Часть 41 - Не помнишь?

— Кажется, в убежище пытаются пробиться. Кто-то только что взорвал первые ворота. Остались ещё одни. Они более прочные и смогут выдержать большее количество ударов, но всё равно рано или поздно падут и они тоже…       Сакура удивлённо обернулась к мужчине, стоящему рядом с ней и бормотавшему себе под нос тревожные прогнозы. — Откуда вы это знаете? — Я инженер, который занимался проектировкой этого убежища. — Вы? — поражённо переспросила Сакура. Вот так совпадение. Мужчина, чьей матери она помогла на улице и который по стечению обстоятельств оказался соседом по койке, был ещё и инженером, сконструировавшим убежище. Это были удивительные совпадения.       Очередной удар сотряс стены убежища с такой силой, что с потолка посыпалась бетонная крошка и лампы замигали, на пару секунд погрузив всё помещение во тьму. Провалившееся в беспросветную темень здание заполнили крики испуганных людей и отчаянный детский плач.       Один лишь мужчина стоял молча и, зажмурившись, прислушивался к взрывам, пытаясь определить, что именно происходило снаружи. Когда гул от взрывов смолк, инженер вдруг схватился за голову и в приступе паники испуганно забормотал: — Всё! Первые ворота окончательно пали! Они пытаются разрушить и вторые! Боже мой… Боже мой! — паникуя, мужчина кинулся к своей сумке и принялся всё из неё выбрасывать, доставая наружу листы с чертежами. — Вторые ворота не выдержат? — испуганно спросила жена инженера, вставшая рядом с Сакурой. — Выдержат больше ударов, чем первые. Они прочнее, но, учитывая силу взрывов, это лишь вопрос времени, когда они сокрушат и их тоже, — бледнеющими от ужаса губами отчеканил мужчина, попеременно переводя взгляд с листов в своих руках на убежище и назад. Он, казалось, что-то искал глазами.       Очередной взрыв сотряс убежище с такой силой, что некоторые люди упали на пол, не устояв на ногах. Сакура на всякий случай положила младенца на койку, стоящую позади, подпёрла его одеялом со всех сторон и вновь вернулась к инженеру. — Почему нас никто не защищает?! — раздавались отовсюду крики испуганных людей. — Неужели все наши шиноби погибли?! — Все шиноби Конохи погибли? Если даже господин Шестой, Цунаде-сама и Наруто Узумаки были повержены, то что там за монстры такие?! — Зачем им мы?! — Как зачем?! Они хотят нас убить, чтобы захватить всю деревню! — Вы слышали? Говорят, что господин Шестой погиб и нас хотят убить!       Паника набирала большие обороты, по мере того как разносились всё более пугающие предположения, которые через минуту становились уже слухами, а ещё через минуту — неоспоримой правдой, в которую верили люди. Паника в массах была опасным снежным комом.       Погибли? Наруто, Какаши-сенсей, Саске и Ино погибли?       От одной этой мысли у Сакуры пошёл холодок по спине.       Нет. Такого не могло случиться. Все вокруг твердили, какими они были сильными и несокрушимыми, и Сакура верила в это.       Но тогда почему никто не защищал убежище?       В этой какофонии звуков Сакура прислушалась к встревоженному бормотанию инженера, который перебирал листы в руках, тщательно в них всматриваясь покрасневшими от стресса глазами. — Не успели… Всего на пару дней не успели!       Казалось, он был на грани того, чтобы заплакать от отчаяния. Дрожащими руками перебирая бумаги, он всё бормотал себе под нос ту же фразу: — Не успели! Всего неделя! Нет, даже пара дней!       Он опустил лицо в листы с чертежами и взвыл, вызывая у Сакуры ощущение неминуемого трагичного конца, который был им уготован. Вкупе с паникующими и стенающими гражданскими и оглушающими взрывами снаружи эффект был что надо.       Стараясь не поддаваться панике, Сакура схватила бледного как полотно инженера за плечо и хорошенько его встряхнула, пытаясь привести в чувства. Если и был сейчас кто-либо, кто мог бы оказаться полезным в этой ситуации, то это явно был он. — Что происходит? О чём вы говорите? — требовательно спросила у мужчины, заглядывая в его лицо.       Дрожащим голосом инженер принялся хаотично объяснять ситуацию: — Недавно господин Шестой отдал приказ о создании нового проекта «Колыбель». И мы не успели всего на пару дней!       Его глаза горели отчаянием и безумием. — Что за "Колыбель"? — Гениальная инновация, которую мы почти закончили! Гениальная! — и он принялся, словно блаженный, сыпать на Сакуру терминологию, от которой она была крайне далека: — Вся система автономного жизнеобеспечения «Колыбели» уже готова, но внешний интерфейс управления ещё не сопряжён с контуром центрального терминала! Это трагедия! Спасение буквально у нас под ногами, но мы не можем до него добраться, понимаете? — его горящие безумием глаза впились в Сакуру в ожидании положительного ответа, но Сакура отрицательно махнула головой и честно выпалила: — Нет. Не понимаю.       Тяжело вздохнув, он продолжил причитать: — Без активации внешнего аварийного рычага люк просто не получит сигнал.       Сакура бросила удивлённый взгляд на жену инженера, и они обе удивлённо пожали плечами, солидарные в том, что совершенно не понимали, о чём он говорил.       Сакура крепко схватила мужчину за оба плеча и слегка его встряхнула, заставляя сфокусировать взгляд на ней. — Послушайте, господин, я ничего не понимаю из того, что вы говорите. У людей есть шанс спастись? Вы можете объяснить максимально просто?       Мужчина глубоко вдохнул, пытаясь взять себя в руки и обуздать панику, и уже спокойнее пояснил: — Некоторое время назад господин Шестой тайно отдал приказ создать дополнительное убежище внутри убежища — проект "Колыбель". Это фактически крепость под крепостью, способная выдержать прямое попадание техник ранга S, созданная на случай самого страшного сценария, — он описал руками круг над головой. — Вот такого, например. Это новейшая разработка и самая защищённая точка во всей стране Огня. Мы уже закончили всё строительство, и убежище буквально под нами. Чтобы попасть туда, нужно открыть проход, ведущий вниз, в "Колыбель"… — он указал рукой на стену, где виднелись контуры крупного прямоугольника. — Но мы не успели закончить механизм, отвечающий за открытие и закрытие входа в "Колыбель". Мы не успели дотянуть и подключить к системе кабель управления сюда внутрь. Поэтому наш рычаг просто не работает.       Инженер указал рукой на рычаг, находящийся неподалёку в стене. — То есть открыть эту "Колыбель" невозможно? — испуганно спросила его жена. — Возможно, но только снаружи. Ещё один рычаг находится на улице прямо у входа в убежище, там же, где находятся сейчас нападающие. По протоколу, в случае нападения на убежище охранники, которые охраняют снаружи вход в убежище, должны были использовать рычаг, чтобы открыть нам доступ к "Колыбели". Судя по всему, прежде чем охрана успела его использовать, они были убиты.       Снаружи снова грохнуло, и убежище ощутимо содрогнулось. — То есть мы все можем попасть в тайное убежище, куда не смогут проникнуть нападающие, потому что оно очень прочное, но, чтобы в него попасть, нужно использовать рычаг, который находится на улице? Потому что второй рычаг, который находится тут с нами внутри, ещё не успели подключить и он не работает? Я правильно поняла? — подытожила услышанное Сакура и получила удовлетворительный поспешный кивок от инженера. — Да. Всё верно. Если использовать рычаг, который находится снаружи, то люк здесь откроется, — мужчина вновь указал рукой на большой прямоугольник в стене и продолжил: — Люди спустятся вниз и, уже находясь там, используют третий рычаг, который закроет за ними вход. И попасть к нам будет невозможно, пока мы сами не откроемся изнутри.       Сакура нервно закусила губу, раздумывая. Значит, было необходимо, чтобы кто-то использовал наружный рычаг и впустил людей внутрь "Колыбели". Иными словами, кто-то должен был выйти на улицу. И главным вопросом было — как это можно было провернуть, не запустив при этом внутрь преступников? Те ломились в единственную дверь убежища. Нужен был другой выход. — Есть ли возможность попасть наружу, кроме как выйти из того входа, который сейчас атакуют? — Отчасти.       Мужчина покопался в бумагах и поспешно показал Сакуре сложные чертежи, в которых она ничего не понимала. Мужской палец принялся показывать ей витиеватые линии на плане, ударяя по тонкой бумаге. — Есть вентиляционная шахта. Вот она, видишь? Она достаточно широкая, чтобы в неё пролез человек и вылез наружу. Один из выходов шахты ведёт к люку на улицу, совсем близко с рычагом, который нам нужен. Проблема в том, что для подачи кислорода внутри шахты работают винты. Теоретически я смогу через пульт управления остановить подачу воздуха на пару минут и таким образом остановить и сами винты. Тогда можно будет рискнуть и пролезть, — дрожащей рукой он указал на небольшие вентиляционные решётки, находящиеся на стенах и потолке. — Я могу попробовать пролезть наружу и нажать на рычаг, открыв доступ людям к "Колыбели", — задумчиво прошептал мужчина, обдумывая план. — Нет, дорогой! Не нужно! — тут же заплакала его жена и кинулась к нему, в панике схватив за руки. — Как ты можешь нас оставить? Тебя же убьют! — Только я знаю, где этот рычаг и как его использовать, — отрешённо пробормотал он себе под нос, не сводя стеклянного взгляда с вентиляционной решётки.       Сакура тоже внимательно посмотрела на узкую решётку под самым потолком, затем на женщину, рыдающую на груди отрешённого инженера, а затем на всю их большую семью, сидящую неподалёку на койках и дрожащую от страха. Пожилая женщина, которую они с Ино подняли с земли, гладила по спинам и успокаивала плачущих детей.       Поразмыслив пару секунд, Сакура тяжело вздохнула, а затем решительно сделала шаг вперёд, привлекая к себе внимание пары. — Вы не пролезете в эту шахту. Вы слишком крупный. А вот я пролезу.       Инженер перевёл на неё встревоженный взгляд: — Исключено! Это слишком опасно. Вы не знаете план, тем более не знаете, где находится рычаг и как его использовать! Да и вы не сможете вернуться назад! Я не отправлю молодую девушку на смерть! Это должен сделать я. Ответственность как на инженере — на мне.       Отрицательно покачав головой, Сакура перебила его своим твёрдым и уверенным ответом: — Именно потому что вы инженер — вы единственный точно знаете, как управлять "Колыбелью", и сможете помочь людям спуститься внутрь и закрыть за вами проход. А затем выпустить всех наружу, когда всё уляжется. Если вдруг произойдут какие-то непредвиденные поломки или технические трудности, то вы будете единственным шансом на спасение у всех. Подвергать вашу жизнь риску — это безумие, — стальные нотки в её тоне вдруг растаяли, когда Сакура мягче добавила, кивнув на детей, плачущих на койке: — Тем более у вас семья, и вы должны её защищать. А я ловкая и меньше вас в два раза, так что я легче и быстрее выберусь наружу. Да и в прошлом я была шиноби. У меня объективно больше шансов выжить, чем у вас. Более того, у меня хорошая память, — этот аргумент показался Сакуре абсурдным в свете её амнезии. Но она решила не посвящать в эти нюансы инженера. — Если вы мне быстро объясните план и работу рычага, то я всё запомню. Вы сможете в это время остановить вентиляционные винты, а когда откроется вход в "Колыбель" — проведёте людей внутрь и закроете за ними проход. А затем выведете всех наружу, когда опасность минует. Это наилучший план в данной ситуации. И это наименьшее, что я могу сделать как бывший шиноби Конохи.       Спрятав лицо в ладони, мужчина пару секунд молчал. Тягучую тишину разрушили очередные удары и взрывы, сотрясшие убежище. Убрав ладони от лица, влажными глазами мужчина посмотрел на своих плачущих детей, а затем на всех людей в убежище и мёртвым голосом обратился к Сакуре: — Пути назад не будет. Вы должны понимать, что, скорее всего, тот, кто выберется наружу, погибнет. — Не переживайте за меня. Я живучая и ловкая. Я попробую сделать всё незаметно — проберусь наружу, использую рычаг и скроюсь внутри деревни. Возможно, меня спасёт кто-то из наших шиноби. Да и нужно найти кого-то и рассказать о происходящем здесь.       Лицо инженера исказилось от боли. И Сакура улыбнулась, стараясь придать уверенности себе и ему. — Единственное, о чём хочу попросить — это позаботиться о ребёнке, — она аккуратно взяла с койки дремлющего младенца и протянула его плачущей женщине. Бережно взяв его на руки, женщина кивнула: — Я позабочусь о нём как о родном ребенке, я обещаю вам! — Спасибо. Сейчас он находится под гендзюцу. Когда всё закончится, попросите любого шиноби вывести его из него, — ласково улыбнулась Сакура и напоследок погладила спящего ребёнка по голове. — Похоже, наши дороги расходятся, малыш. Береги себя.       Натерпелись же они за этот день.       Расставаться с ним было грустно. Но у Сакуры не было другого выхода.       Всё ещё наклоняясь над ребёнком, Сакура обратилась к женщине шёпотом, чтобы и без того нервничающий инженер её не расслышал: — Если я не выживу, то вы могли бы сделать для меня ещё кое-что? Моё имя — Сакура Харуно, и…       Женщина кивнула, перебив её. — Я знаю, кто вы, Сакура-сан. Нет никого в деревне, кто бы вас не знал. Вы много раз лечили моих детей.       Нервно закусив губу, Сакура кивнула, скрывая смущение. Они все знали ту Сакуру, которой больше не было.       Следующая просьба Сакуры сжала ей горло, мешая дышать. Превозмогая себя, она тихо выдавила: — Тогда, если… — её голос вдруг стал хриплым, и на голосовых связках появилась липкая слизь, вынудив Сакуру прокашляться. — Если я не выживу, то вы могли бы встретиться с моими родителями после и передать им, что это было моё решение, о котором я не жалею, и что я их люблю? И попросить, чтобы они не горевали слишком сильно? Это моё желание.       Заплакав ещё сильнее, женщина притянула к себе свободной рукой Сакуру в крепком материнском объятии. — Бедное дитя… Мне так жаль. Спасибо тебе. Пусть тебя защитит Ками! Я надеюсь, что мне не придётся исполнять эту твою просьбу. — Я тоже, — тихо призналась Сакура.       Эти жалость и сострадание делали Сакуру слабой, поэтому, сдерживая слёзы, которые норовили соскользнуть из покрасневших глаз, Сакура кивнула, а затем отпрянула от женщины и решительно обратилась к инженеру: — А теперь расскажите мне, как выбраться наружу, где находится рычаг и как его использовать.

