Cabinets and corners.

Я не хотела, чтобы Драко уходил. Мне было противно, что он снова и снова напоминал мне, что всё, что между нами, должно оставаться в тайне. Будто я сама хотела, чтобы об этом узнали. Гарри и так уже устроил мне разнос за всё, что я сделала. Это было просто ещё одно напоминание о том, какого мнения Драко был о моём уме. Мой желудок болезненно заурчал, напоминая мне, что, помимо раскалывающейся головы и ноющей руки, я ещё ничего не ела, а уже был полдень. Я отогнала неприятные мысли, зная, что они скоро вернутся, и надеялась, что в Большом зале никого не будет, чтобы я могла поесть и погрузиться в размышления в одиночестве. Было приятно видеть замок таким пустым. Должно было быть жутко не слышать постоянного топота, эха голосов, криков и смеха студентов, но я жаждала уединения больше всего на свете. Да, это было саморазрушительно, но мне нужно было побыть одной, чтобы осмыслить, насколько мои собственные поступки начали сбивать с толку даже меня. Я решила выбрать извилистый и длинный маршрут до Большого зала из уединённой ванной, чтобы насладиться этой редкой тишиной. Я обхватила себя руками, когда холодный ветер пробрался сквозь мой свитшот, заставляя меня вздрогнуть. Утро сложилось совсем не так, как я надеялась. Даже несмотря на… но это следовало забыть, напомнила я себе. Это не повторится, а значит, думать об этом было бы глупо и наивно. Но, похоже, моя полоса неудач только начиналась. Пока я шла по извилистым коридорам, единственными звуками были мои тихие вдохи и глухой стук шагов. По крайней мере, пока я не подошла к чулану для мётел, спрятанному в тёмном углу редко используемого коридора, откуда через приоткрытую деревянную дверь до меня донёсся шипящий голос Снейпа. В его словах потрескивали и пылали языки пламени. — Мой лорд, мальчик предан делу; он это доказал. Он сразу согласился, когда вы предложили ему это задание. Он работает на вас с пятнадцати лет. Но он всё ещё молод, и… Мой лорд? Этого не может быть... Мгновение молчания, а затем... — Да, мой лорд, я понимаю. Я не защищаю мальчика, но было бы в наших интересах поручить кому-то другому починить Исчезательный шкаф. Он рассеян, и он всё же учится. Его оценки не должны… Пауза. — Нет, мой лорд, я бы никогда такого не предложил. Я понимаю, почему вы выбрали именно Драко для этого задания. Ужас накрыл меня, словно обрушившийся поезд, выбив из лёгких весь воздух. Значит… Чёрт. Значит, Гарри был прав. Драко и правда работал на… на… Я даже не могла заставить себя подумать об этом имени, особенно когда Снейп разговаривал с этим человеком, с этим существом, прямо за дверью передо мной. Я не хотела слышать ни слова больше, но ноги будто приросли к полу. — Драко молод, мой Лорд. Вам нужно дать ему время. Он докажет свою преданность, клянусь. Или же я приму на себя последствия его ошибок, — голос Снейпа был мягким, полным благоговения. — Да, мой лорд. Я понимаю. Шкаф будет исправен в течение месяца. Клянусь. Разговор, похоже, закончился, и я вдруг смогла снова двигаться. Леденящий страх перерос в панический ужас. Я больше не заботилась о грохоте своих шагов — я бросилась бежать. Нужно было убраться отсюда, пока Снейп меня не увидел, ведь последствия могли быть слишком страшными. Моё воображение рисовало возможные сценарии, от которых меня чуть не стошнило. Я услышала, как дверь распахнулась, когда я уже сворачивала за угол, но не остановилась. Бежала, пока не вырвалась на открытый воздух, полностью забыв о планах поесть. Воздух был слишком холодным для моей тонкой одежды, но я не могла больше оставаться внутри. Не после того, что я теперь знала про Снейпа. И про Драко. Только тут до меня дошло. Я замедлилась и, запыхавшись, опустилась на траву у того самого дерева, где бывала так много раз. Лёд в лёгких, жадные глотки