Глава 8

Адам два дня гнал их в изнурительном темпе от побережья, всё ещё опасаясь реакции Атласа и возможности того, что Мистраль заметил их появление, а теперь ещё более обеспокоенный тем, что три незнакомых человека могли так быстро найти их по прибытии. Если говорить о силах, которые можно было мобилизовать, то только у Атласа были постоянные военные силы, но у Мистраля имелась своя группа охотников, многие из которых не очень-то жаловали Белый Клык, как выразился Адам. Что они могли думать о нём, Жон не знал. Нахождение вдали от Атласа означало, что "преступления", совершенные им там, больше не будут иметь значения, но это зависело от того, что решит Атлас. Они могли оказать давление, чтобы потребовать от властей Мистраля разыскать его. Но таких встреч не произошло. Неизвестно, произошло ли это по воле Мистраля или благодаря осторожности Адама, но, учитывая, что Корал по-прежнему была ранена и оставалась при нём, он был только рад этому. Блейк и несколько молодых фавнов сняли маски и стали подходить к небольшим городкам, чтобы выменять еду или припасы. Адам поймал его на том, что он с тоской посмотрел на небольшую деревню, где фонари, работающие на прахе, освещали окна, а шум счастливых людей был слышен даже на таком расстоянии. Фавн положил руку ему на плечо, чтобы он не бросился туда. — Я знаю, что это заманчиво, но мы не знаем, известно ли твоё лицо за пределами Атласа. Не рискуй. — Думаешь, Атлас будет настаивать на том, чтобы меня схватили даже здесь? — Я не думаю, что они будут настаивать на этом. Мы утёрли им нос и выставили их дураками — и хотя они будут винить в этом Клык, легче направить всю враждебность на одного человека. — Адам отвернулся, нахмурившись. — И не стоит забывать, что ответственная за это группа действует в Мистрале. Нужно быть осторожным не только с Атласом. — Ты думаешь, что у них есть такое влияние даже здесь? — Если уж на то пошло, то я думаю, что здесь им будет даже легче. При всей моей ненависти к ним, Атлас поддерживает порядок на своих территориях. — Под нос он пробормотал: — Там, где дело не доходит до фавнов. В Мистрале почти сплошь криминальные семьи. Что ещё одна? Или, что ещё лучше, деньги, переправленные кому-то из них тайной группой, желающей остаться незамеченной. У них здесь уже есть базы — зачем ещё посылать сюда двух членов твоей семьи? — Адам ткнул пальцем в грудь. — Будь осторожен. Мистраль не безопасен. Просто здесь всё по-другому... — Ты думаешь, те трое пришли оттуда...? — Нет. Они были кем-то другим. Адам не стал ничего уточнять и быстро отошёл, чтобы отдать распоряжения. Он также не стал уточнять, что эти люди говорили. Блейк сказала, что, возможно, это произошло потому, что он отверг их предложение. Дело было закончено, или так утверждал Адам. Из страны, где правили военные, в страну, где хозяйничали криминальные группировки. Покачав головой, он вернулся в медицинскую палатку и сел снаружи, чтобы заглянуть внутрь и увидеть, что Корал снова спит. Ему казалось нереальным, что обе страны могут быть такими разными, а Вейл — таким стандартным, или, может быть, он просто был слишком наивен в то время, чтобы осознать сходство. Жизнь в Анселе была далека от жизни в Вейле, где сосредоточена власть Королевства. Если бы не то, что случилось, мне не было бы дела ни до Вейла, ни до Атласа, ни до Мистраля, ни до Белого Клыка. Я бы даже не задумывался об этом. Каким же он тогда бы был? Бессердечным? Безразличным? Николас сказал бы ему, чтобы он не занимался поиском страданий, но он не мог не думать о том, что такое отношение неправильно. Если для существования зла достаточно, чтобы хорошие люди ничего не делали, то он, желая жить нормальной жизнью, точно способствовал этому. Тем временем Блейк и Адам что-то делали — и на них самих навесили ярлык злобных террористов. Проклят, если что-то делаешь; проклят, если ничего не делаешь. Суматоха на окраине лагеря заставила его подняться на ноги, и он потянулся за пистолетом, висевшим на боку, прежде чем понял, что ничего не случилось. Должно быть, Блейк и остальные вернулись. Жон застыл на краю толпы, наблюдая, как они ставят несколько ящиков — судя по всему, со свежими овощами и фруктами. У Белого Клыка была организованная система, при которой повара работали посменно на всю группу, не допуская никаких потерь и расточительства. Он даже разглядел немного мяса, что говорило о том, что сегодня они хорошо поедят. Несколько человек в масках похлопали младших фавнов по плечам, смеясь и благодаря их за добычу. Блейк, казалось, ничуть не обеспокоилась, но некоторые из младших выглядели воодушевленными похвалой. Заметив