***

      Оставив Сакуру в безопасности в убежище и убедившись, что его за ним закрыли, Саске за считанные минуты оказался за пределами деревни. Он быстро добрался до поля боя, где Наруто сражался один против сразу десятка противников, жёлтой молнией скользя по поляне.       Узумаки, привыкший по жизни к неожиданным появлениям Саске, не особо удивился, когда противника, с которым он возился последние пару минут, неожиданно проткнула катана, обладателя которой он не видел уже неделю. Когда шиноби рухнул наземь, открывая Саске и Наруто вид друг на друга, они приветственно обменялись кивками, усмехнувшись, и тут же закружились в слаженном вихре, поражая противников насмерть одного за другим до тех пор, пока не остались стоять посреди поляны вдвоём.       Не особо даже запыхавшись, они со скепсисом посмотрели на поверженных противников, лежащих на земле. Было слишком легко.       Саске это озадачило.       Слишком слабые противники.       Ему на плечо приземлилась тяжёлая ладонь Наруто. Узумаки тут же осветил его своей знаменитой лучезарной улыбкой. — Добэ, я рад, что ты тут! — Почему не проверил, в безопасности ли Сакура? — тут же холодно отчитал его в ответ Саске вместо радушного приветствия, вытирая при этом грязное лезвие об одежду убитого. Старая привычка.       Сбитый с толку Узумаки оторопел на пару секунд и замешкался. — Слышал от других, что Ино её довела до убежища. А что, что-то случилось? — голубые кристально чистые глаза удивлённо распахнулись, и Саске тяжело вздохнул. Не было смысла отчитывать Узумаки — для того деревня всегда была на первом месте.       Не желая больше продолжать тему, Саске её сменил: — Уже всё в порядке. Как обстановка? — Ни с того ни с сего в Конохе произошла череда взрывов, и потом из ниоткуда взялись нападающие, — Саске кивнул. Это всё он и сам знал. Наруто продолжил свою эмоциональную повесть, активно размахивая руками: — Мы оттеснили их всех к окраинам деревни и за её пределы. Вот эти были на мне, — Наруто кивнул на россыпь тел по поляне. — Остальные сражаются по периметру Конохи.       Саске снова кивнул. Всё ещё не услышал ничего нового.       Они находились за пределами деревни, в лесу, прилегающем к границам Конохи. Было слышно, что неподалёку также велись сражения. Но звуки постепенно стихали, знаменуя о том, что шиноби Листа брали ситуацию под контроль и добивали остатки вражеских сил.       Внезапно в кроне одного из деревьев, находящегося рядом, раздался крик, и спустя пару секунд на землю упал мёртвый противник с кунаем в спине. Мгновением спустя напротив Саске и Наруто по-кошачьи мягко приземлился Сай, брезгливо вытирая окровавленную руку о салфетку. Кинув в сторону Саске косой взгляд, он недовольно отвернулся, злобно бросив через плечо: — Помнишь, я тебе как-то говорил, что у тебя избегающий тип привязанности? Так вот, нихрена. Я ошибся. У тебя, блять, сбегающий. Сбегающий тип привязанности. Такой существует только у тебя. Можешь гордиться своей уникальностью. — Привет, — Саске проигнорировал явный агрессивный выпад со стороны друга, спокойно поздоровавшись в ответ.       Сай фыркнул и ничего не ответил. Повисла напряжённая тишина, и Саске внимательно посмотрел на отвернувшегося друга.       Тот что, был обижен? Но на что?       Саске завис на пару мгновений, перебирая в голове варианты ответов на свой вопрос.       Неужели на то, что он ушёл из Конохи, не попрощавшись?       Наруто никогда не обижался на внезапные уходы Саске, поэтому он не был готов к тому, что друзей, оказывается, могут задевать такие мелочи.       Не желая мучиться в догадках, Саске прямолинейно спросил: — Ты что, обижен?       Услышав вопрос, Сай пренебрежительно сплюнул и упёр руки в боки, так и не повернувшись к Саске: — Обижен? На кого, на тебя? Чтобы обижаться на человека, на него должно быть не похер. А мне на тебя похер.       Он снова фыркнул, скрестив руки на груди, многозначительно всматриваясь в даль. Это была абсурдная поза обиженной и брошенной невесты. — Ты обижен на то, что я ушёл из деревни? — настоял на своём Саске, склонив голову набок и внимательно всматриваясь в профиль анбушника. — А ты уходил? — Сай в ответ натянул на лицо ту самую раздражающую искусственную улыбку и посмотрел на Саске наигранно удивлённым взглядом. — Давно? Я не заметил.       Его театр был быстро скомпрометирован ехидным хохотком Наруто: — Да ты ж сам ныл, когда Саске исчез, и бегал искал его по всей деревне пару дней!       Не ожидавший, что его так неожиданно и беспардонно спалят перед Саске, Сай возмутился, забыв про свою искусственную улыбку. — Я искал?! — Ты. Всех на уши поднял. А я тебе говорил, что вернётся! Ты просто ещё не привык, — Наруто небрежно махнул рукой в сторону Саске, прикрыв глаза и усмехаясь. — Он всегда возвращается. Как собаки, знаешь? Ну, убегают, но к дому-то морально привязаны и возвращаются, когда нагуляются.       Настал черёд и Саске бросить на Наруто недовольный взгляд. Этот дурак только что посмел сравнить наследника гениального клана Учиха с собакой?       Едва он открыл рот, чтобы поставить Узумаки на место, как Сай успел возмутиться первым, чопорно подметив: — Ты что же, решил, что я его искал из-за себя? — он в дюжинный раз за пару минут показательно фыркнул, повернувшись всем телом к Наруто и приложив к груди ладонь. — Я искал его исключительно из-за задания Хокаге. Я должен был доставить книгу.       Не веря ни единому слову АНБУшника, Узумаки подался торсом вперёд, лукаво поблёскивая своими яркими голубыми глазами: — Искал по всей деревне несколько дней, чтобы отдать книгу? — Я ответственный шиноби, — Сай невозмутимо кивнул, ткнув пальцем в свой протектор.       Саске не покидало ощущение, что он — загулявший блудный муж, вернувшийся домой и встретивший сварливую обиженную жену. Ему стало практически совестно перед АНБУшником, когда теперь выяснилось, что тот искал его и переживал. Саске и впрямь не подумал о том, что мог своим привычным поведением столь сильно задеть новообретённого друга. — Точно обиделся, — вынес вердикт Узумаки, игнорируя эмоциональные манёвры Сая. — И сам вижу, — устало кивнул Саске, тяжело вздыхая и соглашаясь. Когда закончится вся эта канитель с нападением на деревню, по-видимому, заглаживать вину придётся не только перед Сакурой, но и перед крайне обидчивым шпионом из АНБУ. Придётся таки купить домой ещё и молока к кофе, как и просил его раньше Сай.       Не снимая с лица искусственной улыбки, Сай сладко пропел в ответ: — Идите на хер.       К ним вдруг присоединился Шикамару, стремительно появившийся из темени леса и остановившийся рядом. Осматривая поляну и мёртвых противников, он вмешался в диалог, не размениваясь на лишние приветствия: — Вы со всеми разобрались? — Да. — В таком случае, по всему периметру Конохи враги были устранены, — довольно кивнул Шикамару, подводя итог. — Все отряды уже доложили, что тоже расправились с нападавшими. — Что ж, это было легко! Отбили деревню, и можно отпраздновать! Может, Какаши-сенсей выставится и угостит нас всех за спасение Конохи? — радостно захлопал в ладоши Наруто, пританцовывая на месте. — Раменчика бы сейчас! С двойной порцией свининки!       Саске его энтузиазма не разделил: — Я бы не радовался раньше времени.       Но энтузиазм Узумаки уже было не остановить. Тот выгарцовывал рядом, действуя Саске на нервы, которые и без того были натянуты после бессонных ночей и утреннего инцидента с Сакурой.       Старательно игнорируя танцующего рядом светловолосого клоуна, Саске обратился к Шикамару: — Уже известно, что это за группировка и какая была цель? Это те самые нукенины, нападения которых мы ожидали? — Несколько человек были взяты пленными и направлены в отдел пыток и допросов, но пока что информации нет. Они без опознавательных знаков, так что определить их принадлежность к какой-либо стране или же организации пока невозможно. Единственное, что выделялось — многие из них использовали стихию воды и… — Это что, засос? — неожиданно озвученный Наруто вопрос прозвучал как гром среди ясного неба, перебив доклад Шикамару. Нара и Учиха оба поражённо обернулись на Наруто, который бесцеремонно оттягивал ворот кофты АНБУшника, заглядывая ему под одежду. — Маленький член, тебе больше некуда глаза свои деть, кроме как ими мне под одежду пялиться? — скалясь своей искусственной улыбкой и пытаясь вырвать из цепких пальцев друга одежду, Сай, казалось, побелел пуще привычного. — Нет, ну серьёзно, откуда у тебя засос на шее? Ты ж сам его тут не смог бы поставить!       Сай наконец победно вырвал воротник из пальцев Наруто и предусмотрительно отошёл от Узумаки на пару шагов в сторону, не забывая при этом щедро орошать усоратонкачи порцией отборного мата.       Саске старательно не вслушивался в суматошные крики Наруто и Сая позади себя. Вместо этого он пристально всматривался в тела убитых и в видневшуюся Коноху впереди. Что-то было не так. Слишком просто. Его интуиция зудела, словно расстроенная скрипка. — Слишком просто, — повторил его мысли Шикамару, вставший рядом.       Саске согласно кивнул.       Пока сзади раздавались крики Наруто и Сая о засосах, оба парня задумчиво рассматривали поверженных врагов, ведя тихую беседу. — Ощущение, что нас выманивали за пределы Конохи.       Это был вывод, к которому пришёл и сам Саске. Противники словно уводили шиноби Листа прочь из деревни. Но зачем? — Возможно, так оно и было. Смотри, — он указал рукой в направлении деревни. Прямо на главных воротах была прикреплена крупная печать, которой там не было, когда он вернулся в Коноху несколькими часами ранее.       Шикамару и Саске оба пристально всмотрелись в печать, сощурившись, пытаясь узнать в ней знакомые формулы. Вместе с тем Саске решил на всякий случай осмотреть сперва печать, а затем уже и всю деревню шаринганом.       Позади раздались особенно громкие крики: — Если ты не прекратишь уделять так много внимания моим засосам, то я решу, что ты — латентный гей! — Сам такой! И что это вообще такое? "Латентный"?! Понабрался из своих книг дурацких непотребства всякого! Или ты перепутал слово "латексный"? Вот дурак! Даже таких мелочей не знаешь! И вообще, не увиливай от темы! Кто тебе засосы поставил? Выкладывай! Мы же друзья! Кто вообще захотел обсасывать твою бледную шею? Кто эта кровопийца? Или этот?       