Часть 3

*Два дня спустя* Алексей закрыл за собой дверь подъезда, и его тут же встретил запах сырости, табачного дыма и чего-то кислого, будто здесь только что разлили пиво или перегар кого-то въелся в стены. Свет работал через один, мерцая, как будто ломая реальность пополам — мгновение света, мгновение тьмы. На лестничной площадке, привалившись к стене, стоял его сосед — вечно пьяный мужик лет под пятьдесят. Лысина блестела в тусклом свете, щетина разрослась до состояния полноценной бороды, а на губах застыл кривой оскал, будто он только что услышал гениальную шутку. — О-о, молодой да ранний, — протянул сосед, лениво поднимая мутный взгляд на Алексея. — Чё, гулял? Алексей лишь кивнул, не особо желая втягиваться в разговор, но мужик уже поймал волну. — Вот правильно, гуляй, пока молодой! А то глянь на меня… — он махнул рукой, едва не уронив бутылку. — Я вот тоже когда-то был как ты. А потом — хренак! — и жизнь под откос. — Понятно, — коротко ответил Алексей, делая шаг в сторону лифта. — Понятно ему… — сосед усмехнулся и вдруг перешёл на заговорщический тон: — Слышь, Лёха… Я тут давно хотел спросить… Ты случаем дьявола не видел? Алексей замер, вопрос был настолько неожиданным, что он даже посмотрел на мужика внимательнее. — Чего? — Ну, дьявола, — шепотом повторил сосед и нервно огляделся. — Я вот вчера в окно глянул — а там он. В плаще таком, знаешь, длинном… И стоит. Курит. Алексей прищурился. — Может, это просто кто-то на улице курил? — Да я тебе говорю, это он был! — сосед чуть подался вперёд, ухватив парня за рукав. — Он мне в душу смотрел. Скажи, если встретишь его, ладно? Алексей выдернул руку и молча кивнул, заходя в лифт. — Хороший ты пацан, Лёха! — крикнул ему вдогонку сосед. — Но всё равно скажи, если увидишь его! Двери закрылись, оставляя странный разговор позади. Дома было тихо. Алексей бросил куртку на стул и сел на диван. Город за окном светился огнями, но внутри него было какое-то ощущение пустоты. Разговор с Воробьём, Волком и Чёрным всё ещё сидел в голове. Они явно не собирались от него отставать. Он устало потёр глаза и подумал, что нужно бы как-то расслабиться после всех этих школьных дней. Но если расслабиться, то на что-то ещё сил не хватит. Он подошел к столу, на котором лежали учебники. Пару минут разглядывал их, прежде чем сесть и начать, хотя вообще-то не особо горел желанием учиться. Однако обязательства — это обязательства. Он открыл первый учебник и пытался сосредоточиться, но мысли постоянно возвращались к тому, что ему ещё нужно сделать. После парочки страниц он решил отложить учёбу и заняться чем-то более насущным. Алексей поднялся, огляделся по сторонам. Вроде бы не такой уж бардак, но на кухне стояла грязная посуда. Алексей помыл посуду, хоть и не любил этого, но так нужно было. Его взгляд скользнул по холодильнику, в котором было пусто — бутылка кефира, несколько яиц и пара сосисок. Не сильно-то и наешься. Алексей вышел из подъезда, прикрывая лицо от холодного ветра, который снова начал приносить снег. Он заметил, как снежинки тихо падают на землю, легко закручиваясь в воздухе, и будто бы стремятся оставаться в городе. Белая пелена накрывала улицы, придавая всему особое ощущение зимней тишины. Город, который еще недавно был ярким и шумным, теперь стал немного приглушенным под этим слоем снега, как будто сам московский ритм слегка сбавил обороты. Улица перед ним была покрыта инеем и слоем снега, а тротуары уже начали становиться скользкими. Машины на дороге двигались медленно, скрипя по льду. Громкие звуки, привычные для Москвы, будто застревали в воздухе, и юноша, словно сам этого не замечая, двигался вдоль знакомых улиц. На домах – старая облупленная краска, большие витрины магазинов, чьи стекла давно нуждались в чистке. Где-то по обеим сторонам улицы всё еще стояли старые советские киоски, где продавались газеты и шоколадки. Но даже среди всего этого старья, было что-то новое — яркие вывески на некоторых магазинах, которые скоро должны были