Глава 13. Пограничье

Прошёл час. И этого часа оказалось достаточно, чтобы реальность снова напомнила о себе. Бет держалась на матрасе из последних сил. Сначала это было почти незаметно — лёгкая дрожь в пальцах, тяжёлое дыхание, слишком медленные движения. Но теперь лихорадка поднялась выше, и это уже невозможно было игнорировать. Кожа у неё стала бледной, почти прозрачной, а румянец на щеках выглядел болезненным, чужим. Саша сидела рядом, сосредоточенная и молчаливая. В её руках был термос, она осторожно поднесла его к губам Бет. — Пей, медленно. — тихо сказала она, но в голосе звучала твёрдость. Бет послушалась. Но это было не обычное питьё — не глоток за глотком, не привычное утоление жажды. Она пила так, будто тело само решило за неё, будто внутри пересохло всё до последней капли. Глотки выходили неровными, поспешными, почти жадными, и Саша невольно нахмурилась, наблюдая за этим. Она ничего не сказала, только чуть придержала термос, регулируя, чтобы Бет не захлебнулась. Все и так понимали — хуже всего сейчас было именно ей. Саша отставила термос, взяла чистую ткань, смоченную водой, и осторожно провела по лбу девушки. Движения были аккуратными, почти бережными, словно она боялась причинить лишнюю боль. — Держись. — пробормотала она едва слышно, больше себе, чем ей. Бет не ответила. Только закрыла глаза на секунду, собираясь с силами, и снова открыла их. Взгляд был мутноватый, но в нём по-прежнему оставалось упрямство — то самое, которое не давало ей просто сдаться. Чуть в стороне, в нескольких метрах от них, уже собрались остальные. Рик стоял, слегка склонившись над развернутыми листками. Бумага в его руках выглядела почти нелепо — тонкая, уязвимая вещь в мире, где всё решалось оружием и выносливостью. Но именно на этих листках держалась сейчас их надежда. — Если ехать этим маршрутом, — тихо говорил он, указывая пальцем. — мы срежем через квартал. Быстрее, но рискованнее. Мишонн стояла рядом, скрестив руки, её взгляд был сосредоточенным и холодным. — Рискованнее — значит шумнее. — коротко заметила она. — И значит, нас заметят. — У нас нет времени на безопасные варианты. — вмешался Тайриз, голос его был глухим, но спокойным. — Она не протянет, если мы будем осторожничать. Имя Бет никто не произнёс. Но оно висело в воздухе, между каждым словом, в каждом взгляде. Ти-Дог провёл рукой по лицу, устало выдыхая. — Вопрос не только в маршруте. — сказал он. — Успеем ли мы вообще найти всё, что нужно. Листки, которые дал Хершел, были исписаны аккуратным почерком. Названия лекарств, дозировки, пометки. Всё это выглядело как план спасения. Но в этом мире планы редко доживали до конца. Рик сжал бумагу чуть сильнее, чем нужно. — Успеем, — сказал он тихо, но твёрдо. — Должны. Никто не ответил. Потому что все знали цену этим словам. В стороне от них стоял Дэрил. Он не вмешивался в разговор. Не спорил, не предлагал вариантов. Только слушал вполуха. Всё его внимание было приковано к другому. К Бет. Он смотрел на неё почти не моргая, отмечая каждую деталь, каждое изменение. Как бледнеет кожа. Как тяжелеет дыхание. Как она держится — упрямо, до последнего, будто не имеет права сломаться. Внутри у него всё сжималось с неприятной, глухой тяжестью. Он уже видел это раньше. Слишком много раз. И каждый раз это заканчивалось одинаково. Бет, словно почувствовав его взгляд, медленно повернула голову. И посмотрела на него. Не так, как когда-то. Не украдкой, не с осторожностью. Этот взгляд был прямым. Открытым. Взрослым. Даже сейчас, сквозь жар и слабость, в нём оставалась ясность, от которой становилось не по себе. Дэрил чуть сжал челюсть. Он не отвёл взгляд. И она тоже.

***

Спустя четверть часа машина уже медленно ползла по мёртвому городу, где каждый перекрёсток дышал опасностью. Улицы казались пустыми лишь на первый взгляд — за выбитыми витринами, в тени подъездов, между остовами машин пряталось то, что давно перестало быть людьми. Но у них не было ни роскоши выбирать путь, ни времени на осторожность. С каждой минутой Бет становилось хуже — это чувствовалось физически, как нарастающее давление в груди. Рик вёл аккуратно, почти бережно, сжимая руль так, будто от этого зависела не только дорога, но и жизни. Колёса глухо перекатывались по разбитому асфальту, трещины которого тянулись, как старые шрамы. Впереди дорога постепенно захламлялась — брошенные машины стояли хаотично, перекрывая проезд, превращая шоссе в узкий лабиринт из ржавчины и стекла. — Это нас замедлит… — негромко бросил Рик, не отрывая взгляда от дороги. Саша, сидевшая рядом, крепче сжала винтовку, напряжённо всматриваясь вперёд. Её взгляд то и дело соскальзывал к Бет — быстрые, почти незаметные проверки, которые выдавали тревогу лучше любых слов. — Что-нибудь видно? — спросил Ти-Дог, обращаясь к Мишонн. — Пока тихо. — ровно ответила она, не меняя позы, её голос оставался спокойным, почти холодным. Дэрил тихо хмыкнул, даже не поворачивая головы. — Вот именно. Пока. Рик, прикинув расстояние, резко, но без лишней суеты свернул с основной дороги на узкий объездной путь, где асфальт выглядел ещё хуже. — Если здесь проедем — срежем пару миль до больницы. Ти-Дог криво усмехнулся, бросив взгляд вперёд: — Если тут вообще есть где проехать. — Сейчас и проверим. — коротко отозвался Рик. Машина качнулась, проезжая по неровной поверхности. Несколько секунд всё оставалось подозрительно спокойным — слишком спокойным для этого мира. А потом тишину прорезал первый протяжный, гнилой стон. Рик резко повернул голову. Из-за полуразрушенного здания начали выползать ходячие. Один за другим. Медленно, неуклюже, но с той неизменной настойчивостью, от которой невозможно было спрятаться. Их было больше десятка — искалеченные тела, висящая клочьями одежда, лица, в которых давно не осталось ничего живого. Они тянулись вперёд, втягивая воздух, словно уже чувствовали добычу. Рик резко ударил по тормозам. — Чёрт… — выдохнул Ти-Дог, уже сжимая рукоять мачете. Дэрил поднял арбалет, быстро оценивая расстояние, количество, траекторию. Всё происходило в считанные секунды. Бет, лежавшая у него на коленях, с трудом приподняла голову. Взгляд её был мутным, но она всё равно смотрела вперёд, пытаясь оценить происходящее. — Их… слишком много… — тихо выдохнула она, голос срывался, мысли путались из-за жара. — Будем пробиваться. — жёстко сказала Мишонн, уже готовясь к движению. Саша щёлкнула затвором, прицелившись в ближайшего мертвеца через окно. — Только в крайнем случае. — резко предупредил Рик. — Ни одного лишнего выстрела. Шум нам сейчас не нужен. Машина стояла, двигатель тихо урчал, а впереди медленно, неотвратимо надвигалась стена из мёртвых тел. Рик медленно выжал сцепление, осторожно повёл машину вперёд, будто надеялся проскользнуть между ними, не привлекая лишнего внимания. Колёса недовольно заскрипели по растрескавшемуся асфальту, и этот звук прозвучал слишком громко в вязкой тишине. Машина двигалась почти крадучись — метр за метром, с напряжением, которое чувствовалось в каждом вдохе. Один из ходячих, потеряв равновесие, налетел на капот, оставив на металле тёмные, размазанные следы. Рик стиснул зубы сильнее, чем собирался. Ещё немного. Ещё хотя бы пару метров... И тут сзади раздался резкий, режущий слух скрежет. — Чёрт… — глухо выдохнул Тайриз, резко оборачиваясь. Из узкого переулка за ними начали вываливаться новые фигуры. Сначала одна, потом ещё, и ещё — и вот уже целая группа двигалась в их сторону, медленно, но уверенно перекрывая путь назад. — Нас зажимают! — голос Саши сорвался, но она тут же взяла себя в руки. — Жми! — рявкнул Дэрил, крепче удерживая Бет одной рукой и уже поднимая арбалет второй. Рик не стал