его, она кивнула и направилась к нему, на ходу что-то раскрывая. Газета. Протягивая её, она сказала: — Вот. Боюсь, тут плохие новости. Разыскивается: Жон Арк Международный преступник Жон Арк разыскивается по обвинению в убийствах, терроризме, кражах, вооруженных нападениях и насильственных действиях в отношении военных и гражданских лиц. Последний раз его видели в составе группировки "Белый Клык". Считается чрезвычайно опасным и жестоким преступником, поэтому к объекту следует приближаться только подготовленным лицам. Свидетели должны связаться с местной полицией или с Атласом по указанному ниже телефону. Награда: 5 000 000 льен за живого 2 500 000 льен за мертвого С обложки "Мистраль Трибьюн" на него смотрело его собственное лицо, а рядом с ним — его же портрет в маске Белого Клыка. Его желудок скрутило и затрясло. Он не был удивлен новостью, но это не мешало ей вызывать тошноту. — Я — международный преступник... — Это должно было случиться, — заявила Блейк. — Мне жаль. — Ты не виновата..., — пробормотал он. И совсем не Белый Клык. Даже без них его бы заклеймили за то, что он посмел сбежать, за то, что посмел поверить, что его семья может быть свободна от отвратительных экспериментов. Но преступления против гражданских лиц? Против ученого, который подверг его сестер адским испытаниям и получал от этого извращённое удовольствие! Как они могут говорить об этом с искренним видом? Его пальцы вцепились в края, угрожая разорвать газету на две части. — Адаму ещё нужно её прочитать. Жон протянул газету обратно, не успев её разорвать. — Я заметил, что они не упоминают о моём Проявлении. Пять миллионов за мою поимку, но они не собираются никому говорить, что я могу делать. Не то чтобы я хотел, чтобы они меня победили, но это не кажется хорошей идеей. — Должно быть, им все ещё нужно твоё Проявление. Достаточно сильно, чтобы скрывать его. Всё ещё есть шанс, что другие группы начнут охотиться за тобой, если узнают, что ты можешь делать. Адам не единственный, кто убил бы за то, чтобы ты был на его стороне. На его стороне. Не на нашей стороне. — Другие Правительства? — Может быть. — Блейк пожала плечами. — Зависит от того, стоит ли, по их мнению, рисковать, расстраивая Атлас. Преступные семьи Мистраля будут готовы отдать за тебя руку или ногу. Хотя, если предложение будет хорошим, они почти сразу же продадут тебя обратно на эксперименты. Как ни странно это звучит, но, по крайней мере, в этом вопросе ты можешь доверять Белому Клыку. Они занимаются этим не ради денег или славы. — Мы, — заметил Жон. — Мы, — поправилась она. — Я это и имела в виду. Он знал, что она этого не делала и что она осознает, что только что подразумевала. Блейк вела себя так с момента отплытия из Атласа, и он не знал, что с этим делать, и нужно ли вообще что-то делать. В конце концов, проще было сосредоточиться на собственных проблемах и оставить её в покое. Поблагодарив её за новости, он позволил ей пойти и передать их Адаму, опустившись при этом на бревно. Пять миллионов. Такие деньги были неизвестны семье Арк. Они не испытывали нужды в деньгах, и Николас хорошо зарабатывал охотником, но у него было восемь детей, за которых нужно было платить. Жизнь в Анселе была относительно дешевой, по крайней мере, его родители всегда говорили, что по сравнению с крупным городом. По всей видимости, за годовую аренду квартиры в Вейле можно было купить дом в приграничной деревне. Однако за безопасность города приходилось платить. Стены, охотники и обещание никогда не встречаться с Гриммами, в то время как в деревнях за стенами часто приходилось кидать кубики на выживание. Ансель был достаточно безопасен, но все же дёшев. Пяти миллионов хватило бы, чтобы жить там как короли, и, вероятно, хватило бы, чтобы купить пару домов в городе. — Как я вообще могу стоить пять миллионов льен? — спросил он у окружающего его воздуха. Его тело было слабым по сравнению с большинством парней его возраста. Он становился всё крепче и крепче, но месяцы, в течение которых ему не хватало еды и не было никаких физических нагрузок, привели к тому, что его кости торчали, а кожа была слишком бледной. Им не было дела до его тела. Развернув и сомкнув перед собой ладони, он задействовал своё Проявление, и хотя видимых повреждений на коже не было, он знал, что теперь она будет уязвима, как бумага. Одна пуля, лезвие или осколок могли проникнуть глубоко, игнорируя ауру и впиваясь в плоть и мышцы. Пять миллионов за это. Пять миллионов, жизнь его отца и свободу его семьи. Жон стиснул зубы, на глазах выступили горькие слезы. — Лучше бы я никогда не открывал эту проклятую штуку!

