Глава 41

— Наш первоначальный план состоял в том, чтобы пробраться с помощью Нео на борт флагмана Айронвуда и с помощью вируса, созданного моим коллегой, захватить его механизированные подразделения, — объяснила Синдер. Она положила руки на стол и стояла, обращаясь к ним, сидящим на стульях. Жон занял место рядом с Адамом, радуясь возвращению старого друга, а Нео с трудом втиснулась по другую сторону от него, наполовину прижавшись к подлокотнику. — К сожалению, это уже не вариант. Айронвуд настолько усилил свою охрану, что даже малейшая неуместная деталь заставит его специалистов отнестись с подозрением к любой несостыковке. Кроме того, он полностью снял с эксплуатации свои роботизированные войска. — Похоже, кому-то следовало бы оставаться на месте, а не бежать сломя голову, — усмехнулся Меркури Блэк. Невозможно было ошибиться, в кого именно была направлена эта шпилька, и Эмеральд Сустрэй быстро отступила от своего напарника, ожидая, что пуля попадет ему между глаз. Жон не знал, раздражаться ему по этому поводу или веселиться. Он не собирался убивать кого-то за то, что тот был придурком. — В данном случае Жон не виноват, — резко сказала Синдер, заставив его замолчать. — Усиление охраны Айронвуда произошло ещё до его прибытия в Вейл, и, согласно нашим источникам, это скорее результат раскрытия Chivalric Arms. Что касается роботов, то он с самого начала сомневался в них. А когда Chivalric выдали себя и захватили оранжевоволосую, это только укрепило его. Они не будут использоваться для защиты Бикона. — Что не так уж и плохо, — заметил Адам. — Половина причин, по которым нам понадобилось бы их нейтрализовать, — это то, что они бы уничтожили моих людей. — Действительно. Несмотря на то, что охотников и охотниц будет много, их непосредственный боевой опыт будет невелик. Большинство сбежит или будет отозвано в эвакуационные пункты. Остальные будут заняты тем, что будут разбираться с Гриммами, которых мы на них натравим. — А что с остальными? — Ты, как лидер, волен поступать с ними по своему усмотрению. Наш союз лишь просит о поддержке в нападении — я никогда не стану диктовать, как вести себя Белому Клыку. Вежливо. На удивление вежливо. Роман не раз намекал, что Синдер — сильная и безжалостная женщина, не боящаяся принуждать людей к сотрудничеству, но для Адама она нацепила дипломатическую маску. А может, и для него. Это не означало, что она стала менее манипулятивной, но означало, что у них было больше власти в их соглашении. В противном случае она бы не чувствовала в этом необходимости. Адам тоже должен был это понимать, но ответил на её кивок своим. Вежливость была возвращена, несмотря на их разногласия. Жон почувствовал облегчение. Если бы они решили выдвигать требования и сыпать оскорблениями, это только усложнило бы ситуацию. — Мы позволим тем студентам, которые не станут нападать на нас, сбежать или сражаться с Гриммами самостоятельно, — сказал он. — Мне наплевать на них в любом случае, но убийство детей не пойдёт на пользу нашему имиджу. А то, что у них в руках смертоносное оружие, не будет иметь значения для тех, кто об этом узнает. Ты не против, Синдер? — Если только ты поднимешь достаточно шума, чтобы мы с Жоном смогли добраться до своих целей, то да. — Мы войдём вместе? — удивлённо спросил Жон. — У нас больше нет грубой силы, чтобы уничтожить всю академию. У нас будет элемент неожиданности, но Айронвуд сейчас укрепляет школу, и он привёл с собой лучших и самых преданных. Даже с Белым Клыком у нас не хватит людей, а без роботов мы не сможем настроить общественное мнение против Атласа. Вместо этого мы нанесëм сильный и быстрый удар. Обеспечим безопасность наших целей и отойдëм. Жон посмотрел на Адама и кивнул. Эта идея его более чем устраивала. Если Озпин действительно готов бросить всё, чтобы удержать сестру, то он, несомненно, будет защищать её в любом случае. Он мог бы и сам дать отпор. Большим вопросом был Адам и то, что он хотел