заменить всё вокруг. Здания были разноцветными и старинными, их фасады, обшарпанные временем, обвивали рекламные щиты, которые казались слишком большими для таких улиц. Пройдя несколько метров, парень заметил, как в воздухе все-таки чувствуется новизна. Кто-то за стеной кафе спорил о новом телефоне, мимо проехала маршрутка с новым логотипом, а на другом углу оживленно обсуждали будущие изменения на площади. Москва менялась, но пока ещё шла с трудом, как и тот снег, который медленно засыпал всё вокруг. Алексей даже не сразу понял, почему ему стало немного легче на душе — может, потому что этот город, несмотря на свою мрачность, всегда был местом перемен. Алексей слегка поправил воротник куртки, почувствовав, как холодный воздух проник под ткань, и пошел дальше. Он уже почти дошел до того маленького магазина, который всегда казался ему скучным и обычным. Но сегодня что-то поменялось — он решился зайти в более элитный супермаркет, расположенный чуть дальше. Это был тот самый магазин, в котором, казалось, продавались вещи, недоступные для большинства людей.Такие магазины были редкостью и привлекали взгляд своим современным видом. Магазин имел большой стеклянный вход, через который светилось мягкое освещение, а внутри царил запах свежих продуктов и лёгкого кофе. Когда Алексей вошел, перед ним предстала современная витрина с продуктами, идеально уложенными на полках. Светлые деревянные полы блестели, а металлические полки были аккуратно выложены. Продавцы в строгих униформах молча передвигались между рядами, а покупатели были в основном одеты в стильную одежду, среди которых было заметно несколько людей с деловыми сумками и мобильниками в руках. На кассах стояли немногие, что удивляло — здесь никто не торопился, все ходили размеренно, как будто этот магазин был не столько местом покупок, сколько ещё одним элементом жизни. Три кассы вдоль одной стены выглядели современно, с огромными мониторами и счетными машинками, которые крутятся при пробитии товара. Рядом с ними стояли полки с дорогим алкоголем, вино и коньяк от известных брендов, а на другом конце — витрина с импортными сырами и экзотическими фруктами, что было абсолютно нехарактерно для большинства московских магазинов того времени. На полках не было местных продуктов, все было привезено извне, и это придавало магазину атмосферу элитного рынка. Алексей немного остановился у одной из полок, разглядывая ценники. Он не спешил, но и не мог не заметить, как на нем обращают внимание. Он заметил пару взглядов, бросаемых через плечо, и заметил, как несколько женщин с сумочками и мужчинами в дорогих пальто шли мимо. В их одежде не было ничего привычного и московского, скорее они походили на людей, приехавших из других стран. Это было необычно для того времени, когда большинство людей в Москве ещё носили одежду в стиле “советский” или “переходный”. Внезапно взгляд Алексея остановился на женщине, стоящей у кассы. Он не знал, почему именно она привлекла его внимание. Может быть, из-за её одежды, а может, из-за того, как она несла свою сумку. Он не сразу понял, но с каждым шагом, который он делал в её сторону, ей казалось, что она чувствует его взгляд. Она повернулась и встретилась с его глазами. Алексей замер на мгновение. В её глазах была искорка, что-то знакомое, но в то же время загадочное. Он не мог оторваться от этого взгляда, как будто время замедлилось. Родная мать Марина.