спорить — резко надавил на педаль. Машина дёрнулась, рванула вперёд, сбивая ближайшего мертвеца. Тело ушло под колёса с глухим звуком, но остальные уже наваливались ближе, тянулись к дверям, к стёклам, к любой щели. — Да чтоб вас… — Ти-Дог подался вперёд, высунувшись к окну, и с силой оттолкнул чужую руку, тянущуюся внутрь. Саша коротко вдохнула, прицелилась — выстрел. Потом ещё. И ещё. Каждое движение — точное, без лишней суеты. Дэрил не отставал: болт с сухим щелчком сорвался с тетивы и нашёл цель. Он почти не думал — только считал, оценивал, двигался. Бет, лежавшая у него, держалась из последних сил. Пальцы слабо сжимали ткань его куртки, дыхание было неровным, но она не мешала. Только цеплялась за него, как за единственную опору в этом хаосе. Машина с трудом продиралась вперёд, словно вязла в самой реальности. — Мы не проедем! — одновременно выкрикнули Тайриз и Ти-Дог, и в их голосах впервые прорезалась настоящая тревога. — Проедем. — низко, почти сквозь зубы бросил Дэрил, уже принимая решение быстрее, чем остальные успевали осознать ситуацию. Он резко потянулся, аккуратно, насколько это было возможно, сдвигая Бет на своё место. — Что ты... — Рик повернул голову, но фразу так и не успел закончить. Дверь распахнулась. Дэрил выскочил наружу одним движением, будто и не было ни секунды сомнений. Нож мелькнул в руке, и ближайший ходячий рухнул, не успев даже толком дотянуться до него. — Гони! — крикнул он, отталкиваясь от машины и уже смещаясь в сторону, освобождая им путь. — Дэрил! — голос Бет прозвучал слабее, чем она хотела, но в нём было слишком много всего сразу. — Ты с ума сошёл?! — Ти-Дог ударил ладонью по спинке сиденья, не скрывая злости. Рик на мгновение замер — всего на долю секунды. Этого хватило, чтобы внутри всё сжалось. — Чёрт… — выдохнул он и снова вцепился в руль, принимая решение, от которого уже нельзя было отступить. Машина рванула с места, будто сама поняла, что останавливаться больше нельзя. Дэрил отступил к стене, резко уходя от тянущихся к нему рук, и в одно короткое движение вогнал нож в висок ближайшего ходячего. Тело обмякло и осело, освобождая узкий проход. Он не задержался ни на секунду — сорвался с места, бросаясь вперёд, туда, где между домами темнел проулок, обещающий хоть какой-то шанс. Сзади грохотало, кричали, что-то ломалось, будто сам воздух трескался от напряжения, но Дэрил уже не оборачивался. Перед ним открылась улица, и он вылетел из проулка следом за машиной, которая, вырвавшись из завала, резко ушла в сторону. — Прыгай! — голос Мишонн прорезал шум, чёткий, без колебаний. Дверь распахнулась — Бет дёрнула её, насколько хватило сил, Саша тут же подхватила, помогая удержать. Дэрил даже не замедлился: схватился за край, подтянулся и одним рывком оказался внутри. Бет машинально сдвинулась, освобождая место, но он тут же вернул её обратно, усадив к себе на колени, словно иначе и быть не могло. — Гони! — коротко бросил он. Рик не ответил — просто вжал педаль, и машина сорвалась вперёд, оставляя позади узкий переулок и всё, что там осталось. Они ехали ещё минут двадцать, не сбавляя темпа, пока напряжение не стало почти физическим, давящим изнутри. — Осторожно! — резко бросила Саша. Рик мгновенно выкрутил руль, обходя упавший столб, колёса скользнули по обломкам, но удержались. — Видишь больницу? — спросила Мишонн, не отрывая взгляда от дороги впереди. Рик прищурился, всматриваясь в даль. — Да. Серое, выцветшее здание уже проступало на горизонте. Но между ними и ним лежало нечто куда хуже, чем расстояние. — Какого чёрта… — тихо выдохнул Дэрил. Бет невольно вздрогнула, едва увидела, что их ждёт впереди. Улица перед больницей была забита ходячими — плотной, шевелящейся массой, в которой не было ни одного просвета. Рик резко затормозил. — Это ловушка. — мрачно произнёс Тайриз. Дэрил стиснул челюсть, взгляд стал жёстким. — И что теперь? Рик молчал. Ответа не было — только это медленно колышущееся море тел впереди, перекрывающее всё. Он медленно выдохнул, сжимая руль так, что пальцы побелели. Ловушка. Чистая, выверенная, как будто кто-то специально согнал их сюда. — Это дохлый номер… — глухо бросил Дэрил, крепче придерживая Бет. — Тогда что предлагаешь? — Ти-Дог нервно обернулся, проверяя тыл. — Нам нужна машина. — напомнила Саша, быстро перезаряжая винтовку. — Потеряем её — всё, назад дороги не будет. Рик коротко кивнул, принимая это как факт. — Значит так. Подъезжаем ближе, но в самую гущу не лезем. Сначала смотрим, оцениваем… и только потом решаем, как пройти. Он говорил спокойно, но в голосе уже чувствовалось напряжение — тонкая грань, за которой любое решение могло стать последним. Двигатель надсадно рыкнул, словно сам чувствовал, во что их втягивают, и машина, подчиняясь осторожному нажиму Рика, начала медленно продвигаться вперёд. Асфальт под колёсами был разбит, изрезан трещинами, потемневшими от времени и старых следов, и каждое движение отдавалось глухим, тревожным скрипом. Пространство вокруг будто вздрогнуло — мёртвые откликнулись на звук, на вибрацию, на сам факт присутствия живых. Они начали шевелиться, поднимать головы, тянуться, и стало ясно: их здесь слишком много. Не десятки — сотня, не меньше. Рик почувствовал, как холод медленно поднимается вдоль позвоночника, оседая где-то под рёбрами. — Чёрт… чёрт… да чтоб вас… — глухо пробормотал Ти-Дог, будто не находя других слов, способных вместить происходящее. Дэрил подался вперёд, прищурившись, взгляд его стал цепким, жёстким, как натянутая тетива. — Смотри туда. — коротко бросил он, указывая рукой. — Между зданиями. Узкий проход… может, там есть вход внутрь. Мишонн даже не повернула головы сразу, словно уже заранее знала, что увидит. — А может, там нас просто прижмут ещё плотнее. — спокойно, почти сухо ответила она. — Выбирать не из чего. — отрезал Дэрил, не повышая голоса, но так, что спорить дальше не хотелось. Рик не стал тянуть. Руль плавно ушёл в сторону, уводя машину с открытого пространства в узкую тень между зданиями. Как только они скрылись от основной улицы, напряжение чуть ослабло, словно воздух здесь был гуще и глуше, но это ощущение продержалось всего несколько секунд. Глухой удар сверху прозвучал неожиданно резко. Тайриз вскинул голову, инстинктивно напрягшись. — Это ещё что за… Ответ пришёл мгновенно — с хрипом, с треском разбитого стекла. Из окна над ними свесилось искажённое лицо, серое, чужое, с застывшей гримасой. Ходячий дернулся вперёд, цепляясь за край, и в тот же момент Рик среагировал, не давая себе времени на сомнения. Рука метнулась вперёд, выстрел прозвучал коротко и глухо, и тело рухнуло вниз, тяжело ударившись о капот и сползая по стеклу. — Сверху ещё! — резко бросила Мишонн, уже переводя взгляд выше. На крыше мелькнула новая фигура. На этот раз Тайриз оказался быстрее — короткое движение, и ещё один мертвец сорвался вниз, исчезая из поля зрения. Воздух в переулке стал плотным, давящим, словно стены сдвигались ближе. — Надо выходить. — сквозь зубы произнёс Дэрил, уже оглядывая пространство впереди. Машина замедлилась и остановилась. Прямо перед ними темнел служебный вход в больницу — узкий, неприметный, почти скрытый в тени, как будто сам мир пытался спрятать его от лишних глаз. Дверцы одна за другой открылись, выпуская людей в холодный, неподвижный воздух. Дэрил задержался последним — не из осторожности, а из упрямства, которое не давало ему просто так отпустить ситуацию. Он повернулся к Бет, опустив взгляд на её лицо, слишком бледное даже для этого мира. — Ты остаёшься здесь. — негромко, но жёстко сказал он, уже готовый к сопротивлению. — Тебе сейчас не место внутри. Там будет хуже. Бет чуть приподняла голову, будто