получить. Смерть Блейк? Если да, то он, возможно, захочет остаться там подольше. Меня это не касается, не так ли? Я буду занят поисками Эмбер, и мне будет совсем не до Адама. — Белый Клык не против, — сказал Адам. — Лишь бы вы не оставили нас на произвол судьбы во время отступления. Если меня разыщут силы Айронвуда, я буду расстроен. — С тобой будут Меркури и Эмеральд, — сказала она. — Вместе с Романом, который будет прятаться в Изумрудном лесу в мехе, раздобытом им и Жоном. Он будет обеспечивать ваше отступление, оказывая поддержку Паладином, а затем, когда всё будет чисто, бросит его и сбежит. Роман преувеличенно преклонил голову. Похоже, он был доволен относительной безопасностью своей роли. Адам с ворчанием согласился. Атлас не стал бы посылать свои войска в лес, полный Гриммов, чтобы преследовать их, но они послали бы воздушные суда — их обычная реакция и средство наблюдения за людьми. Паладин мог легко сбить их, и к тому времени, когда они соберут силы, способные уничтожить его, Адам, Роман и, надеюсь, он сам и Синдер будут уже далеко. Нео подтолкнула его локтем в бок, и Жон произнёс. — Что с Нео? — Я бы предпочла, чтобы Нео была с нами, — сказала она. — Её Проявление будет неоценимо полезно для заметания следов, особенно если твоя сестра не в состоянии передвигаться самостоятельно. — Синдер сделала паузу, чтобы дождаться их кивков. — Все довольны своими ролями? — В восторге. — сказал Роман, самодовольство волнами накатывало на него. — Это гораздо лучше, чем твой предыдущий план, Синди. — Мой предыдущий план предполагал наличие целой армии роботов и мехов, а также усиленную охрану самого публичного мероприятия на Ремнанте. Если что, отвлекающие факторы в лице Chivalric и Жона только упростили ситуацию. Если у нас будет возможность, а я подчеркиваю — если, то, думаю, нам стоит устроить небольшое шоу. Почувствовав их растерянные взгляды, Синдер достала небольшую камеру, которую можно закрепить на груди, и положила её на стол. — Ты хочешь показать, как мы напали на академию? — спросил Адам. — Кажется, это хороший способ сделать нас самыми ненавистными людьми во всём Ремнанте. — Не для тебя, Адам. У нас с Жоном нет времени, чтобы захватывать или уничтожать Бикон, но нет причин, по которым мы не можем показать всему миру, что они сделали. Жон протянул руку вперёд и взял устройство. Это была маленькая штучка с зажимом на задней части, который можно было прикрепить к одежде или броне. Камера была заключена в защитный полимерный контейнер с прозрачной передней панелью. Похоже, она могла выдержать несколько ударов и была из тех, что используют спортсмены и любители для съëмки экстремальных видов спорта. Может ли видеозапись сработать, чтобы доказать правду о его семье? Во рту у него пересохло. Компания Chivalric Arms достаточно быстро принимала вину на себя, когда ей предлагали неопровержимые доказательства — доказательства, от которых они не могли отмахнуться. Что, если они так отчаянно хотели свалить всё на Филдса, что поддались давлению и с его стороны? Это не остановит его желание отомстить, но, возможно, окажет на них ещё большее давление и даже заставит Атлас помиловать его. Или же ничего этого не произойдёт, и Озпину будет предъявлено лишь обвинение, но за то, что он украл его сестру и планировал использовать её, он был ничем не лучше Мэтью Филдса. — Почему? — спросил он Синдер, подозрительно глядя на неё поверх маленькой камеры. — Почему ты готова на всё это? — Щедрость от союзника делает тебя параноиком? — Её губы искривились в улыбке. — Я могу это уважать. Не волнуйся, с моей стороны я поступаю не совсем альтруистично. Для вас, Жон и Нео, всё дело в мести, у атаки Адама свои причины, а для меня нападение — это средство затащить Озпина и Академию в грязь, — сказала она. — Мы все выиграем, если раскроем правду. Для меня это просто ещё одно оружие в нашем арсенале. Такое объяснение уменьшает твои опасения? — Да. — Жон опустил камеру. — Спасибо.