Именно она. Алексей и Марина стояли, не двигаясь, взгляды их встречались и будто переплетались, создавая между ними невидимую связь. Время будто замедлилось — вот уже пять секунд, но они не могли оторваться друг от друга. Алексей чувствовал, как сердце забилось быстрее, но не мог понять, что именно в этом моменте привлекло его внимание. Неизвестно, что было в её взгляде — какая-то легкая печаль или что-то, что он не мог понять. Словно она была здесь, но одновременно совсем где-то далеко. Затем момент прервал мальчик, лет четырнадцати-пятнадцати, который подбежал к женщине. Он сдержанно держал за руку маленькую девочку — примерно пяти лет, которая что-то весело смеялась. Мальчик выглядел немного старше своих лет, но на его лице было заметно какое-то взрослое беспокойство. Он тихо сказал: — Мама, ну ты чего тут стоишь? Пошли уже, давай, а то мы опоздаем. Марина резко вернулась в реальность, её взгляд немного ослабел, и на лице появилась легкая улыбка, хотя и с оттенком усталости. Алексей заметил, как она наклонилась к мальчику, тихо и с искренним выражением на лице сказала: — Ну, хорошо, пойдём. Только подождите немного, я скоро. С этими словами она снова взглянула на Алексея, но теперь в её глазах была не та застывшая тоска, а лёгкая мягкость, словно она не заметила, как это произошло, и просто видела его как одного из многих прохожих. Но всё равно что-то в её взгляде осталась — что-то такое знакомое, что заставило его сердце снова замереть. Алексей не мог понять, что с ним происходило. Он потёр лоб, что-то невнятно пробормотал и развернулся. Он не мог стоять рядом и смотреть на них, поэтому без лишних слов пошёл к другой кассе. Он даже не заметил, что так и не положил в корзину ничего, но его это не волновало. Всё, что он знал — это странное ощущение в груди, когда он видел её взгляд, и как она исчезла из его поля зрения. Алексей вышел из магазина, но ощущение странной лёгкости, которое появилось в тот момент, не покидало его. Он всё ещё не мог понять, что произошло. Его мысли метались между тем, что он только что встретил свою мать, и тем, как это было всё так… странно. Время как будто застыло, и он никак не мог избавиться от этого ощущения. Проходя мимо витрин, он оборачивался, пытаясь в голове сложить картину того, что только что случилось. Почему он почувствовал себя таким чужим? Почему взгляд её был таким печальным и в то же время знакомым? Внезапно, среди шума города, раздался сигнал машины. Алексей вздрогнул и оглянулся, и перед его глазами появилась сцена, которая словно вырвалась из того самого фильма, о котором он не хотел думать. Он увидел свою мать, того самого пятнадцатилетнего мальчика и маленькую девочку, которые направлялись к машине. Мальчик шёл сзади, немного отстав от них, а маленькая девочка, смеясь, держалась за руку матери. На переднем сидении машины сидел мужчина. Алексей сразу понял, что это был её муж. Этот человек не был знаком ему, и он не понимал, зачем его мать выбрала этого человека. Они сели в машину, и через несколько секунд автомобиль медленно тронулся с места, исчезая в потоке уличного движения. Алексей остался стоять, как вкопанный. Он смотрел на их уезжающую машину и ощущал, как внутри что-то сжимается, словно пустота, которую долго не замечал, внезапно заполнила его душу. В голове всплывали обрывки мыслей: как он столько лет жил без неё, как всё изменилось, и как странно чувствовать себя частью их жизни, когда даже не знал, что эта жизнь уже давно шла без него. Он стоял на месте, глядя в спину уходящим, и не мог пошевелиться. “Скотина”, — прошептал он себе под нос, но этого было недостаточно. Он не мог понять, почему его мать так легко его игнорирует. Ведь он — её сын, а не просто человек снаружи. Вдруг в его голове вспыхнула мысль: «Почему она вообще меня бросила?». Он не видел её уже столько лет, а теперь она опять просто забыла о нем. Столько боли, столько лет, и всё это зря. Шагая по улице, он начал искать какой-то выход, с каждым шагом всё больше погружаясь в свои мысли. Он чувствовал, как эта ненависть, которая была уже в его сердце, только увеличивалась, становясь ещё более яростной. Он сжал кулаки, пытаясь сдержать эмоции. Его мать и отец, оба были чужды ему, и это ощущение пустоты усиливалось с каждым годом. Он был слишком подавлен, чтобы сразу осознать всю глупость, что его терзала. Все это время, пока они с ней не встречались, ему казалось, что он может все контролировать, но сейчас было не так. Эта встреча все изменяла. Он не знал, что думать, но одно было точно — он был зол. Зол на