собиралась возразить, но вместо этого медленно подалась ближе. Настолько, что её голос, тихий и тёплый, остался только между ними. — Скажешь это ещё раз… — прошептала она, почти касаясь его губ своим дыханием. — и я поцелую тебя прямо здесь. При всех. А дальше будешь сам выкручиваться, объясняя, что между нами происходит. На секунду время будто споткнулось. Дэрил замер. Не потому что не понял — наоборот, слишком хорошо понял. В её взгляде не было ни тени шутки, ни намёка на игру. Она сказала это спокойно, почти устало, но с той уверенностью, от которой не остаётся пространства для сомнений. Он тихо выдохнул сквозь зубы, отвёл взгляд в сторону, словно это могло помочь собрать мысли, которых не осталось. — Чёрт… — пробормотал он почти беззвучно. Спорить было бесполезно. Он аккуратно подхватил её, помог выбраться из машины, придерживая чуть дольше, чем требовалось, словно проверяя, выдержит ли она вес собственного тела. Закрыл дверь, коротко огляделся и, не отпуская её, повёл к остальным. Никто ничего не сказал, но взгляды были. Быстрые, цепкие, понимающие больше, чем хотелось бы. Служебная дверь поддалась с тяжёлым, протяжным скрипом, будто сопротивлялась до последнего. Изнутри дохнуло холодом и затхлостью, густой запах гнили осел на языке, заставляя невольно морщиться. Рик вошёл первым, не задерживаясь ни на секунду. Револьвер в его руке был продолжением самого движения — чётким, выверенным, готовым к любому исходу. Остальные втянулись следом, растворяясь в полумраке. — Осторожно. — тихо бросил он, не оборачиваясь. — Мы не знаем, сколько их здесь… и где именно они нас ждут. Лучи фонарей вспыхнули почти одновременно, разрезая тьму узкими полосами света. Коридор тянулся вперёд, длинный, пустой, слишком правильный для места, где всё давно должно было рухнуть окончательно. Свет скользил по стенам, выхватывая облупившуюся краску, потемневшие пятна, следы, которые лучше было не рассматривать слишком долго. Мишонн медленно провела лучом вдоль коридора, оценивая пространство. — Первый этаж. — сухо отметила она. — Где план? — спросила Саша, уже оглядывая стены. — Там. — коротко ответила Мишонн уже через секунду, указывая на выцветшую схему возле двери кабинета. Рик подошёл ближе, быстро пробежал взглядом по карте, будто впитывая её за одно мгновение. — Аптека со складом — второй этаж. — тихо произнёс он, больше для себя, чем для остальных. — Отлично. — хмыкнул Дэрил, делая шаг вперёд и осторожно поддерживая Бет за плечо. — Значит, быстро зашли, быстро забрали и так же быстро свалили отсюда, пока всё это место не решило нас сожрать. Бет шла рядом, медленно, почти бесшумно, цепляясь за каждое движение, за каждый звук. Она слышала всё — слова, дыхание, даже паузы между фразами. Тайриз первым нарушил молчание. — Мне это место нихрена не нравится… — пробормотал он, крепче сжимая дробовик. Рик коротко посмотрел вперёд, не сбавляя шага. — Мне тоже. И в этот момент что-то грохнуло. Резко. Оглушительно. Будто наверху обрушили металлический шкаф. Эхо ударилось о стены и покатилось по коридору, превращая больницу в огромную звенящую коробку. Все замерли на долю секунды. Этого хватило. Из-за угла вывалился первый ходячий — в рваном медицинском халате, с вывернутой челюстью и мутными глазами. За ним второй. Третий. А потом коридор словно прорвало. Мертвецы полезли сплошной массой. — Назад! Живо! — рявкнул Рик. Выстрел грянул почти одновременно с его голосом. Потом ещё один. И ещё. Звук разорвал тишину в клочья. Больница проснулась мгновенно — сверху донеслись новые стоны, где-то хлопнула дверь, заскрежетало железо. — Сука… — сквозь зубы выдохнул Дэрил. Он резко развернулся, подхватывая Бет прежде, чем она успела возразить. Одним движением закинул её себе на спину, удерживая под колени. — Эй... — только и успела выдохнуть она, цепляясь за его плечи. — Молчи и держись. — бросил он жёстко. Бет почувствовала, как быстро и тяжело бьётся его сердце под курткой. Он двигался резко, уверенно, будто страх давно перестал иметь над ним власть. Только пальцы, которыми он придерживал её, сжимались сильнее необходимого. Мишонн отсекла катаной ближайшего ходячего, даже не замедлив шага. — Их слишком много! — Вижу! — огрызнулся Ти-Дог, пятясь назад. Коридор стремительно захлёбывался мертвецами. Они вываливались отовсюду — из палат, из дверей, из темноты впереди. Пол под ногами становился скользким. Рик резко повёл фонарём в сторону и заметил узкую дверь почти в самом конце бокового прохода. — Туда! Быстро! Саша сорвалась первой, едва не поскользнувшись на засохшей крови. Врезалась плечом в дверь. — Да откройся ты! Ручка даже не дёрнулась. — Заперта! — Отойди! — рявкнул Ти-Дог. Он налетел на дверь всем весом, монтировка с глухим треском ударила по замку. Металл жалобно скрипнул. Позади уже слышалось хриплое рычание ходячих — слишком близко. Второй удар. Замок вылетел. Дверь распахнулась внутрь с таким скрежетом, будто сопротивлялась до последнего. — Внутрь! Живо! Рик влетел первым, сразу разворачиваясь прикрывать остальных. Мишонн скользнула следом, Тайриз почти втолкнул Ти-Дога плечом. Дэрил проскочил последним из группы, всё ещё удерживая Бет на спине крепко. Саша задержалась у входа на пару секунд дольше остальных. Выстрел. Один ходячий рухнул. Выстрел. Второй ударился о стену и сполз вниз. — Саша! — рявкнул Рик. — Уже иду! Она резко захлопнула дверь, наваливаясь на неё всем телом. Почти сразу снаружи ударились первые мертвецы. Бум. Ещё удар. Дерево содрогнулось. Внутри было темно почти до слепоты. — Где мы… — голос Бет дрогнул едва слышно, растворяясь в густой темноте, где даже собственное дыхание казалось чужим. Она щурилась, пытаясь выцепить взглядом хоть что-то знакомое среди смутных очертаний помещения, но вокруг были лишь тени, тесно прижавшиеся к стенам. Рик медленно поднял фонарь. Луч света прорезал мрак узкой полосой и скользнул по металлическим стеллажам, ящикам, перевёрнутым каталкам, пока не упёрся в старую табличку на стене. — «Склад оборудования». — прочитал он вполголоса, будто не желая тревожить само здание. За дверью снова что-то тяжело ударилось. Раз. Потом ещё. Дерево натужно трещало, и от этого звука по спине пробежал холод. — Скажи, что это хотя бы временно хорошая новость. — Тайриз вытер ладонью влажный лоб, тяжело переводя дыхание. — Потому что у меня уже ощущение, будто эта больница решила нас пережевать и выплюнуть по частям. — Нам нужен второй этаж. — Рик быстро оглядел помещение, напряжённо вслушиваясь в глухие удары снаружи. — Если повезёт, отсюда есть внутренний проход. — В этой дыре слово «повезёт» звучит как издёвка. — сухо бросила Мишонн, не опуская катану. Дэрил осторожно снял Бет со спины. Его ладони задержались на её талии дольше необходимого — проверял, удержится ли она на ногах. Бет упрямо выпрямилась сразу же, хоть тело предательски качнуло в сторону. — Я в порядке. — тихо процедила она раньше, чем он успел открыть рот. Дэрил только хмыкнул себе под нос — коротко, без капли веры в её слова. — Ага... Конечно. Он двинулся к ещё одной двери в глубине склада, ступая бесшумно, будто сам был частью этой темноты. Пальцы легли на ручку, медленно нажали вниз. Дверь поддалась не сразу, с тихим скрипом уходя внутрь. Оттуда потянуло прохладой и слабым светом. Луч фонаря выхватил лестничный пролёт. — Лестница. — пробормотал Дэрил, оглядывая верхние ступени. — И вроде без сюрпризов. — Не сглазь. — тут же бросил Ти-Дог, крепче перехватывая мачете. — А то эти твари любят появляться сразу после таких слов. Уголок губ Саши дёрнулся в нервной усмешке. — Поздно. Теперь точно полезут. Рик первым шагнул к проходу. — Поднимаемся тихо. Без разговоров