Часть 13. Обременение

      Снейп подождал, пока последний экипаж, запряженный Фестралами, скроется из виду, и помчался в том же направлении вниз по склону. Он выставил все оценки, пополнил запасы в шкафу и уже провел последнюю встречу с директором в этом семестре. У него не было причин оставаться, и будь он проклят, если проведет еще пять минут в замке с оборотнем и этим капризным паршивцем.       Пробираясь по снегу к воротам школы, он поднял глаза на патрулирующих дементоров и вздрогнул. Если бы они поцеловали Блэка, когда у них был шанс, им бы не пришлось участвовать в этом нелепом фарсе с охотой на человека. Вытащив свой чемодан из кармана и вернув ему прежний вид, он на ходу трансфигурировал свою мантию обратно в маггловскую одежду, которую надел этим утром. Открыл чемодан, вытащил Джона Буля и увеличил его, надевая на голову, чтобы завершить образ.       Маггловский наряд ни чуть не сделал его образ менее летящим: расстегнутое пальто, с его раздвоенными фалдами, развевающимися позади, служило так же хорошо, как и его объёмная мантия.       К тому моменту, как он прошел мимо авроров, стоящих у ворот, он выглядел как очередной маггл-джентльмен, идущий по декабрьскому снегу. Авроры действительно странно на него посмотрели.       Как только позволила защита школы, Северус повернулся и аппарировал.       Он закончил свой поворот под мостом через канал и закашлялся от внезапной вони. Даже зимой Манчестер редко не оскорблял его нос по прибытии. Снейп протопал по грязной жиже в переулок и через него на свою улицу. Никого не было рядом в этот суровый зимний день, так что он добрался до дома без каких-либо происшествий.       Мужчина толкнул входную дверь и заглянул в темную гостиную. Медленно бросил шляпу на стол у двери и по одной снял перчатки. Оставив пальто на вешалке, он прошел на кухню.       — Я снова вижу твою спину. Всегда только её.       — Где мама?       — Она наверху. Заняла свою кровать неделю назад. Принес нам подарок, да?       — Насколько она плоха на этот раз?       Тобиас Снейп шокировал своего сына внезапной борьбой со слезами.       — Выглядит плохо, сынок. Я только и делал, что готовил ей суп и все такое. Она просто смотрит в окно, как будто ей все равно. На этот раз это не кашель, но я точно знаю, что это что-то плохое.       Северус открыл свой чемодан и достал бутылку, которую принес отцу.       — Вот это парень. Ты хороший мальчик, Сев. Я всегда так говорил.       Снейп отвернулся от отца, но его остановил умоляющий голос.       — Ты ведь можешь ее вылечить, правда? Своими колдовскими снадобьями?       Северус был ошеломлен. Это был первый раз, когда отец попросил его использовать магию.       — Посмотрю, что смогу сделать, — ответил он, направляясь к лестнице.       Постучав, Северус толкнул дверь в родительскую комнату. Он знал, что его мать одета и будет выглядеть прилично. Она всегда была такой.       — Мама? — тихо позвал он в темноту.       — Не нужно ходить на цыпочках. Я слышала, как ты ворвался в дом, словно ветер, хлопал дверьми и топал по лестнице. Что тебе нужно?       — Я пришел узнать, как ты. Твой муж говорит, что ты здесь уже неделю.       — Я в порядке, спасибо тебе.       Северус изо всех сил старался сохранять спокойствие.       — Мама, я принес зелья…       — В этой сумке нет ничего, что могло бы вылечить то, что меня беспокоит. По крайней мере, сейчас проблема в больной душе.       Он подошел ближе и посмотрел на бледную женщину, лежащую на кровати. Ее черные, блестящие глаза были полны гнева.       — О чем ты говоришь?       Она подняла руку и ткнула в него длинным костлявым пальцем.       — Я говорю о тебе! Я говорю о том, какое разочарование ты приносишь! Я говорю о том, как сильно ты меня опозорил! После всего, что я пережила! После всего, чем я пожертвовала ради тебя!       Северус отошел от кровати и отдернул пыльную оконную занавеску, чтобы лучше видеть. Его мать, никогда не отличавшаяся красотой, тем не менее не выглядела ни на день старше сорока. Ее блестящие черные волосы были заплетены в косу и спускались на одно плечо, а сама она была закутана в просторное фланелевое платье с высоким воротником.       — Ты собираешься рассказать мне, о чем, черт возьми, ты говоришь? Или нам играть в угадайку? — прорычал он.       — Я говорю об Элспет Спэннер и её черноволосой девочке! Я говорю о женщине, которую муж избил до полусмерти, прежде чем смылся, чтобы погибнуть из-за этих чертовых хлебных бунтов! Ты правда думаешь, что я могла забыть, как ты выглядел в младенчестве? Ты правда думаешь, что я когда-нибудь смогу забыть тот момент, когда акушерка вручила мне визжащую петлю, которая будет висеть у меня на шее до конца моих дней и обрекать меня на жизнь, полную страданий!       Все тело Северуса стало бескровным. Он тяжело опустился на табурет и уставился в окно.       — Я видела ее две недели назад. Тоби и я пошли отдать дань уважения ее быку-мужу, когда они его похоронили. Видела ребенка, хотя она пыталась скрыть это от всех людей на поминках. Я видела её, Северус. И посмотрев ей в глаза — все поняла, — мать тяжело вздохнула, — Как ты мог быть таким глупым? Конечно, она хотя бы была замужней женщиной, а не пятнадцатилетней девчонкой, но неужели ты думал, что никто не заметит разницы? Неужели ты был настолько черствым, что тебя не волновало, что ее крики разносились по всему району? Он избил ее, Северус! Когда ребенку было всего несколько часов от роду!       Его голос звучал глухо и пронзительно, когда он заговорил:       — У многих детей при рождении черные волосы… Они выпадают…       — Северус, малышка не может быть отвергнутой. Она похожа на тебя. Весь район знает, — Эйлин Снейп села на кровати, — Зачем ты так с ней поступил? Ты же знал, что она попала в трудную ситуацию. Если тебе нужно было «окунуть фитиль», почему не чары или заклинания? Почему не одно из твоих чертовых зелий! После всего, что мы с тобой пережили с тем мужчиной внизу, зачем ты так поступил с чьей-то матерью?       Он открыл рот, но снова закрыл его, вспоминая безумный фарс их последней встречи. Что он мог сказать, чтобы это не звучало жалко? Я забыл? Я не собирался этого делать? Она затуманила мой разум, когда сказала, что нужен ей? Патронус директора отвлек меня? Это была такая глупая ошибка, он же всегда был очень осторожен именно по этой причине. Снейп снова почувствовал себя нашкодившим школьником, и почувствовал как горят его уши.       — Ты говоришь, Спэннер мертв?       — Да. Половина мужчин с нашей улицы погибли во время беспорядков. Судя по всему, Элспет и ее малыши не сильно отстают от них.       Он резко поднял голову:       — Что ты имеешь в виду?       — Она ужасно кашляла на поминках, а теперь, этот ублюдок ушел, оставив их ни с чем. Она не может работать на мельнице, не с малышами. Она пропала, Северус, и это ты ее прикончил.       Он встал и схватил чемодан.       — Вставай с постели, женщина. Перестань держать своего мужа за дурака, — рявкнул он.       Снейп поспешил в свою комнату и бросил багаж на пол рядом с кроватью. Несколько быстрых заклинаний, и он буквально спрыгнул с лестницы, оказавшись у входной двери. Быстро накинув пальто, оставив шляпу и перчатки, он резко распахнул дверь и вышел на влажный декабрьский воздух.       