Глава 5. Потеря

Через несколько дней Ванесса — мать Изабель, вернулась в Лондон. Чтобы не вызвать подозрения или её гнев, Изабель подготовилась и надела школьную форму: вышитый пиджак с эмблемой средней школы, клетчатая юбка, галстук и белые гольфы. За день до её прихода, она усерднее трудилась вернутся в строй, в которой её мать привыкла держать. — Представляешь дорогой, на уик-энде женский комитет решил одобрить меня на должность главнокомандующего в офисе. Невероятно! — Хорошая новость, Несса. Изабель разрезала свой бекон на мелкие кусочки и неторопливо зачерпнула с яичницей аккуратным движением руки: годы практики этикета давали свои плоды. Конечно, она считала это бессмысленным, но в том социальном слою в котором они были, этикет был по мнению её матери — необходимым навыком. — Изабель, сколько раз я тебе говорила не опаздывать в школу? Тебе пора уже выходить, юная леди. Не доев свой завтрак, она промокнула рот салфеткой и осторожно вышла из-за стола. Ей как никогда хотелось выплеснуть стакан сока в лицо матери в такие моменты. Раньше, в семь или восемь лет ей было важно угодить ей, но не сейчас: спустя столько лет усердного труда, она не добилась ни одной счастливой, искренней улыбки от матери за свои достижения. Теперь, Изабель было всё равно. «Пусть отправляет в женский пансионат или в учреждение для девочек подростков, с неё хватит» — подумала она. Она села в машину и через полчаса оказалась на территории академии. Так как все люди высокого ранга отправляли своих детей в эту академию, у неё не было сомнения — Кай учится здесь, а значит, она может встретиться с ним. Сегодня вечером они должны сбежать. Он продумал всё до мельчайших деталей: смена их имён, место жительства, страна и внешность. Если они смогут сбежать сегодня, то велика вероятность того, что к моменту акта отмщения Саками, их не будет в этой стране. Пробежав до главного входа, она вытащила свой смартфон и быстро начала набирать текст. И: где ты? Пробираясь сквозь толпу учащихся, она старалась как можно быть незаметной: меньшее что ей сейчас хотелось — это быть объектом всеобщего внимания. Всё на что она надеется это не попасться на глаза Билли и Бена Гавардов. К: кладовая, слева от класса «Б — 302». Изабель опустила голову и незаметно пробралась сквозь толпу учащихся в сторону длинного коридора. Внезапно кто то схватил её запястье. — Эй мышка. Далеко собралась? Чёрные глаза бусинки девочки встретились с Беном Гавардом. Вот чёрт! Она пыталась дёрнуть руку, но тот лишь сжал сильнее. В следующую секунду Изабель сделала то, что меньше всего мог ожидать Бен от «воспитанной леди». Она ударила коленом его промежность ног. Болезненный вопль заполнил всю школу так, что было бы слышно даже снаружи. Изабель не теряя времени, побежала со скоростью света в левое крыло школы и завернула на лестничный пролёт. Наконец поднявшись на второй этаж, ей осталось пройти совсем немного, когда она услышала голоса Билли и Бена рядом. Они поднимаются сюда! Внезапно дверь рядом с ней тихо открылась и рука оттуда резко потянула Изабель внутрь, закрыв дверь плотно на ключ. Через пару секунд послышались шаги мимо кладовой. — Ты уверен что она здесь? — Да, я видел как она поднялась сюда. — Нам надо проверить третий этаж… После того, как близнецы ушли, Изабель никогда ещё не чувствовала такого облегчения на душе. Она была словно на волоске от смерти, если бы не Кай. Кладовая была очень тесная и здесь слишком темно, чтобы можно было что то разглядеть. Свет сквозь решётки мало что освещал, но она знала, что позади неё стоит Кай. Вдруг, она почувствовала как его руки обвели её худое маленькое тело с двух сторон, а его голова опустилась на её плечо, вдыхая аромат жасмина. Сколько Кай себя помнит, Изабель всегда пахла как цветок. «Возможно, это из-за того что она часто находится в саду» подумал он. Прошло всего два дня с их встречи, но он так сильно успел соскучится по ней, что на сердце становилось больно. Успокоив своё дыхание она пробормотала: — Кай? Он не ответил. Она