Глава XXXIV Рейнира

      Рейнира              Тёплые лучи летнего солнца лениво ползли по комнате, проникая сквозь полог их с Деймоном огромной кровати. Они нежно ласкали её лицо, выдёргивая из царства сновидений.       Проснувшись, Рейнира облокотилась на гору из мягких подушек и, протерев глаза, сладко потянулась. Повернув голову вбок, она надеялась увидеть рядом с собой Деймона, но похоже, её дядя давно уже встал и умчался по своим делам. Занавески с его стороны кровати были не до конца задёрнуты, поэтому лучи солнца потревожили её сон.       Закрыв глаза, она громко зевнула и снова потянулась.       В последние дни она всё время чувствовала себя уставшей и постоянно хотела спать. Рейнира часто думала о том, как другие женщины, будучи беременными, должны были работать на полях, торговать в лавках, стирать, готовить и убирать. По мнению принцессы королевству необходим был закон, запрещающий этим бедняжкам работать в столь деликатном состоянии, поскольку было что-то преступное в том, чтобы заставлять женщину трудиться, когда её организм тратил все силы на создание новой жизни.       К тому же, помимо почти постоянного чувства усталости, недомогание было ещё одним спутником беременной женщины и Рейнира знала об этом не понаслышке.       Почувствовав, как на неё в очередной раз накатывает волна тошноты, принцесса вскочила с кровати и направилась к столику, где стоял кувшин с водой. Она наполнила чашу жидкостью и быстро её осушила, мысленно сетуя на то, что горничная не додумалась бросить в неё пару долек лимона.       С недавних пор Рейнира выясняла, что вода и лимоны благотворно влияют на её желудок и теперь всякий раз, когда ей становилось дурно, она тянулась к спасительному кувшину. Смена её вкусовых пристрастий стала поводом для новых подтруниваний со стороны её дяди. Наигранно вздыхая, он жаловался на то, что скучает по тем временам, когда её губы были сладкие от вина или бренди. И надо сказать, что она и вправду отказалась от горячительных напитков после того как мудрый мейстер Герардис сказал ей, что их чрезмерное употребление может негативно отразиться на ребёнке. С тех пор Рейнира ни разу не притронулась ни к вину, ни к любому другому питью, если только это не была вода.       Поставив чашу на стол, она подумала, что неплохо было бы перекусить и положила на тарелку пару ломтей хлеба и сыра. Затем принцесса подошла к балкону, мысленно представляя себе как будет есть импровизированные сандвичи и наслаждаться прохладным морским бризом. Однако её мечты обернулись прахом как только она распахнула большие стеклянные двери.       Вместо свежего воздуха ей в нос ударил резкий запах чеснока, рома, фекалий из канализации, лошадиной мочи и ещё какой-то мерзости, определение которой Рейнира не смогла найти.       Интересно, это Королевская Гавань так изменилась или же это её разбаловали ароматы сосны, соли, дыма и серы, царившие на Драконьем Камне? Размышляя об этом, принцесса вдруг осознала, что так пах не только воздух на острове, но ещё и Деймон.       Морщась, Рейнира закрыла двери на балкон, решив позавтракать внутри комнаты.       Возможно, дело было всё-таки в ней, а не в городе. Ведь за последний год её жизнь претерпела множество изменений. Начать хотя бы с того, что теперь она спала в комнате Деймона, а не в своей девичьей опочивальне.       Апартаменты её дяди когда-то принадлежали самому Мейгору и в несколько раз превосходили её, что делало их более подходящим местом для совместного проживания новобрачных.       И хотя Рейнира часто бывала в его покоях будучи маленькой девочкой и даже провела здесь первую неделю своей супружеской жизни, всё вокруг казалось ей чужим. Чужим и одновременно знакомым. Огромная кровать с балдахином стояла на том же месте, что и два года назад. Именно на ней они впервые познали друг друга как любовники и на ней же скрепили свои брачные клятвы уже как муж и жена. В центре комнаты находился большой дубовый стол, на котором лежала Тёмная Сестра. Возле него произошёл их первый поцелуй, за которым последовало объяснение в любви.       Затем её взгляд переместился на широкий мягкий диван и тёмные меховые ковры, благодаря которым спальня выглядела более уютно. Многочисленные статуи драконов, которыми были украшены стены и потолок, напоминали ей залы замка на Драконьем Камне и вызывали лёгкое чувство тоски.       Возможно, её состояние объяснялось тем, что ей было странно делить это место с Деймоном и, что это был последний раз, когда эти комнаты принадлежали только им двоим.       Закрыв глаза, принцесса Драконьего Камня положила руки на свой заметно выросший живот.       - Знал бы ты сколько неприятностей уже доставил своей матери, - прошептала она. - Но я не сержусь на тебя, мой малыш.       Затем она очень нежно погладила свой живот, словно ребёнок растущий в нём мог почувствовать её прикосновения.       Смена комнат, её новый статус жены и их с Деймоном скорый отъезд из Королевской Гавани были ничем в сравнении с этим крошечным существом, которое они создали с её принцем.       Однажды её дядя сказал, что благодаря ему она стала женщиной и долгое время Рейнира думала так же. В ту ночь, когда они впервые разделили ложе, она лежала обнаженная в его объятиях перед огромным камином и чувствовала себя намного старше своих пятнадцати лет. Но только теперь принцесса поняла, что Деймон ошибался: это не он сделал её женщиной, а ребёнок, которого она носила под сердцем.       Между девушкой и женщиной существовало одно различие и оно заключалось не в умении целоваться или доставлять мужчинам удовольствие. В конце концов, для всего этого не требовалось особого ума и любая могла освоить эту нехитрую науку, но вот ребёнок... Только женщина была способна позаботиться о ребёнке.       Хотя со дня её свадьбы прошел почти год, многие до сих пор воспринимали её как неискушенную девицу. Что ж, младенец у неё на руках поможет им наконец-то разглядеть в ней женщину.       "Мой малыш", - с любовью подумала Рейнира и снова погладила свой живот. - "Хорошо, если бы у него были серебряные волосы Деймона и мои фиолетовые глаза".       Ах, какой сладостной была эта мысль!       Укусив пару раз сандвич, принцесса поставила тарелку обратно на стол, а когда в комнату вошли её горничные и слуги, велела подать ей воды с лимоном.       - Может, вам принести что-нибудь из выпечки? Или немного овсяной каши с мёдом? - предложила одна из женщин.       Одного только упоминания о еде было достаточно для того, чтобы волна тошноты снова подступила к её горлу. Рейнира никогда не обладала большим запасом терпения, а в последнее время её было особенно легко вывести из себя.       - Если я попросила тебя принести воды с лимоном, то, будь добра, принеси мне воды с лимоном! - сердито воскликнула она. - С чего это ты вдруг решаешь за меня?! Живо отправляйся на кухню и принеси мне воды!       Женщины едва не столкнулись лбами, кинувшись исполнять её приказ. Но не успела дверь за ними захлопнуться, как её тут же распахнул Деймон.       Выражение её лица тут же смягчилось, а на губах заиграла улыбка.       - Так-так... Вижу, моя спящая красавица наконец проснулась и уже довела горничных до слёз.       - Оставь свои шутки при себе, дядя, я не в настроении, - скрестив руки на груди, сказала Рейнира. - Ещё только утро, а я уже чувствую себя уставшей и мой желудок снова не даёт мне покоя.       Прислонившись плечом к дверному проёму, Деймон окинул её оценивающим взглядом.       - Кажется, я никогда раньше не говорил тебе, моя милая племянница, что так твоя грудь выглядит особенно аппетитно...       Залившись румянцем, Рейнира поспешила изменить позу.       Деймон самодовольно усмехнулся и велел слугам наполнить для него ванну.       Только тогда принцесса заметила, что его ботинки были в грязи, а большая часть серебряных волос выбилась из тугого пучка. Судя по всему её дядя провёл это утро во внутреннем дворе замка, тренируясь с другими рыцарями. После того как они поселились на Драконьем Камне, он стал часто тренироваться по утрам, особенно в те дни, когда она вставала позже него.       - Ты ведь знаешь, что уже почти полдень? - спросил он, небрежно кинув на пол снятую с себя тунику. - Ты проспала почти весь день.       Рейнира огляделась по сторонам, а затем снова посмотрела на него.       - Тебе не следует раздеваться в присутствии слуг, - предостерегла она.       Проигнорировав её слова, Деймон снял пояс и отбросил его в сторону.       - Ревнуешь?       - Нет, - раздражённо ответила она.       Встряхнув волосами, она направилась к мягкому дивану, захватив со стола тарелку с недоеденным хлебом и сыром. Удобно расположившись на подушках, она продолжила наблюдать за тем, как раздевается её принц. В его глазах блестели искорки веселья и всякий раз, когда их взгляды встречались, она начинала хихикать.       - Не считая твоего "прекрасного" настроения, как ты себя сегодня чувствуешь? - спросил её Деймон. - Как мой сын?       Рейнира широко улыбнулась и положила руку на живот.       - Я хочу напомнить тебе, дядя, что мы не знаем точно пол нашего ребёнка. Но тебе не о чем переживать, у нас у обоих всё хорошо. Мне даже кажется, что в последнее время он стал чаще шевелиться! - взволнованно воскликнула она. Честно говоря, она собиралась подождать ещё пару дней прежде, чем сообщить ему об этом, но не сдержалась. - Особенно, когда ты рядом.       "Или после наших занятий любовью", - подумала про себя Рейнира, но решила не делиться с дядей этой деталью, поскольку у него и без того хватало поводов, чтобы её дразнить.       Оставшись в одних подштанниках, Деймон сел рядом с ней на диван и притянул её к себе на колени. Обхватив руками её лицо, он запечатлел на её губах лёгкий поцелуй прежде чем проникнуть языком в рот.       - Я обожаю твой запах, - прошептал он, зарывшись лицом в её серебряно-золотистые кудри. - И твою гладкую, нежную, словно шёлк кожу.       - Словно шёлк? - с придыханием спросила она.       - Нежнее шёлка, - ответил он и игриво укусил её за мочку уха.       Его руки легли на изгиб её живота и Рейнира почувствовала лёгкое, похожее на касание крыльев бабочки, движение малыша. Кажется, их ребёнку нравилось, когда его родители целуются.       Улыбаясь сквозь поцелуй, она отстранилась от настойчивых губ своего принца, чтобы сообщить ему об этом.       - Он шевелится, - сказала принцесса. - Или она.       Рейнира хотела было взять его за руку, чтобы положить на то место, где движения малыша были наиболее ощутимы, но Деймон её опередил, обхватив ладонями живот.       - Хмм... Кажется, я тоже что-то чувствую.       Продолжая ласкать её выпуклый живот, он поддался вперёд и снова припал к её губам. Рейнира со всем пылом ответила ему на поцелуй, чувствуя как в ней разгорается пламя желания. Обняв его за широкие плечи, она прижалась к его груди и тихо застонала.       - Куда ты ходил сегодня утром? - небрежно спросила она, царапая ногтями его спину.       - Неважно, - ответил Деймон, рисуя языком узоры на её шее. Спустив с плеч её ночную сорочку, он стал целовать её ключицы, а затем вернулся к губам.       Его руки играли с подолом её сорочки, постепенно сдвигая ткань вверх, пока не достигли середины её бёдер. Почувствовав прикосновение его пальцев между своих ног, Рейнира вдруг осознала, что в комнате помимо них были ещё люди.       Быстро оттолкнув от себя его руку, она поспешила натянуть сорочку обратно.       - Слуги, - прошептала она.       - Что с ними? - как ни в чем не бывало, спросил Деймон.       - Ты забыл, что они всё ещё здесь? Мы не можем заниматься любовью у них на глазах, - запротестовала Рейнира, пытаясь встать с его колен.       Но как бы она ни старалась, его руки твёрдо удерживали её на месте.       - Я не против, если ты согласна, - ответил он, поигрывая бровями. - Нам всего лишь нужно вернуться в нашу кровать и задёрнуть занавески.       Осознав, что он говорит это на полном серьёзе, Рейнира сбросила с себя его руки и прежде чем он успел сделать ещё что-нибудь, встала с его колен и отошла на безопасное расстояние.       - Мы могли бы придумать свою версию игры "Приходи в мой замок", - предложил Деймон. - Или мой маленький дракончик хочет, чтобы большой плохой дракон его поймал и затащил в своё логово?       Рейнира обескураженно посмотрела на него, чувствуя как румянец заливает её щёки.       - Развратник! У тебя совсем нет стыда!       В ответ Деймон рассмеялся и облокотился на спинку дивана.       От их небольшой эскапады его волосы пришли в ещё большей беспорядок и теперь серебряные нити свободно ниспадали ему на плечи. От вида его растрёпанных волос, сиреневых глаз и золотистой кожи её сердце забилось с удвоенной силой.       - Знаешь, мне тут вспомнилась одна очень юная и очень настойчивая девица, которая пришла в ярость, когда я отказался лишить её девственности, - сверкая белыми зубами, сказал он. - Представь моё удивление, когда следующим вечером я обнаружил её внутри своих покоев, одетую лишь в красный халат и довольно откровенную сорочку.       Нахмурившись, она бросила на него недоуменный взгляд через плечо.       - Не понимаю, о чём ты говоришь, дядя. Тебе, должно быть, это приснилось.       Её принц ухмыльнулся и, стащив с себя последний предмет одежды, направился в сторону ванны, которую слуги за это время доверху наполнили горячей водой.       - Могу я попросить свою очаровательную племянницу помочь мне вымыть голову? - спросил он, погружаясь в купель.       Захихикав, словно глупая девчонка, Рейнира присела возле него на пуфик и взяла с полочки душистое мыло, запах, которого нравился ей больше остальных.       Намылив руки, она принялась массировать кожу его головы, пропуская между пальцев серебряные пряди. Глядя на его роскошную гриву, принцесса невольно задумалась о том, какие волосы будут у их ребёнка.       - Я хочу спросить тебя кое о чём, - сказала она.       - Кажется, мой маленький дракончик никогда не устанет пытать большого злого дракона.       Весёлые нотки в его голосе придавали его образу беззаботности из-за чего он выглядел моложе своих лет. Рейнире нравилось видеть его таким расслабленным, учитывая, что в последнее время он, казалось, всегда был настороже.       - Как ты думаешь, на кого будет похож наш малыш? На тебя или на меня?       - Прежде всего, моя милая принцесса, я хотел бы, чтобы мы прояснили один важный момент. Малыш в твоём животе - мальчик и, когда он родится, мы наречём его Бейлоном, - самоуверенно заявил он. - Теперь, что касается твоего вопроса... Я думаю, что столетия браков между братьями и сёстрами не оставили нам большого полёта для фантазии. Скорей всего у нашего сына будет светлая кожа, серебряные волосы, сиреневые глаза и утонченные черты лица. Иными словами, Рейнира, он будет похож на Таргариена.       Принцесса в ответ поцокала языком и закатила глаза.       - Ну, а я вот несогласна! Даже несмотря на схожие черты, мы все выглядим по-разному. Вот например, в моих волосах больше золота, а в твоих - серебра. У тебя глаза сиреневые, у меня - фиолетовые. Моя кожа светлее твоей, а черты лица изящней и мягче, - сказала Рейнира и нежно провела пальцем по его носу. - Особенно, если говорить об этой части лица, дядя.       - Я, например, считаю, что мне крупно повезло, - возразил Деймон. - Судя по рассказам людей, моя мать была отнюдь не красавицей. В детстве она упала и сломала нос из-за чего он навсегда остался кривым. У неё были непарные глаза: один зелёный, а другой лиловый, большие уши и русые волосы... Да, видимо, не все Таргариены похожи друг на друга. Хотя ты похожа на меня больше, чем на своего отца.       Глаза Рейниры расширились и она с ужасом посмотрела на него.       - Я совсем на тебя не похожа! - запротестовала она. - Пожалуйста, никогда больше так не говори.       Деймон запрокинул голову на бортик ванны и громко засмеялся.       - Значит теперь тебя волнует, что я твой дядя? Не считаешь, что для этого немного поздновато? - игриво спросил он, указывая рукой на её выпуклый живот.       Поразмыслив немного, она сказала:       - Ты осознаешь, что мой ребёнок будет так же моим кузеном? А ты будешь для него не только отцом, но и ещё двоюродным дедушкой.       Но Деймон на это всего лишь усмехнулся. Кажется, его это скорее забавляло, чем беспокоило.       - Моя мать была так же моей тётей, а отец - дядей, - пожав плечами, ответил он. - Лучше не углубляться в это слишком сильно, моя принцесса.       - Знаешь, когда я вернулась от тебя после того как мы впервые занялись любовью, моя фрейлина, леди Карелин ждала меня в моих покоях. Я помню, что тогда она сказала мне нечто подобное, - захихикав, сказала она.       - Я бы многое отдал за то, чтобы узнать, о чём вы, дамы, секретничаете.       - Тебе остаётся только гадать, - заявила Рейнира. - Что ж, пожалуй, мне стоит начать готовиться к пиру, если я не хочу на него опоздать. И тебе тоже следует поторопиться, дядя.       Деймон закрыл глаза и погрузился под воду. Вынырнув, он провёл руками по своим волосам и снова откинулся на бортик ванны.       - Надень что-нибудь лёгкое, что-нибудь светлое. Я уверен, что её светлость, Предводительница Сук, выберет очередной вычурный наряд из тяжёлой ткани, который покроет её с головы до пят. Упаси Семеро, если она позволит кому-нибудь увидеть свою куриную шею, - ехидно заметил её дядя. Но она пропустила его реплику мимо ушей, поскольку всё её внимание было сосредоточено на его руках и крупных каплях воды, стекающих по его обнаженной коже. - Поэтому ты, моя прекрасная дева, должна надеть что-нибудь яркое, что подчеркнёт твою юность и заставит других дам сходить с ума от зависти.       Рейнира приподняла бровь и с интересом посмотрела на него.       - Не знала, что ты следишь за модой, дядя. До этого времени я полагала, что тебя интересует только то, что находится у меня под юбкой.       - Позволь напомнить тебе, моя милая племянница, что раньше я уже помогал тебе выбрать наряд для пира, - самодовольно ухмыльнувшись, сказал он.       Принцесса тут же покраснела, вспомнив не только его участие в выборе наряда, но и то, что произошло после того, как он отвёл её в комнату, якобы для того, чтобы помочь ей успокоиться.       "Возможно, сегодня он мог бы оказать мне ту же услугу", - подумала про себя Рейнира, чувствуя между ног знакомое тепло.       Но по всей видимости голова её принца была занята несколько иными вещами, поскольку меньше, чем за одну минуту от его игривого настроения не осталось и следа, а лицо стало неподвижным и серьёзным.       Заметив это, Рейнира потянулась к его руке и спросила, что его так расстроило.       - Не обращай внимания, мой маленький дракончик. Просто я никак не могу выбросить из головы Отто Хайтауэра и его недавний визит в Королевскую Гавань.       - Пожалуй, мне стоит обидеться на тебя за то, что ты думаешь об этом жалком человеке вместо того, чтобы придаваться воспоминаниям о том, как мы третий раз занимались любовью.       Она сказала это в шутку, надеясь таким образом его рассмешить, однако выражение лица её принца по-прежнему оставалось напряжённым.       - Сомневаюсь, что он приезжал сюда для того, чтобы насладиться обществом своей дочери или потому, что соскучился по внукам, - заметил Деймон. - Нет, ублюдок не стал бы из-за этого напрягаться. Очевидно, что у него был скрытый мотив... Но какой? Хотел бы я это знать...       Рейнира любовно разгладила морщины на его лбу, одновременно любуясь его прекрасным лицом.       - Что бы там ни было, это не имеет значения, - наконец, сказала она. - Он не лорд и не десница, у него здесь нет друзей и реальной власти. Он может сколько угодно плести интриги с моей дорогой "мамочкой", а затем поджав хвост, вернуться в Старомест и продолжить плести их там. Всё это неважно. Они - никто. Они ничего не смогут нам сделать.       Закрыв глаза, она прижалась к его губам, надеясь, что это поможет вытеснить из его головы мысли о сире Отто. Ещё никогда в жизни Рейнира не была счастлива так, как сейчас и будь она проклята, если позволит бывшему деснице своего отца или его курице-дочери всё испортить.       Несмотря на все перипетии ей всё же удалось выйти замуж за мужчину, которого она любила больше всего на свете и теперь ждала от него ребёнка. Однажды она станет королевой и будет на равных с дядей править Вестеросом, а когда придёт её черёд покинуть этот мир, трон перейдёт их сыну.       Кем тогда будут Хайтауэры, если не пылью под их ногами?       Немного поиграв с его нижней губой, она проникла языком в его рот, одновременно лаская под водой его налившуюся плоть. Неожиданно Деймон разорвал поцелуй, а затем вышел из ванны и поднял её на руки. Её сорочка сразу намокла, как и покрывала на их постели, куда он осторожно её положил.       Рейнира снова взяла в руку его член и после нескольких движений нежно сжала бархатный мешочек под ним. Почувствовав её ладонь на столь деликатной части своего тела, Деймон закрыл глаза и зашипел.       - Всё ещё думаешь об Отто Хайтауэре? - невинно спросила она.       Убрав волосы с лица, он хрипло засмеялся, что в свою очередь вызвало на её лице безмятежную улыбку.       Ничто не доставляло ей такого удовольствия, как беззаботный смех её принца. Мысль о том, что она дарила ему радость и могла заставить позабыть о проблемах пьянила её, словно вино. Только ей было такое по силам, только она была способна исполнить его желания.       - Нет, но я хотел обсудить с тобой один момент, моя принцесса, - ответил он. - Я ослышался или ты и вправду считаешь каждый раз, когда мы трахаемся?       - Занимаемся любовью! - быстро поправила его Рейнира, прижимаясь щекой к его лбу. - Но, да, я считала поначалу, но потом перестала... Честно говоря, я быстро сбилась со счёта! Всё же я даю некоторым из них название, если они запомнились мне по тем или иным причинам, - нехотя призналась она.       - Ты сейчас бросаешь вызов большому злому дракону?       По её телу пробежала дрожь. Облизав пересохшие губы, она пропищала что-то в ответ, что Деймоном воспринял как «да».       В следующие мгновение его сильные руки перевернули её на живот и поставили на четвереньки. Задрав её сорочку до талии, он одним толчком погрузился внутрь её жара от чего она громко застонала, вцепившись пальцами в покрывала. Двигаясь в размеренном ритме, он быстро довёл её до оргазма прежде чем достигнул собственного пика удовольствия.       Рухнув рядом с ней на кровать, Деймон притянул её к себе и крепко поцеловал. Рейнира запуталась пальцами в его мокрых волосах, наслаждаясь видом его обнаженного тела. Их глаза светились от счастья и где-то внутри своего живота она снова почувствовала как шевелится её сын.       Пир, который устроил её отец, поражал своим великолепием. Правда он был не таким помпезным в сравнении с другими банкетами, на которых ей доводилось бывать. На дворе стояло лето и люди с гораздо большим удовольствием предпочитали проводить время на свежем воздухе, чем в душных залах, и в менее официальной обстановке. Жгучее солнце вынудило большинство дворян выбрать для сегодняшнего пира наряды из льна и шёлка. Исключением из общей массы стала, конечно же, Алисента и её стая кур.       Как и предсказывал её дядя, королева явилась на пир разодетая в пух и прах, в платье из тяжёлой ткани, которое подходило больше для посещения Септы, чем для дневного банкета. Даже ярко-синий оттенок казался тёмным и неуместным на фоне светлых нарядов других придворных дам.       Их с Деймоном появление не осталось незамеченным и вызвало всеобщий ажиотаж. Рейнира чувствовала на себе пристальные взгляды собравшихся дворян, которые следили за ней, пока она шла под руку с дядей к своему месту. Большинство из них без утайки разглядывали её живот и громким шёпотом обсуждали её деликатное состояние. В зависимости от привязанности в их речах можно было услышать либо слова любви и обожания, либо ненависти и призрения.       Отец встретил её сердечными объятьями, прижав к своей груди так же крепко, как и в день их с Деймоном приезда в Королевскую Гавань.       - Нам нужно о многом с тобой поговорить, Рейнира, - сказал он, целуя её в щёку. – Наедине, только я и ты. Я ужасно скучал по тебе, дитя.       Она тоже по нему скучала, но слова, которые он сказал ей накануне отъезда из столицы, всё ещё были свежи в её памяти... Слишком свежи.       Было легко не думать о них, находясь на Драконьем Камне и практически невозможно здесь. Достаточно было только посмотреть на женщину, по вине которой происходили почти все её ссоры с отцом, чтобы рана в её сердце снова начинала кровоточить.       - Может завтра утром позавтракаем вместе? Вспомним, так сказать, былые времена, - предложил он, оттесняя её подальше от Деймона и Алисенты.       Его фиолетовые, точно такие же как у неё, глаза были полны невысказанной надежды. Она так же видела в них следы неподдельного счастья, которое было вызвано её приездом. Рейнира хорошо понимала состояние своего отца, ведь во многом их чувства были схожи.       Что бы там ни было она ужасно по нему скучала и была счастлива видеть его снова.       - Я с удовольствием присоединюсь к тебе за завтраком, папа.       - Я бы хотел, чтобы ты мне больше рассказала о своей жизни на Драконьем Камне, - сказал он. - И мне не терпится узнать, как ты планируешь назвать моего первого внука. Надеюсь, твой дядя дал тебе возможность принять участие в выборе имени?       Рейнира сначала подумала, что её отец таким образом пытается задеть Деймона, но по его весёлому смеху она поняла, что он шутил.       - Видишь ли, я не понаслышке знаю, насколько властными могут быть мужчины, когда дело касается их первенцев. Я вёл себя как настоящий тиран, когда пришло время выбирать имя для тебя, - усмехнувшись, сообщил он. - Но твоя мать, да упокоят Семеро её душу, была необычайно терпелива со мной.       Рейнира тепло улыбнулась и положила руку на свой живот.       - Если родится мальчик, мы назовём его Бейлоном, - сказала она. - Бейлон Таргариен.       Только сейчас она подумала о том, что помимо Весеннего Принца, это имя носил её брат. Тот самый брат, из-за которого умерла её мать, и над смертью которого потешался потом Деймон. Именно после его шутки о "наследнике на один день" отец изгнал его из столицы, а затем он и вовсе покинул Вестерос. Ей следовало предположить, что её отцу может не понравится их выбор.       - Бейлон Таргариен, - повторил он. - Славное имя для короля. Имя моего отца, твоего дедушки. Он был достойным человеком.       - Боюсь, Деймон не позволил бы назвать своего первенца как-то иначе, папа, - извиняющимся тоном, сказала она.       - Мой отец заслуживает того, чтобы в честь него назвали следующего короля Вестероса. Думаю он бы обрадовался, узнав, что его внучка решила дать своему сыну его имя... Хотя точнее сказать, что его сын решил так назвать своего первенца. В любом случае, это прекрасный выбор, моя любимая девочка.       Услышав слова отца, Рейнира с облегчением вздохнула. Кажется, он и в самом деле был рад тому, что они решили назвать ребёнка Бейлоном.       - Ну а если боги пошлют тебе и моему недалёкому брату девочку?       - Висенья, - тут же ответила Рейнира.       Сколько она себя помнила, ей всегда хотелось назвать свою дочь Висеньей.       - Тебе с детства нравилось это имя, - заметил её отец, прекрасно зная о её желании. - Уверен, она будет так же прекрасна, как и её мать. Настоящая красавица. Знаешь, Рейнира, я... А, сир Кристон!       Услышав имя своего бывшего телохранителя, принцесса побледнела, чувствуя, как в её венах заледенела кровь. Её состояние значительно ухудшилось, когда упомянутый выше рыцарь появился в поле её зрения.       И как она могла забыть, что этот человек тоже будет здесь? Он был лордом-командующим Королевской Гвардии, членом Малого Совета её отца и телохранителем королевы, поэтому, конечно же, рано или поздно их пути должны были пересечься.       - Ваше величество, королева приказала...       - Вы появились как нельзя кстати, сир Кристон! Знаете, что мы только что сейчас обсуждали с принцессой? Имя моего будущего внука!       Рейнира не знала, какова была реакция рыцаря на слова её отца, потому как она отказывалась не то, что разговаривать с ним, но даже смотреть в его сторону. Однако её отец казалось, не замечал возникшего между ними напряжения и, как ни в чем не бывало, продолжил.       - Если родится мальчик, они назовут его Бейлоном, в честь моего отца, а если девочка - Висеньей. Рейнире всегда нравилась королева-воительница. Хотя, я подозреваю, что во многом симпатия принцессы обусловлена тем, что мой брат в своё время унаследовал её меч, Тёмную Сестру.       - Отец, прошу тебя, - взяв его под руку, сказала Рейнира. - Не могу поверить, что первым человеком, которому ты решил сообщить что-то настолько личное, как имя моего будущего ребёнка, стал твой слуга. Кто следующий на очереди? Быть может, повар?       Сказать, что она была зла, значит ничего не сказать. По-прежнему отказываясь смотреть на сира Кристона, принцесса махнула в его сторону рукой, жестом приказывая ему уйти.       - Рейнира, я так счастлив, что готов прокричать имя своего внука с вершины самой высокой башни замка, - посмеиваясь, ответил он.       После чего её отец вернулся к своей королеве, а она - к своему принцу, который сразу распознал на её лице следы недовольства.       - Не обращай внимания, - сказала она, когда Деймон спросил её, что случилось. - Просто отец слишком фамильярно ведёт себя со слугами.       Её дядя взглянул на рыцарей из Королевской Гвардии и на его лице заиграла злобная улыбка.       - Надеюсь, имя моего сына и знание того, что ты каждую ночь проводишь в моих объятиях, навсегда лишат этого пса покоя.       Если этим её дядя хотел поднять ей настроение, то его попытка не увенчалась успехом. Даже наоборот, он сделал только хуже. По большому счёту ей не было дело до страданий её бывшего телохранителя, она просто хотела, чтобы он держался от неё подальше, и не попадался на глаза во время её визитов в Королевскую Гавань.       Когда со всеми формальностями было покончено, её отец пригласил всех за стол. Пир начался с маслянистого супа из улиток, который было принято подавать в Просторе. Несмотря на аппетитный аромат, Рейнира всегда отказывалась от него, поскольку ей претила мысль есть блюдо из скользких тварей, которые ползали по саду, оставляя за собой мокрый след.       Драконы никогда бы не стали есть этих низменных существ и она не будет.       Пока слуги убирали со стола, она съела хлебную лепёшку, запив её обычной водой. Затем им принесли на выбор ещё несколько блюд, но Рейнира отвергла их все, за исключением густого рагу из оленины, которое она съела пополам с Деймоном.       Ей так же предложили отведать сладкого вина, но она категорически отказалась пить что-либо, кроме воды.       - Маленький глоток тебя не убьёт, - сказал ей Деймон, наполняя свой кубок. - Вот, попробуй, это белое вино с острова Арбора.       - Нет, благодарю, дядя, - нахмурившись, ответила Рейнира. - От одного только запаха у меня сводит живот.       В перерыве между основными блюдами им принесли подносы с зеленью, орехами и сухофруктами, и Рейнира с удовольствием отведала всего по чуть-чуть. Правда, когда перед ней поставили поднос с горохом и луком, она тут же велела унести его обратно, опасаясь что в противном случае ей придётся покинуть зал для того, чтобы опустошить желудок.       Ребёнок в последние дни не давал ей покоя, и не прошло и часа с начала банкета, как на неё навалилась глубокая усталость.       В довершении ко всему шут её отца, Грибок, стал донимать её просьбами забрать его с собой на Драконий Камень. Карлик клялся и божился, что после её отъезда Королевская Гавань опустела и стала невыносимо скучным местом. Конечно же, Рейнира ему отказала и тогда, действуя ей назло, Грибок упал перед ней на пол, и истошно завопил, перекатываясь с одного бока на другой. Надо сказать, что многие из присутствующих нашли это зрелище забавным и стали в голос хохотать над шутом, показывая на него пальцами. И естественно Деймон был в их числе.       - Грибок, прекрати! - пыталась урезонить его Рейнира, пока её дядя забавлялся вместе с остальными.       Даже леди Лейна и её брат Лейнор не смогли удержаться и тоже присоединились к всеобщему веселью. Кстати, на пир её кузен прибыл в обществе сира Кварла Корри, своего нового фаворита. На протяжении всей трапезы мужчины о чём-то перешептывались, а сейчас дружно потешались над шутом.       Звук голоса её отца заставил карлика, наконец-то, угомониться после чего слуги подали им на стол рыбные блюда и всевозможные закуски из морепродуктов, которые так нравились лорду Корлису. Рейнира не сомневалась, что таким образом отец хотел задобрить Морского Змея. Она видела как он время от времени выжидающе поглядывал на него и даже велел слугам обслужить сначала дорогого гостя, а потом уже его самого.       Она так же заметила, что взгляд Деймона чаще обычного задерживался на фигуре её отца. Хотя позже она поняла, что он смотрел не на него, а на королеву.       - Тебя что-то беспокоит, дядя? - спросила она, потягивая его за руку.       - Не знаю как это объяснить, моя племянница, но здесь явно что-то не так, - ответил он, продолжая пристально разглядывать её мачеху.       - Что ты имеешь в виду?       Но Деймон больше ничего ей не сказал. Рейнира повторила свой вопрос ещё раз, но он снова её проигнорировал. Надувшись, она откинулась на спинку кресла и скрестила руки на груди. Так она просидела до тех пор, пока на горизонте не замаячили тарелки с мясными блюдами и закусками.       От вида жареной баранины у неё потекли слюнки. Она уже собиралась подозвать к себе слугу, чтобы он принёс порцию и ей, но, к сожалению, именно в этот момент на середину зала вышел один из певцов с намерением спеть в её честь новосоченённую песню.       Рейнира выдавила из себя любезную улыбку, хотя в душе не могла дождаться конца его выступления. Когда мужчина закончил петь, двор одарил его громкими овациями, а от себя принцесса произнесла несколько слов благодарности.       - Он просто воздаёт должное Отраде Королевства, - заметил кто-то из мужчин.       Рейнира привыкла к тому, что люди часто засматривались на неё, хотя в большинстве случаев такой повышенный интерес исходил со стороны мужчин. Сейчас они тоже смотрели на неё, и если обычно ей легко удавалось игнорировать их взгляды, то сегодня одному человеку всё же удалось привлечь к себе её внимание. Речь шла о сире Харвине Стронге, чей нежный взор она чувствовала на себе даже находясь на противоположном конце комнаты. Рыцарь почти весь день не сводил с неё глаз и обворожительно улыбался, когда замечал, что она поглядывает в его сторону.       Чувствуя, что краснеет, принцесса опустила голову в свою тарелку. Ей вспомнилось как они танцевали вместе на свадьбе леди Карелин в Хареннхолле и как он защитил её от сира Кристона. В её памяти так же всплыли слова его сестёр, которые раскрыли ей глаза на его чувства и реакция Деймона, когда он узнал о том, что она отдала ему свою подвязку.       "Мне следовало навестить его тогда", - сокрушаясь, подумала про себя Рейнира.       Сир Харвин сделал для неё так много хорошего, а она никак не отплатила ему за его доброту.       - Даже будучи в положении ты остаёшься Отрадой Королевства, - поддразнил её Деймон. - Певцы чуть ли не дерутся между собой за право сочинить во славу тебя очередную оду, а любой мужчина в этом зале отдал бы свою руку за ночь в твоих объятиях.       Рейнира перевела на него свой взгляд, напрочь позабыв о сире Харвине.       - Не делай вид, будто бы тебе это не нравится, дядя, потому что я знаю, что это не так. И меня не волнуют другие мужчины, - сказала она. - Мне нужен только один и он сидит рядом со мной. Мой дядя. Мой муж. Отец моего ребёнка.       Деймон в ответ рассмеялся и поднял за неё чашу.       - За тебя, моя племянница. Знаешь, если бы твоё тело было едой, я бы сейчас был толще твоего отца.       - Пожалуйста, не зли его, - попросила Рейнира. - Он так радуется тому, что скоро станет дедушкой. И, кстати, он одобрил имя, которое мы выбрали для нашего сына. Бейлон.       Деймон на это ничего ей не сказал, но выражение его лица несколько ожесточилось и он поспешил вернуться к еде.       После того как с мясными блюдами было покончено, наступило время десерта. Пока слуги занимались уборкой приборов, музыканты развлекали гостей оживлённой игрой, и многие пары покинули свои места, чтобы потанцевать друг с другом. В этот момент к их столу стали по очереди подходить лорды и дамы, желающие лично их поприветствовать и поздравить.       Рейнира надеялась увидеть среди них свою кузина Лейну, но девушка оказалась окружена толпой молодых людей, которые жаждали заполучить её внимание. Они выражали своё почтение лорду Корлису и тут же начинали осыпать её кузину комплиментами, прося дозволения с ней потанцевать.       - Похоже, моя сестра собирается украсть у тебя титул самой желанной женщины в столице, - заметил Лейнор.       Он подошёл к их с Деймоном столу, чтобы поздороваться, а заодно представить им своего нового "друга".       После смерти Джоффри Лонмаута её кузен был безутешен, но встреча с сиром Кварлом Корри, казалось, вернула его к жизни. Рыцарь стал его новым фаворитом и упросил Лейнора взять его с собой в столицу, где он давно мечтал побывать.       И хотя их первую с ним встречу нельзя было назвать удачной, со временем Рейнира нашла в лице своего кузена интересного собеседника. Он был забавен, любил поэзию и обожал своего дракона, на котором часто летал в компании своей сестры. К тому же, какая-то часть неё всё ещё испытывала вину за то, что случилось с его предыдущим фаворитом, сиром Джоффри.       - Кузина, ты прекрасна выглядишь сегодня, - сказал Лейнор, окидывая её взглядом. - Этот цвет тебе очень идёт! Я, наверное, тоже закажу себе тунику такого цвета.       - Светло-розовую? - насмешливо спросил Деймон.       - Да! - воодушевленно воскликнул её кузен. - Как ты думаешь, Кварл, мне пойдёт? А если украсить её золотой парчой?       Но прежде чем молодой рыцарь успел ответить, к их столу подошел слуга и предложил попробовать им несколько сортов прекрасного бренди.       - Принеси-ка ты нам два кубка грушевого бренди, - приказал сир Кварл. - Принц Деймон, не откажите ли вы мне в просьбе разделить с вами этот божественный напиток? Я столько слышал о вас и давно мечтал познакомиться! Бьюсь об заклад, рыцари из моего гарнизона сойдут с ума от зависти, узнав, что я пил с братом короля!       Но к сожалению для сира Кварла, её дядя потерял интерес к его персоне, когда к их столу подошёл его старинного приятель и капитан Городской Стражи, сир Акселл Тарли. Обнявшись, мужчины куда-то ушли, оставив её в обществе Лейнора и его фаворита.       - Оставьте кубок на столе, сир, - тепло улыбнувшись, сказала ему Рейнира. - Когда дядя вернётся, я ему его передам.       Казалось, рыцарь слегка замешкался, прежде чем поставил кубок на стол. Он так же взял с неё обещание, что она непременно проследит за тем, чтобы напиток оказался в руках её дяди.       - Вашему мужу он очень понравится! - заверил её сир Кварл. - Сорока на хвосте принесла, что принц питает особую слабость к грушевому бренди и сладким ликёрам!       Услышав это, Рейнира засмеялась.       - Боюсь, ваша птичка ошиблась, сир Кварл! Такие напитки нравятся мне, а не моему дяде. Несколько месяцев назад мой принц и в самом деле заказал для меня несколько ящиков бренди и всевозможных ликёров. Но я так и не смогла насладиться ими, поскольку вскоре обнаружила, что беременна, а мой мейстер настоятельно просил меня воздержаться от горячительных напитков.       Рыцарь изменился в лице и неожиданно занервничал.       - Но... Я думаю, он захочет попробовать... Это чудесный бренди, я уверяю вас!       Положив руки на живот, принцесса откинулась на спинку стула.       - Возможно, он согласится, если вы будете достаточно красноречивы. Но должна предупредить, что вам будет непросто уговорить его выпить что-то столь сладкое, как грушевый бренди.       Посмеиваясь, Лейнор обошел стол и занял место Деймона.       - Не трать свои силы понапрасну, Кварл. Принц предпочитает женщин, а не рыцарей. Вряд ли ему придётся по вкусу твоя борода. А вот мне она очень по душе, - признался он ей шёпотом.       - А мне больше нравится чистовыбритое лицо, - сказала Рейнира.       - Правда? А что насчёт небольших усиков?       - Совершенно точно нет! Они напоминали бы мне о моём отце.       Лейнор снова засмеялся и сказал, что тоже не стал бы встречаться с мужчиной, если бы он напоминал ему лорда Корлиса.       - Я так обрадовался, узнав, что у вас с принцем в скором времени родится ребёнок. Я очень люблю детей и в будущем хотел бы их как можно больше.       Рейнира поблагодарила кузена за тёплые слова, сочувствую ему в душе. Ей был известен всего лишь один способ обзаведения потомством, но Лейнор, похоже, не особо им интересовался и предпочитал проводить время в обществе своих фаворитов, к большому огорчению местных девиц, которые бросали на него тоскливые взгляды. Честно говоря, она с трудом верила, что ему удастся зачать хотя бы одного ребёнка, не говоря уже о двух.       Затем Лейнор поинтересовался, какое имя они планировали дать своему ребёнку и Рейнира с удовольствием поделилась с ним своими мыслями на этот счёт.        - Не хочу показаться бестактным по отношению к Весеннему Принцу или оскорбить вкус твоего дяди, но я надеюсь, что у тебя родится девочка, - сказал Лейнор. - По мне имя Висенья звучит намного изящней, чем Бейлон.       Рейнира в ответ безразлично пожала плечами, но предупредила его, чтобы он не вздумал сказать такое в присутствии её принца.       - Кстати, а вот и он, - заметил Лейнор, показывая рукой на поджарую фигуру Деймона. - Простите, кузен, кажется, я украл ваше место, - забавляясь, сказал он её дяде.       - Ничего страшного, кузен, главное, чтобы вы не украли девушку, которая сидит рядом с вами.       Лейнор снова засмеялся, словно застенчивая девица.       Вскоре к их небольшой компании присоединился лорд Корлис. Он выразил ей своё почтение, а затем сердечно обнял её дядю.       Повернувшись к столу, Деймон рассеянно схватил свой кубок и уже хотел было с него отпить, как вдруг его лицо скривилось, после чего он поставил кубок обратно.       - Что это такое? - грозно спросил он.       - Полагаю это грушевый или сливовый бренди, дядя, - ответила Рейнира.       - Я это пить не собираюсь, - резко сказал он. - Что за идиот решил подать мне бренди?! За что мы только платим этим болванам?!       - Сладкие ликёры пьют только женщины! - выпалил лорд Корлис, прожигая взглядом сира Корри.       