Глава 24

— Цель самоуничтожилась. Повторяю, цель самоуничтожилась. — Основная цель на шестой улице в секторе А1. — Сэр, Совет Вейла пытается установить связь. — Воздушное пространство Вейла запрашивает приоритетную связь. — ...экстренная линия от советника Адриана Сола. — Мы видим основную цель. Сохраняем дистанцию и запрашиваем приказы. — Сэр! Пожары распространяются от сбитых Буллхедов. Одно здание охвачено огнём! Генерал Джеймс Айронвуд стоял перед цифровым изображением города Вейл, опустив руки на край дисплея и разглядывая различные красные значки, проецируемые на трёхмерную голограмму. Вокруг него за различными терминалами сидели мужчины и женщины в униформе, вводя команды и сообщения. Кловер стоял неподалеку, сцепив руки за спиной, и терпеливо ожидал приказа. Тысяча и одно дело, которое нужно сделать. В этом не было ничего необычного. — Выслать четыре отряда для борьбы с пожарами внизу, — в конце концов приказал он. — Передайте воздушному пространству Вейла, что мы обладаем дипломатическим иммунитетом, и пусть они сами ищут подтверждение. Это должно занять Совет, пока они спешат подтвердить, так ли это. Держите Сола на линии. Сообщите ему, что я буду говорить, как только вопрос будет решён. — Сэр! — Так точно, сэр! Трое солдат поспешили исполнить приказ, вдвое сократив количество проблем. Джеймс громко хмыкнул, глядя на карту, а точнее, на мигающий красный круг, преследуемый тремя красными треугольниками. Боевая машина держалась на дорогах, поэтому её было легко отследить. — Кловер. — Да, Генерал? — Свяжись с Chivalric Arms. Мне всё равно, что тебе нужно будет предпринять, но я хочу получить объяснение, почему в столице наших союзников свободно передвигается военная техника. Мне также нужны полные характеристики её возможностей, брони и вооружения. — Да, сэр! Когда Кловер бросился выполнять приказ, Айронвуд наклонился и нажал единственную кнопку, подключившись к связи. — Айронвуд на связи. Прошу подтверждения. — Эльм слушает. На связи. — Марроу слушает, сэр. На связи. — Гарриет слушает. На связи. Приказы, сэр? — Пока сохраняйте дистанцию и не вступайте в бой, — приказал он. — Мы работаем над получением боевых возможностей этого оружия. До тех пор вы не должны вступать в бой ни при каких обстоятельствах. Повторяю, вы не имеете права применять оружие. — Принято, сэр. Боевая машина свернула влево и начала движение по новой улице, три воздушных судна продолжали преследование, но немного отстали. Шансов потерять цель не было, учитывая, насколько она велика и как сильно она беспокоит окрестности, но и атаковать её было нельзя. Сопутствующий ущерб был бы слишком велик. Даже один промах мог убить людей на дорогах, не говоря уже о том, что могло бы произойти, если бы эта штука была оснащена взрывчаткой. — Связной. Соедините Сола со мной. — Слушаюсь, сэр. Зажужжало переговорное устройство, и Айронвуд произнёс. — Сол. — Джеймс. Мне сообщили о ситуации. Насколько всё плохо? — У нас есть незарегистрированная военная машина с регалиями Chivalric Arms, бесчинствующая в городе союзного Королевства. Всё так же плохо, как и звучит. Во что, чëрт возьми, они пытаются играть? — Я не знаю, — признался Сол, — но у Совета будут ответы. — Этого недостаточно. Мне нужна информация прямо сейчас. — Мы на неё опираемся. Они утверждают, что он украден. — Конечно, украден! — рявкнул Айронвуд. — Но раньше это было не так. И не говорите мне, что Жон Арк протащил эту штуку в город. Я хочу, чтобы Chivalric Arms ответила за произошедшее, Сол. Может, в прошлый раз им и удалось отделаться оправданием в виде "сотрудников-изгоев", но теперь они ставят под угрозу отношения между нашим Королевством и другим. Если понадобится, я привлеку их к ответственности по обвинению в государственной измене. — Это опасное заявление, Джеймс. Частный и государственный бизнес не потерпят, чтобы одного из них таскали по углям. Это создаст прецедент, что и другие могут столкнуться с тем же. Я уже вижу, как Жак Шни поднимает шум. — Я лично прижму Жака к стенке, если он попытается. Я не в настроении, Сол. Либо ты вызываешь генерального директора Chivalric в Совет, чтобы он ответил за это, либо я посылаю войска, чтобы арестовать и лично доставить его туда. — Я прослежу, чтобы это было сделано. Сол, конец связи. Чëрт бы его побрал. Айронвуд