мать, которая прошла мимо, не заметив его, и на отца, который был так же далек, как и всегда. С этими мыслями он не пошел домой. Дом — это был пустой угол, где ничего не ждал. Он чувствовал, что ему нужно куда-то уйти, но не в свою привычную безопасную зону, а в место, где все не так, как дома. Алексей вдруг вспомнил об этом клубе, о котором рассказывали его одноклассники. Они всегда говорили, как туда можно попасть, несмотря на возраст, и как они там проводили вечера, нарушая все школьные запреты. Это было место для таких, как он, те, кто искал что-то большее, чем простая учеба и дом. Он никогда не был в этом клубе, но он знал о нем все. Парни в школе хвастались, как с девушками там все «по-взрослому», как атмосфера клуба позволяла почувствовать себя «взрослым». Алексей не хотел просто вернуться домой. Он не мог. Он шел по заснеженной улице и ускорил шаги, не зная, чего ожидать. Когда он подошел к клубу, атмосфера ночного города, где мерцали неоновые огни и звучала музыка из дверей, казалась ему чем-то далеким, но одновременно притягивающим.  Внутри было многолюдно, люди общались, кто-то смеялся, кто-то курил у барной стойки. Здесь никто не знал его, и это было как освобождение. Он почувствовал себя чужим в этом мире, но одновременно почувствовал, что он может стать частью чего-то большего. Пробившись через толпу, он заметил знакомые лица Воробей,Черный и Макс. Их «местечко», почти культовое, было обжито: несколько кресел вдоль стены, столик, на котором стояли стаканы с чем-то крепким и дымящимися сигаретами. Атмосфера была расслабленная, но в то же время они явно выделялись из общей массы. Макс, обнимая одну из девушек, улыбался, разговаривая с ней тихо, как будто делал что-то интимное, его взгляд был уверенным, но в какой-то момент она рассмеялась и слегка отстранилась, видимо, чувствуя себя немного неловко. Рядом с ним, Чёрный флиртовал с другой девушкой, с яркими губами и длинными волосами. Он не торопился, обводя её взглядом, иногда касаясь её плеча, будто наслаждаясь её вниманием. Но больше всего выделялся Воробей, который сидел чуть поодаль, немного отстранённо, но разговаривал с третьей девушкой. Он был более серьёзным, но также расслабленным, как будто знал, что он и так может быть центром внимания, даже не пытаясь этого особо. Девушка слушала его, но её взгляд был отвлечён, и она иногда оглядывалась по сторонам, как бы подтверждая, что она не совсем здесь. После нескольких секунд наблюдения Алексей подошёл ближе, и Воробей первым заметил его. Он не изменил выражения лица, просто тихо кивнул в сторону пустующего кресла рядом с собой. Чёрный, оторвавшись от разговоров с девушкой, тоже заметил его, и улыбнулся. Макс же лишь поднёс руку к губам, словно предлагая затянуться сигаретой. Парень молча кивнул,садясь на пустое кресло, которое ему предложил Воробей. — Ладно, девчонки, идите-ка немного прогуляйтесь, мы тут с пацанами поговорим. Девушки, заметив их разговор, быстро встали, собираясь уходить. Одна из них, та, что сидела рядом с Чёрным, бросила взгляд на Алексея и улыбнулась, но быстро отвела глаза, понимая, что разговор будет сугубо мужским. Все трое встали, и, попрощавшись, покинули их «местечко». Парни устраивались поудобнее, а Алексей сел на свободное кресло, почувствовав, как атмосфера меняется. — Ты вроде не из тех, кто в клубы ходит, поглаживая сигарету заметил Воробей. — Но, видимо, ошиблись, да? Алексей покачал головой, улыбаясь. «В жизни надо что-то менять», — ответил он, ощущая лёгкое напряжение, но тут же отмахнулся от этих мыслей. Он почувствовал, как что-то внутри начинает меняться, как будто сейчас наступил момент, когда все старые привычки оставались за пределами этого клуба. Макс подал ему стакан с чем-то крепким. Алексей, не задумываясь, взял и выпил. Глоток был жгучим, но не таким, как он ожидал. Он почувствовал лёгкое тепло, расползающееся по всему телу. Он снова посмотрел на своих новых друзей. Они не осуждали, не пытались что-то объяснить. Они