/-/

Озпин налил себе кофе, но вторую чашку оставил пустой, с удовольствием наблюдая за тем, как его гость развернул предложенный им стул и уселся на него, расставив ноги и скрестив руки на спинке, упираясь в них подбородком. Это был неопрятный и неухоженный человек с усталым выражением лица и грубыми волосами на лице, нуждающимися в бритве. От него исходил резкий запах спиртного и сигаретного дыма. — Спасибо, что пришёл, Кроу. Не хотелось бы отрывать тебя от отдыха... — Я так понимаю, это важно? — Да. — И Сигнал, и Бикон в данный момент находились на летних каникулах. Как у преподавателя одного из таких заведений, у Кроу, наконец, уменьшилась нагрузка, и от этого его вызов был вдвойне болезненным. — Уверяю тебя, я не призываю тебя на срочное задание. По крайней мере, пока. — Зловеще. — Кроу смыл похмелье выпивкой. — Это из-за того дерьма, что творится в Атласе? — Слышал об этом? — Я держу ухо востро. Проблемы с Белым Клыком. — Боюсь, дело не только в этом. — Озпин открыл на своём компьютере сводку новостей и показал её Кроу. Охотник вздохнул и встал, чтобы как следует рассмотреть его. — Это Жон Арк. Шестнадцать, почти семнадцать лет, житель Вейла. Примерно месяц назад считался погибшим. — А теперь разыскиваемый преступник? Парень был очень занят. Хочешь, чтобы я его схватил? — Нет. Этот молодой человек опасен, возможно, даже для тебя. Озпин заметил поднятые брови и мгновенное недоверие. Оно было небезосновательным, учитывая очевидную разницу в опыте. Кроу был охотником с двадцатилетним стажем. Жон Арк даже не был студентом. Баланс должен был быть очевиден, и то, что Кроу не стал сразу называть это блефом, свидетельствовало о доверии, которое питал к нему охотник. — Полагаю, ты подразумеваешь под опасностью нечто большее, чем просто работу с Клыком. — Да. Вот. Это записи о его Проявлении, подтверждённые лично мной. Не пожалей времени и ознакомься с ними полностью. Кроу бросил на него недоверчивый взгляд, но наклонился, чтобы прочитать, и через несколько секунд глаза его расширились. Он сдержал свою реакцию и дочитал до конца, но Озпин видел, как напряжённые морщины стягиваются вокруг его глаз. Похмелье Кроу уходило по мере того, как он продолжал, пока его пальцы не ухватились за край стола, а губы не превратились в тонкую линию. — Оно реально...? — продолжил Кроу, прежде чем Озпин успел ответить. — Нет, конечно, реально. Ты сказал, что подтверждаешь его. Боги. Это... А я думал, что у меня дерьмовое Проявление. По сравнению с ним моё практически замечательное. — Обнуление довольно многогранно. — О, я понимаю. Я имею в виду то, на что люди готовы пойти, чтобы заполучить его. — Кроу провёл рукой по лицу, а затем сделал паузу, заметив абсолютную тишину. — О чëрт, так вот в чём дело, не так ли? Это уже происходит. — Ты как всегда проницателен. Позволь мне рассказать тебе о новостях, которые не были опубликованы Атласом. Возможно, тебе стоит присесть. Потребовалось целых пятнадцать минут, чтобы поведать ему о том, что сообщил ему Джеймс, а затем ещё пять, чтобы ответить на вопросы и дать возможность Кроу успокоиться. Сам Озпин отнесся к случившемуся с сочувствием. Николас Арк был его учеником, когда этот организм был ещё моложе, когда его должность была боевым наставником, а не директором школы. Он никогда бы не сказал, что был любимым учителем этого человека, но у них было взаимопонимание. Николас был хорошим человеком и, судя по всему, продолжал быть хорошим мужем и отцом после окончания школы. То, что он впервые увидел его после стольких лет, когда его сын открыл столь мощное Проявление, было неожиданностью, но он и предположить не мог, что это будет последний раз, когда он видит этого человека. — Чëртовы ублюдки! — прорычал Кроу. — Ник. Блядь. Я помню, как поднимал за него тост, когда пришли новости... — Он хлопнул рукой по столу Озпина, скрежеща зубами. — Чёртов