По-видимому, терпение Сая подошло к концу, и по поляне разнеслась не предвещавшая Наруто ничего хорошего пронзительная команда: — Нинпо! Техника нарисованных зверей!       За этим последовал возмущённый хриплый визг Узумаки, ударивший Саске по барабанным перепонкам: — Ты с ума сошёл! Спрячь своих дурацких львов и просто расскажи о засосе!       Сосредоточиться было сложно.       Саске не мог поверить в то, что его сокомандники всерьёз обсуждали засосы и разводили детский сад посреди зоны боевых действий. Хотя это был Наруто в конце концов. Саске давно пора было привыкнуть к его поведению.       Раздражённо закатив глаза, он через плечо кинул строгое: — Наруто, Сай, помолчите. Сай, убери отсюда своих собак. Тут же послышались обиженные комментарии в ответ: — Это не собаки, а львы! — Ты слышал, как он с нами разговаривает? Тоже мне лидер тут нашёлся! Выделывается как всегда! — Съебался к хуям в свои леса, а теперь вернулся и думает, что может нами командовать? — поддержал Наруто оскорблённый Сай.       Два ссорящихся парня внезапно объединились против общего врага.       Глаза с шаринганом и риннеганом опять раздражённо закатились. — Может, будет лучше, если ты поместишь их в гендзюцу? — усмехнулся единственный помимо Саске адекватный человек на поляне, почесав пальцем ухо. — Потом будут ещё полгода ныть из-за этого, — отказался Саске, разминая затёкшую шею. Хотелось поскорее разобраться со всем, попасть в душ и отдохнуть.       С губ Шикамару сорвался смешок. — Я схожу проверю, что это за печать. — Я с тобой, — кивнул Шикамару, и в тот момент, когда они только сдвинулись с места, внезапно печать засветилась и от неё вверх расползлось светящееся прозрачное марево. Оно быстро распространилось по всему периметру Конохи, соединяясь со свечениями, распространявшимися от других печатей, наложенных по всему ограждению вокруг деревни. Не прошло и пары секунд, как всю Коноху накрыло прозрачным куполом, светящимся едва заметным голубым цветом.       Саске и Шикамару рванули к ограде со всех ног. Засосная парочка, прекратив свои дурачества, тоже молниеносно последовала за ними, переключившись вновь на серьёзный режим. Стало очевидно, что ничего ещё не было окончено и они рано расслабились.       Оказавшись у ворот Конохи, вся четвёрка пристально уставилась на тонкую прозрачную гладь, отделявшую их от деревни. — Это что, купол? Стой! Лучше не трогай, Наруто!       Но было уже поздно. Наруто, как всегда сначала действовавший, а затем думающий, уже сделал шаг вперёд и приложил ладонь к прозрачной поверхности. От места соприкосновения пошли слабые золотистые искры. — Что-то чувствуешь? — напряжённо спросил Шикамару.       Вместо ответа Наруто замахнулся и изо всех сил ударил по куполу. От резкого и сильного удара сбитыми костяшками Узумаки тот даже не треснул. — Я потерял немного чакры, — хмуро подвёл итог Наруто, тряся кистью в воздухе, чтобы избавиться от боли в руке после удара. — Чем-то похоже на Барьер Тридцати Шести Слоёв, только он при этом поглощает чакру, — нахмурившись, пробормотал ставший серьёзным Наруто. От былого веселья не осталось и следа. Увидев недоумённые взгляды друзей, он принялся объяснять: — Во время Четвёртой мировой войны лидеры Альянса пытались сдержать меня и Киллера Би на острове-черепахе, чтобы мы не вырвались наружу и не участвовали в войне.       Шикамару пояснил: — Это был барьер, созданный Командой Барьера Альянса. — Как вы выбрались наружу?       Наруто небрежно пожал плечами и ответил: — Вместе с Киллером Би мы использовали Бомбу Хвостатого Зверя.       Все удручённо поникли. Киллера Би рядом не было, и было неизвестно, сумеет ли Наруто создать Бомбу Хвостатого и сколько это займёт времени. — Нанесите разными техниками удары по барьеру. Я хочу посмотреть, как он реагирует на разные стихии и виды атак, — попросил Шикамару, мягко касаясь пальцами прозрачного купола.       Выполняя его просьбу, они принялись по очереди атаковать прозрачный барьер, пустив в ход всевозможные приёмы и техники. Но ни расэн-сюрикэн, ни нарисованные звери, ни удар Сусано и Чидори не сумели нанести и малейшего урона куполу. Тот лишь жадно поглощал техники, подпитываясь, словно изголодавшееся по чакре существо. Даже огонь Аматэрасу померк, будучи съеденным прозрачным барьером. Такое Саске видел впервые. — Чёрт… Техника Теневого Клонирования! — закричал Наруто, но его тут же остановил Шикамару. — Остановись, Наруто! Так ты лишь подпитаешь купол ещё больше. Хватит. — Тогда Режим Мудреца? — тут же нашёлся с предложением Узумаки, и Нара быстро согласился. — А вот это можешь попробовать.       Наруто кивнул, отошёл в сторону от троицы и сел на траву в позе лотоса, собирая энергию и концентрируясь в тишине. — То есть мы отделены от Конохи? Но зачем? Если все враги были убиты, то почему именно сейчас активировался этот барьер? — бормотал себе под нос Сай, мягко касаясь пальцами купола.       Ответов на эти вопросы не было ни у Шикамару, ни у Саске. Издалека послышались быстрые приближающиеся лёгкие шаги. Троица тут же обернулась к бегущей Хинате. — Я так и думала, что это был Сусано! Его было видно издалека, — запыхавшись, кивнула им девушка, опираясь ладонями на свои согнутые коленки, пытаясь перевести дух. Она явно пробежала не один километр, прежде чем их обнаружила. Восстановив дыхание, она быстро поклонилась Саске. — Саске-кун, с возвращением.       Он тоже кивнул. — Здравствуй.       От Саске не укрылось, как Наруто потерял концентрацию, жадно впиваясь взглядом в наследницу клана Хьюга. Неужели они всё ещё не поговорили со времён его дня рождения? — Ты очень кстати, Хината! Ты можешь посмотреть бьякуганом, что это за барьер и что происходит внутри деревни? — Да, Шикамару-кун.       Вокруг лиловых глаз Хьюги от перенапряжения по вискам заструились вздутые вены. Она тщательно осмотрела весь купол. — Все наши шиноби по периметру снаружи столпились вокруг барьера и пытаются нанести ему увечья, но, кажется, барьер просто поглощает всю чакру и становится толще. Что касается самого купола, то он подпитывается чакрами нескольких людей изнутри деревни, но точное местонахождение Команды Барьера я определить не могу.       Глаза с бьякуганом неожиданно широко распахнулись. — Я вижу внутри деревни шиноби! Их много! Человек пятьдесят… Нет, семьдесят. Появляются ещё прямо из ниоткуда посреди деревни! Человек сто! — Это наши шиноби? — Нет, не похоже. Все наши находятся снаружи барьера. А эти же появляются из ниоткуда прямо в самом центре Конохи. Как будто из… — Портала, — закончил за неё Саске, тоже осматривая деревню шаринганом и риннеганом. — Верно, — кивнула Хината, хмурясь.       А ведь все ошибочно полагали, что все нападавшие уже были устранены. Это была серьёзная ошибка.       Наруто, окончательно прервавшись от медитации, яростно выпалил: — Чёрт! Нас просто выманили наружу и оставили отрезанными от деревни! Развели, как идиотов! Это и был их план! — Но зачем? — задумчиво проговорил Сай, постукивая пальцами по прозрачной поверхности. — Они захватывают деревню. И скорее всего…       Саске не успел договорить своё худшее предположение, потому что его перебил вскрик Хьюги: — Ах! — все обернулись к поражённой Хинате, чьи глаза пристально всматривались в деревню. — Я не увидела этого сразу, но они разрушили врата в убежище! И все стекаются к нему!       Всё в животе у Саске скрутило в плотный жгут, вызывая тошноту. Его худшие предположения оправдались. — …они захотят захватить мирных жителей в качестве заложников, — закончил свою фразу Саске. — Подождите. Я, кажется, вижу знакомую чакру… — поражённо прошептала Хината, сощурившись и подавшись вперёд, словно не доверяя своему зрению. Затем на пятках отшатнулась назад, приложив к губам пальцы: — Нет, не может быть… Наруто-кун, Саске-кун, вы знаете, где сейчас Сакура-чан? — Я оставлял её внутри убежища.       Её реакция, как и сам вопрос, не предвещали ничего хорошего. Все мышцы в теле Саске напряглись, превратившись в камень. — Тогда… почему она снаружи? — Что? — холодно повторил Саске, не желая верить в услышанное.       Сердце пропустило удар, а затем пустилось в безумный, рваный галоп, отдаваясь тяжёлыми толчками в висках. Кончики пальцев мгновенно похолодели, а по спине скатилась волна колючего, липкого пота.       Ему послышалось? Сакура совершенно никак не могла оказаться снаружи… Ведь так?       Но судя по шокированному лицу Хинаты — могла. И оказалась.       Первобытный парализующий ужас сковал Саске, который осознал, что сокровище, которое он считал тщательно спрятанным от всего мира в безопасности, находилось прямо в руках тех, кто хотел его украсть и уничтожить.       Он ушёл на поле боя лишь тогда, когда лично убедился, что ворота убежища были закрыты. Так как Сакура могла одна оказаться снаружи? — Я могу ошибаться, но… Нет, я уверена, это точно чакра Сакуры! И она снаружи убежища и… О Ками! Они на неё нападают! Враги на неё нападают!       Испуганный вскрик Хинаты разрезал округу, подобно катане. В ужасе прикрыв рот ладонями, Хьюга обернулась к Шикамару, глазами спрашивая — как остановить происходящий ужас. Но он, обычно непоколебимый и всегда находивший выход из самого безнадёжного тупика, и сам на пару секунд оторопело замер, не зная, что ответить на её немой вопрос. Ситуация была патовой.       Наруто, окончательно вынырнувший из своей медитации, сорвался с места и опять со всей силы ударил кулаком по барьеру, громко крича: — Чёрт подери! Да ломайся же ты!       Под градом ударов барьер оставался стоять так же нерушимо, словно издеваясь над группой друзей, пребывавших в отчаянии.       Зарычав, Наруто обернулся к Саске: — Тэмэ, почему ты стоишь…?!       И оборвал себя на полуслове. Покрутив головой по сторонам, он удивлённо переспросил: — Тэмэ? Ты где? — и обернулся к не менее растерянным Саю и Шикамару: — А где Саске?       Все удивлённо переглянулись. Не было ясно, в какой момент и каким образом Саске исчез. — Опять по съёбу дал что ли? — возмутился Сай, тяжело вздыхая. Но не мог же он бросить свою ненаглядную Сакуру в такой ситуации? — Сомневаюсь.       Шикамару повернулся лицом к Конохе и многозначительно усмехнулся. — Хината. Мне нужно, чтобы ты рассказывала, что видишь возле убежища. А для тебя, Наруто, тоже есть работа.