чувствует как его большой палец нежно и расеянно поглаживал внутреннюю часть её запястья. Этот маленький жест, был очень ей знаком с раннего детства. Кай всегда так делал, когда её пульс сбивался из-за ночных кошмаров. Это так успокаивает, что она закрыла глаза. Тишина и уединение. Это то, что всегда помогает им обеим. Они не слышат ни слова, ни шороха, ни звука ударов плетью и ругани. Их объятие так расслабляет, что ноги подкашиваются и оба опускаются на пол. Он прижал её спиной к себе и уронил голову ей на правое плечо, а она откинулась на его левое плечо позади. Изабель чувствовала себя бабочкой в коконе. Его руки обвивая строили некий защитный кокон для неё. Здесь её не достанет отец, Ванесса или Бен и Билли. Рядом с Каем она в безопасности. Изабель почувствовала жар и дрожь исходящий от Кая. Когда она прикоснулась к его щеке, он тихо прошипел. — Святые бабочки! Кай… у тебя лихорадка! Рука Изабель потянулась к выключателю чтобы включить свет, но он не дал ей этого сделать, сжав руку. — Тише. Прошу, не двигайся. — Но Кай… По правде говоря, Кай не хотел, чтобы она видела его избитое лицо. По его разбитой губе стекала кровь, а на лбу был порез от лезвия отца. После того как он вернулся домой со дня рождения Изабель, отец узнал об этом и жестко избив сына, запер его в холодном подвале на две сутки без воды и еды. Так как приближалась зима, в подвале было неимоверно холодно. Одежда Кая не успела высохнуть после ливня. Всю ночь он не мог уснуть, а тело ослабело от голода. Однако, какими бы не были последствия, он не жалел о содеянном. Потому что благодаря ему, Изабель впервые в жизни попробовала шоколад и почувствовала по настоящему радость в свой день рождения. «Во всяком случае, это стоило того, чтобы увидеть её слёзы счастья» подумал он про себя. Изабель опустила голову и начала всхлипывать: — Прости. Это всё из-за меня. Тебе не стоило приходить ко мне в тот день, под дождь. — Всё в порядке, куколка. Это всего лишь температура. Скоро пройдёт. Ты — моё исцеление, помнишь? Она кивнула, вытирая слёзы. Прошли долгие минуты перед тем, как они услышали звонок и гул учеников сновавших по коридору за дверью. — Что нам теперь делать? — спросила она. — Ты приготовила необходимые вещи? — Да. — Сегодня вылет из Лондона в шесть часов вечера. Нам надо поторопиться и приехать в аэропорт на час пораньше. — Нас… не поймают? — Если не будешь подавать виду. Сделай, вид, что ты собираешься в балет или придумай что нибудь. В пять часов я буду ждать тебя в лесу рядом с твоим домом. Тот дуб, на котором есть метка, я буду стоять рядом. Хорошо? — Хорошо. — Будь осторожна. — И ты, Кай. * * * Спустя час, Изабель вернулась домой на автобусе. Если бы отец спросил их водителя — Хэнка о ней, он бы непременно доложил ему о её местонахождении. Поэтому будет лучше, если она тихо зайдет домой и соберёт свои вещи. Зайдя в дом, она проверила все комнаты и убедилась, что никого нет дома. — Эмилия? Лукас? — позвала она персонал. — Да, мисс Уинслоу? — за спиной стояла кухарка. — Родителей нет дома? — Миссис Уинслоу уехала в салон час назад, а мистер Уинслоу сообщил что будет сегодня поздно. — Спасибо. У меня сегодня тоже занятия по балету. Хэнк должен меня отвести. Ты не видела его? — О. Мистер Роджерс должно быть чинит колесо в мастерской. Хотите я ему передам? — Нет-нет. Я спущусь и скажу ему. — Как пожелаете. Изабель обернулась и поспешила к себе в комнату. Натянув чёрные леггинсы для танцев и одев свободное худи, она собрала волосы в пучок, чтобы не вызывать подозрения. Вчера она подготовилась к побегу и заполнила рюкзак вещами первой необходимости: аптечка, теплая кофта, средства гигиены и полотенце. Чего то не хватает… Точно! Воды. Время уже показывало 16:37. Ей нужно выходить, пока солнце не село за горизонт. Она схватила сумку и спустилась вниз в кладовую где хранится прочая еда на запас. К счастью, здесь никого не было, персонал редко ходит за запасами в кладовую. Изабель взяла с холодильника пару бутылок воды, но как только она