Часть 10. Влюблённость

      Оставшееся лето для Гермионы прошло так же хорошо, как и время, проведенное в Девоне. Тетя Элис осталась на неделю в Лондоне. Втроем с матерью они посетили Театр и Гайд-парк, и даже все вместе ели мороженое после посещения выставки Королевских драгоценностей.       Отец действительно перенес свою практику на новое место, взяв на работу ученика на платной основе, чтобы помочь покрыть дополнительные расходы, поэтому в доме царила благословенная тишина.       Когда лето закончилось и ей пришлось паковать чемоданы, она горько расплакалась, разрываясь от желания остаться и уехать одновременно.       Даже сидя в нанятом симпатичном экипаже, который забрал ее вместе с миссис Клебтри, Гермиона с дрожащими губами долго махала родителям, пока те не скрылись из виду.       Как и в рождественские и пасхальные праздники, миссис Клебтри впала в ужас при виде людей, собравшихся вокруг непонятных карет, и снова потребовала от кучера немедленно отвезти их обратно, чтобы объяснить Грейнджерам, каким людям они отдали свою дочь.       И снова мистер Тэттервинг с благодушной улыбкой и низким поклоном наложил на экономку Обливиэйт. Гермиона всё так же в замешательстве наблюдала, как миссис Крэбтри с рассеянной улыбкой отправилась обратно домой.       — Привет, Гермиона! — Она обернулась и увидела машущего ей рукой Рона. Он стоял недалеко вместе со своей многочисленной семьёй. Гарри тоже был с ними, одетый как обычный уличный мальчишка, но он был увлечен разговором с Невиллом.       Гермиона ощетинилась, как кошка.       — Привет, Рон, — натянуто поприветствовала она подошедшего к ней мальчика.       — Пожалуйста, не сердись на нас. Мне правда очень жаль, что произошло той ночью. Поэтому у тебя теперь красивые зубы? Держу пари, что это сделало тебя счастливой, — выпалил всё подряд Рон.       — На самом деле, Рональд, это доставило мне еще больше проблем. Сам подумай, как именно я должна была объяснить родителям, что у меня новые зубы?       — Ой, извини. Это, должно быть, было ужасно. И как ты это объяснила?       — Об этой ситуации позаботились, большое спасибо, — едко ответила она.       — Послушай, Гермиона. Я ужасно себя чувствовал из-за того, что произошло. Мне правда очень жаль. Знаю, что уже извинился, но я все лето пытался придумать, как сказать это снова. Не хочу, чтобы ты на меня злилась. Можем начать сначала? — Он протянул руку. — Здравствуй, я Рональд Уизли.       Гермиона поморщилась, но выдавила из себя кривую улыбку. Вздохнула и протянула руку в ответ.       — Приятно познакомиться, Рональд, — она быстро пожала ему руку. — Я была бы очень признательна, если бы вы с мальчиками прекратили создавать ситуации, в которых вам придется извиняться передо мной в будущем.       — Даю слово.       — Ну что ж, хорошо. Как ты провел летние каникулы?       — Откровенно говоря, весьма хорошо. Гарри гостил у нас некоторое время. Но пусть он сам расскажет. А ты?       — У меня было чудесное лето. Я провела большую часть каникул у своей тёти. Мне там очень нравится. Она живет в Девоне.       — Мы тоже! Хотелось бы нам знать, что ты где-то поблизости. В какой части Девона?       — Оттери-Сент…       — Кэтчпол? Это там, где я живу! О, какая чертова удача! Оказывается, ты была нашей соседкой!       — Тогда вы, возможно, знаете мою тетю! Миссис Филлип Пертвит?       — Нет, если честно, мы не знакомы с магглами. Наша семья общается только с такими же волшебниками, как мы — Диггори, Лавгуды, — сказал Рон. — Слушай, Гермиона, в этом году в школу поступает моя сестра Джинни. Ты же присмотришь за ней в женском общежитии, да? — Он повернулся и кивнул в сторону молодой ведьмы, стоящей рядом с их матерью, взволнованной и немного потерянной.       — Хорошо. Пойду с ней познакомлюсь.       — Буду очень благодарен. А я пойду за Гарри. Мы опоздали, поэтому не успели подготовиться. Думаю, нам стоит переодеться в форму в «Дырявом котле», пока у мамы не случился истерический припадок. Займи нам место в карете, ладно?       — Договорились!       Гермиона улыбнулась, наблюдая, как Рон подбежал к Гарри и потянул его за рукав. Парень схватил свой чемодан, и они вдвоём направились внутрь гостиницы.       Гермиона села в карету вместе с Джиневрой Уизли, Полумной Лавгуд и Невиллом, и, хотя они заняли места для мальчиков, карета уехала без Гарри и Рона. Возможно, они сели в другой экипаж?

