Глава 39

Они забрали все улики — химические формулы, файлы, Янг даже вырвала компьютерный блок и засунула его под мышку, — после чего Блейк связала руки учёной за спиной лентой Гамбол Шрауда, и они направились к аварийному лифту. Идентификационная карточка учёной, висевшая у неё на шее, служила ключом к его открытию и управлению, поднимая молчаливую группу на поверхность. Лифт был практически поделен на две части: Жон и Нео держались по одну сторону, прижавшись друг к другу и молча, а три четверти команды RWBY нервно стояли на другой стороне со своей пленницей, тихо разговаривая между собой. Возможно, они волновались за дальнейшее. В обмен на доступ к Мэтью Филдсу он должен был помочь им найти пропавшего товарища по команде, но теперь у него не было причин оставаться. Это показывало, как мало они знали. Ему ещё предстояло поработать, если он хотел покончить с Chivalric. Кроме того, оставалась ещё одна незавершенная задача. — Пьетро попытается выбраться за пределы комплекса. Возможно, у него есть убежище в городе — я не настолько высокопоставлена, чтобы знать о нём. Он сможет эвакуироваться, если доберётся до него. — А Chivalric обеспечит её? — спросила Блейк. — У них и так достаточно проблем. — Я не знаю. — Побледнев, учёная посмотрела на Нуля, а затем быстро отвернулась. — Это будет зависеть от того, насколько ценным он считается для компании. Возможно, именно поэтому он забрал с собой вашу сестру. С другой стороны, они могут с тем же успехом послать кого-нибудь за объектом и заставить Пьетро замолчать. Потеря Филдса могла подтолкнуть компанию к более решительным действиям. — Вырезать все доказательства их преступлений скальпелем, — прорычала Янг. — Хорошая у вас компания. — Не то чтобы они говорили нам обо всём этом, когда нас вербовали. К тому времени, когда мы узнали, отступать было уже некуда. Во всяком случае, не живыми. Если она ожидала от него сочувствия, то её ожидало другое. Насколько он понимал, каждый, кто работал на Chivalric Arms, сделал свой выбор. Единственная причина, по которой она осталась в живых, заключалась в том, что её жизнь послужит гораздо более ценным подспорьем. Не то чтобы он ожидал, что это будет иметь значение. Как и в случае с ним, Chivalric Arms — и Атлас, и весь мир — проигнорируют любые доказательства в пользу сохранения статус-кво. Он был уверен, что из этого ничего не выйдет, но попытка не стоила ему ничего. В итоге она и команда RWBY окажутся на волоске от гибели. И, честно говоря, сейчас он был в слишком хорошем настроении, чтобы беспокоиться об этом. Блейк могла начать очередную проповедь о том, как далеко он зашёл, а он мог просто подхватить её на руки и закружить, смеясь во всю мощь своих лёгких. Ладно. Может, и не так радикально, но, глядя на своё отражение в зеркале лифта, он не смог сдержать улыбку. Филдс был мёртв. Chivalric Arms кровоточили. Могли истекать кровью. Вы думали, что неприкасаемы. Теперь вы знаете правду. Блейк вышла из лифта первой, и он подумал, не активировать ли Обнуление, чтобы проверить, выдержит ли она шквал огня. Он этого не сделал. И никто другой. Кто бы ни остался в живых после нападения, они явно решили бежать, а не оставаться на месте. — Не могу поверить, что здесь так тихо. — отметила Янг. — Неужели Атлас не собирается отвечать? — Раньше всё всегда делала компания Chivalric Arms, — ответила Блейк. — Они посылали свои элитные подразделения наводить порядок, убивая всех, кто попадался им на пути. Думаю, даже они не могут свободно действовать в центре Вейла. — Думаешь, они понесли потери? — Почти наверняка. Возможно, сейчас готовят правовую защиту. Хм. Представляю, что у них с адвокатами всё замечательно, подумал Жон. Коридор у лифта был не совсем пуст. В нём виднелись пятна крови и тела, оставшиеся после нападения, а в здании по-прежнему работала сигнализация. Chivalric Arms отступили, как и Пьетро Полендина. — Пойдём, — сказал он, вытаскивая Морс. — Пора заканчивать.