/-/

Жон налил в кружку воды, смешал её с растворимым кофе и протянул чашку Адаму, после чего сел напротив него. Мужчина снял маску, оставив на виду страшный шрам от ПКШ. Возможно, раньше его это и беспокоило, но теперь у них у всех есть свои шрамы. — Что ты думаешь о её плане? — спросил Жон. Синдер уже ушла, вернувшись к своему прикрытию, чтобы не попасть в беду. Они все согласились внести свою лепту, но он всё равно хотел узнать мнение Адама. Раньше тот всегда планировал их нападения. — План очень простой, — сказал Адам. — Расплывчатый. Она хочет, чтобы Белый Клык всех занял, но не дает мне для этого особых возможностей. Для начала — Гриммы, но против нас академия охотников. Гриммы — их хлеб с маслом. — Думаешь, она тебя подставляет? — Сомневаюсь, что ей будет обидно, если мы все умрем, но я не думаю, что она специально это планирует. Может, она считает, что этого достаточно, а может, дает мне лишь самые смутные указания, чтобы я сам решил, что делать дальше. — Адам сделал паузу, чтобы выпить. — Всё будет хорошо. Я разработаю лучший план нападения и позабочусь о том, чтобы мои люди знали о нём. Будут потери. Это неизбежно. — В Вейле много добровольцев. — К сожалению, они погибнут первыми. Плохо обученные. Малоопытные. Против Гриммов, охотников или солдат, у них надежды мало. — Тогда стоит ли им вообще участвовать в битве? — Нам нужна численность. Не говоря уже о том, что каждый, кто присоединяется к нам, знает о риске, Жон. Мы не скрываем, кто мы, чем занимаемся и какова может быть цена. С этим действительно нельзя было поспорить. Жон откинулся на спинку кресла, гадая, когда ещё Адам говорил так холодно и всегда ли он был таким. Скорее всего, так и было. Он навсегда запомнил, что тот спас их с Лавандой от участи, худшей, чем смерть, а затем помог найти остальных и дать им безопасный дом в Менажери. Нападения, в которых он участвовал вместе с Белым Клыком, были кровавыми, и люди гибли — одни на их стороне, другие на другой. Как сказал Адам, он никогда не вводил никого в заблуждение относительно того, кем они были. Террористами. Блейк могла бы возразить, что они изменились, но Адам убивал людей с первого дня знакомства Жона, и Блейк это не беспокоило. — Что ты будешь делать во время нападения? — спросил Жон. — Попытаешься ли ты найти Блейк? Адам замолчал, поднеся чашку к губам. Его глаза, окрасившиеся в розовый цвет от крови, сузились. — Ты хочешь сказать, что я не должен этого делать? — Нет. Это твой выбор. Мне просто любопытно. Адам долго смотрел на него, потом закрыл глаза, отпил глоток, проглотил и поставил чашку на место. — Я собираюсь искать её, — признался он. — Я собираюсь получить ответы на свои вопросы, Жон. Спрошу её, почему она оставила нас, почему предала меня — нас. Всех нас. — Что ты хочешь, чтобы она сказала? — Я не знаю. Нет ответа, который бы меня удовлетворил, но... я всё равно хочу его услышать. Возможно, я поступаю глупо. — Он усмехнулся. — Определённо глупо. — Ты собираешься убить её? — Я не знаю. — Он вздохнул. — Спроси меня потом. Я не позволю этому встать на пути спасения твоей сестры или целей Белого Клыка. Я просто хочу, чтобы всё закончилось. Хотя, зная её, она уже планирует сбежать... — Ты не жалеешь об этом? — Ты жалеешь? — спросил Адам, глядя в его сторону. Его глаза были пронзительными, но не жестокими. — Ты можешь поговорить со мной, Жон. Ты не обязан Белому Клыку, не после того, как ты так постарался для нас. — Я... — Его голос прервался. Это было сложное чувство; он не был уверен, что сможет выразить его словами. — Мне понравилось убивать Филдса. И после этого у меня было до смешного хорошее настроение. Одну из девушек в команде Блейк я заставил убить человека. Тогда я сделал это, чтобы она доказала свою силу, или, по крайней мере, так я ей сказал... — А настоящая причина? — Я не