***

      Северус Снейп уже направлялся в Большой зал на приветственный пир, но был остановлен директором Дамблдором в коридоре.       — Могу ли я уделить вам минутку времени, профессор?       — Конечно, директор.       — Кажется, у нас не хватает двух студентов. Мистер Поттер и мистер Уизли не прибыли вместе с остальными.              Дамблдор бросил на него многозначительный взгляд, глядя поверх голов суетящихся у входа студентов.       От мгновенно нахлынувшего беспокойства у Снейпа сжалось нутро. Неужели с Поттером случилось что-то ужасное? Неужели это уже началось?       — Я был бы признателен, если бы вы могли заняться этим вопросом.       — Конечно, директор. Отправляюсь немедленно.       Снейп развернулся на каблуках и направился к парадным дверям. Не зная, с чего начать, он первым делом решил проверить каретный двор.       Фестралы уже улетели обратно в лес. Он быстро наложил заклинание на кареты и убедился, что все повозки пусты. Рядом не было ни одной живой души. Проверка на наличие следов тёмной магии, к счастью, тоже ничего не дала.       Ужасный звук резкого удара заставил его поспешно выйти со двора. Он остановился как вкопанный, увидев, как целый дормез слетел с Гремучей Ивы, а вокруг него метались в воздухе призрачные заколдованные лошади, пытаясь найти опору.       Кто-то снова зачаровал маггловские кареты, и он мог бы поставить на это все свои галлеоны, будучи уверенным, что это сделал Артур Уизли.       Дверь кареты распахнулась, и пропавших мальчиков словно волной выбросило наружу вместе с их багажом. Лошади рванули в лес, а мальчишки бесполезно стали кричать ей вслед.       Ярость Снейпа была такой сильной, что ему потребовалась целая минута, чтобы успокоиться, прежде чем направится за ними вверх по склону холма.       Он догнал их под окнами Большого зала — и был не слишком рад услышать, что сам стал темой их обсуждения, точнее его отсутствие в зале.       — Может быть, он ушел, потому что ему опять отказали в должности преподавателя Защиты!       — Или, может быть, его уволили! Я имею в виду, его все ненавидят…       — Или, может быть, он стоит у вас за спиной и жаждет услышать объяснения, почему вы двое не прибыли, как все, в каретах с Фестралами, — медленно проговорил Снейп и позволил себе улыбнуться, увидев, как они виновато вздрогнули.       Конечно, Дамблдор не сможет проигнорировать этот проступок…       — Следуйте за мной, — приказал профессор холодным тоном.

***

      — Оставь это дело этим двоим, — резко бросила Гермиона, заплетая волосы Джинни перед сном. — Они вернулись в школу всего день назад, а уже влипли в историю и жалуются на какой-то тёмный заговор. Серьезно, зачем кому-то запирать их в мужском туалете в «Дырявом котле»? Удивляюсь, что Невилла с ними не было.       — Мне кажется, во всём виноват Рон — вынесла свой вердикт Джинни. — Гарри слишком добр, чтобы намеренно доставлять людям неприятности, а вот Рон всегда всё портит. Я в ужасе только от одной мысли, когда мои родители узнают, что они украли дормез… У отца могут быть серьезные неприятности, если министерство прознает, что он зачаровывал кареты магглов, — покачала головой Джинни, — Помню, был один парень в Ирландии, которого поймали, когда такая карета вышла из-под его контроля. Она сама останавливалась, подбирала магглов и увозила их в неизвестном направлении. Представляешь, какой был беспорядок. Стереть память всем, кто это видел, было просто невозможно. После того случая в министерстве назначили большие штрафы за подобные выходки.       — Я бы не стала винить во всем Рона. Из того, что я видела в прошлом году, эти трое могли полезть на рожон даже из-за гораздо меньшей глупости.       — Тот-Кого-Нельзя-Называть — не глупость.       Гермиона перевязала косу красной лентой, которая чудесно сочеталась с каштановыми волосами девушки.       — Мне действительно нужно уделить больше времени и почитать об этом Волдеморте. На самом деле я почти ничего о нём не знаю, кроме того, что он сделал с семьей Гарри. В прошлом году я пропустила большую часть сплетен. Боюсь, у меня есть привычка слишком глубоко и надолго погружаться в книги и не замечать, что происходит вокруг.       — Я расскажу тебе все, что знаю. Это всё, о чем Гарри мог говорить, когда гостил у нас летом. Просто ужасно, что он пережил в конце прошлого учебного года.       — О, да. Разве это был не просто…