кислорода. Шкаф в Выручай–комнате, на котором тогда остановился взгляд Драко, когда мы вернулись с рождественских каникул. Это тот шкаф, о котором говорил Снейп. Но он не объяснил, что он делает. Возможно, через него передавались сообщения от Пожирателей Смерти Драко или Снейпу. Или же, как подсказывало название, он мог перемещать людей из одного места в другое. В Хогвартсе стояли защитные чары против аппарации. Гермиона вбила мне это в голову ещё в первом году. Но если он нашёл способ обойти это, тогда… Тогда нам всем конец. Я не могла даже представить, каков был его замысел. Но теперь я знала наверняка: что бы это ни было, Драко ему помогал. В этот момент я поняла: дело было не только в том, что он меня ненавидел — связываться с ним было смертельно опасно. Мысли об этом скрутили мой желудок. Как я могла быть такой глупой? Как я могла думать, что всё это было в порядке вещей? Я проводила время с Драко наедине. Я позволяла ему касаться меня. Даже зная, как он относится к магглорожденным. А теперь, услышав, что он и правда работает на самого жестокого, больного и безжалостного тёмного мага в истории… После той короткой, но искренней минуты честности, что он мне подарил, это казалось предательством. Но почему я вообще должна чувствовать себя преданной? Драко ничего мне не обещал. То, что он сказал, будто хочет сбежать, не значило, что он имел это в виду. И уж точно не значило, что в его гипотетическом побеге была я. Я со всей силы ударила кулаками о землю, смакуя острую вспышку боли в ещё не до конца зажившей руке. Глаза жгло от слёз, когда пульсация отдалась эхом, но это было хорошо. Я этого заслуживала. И всё же… Даже после того, что я услышала, я не могла полностью подавить крошечную надежду, которая цеплялась за меня, не желая исчезнуть. Ту самую твёрдую веру в то, что он не такой. Не по-настоящему. Слова Снейпа о том, что Драко страдает, лишь подлили масла в огонь. Внутренний голос шептал, что, возможно, он ещё не до конца уверен. Может, Драко просто нужен кто-то, кто покажет ему другой путь. Я горько рассмеялась. Показать ему что? Любовь и доброту? Принятие? Драко, скорее, до конца жизни служил бы Тёмному Лорду, чем принял бы что-то подобное — особенно от меня. Эта игра, которую я сама с собой затеяла — будто я могла что-то изменить, кого-то изменить, его изменить — была самой тупой и наивной из всех, что я когда-либо затевала. Разве ничто не могло раздавить этот упорный проблеск надежды, что жил во мне? Мне было стыдно так думать, но я хотела бы, чтобы что-то из всего того ужасного, что со мной случилось, наконец истребило во мне эту черту. Надежда была изнуряющей. Я должна была послушать Драко ещё в первые сто раз, когда он говорил, что не хочет меня рядом. Тогда, возможно, мне не пришлось бы разбираться с этим клубком проблем, которым в последнее время стала моя жизнь. Даже после нашего последнего поцелуя мне приходилось напоминать себе: ничего не изменилось. Не могло измениться. Не с ним. Моя мантия и близко не была достаточно тёплой, чтобы я вообще выходила на улицу, а теперь я промерзла до костей, мои зубы нестерпимо стучали друг о друга. Внутренний голос злобно нашёптывал: останься здесь. Замёрзни. Это будет наказанием за твою глупость. И я почти согласилась с ним. Подняться с земли было так, будто я — древний механизм, который давно не смазывали. Но я заставила себя встать. Двигаться. Надеялась, что кровь снова начнёт циркулировать и вернёт мне чувство в пальцах и ногах, которые онемели уже несколько минут назад. Сливаясь с разрозненной группой студентов, заходивших в замок, я наконец направилась в Большой зал, чтобы поесть первую нормальную еду за… судя по тому, как пульсировала моя голова, слишком долгое время. Я села как можно дальше от всех, не желая тратить силы на разговоры. Обычно