Ему потребовалось всего лишь несколько десятков шагов, чтобы добраться до ее двери. Стуча в дверь, он чувствовал как внешний и внутренний холод обжигает руку. Уже собираясь толкнуть дверь, он помедлил, услышав, что её открывают изнутри. На пороге стоял Саймон, дворник. Глаза мальчика расширились от узнавания.       — Она сказала, что вы придёте. Она повторяла это каждый день, как молитву. И каждый день я говорил: «Конечно, он придет».       — Впусти меня, мальчик! — прошипел Снейп.       Дверь распахнулась, и Северус шагнул внутрь, где его встретил зловонный запах болезни и нестиранных пелёнок. Взглянув на кровать он увидел, как Элспет мечется под одеялом. Внутри дома было холодно, как в могиле, но она вся покрылась потом.       — Что ты здесь делаешь? — спросил он, подойдя к простой колыбели и стянул с нее одеяло.       — Ей нужна была помощь, а мне нужно было тёплое место.       — Это тёплое? — выплюнул он, глядя на свою дочь и ее старшего брата, обнявших друг друга.       — Тут теплее, чем снаружи, — грустно ответил Саймон, пожимая плечами.       Девочка уставилась на него глазами, которые только начинали темнеть. Ее маленькое, узкое лицо моментально рассказало всю грязную историю. Он снова подоткнул ей одеяло.       — Где старший ребенок?       — Она потеряла его прошлой зимой. Он заболел сразу после Нового года.       Северус оглядел убогий дом и пробормотал:       — Почему она все еще здесь?       — Она пыталась уйти. Когда ее мальчик умер, она схватила Найджела и убежала. Спэннер нашел её и притащил домой. Район кишел сплетнями. Все знали, что она слишком хороша для него.       Снейп посмотрел на уличного мальчишку.       — Где твои родители?       — Папа погиб во время беспорядков. Мама умерла прошлой весной. Мэри пошла на мельницу, так как работать на улице слишком холодно.       Северус нахмурился, услышав простое перечисление обычной трагедии, и повернулся к двум младенцам, уставившимся на него:       — Почему они не плачут?       — Нет причин. У нее молоко пропало. Малыши знают, что кричать бесполезно. Я делал для них всё, что мог. Кормил их всех понемногу.       Снейп взглянул в виноватые глаза Саймона и легко догадался, что тот сделал, чтобы получить еду.       — Ты молодец, парень.       Саймон обмяк и надвинул кепку еще ниже, пытаясь скрыть выражение облегчения. Северус провел пальцем по щеке дочери, удивляясь, какая она мягкая. Коснувшись маленького мальчика, он понял, что младенец горит от жара. Сброшенный фартук Элспет стал дополнительным укрытием для двух младенцев.       — Саймон, отнеси их ко мне домой. Скажи моим родителям, чтобы они показали, где моя комната. Положи их там. А потом возвращайся. Мне нужно, чтобы ты забрал всё, что здесь есть и что может ей понадобиться.       — Да, сэр, мистер Снейп. Я знал, что вы не дадите им умереть от холода.       — Я вообще не позволю им умереть.       — Вы хороший человек, мистер Снейп.       — Поторопись, мальчик.       Снейп повернулся к кровати, когда Саймон взял грубо сделанную колыбельку и направился к двери.       Он посмотрел на Элспет свысока, тонкие черты лица и пшеничные волосы. Элспет, которая была благородного происхождения, и оставалась вежливой, несмотря на ее тяжелую жизнь. Она никогда ничего не значила для него. Он не был настолько глупым, чтобы позволить ей что-то значить в его жизни… Но были моменты…       Теперь она была обузой. Грузом. Потенциальным смертным приговором в грядущем конфликте, если Темный Лорд когда-либо прознает о её существовании и существовании их ребенка.       Он крепко закутал ее в одеяла и подхватил на руки. Женщина пошевелилась и открыла глаза.       — Я знала, что ты придешь, — вяло прошептала она.       Снейп только нахмурился и молча вышел с нею за дверь.