***

      Глубоко погруженная в раздумья, Гермиона шла на следующий урок. Ей показалось, что профессор Снейп игнорировал ее за завтраком. Весь прошлый год он, как правило, хотя бы раз смотрел в её сторону во время каждого приёма пищи. Возможно, сегодня он был просто в плохом настроении. Однако не возможно было не заметить, какими яростными взглядами он награждал Гарри и Рона. Но то, как он сразу отвел взгляд от неё и уставился в тарелку, сбило Гермиону с толку.       Она чем-то ему не угодила? Может, он расстроен тем, что она обедала в «Дырявом котле» с тетей Элис? Нет, конечно. А как еще она бы смогла купить школьные принадлежности? Или надо было связаться с ним? Глупости. У него наверняка были дела поважнее.       Нет, какова бы ни была причина внезапного равнодушия профессора, этому наверняка есть логичное объяснение. Одним из открытий прошлого года стало то, что профессор Снейп никогда не действует без причины. Просто найти эту причину порой чрезвычайно трудно.       Она решила, что ведет себя глупо. Её беспокойство было настолько сильным, что даже романтические попытки Джинни привлечь внимание Гарри выглядели утонченными манерами. Профессор ведь не был её другом. Он был просто её преподавателем. Пусть в прошлом году ей казалось, что между ними возникла особая связь, но, по правде говоря, он лишь выполнял свои обязанности. Гермиона не была слепа. И насколько могла судить, она была единственной ученицей за пределами Слизерина, которая относилась к нему с уважением. И, как ей казалось, он ценил такую преданность.       По дороге на первый урок Защиты от Темных Искусств она осознала, что раздула из одной утренней сцены целую драму. Помотав головой, чтобы отогнать лишние мысли, она поспешила поймать дверь, прежде чем та захлопнется.       Ей не терпелось поскорее увидеть нового преподавателя. Прочитав от корки до корки все книги профессора Локхарта, она сочла его весьма впечатляющим мужчиной. На колдографиях он, безусловно, выглядел красавцем. К сожалению, вчера, во время приветственного пира, у нее не было возможности рассмотреть его как следует. Тот сидел слишком далеко, а студенты Рейвенкло закрывали обзор на ту часть преподавательского стола. Почему он вообще оказался на факультете воронов? Его автобиографии целиком состоят из такого материала, из которого сделаны гриффиндорцы.       Гермиона заняла свободное место рядом с Лавандой, поскольку сёстры Падма и Парвати уже сидели вместе, и достала книги, пергамент, перо и чернила. Она надеялась, что школа наконец примет изменения, предложенные профессором Макгонагалл, и объединит мальчиков с девочками, но, похоже, в этом году этого не произойдет.       Ее размышления прервал звук резко распахнувшейся двери, и в комнату буквально влетел профессор Гилдерой Локхарт.       Гермиона даже не заметила, как затаила дыхание, пока Лаванда тихо не воскликнула:       — О, боже!       Глубоко вдохнув, она ответила:       — Действительно.       Следующие несколько недель Гермиона чувствовала себя отчаянно влюбленной. Она старалась не выставлять себя дурой — в отличие от других девушек, явно очарованных красавцем-профессором, — но все же не была уверена, что ей удается надежно скрывать свои чувства. В конце концов, это была ее первая осознанная влюбленность.       Гермиона стала тратить еще больше времени на уход за волосами, и без того требующими немалых усилий. Кроме того, она начала тщательно следить, чтобы на мантии и форме не было ни единой складки.       Однако единственным человеком, который заметил перемены, оказалась Луна Лавгуд. Девочки стали заниматься вместе в библиотеке, и первокурсница, похоже, была слишком проницательной, чтобы не обратить внимание на происходящее.

