Глава 99

С ​точки ​зрения ​первого ​лица. ​ ​— ​Принц ​Эймон. ​ ​ ​Я ​отвлекся ​от ​своих ​мыслей, ​когда ​услышал ​окликнувший ​меня ​голос. ​Подняв ​взгляд, ​я ​увидел ​своего ​тестя. ​ ​ ​Я ​внутренне ​поморщился, ​но ​вежливая ​улыбка ​вовремя ​появилась ​на ​моем ​лице, ​когда ​я ​поприветствовал ​отца ​Лейны. ​ ​ ​«И ​дедушку ​Визериса ​младшего», ​— ​подумал ​я. ​ ​ ​— ​Тесть, ​я ​думаю, ​нам ​пора ​отбросить ​формальности, ​— ​сказал ​я, ​пытаясь ​придать ​себе ​более ​непринужденный ​вид. ​ ​ ​«Ведь ​теперь ​нас ​объединяют ​настоящие ​кровные ​узы», ​— ​мысленно ​добавил ​я. ​ ​ ​Морской ​змей ​улыбнулся ​и ​положил ​руку ​мне ​на ​плечо: ​ ​— ​Ты ​прав, ​Эймон, ​особенно ​теперь, ​когда ​вы ​с ​Лейной ​связаны ​навеки. ​ ​ ​— ​Именно, ​— ​ответил ​я, ​давая ​понять, ​что ​отношусь ​к ​своим ​отношениям ​и ​священным ​узам ​брака ​с ​его ​дочерью ​очень ​серьезно. ​ ​И ​я ​не ​лгал. ​ ​За ​прошедший ​год ​Лейна ​прекрасно ​адаптировалась ​к ​Рунному ​Камню. ​ ​ ​Все ​ее ​очень ​любили, ​и ​ее ​поведение ​только ​укрепило ​наш ​брак. ​ ​Вместе ​мы ​отправлялись ​на ​множество ​охот, ​и ​члены ​моего ​двора, ​как ​мужчины, ​так ​и ​женщины, ​проявляли ​к ​ней ​уважение, ​подобающее ​ее ​рангу. ​ ​ ​А ​простые ​люди ​и ​вовсе ​обожали ​ее ​за ​щедрость. ​ ​ ​«Даже ​несмотря ​на ​то, ​что ​именно ​я ​плачу ​за ​ее ​популярность», ​— ​подумал ​я, ​вспомнив ​ее ​экстравагантные ​траты. ​Например, ​как-то ​раз ​она ​раздала ​монеты ​всем ​жителям ​деревни ​на ​наших ​землях ​в ​начале ​года. ​ ​До ​ее ​беременности ​мы ​не ​были ​настоящими ​мужем ​и ​женой. ​Мы ​были ​лишь ​очень ​хорошими ​друзьями, ​которые ​наслаждались ​теплом ​друг ​друга. ​ ​Но ​родившийся ​сын ​по-настоящему ​сплотил ​нас. ​ ​ ​Я ​не ​могу ​объяснить ​это ​чувство, ​но ​в ​тот ​момент, ​когда ​я ​взял ​своего ​сына ​на ​руки, ​я ​мгновенно ​полюбил ​его. ​ ​ ​Он ​был ​похож ​на ​солнечный ​луч, ​который ​рассеял ​все ​мои ​страхи ​и ​сомнения, ​а ​также ​то ​лукавство, ​которое ​мешало ​мне ​полностью ​сблизиться ​с ​Лейной. ​ ​ ​«Я ​даже ​не ​осознавал, ​что ​я ​сам ​мешал ​развитию ​наших ​семейных ​отношений», ​— ​подумал ​я. ​ ​ ​— ​Рад ​это ​слышать, ​— ​ответил ​он, ​понаблюдав ​за ​мной ​некоторое ​время. ​— ​Лейна ​отправила ​мне ​много ​писем, ​и, ​честно ​говоря, ​я ​боялся, ​что ​она ​все ​приукрашивала. ​Но ​письма ​Рейнис ​успокоили ​меня. ​ ​ ​Я ​улыбнулся, ​понимая, ​что ​он ​опасался ​того, ​что ​я ​буду ​контролировать ​общение ​Лейны ​с ​ним ​и ​перехватывать ​все ​ее ​письма ​ему. ​ ​Именно ​поэтому ​он ​назначил ​Рейнис ​«следить» ​за ​доставкой ​писем. ​ ​ ​Я ​кивнул, ​прежде ​чем ​сказать: ​ ​— ​Я ​понимаю, ​о ​чем ​ты ​говоришь. ​ ​ ​— ​Хорошо, ​я ​не ​буду ​ходить ​вокруг ​да ​около. ​Давай ​поговорим ​откровенно. ​Как ​ты, ​наверное, ​слышал, ​я ​снова ​воюю ​с ​Триархией, ​— ​сказал ​он. ​ ​ ​Я ​молча ​кивнул, ​и ​он ​добавил: ​ ​— ​Они ​называют ​себя ​пиратами, ​но ​мы ​оба ​знаем, ​кому ​они ​подчиняются. ​ ​— ​Чем ​я ​могу ​помочь? ​— ​спросил ​я, ​чтобы ​перейти ​сразу ​к ​делу. ​ ​ ​Корлис ​Веларион ​помолчал, ​прежде ​чем ​ответить: ​ ​— ​Мы ​должны ​создать ​альянс ​для ​борьбы ​с ​ними. ​ ​Я ​на ​мгновение ​задумался, ​затем ​ответил: ​ ​— ​Я ​уже ​заключил ​соглашение ​с ​домом ​Хайтауэров. ​ ​ ​— ​И ​что? ​— ​решительно ​спросил ​мой ​тесть. ​ ​ ​— ​Я ​думаю, ​что ​мне ​не ​следует ​вступать ​в ​другие ​альянсы, ​— ​честно ​признался ​я. ​На ​самом ​деле, ​я ​совершил ​ошибку, ​когда ​пытался ​играть ​на ​обе ​стороны. ​ ​ ​— ​Почему? ​— ​спросил ​он. ​ ​ ​— ​Потому ​что ​Отто ​Хайтауэр, ​похоже, ​положил ​глаз ​на ​Долину. ​Он ​явно ​хочет, ​чтобы ​Герольд ​заявил ​на ​нее ​права. ​Тогда ​она ​перейдет ​во ​власть ​его ​сына, ​а ​потом ​и ​будущего ​внука, ​— ​объяснил ​я, ​легко ​поняв ​план ​этой ​крысы. ​ ​— ​Хм, ​я ​слышал, ​брат ​королевы ​женится ​на ​принцессе ​дома ​Ройсов, ​— ​сказал ​Корлис, ​слегка ​кивая. ​ ​— ​Да, ​на ​Перре, ​моей ​кузине. ​Мы ​ровесники, ​и ​я ​пообещал ​ее ​руку ​Бриндону ​Хайтауэру ​в ​обмен ​на ​партнерство ​с ​их ​домом, ​— ​объяснил ​я. ​ ​ ​— ​И ​ты ​жалеешь ​об ​этом? ​ ​Я ​покачал ​головой, ​но ​не ​был ​категоричен ​в ​своем ​ответе: ​ ​— ​Когда ​я ​делал ​этот ​расклад, ​я ​думал, ​что ​мои ​карты ​окажутся ​лучше. ​ ​ ​— ​Король ​слишком ​легко ​поддается ​влиянию, ​— ​как ​бы ​невзначай ​сказал ​Корлис, ​по-видимому, ​понимая, ​что ​я ​теряю ​контроль ​над ​Визерисом. ​ ​— ​По ​моей ​вине. ​Мне ​не ​следовало ​возвращать ​проклятую ​булавку ​этой ​пиявке, ​— ​признался ​я. ​ ​ ​— ​Я ​не ​об ​Отто ​Хайтауэре, ​— ​ответил ​мой ​тесть. ​ ​ ​Я ​нахмурился, ​не ​понимая, ​кто ​еще ​мог ​настроить ​Визериса ​против ​меня. ​ ​ ​— ​Тогда ​о ​ком? ​ ​— ​О ​Лионеле ​Стронге. ​ ​*** ​ ​С ​точки ​зрения ​Визериса ​Таргариена. ​ ​ ​— ​Этому ​не ​будет ​конца, ​— ​вздохнул ​я, ​входя ​в ​свои ​личные ​покои. ​ ​ ​— ​Судя ​по ​вашему ​усталому ​вздоху, ​я ​полагаю, ​что ​семейный ​ужин, ​который ​вы ​организовали, ​прошел ​не ​так, ​как ​планировалось, ​— ​в ​ответ ​пошутил ​Лионель. ​ ​ ​Я ​приподнял ​брови, ​но ​затем ​печально ​улыбнулся ​своему ​верному ​советнику ​и ​другу: ​ ​ ​— ​О, ​если ​бы ​только ​ужин ​меня ​расстроил. ​ ​— ​Расскажете, ​что ​случилось? ​— ​спросил ​он. ​Он ​резко ​переменил ​настроение ​с ​веселого ​на ​озабоченное ​моими ​проблемами. ​ ​«Мой ​единственный ​настоящий ​друг», ​— ​подумал ​я, ​заметив ​его ​искреннее ​беспокойство. ​ ​ ​«Смотрит ​ли ​Эймон ​на ​меня ​с ​такой ​же ​искренностью?» ​— ​задумался ​я. ​ ​ ​— ​Ну, ​все ​произошло ​именно ​так, ​как ​ты ​и ​предсказывал, ​— ​ответил ​я ​слегка ​насмешливым ​тоном. ​Устало ​я ​плюхнулся ​в ​мягкое ​кресло. ​ ​ ​— ​И ​я ​абсолютно ​не ​рад ​слышать ​о ​своей ​правоте, ​— ​серьезно ​ответил ​он. ​ ​ ​— ​Я ​прекрасно ​это ​знаю, ​— ​ответил ​я. ​Я ​ни ​в ​чем ​не ​обвинял ​его, ​поскольку ​он ​всего ​лишь ​выдвинул ​гипотезу. ​Он ​не ​сделал ​пророчество, ​направленное ​против ​меня. ​ ​«Потому ​что ​мне ​хватает ​одного ​пророчества», ​— ​подумал ​я, ​снова ​терзаемый ​мыслями, ​которые ​мучили ​меня ​днем ​и ​ночью ​с ​тех ​пор, ​как ​Эйгон ​вернулся ​из ​Долины. ​ ​ ​Я ​не ​мог ​не ​заметить, ​как ​сильно ​он ​изменился: ​теперь ​он ​превратился ​в ​серьезного, ​решительного ​и ​дисциплинированного ​молодого ​человека, ​каким ​не ​был, ​когда ​в ​первый ​раз ​покинул ​свой ​дом. ​ ​ ​И, ​конечно ​же, ​один-единственный ​вопрос ​снова ​возник ​у ​меня ​в ​голове: ​ ​ ​«А ​что, ​если ​он ​и ​есть ​тот ​самый ​принц, ​который ​был ​обещан?» ​ ​Как ​только ​этот ​вопрос ​снова ​возник ​у ​меня ​в ​голове, ​он ​отказался ​покидать ​ее. ​ ​ ​Каждый ​раз, ​когда ​я ​смотрел ​на ​своего ​сына, ​он ​преследовал ​меня ​снова ​и ​снова. ​ ​ ​Должен ​ли ​я ​сдержать ​обещание, ​данное ​своей ​дочери, ​даже ​если ​это ​может ​стоить ​жизни ​всем ​мужчинам ​и ​женщинам ​в ​этом ​королевстве? ​ ​ ​Но ​если ​он ​и ​правда ​был ​обещанным ​принцем, ​то ​наш ​дом ​должен ​объединиться ​вокруг ​него, ​чтобы ​подготовиться ​к ​надвигающейся ​опасности. ​ ​ ​Но ​если ​он ​не ​был ​обещанным ​принцем, ​я ​только ​лишь ​отберу ​у ​своей ​дочери ​ее ​право, ​данное ​ей ​по ​праву ​рождения. ​ ​Ведь ​она ​уже ​частично ​им ​пожертвовала, ​когда ​вступила ​в ​брак ​без ​любви. ​