закрыла дверь, девочка ахнула от испуга и уронила бутылки. За дверью стоял никто иной, как Харуки Саками. — Kon'nichiwa, Izaberudesu. (с яп. Здравствуй, Изабель.) — Мистер. С-саками. — Что такое, не ждала? — мужчина средних лет в строгом тёмно сером костюме опустил взгляд на её одежду, затем на рюкзак набитый вещами. Осознание не заставило себя ждать: — А-а. Вот оно как. Мисс Уинслоу решила сбежать. — Нет. У меня занятия в студии. Я спешу, — она хотела сделать шаг в сторону, как он схватил её предплечье и сжал так сильно, что та зашипела от боли. — Ненавижу когда мне лгут. — Я-я не лгу. Мне правда нужно на балет. Харуки прижал её к холодильнику силой и сощурил свои и без того узкие глаза, грозно пробормотав: — Не забывай о сделке, девочка. — Вы сказали, через пару дней. Но не сегодня. — Я передумал. Обстоятельства приняли совсем другой оборот. — Ч-что вы имеете ввиду? — Твой отец… Джонатан Уинслоу… отныне мёртв. Глаза Изабель расширились. — Мои люди подстроили ему так скажем, несчастный случай по дороге в Бирмингем. Жаль, только твоей матери не было там. Но ничего, за ней я уже отправил людей. В тот момент Изабель не чувствовала абсолютно ничего. Казалось бы, смерть родителей должна была принести с собой горе и боль, но она не почувствовала этого. Лишь долю облегчения. «Какая же я ужасная дочь» подумала она. Но что, если она не видела их любовь, а лишь насилие за все эти годы? Они не научили и не показали что такое любовь, забота о близком человеке… Возможно, это стало причиной того, что в сердце Изабель не было место для родителей. Её сердце целиком занимал Кай. — Спасибо, — тихо сказала она, долго не отводя взгляд от одной точки. — Я пришёл за тобой. Но для начала… нам нужно пойти в лес, не так ли? Изабель вырвалась из паутины мыслей и моргнула. — Что? Харуки засмеялся. — Вы дети, думаете я не знаю о вашем плане побега? Мой сын тебя ждёт, пойдем и скажем ему пару слов на прощание? — Н-нет, нет, нет. Этого не может быть, — покачала она головой, на её глазах медленно собиралась влага.— Прошу, давайте без этого. Он… Он. — Он что? — Кай… расстроится. Мистер Саками удовлетворительно улыбнулся. — Отлично. Это то, чего я и добиваюсь. А теперь, вперёд, — грубая рука мужчины схватила её за руку и тащила за собой как тряпичную куклу. Они вышли с задней двери кладовой прямиком наружу. Холод мгновенно проникал под одежду и заполнял её легкие, от чего она съёжилась. Она подняла голову в небо и увидела как мелкие снежинки медленно падали с бескрайнего неба. Сердце стучало с неимоверной силой, а в горле застрял ком. Саками отпустит его в обмен на неё. «Это правильное решение» подумала она. Кай заслуживает этого как никто другой. Она понимает, что он пережил за все свои шестнадцать лет. Её лучший друг будет на свободе и обретёт счастье где нибудь в другом месте, с другим человеком… Она хочет остановить эти слёзы вытирая рукавом, но как на зло, они просто не останавливаются. «Глупая ты, Изабель» сказала она про себя. «Глупая, что считала, что вы попадёте с Каем в страну чудес и будете им править вместе.» Вот она реальность. Никакой сказки, никакого волшебного ключика или кроличьей норы. Она жила в прекрасной детской иллюзии. Харуки тянул её силой, ни на секунду не замедляя ход. Ноги Изабель спотыкались, от того, как он быстрыми шагами яростно направлялся в лес. Что она теперь скажет лучшему другу? Как он отреагирует на это? Это разрывало её на части. Спустя пару минут, они шли по тропе в лес и остановились напротив Кая, стоявшего возле дуба, помеченной их меткой. Шестнадцатилетний парень стоял укутавшись в куртку, шарф и шапку. На плече свисала сумка. А его лицо… Святые бабочки! Он был весь в синяках и ушибах, а губа разбита в кровь. Не улучшило его состояние лихорадка, которая бросала его в жар только сильнее. Сколько времени он так стоял? Он выглядел так, будто вот вот упадёт. Изабель не могла на это смотреть и дёрнулась к нему, однако, мужчина позади схватил ее за плечи обеими руками. — Помни о сделке, — тихо прошептал