и без стрельбы, пока не прижмёт. — Ты это мертвецам потом тоже объясни. — буркнул Тайриз, но двинулся следом. Лестница встретила их вязкой тишиной. Старые ступени тихо поскрипывали под весом ботинок, и каждый звук казался слишком громким, будто разносился по всей больнице. Воздух здесь был другим — затхлым, тяжёлым, пропитанным запахом пыли, старой крови и чего-то влажного, давно сгнившего внутри стен. Дэрил шёл первым, держа арбалет поднятым. Напряжённый, сосредоточенный, он вслушивался в каждый шорох так, словно мог услышать опасность раньше, чем она покажется из темноты. Бет поднималась сразу за ним — медленно, сжав зубы, игнорируя слабость. Дэрил уже дважды попытался придержать её за локоть, и оба раза она молча выдёргивала руку. На третий раз он не выдержал. — Если свалишься, я тебя всё равно потащу. — бросил он вполголоса, даже не оборачиваясь. — Если будешь ворчать ещё громче, ходячие сами разбегутся. — устало парировала Бет. Ти-Дог тихо фыркнул за их спинами. — Вот теперь я начинаю верить, что мы ещё живы. Дэрил только качнул головой, но в напряжённой линии его плеч что-то едва заметно смягчилось. Позади них Саша держала винтовку у плеча, внимательно контролируя лестницу снизу. Мишонн и Тайриз двигались следом, прикрывая тыл. Рик замыкал колонну, время от времени подсвечивая фонарём стены и дверные проёмы, будто ждал, что из темноты вот-вот вынырнет очередной мертвец. Когда они добрались до второго этажа, стало ещё тише. Коридор тянулся вперёд длинной серой кишкой, наполовину утонувшей во мраке. Где-то вдалеке мерцала аварийная лампа, то вспыхивая, то почти угасая. Свет дрожал, превращая стены в нечто живое и дёрганое. Рик развернул карту, которую сорвал ещё внизу, быстро сверился с обозначениями. — Аптека и склад медикаментов дальше по коридору. — сказал он негромко. — Если схема не врёт. — А если врёт? — спросил Тайриз. — Тогда у нас будет повод очень сильно разозлиться перед смертью. — сухо ответила Мишонн. — Обнадёживает. — пробормотал Ти-Дог. Дэрил уже двинулся вперёд вдоль стены — медленно, осторожно, будто охотник, вошедший в чужую территорию. Остальные растянулись за ним цепочкой. Бет чувствовала, как внутри всё неприятно сжимается от этого места. Больница будто смотрела на них. Наблюдала. Слушала их дыхание. Дверь склада нашлась почти в конце коридора. Обычная серая дверь с облупившейся краской и перекошенной табличкой. Дэрил остановился первым, коротко переглянулся с Риком и медленно нажал на ручку. Не заперто. Он толкнул дверь плечом, мгновенно вскидывая арбалет. Луч фонаря скользнул внутрь — по коробкам, полкам, разбросанным упаковкам лекарств. Ни движения. Ни звука. Дэрил медленно выдохнул через нос. — Чисто. — буркнул он и шагнул внутрь первым, так же не отпуская руку Бет. Тайриз щёлкнул фонарём первым, и тусклый луч света дрогнул по стенам склада, выхватывая из темноты перевёрнутые стеллажи и разбросанные по полу коробки. Следом вспыхнул фонарь Саши, и помещение сразу стало выглядеть ещё мрачнее — будто кто-то в панике рылся здесь до них, сметая всё подряд в отчаянной попытке выжить. Под ногами хрустело стекло ампул, смятые упаковки шуршали под ботинками, а воздух был густым от запаха лекарств, сырости и пыли. Но не всё оказалось разграблено. На дальних полках ещё виднелись нетронутые коробки, несколько запечатанных контейнеров и пластиковые ящики с медицинскими маркировками. Рик мгновенно вытащил сложенный лист бумаги — потрёпанный список, исписанный ровным почерком Хершела. Его взгляд быстро пробежался по строчкам. — Работаем быстро. — голос у него был низким и жёстким, без лишних эмоций. — Нам нужны антибиотики. Цефтриаксон, амоксициллин. Ищите жаропонижающее. Ибупрофен, парацетамол — всё, что не превратилось в мусор за эти годы. Ещё физраствор, Рингер, системы, шприцы, спирт. Всё, что поможет удержать человека живым хотя бы ещё один день. Никто не спорил. Они разошлись по складу почти молча, и только шорох коробок, приглушённые шаги и редкие короткие фразы разбивали давящую тишину. Мишонн двигалась быстро и чётко, будто работала здесь раньше. Она уже вытаскивала с верхней полки упаковки антибиотиков, проверяя сроки годности одним коротким взглядом. — Эти ещё нормальные. — бросила она, засовывая лекарства в рюкзак. Тайриз опустился на одно колено возле опрокинутого контейнера и начал перебирать содержимое. — Шприцы есть. Бинты тоже… мать твою, хоть что-то здесь решили не воровать. — Наверное, сдохли раньше, чем успели. — сухо бросила Саша, не поднимая головы. Ти-Дог коротко усмехнулся себе под нос. — Люблю твой оптимизм. — Ага, сама от него в восторге. На секунду это даже напоминало что-то нормальное. Старый мир. Людей, занятых обычной работой. Только вместо супермаркета — мёртвая больница, вместо покупателей — выжившие с оружием, а за стенами вместо машин и голосов тянулось бесконечное рычание ходячих. Бет отошла к окну. Дэрил заметил это сразу, но ничего не сказал. Только проводил её взглядом, продолжая шарить по ящикам возле стены. За мутным стеклом серел город — пустой, выцветший, будто из него выкачали саму жизнь. Машины ржавели прямо посреди улиц, ветер гонял мусор между тротуарами, а внизу медленно бродили мертвецы, сталкиваясь друг с другом тупыми, дёргаными движениями. И всё же что-то было не так. Бет не сразу поняла, что именно заставило её напрячься. Не звук. Не движение. Скорее чувство. Тонкое, неприятное, как холодная вода под кожей. Интуиция, которая за последние месяцы слишком редко ошибалась. Её пальцы медленно сжались на подоконнике. Что-то здесь было неправильно. Позади неё глухо хлопнула дверца тумбочки. — Нашёл. — голос Дэрила прорезал тишину. Он выпрямился, держа в руке запечатанный флакон, и Рик сразу подошёл ближе. — Что у тебя? Дэрил прищурился, читая потёртую этикетку. — Цефтриаксон. На лице Рика впервые за всё время мелькнуло что-то похожее на облегчение. — Отлично. Берём. Но радость продержалась недолго. Саша резко замерла посреди комнаты. Она стояла неподвижно, чуть повернув голову к двери, и выражение её лица изменилось почти мгновенно. Серьёзное. Настороженное. — У нас проблемы. — тихо произнесла она. В складе сразу стало слишком тихо. Даже Дэрил перестал двигаться. — Что? — коротко спросил Рик. Саша ничего не ответила сразу. Только медленно кивнула в сторону коридора. И тогда остальные тоже услышали. Топот. Не один звук. Много. Тяжёлые шаркающие удары разносились по этажу всё ближе, смешиваясь с хрипами и глухим скрежетом. Будто сама больница начала двигаться в их сторону. Тайриз выругался первым. — Да вы издеваетесь… Рик стиснул челюсть так сильно, что на скулах заходили желваки. — Собираемся. Сейчас же. Дэрил уже оказался возле окна. Одним движением отодвинул Бет чуть себе за спину и выглянул вниз. И тут же грязно выругался.