***

      Всё ведь было нормально. Ей практически всё удалось.       С горем пополам она выбралась из тоннелей вентиляционных шахт. Сумела быстро выбраться наружу и найти спрятанный неподалёку от входа в убежище рычаг, а затем повернуть его таким образом, как указывал инженер.       Раздался глубинный шум и лёгкая дрожь земли, свидетельствующие о том, что Сакура всё сделала верно и "Колыбель" открылась.       Следующим этапом в её плане было незаметно улизнуть и скрыться в районах деревни, чтобы найти кого-то из шиноби Конохи и доложить о нападении на убежище. И вот как раз на этом моменте Сакура облажалась. Облажалась так глупо, что ей хотелось плакать от несправедливости.       Поднимаясь по шахте несколькими минутами ранее, во время одного из взрывов, который сотряс убежище, она не удержалась за скользкие вертикальные поверхности, соскользнула вниз и упала с приличной высоты, неудачно приземлившись на ногу. И вот сейчас, когда настало время тихонько улизнуть прямо из-под носа снующих вокруг врагов, нога её подвела. И Сакура в тот самый миг, когда тихо кралась от рычага в сторону узкой улочки неподалёку, почувствовала резкую горящую боль в голеностопе. Острая вспышка боли ослепила, Сакура потеряла равновесие и сдавленно охнула, упав.       Неподалёку двигалась толпа нападавших, направлявшихся в сторону убежища, и Сакура рухнула ниц, распластавшись прямо на их пути, постыдно выпав из кустов. Группа мужчин оторопело замерла, рассматривая упавшую в нескольких метрах впереди девушку, которая не подавала признаков жизни. — Это ещё кто? — Гражданская? — Разве они не все внутри? — Может, отстала от всех?       Сакура предпочла лежать не двигаясь, прикидываясь мёртвой и не реагируя на дискуссию, причиной которой она стала.       "Может, они просто пройдут мимо и махнут на меня рукой?" — теплилась в её душе наивная и смешная надежда. — Или же она шиноби? — Все шиноби Конохи за пределами барьера.       Все шиноби Конохи были за пределами барьера? Какого барьера? Поэтому убежище никто не защищал?       Она бы тоже сейчас не отказалась от того, чтобы оказаться за пределами некоего барьера, подальше от всего этого сумасшествия. — Но вдруг эта по ошибке оказалась тут? — Она в гражданской одежде и без протектора. Вряд ли она шиноби. — Чего гадаем вообще, пошли и узнаем. Эй! Эй ты! Сюда иди! Чего в рот воды набрала? Вставай, говорю, я вижу, что ты живая.       Сакура не спешила выполнять столь вежливую просьбу. Она уже имела наслаждение всего двумя часами ранее провести время в компании их товарищей, и повторять этот весьма специфичный опыт желания у неё не было.       Не двигаясь, она исподтишка быстро и жадно осматривала глазами район, продумывая схему побега. — Блять, глухая что ли? А ну иди-ка, притащи её сюда.       Ладно. Нужно было попробовать сбежать, пока не стало слишком поздно.       Сакура подорвалась на ноги, но тут же опять рухнула на колено. Сильная боль прострелила всю ногу с такой силой, что она едва не потеряла сознание. — Ну что за день! — простонала сквозь зубы, ухватившись за лодыжку. Боль была такой жгучей и острой, что у неё всё рябило перед глазами. — Эй, глухая! Я к кому обратился! Куда навострила лыжи? Сюда иди!       Группа из шиноби медленно двинулась в её сторону. — Да чего время тратить? Прихлопни её — и всё!       В этот же момент из поломанных ворот убежища выскочили другие нападавшие, обращаясь к тем, кто прицепился к Сакуре. — Эй! Позовите Лидера! Тут какая-то лажа с этим убежищем! Мы выбили вторые ворота, но внутри никого нет! — Что? Что за бред? Все мирные точно должны быть там!       О Сакуре вновь вспомнили и требовательно к ней обратились: — Эй ты, розоволосая, куда все делись?       Всё так же молча смотря на свою раненую ногу, Сакура анализировала ситуацию. Шестерёнки в голове двигались с такой запредельной скоростью, что оттуда, казалось, вот-вот должен был повалить дым. Ей точно пришлось распрощаться с идеей о побеге и спасении — это было невозможно из-за чёртовой ноги, на которую она не могла даже встать. Поэтому всё, что оставалось Сакуре, — это попытаться спасти мирных жителей.       Вскинув лицо навстречу приближающимся мужчинам, она уверенно заговорила: — Все гражданские давно использовали потайной лаз и находятся за пределами Конохи. Вы опоздали.       Звучало реалистично. Убежище было пустым. О "Колыбели" они не знали. Они могли купиться.       Среди окружавших её шиноби пронеслись удивлённые шепотки. — И что это за лаз? Где он? — заговорил с ней тот, кто вёл себя слишком уверенно. Наверное, их лидер, — подумала Сакура, рассматривая высокого шиноби средних лет, остановившегося перед ней в нескольких метрах. Его серые глаза казались полными решимости, но в то же время отталкивающе пустыми. — После его использования его разрушили. Я опоздала, поэтому-то и не смогла им воспользоваться. Его закрыли в момент, когда все выбрались на обратной стороне.       Холодные белесые глаза долго всматривались в Сакуру, анализируя её слова. Сакура не дышала от напряжения, пытаясь смотреть с той же уверенностью в ответ. Нельзя было показывать и капли сомнения, иначе вся её ложь могла бы разрушиться вмиг. — Я верю тебе, — вдруг вынес мужчина свой вердикт, и Сакура почувствовала облегчение. — Это ты хотела от меня услышать, Сакура Харуно?       От облегчения не осталось и следа.       По венам вмиг разлетелся жидкий ледяной ужас, и всё её тело покрылось холодным липким потом.       Он её узнал! Как? — Что, думала, я тебя не узнаю? Не помнишь меня? А я вот отлично тебя помню ещё со времён войны. Ты меня лечила даже разок. А ещё один из наших был до ужаса в тебя влюблён и просил не убивать тебя. Но так как вы его избили, думаю, что будет справедливым отказать ему в его просьбе, — улыбка сошла с его лица, и он отвернулся от Сакуры, махнув рукой в её сторону и отдавая приказ остальным: — Это шиноби. Убить её.       Кто был в неё влюблён? Кого они избили? О чём он говорил? — Так если лечила, то, может, отпустишь меня? Вернёшь долг? — кинулась Сакура, подавшись вперёд, чувствуя, как тарабанит сердце в груди. — Прости, я не самый благородный шиноби. — Да уж, — хмыкнула Сакура. — Но я сохраню тебе жизнь, если скажешь, куда подевались гражданские.       Предложение было заманчивым, конечно, но моральный компас Сакуры упорно указывал в другую сторону, и она отрицательно качнула головой. — Я ничего не знаю. Всё, что знала, уже сказала.       Прежде чем Лидер успел что-либо ответить, к нему обратился другой шиноби: — Лидер, моя техника обнаружила, что мирные жители всё ещё здесь. Они находятся под убежищем, в дополнительном помещении. — Вот как? Занятно. Тогда убить, — кивнул в её сторону мужчина, потеряв к Сакуре всякий интерес, и обратился к своим подчинённым: — Не будем терять времени. Ищите способ, как добраться до гражданских.       Услышав, как ей вынесли смертный приговор, да ещё и обнаружили местонахождение мирных жителей, Сакура почувствовала, как вся сила покинула её тело. Умирать так сильно не хотелось — до дрожи, до тошноты. Было страшно. Но Сакура упрямо смотрела прямым, несгибаемым взглядом в глаза мужчинам напротив. Тех на поляне перед убежищем собралось уже несколько десятков.       Не было даже смысла пытаться сбежать — на ногу встать не получалось, и она была окружена со всех сторон.       Умолять о помиловании она бы не стала.       Один из шиноби сложил печати и назвал технику.       Возникшие в воздухе водяные стрелы полетели в её сторону.       Это было концом. И она должна была встретить его достойно.       Сдерживая слёзы, крепко сжав кулаки, она поджала губы и выровнялась, сидя на коленях. Она не подарит им своей слабости.       Когда стрелы подлетели к ней вплотную, яркая вспышка взорвалась прямо перед её лицом. Раздался свист и несколько громких взрывов. Земля под ногами задрожала. Сакура вскрикнула, закрыв лицо руками, но ожидаемой боли не последовало.       Спустя пару секунд она медленно убрала руки от лица и разлепила глаза.       Она была жива. И не была ранена.       Шиноби, ранее стоявшие перед ней, бросились врассыпную, не менее удивлённые, чем сама Сакура. Выглядело всё так, словно это она их атаковала и они уклонились от её техники.       Но как такое могло произойти? Стрелы ведь точно летели в её сторону! Промазали?       Сакура почувствовала жжение на груди и опустила глаза вниз.       Чуть ниже её ключиц на коже покоился нэко-кулон, который светился алым и обжигал кожу.       Кулон отразил атаку?       Кажется, Саске говорил что-то о том, что он может защищать её от ниндзюцу.       Маленькая металлическая кошачья лапка — редкая и древняя реликвия клана Учиха, подаренная ей Саске в Сора-ку, о которой Сакура уже и позабыла, была тем единственным, что всё ещё позволяло Сакуре жить, сражаясь за неё.       В Сакуру вдруг полетела ещё одна техника, и, с усилием воли не закрыв глаза, Сакура пронаблюдала за тем, как кулон действительно поглотил летящие в неё потоки воды, а затем отбил их, отрикошетив те назад в шиноби.       Спустя миг на неё обрушился целый град техник воды. Каждая из них, отражаемая кулоном, словно мячик, ударившийся о стену, отлетала назад в тех, кто нападал на Сакуру. С каждой атакой кулон становился горячее и горел всё ярче, отражая атаку одну за другой и раня тех, кто не успевал увернуться. Так продолжалось пару долгих стрессовых минут, пока не раздался тихий треск. Сакура в отчаянии посмотрела на трещину, разделившую кошачью лапку на две части.       Это была отложенная на потом смерть. Сакура знала, что нэко-кулон должен был вот-вот достигнуть своего предела и сломаться. Он и так выдержал и отразил запредельное количество атак. Саске, кажется, говорил лишь о «нескольких» атаках, которые смог бы отбить кулон, а счёт шёл уже на десятки.       Отразив очередную технику воды и отправив её назад в её создателя, нэко-кулон вдруг загорелся ярко-красным и окончательно треснул, разломавшись.       Всё. Теперь это уже точно было концом.       Сакура осталась без защиты.       Смотря пустыми глазами на опавшие к её ногам металлические кусочки реликвии, Сакура, странным делом, практически ничего уже не испытывала.       В голове появилась странная и совсем не подходящая моменту мысль:       "Это никогда не было безответной любовью" — означало ли это, что он всё-таки был в неё влюблён?       Ну, это было уже и не важно. Ей всё равно не дано было узнать ответ на этот вопрос. — Решила не сдаваться так просто, Сакура Харуно? — ощетинился лидер и улыбнулся, как кот, смотрящий на мышь. — Ну давай. Нападай! — Схватить её и обездвижить! — раздался рёв другого мужчины, и возле Сакуры тут же оказался один из шиноби. Тот попытался схватить Сакуру за руку и ударить кунаем, но рефлексы помогли ей вовремя отреагировать. Увернувшись, она дёрнулась в сторону, выбив кунай из руки нападавшего, но мужские пальцы успели перехватить её длинные волосы, заставив Сакуру вскрикнуть от боли.       