***

      Гермиона сидела одна в Большом зале, украшенном в честь Хэллоуина, и рассеяно наблюдала за суетой вокруг. Этот Хэллоуин был для нее первым, но все её старания над внешним видом, похоже, оказались напрасными. Правда, сейчас, среди мерцающих свечей и весёлых разговоров, она всё же чувствовала себя лучше, чем в тот момент, когда плакала в женском туалете и едва не погибла от дубинки тролля. Однако в глубине души всё равно таилось лёгкое разочарование, омрачавшее этот долгожданный праздник.       Не хватало нескольких человек: Джинни, Гарри, Рона и Невилла. А ещё — не было профессора Локхарта. Дамблдор весело подмигивал ученикам, в то время как остальные преподаватели, казалось, сплетничали и смеялись между собой, совершенно не замечая директора. И только профессор Снейп выглядел ещё более раздраженным, чем обычно. Его настроение, казалось, достигло новых отрицательных значений, которым не было предела.       Несмотря на праздник, в зале было слишком скучно. Взглянув на пустое место профессора Локхарта, Гермиона решила прогуляться. Возможно, ей удастся застать его у кабинета и задать пару вопросов о его книгах. Неплохая идея. Все любят возможность поговорить о себе. Особенно профессор Локхарт.       По дороге она заметила Гарри. И уже собиралась окликнуть его, как вдруг поняла, что тот явно смущён и встревожен. Он стоял бледный, уставившись на стену.       — Гарри? С тобой все в порядке? — подходя ближе, спросила Гермиона.       — Ты это слышала?       — Нет. Что именно?       — Я услышал голос. Он доносился из стены и двигался очень быстро.       — И что он говорил?       — Вот! Сейчас! Ты слышала?       — Нет…       Гермиона отступила на шаг, когда Гарри неожиданно сорвался с места, проводя руками по камням.       — Он хочет кого-то убить!       — Что? Гарри, что ты слышал?       Она бросилась за ним, выхватив палочку и крепко сжав ее в руке.       Из-за угла соседнего коридора показались Рон и Невилл.       — Вот ты где, Гарри! Почему ты так быстро сбежал с вечеринки призраков в честь дня Смерти?       Гарри не остановился, чтобы объяснить, просто продолжал следовать за таинственным голосом. Гермиона шепотом объяснила ребятам, что случилось, стараясь не отставать от Поттера. Еще один поворот, и под ногами захлюпала вода.       Гермиона не могла понять, откуда она здесь взялась — весь пол был залит.       — Посмотрите на пауков! — крикнул Невилл.       Рон побледнел и пробормотал что-то о ненависти к этим маленьким тварям, пока Гермиона наблюдала, как длинная вереница обычных домашних членистоногих карабкается к окну и исчезает в щели между камнями.       — Смотрите! — воскликнул Гарри.       Они все замерли посреди большого коридора. На противоположной от окна стене большими красными буквами была выведена огромная надпись.

ТАЙНАЯ КОМНАТА ОТКРЫТА.

ВРАГИ НАСЛЕДНИКА, БЕРЕГИТЕСЬ.

      Краска была еще свежей и Гермиона задалась вопросом, а не кровь ли это.       — Что это значит? — прошептала она.       — Кто наследник? — спросил Невилл.       — Мерлин!.. Что случилось с миссис Норрис? — простонал Рон, схватив Гарри за мантию. — Нужно выбираться отсюда. Сейчас же!       Но было слишком поздно. Казалось, будто вся школа сразу набросилась на них со всех сторон. Гермиона обнаружила, что ее окружает большая толпа студентов и все наперебой читают надпись, восклицают, охают.       Сквозь толпу протиснулся Драко Малфой и, глядя в сторону гриффиндорцев, зло прошипел:       — Враги наследника, берегитесь! — С искорёженным ненавистью лицом он повернулся к Гермионе и голосом полным яда выплюнул. — Ты будешь следующей, грязнокровка!       Отпрянув от мерзкого высказывания, Гермиона резко отступила назад и наткнулась на кого-то. Она повернулась, чтобы быстро извиниться и убежать, но обнаружила, что запуталась в мантии профессора Снейпа.       Дальше произошло нечто странное. С лицом, полным раздражения и отвращения, он зарычал, чтобы она убралась с его пути, но в то же время нежно — почти бережно — выпутал её из складок мантии и передвинул за свою спину. Со стороны его жест выглядел куда грубее, чем был на самом деле. И если не смотреть на выражение его лица и проигнорировать его слова, то это выглядело так, будто он спрятал ее за собой.       Когда она попыталась объяснить, что Гарри слышал голоса, Рон с Гарри выразительно уставились на неё, заставив умолкнуть.       Внезапно Луна потянула ее за руку, и Гермиона оказалась позади всей толпы. В замешательстве она наблюдала, как Рона, Гарри и Невилла увели на допрос.       Ещё раз прочитав надпись на стене, она наконец начала понимать, что Гарри, возможно, не тот искатель приключений, каким она его считала. Стоило ей вспомнить выражение ужаса на его лице, когда она увидела его у кабинета Локхарта, как ей пришло в голову, что Гарри, на самом деле, может быть в серьезной опасности.