уверен. Думаю, я хотел доказать, что она ошибается. Они смотрели на меня как на монстра, и я подумал, что если докажу их лицемерие, заставив их убить кого-то, как это сделал я, то убийство разрушит эту иллюзию. Я почувствую себя лучше или, по крайней мере, заставлю их почувствовать себя хуже. — И что? — Она убила солдата. Без... ну, с некоторым колебанием, но не больше и не меньше, чем в мой первый раз. Но даже после спасения сестры она не наслаждалась этим и не продолжала. Я подумал, что мы могли бы быть похожи. У нас обоих похитили сестёр, ставили над ними эксперименты, а потом чуть не уничтожили. А она... она просто вернулась к нормальной жизни. Вот и всë... — Он уставился в свой кофе, наблюдая за тем, как формируется тёмный водоворот, когда он шатает чашку из стороны в сторону. — Это заставило меня задуматься, не придумываю ли я себе оправданий. Может быть, со мной что-то не так? — Возможно, так и есть. Жон закрыл глаза. Он почувствовал, как в животе поднимается чувство тошноты — не такие слова он хотел услышать. — Но, — сказал Адам, — я думаю, этого следовало ожидать. Она потеряла сестру на несколько дней. Тебя оторвали от семьи, пытали несколько недель, а потом бросили власти, которые должны были защищать твою семью. Не стоит сравнивать её и себя, Жон. Обстоятельства очень разные. — Я не говорю, что убивать правильно, — продолжил он. — Я знаю, что это не так, даже когда делаю это. Ты и сам это знаешь, иначе не испытывал бы таких чувств. Но я также не считаю, что это чистое зло. — Мой отец всегда говорил, что есть черта, которую никогда нельзя переступать... — Черта — это лишь линия, Жон. Границы. Их можно переступить, а можно и вернуться. Я убиваю сейчас, чтобы попытаться принести фавнам хоть какую-то свободу. Как только эта цель будет достигнута, я повешу меч и уйду на покой. А может, стану охотником. В любом случае, я не намерен продолжать убивать. Пока ты делаешь это ради цели, которую считаешь благой, ты не должен позволять грузу раздавить тебя. Когда твоя семья будет в безопасности в Менажери, ты сможешь уйти на покой. Жить с ними. Найти девушку. Воспитывать детей. Или состариться и провести жизнь на рыбалке, если захочешь. — Адам улыбнулся и протянул руку, чтобы хлопнуть его по плечу. — Не позволяй настоящему поглотить тебя. Думай о будущем. Это поможет тебе двигаться вперёд. О будущем, да? Звучит неплохо...

/-/

— Нам кажется неправильным просто взять и уйти... Кроу рассмеялся. Руби говорила это уже не в первый раз, как и Янг, и две их подруги по команде. Беловолосая была сестрой самой Ледяной королевы и отличалась вспыльчивостью. Его племянницы подобрали себе хорошую команду. Увлекательная команда с таким же количеством проблем и нелепых выходок, как и его собственная. — Это не твоя битва, маленькая роза. И не твоя, хлопушка. — Он взъерошил волосы Руби и подмигнул Янг. — Вы, ребята, отдохнете в Патче. Наслаждайтесь. Отдохнëте немного. Решите, хотите ли вы отправиться в Шейд. Вы знаете, что мы с Таем поддержим вас в любом случае. — А как же Бикон? — спросила Вайс. — Если Жон Арк собирается напасть... — Предоставьте это нам. — сказала Винтер, прервав сестру, прежде чем та успела начать. — Генерал Айронвуд здесь, как и я, и мы знаем о том, как с ним справиться, больше, чем ты. Как сказал Кроу, это не ваша битва. — Тогда чья? — спросила Янг. — Озпина. Янг огляделась. — Я не вижу его здесь. — Директор был занят и не мог с вами встретиться... — попыталась Глинда. — Оставьте эти слова, учитель. Мы все знаем, почему его здесь нет. — Янг вздохнула и покачала головой. Как бы разочарованно она ни выглядела, Глинда выглядела гораздо хуже. — Может, так будет лучше. Вы не были плохими. Вы могли бы больше улыбаться... — Не стоит, мисс Сяо Лонг. — Ха. Вот так-то лучше. Глинда Гудвич вздохнула. — При всём недостатке