Было очевидно, что Морской Змей не особо жаловал рыцаря и, по словам Деймона, всячески препятствовал его приезду в столицу. Но, как и в других случаях, лорд Корлис оказался бессилен против упрямства своего сына и в конечном счёте был вынужден ему уступить.       - А вот мне очень даже нравятся сладкие вина, отец, - встал на защиту своего фаворита Лейнор. - И если принц Деймон не возражает, то я с удовольствием выпью из его кубка. Хороший бренди не должен пропадать зря!       Затем её кузен взял в руку кубок и поднёс его ко рту.       Наблюдавший за этим сир Корри внезапно побледнел и попытался его остановить.       - Но... Этот кубок не для тебя, Лейнор, - запинаясь, сказал он. - Он предназначен для принца!       Лорд Корлис смерил рыцаря ледяным взглядом, еле сдерживая гнев.       - Вы должны обращаться к моему сыну согласно его титулу! - потребовал он. - Для вас он лорд Лейнор! Вы слишком фамильярны, сир, и если в ближайшее время ваше поведение не изменится, боюсь, вам придётся искать новое место для службы!       - Не делай из мухи слона, отец, - произнёс Лейнор. - Напиток теперь мой, будем считать, что проблема решена.       Пока её кузен смаковал бренди, сир Кварл казалось, находился на грани обморока.       - Вас что-то беспокоит, сир? - глядя на его дрожащие руки, презрительно спросил Деймон.       - Нет, конечно, нет!       Перепалка мужчин быстро привлекла к ним внимание местных зевак и лорд Корлис это заметил.       - Лейнор, я думаю, тебе стоит пригласить свою кузину на танец. На нас уже смотрят люди и я слышу шепот их пересудов, - оглянувшись по сторонам, сказал Морской Змей. - Пожалуйста, сделай мне одолжение и перестань позорить меня со своим дружком! О нас уже и так судачит весь Дрифтмарк, но я не потерплю, чтобы мой сын делал из меня посмешище на глазах у всего двора!       Лейнор поначалу поник, но кровь Таргариенов и Веларионов вскоре взяла над ним верх.       - Да плевать я хотел, что думают обо мне люди, а тем более столичные лизоблюды. По мне так они мало чем отличаются от придворных шутов, но я с удовольствием потанцую с принцессой Драконьего Камня. Слышал, что её сын и моя дочь однажды станут мужем и женой, - ответил её кузен. - Для всех будет лучше, если мы с ней до этого подружимся.       Отдав пустой кубок своему фавориту, Лейнор галантно протянул ей руку.       - Выходит, кузен, вы украли не только моё место и кубок, но ещё и мою жену, - заметил Деймон. - Прошу вас верните мне её как можно скорее. Видите ли у неё есть кое-что, что мне очень дорого.       - Не беспокойтесь, кузен, - весело рассмеявшись, ответил Лейнор. - Я позабочусь о них обоих.       Уже кружась в танце, Рейнира обратила внимание Лейнора на странное поведение его фаворита, который заметно нервничал, когда они покидали помост.       - Наверное, ему нужно отойти по нужде, но он стесняется мне об этом сказать, - сказал кузен, поворачивая её вокруг себя. - Какой сегодня дивный вечер! Тебе повезло, что ты родилась и выросла здесь. Должно быть, после Королевской Гавани твой новый дом на Драконьем Камне кажется унылым и скучным без этой вереницы пиров, турниров и балов, которые так любит устраивать король.       - На самом деле от этого быстро устаёшь, - мило улыбнувшись, поведала Рейнира.       - Не понимаю, как от этого можно устать?! В этом городе есть абсолютно всё! Я собираюсь просить своего отца дозволения остаться здесь ещё ненадолго. Да и Кварл давно хотел побывать в столице.       - Ты прекрасный танцор, Лейнор, - заметила она.       И это была чистая правда. Ещё никогда она не танцевала с мужчиной, который двигался бы с такой грацией и изяществом.       - Мне всегда нравилось танцевать, - ответил он. - А ещё петь! Но больше всего я люблю летать на своём драконе!       - Я тоже люблю летать! - воскликнула Рейнира. - Но боюсь, на какое-то время мне придётся забыть о полётах... Я уже начала обсуждать этот вопрос с моей маленькой леди.       Лейнор в ответ рассмеялся, но его смех быстро перешёл в кашель.       - Прошу прощения...кхм... Не понимаю...кхм...кхм... Что это...       Он попытался прочистить горло, но это только усилило кашель. Тогда Рейнира принялась бить его по спине, но осознав тщетность своих усилий, остановилась.       - Должно быть, тебе в горло попала пыль, - сказала она. - Я велю слуге, чтобы он принёс тебе вина.       Всё это время Лейнор продолжал кашлять, держась за её плечи, чтобы не упасть. У него был потерянный вид и он тревожно озирался по сторонам.       Рейнира подозвала к себе слугу с подносом и заставила выпить Лейнора немного вина. Но из-за сильного кашля он выплюнул почти всё, что выпил ей на платье, а кубок уронил на пол. Одной рукой он схватился за горло, а второй продолжал держаться за неё.       Рейнира поморщилась, увидев на своём светло-розовом платье пятна вина, которые из далека можно было принять за кровь.       - Тебе нужно сесть, - сказала она.       С каждой секундой лицо Лейнора становилось краснее. Задыхаясь, он попытался что-то сказать, но не смог издать ни звука. Из его лиловых глаз текли слёзы, а изо рта сочилась кровь.       Обомлев от ужаса, Рейнира тем не менее попыталась взять его за вторую руку и позвать на помощь, но внезапно Лейнор потерял равновесие и, сбив её с ног, упал прямо на неё.       Принцесса закричала, почувствовав как от удара об пол её живот пронзила острая боль. Звуки вокруг неё казались приглушенными, а перед глазами застыла белая пелена. Рейнира попыталась подняться, но придавивший её сверху Лейнор был слишком тяжёлым и тогда она в отчаянии стала звать на помощь.       Первый, кто оказался рядом с ними, был лорд Корлис. Он стащил с неё тело своего сына, громко зовя его по имени.       - Лейнор! Лейнор! Лейнор, посмотри на меня! Твой отец требует, чтобы ты на него посмотрел!       - Принцесса, вы в порядке? - спросил её сир Эррик Каргилл.       Он помог ей подняться, но едва её ноги коснулись пола, как режущая боль заставила её согнуться пополам.       Хватая ртом воздух, она увидела в паре метрах от себя застывшие тело Лейнора Велариона, у которого изо рта и носа продолжала идти кровь. В зале начался настоящий переполох и вскоре рыцари из дворцовой стражи, а также несколько любопытных дворян, собрались вокруг её несчастного кузена и его отца, который безуспешно пытался привести его в чувства.       Внезапно Рейнира почувствовала на себе прикосновение знакомых рук, которые тянули её вверх.       - С тобой всё хорошо? - с безжизненным лицом, спросил её Деймон. - Ты упала и...       Не в силах вымолвить ни слова, Рейнира в ответ отрицательно покачала головой. Её руки сами по себе легли на живот, когда она почувствовала очередной приступ боли.       - Наш малыш...       Заметив в её глазах слёзы, Деймон так сильно стиснул зубы, что на его скулах вздулись желваки.       - Отведите её в комнату и пошлите за мейстером, - бросил он кому-то у неё за спиной, а затем передал её в руки сира Каргилла.       - Деймон...       Она было потянулась к нему, но её дядя развернулся и стремительно зашагал в сторону выхода. Растерянная и испуганная, Рейнира наблюдала за тем как его высокая фигура растворяется в море людей.       