он ей. — Н-но Кай болен. Ему плохо, разве вы не видите?! Парень нахмурился, как только увидел своего отца рядом с ней и начал подходить к ним. Тогда Харуки дал сигнал и люди в черных костюмах в двое больше Кая, подбежали и схватили его с двух сторон. — Ч-что это такое мистер Саками?! — Т-с-с. Они отпустят его как только мы уедем, это для нашей же безопасности, понимаешь? Лицо Кая приобрело так много красок различных эмоции, что Изабель становилось больно смотреть на него. Она видела страх в его глазах. Обычно Кай был как лёд, без единой эмоции, он скрывал все эти годы свои эмоции под замок. Но теперь, в этот момент, уязвимее его, казалось никого не было. — Что ты здесь делаешь?! Отпусти её! Сейчас же! Харуки усмехнулся, крепко сжимая Изабель, от чего она поморщилась. — Смеешь мне приказывать? Посмотри на себя, каким ты стал из-за девчонки. Я воспитывал жестокого, непоколебимого наследника моей империи, но не размазню вроде тебя, сын мой. Кай дёргался изо всех сил отбиваясь от цепких рук людей отца. Но всё было тщетно. — Отпусти её! Не трогай, Изабель, подонок! Не вмешивай её между нами. — Твоя Изабель не так уж невинна, как ты думаешь… Кай перестал дёргаться и нахмурил брови в замешательстве. — Видишь ли… пока ты отбывал своё наказание в подвале, мы с ней заключили сделку в пользу тебя. — О чём ты? — его глаза прыгали то на отца, то на Изабель. Харуки вытащил сигарету и зажёг её с ухмылкой на губах. Ему нравилась эта драма происходящего между этими двумя. — Чёрт возьми! Изабель, о чём он говорит?! ОТВЕТЬЕ МНЕ! — прокричал он громко. В его голосе затаилось нечто болезненное… и Изабель не выдержав зарыдала, падая на колени. — Отныне, Изабель будет моей дочерью. Лицо Кая побледнело. Он казалось, мог в любой момент упасть, если бы его не удерживали. — Сегодня я убил Джона и его жену. Теперь их дочь сирота. Отличная возможность взять её под свою опеку, не так ли? — улыбнулся он. — Мы с ней заключили сделку за пару дней до их смерти, так что… она знала про это. Суть сделки состоит в том, чтобы освободить тебя от меня и дать тебе волю жить так, как ты хочешь. Твоя свобода в обмен на её свободу. Кай не мог поверить своим ушам. Ему вдруг показалось, что это розыгрыш. Его разыгрывают, правда? — Изабель, посмотри на меня, — пробормотал он дрожащими губами. Казалось, будто холодный пар затуманил его зрение или влага собралась вокруг глаз — он не мог понять. Изабель всхлипывая, медленно подняла голову. Она выглядела такой хрупкой и беззащитной. Зная, какой его отец на самом деле монстр, он не мог поверить что эта милая девочка с большими горящими желаниями в глазах обменяла себя на него. Отец… он просто уничтожит её. Её свет. Её невинное сияние. Её улыбку. Она будет страдать, если останется с ним. Изабель понятия не имеет на что она подписалась. — Зачем ты это сделала, куколка? Ты не знаешь моего отца так, как я. Изабель… зачем мне такая свобода, где ты будешь в заложниках? Харуки засмеялся: — Ну-ну. Не делай из меня чудовища, сынок. Кай не обращал внимание на Харуки. Все его внимание было сейчас на Изабель. —… п-прости меня. — Значит… ты не собиралась…бежать со мной, да? — слеза медленно скатывалась по его щеке, оставляя за собой жгучий след от холода. — А как же. твое обещание… никогда не оставлять меня? Это тоже было ложью? — Нет! Это не так, Кай. Поверь так будет лучше. — Лучше для кого?! Ты правда думаешь, я буду счастлив жить без тебя? Ты думаешь, я буду спокойно спать, зная, что моя бабочка рядом с отцом-тираном?! — лицо Кая сморщилось от сильной боли внутри. — Прости. Прости меня, Кай. — Изабель, он обманул тебя. Подумай… зачем ему отпускать меня на волю сейчас, если он этого не сделал до сих пор? Я знаю этого человека с рождения, он не способен дарить кому то свободу, тем более мне! Он же полный садист! Посмотри на меня! — Кай показал на своё лицо. — Нет, Кай. Он обещал мне что отпустит тебя. Мистер Саками, вы же обещали мне! — Конечно, милая, — он щёлкнул пальцем и дал знак своим людям. Затем, подъехал