сообразительности, который вы унаследовали от отца, вы не были плохой ученицей. Никто из вас не был. С вашим отсутствием Бикон опустеет, — сказала она им. — И хотя Озпин не мог — не предпочел — быть здесь, я хочу выразить свои искренние извинения за то, что вам пришлось пережить. И... и за то, что мы вас подвели. — Учительница склонила голову. — Мне очень жаль. — Всё в порядке, мисс Гудвич, — сказала Руби. — Вы не могли ничего сделать. — Я могла. И не сделала. Кроу прав; не беспокойтесь о нас. Зная о нападении, мы сможем подготовиться, и нас не застанут врасплох. — Если что, ваше присутствие только усугубит ситуацию, — согласилась Винтер. — У Жона Арка есть причины стать... непредсказуемым, если он увидит вас. Особенно Белладонну. Для всех будет лучше, если вы окажетесь вне поля зрения. — В стороне, но недалеко. — сказал Кроу, осторожно подталкивая Руби к Буллхеду. — Вы будете рядом, в Патче. Я позвоню вам вечером, как только вы устроитесь, а потом приеду к вам на спарринг, как только разберусь с этим бардаком. А до тех пор полегче со своим стариком. Он не становится моложе. Руби хихикнула. — И ты тоже! — Соплячка! Команда смеялась и прощалась с ними. Кроу подумал, успели ли они поговорить со своими друзьями в Биконе, но сейчас цифровой век, и расстояние не означает конец дружбы. Он помахал рукой, когда дверь закрылась, и продолжал делать это, пока машина взлетала, глядя, как Руби машет ему из окна с грустным выражением лица. Он знал, что она не хотела уезжать, но так будет лучше. После всего случившегося оставаться здесь было нечестно. Скоро они это поймут. Больно покидать место, которое называешь домом, но, как и он, покинув племя и приехав в Бикон, они обретут новых друзей, новые воспоминания и новые причины влюбиться в Академию Шейд. Дом — там, где сердце, и, по крайней мере, их команда держалась вместе. — Мне очень больно видеть, как они уходят. — сказала Глинда. — И гораздо больнее, что приходится делать это в одиночку. Я не могу верить Озпину. Я никогда не сомневалась в его суждениях так сильно, как сейчас. — У меня есть собственные вопросы, — сказала Винтер, — но они могут подождать. У нас есть работа, с которой нужно разобраться. — Да. — Кроу отвернулся и сунул руки в карманы. — Итак, твой босс выяснил что-нибудь о том, когда мы подвергнемся нападению? — Информации нет, но мы можем строить предположения. Это случится скоро. Время не на их стороне, если Генерал Айронвуд может постоянно укреплять Бикон. Если бы я была на их месте, я бы атаковала как можно скорее. Сегодня, сегодня вечером или даже завтра. Так скоро? Что ж, в логике Винтер нельзя было усомниться. Парень из Арков тоже не любил терять время. Ты бы заплакал от того, во что превратился твой ребенок, Николас. А может, обвинил бы себя. Чëртов Атлас. Они действительно облажались. Внезапное нападение на школу было не таким уж и глупым, как могло показаться с его Проявлением. Каждый ученик полагался на ауру и свои Проявления, а броня была настолько не в моде, что большинство людей носили её скорее как модный аксессуар, чем для защиты. Бронированные юбки, необычные панцири и панцири — бесполезное дерьмо, которое существовало только для того, чтобы выделиться. — Озпин хоть потрудился подготовиться к нападению? — Уверена, что да, — сказала Глинда, — но его планы больше связаны с защитой своего последнего... приобретения. Я не думаю, что он сознательно разбрасывается жизнями, просто... он не в состоянии мыслить здраво. Он рассеян и, похоже, думает, что все сами о себе позаботятся. Я предупредила Питера и Барта, — сказала она. — Мы разработали план эвакуации, согласно которому ученики будут отведены в безопасную зону за пределами здания школы. Там мы сможем лучше их защитить. — Полагаю, вы проинформировали Генерала Айронвуда об этом вашем плане, — спросила