еда в Хогвартсе была вкусной, но сейчас в моём рту она напоминала опилки. Я заставила себя съесть полмиски супа и кусок хлеба, но они лишь сделали мой рот ещё суше. Даже тыквенный сок, который мне нравился, казался пресным, пока мысли о разговоре Снейпа несли меня куда-то далеко. Я не знала, кому могла бы рассказать об этом. Гарри? Нет, пережить такой удар по самолюбию было выше моих сил. Гермиона и Рон? Они, скорее всего, просто впали бы в панику. Хагрид? Он бы наверняка сам пошёл разбираться со Снейпом, а это не кончилось бы хорошо ни для кого. Дамблдор был очевидным выбором, но я знала, что он всей душой верил в то, что Снейп изменился. К тому же, почему бы ему слушать кого-то, кроме своего лучшего ученика? Это казалось… безнадёжным. Прошло совсем немного времени, но информация, которой я обладала, ощущалась как груз всего мира, пока я смотрела на яркий свет и радостные, румяные лица своих однокурсников. Вот что угрожали уничтожить Волан–де–Морт, Драко и Снейп. Школу, которая просто хотела научить юных волшебников и ведьм тому, что пригодится им в будущем. Школу, которая была домом для стольких людей, включая меня. Меня мутило от того, что он мог всё это отдать. Всех этих невинных учеников. Ради… чего? Ради шанса на славу? На власть? Я сказала себе в тот момент, сидя одна и едва ощущая вкус еды, что даже если это бессмысленно, я должна попробовать помочь. Много я сделать не могла, но я могла вернуться к тому шкафу и, возможно, найти что-то полезное, что убедило бы Дамблдора мне поверить. Поэтому поздно ночью, когда весь замок уже спал, я сбросила одеяло и тихо выбралась из спальни. Мне нужно было быть осторожной — не только из-за Филча и миссис Норрис, но и из-за Драко. Или, что хуже, Снейпа, патрулирующего коридоры. Я двигалась медленно и выверенно. Каждый шаг был пушинкой. Каждое дыхание — медленным и поверхностным. Может, это был не мой бой, и, возможно, я вела себя безрассудно и глупо, но сидеть сложа руки, зная всё это, было невыносимо. Ощущение вины от того, что я просто закрыла бы на это глаза, было хуже, чем любая угроза боли и опасности, которая неизбежно ждала меня в Выручай–комнате. Это не мешало моему сердцу колотиться так сильно, что мне казалось — это всерьёз может стать проблемой для здоровья. Я медленно пробиралась на пятый этаж, замирая при каждом звуке, даже при шорохе ветра в коридорах. Наконец, после бесконечных минут, я оказалась у той пустой стены, за которой скрывалась Комната. Надеясь, что дверь приведёт меня в нужное место, я осторожно потянула её. Я тихо выдохнула с облегчением, когда увидела знакомые пианино, мягкие диваны и полки с книгами. И да, в углу возвышался чёрный шкаф, мрачной колонной зла. Я плавно закрыла дверь, ждала тихого щелчка замка, прежде чем позволила себе расслабиться. Кажется, я была одна, но я всё равно быстро осмотрела комнату, прежде чем подойти к шкафу. Вид того самого места, где Драко притянул меня к себе, где заставил рассказать, откуда у меня был этот жуткий синяк, заставил меня почти замереть. Я почти позволила себе вспомнить, как ощущалась его кожа. Его грубый голос. Но я не могла нарушить данное самой себе обещание так быстро. Гордость у меня ещё была. Немного, но была. Дверца шкафа была тяжёлой, а ручка маленькой, и открыть её оказалось непросто. Моё сердце гулко билось в ожидании, пока я гадала, что там внутри. Последнее, что я ожидала увидеть, — это наполовину гнилое зелёное яблоко. Его кожица, когда-то, вероятно, ярко-зелёная, теперь была жёлтой и грязной. На нём был один укус, края которого потемнели, как будто кто-то внезапно проголодался, пока чинил шкаф. Мысль была почти смешной, пока я не заметила записку в паре сантиметров от яблока. Думаю, не стоит напоминать тебе, что случится, если ты провалишься. Ты не должен