не был уверен, кого именно он имеет в виду, но будь они все прокляты. Гражданская сторона Совета Атласа находила себе применение, когда возникали вопросы гражданского характера — они разбирались в градостроительстве и налогообложении лучше, чем военные, — но бывали моменты, как сейчас, когда он задумывался, не стоит ли пожертвовать этим, чтобы избавиться от них. Раньше было лучше. В те времена, когда данная система только зарождалась, и на должности приходили искренние люди, делающие всё возможное для Атласа. До того, как крупные компании вроде ПКШ и Chivalric Arms осознали, какую политическую власть они могут получить, и Совет раздулся за счёт карьерных политиков, принимающих "щедрые пожертвования" от инвесторов и бизнесменов, которые хотели продвинуть собственные планы. Жаку было всё равно, что случится с Chivalric Arms, но он проголосовал бы против любых действий в их отношении. Он проголосовал бы против всего, что позволяло бы осуществлять надзор за частным бизнесом. — Кловер, — крикнул он. — Сообщи мне хорошие новости. Эйс Опс не может вечно плестись по пятам. Кловер держал руку над трубкой, в которую говорил. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего. — Они утверждают, что это экспериментальная и конфиденциальная информация, сэр. Я пытаюсь пробиться дальше по линии, чтобы поговорить с кем-то из начальства. Нет, я не буду подавать официальный запрос, — прошелестел он в трубку. — Ваш робот бесчинствует на улицах Вейла. Соедините меня с кем-нибудь, кто сможет ответить за это немедленно! Чëрт побери. Айронвуд обычно не любил ругаться, но эта ситуация была худшей из всех, в которые они попадали за последние годы. У них было достаточно огневой мощи, чтобы уничтожить обьект — каким бы высокотехнологичным он ни был, это была лишь единичная машина, — но, не имея информации о её вооружении или даже источнике энергии, они понятия не имели, какой силы будет достаточно. Если эта штука взорвется, как боеголовка, если мы в неё попадём. Я не могу так рисковать в населённом пункте! Если бы они знали, чем робот вооружён, он мог бы приказать Эйс-Опс направить его в менее населённый район, но если они попытаются сделать это сейчас и машина применит оружие, к которому они не были готовы, он потеряет множество жизней. Проклятая тварь свободно хозяйничала в городе. И могла двигаться куда захочет. — Сэр! — нервно крикнул кто-то. — Объект движется к шоссе! Айронвуд хлопнул в ладоши и уставился на карту города. Так и есть! Машина свернула налево и держала курс на шоссе, ведущее к автостраде Вейла — многополосной дороге, пересекающей весь город. Артерии Вейла и, как следствие, переполненная гражданскими. — Генерал Айронвуд! — позвал Марроу. — Он движется к главной дороге. Что нам делать? — Мы не можем открыть огонь, — воскликнула Эльм. — Один промах может обрушить всю конструкцию. Внизу есть жилые кварталы. — Мы – словно подсадные утки, — резюмировала Гарриет. — Он может стрелять в нас, а мы не можем отстреливаться. Хуже того. Если их собьют, это нанесет ещё больший ущерб. Ущерб их репутации, дипломатическим отношениям с Вейлом и даже самому городу, особенно если в результате этой заварушки возникнут новые пожары. Айронвуд посмотрел на Кловера — глаза говорили обо всём. Кловер покачал головой, скорчив гримасу и проведя рукой слева направо в "отрицательном" движении. Ответа от Сола тоже не было, но он и не ожидал, что за последние три минуты они зажали Chivalric Arms в угол. — Сэр. — В голосе Гарриет звучала покорность. — Запрашиваю приказ. Они не хуже него знали, что нужно делать. Но от этого не легче: он нажал кнопку интеркома и передал сообщение всему флоту. — Всем подразделениям. Отступить. Прекратить наблюдение. — Нехотя он вздохнул. — Отпустите их. На голографическом дисплее перед ним три треугольных пятна, обозначающие "Эйс-Опс", удалились, оставив красный пульсирующий круг военной машины, который пронёсся по шоссе и в конце концов полностью исчез из поля зрения. На мостике "Авангарда" на мгновение воцарилась тишина; все почувствовали разочарованную беспомощность. Кловер нарушил её, сердито крикнув в трубку: — Тогда ожидайте военный эскорт, который прибудет и заберёт у вас документацию, сэр. Всего хорошего! — Он прекратил вызов, встал и подвёл итог всеобщим размышлениям. — Ну и бардак...