Это был самый лучший момент для того, чтобы её память и силы вернулись.       Сейчас или никогда.       Ведь где-то глубоко в её голове были ответы на все её вопросы. Там были все её знания, навыки, её сила. Всё это было внутри неё.       Она дёрнулась, пытаясь высвободиться, но зажатые в мужской руке волосы были натянуты как тетива. Ах, если бы у неё был кунай, чтобы отрезать их и освободиться! — Пожалуйста, Ками, прошу… — тихо взмолилась себе под нос, моля о том, чтобы произошло чудо и она вспомнила, как себя защитить.       Но чуда вновь не происходило.       Сейчас её убьют.       И Сакура подумала о Саске. И о Наруто. И о Ино и Какаши. Было грустно покидать их всех.       Пока её держал один шиноби, другой, стоящий неподалёку напротив, сложил печати и выкрикнул название новой техники, которая ничего не предвещала для Сакуры хорошего. — Покажи мне свою силу, Сакура Харуно! — крикнул, потешаясь, напоследок лидер нападавших.       Но Сакуре нечего было ему показать.       Сакура, словно в замедленной съёмке, наблюдала за тем, как из ниоткуда взялся острый поток сжатой воды, который стремительно полетел в её сторону. Сердце девушки пропустило удар от страха. Едва ли она успеет увернуться. Скальп болел от натяжения.       Между остриём приближающейся воды и её грудью оставался считаный метр, как вдруг этот поток был поглощён огромным огненным драконом, который вырвался из-за её спины. — Я покажу вместо неё, — неожиданно раздался позади Сакуры спокойный мужской голос, который был ей прекрасно знаком.       Шиноби, крепко держащий её за волосы, вскрикнул и упал наземь, выпустив Сакуру на свободу. Едва её волосы выпустили из цепкой хватки, как Сакура по инерции полетела вперёд, упав на ладони. Поражённо вскинув голову, она смотрела вперёд перед собой, стоя на четвереньках.       Что это?       Сакура знала этого дракона. Длинное мощное тело, созданное из прекрасного огня, грациозно и юрко извивалось, атакуя обидчиков Сакуры и оттесняя их подальше. Люди, задетые его огнём, загорались, кричали и принимались тушить одежду друг друга техниками воды.       Сакуру обдало жаром, резонирующим от огненной техники.       Вдруг мужская рука со спины нежно заскользила по её волосам от шеи до самых кончиков. — Не в этот раз, — раздался позади тихий шёпот, и её волосы мягко погладили, словно залечивая их после жестокого обращения уже мёртвого шиноби. От этого шёпота у неё всё запорхало в солнечном сплетении, а ладони, опирающиеся о пыльную дорогу, вспотели. Сакура сразу же узнала обладателя спокойного мужского голоса и облегчённо вздохнула, зная, что она была спасена. Второй раз за один день. Спасена тем же парнем.       Но не в этот раз?       О чём он говорил?       Раньше ей обрезали волосы?       Длинные пряди Сакуры заскользили по плечам и коснулись кончиками дороги.       Сакура резко обернулась и, осев с четверенек на колени, вскинула голову. Она замерла, во все глаза глядя на Саске снизу вверх — тот стоял рядом и выглядел до невозможного невозмутимым. Сперва на его лице читалась задумчивость, которая плавно сменилась на хмурое неодобрение. Он внимательно осмотрел Сакуру, слегка прищурив глаза, и выдал ёмкое: — У меня нет слов.       От этой короткой, но тихой и полной неодобрения фразы Сакура почувствовала себя виноватым и непослушным ребёнком, которого отец вечно спасал от неприятностей. Но она действительно была виновата в своей нелогичной привычке лезть на рожон. Сначала она ослушалась Ино и кинулась сама спасать ребёнка из разрушенного дома, в результате попав в руки к трём психопатам, а затем, когда Саске оставил её в безопасности, вызвалась выбраться из убежища, чтобы открыть «Колыбель», и была атакована сразу целой толпой противников. Со стороны Саске могло показаться, что Сакура буквально сама искала повод подвергнуть себя опасности.       Стало стыдно.       Он едва спас её из одной передряги и спрятал в безопасности, как она вновь оказалась в ещё более опасной ситуации — одна, потрёпанная, раненая, под атакой толпы шиноби. И ему опять пришлось вмешаться. — Я же сказал тебе не выходить из убежища, — недовольно процедил Саске, буравя её всё таким же тяжёлым взглядом. Сакура, не выдерживая напора его неодобрения, разорвала контакт, виновато опустила глаза вниз, нервно поёрзав на месте, а затем вновь подняла их на Саске, всё ещё сидя на коленях. — Прости. Они пытались пробраться в убежище, и нужно было, чтобы кто-то извне открыл вход в дополнительное убежище, — тихо, чтобы её не услышали противники, объяснила Сакура.       Выслушав её поспешное и виноватое объяснение, Саске явно был всё ещё недоволен, но выражение его лица смягчилось. Он мягко взял её под руки и поднял с колен, помогая встать на одну ногу. У них были в запасе пара минут спокойствия, пока его огненный дракон сражался с шиноби, забирая на себя всё внимание противников. — Ты цела?       Она не могла не заметить, что на дне его глаз плескались беспокойство и забота, которые он усиленно камуфлировал за безэмоциональным выражением лица. Саске даже казался встревоженным.       Сакура выровнялась, перенеся вес на одну ногу, и беззастенчиво повисла на единственной руке Саске, внутренне испытывая нервное напряжение от близости их тел.       Кивнула, не поднимая на него глаз, не в силах выдержать его взгляда на таком расстоянии. — Только нога болит, так что я не могу бежать.       Хмурый взгляд тут же метнулся к её ноге.       Ну как она могла не замечать этого раньше? Он был действительно обеспокоен её состоянием. Это осознание откликнулось щекоткой в животе. — Что случилось? — Думаю, что просто травмировала связки. Ничего страшного. — Понял, — облегчённо выдохнул Саске, обхватив Сакуру рукой за талию, помогая ей стоять на одной ноге.       Саске вновь обратил взор к противникам и быстро и холодно проанализировал ситуацию.       Он мог бы использовать последние остатки чакры на то, чтобы переместить их с Сакурой за пределы купола. Но в таком случае мирные жители останутся с врагом один на один. И было неясно — смогут ли шиноби Конохи пробить купол и сколько это займёт времени.       Можно было бы перенести Сакуру за пределы Конохи и самому вернуться назад, но он уже и так за день несколько раз использовал риннеган и рисковал остаться с минимальным количеством чакры. Переносить с собой Сакуру означало бы спалить львиную долю чакры с риском, что на возвращение назад в Коноху её могло и не хватить вовсе. И тогда мирные жители снова-таки останутся беззащитны перед врагом.       Оставаться же тут и сражаться в одиночку ставило Саске в откровенно невыгодное положение. Один против сотни противников, с Сакурой в тылу, защищая убежище с мирными жителями в отрезанной от всего мира Конохе. В обычном состоянии он бы принял вызов без всяких колебаний, будучи уверенным в своих силах. Но сейчас он был утомлён двумя бессонными сутками, которые провёл в пути, и неоднократным использованием риннегана. После нескольких сражений запасы чакры так же были не в лучшем состоянии. Да и глаза уже были уставшими.       Но другого выхода не было. Бросать мирных жителей он не станет. Нужно было принимать бой, защищая Сакуру и гражданских. В сложившейся ситуации он был единственным барьером, отделяющим их от врагов.       Вызвать Аоду для сражений внутри деревни было бы смертным приговором для целых районов. Своим габаритным телом Аода точно снесёт не один квартал, сражаясь. Да и помимо этого она могла бы снести и вход в убежище, погребя гражданских в подземной ловушке. Хотелось избежать разрушения деревни, поэтому лучше было бы положиться на свои силы.       С противниками он должен был справиться сам.       Аоду он вызовет лишь в самом крайнем случае, если вдруг не будет справляться своими силами, чтобы она защитила первым делом Сакуру и затем уже убежище.       Саске быстро осмотрел противников, сражающихся с его огненным драконом.       Большинство из них обладали техниками Воды.       Что ж.       Его огонь обратит их воду в пар. — Саске, что нам делать?       Его вдруг оторвали от размышлений, дёрнув за рукав. Удивлённый таким непривычным инфантильным жестом, он повернулся к Сакуре и наткнулся на широко распахнутые в тревоге зелёные глаза.       Мило.       Уголок его губ нехотя дрогнул, и он закусил щёку изнутри, стараясь удержать невозмутимое выражение лица. — Я с ними разберусь. — Сам?! — испуганно спросила Сакура и уставилась на него, как на сумасшедшего, а затем перевела взгляд на толпу противников, которая всё это время пыталась совладать с огненным драконом. — Саске, их людей шестьдесят!       Он спокойно покачал головой, не соглашаясь с её подсчётами. — Нет. Их больше. Человек сто тридцать. Просто ещё не все прибыли. — И как это должно было меня успокоить? — возмутилась Харуно, расширив глаза и сильнее вцепившись в его руку. — Ты же один! Ты один не справишься с такой оравой!       Усмехнувшись, Саске повернулся к Сакуре, смерив её таким самоуверенно-надменным взглядом, словно её предположение о его потенциальном проигрыше было не более чем нелепой шуткой.       "Да что ты говоришь?" — читалось в магнетических глазах, заставивших Сакуру на пару мгновений потерять нить разговора и зависнуть с приоткрытым ртом, залюбовавшись ими. Его рука на её талии показалась Сакуре обжигающе горячей, и ей вдруг стало тяжело дышать от этого пыла. Своими прикосновениями он обжигал совсем как нэко-кулон, который недавно опалял кожу её декольте.       Ну до чего был хорош этот самоуверенный и гордый Учиха!       Вырывая себя насилу из гипноза его глаз, Сакура тряхнула головой и вернулась к сути разговора: — Я серьёзно! Не время быть крутым! Давай отступим и отправимся за помощью? — Давай, — к её удивлению, быстро согласился Саске и кивнул ей на место за своей спиной: — Как раз хотел тебе сказать, чтобы ты отступила назад, пока я буду сражаться, и не двигалась с того места. — А позвать на помощь? — добавила недовольно Сакура ту часть предложения, которую Саске опустил. — Я и есть помощь. На другую полагаться сейчас не приходится.       Едва не стоная от отчаяния, она повисла на его руке: — Ты меня не слышишь? Ты правда собрался сражаться один? Ну должен же быть предел твоей самоуверенности! — Раздражаю? — усмехнулся Саске, напоминая ей об их первой ссоре, когда он только вернулся в Коноху.       "Ты раздражаешь своей самоуверенностью!" — крикнула ему тогда в сердцах Сакура, когда они ругались ночью возле её дома.       