провалиться, Драко. Не разочаровывай меня снова. Подписи не было, но я могла с высокой точностью догадаться, от кого это. Если в этом был замешан Драко и Снейп, то не было никаких сомнений, что в этом был замешан и его отец. Какое чудовищное давление должно было лежать на Драко в этом году? Балансировать школу и задание, где провал почти наверняка означал смерть? Неудивительно, что он казался всё более вымотанным. Неудивительно, что он использовал меня как отвлечение. Вот и всё, чем это было, да? Шкаф выглядел совершенно обычным. Я осматривала его, надеясь найти что угодно, но передо мной было всего лишь громоздкое, пугающее старое дерево. Не было ни царапин, ни сколов на глянцевой чёрной поверхности. Я чувствовала себя всё более беспомощной, пока искала хоть какой-то признак магии. Нет ничего хуже загадки, которую я не могу разгадать. Какой смысл быть Когтевранкой, если я не могу понять даже это? Очевидно, Драко использовал этот шкаф для чего-то, но как — я понять не могла. Шкаф словно насмехался надо мной, пока я снова его изучала, но — ничего. Я понимала, что нужно торопиться. Я не знала, когда и если Драко придёт сюда снова. Предполагала, что он появляется поздно ночью, как и я. Мысль о том, что он застанет меня здесь, знающую о его плане, заставила меня сдавленно сглотнуть. Я вернусь другой ночью. В этом шкафу было что-то… зловещее. Казалось, что невидимая, жестокая сила исходила от него волнами. От него веяло чем-то липким, ядовитым, оседающим на коже. Я определённо должна была уйти. Пусть моя вылазка оказалась бесплодной, но у меня была хоть какая-то надежда, что мне удастся показать что-то Дамблдору. Если он меня выслушает. Хотя… надежда — странное слово, когда речь идёт о самом жестоком и кровожадном волшебнике в истории и его последователях. Но, по крайней мере, я что-то делала. В отличие от большинства волшебного мира. С тех пор как Гарри два года назад увидел, как Волан–де–Морт вернулся, это стало предметом бесконечных споров. Я поверила Гарри сразу. После того как я увидела холодный, пустой взгляд в его глазах после Турнира Трёх Волшебников, по-другому было невозможно. Но не все чувствовали то же самое. Министерство, конечно, просто заткнуло Гарри, даже не задумавшись. Эти идиоты. Даже если раньше я и сомневалась, то после сегодняшнего — нет. Я не хотела верить, но после того, как услышала, как Снейп каким-то образом говорил с Волан–де–Мортом, находясь прямо в замке, я знала: Что-то по-настоящему ужасное идёт в Хогвартс. Что-то мрачное и злое приближается ко мне — независимо от того, держусь ли я подальше от Драко или нет.

***

Следующие несколько дней жизнь шла как обычно. За исключением постоянного чувства надвигающейся катастрофы, которое сжимало мой желудок тугим узлом. Даже на Зельеварении, где я была уверена, что Драко сделает что-то подлое, он ничего не сделал. Конечно, он не стал внезапно добрым. Он просто был собой. Самоуверенным. Высокомерным. Но я не могла не следить за каждым его движением. Каждый раз, когда он смеялся или отпускал ядовитую шутку, я слышала тот тон его голоса, с которым он говорил об избавлении от отца. Каждый раз, когда он брал ингредиент или помечал что-то в пергаменте, я чувствовала его лёгкое, тёплое прикосновение, когда он проводил рукой по моим волосам. Он не говорил со мной. Даже не смотрел на меня. Но я заставляла себя не ожидать этого. Напоминала себе, что ничего не изменилось. Ничего не изменится. Даже если я не переставала думать о его губах на моих с момента нашего последнего разговора. Если честно, я вообще не переставала думать о Драко. Даже во сне. Хотя… о каком сне могла идти речь? Тёмные круги под глазами стали уже почти частью меня. Я была настолько отвлечена на уроке, что Слизнорт попросил меня остаться после занятия. После того как