Глава 4. Душевные терзания Отоларинголога

Всю свою жизнь отоларинголог был адекватным человеком, ответственным, избирательным, образованным и последовательным. Будучи бипатридом, с подданством Великобритании и гражданством России, имел за спиной обширную практику, чем всегда гордился во всем уверенный. Но несколько лет назад в его семье случилось горе — от него ушла жена… к молодой любовнице. Эту бесчувственную стерву не удержало даже наличие двоих общих детей. Ему приходилось их воспитывать в одиночку, они давно стали взрослыми и без ее участия. Уважая и надеясь, буквально за несколько дней до ее решения сын никак не мог донести до нее, что она недавно стала бабушкой. Все из-за вечных перемещений по миру, которые она оправдывала ответственной должностью первого пилота гражданской авиации. И то лишь первое время. Оказалось, ей попросту они все безразличны. Теперь уже бывшая жена, оглушительно хохоча по давно замеченной им у нее привычке, в которой он изначально не заподозрил психического расстройства когда-то давно, будучи влюбленным в ее красоту мальчишкой, заметила напоследок: «Желаю, чтобы твоя практика очистилась настолько, что ушная сера, извлеченная тобой, сразу становилась безоаром!» Никогда им не интересовалась. Жестокий тролль с лицом ангела. Обидно, да… Эту насмешку он запомнил, припоминая ее порой со злостью. И тихонечко безумствовал, сохраняя именно ушную серу, словно помещик Плюшкин, презирая любой вид веселья и подсыпая запасы в каждые продукты питания больницы тайно. Даже Хирург и то с недоумением посматривал на это его увлечение, крутя у виска. Ну, что поделать. Разбитое и обманутое сердечко гниет тихонечко себе в сторонке. Сегодня была годовщина, когда бывшая жена, напевая песни Лазарева и будто бы светясь, собрала свои вещи и исчезла навсегда из его жизни. Думал, навестить сексопатолога, зная, что тот всегда за пьянку, но, не обнаружив его в кабинете, решил отыграться на Черноус, которая пришла к нему за консультацией из соображений совести. Ни разу в жизни не видел той, на кого променяла его жена, зная только, что разлучница — второй пилот, но, скорее всего, именно возраст интерна, подходящий под личные догадки, с самого начала настроил врача против нее. Сдерживая отвращение, он путал Варю разнообразными фактами, усложняя задачу и отдаляя от процесса диагностики лечения. Наслаждался ее отчаянием и растерянностью. Черноус же бродила от пациента к нему, ничего не подозревая. На седьмом подходе, Варя, ощущая, как гудит голова от усталости, увидела перед собой Джонс, которая рассказала ей о своем сегодняшнем ночном дежурстве. Когда Джонс заметила состояние подруги, то она наконец поделилась со вздохом: — Он меня достал… — Кто именно? Пациент? Или очередной мясник в белом халате? — Почему сразу мясник? Я о пациенте. Отоларинголог расположен помочь. — Дай я посмотрю, — предложила Джонс и забрала историю болезни из рук Вари. Стала изучать, ориентируясь по ее заметкам. Все осмыслив, недоуменно покачала головой и предположила вслух, что доктор-врач советует два противоположных по смыслу диагноза, намеренно. Черноус в ужасе раскрыла глаза, а потом нахмурилась. Отважилась теперь попросить совета у Быкова, после чего искать его она вместе с Мартой и направилась. Быков же в это время, обрадованный, как отпуску, появлению в кое-то веки человека из Минздрава в кабинете Кисегач, рявкнув на Левина и призывая заняться своими обязанностями, а также наблюдая некоторую бледность начальницы, понимающей, что ее драгоценных врачей-сторожил возможно скоро снимут со счетов, еле скрывая усмешку, повел специалиста к кабинетам своих врагов, с одним-единственным мстительным желанием — закатать каждого в асфальт, уложив рядком. — Давно практикуете проверки? — чтобы составить хоть какое-то мнение об этом ни разу не виденном человеке, поинтересовался Быков. Доктор, ощущая уверенность и откровенно про себя веселясь, соврал про десять лет. Быков втайне заулыбался — этот могет. Свобода, где ты? Вперед! Они дошли до кабинета Хирурга. Даже не стучась, по давнему методу общения, Быков распахнул дверь, блистая коварством в усмешке. Хирург, играющийся со скальпелем, словно с погремушкой, недовольно округлил глаза, ощутив в миг несварение. Взгляды «нареченных любовников» встретились, полные яда и взаимного презрения. — Вот ты и попался! Как там тебя по батюшке, не важно… Теперь не передо мной! Перед Минздравом отвечай, холуй! — торжествуя и не сдерживая чувств, проорал Быков. Хирург, услышав волшебное слово, заключающееся в названии министерства, тут же вскочил на ноги, растерянный. С конвульсией попытался раскрыть рот, чтобы начать стелиться, но тут из-за спин проверки, появился мрачный именно сегодня и неудовлетворенный жизнью отоларинголог, хотевший найти Черноус и продолжить мучить. Она что-то задерживалась с очередным вопросом по его подсчетам. Заметив лицо человека из Минздрава, с удивлением моргнул. Известное дело, в Великобритании, особенно в Лондоне, каждый год происходит какой-то глобальный катаклизм, связанный со вторжением внеземной жизни. Он видел этого человека в компании яркой блондинки при нападении киберлюдей, когда навещал дочь на католическое Рождество. — Вы-то что здесь забыли? Неужели они все уже здесь? Вы же по-прежнему на страже мира во Вселенной, правда, Доктор? Быков ощутил, как у него загорелся мозг от услышанного, он развернулся к говорящему вредителю с перекошенной рожей. Хирург, поняв из речи только то, что выкручиваться не придется, расслабленно выдохнул, с облегчением упав обратно в кресло. А Доктор в подробностях припоминал смысл выражения: «Едрить-колотить как вовремя, твою мать!»