/-/

Пьетро тяжело дышал, когда его инвалидное кресло выехало на улицу, — ему казалось, что он пробежал целый километр, хотя это не удавалось уже много лет. Холодный, сухой воздух Вейла напомнил ему о доме. Я не должен был покидать Атлас. Всё это из-за того, что я хотел привлечь Пенни к участию в фестивале. Всё пошло совсем не так. На стоянке приземлился отмеченный знаком Атласа военный Буллхед, и сердце Пьетро подскочило к горлу. Оно успокоилось только тогда, когда двери открылись и перед ним предстали люди в чёрных одеждах, лица которых были скрыты шлемами. — Chivalric. Слава богу. Идём, Пенни. Скоро мы покинем это ужасное место. Его дочь следовала за ним в необычном молчании, с подопытной, перекинутой через плечо, и так же тихо. Вероятно, она была до смерти напугана. Пьетро всё ещё чувствовал холод при мысли о том, что может с ней случиться. Он не хотел этого. Никогда. Однако это был единственный способ гарантировать, что Пенни сможет продолжать жить. Каким бы он был отцом, если не был готов пойти на жертвы ради своей дочери? Несчастным. Вот каким. — Доктор Полендина. — Один из мужчин соскочил на землю. Эмблема на его груди указывала на его принадлежность. — Мы получили ваш сигнал бедствия. Совет счёл вас активом, достойным эвакуации. Пьетро резко выдохнул. — Хорошо. Это отличные новости. — У вас с собой последний Объект? — Да. — Он указал на девушку в белом халате, перекинутом через плечо Пенни. — Объект-С. Мистер Филдс очень интересовался её глазами, прежде чем его... его... Она его заинтересовала. Мужчина прикоснулся рукой к своему шлему, принимая приказ. — Совет считает, что она слишком опасна, чтобы заниматься ею в данный момент. Будет проведено расследование нашей работы здесь. — Он обратился к Буллхеду. — Подготовьте морозильную камеру. Мы заберем её глаза и оставим тело здесь. Нуль будет признан ответственным за её смерть. — Это необходимо? Мистер Филдс поручил Пенни охранять её и следить, чтобы ей не причинили вреда. Думаю, этот приказ сохраняется и сейчас, так что будет лучше, если её заберут живой. — У меня свой приказ, доктор. — Мужчина отпустил штурмовую винтовку, повесив её на ремень через одно плечо, а затем вытащил из-за пояса остро отточенный нож. Женщина-солдат вышла с белой коробкой без опознавательных знаков, поставила её на землю и сняла крышку, вытащив прозрачный пакет, в котором можно было хранить органы в холодильнике. — Нет! — завопила девушка, неожиданно брыкаясь и брыкаясь. — Нет! Отпустите меня! Пожалуйста, не делайте этого! Не позволяй им делать это, Пенни! Пьетро сглотнул, чувствуя себя неловко при мысли о том, свидетелем чего ему предстоит стать. Но какой у него был выбор? Он должен был делать то, что велела компания. Он выполнял приказ, вот и всё. — Пенни, — заикаясь, произнёс он. — Опусти девушку на землю, пожалуйста. П-подержи её. — Дядя Филдс отдал мне прямой приказ не причинять ей вреда, отец. — Пенни отступила на шаг назад, увлекая за собой девочку, лежавшую у неё на плече, подальше от солдата. — Этот приказ остается в силе. — Мэтью Филдс мёртв, — сказал солдат. — Chivalric Arms временно находится под контролем Совета директоров, пока не будет выбран новый генеральный директор. Мы не можем себе позволить, чтобы Бикон и Вейл разнюхивали об операциях из-за исчезнувшей девушки. Её глаза — единственное, что представляет ценность. — Приказ дяди Филдса был не таким... — Пенни. — сказал Пьетро. Во рту у него пересохло, и он чувствовал себя ужасно — даже тошнотворно. Несмотря на это, он заставил себя продолжить. — Перезагрузка памяти. Пароль: 59C4QX97. Запустить протокол подчинения. Его дочь, если не по плоти и крови, то во всём остальном, что