/-/

За последние два часа новости не стали лучше. Короткий разговор с Советом Вейла был неубедительным и раздражающим. Они, как и он сам, не понимали, как и почему такой линкор, как его, не может просто "разобраться с проблемой" и уничтожить врага. Ему пришлось терпеливо объяснять, какой боезапас несет его флагман и какие разрушения он обрушит на Вейл, если откроет огонь. К концу беседы они были бледны, их тошнило, они вели себя так, словно никогда не понимали, насколько велик арсенал атласского линкора. Нелепо. Это был линкор. А как же обозначение "точное орудие"? Оно было предназначено для того, чтобы проделывать дыры в больших бронированных кораблях или обстреливать орды Гримм с расстояния. Их самая большая пушка действительно разорвала бы эту штуку в клочья, как и автостраду, целый квартал домов под ней и всех гражданских в радиусе двухсот метров с — и это было доказано — девяносто восьмипроцентной летальной эффективностью. Тех высокоточных средств, которыми они располагали, а именно авиации и лёгких орудий, могло бы хватить, если бы они получили спецификацию того, с чем столкнулись. Проблема заключалась в том, что их использование привело бы к началу боевых действий. Если бы он послал туда Буллхеды, Арк знал бы, что ему придётся сражаться. И это было окончательное решение. Он начал бы сражение с экспериментальным военным оружием в центре города. Без надлежащей разведки этого делать было нельзя. — Джеймс. Айронвуд вздохнул и поднял глаза, чтобы хоть раз увидеть на мониторе дружелюбное лицо. — Озпин. Надеюсь, ты здесь не для того, чтобы навалить на меня ещё больше проблем. — Вовсе нет. Я хотел лично поблагодарить тебя за то, что ты сдержался. — А что ещё я мог сделать? Хоть кто-то понимает, почему не стоит безудержно вступать в бой с врагом, о боевых параметрах которого вы не имеете ни малейшего представления, в центре города. Ваш Совет состоит из идиотов. — А ваш — нет? Я уже несколько месяцев не слышу от тебя ничего, кроме жалоб. — Это пандемия глупости, — проворчал Джеймс. — Позволить им сбежать с аппаратом было лучшим выбором. С ними будет легче справиться позже, чем сейчас, особенно если мы сможем обнаружить и обезвредить робота до того, как его снова активируют. Мы всегда можем попробовать ещё раз, и в следующий раз мы сможем лучше эвакуировать гражданских. Сражение с ними тогда и там привело бы к неисчислимым жертвам. — Согласен. Я бы предпочел, чтобы никто не загонял столь опасного человека в угол, когда он вооружен чем-то подобным. Естественно, я окажу тебе содействие. Я могу прислать Кроу и охотников, если они понадобятся. Неужели Chivalric Arms покорилась и предоставила спецификации оружия? — Если считать эти предварительные отчёты, то да. — Айронвуд не испытывал страха, размахивая ими перед экраном. Да и зачем, если они были так сильно отредактированы, что могли бы представлять собой сплошной блок чёрных линий. — Я отправил запрос на полную копию. Я бы сказал, что не могу поверить, что они осмелились так на нас давить, но бизнес никогда не уважал правительство, и мы оба знаем, что они тянут время. Я уже подумываю отдать приказ о штурме их помещений. — Было бы забавно посмотреть. К сожалению, они производят большую часть вашего оружия, не так ли? — Да. — Айронвуд вздохнул. — Отчасти поэтому им сходит с рук так много, как они делают. — В нижней части экрана появилось уведомление, и он хмыкнул. — Секунду. У меня приоритетный вызов с Атласа. Я должен ответить. — Останусь на линии. Кивнув, он