По-настоящему. С такой злостью, что даже Ти-Дог невольно поднял голову. Дэрил ударил кулаком по раме. — Чёрт! — Что там? — резко спросила Мишонн. Он не сразу ответил, продолжая смотреть вниз. А потом процедил сквозь зубы: — Они стягиваются сюда. Со всех сторон. Бет почувствовала, как внутри неприятно похолодело. Рик шагнул ближе. — Насколько всё плохо? Дэрил мрачно усмехнулся — без капли веселья. — Настолько, что если прыгнем вниз, нас сожрут раньше, чем коснёмся земли. Тишина стала тяжёлой. За дверью топот звучал уже совсем близко. Рик быстро оглядел остальных, мгновенно принимая решение. — Возвращаемся через служебный вход. Это единственный шанс выбраться. — Значит, придётся пробивать дорогу. — Дэрил перевёл взгляд на Бет, и в его голосе снова появилось то опасное спокойствие, которое всегда означало одно — он уже готов убивать. И именно в этот момент в дверь ударились. Один раз. Тяжело. Дерево дрогнуло. Потом второй. Уже сильнее. Металл жалобно заскрипел под натиском. Рик медленно поднял револьвер. — Всем приготовиться. Дверь не выдержала на третьем ударе. Сначала по металлу пошла трещина — короткая, визгливая, будто само здание взвыло от напряжения. Затем створку резко вдавило внутрь, и в следующий миг она сорвалась с петель с таким грохотом, что эхо раскатилось по всему этажу. В проём сразу же повалили мертвецы. Не по одному. Толпой. Серой, рваной, смердящей массой, которая двигалась вперёд без страха и усталости. Воздух моментально стал тяжёлым от вони разложения, засохшей крови и сырого гниения. — Дерьмо! — рявкнул Дэрил. Арбалет дёрнулся в его руках почти инстинктивно. Болт с хрустом вошёл прямо в глаз первому ходячему, и тот рухнул назад, цепляя остальных. Но свободное место тут же заняли новые. Их было слишком много. Они лезли через дверь, цеплялись друг за друга, скребли руками стены и полки, рычали так, будто сама больница проголодалась вместе с ними. Рик выстрелил первым. Грохот револьвера ударил по ушам. Голова одного из мертвецов дёрнулась назад, разбрызгивая по стене тёмную слизь. Ещё выстрел. — Экономьте патроны! — рявкнул он, перекрывая общий шум. — Не палите без толку! Но говорить это было проще, чем выполнить. Ти-Дог уже сцепился с ходячим почти вплотную. Тот навалился на него всем весом, щёлкая челюстью в нескольких сантиметрах от лица. Ти-Дог грязно выругался и с силой вогнал мачете ему в висок. Череп треснул влажно и мерзко. Тело обмякло, но за ним сразу потянулись новые руки. — Да они, блядь, бесконечные! — процедил Тайриз, ударяя прикладом по чьей-то морде. Саша молча сорвала с пола рюкзак с медикаментами и вскинула винтовку. Её движения были резкими, отточенными до автоматизма. Выстрел. Ещё один. Она не тратила ни одного лишнего движения. Бет почти не успела понять, как один из ходячих оказался рядом. Только что он был среди остальных — и вот уже прямо перед ней. Полусгнившее лицо, пустые глаза, дёрганое дыхание сквозь рваное горло. Мертвец рванулся вперёд. Нож сам оказался у неё в руке. Она ударила резко. Снизу вверх. С такой силой, что лезвие вошло почти по рукоять. Ходячий обмяк. Бет тяжело выдохнула, ощущая, как внутри всё дрожит — не от страха, а от выброса адреналина. Руки тряслись, плечо ныло, тело всё ещё было слишком слабым после всего, через что её протащили, но сейчас организм будто забыл об этом. Осталось только одно — выжить. Мишонн отсекла катаной руку очередному мертвецу и резко обернулась к остальным. — Нам нужен выход! Сейчас! Дэрил уже метнулся к дальней двери. Он ударил в неё плечом так сильно, что дерево жалобно скрипнуло. Створка распахнулась внутрь. — Открыто! Он мгновенно оказался рядом с Бет и крепко схватил её за запястье. Не грубо. Не из злости. Просто так, будто боялся потерять её в этом хаосе хотя бы на секунду. — Сюда! Быстро! Она даже не попыталась выдернуть руку. Они выскочили в коридор почти одновременно. Позади всё ещё грохотали выстрелы и хрипели мертвецы. Пол дрожал от топота. Ти-Дог последним вывалился наружу и с силой захлопнул дверь. Почти сразу с другой стороны в неё ударилось несколько тел. Дерево содрогнулось. — Есть чем забаррикадировать?! Тайриз быстро осмотрелся и заметил тяжёлый металлический шкаф, валявшийся у стены. — Рик, помогай! Они вдвоём навалились на него, с грохотом толкая по полу. Металл скрежетал так громко, что зубы сводило. Шкаф врезался в дверь как раз в тот момент, когда изнутри снова ударили мертвецы. Бум. Дверь дёрнулась. Бум. По дереву пошли новые трещины. Рик тяжело перевёл дыхание, прислушиваясь к скрежету когтей с другой стороны. — Надолго это их не удержит. — Тогда нехрен стоять! — огрызнулся Дэрил. Он уже двигался вперёд по коридору, арбалет в одной руке, второй всё ещё удерживая Бет рядом с собой. Пальцы крепко сжимали её запястье, будто он и правда собирался тащить её силой, если понадобится. Бет молчала. Горло саднило от тяжёлого дыхания, ноги подкашивались всё сильнее, но жаловаться сейчас казалось чем-то бессмысленным. Они были внутри чёртовой больницы, забитой мертвецами, и единственное, что имело значение — выбраться наружу раньше, чем стены окончательно сомкнутся вокруг них. Коридор уводил к аварийному выходу. Рик ускорил шаг. Где-то позади снова раздался треск двери. — Быстрее! — бросила Саша. Мишонн первой добралась до выхода — и резко остановилась. Так резко, что Дэрил едва не врезался ей в спину. — Нет. Не туда. Тайриз нахмурился, переводя дыхание. — Ты сейчас серьёзно? Мишонн молча указала вниз, на лестничный пролёт за распахнутыми створками. Дэрил шагнул ближе, бросил быстрый взгляд вниз — и лицо его моментально стало жёстким. — Да чтоб вас всех… — зло выдохнул Дэрил. Внизу, у самого аварийного выхода, клубилась живая — точнее, уже давно мёртвая — масса тел. Ходячие бродили по тесному холлу, сталкиваясь друг с другом, царапая стены серыми пальцами, медленно поднимая головы на любой звук. Их было слишком много. Несколько десятков, не меньше. Они заполнили весь первый этаж, перекрывая путь наружу так плотно, будто сама больница решила окончательно захлопнуть перед ними дверь. И всё же дело было не только в мертвецах. Бет почувствовала это мгновенно. Что-то было неправильно. Слишком тихо. Слишком… выжидающе. Её интуиция буквально вцепилась в затылок ледяными пальцами. Сердце заколотилось быстрее, лихорадка снова ударила в виски тупой болью, а дыхание стало тяжёлым. В голове шумело после недавней драки, мысли путались, но внутреннее чувство опасности уже вовсю кричало — они здесь не одни. И в следующую секунду тишину разорвало выстрелами. Сразу с нескольких сторон. Грохот ударил по коридору так резко, что у Бет зазвенело в ушах. Искры посыпались со стены рядом с Тайризом. Кто-то инстинктивно пригнулся. Мишонн мгновенно шагнула вперёд, вскидывая катану, Саша уже навела винтовку в сторону лестничного пролёта, а Рик рванул Бет себе за спину прежде, чем сам успел это осознать. Из темноты нижнего этажа появились силуэты. Несколько человек. Вооружённые. Они двигались быстро, уверенно, явно зная, куда стреляют. Луч чужого фонаря полоснул по лестнице, выхватывая лица, оружие, кровь на одежде выживших. — Контакт! — рявкнул Ти-Дог. И почти сразу прогремели ещё два выстрела подряд. Первый — в потолок. Предупреждение. Второй — уже в человека. Мужчина, стоявший возле перил внизу, дёрнулся всем телом и рухнул на пол так резко, будто у него подломились кости. Бет даже не успела понять, был ли это один из чужаков или кто-то, кого они не заметили раньше. А потом всё произошло слишком быстро. Она услышала хриплый вдох Дэрила. Резкий. Сдавленный. И только когда он пошатнулся, ударившись плечом о стену, Бет увидела тёмное пятно крови, стремительно расползающееся из раны. Мир на секунду провалился куда-то вниз. — Дэрил! Она сорвалась с места раньше, чем успела подумать. Лихорадка, слабость, боль в собственном теле — всё исчезло мгновенно, будто организм просто отключил это ради одной-единственной мысли. Добраться до него. Дэрил скривился, стиснув зубы так сильно, что на скулах заходили желваки. Одна рука уже прижимала рану, но арбалет он всё равно не выпустил. — Блядь… — выдохнул он сипло. Бет опустилась рядом настолько быстро, насколько вообще могла двигаться после последних дней. Пальцы тут же дрогнули от вида крови. Слишком много. Снова. Нет. Только не снова. Остальные уже взяли незнакомцев на прицел. Коридор мгновенно превратился в натянутую струну, где любой следующий звук мог стать началом бойни. — Оружие вниз! — рявкнул Рик, наставляя револьвер прямо в темноту. Из полумрака медленно