я расплавила дно своего котла. Это был один из немногих уроков, когда мы работали в одиночку, так что хотя бы чужую работу я не испортила. Я даже не могла представить, как отреагировал бы Драко, если бы это было его зелье. Класс тихо посмеивался, когда запах горящего металла заполнил воздух. Но если Драко тоже смеялся, я не услышала. Когда урок закончился, а остальные студенты вышли, я нервно ковыряла кожу у ногтей, пока ждала разговора с профессором. Когда последний ученик ушёл, я неуверенно подошла к Слизнорту. Его лицо выражало отеческую заботу. — Моя дорогая, не расскажешь, что сегодня у тебя на уме? — мягко спросил он, скрестив руки на своём круглом животе. — Ты обычно не вхожа в список учеников, представляющих угрозу безопасности. Я слабо улыбнулась его попытке пошутить. — Ничего, профессор. Просто много всего в голове. Слизнорт хмыкнул, будто не до конца мне верил. — Зная тебя, не буду спрашивать, хочешь ли ты поговорить об этом. Всё равно ответ будет “нет”, да? Я кивнула. — Тогда надеюсь, что всё наладится. Не могу позволить одной из своих лучших учениц отставать. Он подмигнул, продолжая: — Если тебе нужно больше времени для работы или ты хочешь прийти и приготовить зелье заново, я пойду навстречу. Обычно я не разрешаю пересдачи, но… думаю, на этот раз можно сделать исключение. — Спасибо, сэр, правда. — Я почувствовала облегчение от его снисходительности. — Обещаю, в следующий раз всё будет лучше. — Не беспокойся, мисс Адлер. Иногда нам просто нужно немного времени, чтобы прийти в себя. Он улыбнулся: — Ладно, ступай, наслаждайся остатком дня. Всё наладится, обещаю. С легкой, но на этот раз искренней улыбкой я кивнула и вышла, на ходу забрав сумку со своего стола. Я планировала поучиться перед ужином, поэтому свернула в сторону библиотеки, оставив позади поток студентов, направлявшихся в свои гостиные. Когда я отошла от общей массы, заметила, что за мной увязалась группа парней, которые грубо смеялись. Я сосредоточилась на полу перед собой, намеренно их игнорируя. Но это оказалось невозможным — один из них, старший Пуффенцдуец, которого я, кажется, встречала пару раз, схватил меня за край мантии, останавливая. Я резко развернулась, выдернув ткань из его рук. — Могу чем-то помочь? — спросила я, едва скрывая раздражение. Парень усмехнулся, толкнув локтем друга. — Да, можешь, Адлер. Прямо как помогла тому везучему ублюдку Малфою той ночью. Я почувствовала, как из моего лица ушла вся кровь, когда его приятели уставились на меня с разными оттенками похотливого блеска в глазах. — Что? — выдавила я. — Ты слышала Эллисона, — подал голос парень слева. — Почему бы тебе не показать нам то, что так завело Малфоя? Раз уж даже этот надменный идиот соизволил уделить тебе внимание, ты, наверное, выглядишь довольно неплохо под мантией. Эллисон и третий парень кивнули, соглашаясь. Голодный блеск в их глазах всё сильнее меня тревожил. Я скользнула рукой в карман, нащупав там свою палочку. Парни двинулись ко мне, заставляя меня отступить. Позади оказался узкий угол, в котором они меня и прижали, блокируя пути к отступлению. Я сглотнула, ощущая, как в горле встаёт ком. — Отстаньте от меня. Сейчас же. Группа парней разразилась насмешливым смехом. — Ой, а ты что, думаешь, нас это испугает? — протянул Эллисон, цокая языком. Он протянул руку, схватив прядь моих волос и лениво накручивая её на палец. — Ты слишком хорошенькая, чтобы быть такой грубой. Это сильно отталкивает. Его голос стал медовым, скользким. — Скажи-ка, что тебе такого сказал Малфой, что ты захотела с ним переспать? Или Поттер? — Он ведь И–и–избраанный, — протянул он с ухмылкой. — Наверняка умеет быть очень… убедительным. Я вырвала волосы из его пальцев и сделала шаг назад. — Я не шучу. Отвалите, или… — Или что? — вмешался третий