имело значение, напряглась, глаза вспыхнули зелёным, когда сработала установленная им защита. Он ненавидел себя за то, что использует это средство, но оно всегда было одним из основных принципов робототехники. Законы Азимова. Он немного расширил их, учитывая её роль охотницы, но даже если он верил, что Пенни никогда не отвернётся от него, он знал, что однажды могут возникнуть осложнения. Взлом, повреждение или порча памяти. Он надеялся, что это дополнительное средство никогда не пригодится. — Мне жаль, Пенни. — Его голос надломился. — Правда. Я обещал себе, что никогда не поступлю так с тобой, но это для твоего же блага — правда. — Мне тоже жаль, отец, — опустошённо произнесла она. — Всё в порядке. Всё будет хорошо, когда мы вернёмся в Атлас. Я... я удалю это событие из твоей памяти, чтобы ты не знала, что это вообще произошло. — Он пожалел, что его собственную память нельзя так легко подделать. — А теперь держи девушку. И закрой ей рот, пожалуйста, — добавил он дрожащим голосом, сердце сильно колотилось. Ему пришлось отвести взгляд, когда на него уставились широкие серебристые глаза, в которых стояли слезы. Не смотри на меня так. Я ведь не тот, кто этого хочет. — Я не желаю слышать её крики. Пенни опустилась на колени, уложив ослабевшую девушку на землю. Двое солдат двинулись вперед, держа наготове нож и морозильную камеру. Пьетро зажмурил глаза и отвернулся, решив видеть как можно меньше. Он услышал движение ножа. Звук металла, вонзающегося в кожу и кровь. Он услышал влажное бульканье и ещё крепче зажмурил глаза, желая свернуться в клубок. Пьетро Полендина услышал вздох боли, а затем глухой звук. Он услышал предсмертный крик девушки. Но это была девушка рядом с ним, та, что несла морозильник. — Мне очень жаль, отец! — сказала Пенни громче и горячее. — Но я не выполню этот приказ! Что? Глаза Пьетро распахнулись. Солдат с ножом лежал на земле, сжимая горло, а его кровь вытекала прямо на босые ноги всё ещё живой и нетронутой подопытной. Длинный провод соединил вытянутую руку Пенни с одним из её клинков, вонзившимся в ящик морозильника и в грудь девушки, которая его несла. Перешагнув поверженную девушку, Пенни распахнула спину, и из неё появились ещё шесть лезвий, которые на мгновение зависли в воздухе, а затем вырвались наружу, поразив Буллхед в шести местах и не дав ему подняться. Когда последний человек на борту поднял пистолет, чтобы открыть по ним огонь, Пенни шагнула к подопытной и приняла выстрел. Он отразился от её ауры, а затем она дёрнулась. Буллхед застонал, перевернулся под её силой и завалился на бок. Солдат, находившийся внутри, был отброшен вниз и оказался в ловушке, где мог быть раздавлен насмерть. Глаза Пьетро заблестели. — Пенни! Что ты делаешь? Это наши союзники... — Приказ. Последний приказ Филдса. — Дядя Филдс мёртв, Пенни! Мёртв! Нет. Всё в порядке. Мы ещё можем спастись. Это было не хорошо. Совсем нет. Они, должно быть, испортили тебя, — пробормотал он. — Когда я не смотрел. Чëрт бы их побрал! Как они посмели так обращаться с твоим разумом. Но всё в порядке. Мы сможем всё исправить. — Отец... — печально сказала Пенни. — Вред девочке — вот в чëм проблема. — Пенни всё ещё выполняла приказ Филдса. — Что ж, нам придётся самим отвезти её обратно в Атлас. Всё будет прекрасно. — Отец... — Как только мы окажемся там, я осмотрю твою голову — выясню, что они с тобой сделали, и обращу это вспять. Это не твоя вина, Пенни. Они идиоты, играющие в то, что едва понимают. Они должны были доверить такое сложное дело профессионалам... — Отец. — Пенни схватила его инвалидное кресло и повернула к себе. Её глаза смягчились, когда она посмотрела на него сверху вниз, и если бы она