавалось мокрое скольжение, стол скрипел и прогибался под весом приближающегося существа. Маркс одними глазами умоляла Драко помочь ей, боясь поднять взгляд и увидеть свою участь. Последующие события уложились в секунды, в мгновения, незаметные быстрому ходу времени. Малфой вырвался из оберегающих рук матери и снял с подруги оцепенение. Маркс упала на стол, больно столкнувшись с ним спиной. Девушка тут же перевернулась и встала на четвереньки, вскинув взгляд, она увидела огромную змею. Существо с аппетитом вытягивало язык, намереваясь съесть предоставленную ей волшебницу. Мару окутало оцепенение и страх, она ни за что бы не смогла навредить змее, все атакующие заклинания бисером рассыпались в голове. Она была безоружна и беззащитна перед лицом опасности на этом столе. Вокруг было лишь презрение и страх. Сидящие за столом маги не вмешивались, боясь оказаться на её месте. — Морана! — Драко лишь вскрикнул и тут же бросил девушке свою палочку, молясь всем известным богам, чтобы она успела её схватить. Слизеринка обернулась и сразу же вытянула вперёд руку, палочка друга легко легла в её маленькую ладонь. Змея была уже на расстоянии укуса, злобно оскаливая сочащиеся ядом клыки. Время замедлилось или девушке так показалось. Она чувствовала что должна сделать, поэтому, надеясь на удачу и природную ловкость, Маркс атаковала первой. В тот же миг, когда Нагайна разинув огромную пасть кинулась к закуске, Мара слегка увернулась. Голова змеи прошла в миллиметре от её талии, волшебница кожей ощущала смертоносную силу, которой было пропитано существо. Не раздумывая, Маркс перехватила лежащую в руках палочку Драко и со всех сил всадила её в левый глаз существа. Змея тут же начала извиваться и корчиться от боли, глазница прыскала кровавым соком. Древко слегка скрипело под напором, девушка схватилась за палочку второй рукой и с наскока оседлала брыкающееся существо. Морана надавливала на торчащую из глаза волшебную палочку и умоляла её проткнуть змеиную голову насквозь. Вокруг всё застыло, маги в немом ужасе боялись даже пошевелиться и уж тем более обратить свой взор во главу стола. Холодное скользкое тело шёлковой лентой извивалось под хрупкой девушкой. Маркс всеми силами обнимала змею ногами и сжимала до судорог мышц. Волшебная палочка Драко с уверенностью разрывала ткани, пока не выскользнула в ядовитом рту. В агоническом припадке злобный враг последний раз вздрагивал, из торчащих клыков тонкой струйкой лился яд, комната наполнялась тягучей тишиной. Воздух пропитал сладковатый запах крови, сочащейся из головы Нагайны, теплящаяся душа едва заметным мотыльком выпорхнула из ещё теплой сущности. Морана замерла и окровавленной рукой потянулась за сверкающей душой, едва они соприкоснулись, помещение озарила алая вспышка. Дух Нагайны, за годы переплетённый с душой Волан-де-Морта, рассыпался на мельчайшие частицы. Красноватая дымка лишь на секунду замерла в пространстве, после молнией выстрелила в тело девушки. Руны на груди разгорелись словно жерло вулкана, но в этот раз не обжигая, а словно заполняясь чужой жизнью. Маркс чувствовала блаженную свободу и спокойствие, но ей этого было не достаточно, словно ей не хватало силы в остатках змеи. Тогда Мара зачерпнула в ладоши ещё тёплую кровь и, запрокинув голову, вылила её себе в рот. Мягкая вязкая кровавая жидкость бархатом легла в горло и вместо того, чтобы провалиться в желудок, словно вросла в трахею. Слилась с организмом и напитала Мару чем-то животным. Радужки тут же затянул алый туман, девушка будто проснулась ото сна и с энтузиазмом начала пить кровь убитого чудовища. Проклятье спадало с каждой каплей, попавшей к ней в рот. Руны затягивались и исчезали, голосовые связки набухали словно бутоны и напитывались силой. Во главе стола творилась своя трагедия, ослабленный Том Реддл едва отошёл от боли, пронзившей его тело вместе со смертью любимицы. Он чувствовал как его душа рассыпалась на атомы и исчезала в мире. Как только он смог разлепить глаза, первым, что он увидел — ту самую худющую слабую девчонку, глотающую кровь Нагайны словно это вкуснейший из возможных завтраков. Лёгкие покалывания ужаса пробежали в районе поясницы. Стоп. Ужас?! У него?! Маг видел как бордовая кровь стекает по подбородку, обнимает изящные пальцы и пропитывает рубашку. Зрелище было пугающим, даже для Тома. Больше всего по нервной системе била абсурдность ситуации, девушка выглядела ангельски, но её действия пахли адом. Через несколько минут Морана остановилась, её руки вяло упали вдоль тела. Девушка сидела на трупе Нагайны вся измазанная кровью, откинув голову назад, словно всматриваясь в потолок. Её рот был открыт, а глаза блаженно прикрыты. С губ слетел тихий стон, лёгкое облачко пара вышло из её рта и растворилось в пространстве. — Как же это было вкусно. — лёгкий звенящий голос рассыпался по помещению. Словно разряды электричества, звук скользнул в умы присутствующих, задевая нейроны, пробуждая что-то в каждом. — Ну здравствуй, Тёмный лорд.