Атлас. Айронвуд в этом замешан? Клянусь, Озпин, друг ты мне или нет, я... — Джеймс — тот, кто обнаружил произошедшее и пришёл ко мне за помощью. Ветер унесло из парусов Кроу. — Верно. — Он сглотнул, затем сказал. — Хорошо. Хорошо. Скажи мне, что он выслеживает виновных ублюдков. Озпин улыбнулся. — Джеймс очень расстроен тем, что люди действуют за его спиной. — Хах. Мило! Ему нужна помощь? Я не против пошпионить для него. Ты удивишься, что люди говорят, когда думают, что они одни. — Пока что в этом нет необходимости. Джеймс... Я не скажу, что у него всё под контролем, Кроу. Среди тех, кого он захватил, были самоубийства. Всё зашло слишком далеко. К сожалению, у меня есть основания полагать, что это касается не только Атласа. Хотя одного члена семьи поймали, когда он переправлялся в Вакуо, а двоих видели направляющимися в Мистраль, три Буллхеда вошли в воздушное пространство Вейла и тут же исчезли. — Исчезли? Разве у нас нет для таких случаев радара? — Произошёл сбой. — Озпин улыбнулся, но его улыбка приобрела резкий оттенок. Опасный оттенок. — Мне сказали, что это был простой технологический сбой, из-за которого мы потеряли их на несколько минут. Недолго, но достаточно долго, чтобы они полностью исчезли. Кроу процедил это и вздохнул. — Верно. Значит, у нас здесь тоже есть предатели. Потрясающе. — Есть, и это меня беспокоит. Меня беспокоит не только то, что преступные элементы проводят эксперименты на живых людях в пределах наших границ — мы видели, к чему это может привести в Горе Гленн, — но меня беспокоит мысль о том, на что пойдёт мистер Арк ради них. Он уже убивал в Атласе. Он встал на сторону Белого Клыка. Он атаковал, и, надо сказать, успешно, военные объекты. А теперь, Кроу, три члена его семьи находятся где-то в нашем Королевстве. — Чëрт. — Действительно. Мне удалось установить, что они находятся не в городе. Ни один Буллхед не мог приземлиться здесь, и можно только представить, насколько сложно организовать здесь скрытый комплекс. В данный момент Ублек прочесывает Гору Гленн вместе с Портом. Это очевидный выбор, учитывая старые лаборатории Мерло. Я также попросил Тайянга бегло обследовать Патч, хотя я сомневаюсь, что они привезут их туда. Предполагается, что такой комплекс будет находиться в менее населенном месте. В конце концов, они хотят избежать обнаружения. — Да. Хорошая мысль. Где мне искать? — Я не хочу, чтобы ты их искал. Кроу замолчал. — Ещё раз? — У меня есть преподаватели, которые ищут, и твоё участие не обязательно. — Он отмерял слова, наблюдая за игрой эмоций на лице Кроу. На лице Кроу промелькнуло недовольство. — Я так же потрясён происходящим, как и все остальные, но мы должны мыслить шире. Представь на минуту, что может произойти, если она получит контроль над его Проявлением. — Ты хочешь, чтобы я убил его... — Нет! — Озпин быстро отмахнулся от этого. — Нет, Кроу, это последнее, чего я хочу. Я хочу, чтобы всего этого не было вообще, чтобы Николас был жив, а мистер Арк посещал Бикон вместе с твоей племянницей, Янг. Однако сейчас это будущее не для нас, и я думаю, насколько хуже могло бы быть, если бы у Салем был способ отключить ауру и Проявление человека. Я хочу, чтобы ты нашёл его, но не убивал. Я хочу, чтобы ты завербовал его. Охотник расслабился, откинувшись в кресле. — В качестве ученика? Не уверен, что это прокатит. — Нет. Он будет таким же, как и ты, хотя и менее способным к бою. Агентом. Если что, я буду его защищать. — Верно. Это лучше, чем я ожидал. — Кроу самодовольно улыбнулся. — С чем мне придётся работать? Парень с Белым Клыком, потому что они помогают ему в достижении его целей. Ты собираешься предложить то же самое? — Я — да, и ты сможешь дать это понять, если найдешь его. Мы поможем найти пропавших членов семьи Арк и воссоединить их. Если возможно, я также позабочусь о том, чтобы виновные предстали перед судом. Не дави на него, Кроу. Не