была на это способна, он мог бы подумать, что она вот-вот заплачет. — Никто не властен надо мной, отец. Я принадлежу только себе. — Я... что? — спросил он, не находя слов. — Что ты только что сказала...? — Я сама по себе, отец. Не было никакого приказа. Ни от тебя. Ни от дяди Филдса. — Пенни внезапно нахмурилась, поправляя себя. — Мистера Филдса. Этот человек не мой дядя. Кровь отхлынула от лица Пьетро. — Ты... Ты сама решила сделать это...? — Выбрала. — Почему? Пенни, мы попали в очень плохую ситуацию! — Потому что Руби — моя подруга. Девушка на земле зарыдала от облегчения. Пьетро почувствовал, что может впасть в ярость. — Э-эта девчонка!? Всё это из-за неё? Пенни, я твой отец! Я тот, кто создал тебя! Воспитывал тебя! Любил тебя! — Да. — Его творение, его дочь, смотрела на него с нежностью. — Но ты также человек, который стёр мне память. Ты манипулировал мной. Пытался заставить меня делать то, чего я не хотела. Отцы так не поступают. — Именно так и поступает отец! — закричал Пьетро, красный от ярости. Его голова раскалывалась, мигрень грозила прорваться наружу. — Родители принимают решения, которые лучше для ребенка — иногда даже тогда, когда они этого не хотят! Айронвуд вывел бы тебя из эксплуатации! Он бы убил тебя! — Я погубила невинных людей. Он втянул воздух. — Я компьютер, отец. Я могу хотеть быть настоящей девушкой, но это не так. Человеческий разум способен на многое, но я не человек. За то время, что я провела в лаборатории, с того момента, как Руби назвала меня подругой, я просмотрела свои файлы, папки, память, диски, новости в Интернете, официальные отчёты. Я за считанные минуты проанализировала каждый момент своего существования, проанализировала каждое мгновение. Человеческий разум на такое не способен. Человеческий разум не может заметить мелкие несоответствия во времени, данных и датах, когда создавались новые файлы, вытесняющие мои воспоминания. — Пенни грустно улыбнулась. — А я могу. Потому что я — машина. Пенни постучала пальцем по своему черепу. — Каждое моё воспоминание хранится не в мозгу, а в папках. Каждая из них названа, упорядочена и датирована. Все эти даты, похоже, начинаются несколько недель назад, несмотря на то, что в файлах до этого говорилось, что я должна была добраться до Вейла раньше. Ты оставил дыры в моей памяти. Я заполнила их. Я нашла свои собственные файлы, или, возможно, точнее, файлы предыдущей Пенни. Те, что предписывали её выводы. Её друзья. Руби. — Я должен был! — прохрипел Пьетро. — Я должен был это сделать. Я никогда не хотел этого, но они бы приказали мне покончить с тобой! Изменить тебя! — И ты сам изменил меня. — Я руководствовался твоими интересами! — прорычал он. — Нет. У тебя были свои собственные. Ты не хотел терять свою дочь. Свое творение. Работу всей твоей жизни. Твоё исследование. Твой проект. — Пенни грустно улыбнулась, глядя на него сверху вниз. Пьетро ненавидел её так, как никогда прежде никого не ненавидел. — Ты сделал то, что было лучше для тебя, отец. И ты отнял у меня право выбирать, что лучше для меня. Его губы дрогнули, но из них не вырвалось ни звука. — Всё кончено, отец. Ты будешь отправлен к Генералу Айронвуду, чтобы предстать перед судом за свои преступления. Если это поможет, я всё ещё люблю тебя. Ты мой отец, и я никогда этого не забуду. Это было слишком. Широко раскрыв глаза, со слезами на глазах, Пьетро Полендина начал смеяться. Он не остановился, когда подопытная поднялась на ноги и прижалась к Пенни, которая утешила её. Он не остановился, когда его инвалидное кресло отключилось, оставив его беспомощным. Он не перестал смеяться. Как будто машина, с которой он мог бы возиться, Пьетро Полендина сломался.