Не сразу осознав, на что он намекал, Сакура пару раз удивлённо моргнула, а затем ахнула. Он что, правда всё ещё помнил ту их ссору и её претензии? Прошло ведь уже много недель с тех пор! — Ты правда сейчас об этом хочешь поговорить? Как насчёт того, чтобы обсудить это в более спокойной обстановке? — не скрывая язвительности, она кивнула головой в сторону шиноби, сражавшихся с огненным драконом, и попыталась потянуть Саске в противоположную сторону. Но Учиха, разумеется, и с места не сдвинулся, возвышаясь над ней неподвижным монолитом. — В какой, например?       Сакура могла поклясться, что с этой харизматичной усмешкой, тёплыми глазами и игривым тоном он с ней флиртовал. И она бы наверняка повелась на эту его магию, если бы над ней не висел дамоклов меч. Ощущение затягивающейся на шее петли не располагало к флирту. — Какой угодно! Хоть на то поле, озеро или Сора-ку перенеси нас опять, или ко мне в квартиру, только пойдём уже отсюда куда-то!       Он усмехался, видя её жалкие потуги сдвинуть его с места. — Ты разве не боялась оставаться со мной наедине? — Тут как бы из двух зол приходится выбирать, — тихо пробурчала себе под нос, и Саске, расслышав её, хмыкнул, сдерживая вырывающийся смешок.       Увидев его ухмылку, Сакура невольно застонала, хныча. Этот горделивый упрямец и не думал ретироваться. Вместо этого он явно собирался погубить их обоих! А ведь она только обрадовалась тому, что была спасена!       Ребячество в такой опасной ситуации никогда не было присуще Саске. Но он так давно не общался с Сакурой, что не смог себе отказать в этом маленьком поддразнивании. — Не уйдём? — осознавая своё поражение, спросила Сакура. И он кивнул, всё с тем же теплом в глазах. — Не уйдём. — Упрямец, — раздосадованно выдохнула Сакура, сдаваясь, и уткнулась лбом ему в грудь.       Это было похоже на объятия. Пользуясь возможностью, он крепче сжал руку, придвинув Сакуру к себе так близко, что их тела вновь соприкоснулись, поделившись друг с другом жаром. Его плащ был расстёгнут, поэтому их тела разделял лишь тонкий барьер ткани его рубашки и её платья. Она удивлённо вскинула голову вверх и замерла. Саске приблизился своим лицом к её лицу, не дыша и не разрывая контакта глазами. Даже не моргая. До мурашек хотелось её поцеловать.       Но он себя остановил, одёрнув. — Обязательно обсудим мою самоуверенность после сражения.       Ладно. Пошутили и хватит.       Саске вновь стал серьёзным и, убрав усмешку с лица, он ещё крепче обнял Сакуру за талию и мощным прыжком отпрыгнул назад, перенеся их прямо под скалу Хокаге, внутри которой находилось убежище.       Прямо сбоку от них зиял разрушенный вход в убежище.       Саске помог Сакуре аккуратно сесть на землю, опершись спиной о скалу. — Пожалуйста, всё-таки объясни, почему мы не можем уйти сейчас? Инженер сказал, что убежище выдержит атаки S-ранга.       Саске внимательно посмотрел сверху вниз на сидящую Сакуру и понял, что это был один из тех моментов, когда ему нужно было учиться объясняться и коммуницировать, чтобы между ними не оставалось недосказанности. Сакура должна была понимать реальное положение дел, иначе его действия будут казаться ей лишёнными всякой логики и лишь глупой бравадой.       Бросив быстрый взгляд на противников и убедившись, что дракон всё ещё сражался, оттесняя шиноби, Саске решил кратко и ёмко объяснить Сакуре положение дел: — "Колыбель" действительно рассчитана на атаки S-ранга, но никто не знает её возможностей и пределов, поскольку это первая в своём роде конструкция такого инженерного типа. Все расчёты инженера пока остаются лишь теорией, не подтверждённой на практике, и никто не знает, как она поведёт себя в условиях реального нападения. И когда я говорил, что я — единственная помощь, на которую можно положиться, — я не преувеличивал. Все шиноби Конохи сейчас отрезаны от деревни куполом-барьером, сквозь который они не могут пробраться, — его палец указал вверх, и Сакура тут же задрала голову, всматриваясь в тонкую блестящую гладь под небом. — Потребуется время, прежде чем они смогут его пробить и прорваться внутрь. За это время «Колыбель» уже могут взломать и взять гражданских в заложники или же убить их. Мы не знаем планов противников касательно мирных жителей.       Как он и ожидал, Сакура быстро проанализировала услышанное и тут же согласно кивнула. Пусть её разум и затмевали порой эмоции, но она всё же всегда была умной и мыслила логично, как и он. — Понятно. Спасибо, что объяснил. Так ты тоже знал о «Колыбели»? — Мы давно обдумывали эту идею вместе с Какаши, Шикамару и Цунаде. — Тогда выхода действительно нет… — понуро согласилась с ним Сакура, а затем чистосердечно призналась, резко посмотрев на него: — Но, Саске, мне страшно. — Не бойся. Я защищу тебя.       Он присел перед ней на корточки и взял за руку, мягко погладив большим пальцем тыльную сторону её ладони.       Смотря на их руки, Сакура отрицательно махнула головой и тише ответила: — Я не за себя боюсь.       Его сердце на миг замерло, сбившись с ритма. Застигнутый врасплох этой безоговорочной преданностью, для Саске всё вокруг померкло, и мир вокруг перестал существовать, сузившись до одной лишь девушки, сидящей перед ним.       Она боялась за него.       Совсем как раньше. Она вновь переживала и боялась за него, что означало, что он всё ещё был ей небезразличен.       Эта мысль. Одна только эта мысль его пленила, подняв внутри бурю радости и восторга.       Закусив нижнюю губу, она неуверенно на него посмотрела, чтобы узнать, почему он ей не отвечал. — Саске. — М? — Саске, когда ты сказал ту фразу, то что ты имел в виду?       Вопрос выбил его из колеи. Он сразу догадался, о чём шла речь. Кончики его ушей запылали. Как бы ни было соблазнительно обсудить с ней всё здесь и сейчас, он всё же отличался от Наруто и разделял поле боя и личные дела. Смешивать их было нельзя. — Добавим это в список тем для обсуждения после сражения? — тепло усмехнувшись, он хотел было встать, но в последний момент остановился и замер на месте, смотря на землю. И всё-таки… — Прости, Сакура. — За что? — нахмурившись, спросила Харуно.       Саске, всё ещё сидя на корточках перед ней, резко подался вперёд, припав на одно колено, и быстро её поцеловал, крепко ухватив за затылок.       Широко распахнутыми глазами Сакура смотрела на лицо Саске вблизи, не веря в то, что он и впрямь её целовал. Поцелуй длился всего пару секунд. Так быстро, что она не успела ничего сообразить.       На миг отпрянув, он тихо ответил: — За это.       И опять закрыл глаза и вжался в её губы своими.       Ничем он в конечном итоге не отличался от усоратонкачи.       Сердце в его груди заходилось в нервной барабанной дрожи, и по телу разлилась эйфория. Он только боялся, чтобы она его не оттолкнула.       Отпрянув от её обездвиженных губ, всё ещё мягко держа её за затылок, он прижался лбом к её лбу и заглянул в её удивленные глаза. — Почему...? Усмехнувшись, он пояснил: — Допинг.       Замерев вдвоём посреди хаоса, отделённые от врагов лишь сражающимся огненным драконом, они словно бы растворились в своём собственном мире.       Но момент был прерван.       Дракон наконец был повержен, и его огонь был потушен. Ощутив, что технику рассеяли, Саске напоследок ещё раз быстро вжался губами в её сухие и неподвижные губы, а затем резко отпрянул и встал на ноги, поворачиваясь к ошеломлённым противникам. Саске появился на поле боя эффектно. Дракон изрядно проредил их войско.       Образовавшегося пространства между Саске, Сакурой и противниками было теперь достаточно для того, чтобы он мог в полной мере использовать свои техники. Позади них был вход в убежище и гора Конохи.       Пора было приступать. Не обернувшись к Сакуре и не сводя взгляда с противников, просчитывая тактику сражения, он серьезно её попросил: — Сакура, сиди здесь и не двигайся с места. Мне важно, чтобы ты была в одном месте и я не задел тебя.       Заслонённая от врагов его статной фигурой, Сакура лишь покорно согласилась: — Хорошо.       К Саске вдруг обратился лидер нападавших, явно не ожидавший неожиданного появления такого сильного противника. — Кто ты такой? Все ваши шиноби должны были быть за пределами Конохи. — Какая тебе разница — кто я? — незаинтересованно и даже откровенно скучающе ответил Саске, что было удивительно, учитывая, что перед ним стояла сотня врагов.       У Сакуры пошли мурашки по телу от того, насколько крутым он был. В нём совершенно не было и капли нервозности или страха. — Я тебя сейчас научу вежливо общаться, щенок! — выплюнул Лидер, прожигая Учиху злым взглядом. — Ну давай, — всё так же не впечатлённо ответил Саске, ленивым взглядом посмотрев на противника. В этом коротком ответе было столько пренебрежения, что Лидер буквально задохнулся от ярости. — Какой спесивый, — сплюнул мужчина, усмехнувшись. — Сейчас мы его быстро поставим на место и его самоуверенную ухмылку сотрём. Покажите ему, парни.       В сторону Саске и Сакуры полетело сразу несколько техник воды. — Сусано! — холодно отчеканил Саске, и Сакура замерла в ожидании, не дыша.       Но она не была готова к тому, что произошло в следующий миг. Не готовы были и противники, шокированно уставившиеся на технику Саске. Огромный великан сиреневого цвета материализовался из пустоты, нарастая вокруг Саске и Сакуры, подобно дому. Его могучее тело закрыло их двоих и вход в убежище подобно непроницаемой клетке.       В следующий миг в поверхность Сусано врезались множественные техники воды и тут же померкли, разбившись вдребезги.       Каким-то образом этот великан был ей отдалённо знаком, но Сакура не могла вспомнить, где она могла встречать его раньше.       Удивлённо смотря на фиолетовую броню, закрывающую её со всех сторон, Сакура не могла избавиться от странного ощущения. Что-то не давало ей покоя, зудя, словно комар у уха.       Слово.       Сусано.       Её глаза метнулись к фиолетовой руке великана. Пазл сложился.       И из её рта против воли вырвался поражённый вскрик: — Сусано?! Это тот самый Сусано, которым ты меня трогал и раздевал?! Вот этим?!       На поле битвы повисла немая пауза и тишина. — Сакура, пожалуйста… — Саске прикрыл глаза ладонью, проживая один из самых постыдных моментов на поле боя в своей карьере шиноби. — Это же он, правда?! Я узнаю эту чёртову фиолетовую руку! Господи, если бы я только знала! — в сердцах вскрикнула Сакура, уставившись на Саске, как на последнего извращенца.       Словно желая загнать Саске в гроб смущения ещё глубже, среди противников раздались похабные смешки.       Саске поспешно обернулся, ладонью закрыл Сакуре рот и хмуро уставился на неё, чувствуя, как жаром обдало его щёки, уши и шею. И взмолился: — Сакура, помолчи, пожалуйста. Не сейчас. Давай обсудим и это тоже позже.       