Глава 128

С ​точки ​зрения ​первого ​лица. ​ ​Своими ​прошлыми ​действиями ​я ​подставил ​себя ​под ​мечи ​наших ​врагов. ​ ​Под ​огромное ​количество ​мечей. ​ ​Визерис ​даже ​пошел ​на ​то, ​чтобы ​оседлать ​Вермитора. ​ ​«Должен ​признать, ​я ​этого ​не ​ожидал», ​— ​подумал ​я. ​ ​«Точно ​так ​же, ​как ​и ​второе ​предательство ​Лариса», ​— ​напомнил ​я ​себе, ​потому ​что ​Ларис ​действительно ​оказался ​предателем, ​который ​теперь ​присоединился ​к ​фракции ​зеленых ​и ​укреплял ​свое ​положение ​через ​своего ​брата ​и ​его ​семью. ​ ​ ​«И ​ведь ​Рейнира ​даже ​не ​его ​невестка», ​— ​подумал ​я, ​вспомнив, ​что ​Алисанна ​Таргариен ​была ​бастардом. ​ ​«Именно ​это ​загнало ​меня ​в ​угол. ​Недостаток ​информации. ​Если ​бы ​я ​знал ​обо ​всех ​передвижениях ​Визериса, ​я, ​возможно, ​смог ​бы ​предвидеть ​остальное ​и ​предпринять ​меры… ​Нет, ​даже ​если ​бы ​я ​знал, ​это ​все ​равно ​привело ​бы ​к ​подобной ​ситуации». ​ ​ ​— ​Я ​была ​серьезна, ​— ​отвлекла ​меня ​мама, ​изгоняя ​мысли, ​которые ​роились ​в ​моей ​голове. ​ ​Я ​нахмурился, ​сбитый ​с ​толку, ​и ​тогда ​он ​объяснила: ​ ​ ​— ​Я ​сама ​хотела ​попросить ​его ​уйти. ​ ​ ​— ​Значит, ​если ​бы ​мы ​не ​придумали ​этот ​план, ​он ​все ​равно ​покинул ​бы ​нашу ​семью? ​— ​спросил ​я ​маму, ​и ​она ​кивнула ​в ​ответ. ​ ​ ​— ​Ты ​рад, ​что ​избавился ​от ​него? ​— ​спросила ​она, ​потому ​что ​ранее ​я ​всей ​душой ​желал ​изгнать ​его ​из ​нашего ​дома. ​ ​Я ​нахмурился ​на ​мгновение, ​прежде ​чем, ​наконец, ​покачал ​головой. ​ ​ ​— ​Если ​он ​успешно ​выполнит ​мое ​личное ​задание, ​он ​полностью ​заслужит ​свое ​место ​в... ​ ​«Нашей ​семье», ​— ​мысленно ​закончил ​я. ​Меня ​больше ​не ​волновали ​сплетни ​или ​потерянная ​репутация, ​которые ​станут ​результатом ​моего ​решения. ​ ​ ​«Несмотря ​на ​некоторых ​людей, ​в ​этом ​замке ​живут ​те, ​кто ​никогда ​не ​отвернется ​от ​меня», ​— ​подумал ​я. ​ ​ ​«Один ​из ​многих ​уроков, ​которые ​можно ​извлечь ​из ​всего ​этого ​хаоса», ​— ​подумал ​я, ​вспоминая ​множество ​ошибок, ​которые ​привели ​нас ​к ​этому ​моменту. ​ ​ ​«К ​счастью, ​у ​меня ​есть ​Эйгон», ​— ​подумал ​я. ​ ​ ​— ​В? ​— ​спросила ​моя ​мать, ​не ​сумев ​сдержать ​довольной ​улыбки. ​ ​ ​— ​Не ​заставляй ​меня, ​ты ​прекрасно ​знаешь, ​что ​я ​имел ​в ​виду, ​— ​ответил ​я, ​зная, ​что ​она ​поняла, ​но ​просто ​решила ​подразнить ​меня. ​ ​Моя ​мать ​расхохоталась. ​Ее ​искренний ​смех ​глубоко ​тронул ​меня. ​ ​ ​«Такого ​искреннего ​смеха ​я ​давно ​не ​слышал», ​— ​подумал ​я, ​когда ​она ​взяла ​меня ​под ​руку. ​ ​ ​Успокоившись, ​она ​сказала: ​ ​ ​— ​Тогда ​приготовься ​к ​его ​возвращению, ​потому ​что ​он ​выполнил ​твое ​задание. ​ ​ ​— ​И ​когда ​планируется ​атака? ​— ​спросил ​я, ​с ​легким ​нетерпением ​ожидая ​этого ​момента. ​ ​ ​— ​Она ​запланирована ​на ​первый ​день ​нового ​года. ​Корабли ​отправятся ​за ​день ​до ​нее, ​чтобы ​проникнуть ​в ​акваторию ​и ​захватить ​опорные ​пункты, ​которые ​могут ​воспрепятствовать. ​Деймон, ​видимо, ​решил ​не ​сдерживаться, ​— ​сказала ​она, ​слегка ​нахмурившись. ​На ​ее ​лице ​было ​написано ​беспокойство ​обо ​мне. ​ ​«Конечно, ​ведь ​это ​я ​посоветовал ​ему ​построить ​на ​каждом ​острове ​крепость ​со ​Скорпионами. ​Но ​я ​также ​познакомил ​его ​с ​архитекторами ​Браавоса» ​, ​— ​подумал ​я, ​едва ​сдерживая ​довольную ​улыбку. ​ ​ ​— ​Прекрасно. ​Я ​позабочусь ​о ​том, ​чтобы ​им ​никто ​не ​помешал, ​— ​ответил ​я, ​потому ​что ​был ​уверен ​в ​своем ​плане. ​ ​ ​Моя ​мать ​повернулась ​ко ​мне, ​поколебалась ​несколько ​секунд, ​а ​затем ​тихо ​спросила: ​ ​ ​— ​Ты ​правда ​решил ​пойти ​на ​это? ​ ​ ​— ​Жалеешь ​Деймона? ​— ​пошутил ​я, ​и ​мама ​раздраженно ​закатила ​глаза. ​ ​Она ​тихо ​рассмеялась, ​а ​затем ​ответила: ​ ​ ​— ​Я ​не ​испытываю ​к ​твоему ​отцу ​ничего, ​кроме ​безразличия. ​Но, ​как ​я ​уже ​много ​раз ​говорила, ​Деймон ​все ​еще ​твой ​отец, ​и ​ты ​заберешь ​не ​только ​его ​королевство, ​но ​и ​все ​остальное. ​ ​ ​— ​Что-то ​еще, ​кроме ​его ​высокомерия? ​— ​спросил ​я. ​На ​самом ​деле ​я ​задал ​риторический ​вопрос, ​потому ​что ​он ​никогда ​не ​простит ​меня ​за ​содеянное. ​ ​— ​Его ​новый ​флот, ​его ​гордость, ​его ​репутацию, ​его ​сделку ​с ​Волантисом ​и... ​его ​сына, ​— ​перечислила ​мама. ​ ​«Ему ​следовало ​защитить ​все ​это, ​прежде ​чем ​навязывать ​свою ​гегемонию», ​— ​подумал ​я. ​ ​ ​— ​Я ​не ​просто ​так ​все ​это ​время ​держал ​шпионов ​при ​его ​дворе, ​мама,— ​сказал ​я, ​скрестив ​руки ​за ​спиной. ​ ​ ​— ​И? ​— ​спросила ​она. ​ ​ ​— ​Они ​подтвердили ​то, ​что ​я ​уже ​знал ​о ​моем... ​отце. ​ ​ ​— ​И ​что ​же? ​— ​спросила ​она ​с ​любопытством. ​ ​ ​— ​Его ​заботит ​только ​свое ​собственное ​благополучие. ​Поэтому ​он ​не ​боится ​потерять ​своих ​сыновей. ​ ​*** ​ ​С ​точки ​зрения ​Джоханны ​Сванн. ​ ​Я ​робко ​наблюдала, ​как ​последний ​корабль ​флота ​наемников ​и ​пиратов, ​которым ​мы ​заплатили ​за ​поджог ​и ​разрушение ​Ступеней, ​покидал ​порт ​Лиса. ​ ​ ​Я ​продолжала ​спрашивать ​себя, ​действительно ​ли ​я ​спасаю ​Бейлона? ​Или ​только ​обрекла ​нас ​обоих ​на ​гибель? ​ ​ ​«Что ​бы ​сейчас ​ни ​случилось, ​я ​могу ​только ​надеяться ​на ​тебя, ​Эймон», ​— ​подумала ​я, ​молча ​молясь ​об ​успехе ​его ​плана. ​ ​Несмотря ​на ​то, ​что ​мои ​сомнения ​были ​глубокими ​и ​обоснованными, ​потому ​что ​мы ​решились ​на ​рискованную ​операцию, ​я ​ни ​разу ​не ​подумала ​о ​том, ​чтобы ​предать ​или ​даже ​покинуть ​фракцию ​Эймона. ​ ​Потому ​что ​я ​знала, ​что ​может ​предложить ​Деймон. ​ ​Абсолютно ​ничего. ​ ​— ​Ты ​абсолютно ​уверена, ​что ​у ​нас ​все ​получится? ​— ​спросил ​меня ​Дракерио ​Рогар, ​заметно ​напрягшись. ​ ​Мне ​не ​удалось ​убедить ​всех ​остальных, ​поэтому ​все ​они ​считали, ​что ​атаковать ​Ступени ​с ​одним ​лишь ​флотом ​наемников ​слишком ​опасно. ​ ​ ​«Удивительно, ​что ​семья ​Рогар, ​банкиры ​и ​владельцы ​нескольких ​домов ​развлечений, ​оказалась ​единственной, ​кто ​согласился ​разделить ​риски ​и ​последствия ​этой ​операции», ​— ​подумала ​я. ​ ​ ​— ​Вы ​можете ​быть ​уверены, ​что ​принц... ​ ​ ​ ​— ​Я ​не ​к ​тебе ​обратился! ​— ​рявкнул ​он, ​явно ​напряженный ​ситуацией. ​Вероятно, ​он ​даже ​пожалел, ​что ​поторопился ​с ​решением. ​ ​Затем ​он ​решил ​до ​конца ​выплеснуть ​свое ​разочарование: ​ ​ ​— ​Ты ​не ​более ​чем ​жалкий ​рыцарь ​и ​чертов ​посыльный. ​ ​Я ​взяла ​его ​под ​руку ​и ​тихо ​прошептала ​ему ​на ​ухо: ​ ​ ​— ​Не ​сердись ​на ​него. ​Я ​знаю ​сира ​Виллема ​с ​детства. ​Он ​заслужил ​свое ​место ​при ​дворе ​принца ​Эймона. ​Он ​честный ​человек. ​Если ​он ​говорит, ​что ​принц ​прибудет, ​значит, ​он ​прибудет. ​ ​— ​Лучше ​бы ​ему ​быть ​там, ​— ​ответил ​Дракерио, ​все ​еще ​жалея ​о ​том, ​на ​что ​подписался. ​ ​— ​И ​он ​будет. ​Поверь ​мне, ​у ​него ​есть ​все ​основания ​быть ​там, ​когда ​придет ​время. ​Ему ​это ​нужно ​больше, ​чем ​нам, ​— ​сказала ​я, ​всеми ​силами ​пытаясь ​успокоить ​этого ​человека.