14.

10 ноября 1998 года.    Где только у них ни проходила Защита от Темных искусств, ведь преподаватели менялись каждый год, но любой кабинет был лучше, чем этот. Казалась, в обители Снейпа произошли нешуточные изменения: стены больше не были заставлены стеллажами со склянками и котлами, а парт не было вовсе. Класс выглядел пустым, за исключением стоявшего здесь единственного стола, и он принадлежал преподавателю. Это было уже третье занятие с новым учителем, но Джинни каждый раз накрывало ужасом, как только она приходила сюда, хотя ее нельзя было назвать пугливой девочкой. Темноту разбавляли лишь несколько свечей. Они были равномерно расположены по периметру комнаты, давая ровно столько света, чтобы студенты могли видеть фигуры и не натыкаться друг на друга.    Пламя свечей резко дернулось, когда раздался громкий хлопок, оповестивший о том, что дверь закрылась. Взмахнув обеими руками, мужчина, только что вошедший в кабинет, прибавил яркости огонькам. От такого резкого перепада уровня освещения, многие зажмурились.    — На сегодняшнем занятии не будет дурацких взмахов волшебной палочки. — Снейп обвел всех присутствовавших ледяным взглядом, ища прогульщиков. Закончив перекличку в своей голове и не досчитав одной персоны, он искривил лицо в недовольной гримасе и продолжил. — Мы будем изучать колдовство с использованием только ваших рук. Предупреждаю заранее, если увижу, что кто-то решит обхитрить меня и использовать палочку, сниму пятьдесят очков с каждого представителя вашего факультета. Надеюсь, я достаточно замотивировал вас, и мы можем продолжить.    Все студенты, как один, быстро кивнули.    — Мисс Уизли! Как бы трудно мне ни было признавать это, но вы показали пристойный уровень мастерства на предыдущих занятиях. Прошу вас подойти ко мне, чтобы выступить в качестве ассистента. — Джинни не могла поверить своим ушам, поэтому застыла на месте как вкопанная. — Живее!   Вмиг обретя контроль над своим телом, рыжая гриффиндорка вышла вперед на трясущихся ногах. Он наскоро объяснил ей, что и как надо делать, после чего дал остальным задание разбиться на пары и начал наблюдать за весьма посредственными попытками учеников. Джинни он приказал остаться возле него и смотреть на друзей.     — Мисс Уизли, — девушка резко почувствовала, как мужчина выдернул ее из транса. Снейп говорил ровно с такой громкостью, чтобы слышать его могла только она, не отрывая взгляда от отчаянных попыток студентов овладеть сложной техникой. — Почему я уже третий раз не наблюдаю вашу подружку на своих занятиях? Как думаете, как долго я еще буду закрывать на это глаза?   — А сами не догадываетесь, сэр? — Эмоции взяли над ней верх. Она язвительно ответила профессору, не задумываясь о последствиях.    — Будьте добры следить за языком! — он сверкнул глазами. — Я ведь могу и не посмотреть на вашу хорошую успеваемость и снять очки за дерзость.    Не добившись от девушки ответа, мужчина двинулся между пар студентов, уделяя большее внимание их занятию.    — Мистер Малфой! — голос профессора раздался громче всех остальных. В этот момент в кабинете повисла гробовая тишина. — Неужели вы правда думали, что я не замечу ваш мухлеж? Снимаю по пятьдесят очков с вас и мисс Паркинсон.    — Черт, нет… — жалобно простонала Пэнси, но, к ее несчастью, это услышали все.    — И еще десять, за столь изысканное обращение. Полагаю, факультету Слизерин сказочно повезло, что его представляют только двое семикурсников.    На этой грустной ноте занятие закончилось, и Снейп первым покинул кабинет, как всегда эффектно взмахнув мантией и вызвав такое колыхание воздуха, что все свечи погасли в один миг. Двигаясь на ощупь, небольшая кучка студентов покинула комнату, сразу направившись на ужин.    Гермиона уже сидела за столом Гриффиндора, как обычно уткнувшись в книжку. Только завидев подругу, Джинни направилась в ее сторону. Девушка плюхнулась на скамейку и наконец завладела вниманием Грейнджер.    — У меня две новости: хорошая и плохая. С какой начать?   — Я удивлена, что есть хорошая, — хмыкнула шатенка.    — Тогда с нее и начну. Снейп назвал мои магические способности «пристойным уровнем мастерства». Я ушам не поверила. Ни разу не слышала от него похвалы в сторону студента. Но думаю, он сказал это нарочно, чтобы потом…   — Ну-ка, ну-ка? Удивишь еще сильнее?   — Определенно! — она наклонилась ближе к подруге. — Он спросил, почему ты прогуливаешь. — ­­Глаза Гермионы закатились сами по себе.    —Честно, я больше удивлена, что он задался этим вопросом только сегодня, а не неделю назад. Такой выдержке можно позавидовать! — Саркастично произнесла девушка. — Странно, что он еще ни разу не снял с Гриффиндора очки. — Чтобы убедиться, она взглянула на песочные часы с красными камнями.    — Мне кажется, он вообще на нас внимания не обращает. А нам так даже и лучше! Хотя сегодня он был близок к этому… — загадочно протянула Джинни.    — Что ты имеешь в виду?   — Я не совсем корректно ответила ему…   — И как же?   — Сказала, что он и сам может догадаться, почему тебя нет.    — Смело. Я не верю, что он оставил это без внимания. Раньше он бы опустошил наши запасы очков за такое.    — Я же говорю. Что-то нечисто. Может это из-за тебя?   — Еще что придумаешь?   — Как ты думаешь, Снейп уже догадался, что это ты не дала ему умереть?   — Вряд ли. Даже такой человек, как он, не стал бы вести себя так по-свински, знай он правду.    — Может стоит напомнить ему об этом?   За своей дискуссией и поеданием ужина гриффиндорки не заметили, как к ним приблизился предмет их обсуждения. Он встал за спиной старшей из девушек и похлопал ее по плечу, пытаясь привлечь внимание. Она повернула голову, не ожидав увидеть его.    — Мисс Грейнджер, разрешите вас на пару слов?   Глаза Джинни округлились, и она поперхнулось едой, которую только загрузила себе в рот. Гермиона же оставила его вопрос без ответа и вернулась к ужину.    — Я понимаю, что вам сейчас гораздо интереснее пища, но прошу все-таки обратить на меня немного внимания. Я бы хотел поговорить с вами без свидетелей. — Сказал он, бросив безразличный взгляд на Джинни, которая продолжала таращиться на него, явно ожидая продолжения.    И на этот раз его просьба была проигнорирована. Грейнджер взяла свою сумку, медленно встала из-за стола и направилась к выходу из Большого зала. Она чувствовала, как мужчина направился за ней вслед. Как только они друг за другом покинули зал и оказались наедине, Снейп схватил ее за сумку, пытаясь остановить.    — Я уже не так молод, мисс Грейнджер, чтобы бегать за девушками. — В его голосе слышалась одышка. Ему явно пришлось прибавить шагу, чтобы нагнать ее. Гермиона неслась как бешеная, не желая разговаривать с преподавателем. — Пожалуйста, остановись! — внезапный переход на «ты» выбил девушку из колеи, вынудив затормозить так резко, что мужчина, шедший позади, налетел на нее. — Так гораздо лучше… — он с облегчением выдохнул.    Встав посреди коридора как вкопанная, Гермиона не стала оборачиваться на него. Несмотря на это, ей было интересно, что же Снейп скажет дальше. Он не заставил долго ждать.    — Гермиона, — в его голосе слышались нотки растерянности. Девушка чувствовала, что он готовит речь, перебарывая собственную натуру. — Я не хотел… — его отчаянные попытки собрать мысли во внятную речь уже начали испытывать ее терпение. — Я не хотел сделать тебе больно…    Грейнджер резко повернулась и бросила на него испепеляющий взгляд. Она была не в состоянии бороться с нахлынувшими эмоциями.    — Неужели? Мне так не показалось. — он явно не ожидал такой реакции. Она застала его врасплох и в ту же секунду вырвала свою сумку из его хватки. — Не надо говорить то, что вы на самом деле не имеете в виду! — закончив эту фразу, она снова бросилась в сторону лестниц.    — Я говорю чистую правду! — у него не осталось сил на то, чтобы вновь догонять ее. Он лишь бросил ей вслед, — Я был пьян!   — Я заметила! — крикнула девушка, даже не оборачиваясь.    ***   Мужчину мучила совесть. Он уже дважды пытался загладить свою вину, но оба раза девчонка убегала у него из-под носа. Он понимал, что она и дальше будет пропускать занятия, пока он не решит эту ситуацию. Поэтому он должен был сделать это как можно скорее. Во-первых, чтобы его не съедала совесть, а во-вторых, чтобы ее прогулы без каких-либо последствий не казались такими странными для других преподавателей и, в особенности, студентов, с которых он снимал очки за малейшую оплошность. Мысли метались в его голове с бешеной скоростью, не давая спокойно уснуть. Он уже потерял счет времени, но, в конечном итоге, погрузился в царство Морфея.   