отодвинул звонок Озпина в сторону и отключил звук, а затем принял звонок от Атласа. На экране появилось лицо Адриана Сола. Мужчина выглядел таким же измождëнным, как и Джеймс, и явно находился в кабинете Джеймса. Он находился достаточно близко к залу Совета, и Джеймс решил, что Сол пришёл именно туда, чтобы провести долгую ночь за работой. Пенсия порой мало что значила. — Джеймс. Заседание Совета закончилось. У меня есть для тебя спецификация. — Безо всяких скрытых...? — Именно, хотя лично я не уверен, насколько я им доверяю. В Chivalric Arms заявили, что отредактированная копия, которую тебе прислали, была канцелярской ошибкой слишком усердного сотрудника, который стремился следовать политике компании и не понимал, что это чрезвычайная ситуация. — Хмф. Уверен, что так оно и было. — Сейчас я отправлю данные тебе. — Вкратце расскажите мне. — Противовоздушная, противоземная, противоракетная, противопехотная, противоброневая защита. Единственное, против чего не защищена, — это высокоскоростная кинетика, но даже так она вооружена некоторым потенциалом скорости, так что может уклониться от выстрела линкора. Ну, от первого выстрела. Спереди у робота мощная броня, но я сомневаюсь, что она выдержит такую мощь. Твои летательные аппараты, с другой стороны, были бы сбиты в воздухе. — Значит, отступление было правильным выбором. — Да. Я и другие военные умы Совета понимаем это. — А гражданские...? — Не так хорошо понимают. Сами Chivalric Arms весьма расстроены и, похоже, считают, что тебе следует обеспечить безопасность их прототипа. Не волнуйся, — сказал он, когда лицо Айронвуда переменилось. — Мы объяснили Совету, почему это невозможно. Не скажу, что они всё поняли, но смирились с тем, что лучшего варианта не было. — Хорошо. Почему мы снова разрешаем им участвовать в военных делах? — Потому что Атлас — это демократия, Джеймс. Ты это знаешь. Не допускать их к военным вопросам — это только один шаг к тому, чтобы не допускать их к другим вещам. Это скользкий путь назад к авторитарному режиму, которым когда-то был Мантл. Это не идеальный вариант, я согласен, но такие неудобства лучше, чем те проблемы, которые они поднимут, если мы попытаемся их не пускать. Люди не поймут. В этом и заключалась суть дела. Народ. Политика всегда играла больше на популярности, чем на возможностях, и это был опасный тон. Популярные решения по своей природе часто оказывались неэффективными. Снижение налогов, больше свобод и меньше надзора — всё это хорошо на бумаге, но когда это приводило к сокращению инвестиций в здравоохранение, к тому, что предприятия вроде ПКШ пользовались своей властью, принуждая фавнов к невыносимым условиям труда, а Chivalric Arms оставалось безнаказанным, недостатки этих идеалов становились очевидными. Проблема заключалась не в том, что обычный человек на улице использовал свои новые свободы для создания проблем. А в том, что люди, наделённые властью, используют закон в обход его намерений. Важные документы о нелегальной военной машине были скрыты, потому что "бизнес не подчинялся военным" в то время, когда это имело значение. И в результате Жон Арк и Роман Торчвик получили возможность сбежать со своим трофеем. — А что насчёт самой модели? — спросил Айронвуд. — Есть ли у Chivalric Arms объяснение, почему они разрабатывают военную технологию в союзном городе под ложным предлогом? Я бы с удовольствием послушал объяснение. — Машина была украдена Белым Клыком и привезена в Вейл. — Что!? — Айронвуд откинул