чёрный внедорожник и они потащили его внутрь. Кай дёргался не переставая, замахиваясь кулаками, но те блокировали его выпады. — Изабель! — Постойте… к-куда они его везут?! — Изабель с замешательством смотрела на Харуки. — Это милая моя, секрет, — мило улыбнулся он ей. — Изабель! — хрипло кричал он. В его глазах читался явный страх. — Отпустите его! Мистер Саками, куда они его везут?! Вы обещали мне что освободите его! Наконец затолкав Кая внутрь, они закрыли двери и автомобиль двинулся вперёд с рёвом. Последнее что, она видела, были глаза Кая. Полные страха, гнева и… боли. — Кай! Кай! Постойте! — Изабель побежала за внедорожником, но ей так и не удалось его догнать. Задыхаясь холодным воздухом, она просто рухнула на землю. Слёзы всё ещё скатывались по щекам и девочка шумно выдыхала пар. Солнце уже давно село. Наступали сумерки, покрывая собой последние лучи света. Рыдания сотрясали её тело слишком сильно. Кай был прав. Мистер Саками просто воспользовался её наивностью и солгал ей. — Это… это я виновата… прости меня, Кай. Стук мужских ботинок остановился рядом с ней. — Вот и всё. Конец вашей истории. Поедем домой, доченька? * * * — Watashitachi wa doko ni iku no? (яп. Куда вы меня везёте?) — спросил Кай. — CGR de. Кай знал что такое CGR. Это было место предназначенное для особо опасных преступников на краю японского полуострова. Заложников пытали разными способами, давали разные вещества, чтобы добыть у них секретную информацию группировки. Затем делали из них жестоких солдатов для Японской армии, не знающих пощады. Готовили наемных машин-убийц, которые делали всю грязную работу за боссов мафии и прочих. Мало кто выживал в CGR. Это место не для слабонервных. Кай помнил, как его отец всегда угрожал отдать его туда. Теперь, это случилось. «Если бы Изабель не пыталась строить из себя супер-героя, они бы давно сбежали из проклятого Холланд Вилла» подумал он. На смену страху, пришла ярость и гнев. Кай был до сих пор в недоумении. Он не мог ожидать подобного от лучшего друга. От Изабель… которая обещала не бросать его. Хуже всего, она предала его. Честно говоря, Кай ещё никогда не чувствовал такой сильной колющей боли в груди... даже, когда умерла его мать. Изабель стоило посоветоваться с ним. Ей стоило просто молчать, когда тот предлагал ей сделку. Однако, зная какой его отец, он скорее всего запугал её до смерти, не оставив выбора… но всё же, она решила их судьбу самостоятельно. Солгала ему и вовсе не собиралась бежать сегодня. Она просто выставила его полным идиотом перед отцом. — Chikusho! (яп. Проклятие!) — кулак парня врезался в переднее сидение. — Спокойнее Саками, в CGR свой пар выпустишь вдоволь сколько захочешь, — сказал один из людей отца. Через пару часов они остановились в аэропорту. Сели в самолёт и приземлились спустя долгие семь часов на родной земле. В Японии. Следующие пару часов заняла дорога до полуострова. Наконец, прибыв в секретное здание, охранники пустили внедорожник и закрыли ворота громкими щелчками. «Восемь щелчков» посчитал Кай. «Выбраться отсюда будет задачей явно не из легких». Из здания вышли люди в спец. одеждах организации CGR. Кай взглядом проанализировал окружение, надеясь приметить тут все меры их безопасности. Мало кто мог бы увидеть, но его глаза наткнулись на красные лучи по всей территории. Сигнализация, камеры видеонаблюдения были повсюду. Кай был умным. Он уверен, что обязательно придумает что нибудь, чтобы выбраться отсюда. «Куда же ты меня привёл, ублюдок?!» мысленно он обратился к своему отцу. Люди отца бросив пару слов местной администрации оставили Кая и исчезли. Кай взглядом окинул каждого и понял что в человек в капитанской одежде, здесь главный. На бейдже было написано Каруно Тачиро. — Вперёд! Заведите его в камеру секции «B». — Есть! Парня схватили за предплечья и унесли внутрь. Бетонные стены, железные прутья создавали суровую атмосферу этого места. Он проходил мимо рядов с клетками в которых были все опасные преступники Токио. Некоторых он узнал, так как его