форсируй события. Ты самый сильный охотник в Вейле, но против него это мало что значит. Если он откажется, уходи. Мы не можем тебя потерять. — Не беспокойся. Я не собираюсь оставлять своих племянниц без дяди. Хорошо, Оз. Этот план мне нравится больше, чем оставить отпрысков Ника, чтобы их подобрали те, кто с ними так поступил. Он в Мистрале, верно? Я посмотрю, что смогу найти. Честно говоря, меня беспокоит, что может подумать Рей, если она найдёт его первой. Эта мысль приходила в голову и ему. Рейвен ценила силу, и хотя Жон Арк, возможно, и не обладал традиционными ценностями в этом плане, она сделала бы исключение для такого мощного Проявления. Порталы Рейвен в сочетании со способностью Жона обнулять ауру любого, рядом с кем он появится, составили бы почти неудержимую комбинацию. Впрочем, как и любое Проявление широкого радиуса действия, которое работает по принципу "выстрелил и забыл". Или даже парень и десять человек, вооруженных пистолетами. Это действительно было ужасающее Проявление. Были и более сильные, но мало кто мог так жестоко разрушать естественный порядок вещей. Сработает ли это на нём? Что будет, если он умрёт, а его душа, связанная с аурой, не сможет покинуть умирающее тело и найти нового хозяина? Хотя он сомневался, что человеческое Проявление способно победить проклятие, наложенное Богом, всё же стоило подумать об этом. Особенно если это хоть в малой степени сработает на самой Салем. — Теперь всё в твоих руках, Кроу. Не рискуй. Не пугай его. — Не беспокойся. Я буду кроток, как ягнёнок. — Кроу подошёл к окну и оглянулся. — Ты присмотри за теми тремя, что прибыли в Вейл, хорошо? Всё пройдет гораздо легче, если мы сможем подкупить его здоровыми сёстрами, которые будут в безопасности. — Я сделаю всё, что смогу.

/-/

Прошло два дня, прежде чем они встретились с посланниками из Менажери. Они были похожи на Белый Клык, но в то же время так явно меньше. Это было видно по тому, как они двигались и действовали, как обменивались нервными взглядами и ëрзали на месте, когда люди Адама стояли твердо и решительно. Дилетанты, подумал Жон без всякой критики. Это было не столько оскорбление, сколько констатация факта. Эти люди были менее хороши в своём деле, менее уверены в себе, или, может быть, Адам был настолько хорошим лидером, что мог превратить отряд в нечто, напоминающее спецназ Атласа. Что, честно говоря, было вполне логично. Нельзя было посылать в Атлас только самых лучших, чтобы они разгуливали по вражеским военным лагерям. Однако, как бы это ни было понятно, он всё равно чувствовал себя более чем обеспокоенным тем, что оставляет Корал вместе с ними. — Это действительно безопасно? — спросил он Адама. — Они не кажутся... ну... — Прекрасно справляются со своей работой? — Да... — Они рядовые, — ответил он, нахмурившись, — Но они не собираются предпринимать никаких действий, так что всё в порядке. Дикие земли Мистраля практически заброшены. Если это не город или дороги, ведущие к ближайшим деревням, Мистраль и слышать об этом не хочет. Они добрались сюда без происшествий. Они смогут вернуться. — А если нападут Гриммы? — Видишь тех двоих. — Адам указал на загорелого фавна и его очень бледную спутницу с серебристыми волосами. — Юма и Трифа. Я не скажу, что они такие же опытные, как я, но они на уровне Блейк или чуть выше. Эти двое справятся с любым Гриммом. Заметив их внимание, девушка подтолкнула своего напарника локтем. Они подошли, мужчина широко улыбнулся, а девушка оглядела Жона с ног до головы, оценивая его. Судя по тому, как дрогнули её губы, он выглядел не лучшим образом. — Адам. Рада тебя видеть. Мы вам нужны для чего-нибудь? — Нет. — Адам кивнул в его сторону. — Это Жон. Его сестра — та, которую вы будете сопровождать в Менажери. Трифа хмыкнула. — Человеческая девушка...? — Это будет проблемой? — спросил Жон. — Не будет. — Адам подвёл под словами черту. — Я