парень, слизеринец. Кажется, его фамилия была Тисдейл или что-то похожее. — Проклянешь нас? Побежишь жаловаться Малфою или Поттеру? — Он злобно усмехнулся. — Хотя, судя по слухам, им уже хватило. Его слова вызвали взрыв гадкого смеха у остальных. Моё сердце провалилось в пятки, а грудь стянуло страхом. Я почувствовала, как паника подбирается всё ближе. Сначала я не особо волновалась, но теперь… — Давай, Адлер, — Эллисон понизил голос. — Просто покажи нам небольшое шоу, и мы оставим тебя в покое. — Ты так всё усложняешь. Он нахмурился, словно я действительно его разочаровывала. — Что, мы недостаточно богаты для тебя? Или недостаточно знамениты? Я отступила ещё на шаг, но спиной упёрлась в холодную каменную стену. Пути назад не было. Я заставила себя не поддаваться панике, но это было чёртовски сложно, когда Эллисон и его дружки приближались всё ближе. — Я даю вам последний шанс отойти, — пригрозила я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, хотя всё тело дрожало. Я искала выход, который не поднимет шума. Мне не хотелось, чтобы люди сбежались, глядя, как я пытаюсь выбраться. Палочка — очевидный вариант. Я сжала её в кармане, думая о заклинании, которое собиралась произнести. Но когда потянулась, чтобы вытащить её, замерла. Тисдейл опередил меня. Я даже не заметила, как он вытащил свою палочку и упёр её мне в шею, чуть ниже челюсти. — Я бы на твоём месте этого не делал, — прошипел он, нажимая палочкой сильнее. Я почувствовала, как пульс бьётся прямо там, где она упиралась. В глазах Эллисона темнел вожделенный блеск. Меня пробила дрожь от ужаса. Я медленно подняла руки, показывая, что не собираюсь делать резких движений. — Видишь, могла бы сделать всё по-хорошему, — протянул он печально, как будто его это действительно огорчало. — Теперь тебе будет гораздо меньше весело. — Зато нам – больше, — захохотал третий, Коэн, если я правильно помнила. Я услышала шаги. Но боялась отвести взгляд от Тисдейла. Пожалуйста, пусть это будет кто-то, кто действительно сможет помочь. — Эллисон, Коэн, Тисдейл, — раздался монотонный голос. — Какой неприятный сюрприз. Я мысленно выругалась. Только не он. Только не сейчас. Я не хотела, чтобы он помогал в этом. — Малфой, — Эллисон зашипел, метнув на него тёмный взгляд. Позади Тисдейла стоял Драко. Безупречно-спокойный, руки в карманах. — Вали отсюда. Ты уже получил своё, — прошипел Эллисон, кивая в мою сторону. Я отвела взгляд от Тисдейла. И встретилась с серебристым взглядом Драко. В его глазах плескалась злость — лёд острого, хищного гнева. Даже у меня от этого сжалось в животе. — Прости, что испортил вам веселье, но, думаю, Адлер пора идти. У неё есть дела, — протянул Драко с безразличием, но в его голосе слышалась опасная нотка. — Вы ещё успеете с ней пообщаться позже, я уверен. Эллисон фыркнул: — Отвали, Малфой. Не суй нос не в своё дело. Драко тяжело вздохнул, вынул руки из карманов, и я увидела, что его палочка уже была крепко зажата в руке — костяшки побелели. — Эллисон, напомнить тебе, что случилось в прошлый раз, когда ты меня разозлил? — Он перевёл взгляд на Коэна, и тот дёрнулся. — Или тебе? Насколько я помню, в последний раз, когда ты не мог закрыть свой рот, это стоило тебе недельного визита к мадам Помфри. — Ты серьёзно, Малфой? Угрожаешь нам? — прищурился Эллисон. — Даже для тебя это смело. — Это не угроза, — ответил Драко, и в его глазах сверкнул зловещий блеск. — Это – обещание. Если повезёт, ты вообще останешься в живых, чтобы рассказать кому-то об этом. Палочка Тисдейла по-прежнему упиралась мне в горло, дыхание становилось всё более поверхностным от осознания нависшей угрозы. Я не хотела просто позволить Драко меня спасти, но пока Тисдейл держал свою палочку, у меня не было особого выбора. Однако его внимание было приковано к блондину — мне оставалось