Винтер. — Да. Джеймс согласился, что так будет лучше, поскольку его линкор сможет следить за этой зоной, не допуская приближения врага. Винтер кивнула и оставила этот вопрос без внимания. Для Кроу это больше походило на учебную тревогу, но дети были настолько бесполезны, что это было лучшее, что они могли сделать. — Остается только бросить ему вызов, не так ли? Мы для него просто мишени. Тяжёлые шаги загрохотали по траве. — Ты не будешь с ним сражаться, Бранвен. Генерал Джеймс Айронвуд шёл впереди, провожая медленными и размеренными кивками Кроу, Винтер и Глинду. Он посмотрел в сторону улетающего летательного аппарата, и его мысли остались загадкой. Закрыв глаза, он кивнул им, а затем заговорил снова. — Проявление Обнуления делает любое вмешательство охотников обречённым занятием. Хотя у них есть возможности дальнего боя, всё таки основные навыки связаны с ближним боем — как раз в сфере его влияния. Судя по тому, что я видел, он стал использовать Проявление всё лучше и лучше, включая и выключая его за доли секунды. — Он чуть не убил Рейвен, — сказал Кроу. — Рейвен! — Именно. У него также был шанс убить Винтер, но он отказался от него, чтобы встретиться со мной. — Лицо Айронвуда затвердело, как камень. — Нет смысла выставлять против него ещё кого-то из нас. Я и мои солдаты встретимся с ним лицом к лицу. Кроу присвистнул. Признаться, он был впечатлён. Трусом он не был ни разу, но Арк его пугал. Как он мог не испугаться такого Проявления? Для такого охотника, как он, не было ничего страшнее, чем мысль о том, что у него отнимут все годы упорного труда и опыта. Айронвуд, похоже, не разделял этого страха. — Разумно ли это? Ведь что могут сделать солдаты...? — Для начала они не станут вступать в рукопашный бой. Кроу фыркнул. — Верно подмечено. — Арк прекрасно противостоит охотникам, но он уязвим перед хорошо обученными и управляемыми солдатами, как показали попытки Chivalric использовать их против него. Каждый раз, когда он нападал на вооруженную силу, он делал это с союзниками. Союзниками уровня охотников. Их работа заключается в том, чтобы отвлечь солдат, чтобы он мог безопасно подойти. — Ты хочешь сказать, что он беспомощен против них? — Я говорю, что он уязвим. Есть разница. Если солдаты обойдут его со всех сторон и сохранят дистанцию, у него не будет шанса использовать своё Проявление. В этот момент он всего лишь молодой человек с ограниченной подготовкой. Это идеальное время для того, чтобы с ним вступил в бой один охотник. Тот, кто не слишком полагается на ауру или Проявления. Кров уловил суть. — Ты? — Моя кибернетика работает на прахе, на который он не может повлиять. Она способна выдержать пули, а моё Проявление не имеет никакого отношения к бою. — Сэр, при всём уважении, это безрассудное решение... — Я буду противостоять ему не один, Винтер. Моими "солдатами" в этом небольшом упражнении будут Эйс-Опс. — Понятно. — Ледяная королева быстро расслабилась, но стояла твёрдо. — Я отказываюсь от своих возражений. Что насчёт меня, сэр? Мне сопровождать вас? — Нет. Мне нужен кто-то, кто возглавит оборону против союзников, которых он приведёт, — скорее всего, Белого Клыка, а возможно, и больше. Вы — лучшая из тех, кем я могу руководить, и ваше присутствие, скорее всего, подтолкнёт Белый Клык к атаке. Винтер отсалютовала. — Слушаюсь, сэр. Я не подведу вас. — Спасибо. Кроу. На пару слов? Любопытствуя, Кроу кивнул и отошёл за мужчиной на небольшое расстояние, к ближайшим деревьям, но достаточное, чтобы они могли поговорить наедине и не быть подслушанными. — Кроу, — начал он. — Мне нужно знать, кому в данный момент принадлежит твоя верность. — Моя верность? С Биконом, разумеется... — Это прекрасно. Но предан ли ты Озпину? Или школе и её ученикам? Ах. Кроу вздрогнул, резко вдохнув. Сразу к резким вопросам. К тем, на которые он