вышел высокий мужчина с густой бородой. На вид лет сорок. Усталое лицо, потёртая куртка, автомат в руках. За ним держались ещё четверо. Настороженные. Голодные. Напряжённые до предела. И опасные. Мужчина поднял свободную руку, будто пытался показать мирные намерения, но ствол его оружия при этом всё равно оставался направлен в их сторону. — Просто отдайте медикаменты. — произнёс он громко, стараясь перекрыть рычание мертвецов внизу. — Нам нужны лекарства. Забираем их — и расходимся. Никто больше не пострадает. Даю слово. Рик даже не моргнул. Он слишком хорошо знал этот тон. Ту самую фальшивую спокойную вежливость, за которой уже стояла готовность убивать. Его взгляд на мгновение скользнул к Дэрилу, потом к рюкзакам с лекарствами. Нет. После всего, через что они прошли ради этих медикаментов, после крови, мертвецов — он скорее бы сдох здесь, чем позволил кому-то отнять это. Револьвер в его руке поднялся чуть выше. — Тогда слушай меня внимательно, — голос Рика прозвучал холодно и жёстко. — Разворачивайтесь и валите отсюда, пока ещё можете ходить своими ногами. Несколько секунд никто не двигался. Напряжение стало почти физическим. Бет слышала тяжёлое дыхание Дэрила рядом с собой. Чувствовала запах крови. Видела, как дрожат пальцы мужчины напротив на спусковом крючке. Кто-то из чужаков нервно дёрнулся. А затем снова прогремел выстрел. Выстрелы грянули почти одновременно. Коридор утонул в оглушительном грохоте — коротком, яростном, рваном. Пули врезались в стены, выбивали бетонную крошку, со звоном рикошетили от металлических перил. Вспышки выстрелов на секунды выхватывали из темноты перекошенные лица, кровь на полу, напряжённые руки на оружии. Рик стрелял первым — быстро, жёстко, без колебаний. Тайриз уже заслонил собой проход, отвечая огнём так яростно, будто мог одной злостью продавить чужаков обратно во тьму. Бет почти не слышала этого. Мир резко сузился до одного человека перед ней. Дэрил тяжело привалился к стене, дыша сквозь зубы. Кровь сочилась между его пальцев густыми тёмными толчками, пропитывая куртку всё сильнее. Его лицо стало серым, под глазами легли резкие тени, а ресницы дрогнули так вяло, будто даже держать глаза открытыми теперь требовало усилий. — Эй… — сорвалось у Бет хрипло. — Не смей сейчас отключаться, слышишь меня?.. Она дрожащими пальцами осторожно отвела его ладонь от раны. Ткань прилипла к коже от крови. Дэрил едва заметно дёрнулся от боли, глухо выругавшись себе под нос. Пуля вошла ниже ключицы. Не навылет. У Бет мгновенно похолодело внутри. Нет. Нет-нет-нет. Только не это. Где-то рядом снова закричала Саша, Рик рявкнул что-то Тайризу, но звуки будто уходили под воду. Бет смотрела только на кровь. На слишком знакомый алый цвет. На то, как тяжело поднимается грудь Дэрила. Он медленно приоткрыл глаза. Мутный взгляд скользнул по её лицу, задержался на руках, зажимающих рану. Даже сейчас, едва оставаясь в сознании, он будто пытался убедиться, что с ней всё нормально. И именно поэтому не заметил того, что происходило за её спиной. — Бет! Сзади! — резко крикнула Саша. Всё произошло за долю секунды. Бет обернулась почти инстинктивно. Из полумрака коридора к ней уже рвался один из чужаков — быстро, зло, с ножом в руке. Он двигался прямо к ней, перепрыгивая через тела, и в его взгляде не осталось ничего человеческого. Только паника, жадность и желание выжить любой ценой. У Бет перед глазами поплыло. Лихорадка ударила резко, почти ослепляя. Пол качнулся под ногами, виски пронзило тупой болью. Но тело сработало раньше сознания. Она рванула пистолет из-за пояса Дэрила. Пальцы легли на рукоять удивительно уверенно — будто помнили это движение лучше неё самой. Бет даже не поднялась. Оставшись на коленях возле Дэрила, она вытянула руку вперёд, тяжело дыша, почти не видя ничего перед собой кроме смазанного силуэта. Нажала на курок. Выстрел ударил по ушам. Мужчину отбросило назад. Он рухнул на пол так резко, словно из него разом выдернули все кости. Нож со звоном откатился к стене. На мгновение стало тихо. Только дыхание. Только кровь. Только бешено колотящееся сердце. Бет медленно опустила пистолет. Пальцы вдруг перестали слушаться. Мир окончательно расплылся перед глазами — стены, люди, свет фонарей смешались в одну мутную серую массу. Она ещё успела почувствовать, как кто-то зовёт её по имени, а затем тело просто обмякло. И Бет рухнула рядом с Дэрилом, потеряв сознание.

***

Когда перестрелка наконец закончилась, в больнице снова остались только хрипы ходячих где-то внизу да тяжёлое дыхание выживших. Пахло порохом. Кровью. Смертью. Рик первым опустил револьвер. Его грудь тяжело вздымалась после драки, а взгляд оставался холодным и настороженным — будто он всё ещё ждал, что кто-то поднимется с пола и снова начнёт стрелять. Но никто уже не поднимался. — Надо уходить. Сейчас. — коротко бросил он. Тайриз молча кивнул. Они вдвоём подхватили Дэрила под руки. Тот попытался идти сам, упрямо, через силу, но ноги едва держали его. Кровь всё ещё медленно стекала по куртке, и челюсть у него была сжата так сильно, что на скулах ходили желваки. — Я сам, блядь… — прохрипел он. — Конечно, сам. — сухо отрезал Тайриз. — А мы просто рядом постоим для красоты. Даже сейчас Дэрил попытался огрызнуться, но сил на полноценную ругань уже не осталось. Саша вместе с Мишонн осторожно подняли Бет. Она была почти невесомой — слишком бледная, слишком горячая от лихорадки. Голова безвольно склонилась набок, светлые волосы рассыпались по плечам, цепляясь за окровавленную куртку. Дэрил дёрнулся сразу же, едва увидел её в таком состоянии. — Бет… — сипло выдохнул он. Мишонн коротко посмотрела на него. — Жива. Идём. Ти-Дог замыкал колонну, постоянно оглядываясь назад. Пальцы крепко сжимали мачете, а взгляд метался по коридорам больницы, будто он ожидал нового нападения из каждой тёмной двери. Они двигались быстро. Практически тем же путём, которым пришли сюда утром, только теперь свернули через другое крыло больницы — более узкое, полутёмное, забитое перевёрнутыми каталками и брошенным оборудованием. Ходячих там оказалось меньше, но тишина от этого становилась только хуже. Иногда из палат доносилось слабое шарканье. Иногда за мутными дверями мелькали силуэты. Иногда кто-то начинал скрестись в стены, услышав живых. Но останавливаться никто не собирался. Каждый понимал: ещё немного — и либо они выберутся, либо эта больница сожрёт их всех. Когда впереди наконец показался служебный выход, Рик впервые за всё время позволил себе короткий выдох облегчения. Дверь распахнулась наружу со скрипом. В лицо сразу ударил холодный мартовский воздух. После вони крови и гнили он казался почти нереальным. Машину загрузили быстро. Дэрила усадили у окна, и он тут же тяжело откинул голову назад, прикрывая глаза. Бет осторожно устроили рядом с ним. Даже без сознания она будто инстинктивно потянулась ближе, плечом касаясь его руки. Дэрил заметил это сразу. И, несмотря на боль, всё-таки сжал её холодные пальцы своими. Совсем слегка. Будто боялся, что если отпустит — она снова исчезнет. Остальные разместились как пришлось. Тайриз и Ти-Дог почти втиснулись между рюкзаками с медикаментами, Саша молча проверяла магазин винтовки, Мишонн сидела у двери, не убирая катану далеко от себя. Рик сел за руль последним. Несколько секунд он просто смотрел через лобовое стекло на мёртвый город впереди. На пустые улицы. На разбитые машины. На ходячих, медленно выползающих к больнице из соседних переулков. А потом молча завёл двигатель. Машина дёрнулась с места и покатила вперёд, унося их прочь от больницы. Прочь от города. Домой. Если место вроде тюрьмы вообще ещё можно было назвать этим словом.