приняли его таким, какой он был, и это было приятным ощущением. После нескольких таких стаканов Алексей чувствовал, как его мысли начинают текуче становиться, как будто реальность слегка затуманилась. И вот они, четверо, сидят вместе, шутят и смеются. Кажется, что ещё немного — и можно забыть обо всём, что было раньше. Время в клубе пролетело быстро, и стакан за стаканом ребята продолжали пить. Атмосфера становилась всё более расслабленной, а разговоры всё свободнее. Алексей почувствовал, как алкоголь начинает снимать напряжение, и его поведение становилось всё более раскованным. Чёрный, заметив, что Алексей довольно быстро влился в тусовку, опустил стакан и с улыбкой посмотрел на него: — Ну, чё, рассказывай, ты вообще с какой целью сюда пришёл? Причина какая? Алексей, немного поддавшись влиянию алкоголя, задумался, а потом рассказал: — Да, чё… Просто, всё достало, знаете… Семья, мать, отец. Всё как-то не так. Встретил её сегодня, мать свою, знаете, как-то… ну, как-то странно это всё… Сколько лет прошло, а она так и не сказала мне ни слова. Вот и решил, что надо что-то менять в жизни. Не знаю, что, но что-то должно быть по-другому. Парни замолчали на мгновение, каждый погружённый в свои мысли. Воробей первым нарушил тишину, кивнув: — Понимаем,братан.Бывает, жизнь, она не всегда по плану идёт. Но иногда лучше отпустить, чем мучиться. Макс тоже подлил поддержку: — Согласен, ты у нас не первый, кто с этим сталкивается. Тут главное — не застрять в этом. Понимание придёт позже. Чёрный, с улыбкой, поднял стакан: — За то, чтобы ты не застрял! И за твои решения, брат. Они выпили, и ещё одну порцию, и ещё. Под воздействием алкоголя атмосфера становилась всё более непринуждённой, разговоры текли легко, и Алексей почувствовал, как его уверенность растёт. С каждым выпитым стаканом Алексей становился всё более расслабленным, и разговор перешёл на более лёгкие темы. Они начали шутить, делиться своими историями, а потом Алексей обратил внимание на одну девушку, которая сидела за другим столом. Она была красива, выглядела немного старше, и взгляд Алексея стал более уверенным. Чёрный заметил, как Алексей заинтересовался девушкой, и подмигнул ему: — Ты что, не стесняйся. Пойди, познакомься, а то тут и с девушками пообщаемся, и стакан не зря стоял. Алексей, поддавшись его совету, встал, подошёл к девушке, которая сидела с друзьями, и начал лёгкую беседу. Уже через несколько минут они с ней флиртовали, и Алексей ощущал, как постепенно его поведение становилось всё более раскованным и уверенным. Алексей уже не чувствовал того напряжения, которое было раньше. Алкоголь как будто снял барьер, обострив лишь желание быть частью чего-то большего. Воробей, Чёрный и Макс говорили с ним как с равным, не будто он был чужаком, и это, наверное, было впервые за всё это время. Он понимал, что для них он всего лишь ещё один парень, с которым можно весело провести время. Но для него это было чем-то большим. Может быть, это были первые шаги в новую жизнь — с теми, кто жил по своим правилам и не боялся нарушать их. Он, казалось, попал в то место, где он мог стать другим. Пацаны, я…», — начал он, и все трое сразу замолчали, внимательно слушая. «Чё?», — спросил Макс, не отпуская его взгляд. «Да всё нормально, просто… Я, наверное, многое понял для себя», — Алексей тяжело выдохнул. В его голосе не было обиды, но была усталость. — «Просто в жизни нужно что-то менять, иначе так и останешься там, где был». Чёрный поднял стакан. «Значит, ты за перемены?» Алексей кивнул. «Ну, тогда ты с нами. Вечер заканчивается, но это начало чего-то другого», — Воробей обнял его плечо, улыбнувшись. И когда они снова подняли стаканы, на этот раз Алексей чувствовал себя частью чего-то, чего не было раньше — чего-то, что обещало быть важным. И, несмотря на все противоречия, всё это как-то сливалось воедино. Новый мир, новые лица, и даже новые правила. Его жизнь только начиналась, и Алексей знал, что теперь он уже не тот, кем был раньше.