Негодуя, Сакура сдалась и кивнула, всё ещё косясь на Саске с неодобрением.       Вот этот великан её трогал в самых интимных местах?! Уму непостижимо! Чем он только думал — использовать такую технику в столь пошлых целях?       Пауза на поле боя длилась недолго.       На Сусано посыпалась череда атак: как техник, так и физических ударов, наносимых оружием.       Саске вновь обратился к Сакуре. — Закрой глаза, Сакура. На этот раз действительно закрой их и не открывай, пока я не скажу.       Ему не хотелось, чтобы Сакура видела его в крайней степени жестокости и беспощадности.       Ей же до безумия не хотелось закрывать глаза и оставаться в тревожном неведении, но она повиновалась и опустила веки.       И тут-то Саске пришёл в действие.       Сорвавшись с места, он покинул защитные границы Сусано и влетел в первые ряды противников, облепивших великана. Совсем недавно он сумел развить навык удержания контроля над Сусано, находясь за его пределами, и вот эта способность оказалась весьма кстати. Великан, защищая Сакуру и вход в убежище, стоял нерушимым воином, сдерживая град атак. Минусом подобной сепарации от Сусано было то, что оно превращалось исключительно в оборонительную технику и не могло само по себе наносить атаки. Но сейчас для Саске было главным обеспечить защиту Сакуре и гражданским, и Сусано с этим справлялось отлично. И этого было достаточно.       Первые минуты Сакура послушно сидела с закрытыми глазами. Всё вокруг было заполнено звуками битвы.       Как он там?       Не ранили ли его?       Как он мог один противостоять им всем? Врагов было так много, что вся большая площадь перед входом в убежище казалась тесной от такого количества людей.       Всё вокруг было заполнено звуками битвы, которые в темноте казались в сто крат громче и страшнее.       Тишину её неведения раз за разом сотрясали резкие выкрики техник, хлюпанье закипающей воды, захлёбывающиеся хрипы. Звон металла о металл был настолько частым, что сливался в одну непрерывную канонаду.       Сжимая кулаки, Сакура сжалась, как пружина, нервно вслушиваясь в происходящее вокруг.       Саске сражался молча. Лишь иногда раздавались названия техник, сказанные его невозмутимым и уверенным голосом, что успокаивало Сакуру.       От каждого крика, который она слышала, Сакура дёргалась, боясь, что это кричал Саске, которого ранили. Но звуки сражения не прекращались, и она понимала, что это происходило потому, что Саске всё ещё был в строю и наступал на противников.       Земля под её ногами дрожала, но величественный Сусано, судя по всему, был нерушим и твёрдо стоял на месте, защищая Сакуру от всех техник противников и опасностей.       Сквозь шум битвы Сакура различила голос лидера: — А ты неплох. Но как бы ты ни пытался, тебе не одолеть нас всех.       Не выдержав веса любопытства, давящего на неё с каждой секундой всё сильнее, Сакура приоткрыла один глаз и сквозь щёлочку всмотрелась в яркие вспышки и мечущиеся тени. Этого было мало.       Она открыла оба глаза и ошеломлённо замерла, забыв дышать.       Разве она могла предположить, что очаровательный парень, который мыл посуду на её кухне, которому она надевала венок на голову, кормила пирогом и кому дарила праздничный торт, был фактически полубогом? Другого слова она не могла подобрать.       Мощь, исходящая от Саске, была столь всепоглощающей, что перед ней хотелось преклоняться.       "Красиво", — неуместно подумала Сакура.       Он был олицетворением молнии, которая раз за разом вспарывала толпу противника, прореживая их ряды.       Что-то внутри Сакуры болезненно ныло при виде напарника, который сражался в одиночку. Ей до боли хотелось быть полезной и стоять рядом с ним, но всё, что она могла делать, — это сидеть, спрятавшись за его спиной внутри Сусано.       Обуза. Эта мысль противным червячком съедала её изнутри, вызывая странные чувства. Словно её память пыталась пробиться к ней, но не могла.       Неожиданно Саске замер в окружении противников и холодно сказал: — Мне не обязательно превосходить вас по силе или же по количеству. Достаточно превосходить вас по интеллекту.       До Сакуры едва донёсся его голос — Саске был далеко.       Огромная площадка, на которой происходило сражение, была залита водой. И Саске вдруг воткнул одним сильным ударом свою катану в землю, запрыгнул на её рукоять одной стопой, идеально балансируя на маленьком кончике, и озвучил смертный приговор: — Чидори.       И пустил молнию по катане. Все противники, стоявшие в воде, даже не успели осознать, какая судьба их ожидала, когда синеватые разряды Чидори змеями метнулись от катаны во все стороны, превращая воду, в которой они стояли, в смертельную ловушку. Ток ударил сразу десятки тел тех, кто не успел вовремя отреагировать, сотрясая их в адских конвульсиях.       Тошнотворный запах горелого мяса, заполонивший всю округу, вызвал у Сакуры рвотный позыв, и она поспешно залепила рот ладонями, пытаясь не дышать. Глаза заслезились от гари.       Сразу несколько дюжин противников пали от одной его техники.       Это была гениальная комбинация интеллекта и силы. Он явно выжидал, пока вода от техник противника не зальет всю площадь перед горой, и лишь тогда использовал Чидори, придержав этот туз в рукаве для неожиданной атаки. Саске был воистину впечатляющим воином.       Рот Сакуры поражённо раскрылся.       Восхищённо рассматривая тёмную фигуру, всё ещё стоящую на рукояти катаны, Сакура вдруг вжалась спиной в тёплую шероховатость скалы позади себя. В момент, когда Саске на миг прокрутился в воздухе, спрыгнув на воду с катаны, Сакура увидела, что половина его лица была залита кровью. Та вытекала из его глаза с шаринганом, стекая по коже вниз до самой груди, намочив даже его рубашку.       Она в ужасе всхлипнула.       Его глаз ранили?       Сакура подалась торсом вперёд, пытаясь пристальнее всмотреться в его лицо тогда, когда он на краткие мгновения оборачивался в её сторону. Нет. Глаз был целым. Но почему же он кровоточил?       Во время спарринга в один миг Саске вдруг болезненно ахнул, схватившись за свой окровавленный глаз. В этот момент Сусано вокруг Сакуры вдруг зарябил, словно теряя свои границы.       И в этот момент Сакура осознала всю ситуацию.              Он через боль держал её в безопасности внутри Сусано.       Только в этот момент Сакура поняла, что каждая секунда её безопасности обходилась ему слишком дорого и болезненно. Ей стало ещё более ненавистно то, какой слабой она была. Жаркая волна стыда затопила её мощным импульсом.       Наблюдая за Саске, она почувствовала, что её щека стала влажной. Плотно сжав губы, она раздражённо вытерла непрошеную влагу со щеки, злясь на себя и свою слабость.       Её слабость. Её чёртова слабость обходилась ему так дорого!       С истекающим кровью глазом он сражался в толпе совсем один, терпя боль, силу которой она не могла себе даже представить. Его белок стал полностью красным из-за лопнувших от перенапряжения сосудов.       Но Саске стоически игнорировал эту боль. Являясь словно бы олицетворением молнии во плоти, он ворвался в остатки вражеского строя, безжалостно орудуя катаной, вращаясь в вихре, столь быстром, что обычному глазу было сложно его отследить. Словно порыв ветра, он избегал всех направленных на него техник, взамен атакуя нападающих.       Из-за бесконечных техник стихии Воды всё поле боя превратилось в сплошное месиво, и теперь они сражались по середину икры в бурой жиже. Вода, перемешанная с землёй, тянула ноги ко дну, превращая каждое движение в изнурительную борьбу с хлюпающим болотом, замедляя противников, но не Саске.       Пристально всматриваясь в жалкую кучку противников, с которыми сражался Саске, Сакура присмотрелась к ним пристальнее, удивлённо осознавая, что некоторые лица были ей знакомы. Напрягая память, она вспомнила, где их видела.       В тот далёкий вечер, когда они праздновали день рождения Саске в заведении в окружении друзей, один из этих шиноби проявил интерес к Хинате. И пьяная Хьюга подсела за столик к нему и его друзьям, желая отомстить Наруто.       Это осознание было поразительным — неужели враги всё это время были внутри деревни? Или же просто захаживали в Коноху для разведки перед нападением? Сакура вдруг вспомнила, что её ухажёр Горо, который соврал о том, что они встречались, был тоже из Страны Воды. Возможно, не избей его тогда Саске, Горо бы сейчас тоже нападал на Коноху?       Вдруг в памяти вспыхнула непонятная фраза Лидера, которая только подтвердила догадки Сакуры: "А ещё один из наших был до ужаса в тебя влюблён и просил не убивать тебя. Но так как вы его избили, думаю, что будет справедливым отказать ему в его просьбе".       Теперь стало понятно, что речь точно шла о Горо.       Если призадуматься, то в последнее время она действительно видела слишком много шиноби из Страны Воды в Конохе, но не придавала этому значения. А стоило, как оказалось.       Она вдруг заметила, что один из них ушёл под землю с помощью техники, и это вырвало Сакуру из размышлений. Он наверняка собирался напасть на Саске в неожиданный момент из-под земли. Нужно было его предупредить.       Вдохнув в лёгкие побольше воздуха, она громко крикнула, так, чтобы Саске расслышал её даже на дальнем расстоянии сквозь шум битвы. — Саске! Один под землёй!       Не колеблясь ни секунды, Саске тут же подпрыгнул и нанёс быстрый удар Чидори прямо по воде. Раздался вопль, и из вязкой гущи вылетел дымящийся шиноби, который через пару секунд агонии обмяк. Это был тот самый парень, который так настойчиво оказывал знаки внимания Хинате. — Я ведь сказал закрыть глаза, — недовольно выкрикнул в ответ, слегка запыхавшись, и тут же выверенным движением проткнул грудь ещё одному шиноби Воды. — Закроешь тут глаза, как же, — пробурчала Сакура себе под нос.       Чувствуя энтузиазм от того, что смогла помочь ему хотя бы на самую малость, она ещё пристальнее впилась взглядом в битву и всех её участников, которых с каждым мгновением становилось всё меньше и меньше.       Удивительное дело, но Саске был действительно человеком своего слова. От ста тридцати людей, против которых он вышел в бой, оставалась лишь пара человек.       Сакуре было в пору поднимать руки вверх, безоговорочно признавая, что её претензии относительно самоуверенности Саске были неуместными. У Саске был более чем весомый повод, чтобы гордиться собой и быть столь самоуверенным.       И стало понятно, что, конечно же, у Сакуры из прошлого не было иного шанса, как влюбиться в него.       "А что насчёт Сакуры из настоящего?" — понуро подумала Сакура, не отрывая при этом глаз от чёрной молнии, сокрушающей противников.       