***

      — И я г’рю тебе, приятель, это все еще мой дом, и я тут хозяин! Я не позволю, чтобы мой дом был захламлён вашими ублюдками! Спэннер был хорошим человеком, а ты трахал его жену в его собственной постели. Я должен оторвать тее голову!       Северус пил чай, не обращая никакого внимания на отца.       — Я их здесь не потерплю, мальчик! Слышь? Я выгоню эту шлюху и ее щенков!       Северус со стуком поставил чашку и встал, тяжело опираясь на стол, и пристально посмотрел в глаза отцу.       — Тронешь любого из них, и я тебя убью.       Тобиас не испугался. Ничто не могло запугать этого человека. Несмотря на его нынешнее хрупкое состояние, после многих лет работы на фабрике, где приходилось дышать хлопковой пылью. Северус знал, что у него есть все шансы договориться.       — Так во-о-от как это происходит, да? — с усмешкой сказал Тобиас. — Как же ты тогда собираешься пр'кормить их всех из Шотландии, а? Двух младенцев и больную девочку? Кто же будет за ними присматривать, когда ты уедешь?       — Дай мне день, и они больше не будут вашей проблемой.       — О, так ты собираешься все исправить с помощью магии, да? Ты не можешь наколдовать еду, мальчик. Я знаю правила.       — У меня есть деньги.       — Их размещение в отдельном месте тоже обойдется тебе дорого.       — У меня есть деньги.       — И им понадобится одежда и обувь…       Северус ударил рукой по столу.       — У меня есть чертовы деньги! Благодаря моей работе и моими инвестициям у меня всегда были грёбаные деньги! Кто, черт возьми, кормил тебя все эти годы? Нет никакой долбаной пенсии бригадира! Я рассчитался с Маккензи четыре года назад, когда ты заболел и не смог работать! У тебя ничего нет! Я за все плачу, старик! Так что если ты не хочешь умереть с голоду, ты будешь терпеть всех, кого я приведу в этот дом, столько времени, сколько мне потребуется, чтобы поселить их в другом месте!       Тобиас Снейп откинулся на спинку стула и уставился на сына, открывая и закрывая рот, словно выброшенная на берег рыба.       — Ты никогда не дал бы своей матери голодать, — сказал он хриплым шепотом. — Ты всегда был нежным мальчиком.       — Не испытывай судьбу на этот счет, — ответил Снейп.       Глаза его отца расширились — наконец-то он отреагировал на то, что увидел в глазах сына.       Северус отвернулся от стола и направился наверх.       Войдя в комнату, он оглядел всех, находившихся в помещении.       Комната, которая изначально была не очень большой, теперь была заполнена до отказа: Элспет тихо спала на узкой кровати, Саймон дремал на наколдованном тюфяке на полу, обнимая маленького Найджела, чья маленькая ручка крепко сжимала потертое пальто Саймона. Его трехмесячная дочь, тепло и плотно завернутая, находилась на коленях его матери, которая сидела за столом.       — Ты только что поступил жестоко со своим отцом.       — Мадам, сейчас не время просить о сочувствии к нему.       — Большой человек — громкие слова. Подожди, пока эти ребята не вырвут твое сердце и не затянут тебя в нищету. Посмотрим, кто тогда заплачет.       — Я тоже не испытываю к тебе сочувствия. У тебя были варианты. Это был твой выбор. Я же больше никогда не буду бедным.       — Конечно, вначале у меня был выбор, но потом он забрал мою палочку. Какая ведьма без палочки?       — Идиотка, которая могла бы пойти и купить еще одну.       — Ох… ля-ди-да. У вас всегда есть на всё ответы, не так ли, профессор? Сынок, как только дух покидает тебя, ты становишься сквибом.       Северус моргнул и повернулся к матери.       — О чём ты говоришь?       — Тебе всегда нужно было что-то, к чему можно было бы относиться с презрением. Ты даже не потрудился увидеть то, что было прямо у тебя перед глазами. Я сделала для тебя все, что могла, мальчик. Я выполнила свой долг. Но моя магия ушла задолго до того, как ты пошел в школу. Ты прочитал все мои книги, впитал все мои знания и ушел в свободное плаванье, даже не задавшись вопросом, почему ты никогда не видел, чтобы я колдовала. Ты просто осудил меня, и не думай, что я этого не знала.       — Если вам не разрешают использовать магию, это не превращает вас в сквиба!       — Это может произойти из-за сильного шока. Или, если сердце испытывает сильную боль.       — Сколько времени? Когда это произошло?       — Тебе было пять лет, когда я в последний раз смогла сотворить беспалочковое заклинание, Северус.       Он уставился на нее, пока она качала младенца, не зная, что сказать или как ответить. Не исключено, что это был ещё один тщательно продуманный обман. Мать уже дурачила его раньше.       Отвернувшись от нее, он осторожно прошел по комнате, ощупывая лбы и проверяя пульс.       — Я ухожу. Позаботься о них, пока я не вернусь, — повернувшись к матери сказал он, указывая на пузырьки с зельями, стоящие на столе.       Эйлин подняла его дочь, повернув к нему ее изможденное личико.       — Элспет сказала, что ждала, когда ты дашь ей имя. Как ты хочешь ее назвать?       — Мне наплевать, как ее будут звать, — прорычал он, выходя за дверь.

