3. Плюсы и минусы.

"1 сентября 1971 года». «Утро началось с чересчур восторженного голоса моего отчима. Его радость казалась подозрительной, даже для него. Я и не подозревал, что так сильно ему надоел. Вроде бы не плохо общаемся, по крайней мере, настолько, насколько это возможно между светлым и тёмным. И мама какая-то слишком счастливая. Не иначе, что-то задумали. Как оказалось, причина их ликования - моя предстоящая учёба. Каждый с ностальгией вспоминал свои школьные годы. Мама училась в Хогвартсе, а отчим - в Шармбатоне. В Хогвартсе ему было бы сложновато, слишком много там тёмных магов. Директор - яркий пример. А вот мой отец был на домашнем обучении. Повезло же ему. Почему со мной так нельзя было? Ладно, хватит ныть в стиле светлого, пора брать себя в руки. Завтрак был неплохим. Мне наконец приготовили яичницу с беконом, а сами ели какую-то зелёную слизь. Гадость! Настроение испортила ещё и боль во всём теле. Мой мопед сломался прямо подо мной на приличной скорости. Результат: много синяков и отбитая задница. Сидеть невозможно. Всё это подтверждает родословную, которую выдумал мой крёстный. У меня есть страсть - магловские мотоциклы. Светлые от одного их вида впадают в ступор. А мы, тёмные, признаём, что маглы создают волшебную технику. Мой мопед был со мной с восьми лет. Откуда его взял отчим, до сих пор загадка? Не верю я в его альтруизм. Я починил его, и он стал моим единственным другом на последние три года. И вот вчера он сломался. Я воспринял это как знак, что здесь меня больше ничего не держит. После завтрака мы поехали на вокзал. Вход на платформу порадовал. Я не понимал, зачем светлые разгоняются перед барьером, если можно просто войти. Наблюдение за ними отвлекло меня от грустных мыслей. Особенно забавно было смотреть на двух рыжих старшекурсников, которые разгонялись с приличного расстояния, держась за руки. На их лицах был такой страх, будто барьер их не пропустит. Светлые - странные. Мама вывела меня из транса, сказав, что пора. Тобиаса с нами не было, он боится поездов, а барьер стал бы для него шоком. Мы успели вовремя. До отправления три минуты. Мама обняла меня и заплакала. Впервые такое. Я тоже чуть не заплакал, хотелось закричать: «Мама, забери меня отсюда», но я сдержался и с гордо поднятой головой вошёл в вагон. Там творился хаос. Добро пожаловать, Северус, в ад... Найти пустое купе было сложно, но я смог. Разложил вещи и рухнул на сиденье. Зря я это сделал. Старые раны быстро не заживают. Мне было больно, до слёз. И тут в купе зашли двое темноволосых мальчишек-первокурсников. - Что тут за плакса? Уже соскучился по дому? - сказал один, со взъерошенными волосами и в очках. Если бы они знали, как я соскучился, особенно по друзьям. От боли я ничего не мог сказать. - Нюнчик, ты гордый или просто слабак? Слово не можешь сказать, наверное, всю жизнь за мамкиной юбкой прятался? - протянул второй, в дорогой мантии. Я мог бы ответить, но вспомнил мамины слова о том, что светлых обижать нельзя. Помню, как одного светлого недавно из петли доставали. Я молчал. Дверь снова открылась, и вошёл бледный мальчик. - Здесь есть место? - робко спросил он. - Конечно, заходи, мы тебе сейчас плаксу покажем, - заржали черноволосые. Терпения у тёмных нет. Я начал злиться. А разозлённого тёмного не остановить. Ему сейчас будет плохо. Бледный невольно остановил меня, задев своим сундуком. Я полетел обратно на сиденье. Вся злость ушла. Как же больно! А он ещё и извиняться начал. Его извинения прервал хохот моих соседей. Это у них нервное или клиника? Бледный сел рядом со мной. В нём было что-то родное, эманации тьмы, но тёмным он не был. Интересно. Я решил уйти и вышел в коридор. На меня налетела рыжая девочка. Голос знакомый. Точно! Отчим купил дом в Тупике Прядильщиков. Помню скандал, который разразился через неделю. Тогда отчим попытался качать права. Я застал