стул, встал и ударил кулаком по столу. — Это чушь, и ты это знаешь, Сол. Не корми меня этой ерундой! — Всё так, как есть, Джеймс. Мы с тобой оба знаем, чем всё закончится. Нет достаточных доказательств того, что Chivalric Arms нарушила международное право, и не в интересах Атласа доказывать это. Да и не в интересах Вейла. Если станет известно, что нечто подобное было построено в Вейле, их Совет будет вынужден действовать против нас или потеряет лицо. Мы будем вынуждены действовать в ответ. Торговые санкции, обвинения и долгие судебные тяжбы, которые ни к чему не приведут, не говоря уже о потере лица. Это может стоить нам договора. Ни одна из сторон не желает подобного инцидента прямо перед фестивалем Вайтела. Мы не можем себе этого позволить, у нас и так много проблем. Белый Клык — удобное оправдание. На данный момент это официальное заключение Совета. — И Chivalric Arms снова на свободе, — усмехнулся Айронвуд. — Что тебе нужно от меня, Джеймс? Я знаю о твоём личном крестовом походе за торжество справедливости. Я не возражаю против него. Правда, не возражаю. Но Атлас больше, чем один молодой человек и его семья. Десять человек, Джеймс. Десять человек ради десятков тысяч, чьи жизни могут быть перевернуты данным событием. — Потерять работу, Сол. Не жизнь. — Для тех, кого это коснется, это может показаться столь же разрушительным. — Думаю, Жон Арк с этим не согласится. — Жон Арк — преступник. Он террорист. Его мнение не важно для Атласа, как и не должно быть важно для тебя. Как я уже сказал, Джеймс, у нас демократия. Большинство имеет значение. Правда — это то, за что голосует большинство. В данном случае правда заключается в том, что Белый Клык украл мощное военное оружие у компании Chivalric Arms и тайно переправил его в Вейл с целью вооружить опасного психопата Жона Арка огневой мощью, достаточной для того, чтобы подвергнуть опасности невинных граждан, и что Атлас будет тем, кто остановит его, уничтожит монстра и спасёт положение. Сол откинулся на спинку кресла Айронвуда, его лицо оставалось безучастным. — Такова правда, которую решил Совет, и с которой тебе придётся смириться. Официальные новости уже разосланы по соответствующим каналам. На данный момент все четыре Королевства признают это как факт. Отклонившись от курса, ты только создашь проблемы. Отклониться и быть отстраненным, он не сказал. Солу это было и не нужно. Его должность Генерала Атласа также была связана с избирательной системой, хотя, к счастью, такое голосование проводилось только среди военных. Тем не менее Совет в полном составе мог объявить вотум недоверия, если бы он был единогласным. Возможно, им придётся это сделать, если он заявит, что его собственный Совет лжёт. Он будет против них, и они примут все необходимые меры, чтобы репутация Атласа не пострадала. Жон Арк был всего лишь одним человеком. Он даже не был гражданином Атласа. Однако правда, которую он нёс, могла расстроить многих людей. И пока Chivalric Arms поставляла оружие и технику Атласу, они были в миллион раз полезнее, чем Жон Арк. — Всё так, как есть, Джеймс. Белый Клык украл аппарат — кстати, он называется "Паладин". Очень интересная технология, когда она окажется в наших руках. Она может принести Атласу много пользы, как против Белого Клыка, так и против Гриммов. — И этот факт прощает Chivalric Arms всё, что они сделали? Неужели мы теперь Королевство, готовое жертвовать людьми ради власти и влияния? — Мы всегда были такими, Джеймс. Всегда были. Айронвуд завершил