отец подставил здесь некоторых членов «Красного черепа». Увидев Кая, все начали рычать и скалится. Он мог только представить какая у них ненависть к его отцу. Чёрт, а ведь это может сыграть ему на руку в разработке плана побега. Солдаты вели его до самого конца длинного коридора, пока не остановились напротив металлической двери. — Будешь отбывать испытательный срок пока в этой камере. После, мы переведём тебя в другую секцию, — сказал один из них и толкнул Кая внутрь, закрыв на три замка тяжёлую дверь. Камера представляла собой пустую холодную камеру, за исключением маленького унитаза и брошенного на пол куска тонкого пледа. Кай который любит чистоту, сморщился и сел в угол обхватив колени. Его голова раскалывалась на части отдавая глухой болью и ему становилось холодно. Его рука полезла в карман брюк и нащупав предмет, он вытащил его дрожащими от холода руками. Это была маленькая бабочка — оригами, которую она подарила. На крыльях были их инициалы «К» & «И». Он провёл большим пальцем по крыльям и вспомнил её лицо в тот день. Как она мило улыбалась когда делала ему подарок. — Из-изаб-бель…– тихо пробормотал он. В глазах стало мутнеть, всё вокруг расплывалось. Здесь было так темно и холодно. Ему казалось, что у него дежавю. Это место было так похоже на подвал их дома. Тусклый свет позади мало что освещал, но было видно хоть что-то. Затем…в темноте, откуда не возьмись, появился яркий свет со стороны двери, который ослепил его. Он еле открывал глаза и увидел силуэт матери. Она была безумно красивой. Её лицо, волосы и платье сверкали светом. — Кай! Подожди немного. Сейчас придёт помощь. Кай. Держись. Кай, ты слышишь меня? Ка-ай. Не засыпай. Его глаза медленно закрылись и он испустил последний вздох. Свет исчез, парня заволокла лишь тьма. * * * Изабель дёрнулась и резко встала с места, распахивая большие глаза в темноте. Чёрные зрачки бегали по всей комнате туда-сюда. Ей приснился очередной кошмар, где Кай умирает в каком то тёмном месте, а её отец ждёт её с плетью в руках. Она шумно дышала и вытерла рукавом пот со лба. Комната, в которой она спала — теперь была её новой спальней. Это был дом, где жил Кай. — Кай… Где же ты… — она вытерла слёзы и обхватила колени, смотря в огромное окно и ночное небо. — Он там, где ему стоит быть, — низкий голос мистера Саками пронзил тишину царившую в её комнате. Харуки стоял с женой Ма́ко на пороге двери её спальни и включил свет, от чего она зажмурилась. Молодая девушка лет двадцати была слишком молода для его отца, но тем не менее, она кажется была довольна. Японская красавица смотрела на Изабель с некой жалостью. — Изабель, завтра оформляем документы об опеке, отныне ты не Уинслоу, а Саками. Я человек — любящий порядок и дисциплину, это у нас в крови. Поэтому, пока ты носишь мою фамилию и живёшь в моём доме, ты будешь следовать моим правилам… Одно из правил этого дома, никто и никогда не произносит имя Кая или не упоминает о нём в моём присутствии. Забудь о нём. Тебе понятно, милая? Изабель пришлось с трудом кивнуть ему. В её глазах читалось сопротивление. — Я не слышу. — Д-да, мистер Саками. — Зови меня «папой». Мы теперь семья, не так ли, Мако? — Hai. (яп. «Да») – усмехнулась рядом Ма́ко. — Завтра состоятся похороны Ванессы и Джонатана Уинслоу. Надень что нибудь траурное, — Харуки улыбнулся и скрылся за дверью с женой. В ту ночь, Изабель не могла ещё долгое время уснуть. События последних дней были слишком для неё, особенно теперь, её преследовал разочарованный взгляд Кая. «Он наверное ей не простит это» подумала она. Стоит ли ей забыть его навсегда? Нет, это будет жестоко и эгоистично. Она думала, Кай обретёт свободу и счастье вдали от отца и этой страны. Но Харуки просто обвёл её вокруг пальца. Теперь Изабель не знает где находится её лучший друг, но явно не на воле. Нет. Изабель ни за что не забудет Кая, она придумает способ его найти. Нужно лишь подождать совсем немного, пока всё не уляжется и Харуки не потеряет бдительность. Тогда, она начнёт действовать по плану.