***

Прошло трое суток с тех пор, как они вернулись из той проклятой больницы обратно в тюрьму. Трое долгих дней, пропахших лекарствами, тревогой и чужим бессонным дыханием за тонкими тюремными стенами. Бет приходила в себя медленно, будто выныривала из густой тёмной воды, которая всё это время тянула её обратно вниз. Первое, что показалось странным — жара больше не было. Ни липкого огня под кожей, ни тяжёлой мутности в голове, от которой мысли раньше расползались в разные стороны. Только слабость. Тянущая, вязкая, но уже терпимая. Она открыла глаза не сразу. Ресницы дрогнули, взгляд долго цеплялся за потолок, за знакомые тени, за сероватый рассветный свет, льющийся сквозь решётки. Несколько секунд Бет просто лежала неподвижно, пытаясь понять, где находится и почему вокруг так тихо. А потом узнала свою камеру. Ту самую, которую когда-то пыталась превратить во что-то похожее на дом. Насколько вообще можно было сделать уютным бетонный тюремный мешок. На стене всё ещё висели аккуратно сложенные лоскуты ткани, возле матраса стояла старая коробка с мелочами, которые она почему-то продолжала хранить, а на спинке стула лежала её куртка. Всё было на своих местах. Мир не рухнул окончательно за те дни, пока она балансировала где-то между бредом и реальностью. Бет медленно приподнялась на локтях. Одеяло мягко сползло к животу. За окном уже занимался рассвет — холодный, прозрачный, почти мирный. Свет осторожно проникал в тюремный блок, окрашивая серые стены в бледное золото. После больничной вони, крови и грохота выстрелов это утро казалось почти неправильным. Она глубоко вдохнула. Голова больше не раскалывалась. Тело ломило, особенно руки и плечи, но впервые за последние дни мысли перестали путаться. Сознание было ясным. Почти пугающе ясным. Только тогда Бет заметила, что на ней пижама. Тихий выдох сорвался сам собой. Мэгги. Больше некому. И почему-то именно эта простая мысль согрела сильнее любого одеяла. Несмотря на весь ужас вокруг, несмотря на кровь, потери, мертвецов за стенами — сестра всё ещё оставалась рядом. Всё ещё заботилась о ней так, будто они находились не в тюрьме посреди конца света, а дома, где по утрам пахнет кофе и жареным беконом. Бет осторожно откинула одеяло и опустила ноги вниз. Прохладный бетон коснулся босых ступней, и по телу мгновенно пробежала дрожь. Настоящая прохлада. Не лихорадочный холод, от которого сводит кости, а живая, утренняя свежесть. Она даже прикрыла глаза на секунду, позволяя себе просто почувствовать это. Подниматься пришлось медленно. Тело всё ещё было слишком слабым после пережитого, мышцы ныли при каждом движении, но ноги хотя бы держали её. Уже победа. Бет вышла из камеры тихо, почти машинально придерживаясь рукой за перила второго этажа. Тюрьма ещё спала. В длинном блоке стояла та особенная утренняя тишина, которая бывает только перед самым пробуждением — хрупкая, натянутая, полная редких шорохов и чужого дыхания. Где-то внизу кто-то негромко кашлянул во сне. Скрипнула пружина старого матраса. За стенами глухо перекликались ходячие, бродившие у внешнего забора, но даже их хрипы сейчас звучали привычно. Почти буднично. Солнечный свет постепенно заполнял коридоры. Лучи скользили по решёткам, по облупленным стенам, по брошенным вещам, оставляя длинные золотистые полосы на полу. Бет медленно прошлась вдоль второго этажа, чувствуя, как волосы падают на плечи растрёпанными волнами. Она машинально заправила прядь за ухо и на мгновение остановилась у перил, глядя вниз. Первый этаж тоже ещё дремал. Почти все спали. Кэрол свернулась клубком под тонким одеялом возле камеры Дэрила. Гленн и Мэгги спали вместе, тесно прижавшись друг к другу так, будто даже во сне боялись потеряться. Где-то дальше Карл лежал на спине, закинув руку за голову, но даже во сне его лицо оставалось слишком серьёзным для ребёнка. Тюрьма дышала усталостью. И только один человек уже не спал. Рик сидел в столовой с Джудит на руках, слегка покачивая её, пока малышка тихо сопела у него на груди. Он выглядел измотанным так сильно, будто не ложился все эти трое суток вовсе. Щетина стала ещё темнее, под глазами залегли тяжёлые тени, а взгляд застыл где-то в пустоте перед собой. На столе рядом остывала кружка с чем-то, напоминающим кофе лишь цветом. Он пока не заметил Бет. И она вдруг поймала себя на том, что впервые за долгое время просто стоит посреди этой полутёмной тюрьмы и слушает тишину, в которой нет выстрелов. Нет криков. Нет звука чужой крови, стекающей по пальцам. Только рассвет. Только редкое дыхание спящих людей. И тяжёлое, упрямое ощущение того, что они всё ещё живы. Бет опустилась на лавку рядом с Риком осторожно, всё ещё прислушиваясь к собственному телу, будто оно могло в любой момент снова подвести её. Деревянная поверхность под ней была холодной, шероховатой, но почему-то именно эта простая реальность — жёсткая лавка, серый рассвет за решётками, тихое сопение ребёнка — ощущалась сейчас почти драгоценной. Джудит за эти дни будто действительно успела немного вырасти. Щёки округлились сильнее, кожа стала мягко-розовой после сна, а крохотные пальцы лениво цеплялись за край рубашки Рика. Она что-то едва слышно лепетала себе под нос, балансируя между сном и бодрствованием, но голос Рика снова убаюкал её, и малышка затихла, прижавшись к его груди. Рик повернул голову, и усталое напряжение на его лице треснуло почти мгновенно. — Бет! — голос прозвучал громче, чем он сам ожидал. От неожиданности Джудит сонно дёрнулась у него на руках. — Господи… ты нас всех до чёртиков перепугала. Он выдохнул через нос, качнув головой, будто только сейчас позволил себе поверить, что она действительно сидит перед ним живая. — Как ты себя чувствуешь? Голова? Лихорадка? Хершел с Мэгги места себе не находили. Да и остальные тоже. Бет невольно улыбнулась — устало, слабо, но по-настоящему. — Всё нормально, Рик. Ну… насколько вообще может быть нормально после всего этого дерьма. Голос после болезни всё ещё звучал тихо и слегка хрипло. Она опустила взгляд на свои ладони, медленно переплетая пальцы. — Слабость осталась. Будто меня катком переехали пару раз подряд. Но жара больше нет. И голова наконец не плывёт. Честно… это уже похоже на чудо. Рик коротко усмехнулся уголком рта. — В нашем мире чудо — это проснуться утром и не услышать, как тебя кто-то пытается сожрать. — Тогда у нас сегодня праздник. Тихий смешок сорвался у них обоих почти одновременно — короткий, уставший, слишком человеческий для места вроде тюрьмы. Бет чуть помолчала, прежде чем снова поднять взгляд. — А отец?.. — голос стал мягче. — Он сильно переживал? Рик посмотрел на неё так, будто ответ был очевиден. — Хершел за последние трое суток спал часа два, не больше. Постоянно проверял тебя. И Дэрила заодно. Мэгги вообще готова была лично пристрелить тебя, когда узнает, что ты очнулась и опять решила ходить без посторонней помощи. При имени сестры Бет невольно отвела взгляд, тихо выдыхая. — Она, наверное, тогда жутко испугалась… когда я сбежала в ту больницу. — Испугалась? — Рик качнул головой. — Бет, она чуть весь блок вверх дном не перевернула. Гленн еле успокаивал её. И будто услышав собственное имя сквозь сонную тишину тюрьмы, в столовую вошла Мэгги. Она выглядела растрёпанной после сна — волосы кое-как собраны, рубашка помята, глаза ещё мутные от усталости. Но стоило ей поднять взгляд и увидеть Бет, как всё остальное перестало существовать. Мэгги замерла лишь на секунду. А потом почти бегом пересекла помещение. — Господи… Она обняла Бет резко, жадно, но всё равно осторожно, словно боялась случайно причинить ей боль. Бет даже не сразу успела понять, что происходит. Только почувствовала знакомый