***

      Гермиона вышла из Большого зала после первой встречи Дуэльного клуба с осознанием двух совершенно новых, блестящих фактов, кружащихся в ее голове.       Во-первых, Гарри оказался змееустом. И, судя по бормотаниям и возбужденным сплетням вокруг, это делало его в глазах студентов наиболее вероятным кандидатом на роль того самого Наследника Слизерина, о котором рассказывала профессор МакГонагалл.       Другим, совершенно ослепительным фактом, стало внезапное осознание того, что профессор Снейп стоит десяти Локхартов в любой день. Её интерес к преподавателю Защиты исчез столь же стремительно, как сам бедняга Локхарт был повержен её тёмным и лихим профессором Снейпом.       Как она могла быть такой слепой? Как не увидела этого раньше? Этот мужчина был одой грации и благородству, скрывающегося у всех на виду. Она оглянулась как раз вовремя, чтобы заметить, как он с насмешливой полуулыбкой выходит из зала. Неопытному взгляду он по-прежнему казался болезненно-бледным, как и всегда. На самом деле, он выглядел еще более склонным к тому, чтобы начать сыпать проклятиями. Но для недавно открывшихся глаз Гермионы он также выглядел непонятым и одиноким… Это было действительно трагично.       Внезапно она представила образ бессмертного, обреченного богами Олимпа на земное существование в наказание за неведомое преступление. Какая судьба может быть хуже для скрытого бога, чем быть запертым в такой несовершенной форме и быть сведенным с ума непрекращающейся болтовней полусформированных умов простых смертных детей?       Гермиона замерла и моргнула, смутившись собственных мыслей. Кажется, она действительно не очень хорошо справлялась со всей этой… «влюбленностью». Подобные глупости стали занимать слишком много времени, практически доведя ее до написания нелепых стихов. Она вспомнила о маленьких каракулях сердечек и цветов, нацарапанных в блокноте вокруг имени Гилдерой, и поморщилась. Почему-то у нее возникло чувство, что если она попытается сделать то же самое с именем Северус, то ее рука обязательно взорвётся прямо в процессе написания.       Быть тринадцатилетней оказалось куда сложнее, чем можно было подумать. Она надулa щеки, выдохнула и вытолкнула из головы все «цветочки и сердечки». Были гораздо более важные вещи, которые требовали ее внимания.       Этот Наследник Слизерина и голос, который Гарри мог слышать сквозь стены. Вот что было действительно важно.       Любой, у кого есть хотя бы половина мозга, мог понять, что Гарри не был злым. Вспыльчивым и импульсивным, да, но будущим Тёмным волшебником? Вряд ли. По ее мнению, самым очевидным кандидатом был этот отвратительный Малфой. Кто еще так органично воплощал в себе все черты факультета Слизерин?       Она остановилась, положив руку на дверь библиотеки. Внезапный холодок пробежал по позвоночнику.       На самом деле, был еще один человек, куда более достойно воплощающий слизеринские качества. Профессор Снейп.       Теперь, когда она подумала об этом, он показался ей еще более очевидным кандидатом. Не то чтобы она действительно верила в это. Но к такому очевидному выводу, без сомнения, могли бы прийти многие. В конце концов, сколько из студентов все еще были убеждены, что он пытался убить Гарри во время первого матча по квиддичу в прошлом году? Даже после того, как выяснилось, что за всем этим стоял профессор Квиррелл, никто не хотел обращать внимания на тот факт, что профессор Снейп тогда пытался защитить Гарри. Даже сам Гарри преуменьшал необходимость отблагодарить этого человека.       Гермиона рывком распахнула дверь в библиотеку. У нее появилась новая цель. Нужно выяснить, кто на самом деле стоит за всем этим, — пока её бедный, непонятый профессор не взял вину на себя.       Ах да. Или Гарри. Его тоже нельзя забывать.