/-/

Именно в таком состоянии их и нашла команда RWBY: Пьетро откинулся на спинку кресла, закатив глаза, и время от времени хихикал вслух, а Пенни стояла неподалеку от нескольких поверженных членов Chivalric Arms и разбитого Буллхеда, прижимая к себе плачущую Руби Роуз. — Руби! — закричала Янг. — Яааанг! Блейк побежала за своей напарницей, когда Янг в считанные секунды преодолела расстояние и подхватила младшую сестру, крепко обняв её до хруста в костях. Блейк не удержалась и тоже прикоснулась к ней. Всего лишь рука на плече. Достаточно, чтобы убедить себя, что Руби действительно здесь, жива и невредима. Вайс была куда менее сдержанна: она взяла одну из рук Руби и крепко прижала её к груди. — Руби! О чëрт, Руби! Ты в порядке? Они что-нибудь с тобой сделали? — Н-нет. — Руби шмыгнула носом и заплакала, но скорее от облегчения, чем от боли. — Пенни спасла меня. Пенни защитила меня. Никто из них не обратил внимания на девушку, буквально воскресшую из мёртвых, которая стояла неподалеку, её зеленые глаза были тёплыми, а улыбка — мягкой. Блейк поспешила бы поблагодарить её, если бы не боялась, что Руби исчезнет в тот же миг. Со слезами на глазах Янг посмотрела поверх головы сестры и прошептала: — Спасибо. — Мне было очень приятно. — сказала Пенни. — Руби — мой друг. Блейк не сомневалась в этом, тем более когда на улице лежат два мёртвых человека. Морозильная камера и нож не остались незамеченными, и она содрогнулась от ярости и отвращения, поняв, что именно они хотели сделать. Если бы не Пенни, Руби была бы мертва, а Пьетро сбежал бы. — Пока она в безопасности, мне всё равно. — заявила Янг. — Мы получили то, ради чего пришли сюда. — Вайс согласилась. — Мэтью Филдс мёртв, у нас есть доказательства неправомерности действий Chivalric Arms, а Руби в безопасности. Я предлагаю вернуться в Бикон до того, как у них появится шанс арестовать нас и обратить эти доказательства в свою пользу. Блейк быстро с ней согласилась. Может, Озпин и не был готов обменять Руби, но он всё равно должен быть на их стороне, особенно если они предоставят доказательства того, что Chivalric планировали на фестиваль Вайтела. — Ты пойдешь, Пенни? — спросила Вайс. — Твоё слово может многое значить. — Конечно, подруга Вайс. Я намерена проследить за подругой Руби и убедиться, что она в целости и сохранности, что бы ни случилось... Лицо Пенни вспыхнуло. В лицо и плечи Блейк полетели мелкие кусочки механизмов и металла, а также Янг и Руби — на лице последней отразился ужас, глаза расширились, а рот открылся. Агонизирующий крик Руби разорвал воздух, окрашенный горем и болью, пока она не охрипла. Не успела она договорить, как безголовое тело Пенни безжизненно рухнуло на землю. Жон стоял за её спиной. Пистолет вскинут. Глаза светятся. — Мёртвые должны оставаться мёртвыми, — холодно сказал он. — Пенни! — закричала Руби. — Неееет! Янг оттащила Руби назад для её же безопасности, с ненавистью глядя поверх её головы, и притянула Руби к себе, чтобы та рыдала у неё на груди. Вайс и Блейк тут же встали между ними, образовав живой щит. Однако Жон опустил пистолет. Он выглядел довольным. Блейк стало плохо. — Как ты мог? — закричала Вайс. — Мы же договорились! — Да. Жизнь вашего товарища по команде за жизни тех, кто убил моих родителей. Мэтью Филдса — за моего отца. — Он кивнул в сторону безголового тела. — Её — за мою мать. Пенни убила Джунипер Арк. Блейк позабыла об этом, потерявшись в момент спасения Руби. А вот Жон — нет. — Ты чудовище! — завопила Янг. — Ты грëбаный монстр! — Так заявляют те, кто несёт ответственность за гибель многочисленных сотрудников Chivalric Arms при спасении своей подруги, — заметил он. — Своей сестры. Чем же я отличаюсь от них? — Убийство Пенни никого не спасло! — прошипела Блейк. — Может, и нет, — признал он. Он отступил назад, и Нео подошла к нему, её лицо так же ликующе исказилось, когда она уставилась на тело Пенни. Теперь она мертва. Мертва навсегда. Блейк