***

      Земельный агент взял перо и чернила и начал заполнять соответствующие документы. Все, что требовалось от Северуса — проставить на двух экземплярах даты и подписи.       — И на какой срок ваша семья хотела бы арендовать это место, мистер Снейп?       Снейп оглядел большой коттедж, расположенный в самом сердце Чешира. Середина нигде, на самом деле. Последнее место, куда может сунуться кто-либо. Он обратил свой сверкающий черный взгляд на агента по недвижимости и ответил:       — Давайте начнем с одного года, с возможностью более длительного пребывания, если понадобится.       — Хорошо, однако я должен предупредить, что арендную плату, возможно, придется пересмотреть в дальнейшем. Я не уполномочен давать никаких обещаний на будущее. Мне оформить контракты на повара, горничную-экономку, с которыми вы беседовали? Контракты также на год?       — Благодарю.       — Нет проблем, просто подпишите здесь…

***

      Священник не мог избавиться от чувства непонятного замешательства, которое настигло его сначала церемонии. Он запнулся один или два раза, напуганный яростным взглядом жениха. Пришлось приложить дополнительные усилия, чтобы не колеблясь спросить, есть ли какая-нибудь причина, по которой эта пара не должна вступать в брак, но никто не откликнулся, и в конце концов, обряд был завершен произнесением обетов брачующихся. Невеста, одетая в плохо сидящее платье, которое явно было чьим-то лучшим нарядом лет, эдак, тридцать назад, покраснела и улыбнулась, сказав:       — Я согласна.       Жених выглядел гораздо менее оптимистично, но его клятва, тем не менее, была произнесена сильным и ясным голосом.       Святой отец наблюдал, как свадебная процессия вышла из церкви, где молодожены сели в карету вместе с уличным мальчишкой и двумя младенцами. Карета тронулась; странная пара, которая выступала в качестве свидетелей, осталась стоять за воротами церкви. Никто никому не сказал ни слова.