правильно выразился? Если нет, то Вилт поговорит с вами напрямую. Человек она или нет, но она — VIP-персона в Менажери и должна быть передана семье Белладонна по прибытии. Они — союзники Белого Клыка, и я лично гарантирую им защиту. — Эй. Эй. — Юма поднял свои пустые руки вверх. — Мы не утверждаем обратного. Белый Клык не собирается отказываться от союзников, человеческих или иных. — Сиенна, однако, любопытна, — сказала Трифа. — Илия была... менее чем откровенна в деталях, а Гира не позволяет своему новому гостю встретиться с Сиенной без его одобрения и без его присутствия на встрече. Лаванда. Он знал, что она в безопасности, но всё равно было приятно услышать, что Илия присматривает за ней. Тем более, что Сиенна Хан проявляла к ней интерес. Жон нервно посмотрел на Адама, ожидая, что тот скажет. Он был лидером этой группы, но он не управлял всем Белым Клыком. — Я сам поговорю с Сиенной, когда у нас будет возможность, — сказал Адам. — Я уже получил от неё приказ. Мешать конвоям с прахом. Я могу написать сообщение, но если она хочет встретиться с глазу на глаз, это займёт время. Здесь нет доступа к МКП. — Я могу передать сообщение назад, — предложила Трифа. — Хм... — Адам нахмурился. — Скажи ей, что у меня есть союзник, работающий вместе с нами, но что больше ничего нельзя говорить, кроме как при личной встрече. Она узнает, кто это, если будет внимательно отслеживать новости. Мы и так не очень-то деликатничали. — Так мы слышали. — Юма громко рассмеялся. — Многочисленные базы разгромлены, а Атлас в беспорядке. Чëрт возьми, Адам. Никто не бьёт сильнее, чем ты. — Жон помог нам. Он сыграл важную роль в наших операциях. Внимание переключилось на него. Как бы он ни нервничал, он сдержался и кивнул в ответ, благодарный за маску, закрывающую глаза. Иначе они могли бы заметить панику. Оба фавна долго смотрели на него, пытаясь понять, серьёзно ли говорит Адам или нет. В конце концов, Трифа кивнула. — Рада это слышать. Значит, он будет служить в обмен на безопасную транспортировку его семьи? — Да. Я заверил его в этом. Не подведите меня. — Мы проследим за этим, — пообещала она. — Только не забудь объяснить Хан, почему он так важен. Она доверяет тебе, Адам, но ты же знаешь, что Белый Клык — это не только она. Мы сопроводим человека в Менажери, но это не помешает подчинённым сплетничать. — Мне всё равно, что они делают, лишь бы не делали угрожающих жестов в её сторону. — Я буду следить за ней лично, — сказал Юма. — Ей не причинят вреда. Ну что...? Адам кивнул. — Жон, проводи Юму к сестре. Трифа — за мной. Я расскажу тебе как можно больше подробностей. Мне также нужно, чтобы ты отправила отчёт Сиенне. С людьми у нас всё в порядке, но нам нужно на некоторое время остаться за пределами Атласа... — Его голос прервался, когда он и серебристоволосая фавн пошли обратно к палатке. Рука внезапно обвилась вокруг плеча Жона, заставив его напрячься. — Так где там твоя сестра? — Точно. Сюда. — Он повёл Юму по направлению к медицинской палатке, вырываясь при этом из подмышки. Фавн, похоже, не был вооружен, но, учитывая, что он провёл остальных через дикую местность, это означало лишь то, что он хорошо умел это скрывать. Он доверял Адаму, Блейк и Илии, но остальные члены Белого Клыка были неизвестны. — Значит, ты должен быть очень полезен, если Адам готов пойти ради тебя так далеко. — Юма беззастенчиво ловил рыбу, не пытаясь скрыть этот факт. — Я так понимаю, что бой — это не то, что ты предлагаешь, как бы истощенно ты ни выглядел. Тактический совет, информация? Ты бывший атласец? Жон стиснул зубы. — Нет. — О, я понял. Не поклонник Атласа, да? — Он рассмеялся и показал на свою голову. — Фавн-летучая мышь. Я слышу, как ты скрежещешь зубами. Значит, не отступник из Атласа, не с такой реакцией. — Я помогаю. Разве это не главное? — Не совсем. Ты угрожаешь безопасности. Сиенна нервничает. Он растерянно