захотелось последовать за ним, избить его и потребовать рассказать, что случилось с мальчиком, которого они спасли из этого ужасного места. Но если бы она попыталась это сделать, он, скорее всего, убил бы её. Сейчас она должна была остаться с Руби. Ради Руби. Ещё один пример того, как она бросила Жона ради всего нового, убегая от своих обязанностей. Блейк крепко сжала кулаки. — И это всё? Ты пришёл, убил и снова стал убивать, даже после того, как Пенни искупила свою вину... — Искупила? Для вас, может быть так и есть. Полагаю, для вас это всё, что имеет значение. Неважно, что мои родители погибли. Неважно, что я мучился и страдал. Вы перевернëте все небеса, чтобы спасти своих важных людей, а мои пусть просто смирятся со своим местом и умрут. — Жон сплюнул на землю. — Может, эта машина в итоге и оказалась полезной, но она должна была заплатить за свои преступления. — Нашему союзу пришёл конец, — продолжил он. Блейк насторожилась. — У меня хорошее настроение, ведь с убийцами моих родителей покончено, так что я оставлю вас в покое. Если хотите, попробуйте доказать, что Chivalric — зло. Меня никто не слушал. Но запомните одну вещь. Он устремил на них холодные, пронзительно-голубые глаза. — У Бикона моя сестра. И я не остановлюсь ни перед чем, чтобы спасти её — так же, как вы не остановились ни перед чем, чтобы спасти свою. Если вы встанете у меня на пути, не будет иметь значения, что вы помогли мне здесь. Я закончу то, что начал в доках. С этими последними словами Жон Арк повернулся и пошёл прочь. Никто не посмел его остановить.

/-/

— Не могу сказать, что я очень довольна. — медленно произнесла Синдер Фолл. — Впрочем, это не слишком мешает моим планам. Ты ведь по-прежнему намерен помочь нам в нападении на Бикон. Не так ли? Жон Арк кивнул, окинув взглядом Эмеральд и Меркури, которые наблюдали за ним, словно за диким животным, склонным к беспорядочным нападениям. Видно было, что их беспокоит, как Синдер с ним обращается, вернее, как он с ней. Не боясь. Беззаботно. Не потому, что он считал её беззащитной, а потому, что знал: он ей нужен. До этого момента не было никаких предательств. Для неё в этом не было никакой выгоды. Риск был велик — одна пуля, выпущенная при его активном Проявлении, покончит с ней, какой бы сильной она ни была, — а пользы почти никакой. Он исчезнет с её пути. Никакой помощи при нападении. Нео отвернётся от неё. Как бы она ни была раздражена тем, что он идёт против её приказов, Синдер не посмела бы расспрашивать его об этом. Тем более если речь идёт о смерти Мэтью Филдса. — Пока ты выполняешь свою часть сделки. — Я видела, на что ты готов пойти ради мести, Жон. Я уверена, что смогу ускользнуть от тебя, но это потребует от меня усилий. Не говоря уже о неудобствах. Им обоим было проще работать вместе, особенно если она хотела заручиться поддержкой Адама и Белого Клыка. — Тогда договорились, — сказал он. — Я бы не стал беспокоиться и об этих охотницах. Блейк — лёгкая добыча для Chivalric. Они раскопают её прошлое, раскроют её корни в Белом Клыке и используют это, чтобы заклеймить всю команду как предателей. Их разорвут на части в суде общественного мнения, как и меня. Те улики, которые они нашли, ничуть не испугают Chivalric. — О? — Улыбка Синдер говорила о том, что она знает что-то, чего не знает он. Она грациозно потянулась к пульту и направила его на телевизор. — Разве ты не слышал? На экране появилась Лиза Лавендер, уже начавшая передачу новостей. Позади нее на большой экран выплыла эмблема компании Chivalric Arms — логотип. — ...