лишь дождаться удачного момента. — Малфой, я серьёзно. Проваливай, — повторил Эллисон. — Может, даже дам тебе очередь после, если уйдёшь прямо сейчас. Драко усмехнулся — тёмная, беспощадная ухмылка. — В отличие от тебя, мне не нужно никого заставлять. Видишь ли, если ты не уродливый тролль, тебе не приходится загонять девушек в угол, чтобы получить секс. От взгляда Эллисона у меня побежали мурашки — его челюсть сжалась от ярости. — Следи за своим грёбаным языком. — А не то что? — усмехнулся Драко. — Отправишь на меня Коэна и Тисдейла, как всегда, чтобы они сделали за тебя всю грязную работу? Это жалко. Эти двое и пары слов связать не могут. Тисдейл резко развернулся к Драко, теперь уже направив палочку на него. Драко лишь фыркнул, будто находил это забавным. — Я просто в ужасе, — протянул он, пропитывая слова сарказмом. Внимание Тисдейла было полностью сосредоточено на Драко — и вот он, мой шанс. Я бесшумно вытащила свою палочку и зеркально повторила его движение, упирая её в мягкую кожу его горла. — Брось палочку, — приказала я. Эллисон и Коэн резко обернулись ко мне. Тисдейл замешкался, бросив взгляд на Эллисона, явно ожидая указаний. Тот свирепо смотрел на меня, теперь уже ярость была направлена не на Драко, а на меня. Эллисон выхватил палочку, открывая рот, чтобы произнести заклинание, но в следующее мгновение она оказалась в вытянутой руке Драко. Я могла поклясться, что глаза Эллисона почти покраснели от ярости, когда он осознал, что только что произошло. Коэн теперь был единственным, у кого оставалась палочка, но сомневалась, что у него хватит ума справиться с нами обоими. — Отдай её! — взревел Эллисон. Драко покрутил палочку между ловкими пальцами, словно раздумывая. — Нет, пожалуй, не отдам. — Хватит играть. Верни её, или… — Или что? — перебил Драко, резко меняя тон. — Ты без палочки, а перед тобой двое лучших учеников нашего курса. Он смерил Эллисона взглядом, полным отвращения. — Что, чёрт возьми, ты можешь нам сделать? Я едва успела осознать, что Драко только что назвал меня одной из лучших, как он повернулся ко мне. Его глаза скользнули по мне, будто проверяя, нет ли травм или смятой одежды. Очевидно, удовлетворённый, он кивнул мне, жестом призывая подойти. — Пошли. У меня, кажется, умирают клетки мозга, пока я на них смотрю. Я убрала палочку от горла Тисдейла, облегчённо выдохнув. Драко бросил палочку Эллисона на пол. Дерево с грохотом отлетело по камню. Хотя моё эго и пострадало, я не смогла удержаться от того, чтобы поспешно выскользнуть мимо Эллисона. Он всё ещё стоял передо мной, и я боялась, что даже в присутствии Драко он осмелится что-то сделать. Но он не пошевелился. И мы с Драко отдалялись всё дальше. Я наконец почувствовала, как напряжение в груди ослабло. — Лучше оглядывайся по сторонам! — крикнул нам вслед Эллисон, когда мы уходили. — Он не всегда будет рядом, чтобы тебя спасать! Драко не оглядываясь направил палочку назад и тихо пробормотал заклинание. Позади раздались три одинаковых стона и глухие удары тел о землю. Я не обернулась. Не потому, что всё ещё боялась, а потому, что мне становилось всё труднее сдерживать слёзы, жгучие в носу. Мой разум наконец начал осознавать, что только что произошло — и во что это могло бы превратиться, если бы Драко не появился. Я подумывала поблагодарить его, но не успела — раздался характерный взмах мантии, предвещавший эффектное появление профессора Снейпа. Я заставила себя сохранять спокойствие, вспоминая разговор, который случайно подслушала несколько дней назад. Мы с Драко остановились, и я заметила, как напряглись его плечи, когда Снейп вперил в нас взгляд, его жирные чёрные волосы обрамляли измождённое лицо. — Как удачно, — произнёс он, а зловещая нотка в его голосе заставила мою кровь похолодеть. — Как раз те, кого я искал.