разговор, не успев ударить кулаком по экрану. Это заставило Озпина снова подняться, хотя он предпочел бы молчание. К счастью, Озпин понял его выражение лица. Мужчина вздохнул и терпеливо ждал, пока тот успокоится. И заговорил. — Белый Клык выкрал Паладина из Атласа и привёз его в Вейл. — Впечатляюще с их стороны, особенно если учесть, как трудно было провезти его контрабандой. — Озпин вздохнул, зная правду так же хорошо, как и он сам. — Думаю, Совет Вейла скоро согласится с этой версией. Легко обвинять фавнов. Даже полезно для бизнеса для определённых людей. Скоро я поговорю с тобой лично, Джеймс. Добро пожаловать в Вейл. Хотелось бы, чтобы всё прошло на более радостной ноте. Если тебе нужно отвлечься от всего произошедшего, приходи в гости. Мы с Глиндой приготовим чай и кофе. — Спасибо, Озпин. У меня такое чувство, что мне это понадобится. Айронвуд, конец связи. Экран померк, оставив Айронвуда наедине со своими мыслями. Его единственная здоровая рука поднялась к подбородку, пальцы прикрыли рот. Раньше всё казалось простым. Белый Клык нарушал закон и нападал на невинных людей. Гриммы были бездумными монстрами. Даже Салем и та правда, в которую были посвящены немногие другие, были простыми по сравнению с этим. Всегда было верно просто поступать правильно, даже если это означало довести своих людей до изнеможения. Правильно. Но что тогда было сейчас? Один человек, одна семья или стабильность Атласа. Жизнь одного человека против относительного спокойствия более полумиллиона людей. Если бы речь шла о жизни против жизни, выбор был бы прост, но жизнь против мира, справедливость против стабильности, правда против удобства. Хороший солдат выполнит приказ. — Сэр. — Кловер стоял в дверном проеме, слегка постукивая по металлическому коробу рядом с ним. — У меня новости из Вейла. — Входи, Кловер. Что там? — Я закончил добавлять нас в полицейские сводки с их одобрения, сэр. За этим следит Зеки. Он довольно быстро заметил внезапное нападение на другом конце города. На колонну из четырёх грузовиков напали, разбили и ограбили. Все, кто находился внутри, были убиты. — Мы тоже обвиним в этом Арка? — недоверчиво спросил Айронвуд. — Впечатляет, что он был в двух местах одновременно. — Сэр? — Ничего, Кловер. Я объясню на совещании. Как я понимаю, в этом нападении есть что-то подозрительное, иначе Зеки не обратил бы на него твоего внимания. — Да, сэр. — Кловер поднялся и положил на стол единственное распечатанное изображение. На нём человек в чёрном лежал, склонившись над рулём грузовика, его очки и шлем приплавились к лицу, а стекло не разбилось, но превратилось в жижу по краям, густую и загибающуюся внутрь, словно в него попала раскалённая плазма. — Это один из водителей, сэр. Водитель — судя по фирменному знаку — компании по производству кухонной техники. Посудомоечные машины и всё такое. Айронвуд хихикнул. — Хорошо вооружён для такой работы. Полагаю, для доставки бытовой техники покупателям теперь должны использоваться бронежилеты и пистолеты. — Скомкав бумагу, Айронвуд бросил фотографию в ближайший мусорный бак. — Есть выжившие, которых мы можем опросить? — Нет, сэр. Кто бы по ним ни стрелял, он постарался убить каждого из них. — А груз...? — Исчез. Никакой бытовой техники, как вы можете себе представить. В одном из грузовиков мы нашли разбитое медицинское оборудование, а также медицинскую кровать, пристëгнутую к полу. Его пальцы впились в металлический стол. — А пациент? — Пропал, сэр. Никаких признаков тела.