нахмурился. — Разве ты должен мне это говорить? — Просто хочу убедиться, что ты в курсе. Волнующаяся Хан — не дружелюбная Хан. Адам за тебя поручился — и это уже немало, но чем скорее ты должным образом присягнешь Белому Клыку, тем скорее тебя примут в ряды. Присягнуть...? Он не собирался этого делать. Белый Клык был средством достижения цели. Адам знал это, Блейк тоже. Их соглашение было простым: Адам помогал ему найти девушек, а он помогал Адаму в ответ. Возможно, это продолжится и после того, как они окажутся в безопасности, поскольку он не хотел, чтобы Атлас отвлекался на Менажери, но Юма предлагал нечто большее. Абсолютная преданность. Стать частью Белого Клыка официально. — Я человек... — Несмотря на то, что ты мог слышать, мы не совсем противники людей. — Он сказал это, закатив глаза и ухмыляясь. — Некоторые из моих лучших друзей — люди. Королевствам просто нравится выставлять нас в таком свете, потому что это мешает людям помогать нам. — Значит, есть и люди? — Немного. В основном это информаторы и помощники. Фавны обычно берут на себя основную тяжесть страданий, и нужно испытать определенную тяжесть, чтобы начать действовать вместе с нами напрямую. Наши сторонники-люди хотят помочь нам, потому что считают это правильным, но, не прижав их спиной к стене, трудно ожидать, что они будут сражаться за нас. Да и неудобно. В том, что все наши боевые члены — фавны, есть свои преимущества. — Ночное зрение, верно? — Да. Адам посвятил тебя в...? — Он научил меня кое-чему. — Похоже на него. Адам хорош — лучший из нас. Слушай его, и ты далеко пойдёшь. — Юма замолчал, когда они подошли к палатке. Палатка была открыта, что позволило ему увидеть Корал, лежащую на медицинской койке. Истощённая, бледная, покрытая синяками, её состояние нельзя было принять ни за что другое. — Ох... — Юма закрыл глаза и отвернулся. — Это Атлас сделал...? — Да. — Руки Жона сжались в кулаки. — Это сделал Атлас. — Я доставлю её в Менажери, парень. А остальные... ну, я сказал, что большинство людей не знают, каково это, когда с тобой обращаются как с животным. — Он снова посмотрел на Корал, потом на него, наконец-то поняв, почему Жон так исхудал. — Всегда есть исключения. Я прослежу, чтобы Трифа знала. — Юма снял маску и убрал её, открыв дружелюбное и довольно красивое лицо. — При мне с ней ничего не случится, друг. Это я тебе обещаю.

/-/

— Ты серьёзно? — Смертельно. — Адам наблюдал, как на лице Трифы отразился полный спектр шока, отрицания и, наконец, ошеломленного понимания. Девушка опустилась на складной табурет, который он ей предложил. Реакция была примерно такой, как он и ожидал. — Обнуляет ауру...? Это... Это безумие... — Это опасно, вот что это такое. Одно неверное применение, и он убьёт нас всех. А вот потенциал. Ну... Я уверен, что ты понимаешь, к чему я веду. — Понимаю. Это... Адам, чëрт возьми. — Трифа покачала головой. — Я скажу Сиенне. Я не могу говорить за неё, но не может быть, чтобы она не поддержала тебя в этом. Девочка будет в безопасности. Я лично брошусь наперерез любому, кто хоть на шаг приблизится к ней. Если она погибнет в пути, я не могу представить, что он может сделать. Он мог. Жон был человеком, балансирующим на острие ножа, и достаточно было лишь лёгкого толчка, чтобы он сорвался вниз. Если Белый Клык не выполнит обещанный ему долг или даст такой толчок, произойдёт катастрофа. Он уже убивал. Чтобы убить человека, даже самому отъявленному представителю Белого Клыка требовалось время. У загнанных в угол, этот срок резко сокращался. Инстинкт выживания в конце концов делает из всех монстров, но у Жона был ещё один, более опасный спусковой крючок. — Мы работаем над тем, чтобы найти его семью. Я всё ещё выполняю приказы Сиенны, и мы добьёмся их выполнения, но убедись, что она знает, что мы не будем здесь действовать внаглую. Эти объекты управляются с Атласа. Последнее, что нам