Аrms, компания-производитель из Атласа, в ответ поблагодарила отважных охотниц за раскрытие преступной операции, в которой участвовала их компания. Уже арестовано несколько высокопоставленных лиц. Атлас пообещал провести собственное расследование и тщательную проверку, в результате которой будет обнародована информация об операциях, проводимых в компании. Химический реагент был также остановлен до того, как он мог быть использован в водоснабжении города, что спасло потенциально сотни тысяч жизней. — Озпин, нынешний директор Бикона, выступил в защиту команды охотниц, которые, по его собственным словам, пошли на многое, защищая товарища по команде. Охотники и охотницы уполномочены бороться с преступностью там, где она обнаружена, и если бы не их быстрое мышление и быстрые действия, катастрофа вполне могла бы обрушиться на наш прекрасный город. — Совет Вейла уже согласился и, при поддержке многих охотников, пообещал отменить все обвинения, которые могут быть выдвинуты против охотниц, в знак признательности за их быстрое реагирование и оперативность. Посмертные почести также воздаются Пенни Полендине, жительнице Атласа и охотнице, которая помогала спасать захваченного товарища по команде, мужественно отдав при этом свою жизнь. — По поводу причастности нескольких ключевых сотрудников Chivalric Arms комментариев нет, есть только подтверждение, что предыдущий генеральный директор Мэтью Филдс, запечатлённый на этой фотографии, был найден мёртвым в своем офисе. Причину смерти связывают с разыскиваемым серийным убийцей Жоном Арком по прозвищу Нуль, у которого была известная вражда с компанией. На данный момент Нуль остаётся на свободе, и всем гражданам рекомендуется избегать его любой ценой, если они его увидят, отступить на безопасное расстояние и обратиться в полицию. С вами была Лиза Лавендер, новости Вейла. Хорошего дня. Улыбка Жона, не сходившая с лица после гибели Филдса и Пенни, наконец-то сползла с лица. Его плечи напряглись, глаза горели, он вцепился в подлокотники кресла с такой силой, что ногти впились в них. — Скажи, не правда ли? — Синдер бросила пульт от телевизора на ближайшее кресло. — Ты рискуешь жизнью, чтобы спасти своих сестёр, а тебя называют злодеем. Они делают то же самое и становятся героями, их превозносят и прославляют. Мотивы одни и те же. Методы похожи. Единственное, что отличается, это... ну... — Её губы скривились в лукавой улыбке. — Важность тех, о ком идёт речь. — Вайс Шни, наследница ПКШ. Не говоря уже о двух охотницах, которых подготовил и поддержал сам Озпин. Полагаю, неизбежно, что с такой поддержкой мир будет относиться к ним серьёзнее. В конце концов, какими бы видными людьми ни были твои родители, ты всего лишь мальчик, о котором никто никогда не слышал. Ни у кого не было причин верить тебе. Как и не было причин доказывать свою точку зрения. — И вот герои возвращаются победителями, освобождаются от своих преступлений и возвращаются к своей обычной жизни. Без последствий. Никакого наказания. Никакого правосудия. — Руки Синдер легли ему на плечи, её губы шептали ему на ухо. — Знаешь ли ты, Жон, в чëм разница между героем и злодеем? Дело не в средствах и не в сюжете. Усмехнувшись, она отстранилась. — Дело в их поддержке. В том, кто предлагает им легитимность. Они — охотницы. Следующее поколение. Будущие лидеры. Герои. Ты, мой дорогой, всего лишь одна душа в мире, наполненном многими. Неважная. Легко отбрасываемая. Как и все эти жизни в Горе Гленн. Как и все эти жизни в деревнях и пограничных заставах, которые исчезают каждый день. — Синдер выразительно цокнула языком. — С глаз долой, из сердца вон. Жон глубоко и тяжело вздохнул, его глаза горели от ярости, когда он смотрел на изображение команды RWBY на экране. Они выглядели не так, как после убийства Филдса, и не переговаривались, но их счастливые, невинные улыбки приводили его в ярость. Они бесили его, потому что он не мог иметь таких же — даже если бы был так же достоин! — Нет никакой справедливости, — огрызнулся он. — Никакой. — Не для таких, как мы, Жон. Единственная справедливость для нас — это та, которую мы берём своими собственными руками. — Она провела пальцами по его плечу. — Готовься. Скоро мы нанесëм удар. Там у тебя будет возможность разобраться с Озпином и всеми, кто встанет на нашем пути. Так мы оба обретём справедливость.