/-/

Роман не был против нелестных новостей, но даже ему пришлось с отвращением отключиться, когда Лиза Лавендер начала рассказывать о том, как он вместе с Белым Клыком занимался контрабандой опасного военного оборудования в город, которое он, очевидно, использовал вместе с Жоном Арком для нападения на склад и его разграбления, после чего радостно проехался по городу. Это был конец для него, не так ли? Он всегда старался быть на правильной стороне закона. Неправильная сторона закона, конечно, но и у неё есть правильная и неправильная стороны. То есть он воровал, шантажировал, мошенничал, но не убивал. Он не делал ничего такого, за что можно было бы получить пожизненное заключение и интерес всех охотников Королевства. Вот и всё. Теперь я в полной заднице. Роман Торчвик — террорист. Это даже звучало не очень хорошо. Он со стоном отбросил пульт, поднялся с дивана и, громко топая, направился в столовую своего убежища, убедившись, что два сопляка внутри слышат его приближение. — Сюрприз, сюрприз, нас называют чудовищами, — сообщил он, войдя внутрь. Жон поднял взгляд с места, где сидел рядом с немой девушкой, которая решила пойти с ними. Обещания дать одежду и еду было для неё достаточно. Он дал ей запасную пару своих штанов, которые были ей слишком длинны, и на ней по-прежнему был надет его плащ, что заставляло выглядеть её по сути, его миниатюрной версией. Если добавить к наряду шляпу-котелок, чтобы прикрыть часть волос, они могли бы сойти за отца и дочь. Подойдя к нему, он придвинул кресло и сел. — Что-нибудь выяснил у нашей очаровательной гостьи? Девчушка весело ухмыльнулась, глядя на него из-за миски с мороженым, которое она поглощала. Очаровательно. В том смысле, что потом меня убьёт. Роман затянулся сигарой, так далеко зайдя, что случайная угроза скорее позабавила, чем обеспокоила его. — Только то, что они уже перевезли оттуда мою маму, — сказал Жон. — Она говорит, что мама присматривала за ней, утешала её. Ну, она ничего не говорит, но суть ты уловил. — Хм. Логично. — Парень не выглядел ревнивым из-за того, что девочка была с его матерью, а он — нет. Это было хорошо. — Материнский инстинкт. Я видел, как это происходило раньше, часто при ограблениях и захвате заложников. — Обычно он грабил магазин, а внутри были покупатели. Он не причинял им вреда, но они всё равно боялись. — Некоторые люди справляются со стрессом, сворачиваясь в клубок и паникуя, а другие отгоняют его, заботясь о других людях. Это своего рода способ отвлечься от происходящего. Борьба или бегство, но вместо этого — воспитание или интериоризация. — Если бы у твоей мамы был кто-то, о ком можно было бы позаботиться, она бы не так переживала из-за того, что потеряла всех вас, — добавил он. — Это стало бы для неё утешением, как если бы ребенку разрешили оставить плюшевого мишку, когда он спит один. Жон выглядел удивлённым его знаниями. Роман пожал плечами: понимание того, как люди ведут себя и реагируют, — первый шаг к тому, чтобы избежать несчастных случаев. Он любил планировать свои операции, особенно в самом начале, когда только начинал делать себе имя и одна ошибка могла привести к тюремному заключению и гибели его карьеры. — Меня больше удивляет, как карлик сумела управлять этой штукой. — Роман приподнял бровь, когда девушка нахмурилась. — Не нравится прозвище? Может быть, если ты напишешь своё имя, я смогу его назвать? — Он ухмыльнулся. — Карлик. Её разноцветные глаза сердито уставились на него. — СА просто называли бы её оружием или предметом. Так они поступали со мной. Роман хмыкнул, наблюдая, как девушка кивает в знак согласия. Жуткие ублюдки, эти ребята из CA. — Отлично. Похоже, тебе нужно имя. Ты уверена, что хочешь, чтобы мы придумали его? Он называет себя "Нуль". Ты можешь представить себе кого-то настолько резкого? Девушка тихо хихикнула, но согласилась с ним. По крайней мере, у неё хватило ума поручить это ему. Но он был настолько уставшим, что не мог мыслить здраво. Его взгляд блуждал по комнате и остановился на ней, её волосах, а затем на миске с мороженым, стоящей перед ней. — Нео. Нео Политан. — Роман, правда? — Жон звучал оскорблённым. — Это... Девушка — теперь уже Нео, как он полагал — радостно кивнула. Она несколько раз повторила