запах сестры, тепло её рук и то, как Мэгги дрожит всем телом, пытаясь удержать себя в руках. А затем горячие слёзы коснулись её шеи. И что-то внутри Бет болезненно сжалось. Она медленно обняла сестру в ответ, прижимаясь лбом к её плечу. — Эй… я здесь. — тихо выдохнула Бет. — Всё хорошо. — Ненавижу тебя. — глухо пробормотала Мэгги ей в шею. — Серьёзно. Ещё раз так сделаешь — сама привяжу тебя к кровати. — Звучит как семейная забота. — Это угроза. Рик тихо фыркнул, качая Джудит на руках, а Бет впервые за долгое время почувствовала, как внутри становится чуть легче. Через несколько минут к ним подошёл Хершел. Он ничего не сказал сразу. Только остановился рядом, глядя на дочерей так долго, будто пытался убедиться, что обе действительно здесь. Живые. Целые. Насколько это вообще ещё возможно. А потом осторожно обнял их обеих. — Мои девочки… — произнёс он тихо. Только для них. И в этих двух словах было столько усталости, любви и пережитого страха, что у Бет неожиданно защипало глаза. Следующие полчаса растворились в спокойных разговорах, негромких голосах и той редкой утренней тишине, которая иногда всё ещё приходила в тюрьму вместе с рассветом. Постепенно просыпались остальные. Где-то наверху скрипели двери камер, слышались шаги, сонное ворчание, чей-то кашель. Жизнь продолжалась — упрямо, через кровь, через страх, через всё, что пыталось их сломать. Когда в столовую вошла Кэрол, она сперва даже остановилась в дверях. Увидев Бет на ногах, она заметно выдохнула — так, словно всё это время сама не позволяла себе расслабиться. — Ну наконец-то, — сказала Кэрол мягко, подходя ближе. — А то я уже начала думать, что ты решила проспать конец света. Бет тихо усмехнулась. Кэрол наклонилась и крепко, по-матерински обняла её, осторожно поглаживая по волосам. — Ты нас напугала, милая. — Прости. — Не извиняйся. Просто больше так не делай. В голосе Кэрол не было упрёка. Только усталое тепло. Но спустя секунду выражение её лица стало чуть серьёзнее. — Тебе стоит проведать Дэрила. Бет едва заметно напряглась. Кэрол это заметила сразу, конечно заметила. — Он всё ещё не пришёл в себя окончательно. — продолжила она тише. — Рана тяжёлая. Хершел вытащил пулю, но крови он потерял слишком много. Последние сутки почти не просыпался. Что-то холодное медленно сжалось внутри Бет. Она опустила взгляд, чувствуя, как сердце начинает биться тяжелее. Перед глазами на мгновение снова вспыхнула больничный коридор. Кровь на его куртке. Его сиплое дыхание. И то, как он всё равно пытался смотреть только на неё, даже когда едва держался в сознании. Бет медленно кивнула. — Спасибо, Кэрол. Она поднялась со скамьи не сразу. Слабость всё ещё цеплялась за тело, но теперь к ней примешалось что-то другое. Тревога. Та самая, от которой невозможно избавиться, сколько бы ты ни убеждал себя, что всё уже позади. Тюрьма постепенно наполняясь голосами и движением, а Бет уже шла по коридору первого этажа к камере Дэрила, чувствуя, как с каждым шагом внутри становится всё тише. И страшнее. Когда Бет тихо зашла в камеру Дэрила, внутри стоял полумрак, разбавленный бледным утренним светом, просачивающимся сквозь решётки. Здесь всё выглядело почти так же, как и всегда: небрежно брошенная на стул куртка, арбалет у стены, несколько ножей, аккуратно разложенных так, будто даже во сне Дэрил не позволял себе настоящей беспечности. Никаких мелочей, способных сделать это место уютным. Ни ткани на стенах, ни попытки спрятать холод бетона. И всё же Бет вдруг поймала себя на странном ощущении — эта тесная камера казалась ей слишком знакомой. До боли. Будто здесь всё ещё оставалось что-то от того Дэрила, которого она когда-то знала раньше, ещё до всей боли, до предательства, до бесконечных попыток заново научиться доверять друг другу. Дэрил спал тяжело. Даже во сне его лицо оставалось напряжённым, словно тело не позволяло себе забыть о боли ни на минуту. Повязка туго перетягивала плечо и грудь, дыхание было медленным, хриплым, но уже не таким рваным, как в больнице. Бет осторожно присела на край кровати, стараясь не шуметь. Матрас едва заметно прогнулся под её весом. Несколько секунд она просто смотрела на него, а потом медленно подняла руку и коснулась его лба тыльной стороной ладони. Кожа была тёплой, но не горячей. Бет едва слышно выдохнула, сама не заметив, как напряжение внутри ослабло хотя бы немного. — Слава богу… — почти беззвучно сорвалось с её губ. Она уже хотела убрать руку, но пальцы задержались сами собой. Осторожно, почти невесомо, Бет отвела с его лица длинную прядь тёмных волос, прилипшую к виску. Дэрил чуть нахмурился во сне, но не проснулся. И Бет замерла. Просто смотрела на него, будто впервые позволила себе сделать это спокойно, без страха, без спешки, без чужих взглядов вокруг. На длинные ресницы, отбрасывающие тень на скулы. На упрямую складку между бровей, которая не исчезала даже сейчас. На мелкие царапины, покрывавшие кожу. На усталость, въевшуюся в него так глубоко, словно стала частью самого человека. У неё болезненно сжалось внутри. Бет медленно прижала свободную руку к груди, стиснув пальцы в кулак поверх сердца, будто пыталась удержать что-то рвущееся наружу. Было почти невыносимо видеть его таким. Израненным. Выжатым до предела. И понимать, что снова причиной стала она. Но хуже всего было другое. Он всё равно возвращался к ней. Снова и снова. Будто ещё тогда, на ферме, в тот первый день как они увидели друг друга, между ними действительно натянулась какая-то тонкая, невидимая нить, которую нельзя разорвать ни страхом, ни обидами, ни временем. И чем сильнее Бет пыталась убедить себя, что всё стало сложнее, тем отчётливее чувствовала — эта связь никуда не исчезла. Она только вросла глубже под кожу. Бет медленно потянулась, собираясь убрать руку с его лица, но внезапно сильные пальцы сомкнулись на её запястье. Она вздрогнула. В следующую секунду Дэрил резко притянул её ближе к себе, и Бет едва не потеряла равновесие. Сердце тут же ударилось о рёбра так сильно, будто пыталось вырваться наружу. И только тогда она поняла, что он уже не спит. Дэрил смотрел прямо на неё. Без тени сонной растерянности. Без привычного раздражения. Его взгляд был тяжёлым, внимательным и слишком серьёзным. Настолько серьёзным, что Бет вдруг стало не по себе куда сильнее, чем от любого ходячего за стенами тюрьмы. Он не отвёл глаз. Даже не попытался. — Чего ты хочешь сделать?.. — хрипло спросил он, голосом человека, который ещё не до конца выбрался из боли и сна. Бет растерялась мгновенно и по-настоящему. Слова будто застряли где-то в горле. — Я просто… проверяла тебя. Температуру… — тихо пробормотала она, чувствуя, как предательски сбивается дыхание. Дэрил несколько секунд молчал, продолжая держать её за запястье. Его взгляд медленно скользнул по её лицу, задержался на губах, а затем снова поднялся к глазам. — Бет Грин… — хрипло произнёс он, будто перекатывая её имя на языке. — Ты хоть понимаешь, что каждый раз толкаешь меня на какую-нибудь новую херню?.. В его голосе не было злости. Только усталость, натянутая до предела, и что-то ещё — тяжёлое, почти опасное своей откровенностью. Бет почувствовала это сразу. Именно поэтому дыхание предательски сбилось ещё сильнее. Она осторожно попыталась высвободить руку, но пальцы Дэрила лишь крепче сомкнулись на её запястье. Не больно. Просто так, будто он действительно боялся, что она сейчас исчезнет. — Я не просила тебя геройствовать. — тихо сказала Бет, стараясь говорить ровно. Дэрил коротко усмехнулся. Хрипло. Почти беззвучно. — Ага. Конечно. — он медленно качнул головой. — Ты вообще редко просишь. Просто берёшь и лезешь прямиком в ад, а остальные потом разгребают.