Глава 20. Виолла: соль на губах.

Привет. Ты как? — сообщение от Алекса пришло, когда Виолла листала мемы перед сном. Это был тот самый парень из ночи у Дрю — высокий, остроумный, немного задумчивый. Они тогда обсуждали всё подряд: любимые книги, странные сны, не стесняясь и не фильтруя себя. И вот он снова писал.

— Живая. А ты? — ответила она.

— Тоже. Пью чай и думаю о тебе.

Так всё и началось.

Поначалу они просто переписывались по вечерам, обсуждали дурацкие фильмы, смеялись над тем, как Ви однажды уснула в ванной, делились любимыми плейлистами. Алекс оказался удивительно простым и честным. Он умел слушать — не просто кивать вежливо, а именно слушать, пропуская всё через себя. Не перебивал, не вставлял дурацких советов, отвечал «Понимаю», «Ты не одна», «Я тоже чувствовал что-то похожее» — и этого почему-то было достаточно.

Он забирал Ви с работы, иногда встречал с термосом кофе рано утром. У них появилась традиция: по пятницам — бутылка текилы, лаймы и игра в «GTA» до рассвета. Иногда после игры — секс, иногда — просто сериалы и объятия. Ви не чувствовала давления, не ощущала, что должна быть какой-то. С ним было просто. Легко. Спокойно. Без объяснений.

Ви редко готовила, но для него старалась: жарила овощи, пекла тосты, даже однажды сделала суп. Получился солоноватым, но Алекс сказал, что это лучший суп в его жизни. Она отвернулась, но улыбалась.

Иногда они проводили выходные не выходя из квартиры — валялись на полу, включали Lo-Fi или трип-хоп, зачитывали странные статьи из интернета, обсуждали, кого сыграли бы в фильме про свою жизнь.

— Я бы был побочным персонажем, — говорил Алекс.

— А ты — главный, просто пока не знаешь об этом, — отвечала Ви.

— Я хочу показать тебе одно место, — сказала однажды Ви, скручивая волосы в пучок.

— Снова бар? — усмехнулся он.

— Нет. Моё любимое кафе. Там бургеры и пицца на дровах. Для меня оно важное, хотя я там никогда не была — только доставку заказывала, когда жила другой жизнью.

— Звучит как повод съездить прямо сейчас.

Дорога была ностальгической: знакомые дома, перекрёстки, связанные с радостью и любовью. Сердце сжималось не от боли — от памяти.

— Раньше тут был мой дом, — сказала она. Теперь там пустота.

Алекс молча взял её за руку. Он всегда чувствовал, когда лучше просто молчать.

Кафе было уютным. Ви заказала пиццу с прошутто и бургер с халапеньо. Алекс попробовал и одобрительно кивнул:

— Честно вкусно. Спасибо, что привела меня сюда.

По дороге обратно она включила плейлист, курила, пела и смеялась. В тот момент была счастлива. Наверное, даже слишком. Внутри мелькал глупый страх: «А что, если это не навсегда?»

Но счастье не всегда постоянно.

На одной из вечеринок Ви осталась трезвой — просто не хотелось пить. Алекс же напился сильно. Без весёлых глаз и контроля. Он стал другим — шумным, навязчивым, с чем-то хищным в взгляде. Как будто искал повод зацепиться, пряча уязвимость за грубостью.

Её руки дрожали, пальцы спрятались в карманы. Руки, что раньше мягко касались, теперь сжимались в кулаки. Его голос и движения стали резкими, и это пугало.

Когда один из парней посадил Ви на колени, она замёрзла — не подумала. Было холодно и страшно. Возможно, они поцеловались — память смазанная. В этот момент взгляд их встретился с пустотой в лице Алекса.

Он ушёл. Без слов и крика.

Ви осталась в толпе, растерянная, будто исчезла опора, на которую привыкла облокачиваться. Друзья понимали — теперь ночь проведут на улице. Немного покопавшись, нашли деньги и уехали на такси домой.

Алекс долго искал Ви, обзванивал, бегал по закоулкам — безрезультатно. Она уже спала в чужой квартире. Утром увидела девять пропущенных звонков — ни один не вызвал желания перезвонить. Она помнила, как он смотрел на неё. И стало страшно.

После вечеринки они больше не виделись. Он не писал, она — тоже. Не из злости, а потому что что-то сломалось. Всё было красиво, но хрупко. Он не выдержал. А она больше никого не собиралась тянуть.

В квартире, где пряталась Ви, она познакомилась с Вином — парнем с короткой стрижкой, серьгой в ухе и спокойствием, которое умеет успокаивать без слов. Он не пил, только курил траву, и сразу стал на её сторону, если бы Алекс вдруг пришёл.

— Я рядом. Всё нормально, — сказал он, стоя в кухне, пока Ви пила воду дрожащими руками.

Позже они гуляли вдвоём — у Невы, в парках. Вин оказался тату-мастером и любил стихи, как и Ви. Они читали их вслух, по очереди, сидя на лавке и глядя, как ветер гонит облака.

Однажды Ви позвала Вина на пикник с друзьями. Все быстро его приняли.

— Так ты — Вин? — спросил Рав, парень лучшей подруги Ви, жуя соломинку.

— Ага. А ты, видимо, стейк-мастер, — усмехнулся Вин.

— Погоди, сейчас всё будет — я покажу, что значит «идеальный прожар».

Собрались в лесу у озера. Ви закупила всё: хлеб, мясо, закуски, напитки, даже шампуры.

— Ты что, целую армию кормишь? — смеялась подруга.

— А вдруг кто-то голодный забредёт? Я хочу, чтобы у всех было всё.

Пока парни жарили мясо, девушки играли в карты. Нана, девушка Рава, включила диджей-сет:

— Это ремикс на тот трек, что мы слушали в клубе. Помнишь?

— Помню… Я тогда чуть не упала с дивана, — засмеялась Ви.

Когда стейк был готов, Ви сделала кусочек, пожевала…

— Ну как? — спросил Рав.

— Немного насыщенный вкус, — дипломатично сказала она, не решаясь сказать, что пересолено.

Все ели, пили, смеялись. Кто-то нырял, кто-то лежал на пледе. Вин положил голову Ви на колени и закрыл глаза.

— У тебя тихая душа, — прошептала она, глядя на него.

Он не ответил. Просто сжал её руку.

Позже, когда все устали, они поехали домой. Ви осталась у подруги, завёрнутая в плед, слушая страшные истории под хруст чипсов. Перед сном, глядя в потолок, она впервые за долгое время почувствовала не тревогу и не боль, а что-то мягкое.

«Неужели я наконец-то нашла друзей?» — подумала она.

«Неужели обрела счастье?»

И заснула сладким сном.