финал, когда мама показала, кто здесь главный. В тот день я познакомился с девочкой на качелях. Она была волшебницей, но боялась этого. Я её успокоил, рассказал про Хогвартс, показал фокусы. Её звали Лили. Она услышала скандал. Это был повод уйти. С Лили мы изредка виделись. Неделя прошла быстро, и мы уехали. Кстати, крёстный откопал адрес этого дома, и теперь я там живу. Наверное, я производил на неё жалкое впечатление. Вечно в рваной одежде, грязный. Но какая мне разница? - Привет, Лили, - тут поезд начал замедляться, - нам пора переодеваться в школьную форму, - улыбнулся я. На том мы и распрощались. В купе давешние придурки обсмеяли мою одежду, хотя она была совсем новой. На перроне нас ожидал громила, назвавшийся Хагридом. Он оперативно распределил всех по лодкам, и мы поплыли к замку. К облегчению, Лили и попутчиков из купе в моей лодке не оказалось. Замок, словно мираж, внезапно возник из тумана, явив всю свою величественную красоту. Вокруг поднялся шум восхищения этим древним строением, а в моей голове засело одно: «Маменька, забери меня отсюда». Чёрт, опять веду себя как маменькин сынок, хотя какая разница между сопливым ребёнком и несовершеннолетним тёмным магом? Далее я как будто выпал из реальности, погрузившись в свои мысли. Очнулся от собственных раздумий, когда услышал своё имя: Северус Тобиас Снегг. До боли знакомое имя. Вроде бы моё. И что дальше? Подхожу ближе к скамейке. Сажусь. На голову водружают нечто, отдалённо напоминающее шляпу. - Что же здесь у нас? - раздался в голове скрипучий голос. Она ещё и разговаривает! Вот уж диво. - Ого! С таким случаем я давно не сталкивалась. Тёмный, вот это номер. И что же с тобой делать? Куда тебя направить? Тёмным всё равно, где учиться, верно? - А нельзя ли сказать, что я ни одному факультету не соответствую и порекомендовать мне вернуться домой? - Нет, юноша, так просто мы тебя не опустим, распределить куда-то всё же необходимо, - после этих слов в моём воображении возник образ самодовольного блондина из магазина мадам Малкин, активно звавшего меня в Слизерин, от чего непроизвольно вырвалось: - Только не Слизерин! Только не Слизерин... Ехидный смешок прозвучал в голове: - Сам Салазар, будучи тёмным волшебником, однажды дал ценный совет: чтобы правильно воспитать тёмного, нужно сделать всё наоборот, вопреки его желаниям, поэтому... СЛИЗЕРИН! Я ещё никогда так близок к акту вандализма. Сдержанные аплодисменты прокатились от соседнего стола. Я сел за стол. Обернувшись на пол пути, я встретился взглядом с крёстным. Его ухмылка, подмигивание и тост в мою честь вызвали лишь раздражение. Лицемер! Любит же он меня! Размышляя за столом, я принялся оценивать текущее положение. Начну, пожалуй, с хорошего, хотя его и немного. Кормить нас будут три раза в день. Лично я намерен налегать на мясное - это однозначно плюс. И, кажется, наши спальни где-то под землёй, что тоже можно расценивать как преимущество. Даже эта шляпа сказала что Слизерин любил комфорт. Теперь о плохом. Сам факт моего пребывания в Хогвартсе - огромнейший минус, который ничего не перекроет. Вокруг толпы светлых! Как тут не сойти с ума, когда у нас даже метаболизм разный! А ещё я в Слизерине, и Малфой - староста. И крёстный помогать мне не собирается. - Что стоишь, пора спать, - тон старосты раздражает больше чем те голоса в купе. Нужно с этим что-то делать. - Иду уже. Спать, значит спать...» - Разве Малфой не был его лучшим другом? - прозвучал изумлённый возглас. - Неужели Снегг не мечтал учиться на змеином факультете? - ахнули в другом углу. - Разве Снегг не любил маму ещё до начала учёбы? - обиженно проговорил Гарри Поттер. - Сколько вопросов, я же говорила, всё потом, - с усмешкой произнесла Эйлин, отпивая коктейль с зонтиком. Никто не задался вопросом, откуда он взялся в месте, где магия почему-то не работает, - Дальше, мальчик, шоу должно продолжаться .