слово "Нео", пробуя его на вкус и находя, что оно ей нравится. Роман не был уверен, знает ли она, откуда он взял эту идею, или нет. Оставалось надеяться, что позже она поймёт забавную сторону. — Нео, значит. Ну и ну. — Жон не видел ничего смешного. — Наверное, они тренировали её, чтобы она использовала этого робота. Меня больше удивляет, что Атлас отпустил нас, когда мы были у них на мушке. Надеюсь, Белый Клык сможет спрятать данную штуку. Не стоит на это рассчитывать. Даже если не принимать во внимание тот факт, что эти парни были идиотами, спрятать что-то настолько большое будет нелегко. Однако он не собирался говорить об этом, если это может означать, что им придётся от него избавиться. — Уверен, с ними всё будет в порядке. Не то чтобы мы сами могли с этим справиться. Что касается Атласа, думаю, они решили, что мы взяли в заложники всех тех людей на шоссе. Что-то вроде "стреляй в нас, а мы будем стрелять в них". Так, конечно, говорят в новостях. — Да. Обычно так и бывает. Он говорил так, будто привык к происходящему, что вызвало у Романа стон. Парню, конечно, было наплевать на свою и без того испорченную репутацию, но у него были заботы поважнее. Мне придётся покинуть Вейл, как только всё закончится. Я никак не могу здесь оставаться. Может, инсценировать свою смерть и перебраться в Мистраль. Я слышал, там есть работа для смекалистых преступников. Если, конечно, он выживет. Что, с появлением Атласа перешло из разряда сомнительных шансов в откровенно нелепые. Свиток Романа зажужжал. Жон и Нео переглянулись, но не проявили особого интереса. Вздохнув, он взял свиток и помахал им, давая понять, что должен ответить, после чего отправился в гостиную. Он молился, чтобы у Джуниора были хорошие новости. — Здравствуй, Роман. Рада снова тебя слышать. Вот чëрт. — Синдер. Как дела? Это из-за праха? Я занят тем, что пополняю запасы, и немного отстал, знаю, но ты же наверняка знаешь о том, что произошло. — О твоём аресте, да. — На другом конце раздался смех. Несомненно, её глупые детишки. — В кои-то веки я не буду спрашивать об этом. Ты отстаëшь от графика, но твоё выздоровление достойно восхищения, учитывая обстоятельства. Я удовлетворена твоей недавней работой с Белым Клыком. Удовлетворение, да? Это было что-то новенькое. И показательно. Синдер была не из тех, кто спускает кого-то с крючка, а это означало, что она готовится бросить его на произвол судьбы, как только он ослабит бдительность. А он не собирался этого делать. — Если дело не в этом, то чем я обязан такому удовольствию? — Насколько я понимаю, ты сейчас разделяешь кров с интересным молодым человеком. Роман оглянулся на столовую и понизил голос. — Это один из способов сказать об этом. Лично я бы сказал "ужасающим". Опасный — и не в хорошем смысле. Скорее, как дикое животное, которое, как можно опасаться, снесёт лицо, если на него не так посмотреть. — А что такое опасность в хорошем смысле, Роман? — Ну конечно же, это ты. Умная опасность. Опасная, но разумная, пока я приношу пользу. — Хм. Какой ты сегодня льстец. Но, опять же, я видела новости. Ты, должно быть, сходишь с ума от нахлынувших чувств. Я искренне впечатлена, Роман. Создать столько проблем, а потом сбежать от Атласа, не попав в плен, — это не то, от чего можно отмахнуться. И кто теперь подлизывался? Роман закрыл лицо руками, уже понимая, что она хочет чего-то такого, что, как они оба знали, ему не понравится. Проклятье. В его жизни и так всё было плохо с одним психом, а теперь ещё и мини-я в виде Нео, да ещё и Синдер проявляет интерес. Это действительно был не его год. — Что тебе нужно, Синдер? — Я хочу встретиться и поговорить с твоим юным другом. У меня есть для него предложение. — Предупреждаю, у него однообразный склад ума. Я могу утверждать, что никакие деньги, власть и прочее не убедят его в том, что работать на тебя — хорошая идея. Я не просто создаю проблемы, Синдер. Я констатирую факты. — Я в курсе, Роман. Тебе не стоит беспокоиться. Он захочет встретиться со мной завтра. Более того, он будет настаивать на этом. Роман почувствовал, как в животе у него зашевелилось неприятное чувство. — Осмелюсь спросить, почему? — Потому что у меня есть что-то, что он ищет. Синдер хихикнула. — Или, лучше сказать, кого.