Он был действительно впечатляющим. Восхитительным. Но это всё ещё не отменяло того, что он не единожды пытался убить её в прошлом, скрыл это от неё и ещё и имел неясный статус отношений с Карин.       Так что расслабляться и поддаваться роскошному Учихе не стоило.       Пока она размышляла над этим, то обнаружила, что у Саске остался лишь один противник, с которым он сцепился в ожесточённом спарринге.       Но где же Лидер? Кажется, она не видела, чтобы Саске его убил. Сакура кинулась быстро бегать взглядом по бездыханным телам в поисках главного. Но некоторые из них лежали лицом вниз, плавая в грязной жиже, поэтому идентифицировать Лидера, ещё и на расстоянии, было крайне сложно.       Вдруг она услышала первый за всё это время стон от Саске и молниеносно нашла его взглядом. Это действительно был его стон.       Сражаясь один на один с последним противником, он вдруг схватился за окровавленный глаз, жмурясь от боли. Сусано в тот же миг начал терять свою чёткость, и его грани стали истощаться. Шиноби Воды, воспользовавшись слабостью Саске, пошёл ва-банк, атакуя его из последних сил.       Из рта Сакуры вырвался громкий крик, когда она увидела летящую в сторону Учихи атаку. Не открывая глаз, Саске сделал выпад катаной, отбив удар. Но от сразу же повторно нанесённого удара он вдруг выпустил рукоять катаны из ладони, и та отлетела, вращаясь, на многие метры вдаль, упав неподалёку от Сакуры.       Он остался один на один с противником, теряя зрение и ещё и без своего оружия.       Закрыв глаз, Саске отбивал атаки противника голыми руками, перейдя на тайдзюцу. Казалось, он впервые был на грани того, чтобы проиграть в схватке, уступив преимущество и контроль над боем противнику.       Испытывая неконтролируемый животный страх за Саске, Сакура вскочила на одну ногу и запрыгала в направлении оружия. Да, он сказал ей не выходить за пределы Сусано, но какой в этом всем был толк, если его сейчас убьют? Она не могла этого позволить.       Грязь под ногами чавкала, и Сакура в ней увязала единственной здоровой ногой, что замедляло её движение. Оказавшись за пределами Сусано, она быстрыми прыжками добралась до катаны за считанные секунды и, схватив её, замахнулась. — Саске, лови!       Услышав её крик, он резко обернулся и, завидев летящий в его сторону клинок, ловко его перехватил, поймав чётко за рукоять. — Вернись в Сусано немедленно! — такой взволнованный и практически испуганный голос Саске она слышала впервые.       Слава Ками, что её руки всё ещё хранили прежнюю силу и она сумела докинуть ему катану даже с такого дальнего расстояния. Облегчённо выдохнув, Сакура пронаблюдала за тем, как Саске вогнал остриё своего клинка в последнего соперника, обрывая его жизнь.       Он убил их всех. Он действительно сумел их всех убить.       Но на всякий случай Сакура всё же решила послушаться Саске и вернуться в чертоги Сусано и, ковыляя, двинулась в сторону великана.       Как вдруг прямо перед ней материализовался мужчина, отрезав путь до Сусано.       Сакура испуганно уставилась на шиноби Страны Воды.       А вот и Лидер.       Тот, как оказалось, всё это время благополучно прятался за спинами своих погибающих приспешников, вместо того чтобы выйти лично против Саске на бой. — Трус, — презрительно выдала Сакура, смело смотря в мужские глаза напротив. — А сама-то?       На рефлексах из прошлого она отбила его первый удар, но затем была поймана цепкой рукой за шею. Вцепившись пальцами и ногтями в его руку, душащую её, Сакура отчаянно пыталась отбиться и высвободиться, но всё было впустую. — Ты меня изрядно задолбала, тупая ты мразь, — зашипел мужчина. — Давай посмотрим, как его выбьет из колеи твоя смерть, м?       В другой мужской ладони вспыхнула водная техника, похожая на острый колючий вихрь.       Где-то вдалеке позади раздался испуганный крик Саске: — Сакура!       Перед его глазами застыла одна картина: шея Сакуры, зажатая в жёстких пальцах, и летящий в её грудь водный шар.       Риннеган сработал быстрее, чем разум успел отдать команду — и в следующий миг грудину Саске разорвала страшная боль. Содрогнувшись лишь на мгновение, он всё же выбросил руку вперёд, прохрипев: — Чидори.       Ладонь ощутила, как сердце противника испепелилось, разрываясь на части от удара молнии. Оба — и Саске, и враг — осели на колени, замирая с руками, вошедшими в грудную клетку друг друга.       Сакура не сразу осознала, что произошло. В один миг её душили, направляя в грудь смертельную атаку, а в другой — её ослепила яркая вспышка, и она упала наземь в хлюпающее месиво из размокшей земли и густой грязи, перемешанной с ледяной водой. Лежа на животе, с лицом, опущенным в воду, она едва не захлебнулась жидкостью. Упершись ладонями в рыхлую почву, она с отвращением отпрянула лицом от болотистой воды, пахнущей чужой кровью. Одной ладонью попыталась протереть глаза, залепленные грязью. То, во что превратились её волосы, свисало по бокам от лица коричневыми сосульками. Стоило глянуть чуть перед собой, и Сакура увидела лежащее рядом тело преступника. К её удивлению, это не вызвало у неё ярких эмоций: ни отвращения, ни ужаса. Словно бы смотреть на смерть было привычно.       Покрутила головой по сторонам и в растерянности осознала, что лежала совершенно не в том месте, в котором помнила себя в последний раз — скала, возле которой она пряталась всё время, находилась метрах в пятидесяти. В то время как сама Сакура лежала посреди поля сражения, окружённая павшими от катаны Саске врагами.       Зелёные глаза судорожно бегали по полю в поисках Учихи. И наконец нашли.       Он стоял на том самом месте, где она подняла его катану минутой ранее. Перед ним неподвижно лежал убитый Лидер.       С того момента Сакура больше не видела ничего вокруг себя. Её зрение сузилось до туннельного, фокусируясь лишь на стоящем вдалеке на коленях Саске. В районе его груди зияла жуткая рана, сочащаяся кровью. Из глаза и уголков губ тоже текла кровь, окрашивая благородно светлое лицо Саске в тёмные жуткие тона.       Произошедшее осознавалось с запозданием. Мысль, столь шокирующая, что она проигралась в её голове вяло и нерасторопно, как на старой испорченной кассете, которую тянул проигрыватель. Неуязвимого Саске настигла атака прямиком в центр груди, в тот миг, когда он поменял себя местами с Сакурой.       Наверняка он сделал это с помощью своего странного глаза — риннегана.       Не дыша, Сакура приподнялась на коленях, всё ещё упираясь ладонями в зыбкую землю, смотря на раненого Учиху. На один короткий миг он тоже нашёл её глазами, а затем вдруг с глухим всплеском повалился на бок, прямо в месиво из воды и грязи.       Из горла Сакуры вырвался вскрик, похожий на скулёж. Её пальцы впились в мягкую грязь, сжимаясь в кулаки.       Забыв о больной щиколотке, она резко подорвалась на ноги и тут же рухнула обратно, вскрикнув от острой боли, прострелившей ногу.       Превозмогая боль, она вскочила опять и, прыгая на здоровой ноге, не смогла преодолеть и нескольких метров, как увязла ступнёй в жиже, потеряла равновесие и упала в болото. Не останавливаясь ни на миг, она двигалась в направлении Саске как удавалось — то прыгая на одной ноге, то на четвереньках, огибая тела бездыханных противников. Сакура не замечала ничего вокруг — её зрение сузилось лишь до одного человека, неподвижно лежащего на земле и истекающего кровью. Секунды тянулись как вечность, пока она пробиралась вперёд, увязая в грязи и не сводя глаз с Учихи.       И вот наконец она сделала последних три длинных прыжка и со всплеском приземлилась коленями в жижу. Трясущейся рукой повернула лежащего Саске с бока на спину.       Его красивое лицо, теперь вымазанное не только кровью, но и грязной водой, было похоже на восковую маску. Казалось, что Саске просто спал, не реагируя на её крики и прикосновения.       В ужасе смотря на кровавое месиво в самом центре его крепкой груди, Сакура залилась слезами, всхлипывая и аккуратно касаясь его лица. — Саске, ты слышишь меня? Ками, только не умирай! Пожалуйста, очнись! Что я могу сделать?!       Всё её тело сотрясала такая крупная дрожь, что у неё цокали зубы — то ли от ужаса и страха, то ли от невыносимого чувства собственной бесполезности. — На помощь! Кто-нибудь, помогите! Человек ранен! — истошно завопила Сакура, вращая головой по сторонам в поиске шиноби Конохи. Но вокруг никого не было. Лишь тихое поле поверженных противников Саске.       Саске вдруг приоткрыл глаза и слабо фокусирующимся взглядом посмотрел на Сакуру. Его мягко накрыло щемящее ощущение дежавю — вновь заплаканное лицо Сакуры над ним, раненым, совсем как в детстве, на том мосту после сражения с Забудзой. — Ты жив! — она в слезах кинулась ему на шею и крепко прижалась, обнимая.       Саске было больно, но её объятия, её слёзы и переживания за него глупым образом грели ему душу, и он с усмешкой прохрипел: — Сакура, ты тяжёлая.       Сакура мгновенно отстранилась, вынуждая его сразу же пожалеть, что повторил эту фразу из прошлого. Явно не поняв юмора и недоумённо нахмурившись, она пролепетала пылкие извинения: — Прости! Я не подумала, извини! Сильно больно? — Не помнишь? — хрип такой слабый, что он и сам едва различил произнесённые слова.       Дышать было больно. Практически невозможно. В груди полыхало пламя, не позволяя сделать вдох. Наверное, ранены лёгкие. Ему даже не хотелось смотреть вниз на свою грудь, чтобы воочию увидеть степень повреждения. Всё равно ему некому было помочь. Все врачи Конохи были либо в "Колыбели", либо за пределами барьера.       Сакура отрицательно замотала головой, вытирая тыльной стороной руки слёзы с лица. Но те не останавливались, вновь заливая её вымазанное в грязи лицо. — Конечно, не помнишь, — с меланхоличной усмешкой прошептал Саске.       Его глаза начали вновь закрываться. Захотелось спать. Каждый новый вдох давался тяжелее и болезненнее предыдущего. Грудина горела от нестерпимой боли, в то время как всё остальное тело становилось холодным. Казалось, что он лежал не в грязи, а на снегу — так быстро выскальзывало тепло из его тела. — Сакура, — тихо прохрипел Саске и поднял окровавленную руку к её щеке, чтобы аккуратно её погладить и стереть грязь с её кожи. — Ты… пойдёшь со мной?       Сакура отчаянно пыталась догадаться, о чём он спрашивал, чтобы ему не пришлось делать над собой усилия и объяснять ей что-либо. Догадка достигла её быстро: — Путешествовать? По миру? — Да, — его голос был таким слабым, что она разобрала его ответ, только прочитав по губам.       Сакура выглядела шокированной, а затем разрыдалась ещё сильнее и закивала головой, закрыв лицо ладонями. — Пойду, куда угодно пойду, только не умирай! Пожалуйста!       На мужском лице появилась слабая улыбка. А затем глаза Саске всё-таки закрылись. Рука сползла вниз и упала наземь.