сам не знал ответа. — Скажем так, я не определился. Я потерял веру в старика. Не пойми меня неправильно, я понимаю, что он делает. Я понимаю его. Если эта девушка может убить Салем, то вполне логично, что он так поступает. Но... он был готов выбросить на ветер жизнь моей племянницы. Я не могу принять это. Говори, жестянщик. Я не сдам тебя. Генерал Айронвуд долго рассматривал его, прежде чем кивнуть. — Любая битва между мной и Арком будет опасной, не говоря уже о союзниках, которых он приведёт. Защищать школу будет сложно, поскольку у меня так мало информации о том, чего мне ожидать. Мне нужно иметь хоть какую-то определенность, иначе я не смогу ничего планировать. Пока что я знаю наверняка только одно. Он отправится прямиком за своей сестрой. — Ты планируешь использовать Озпина в качестве приманки... — Я планирую позволить ему добраться до сестры, — признался Айронвуд. — Потому что хранилище глубоко под школой — самое безопасное место для встречи с ним. Там меньше всего риска, что его Проявление повлияет на кого-то ещё. — Это была правда. Кроу кивнул. — Я не собираюсь специально использовать Озпина в качестве приманки, — продолжил Айронвуд, — но полагаю, что он бросится защищать своё новое оружие, как только начнётся атака. Итак, он использовал в качестве приманки не Озпина, а сестру, но они оба знали, что Оз будет там — так что в конечном итоге это было одно и то же. Айронвуд хотел, чтобы Арк добрался до Озпина. Чтобы узнать, где он будет, и обезопасить остальных, он бросил бы Озпина на произвол судьбы. — Он всё равно вернётся, если умрет, — сказал Кроу, пожимая плечами. — И это при условии, что он сам не сможет убить Арка. Озпин использует магию, не так ли? Он должен быть в состоянии сражаться, даже если окажется в зоне Обнуления. — Есть шанс, что Озпин сможет победить его, да. — Тогда в чëм проблема? Зачем вести себя так, будто я буду против? — Дело не столько в том, что я за или против, сколько в том, что я тебя инструктирую. Я собираюсь впустить Арка в школу. Он пройдёт беспрепятственно. Я не хочу, чтобы ты или кто-то ещё запаниковал и бросился его перехватывать. Кроу издал понимающий звук. — Верно. Понял. И нельзя, чтобы Оз узнал об этом, потому что он переместит Эмбер, и это приведёт Арка в безумство. Айронвуд склонил голову. — Именно. А это значит, что он доберётся до Оза. Кроу провёл рукой по волосам. Как бы он ни был зол — а он был зол, — он всё равно не хотел, чтобы старик умер. Но это не будет смертью. Он получит новое тело. И, возможно, Бикону не помешает новый глава, тот, кто не будет игнорировать детей, как это делал Озпин. Глинда легко справится с этой ролью. Это должно было быть ужасно — планировать смерть друга, но этого не произойдёт, возможно, потому, что они оба знали, что в конце концов это всё равно бы случилось. — Хорошо. Я буду молчать и следить, чтобы все убрались с дороги. Это всё, для чего я тебе нужен? — К сожалению, нет. Сомневаюсь, что Жон знает, где найти свою сестру. Нам не нужно, чтобы он бесчинствовал в школе. — Айронвуд выглядел извиняющимся, а желудок Кроу уже начал подпрыгивать. — Кто-то должен подойти к нему с мирными намерениями и направить его к ней. — Почему у меня такое чувство, что этим кем-то будешь не ты...? — Я должен подготовить засаду. — Конечно. Чëрт. — Кроу потянулся к своей фляге и сделал долгий, необходимый глоток. — И теперь я жалею, что не забрался с девчонками в этот Буллхед и не улетел обратно в Патч. Айронвуд хихикнул. — Ты ещё можешь, птичка. Я могу попросить кого-нибудь другого. — Отвали. — Он допил свой напиток и вытер рот. — Я сделаю это. Но скажу тебе сразу: если я умру ужасной смертью, я буду преследовать тебя до последнего. — Верно подмечено. Однако я думаю, что он окажется более сговорчивым, чем ты ожидаешь. Я уверен, что он последует твоему совету.