Спустя несколько мгновений она оказалась в кольце своих фрейлин, пытавшихся отгородить её от толпы зевак.       - Ваше высочество, как вы? - спросила её леди Алла Стронг.       Её бледный и перепуганный вид говорил громче любых слов. Не мешкая, леди Карелин позвала своего брата сира Харвина, чтобы он помог доставить её в их с Деймоном спальню. Затем она обратилась к сиру Эррику, велев ему привести туда мейстера Меллоса.       - Но он сейчас пытается помочь Лейнору Велариону! - сказал рыцарь.       - И чем он ему поможет? - сердито спросила она. - Сын лорда Корлиса - труп! Мейстер должен быть рядом с нашей принцессой! Ей сейчас, как никогда, нужна его помощь!       Тело Рейниры била крупная дрожь и даже тепло исходившие от сира Харвина не смогло её согреть. Когда он заботливо положил её на кровать, она почувствовала резкий укол боли в районе живота. Жалобно заскулив, она поджала под себя ноги и свернулась калачиком.       - Осторожнее, идиот! - рявкнула Алла на своего брата.       - Я осторожен! - защищался сир Харвин.       - Где Деймон?! - спросила Рейнира, переживая очередную мучительную судорогу.       Неожиданно её юбка стала мокрой, но она старалась не думать о том, что это могло значить.       Её дамы быстро вытолкали сира Харвина из комнаты и принялись хлопотать вокруг неё. Леди Карелин присела рядом с ней на кровать и взяла её за руку, когда её тело пронзила новая вспышка боли.       - Мне кажется... Я чувствую что-то внизу...       Вряд ли её юбка намокла из-за того, что она описалась, но когда Карелин задрала подол её платья и в ужасе перевела свой взгляд на неё, Рейнира пожалела, что это было не так.       Посмотрев вниз, она увидела, что юбка её некогда светло-розового платья стала красной от крови. Спазмы в её животе становились всё сильнее и ей было уже сложно сдерживать рвущиеся наружу крики. Но несмотря на боль, она всё же нашла в себе силы и снова спросила о Деймоне.       - Пойдите и найдите его! - потребовала она. - Скажите, что он мне нужен!       "Нужен нам обоим", - подумала про себя принцесса.       Хотя Рейнира больше не чувствовала движения своего ребёнка, она надеялась, что каким-то чудом он остался жив.       - Деймон!       Дверь в её покои отворились, но вместо дяди она увидела на пороге великого мейстера.       "Нет! Нет! Нет! Этого не может быть! Нет!"       Рейнира металась по кровати, пытаясь справиться с мучительной болью. Казалось, что в её живот всадили нож, затем прокрутили, вытащили и снова вонзили.       Горячие слёзы жгли её глаза и крупными каплями падали на щёки. Пока боль терзала её тело, её сердце сжималось от неведомого доселе страха.       Когда великий мейстер Меллос подошёл к её кровати и заглянул под юбку, с его лица схлынули все краски.       Не обладая достаточным количеством мужества для того, чтобы посмотреть вниз, она громко закричала, чувствуя какое-то давление внутри.       - Мой малыш...       - Выпейте это, принцесса.       Ей тут же подали чашу с какой-то настойкой, которая обладала резким запахом и была горькой на вкус. Сделав глоток, Рейнира едва не выплюнула жидкость обратно в чашу, но мейстер Меллос велел ей выпить всё до конца.       - Вам нужно это выпить, ваше высочество, - побелевшими губами сказал мейстер. - Плод должен выйти, иначе вы заболеете. Позже я дам вам макового молока.       Выпив содержимое чаши, Рейнира почувствовала сильное головокружение. Комната плыла у неё перед глазами, а ноги отказывались повиноваться. Её дамы помогли ей встать и, сняв с неё окровавленное платье, заплели волосы в косу. На протяжении всего этого времени она продолжала звать Деймона до тех пор, пока её голос не охрип.       - Его милость здесь, - сказал одна из служанок.       Великий мейстер поначалу воспротивился его присутствию, но женщина сказала, что он не приемлет возражений.       Рейнира с надеждой просмотрела в сторону двери, ожидая появления своего принца.       - Рейнира! Я здесь, моя Рейнира!       Но когда двери отворились, она увидела на пороге другого сына Весеннего Принца.       Её отец оттолкнул от себя женщин и сел в изголовье кровати. Нашептывая нежные слова, он вытирал с её щёк слёзы, но она почти не слышала его из-за собственных криков и плача.       Когда всё закончилось, ей подали чашу с белой густой жидкостью, которую она никогда раньше не пробовала. Положив её голову к себе на плечо, отец помог ей выпить содержимое чаши, а после поцеловал её в лоб.       Краем глаза она заметила в руках мейстера крошечный, не больше грейпфрута, свёрток, который он передал в руки одной из служанок.       Даже сквозь пелену слёз принцесса смогла рассмотреть то, что должно было стать её ребёнком и от увиденного пришла в ужас. Маленькое, тщедушное существо мало чем напоминало младенца. Его позвоночник был искривлён, на месте ног виднелся хвост, а его кожа... его кожа была...       - Чудовище! - закричала женщина. - Этому ребёнку не суждено было появиться на свет.       "Чудовище..."       Рейнире показалось, что в неё снова всадили нож, только на этот раз он достиг сердца.       Если бы у неё были силы, она бы ударила наглую девку. Она бы собственноручно вырвала её поганый язык и пригвоздила его к стене, а затем потребовала бы лишить её головы. Если бы Деймон был рядом, он бы ей не отказал... Только вот его здесь не было.       - Следи за языком! - прикрикнул на неё мейстер Меллос, заворачивая ребёнка в одеяльце. - Ты говоришь о принце дома Таргариенов!       "Значит Деймон был прав", - рассеянно подумала она. - "У них действительно должен был родиться мальчик. Бейлон... Бейлон Таргариен".       В её глазах снова стояли слёзы и она не стала с ними бороться, позволив им медленно стекать по своим щекам. Сквозь всхлипы она услышала голос своего отца и почувствовала тепло его прикосновений.       - Рейнира, - позвал он её, едва сдерживая собственные слёзы.       - Папочка, - отозвалась она и ещё сильнее заплакала. - Я потеряла его, папа. Мой малыш умер... прежде чем я успела взять его на руки... прежде чем...       В ответ он крепче прижал её к себе.       - Главное, чтобы ты была здорова, моя девочка. Всё будет хорошо, Рейнира. Я обещаю тебе, - клялся он. - Я люблю тебя, моя принцесса. Я так сильно тебя люблю!       В этот момент она снова стала маленькой девочкой, ищущей утешения на груди своего отца.       Она больше не женщина, не мать.       Никто.       - Не плачь, Рейнира, - просил её он. - Только не плачь.       - Моего сына больше нет, папа, - прорыдала она. - Теперь я никто. Ничто.       - Не смей так говорить, Рейнира! Ты мой мир! Моё сердце! Поверь, у тебя ещё будут дети... Маленькие принцы и принцессы... Один прекраснее другого...       Будут ли? Захочет ли она?       Рейнира слишком устала, чтобы пытаться найти ответы на эти вопросы. Её глаза слипались из-за макового молока, а голова опустела. Перед тем как окончательно потерять связь с реальностью она попросила отца не оставлять её одну.       Дрейфуя на границе двух миров, Рейнира не заметила, как её сознание погрузилось в мир грёз. Но когда в её голове раздался детский плач, она поняла, что спит и ей снится сон.