нужно, это чтобы они нашли способ воссоздать подобный эффект. — Согласна. Они должны быть закрыты. А что с мальчишкой? Он лоялен? — Он союзник... — Этого будет недостаточно, Адам. Не для Сиенны. Ты знаешь это. Он верен? Адам сжал губы. Он не мог этого сказать и не хотел оскорбить Трифу. Жон был верен только одному и только одной вещи — своей семье. И это не собиралось меняться в ближайшее время. — Когда его семья будет в целости и сохранности, он будет волен сделать свой собственный выбор. Тогда он, возможно, решит отплатить нам службой. Я не хочу подталкивать его сейчас. — Сиенне это не понравится. — Сиенне просто придётся смириться с этим! — огрызнулся он. — Его уже разыскивает Атлас, и мы оба знаем, каким политическим весом они обладают. Чем больше он будет работать с нами, тем больше они будут толкать его всё дальше и дальше в наши руки. Скажи ей, что нам нужно набраться терпения; Атлас делает за нас нашу работу. Пройдёт полгода, и ему будет некуда идти, кроме как к нам. Они загонят его в наши руки, и он будет защищать Менажери, чтобы защитить свою семью. — Это всё равно зависит от того, будет ли там его семья, Адам. Это не настоящая преданность делу... Чëрт бы побрал Сиенну и её преданность. Сколько из них действительно были верны делу? Он — да, но было столько же тех, кто был там только потому, что их изгнали, а ещё больше тех, кто просто поддерживал семью и спрыгнул бы с корабля в ту же секунду, как тот бы начал тонуть. Конечно, не все они были столь же потенциально могущественны, как Жон — именно поэтому Трифа придавала этому большое значение, и именно поэтому Сиенна будет прикрывать его до тех пор, пока Жон не будет полностью приведён к присяге. Риск того, что он бросит корабль и окажется предателем, был слишком велик. Будь на его месте кто-то другой, Сиенне было бы всё равно. В конце концов, всё сводится к одному лишь Проявлению. Он послал Жону молчаливое извинение. — Дай мне три месяца, — сказал Адам. — Три...? — Этого времени должно хватить, чтобы обезопасить семью здесь и получить представление о том, где находятся остальные. Этого времени также хватит, чтобы вернуть четырёх из восьми. Как только половина из них будет у нас под контролем, я смогу настоять на том, чтобы он взял на себя обязательства. Тогда станет ясно, что мы — его лучший шанс спасти их. Кроме того, это будет подходящее время для возвращения в Менажери, чтобы пополнить запасы, поскольку с Мистралем мы всё равно покончим. Я могу привезти его, чтобы он лично увидел Сиенну. Трифа обдумывала это несколько секунд, а затем кивнула. — Думаю, это её устроит. Хорошо, Адам. Я передам это. Через три месяца мы сможем принять его как собрата Белого Клыка. — Трифа встала. — Проследи, чтобы это произошло. Если он откажется или замешкается хоть на секунду, Сиенна может решить, что лучше никому не иметь такой силы. Нахмурившись, Адам кивнул, не обращая внимания на Трифу, когда она вышла из палатки и пошла прочь. Идиоты. Неужели они не понимают, что это за сила? Неужели они не видели потенциала? Белый Клык не мог выиграть войну с Королевствами, и именно к этому всё шло. Он сделал всё, что мог, и превратил Клык в угрозу, но он был всего лишь одним человеком. Белому Клыку нужно было преимущество. Обнуление могло стать таким преимуществом. Но только если Жон этого захочет. Он мог стать их величайшим союзником или злейшим врагом и в доли секунды, даже в разгар боя, переключиться между этими двумя крайностями, мгновенно убив их. Сиенна говорила о верности, не имея ни малейшего представления о том, что это такое. Верность несовершенна. И всегда была. Верность могла измениться со временем или в самый ответственный момент. Люди были переменчивы. Белый Клык нуждается в этой способности. Адам встал, издав протяжный вздох. И я сделаю всё, что потребуется, чтобы Белый Клык её получил. И пусть Сиенна провалится к чертям.