В кабинете зельеварения, как всегда, стоял шум, который профессор Слизнорт отчаянно пытался перекричать. Это было их первое занятие шестого курса. Преподаватель дал им задание приготовить Напиток живой смерти. Игнорируя предписания в учебнике, Снейп делал все по-своему, оставляя при этом пометки в книге, лежавшей перед ним. Он с ухмылкой наблюдал, как его сокурсники мучались с дремоносными бобами. Еще давно он вычитал в какой-то из книг о том, что скорлупа этих растений не поддается острию ножа. Там же было сказано: «Если вам необходимо получить сок, поместите боб под пресс». Он сразу же сообразил, что лучше прижать его лезвием плашмя. Получив положительный результат, он вновь оставил комментарий на полях. Ровно в тот момент, когда он закончил свою писанину, до него донесся девичий крик.   — Ай!   Моментально определив, кому принадлежал этот голос, он обеспокоенно повернулся в сторону источника звука. Лили Эванс стояла, окруженная мальчишками, потирая лоб.    — Все в порядке! Не о чем беспокоиться.    Джеймс Поттер отвел ее руку, чтобы взглянуть на место повреждения.   — Да ладно тебе, Джеймс! Меня же не василиск укусил! Ты посмотри: тут каждый второй с такой же «травмой» стоит.    — Да плевать мне на остальных! — Убедившись, что с его подругой не произошло ничего страшного, он вновь натянул нахальную ухмылку, повернулся к Снейпу и произнес — Нюнчик! Я вижу, дремоносные бобы тебя еще не атаковали. Я бы на их месте исполосовал тебе всю физиономию.   — Не дождешься! — Не обращая на задир внимания, пробубнил он себе под нос.   С момента их с Лили ссоры, произошедшей год назад, она еще ни разу не обратила на него внимания, но сегодня что-то резко поменялось. Она подошла к нему и с удивлением посмотрела в его котел.   — Ты уже их добавил?! Как тебе это удалось?   Он показал ей, после чего девушка бросила на него полный восхищения взгляд. Он чувствовал себя также, как раньше, будто никаких обид между ними и не было.   — Тебе правда не больно? — с искренней озабоченностью спросил он.   — Мне — нет, а вот ей — да.   — Кому ей?   — Гермионе, Сев.   Он стушевался под ее взглядом.   — Я не знаю, что делать, Лили. Я пытался все исправить.    — Попытайся еще раз, ради меня. И ради ее нежного сердца.   — Она не хочет меня слушать. Не стоять же мне сутками напролет у гостиной Гриффиндора, в надежде выловить ее.   — Почему бы и нет? Меня же ты так караулил. Не разбивай ее сердце.   Северус резко открыл глаза и сел в своей постели. Решение пришло к нему в ту же минуту.   ***   — Будьте добры, позовите мисс Грейнджер. — Обратился он к Полной Даме с обыкновенной холодностью.   — Ты время видел?! Все нормальные люди давным-давно спят.   Она как раз ненормальная. Улыбнулся он про себя.   — Видел. Но мне очень надо.    Женщина с портрета тяжело вздохнула и повернулась к нему спиной. Пробормотав что-то неразборчивое в сторону гостиной, она вновь одарила его своим вниманием.   — А ты не меняешься. Помню, ты много лет назад также поджидал мисс Эванс. Решил не менять тактику по завоеванию женского прощения?   — Она вообще выйдет? — спросил Снейп после нескольких минут молчания, последовавших за фразой женщины.    — Понятия не имею. Но тебя-то я точно внутрь не пущу.    — Позовите ее еще раз, — выдержав паузу, он нехотя добавил. — Пожалуйста.    Дама демонстративно закатила глаза и вновь отвернулась от мужчины.    — Сейчас будет.    — Благодарю. — Его вдруг охватило волнение.    Через пару минут портрет отворил дверной проем, и перед ним предстала девушка. На ее лице читалось явное нежелание выходить из спальни посреди ночи. Сложив руки на груди, Гермиона молча уставилась на него невидящим взглядом. Северусу было непривычно: обычно студенты боялись его, но девчонка, в данный момент стоявшая перед ним, очевидно, не испытывала таких чувств.    — Мисс Грейнджер, — его голос резко изменился. В нем больше не было прежнего безразличия. — Вы можете пойти со мной сейчас?   — Куда? Вообще-то я собиралась отойти ко сну. — Ее внешний вид противоречил словам. На ней все еще была школьная форма, не хватало только сумки с учебниками.    — Ко мне в кабинет.    — Ну уж нет, сэр. После некоторых событий я не особо горю желанием туда возвращаться.    — Как скажете. Тогда, может быть, на Астрономическую башню?   Любопытство было сильнее желания идти спать, поэтому, недолго думая, она молча двинулась вниз по лестнице. Мужчина тенью последовал за ней.  Поднявшись на самый верх башни, Гермиона направилась к своему излюбленному месту и достала картонную коробочку из кармана мантии. Вытащив одну сигарету, она, немного поразмыслив, протянула ее профессору.    — Угоститесь, сэр?   — Если позволите.    Приняв тонкую палочку из девичьей руки, он щелкнул пальцами, и над его ладонью появился небольшой огонек. Снейп поднес его сначала к ее сигарете, позволяя прикурить, а потом к своей. Следующие несколько минут они стояли в полной тишине, потягивая табачный дым. Мужчина испытывал смешанные чувства. С одной стороны — последний раз он видел сигареты у своего покойного отца, страдавшего этой вредной привычкой, и это вызывало грустные воспоминания о несчастливом детстве, а с другой — такая дыхательная гимнастика помогала привести разум в порядок лучше, чем алкоголь. Дойдя до фильтра, Северус растер бычок пальцами до состояния пыли. Девушка тоже успела докурить и теперь ждала, что же профессор хотел ей сказать. Видимо, он слишком долго собирался с мыслями, так как Гермиона направилась в сторону лестницы.    — Подождите! — девушка тут же остановилась, но не стала разворачиваться к нему лицом. Она почувствовала спиной, как мужчина приблизился к ней почти вплотную. — Прости меня… — он решил начать с самого главного. — Моему поведению нет оправдания. Я не хотел. Я правда не хотел.    Ее кровь моментально вскипела от гнева. Она резко повернулась к нему, но отшатнулась. Гриффиндорка не ожидала, что он стоит настолько близко.    — Вы не хотели? И я должна вам поверить? Вы удерживали меня силой, а потом без спросу вторглись в мои воспоминания! Вы правы, этому нет оправданий. — В ее голосе читалось разочарование, и у Снейпа по коже забегали мурашки.    — Я прошу прощения. Я готов сделать что угодно, чтобы искупить свою вину. Я искренне раскаиваюсь в своем поступке.    — Я не хочу даже видеть вас! — к глазам начали подкатывать слезы. Она и сама не заметила, как сжала кулаки и ударила его в грудь. — Не приближайтесь ко мне!   Он схватил ее за запястья, не желая больше испытывать на себе силу ее рук.    — Гермиона, успокойся. — В ту же секунду ее прорвало. Девушка начала безудержно плакать и дергаться, пытаясь вырваться. — Я понимаю, сейчас тобой движут эмоции, но не надо меня колотить.     Его сил едва хватало, чтобы противостоять ей. Она мотала головой, будто пытаясь вытрясти из нее все содержимое.    — Пусти! Отпусти меня! Только что извинялся, а теперь опять… — жалобные всхлипывания перешли в отчаянный рев.    Северус был уверен, что, как только отпустит ее, она сразу же убежит, не дослушав. В голову моментально пришла идея и, не дав себе времени на сомнения, он прижался своими губами к девичьим. Ее руки тут же обмякли, а спустя несколько мгновений рот Гермионы приоткрылся. Не упуская ни минуты, мужчина углубил поцелуй. Он все еще был нежным, но к тому же в нем появились нотки страсти. Ее губы были солоноватыми на вкус из-за недавно пролитых слез, а дыхание отдавало табаком. Снейп чувствовал, как девчонка таяла под ним, поэтому, как только он перестал ощущать сопротивление, отпустил запястья и накрыл ладошками ее лицо, вытирая большими пальцами дорожки слез, оставшиеся на щеках. Ее кожа была невероятно гладкой, а губы — теплыми и мягкими. Казалось, он мог не отрываться от нее, но затекшая шея вскоре напомнила о себе. Нехотя отстранившись, он заглянул в ее глаза шоколадного цвета. В них больше не было той ненависти, с которой она еще совсем недавно смотрела на него. Девушка тяжело дышала, жадно втягивая воздух, которого явно не хватало ей во время поцелуя.    — Спасибо тебе. Я знаю, что это ты спасла меня. Я буду обязан тебе до конца жизни.    Гермиона ничего не ответила, лишь поднялась на цыпочки, обвила его шею руками и впилась жадным поцелуем в его губы. Он ответил, мягко обняв ее за талию.    Это меньшее, чем я могу отблагодарить тебя, моя девочка.