***

      Северус Снейп проснулся напряженным и с болью в шее после очередной ночи, проведенной в кресле у огня в кабинете. Его разбудил скрип и звуки готовящегося завтрака, доносившиеся с кухни.       Он встал и как следует потянулся, прежде чем направиться в спальню к своему гардеробу. Достал сменную одежду и шагнул за ширму, где стоял умывальник. Снял с себя бельё и ополоснулся холодной водой, прежде чем вытереться старой рубашкой и снова одеться.       — Северус, — застенчиво позвала Элспет с кровати.       Он слышал, как ребенок сопит и причмокивает.       — Что.       — Знаешь, тебе не обязательно спать в своем кабинете. Я действительно чувствую себя вполне выздоровевшей. Лекарство, которое ты мне дал, сотворило чудеса. Оно даже восстановило мое молоко.       Мужчина оглянулся через плечо и уставился на нее поверх ширмы, одновременно надевая чистый жилет и поправляя галстук.       — Я хочу сказать, что…       — Я знаю, что ты хочешь сказать, Элспет, — произнес он, натягивая пальто и выходя из-за ширмы. — И я повторю то, что говорил, только один раз. У тебя хороший дом. У тебя достаточно еды. Тебе больше никогда не придется голодать или мёрзнуть. Я дал тебе то, в чём ты нуждалась, когда тебе это было нужно. Это все, что ты получишь от меня. Это все, что я способен дать.       Его новоиспеченная жена посмотрела на него со слезами на глазах.       — Это неправда. Я знаю, что ты можешь дать больше.       Он вздохнул и смягчил выражение лица.       — Я не могу дать тебе большего.       Она кивнула, принимая его правду со своей странной практичностью.       — Ты сегодня возвращаешься в школу?       — Я должен.       — Ты напишешь мне?       — Нет.       — Значит, я буду тайным позором?       — Не позором, нет. Но у меня есть враги, Элспет. Я же говорил тебе это. Ты меня не знаешь. И лучше бы ты никогда меня не встречала.       — Нет! Я могу принять эти ограничения, которые ты налагаешь на нас, Северус, и неважно, в какие неприятности ты попал, но никогда не говори, что раньше мне было лучше. Если ты больше ничего от меня не хочешь, прекрасно, но ты все равно имеешь мое вечное благословение и благодарность. Я просто хочу, чтобы ты знал, что я буду тебе хорошей женой. Независимо от моего прошлого.       Он вздохнул и провел рукой по волосам, наблюдая, как она перекладывает ребенка к другой груди.       — Я не осуждаю тебя, Элспет.       Она крепко сжала губы и несколько раз моргнула, кивая головой, чтобы выразить то, чего она не могла сказать словами, и то, что он не хотел слышать.       — Могу ли я написать родителям? — спросила она, придя в себя. — Могу ли я хотя бы сказать им, что я уже не та, что была раньше?       — Если это доставит тебе удовольствие. Расскажи им, что хочешь, но не называй им нашей фамилии. Ты можешь даже принять их здесь, если пожелаешь. Только ничего не говори им, кто я есть на самом деле. И ты не должна мне писать. На моем столе лежит письмо, написанное моей собственной рукой с адресом моей школы. Если возникнет чрезвычайная ситуация — и давай не будем придираться к характеру того, что я считаю опасным для жизни — отправь это письмо. Я немедленно приеду.       — Я понимаю.       Он вытащил чемодан из нижней части шкафа и начал собирать вещи.       — В ящике моего стола двадцать фунтов на непредвиденные расходы. Используйте их с умом. Я завел счета у мясника, бакалейщика и галантерейщика. Оденьтесь как следует и купите Саймону приличную обувь. Счета оплатит мой человек, так что вам не о чем беспокоиться.       Он закрыл багаж и повернулся, чтобы уйти.       — Северус? Не дашь ли ты ей имя? Пожалуйста?       Он поморщился и обернулся. Когда он увидел отчаянную мольбу на лице женщины, он склонил голову и поставил сумку на табурет. Подойдя к кровати он наклонился, чтобы погладить макушку дочери, которая сосала грудь матери. Ее тонкие черные волосы были шокирующе мягкими.       — Грейс. Пусть ее зовут Грейс.       — Грейс. Прекрасное имя.       Он отступил от кровати и схватил свой чемодан.       — Я вернусь весной.

***

      Тридцать минут спустя профессор Снейп вошел в замок и злобно зарычал на первого попавшегося студента.       — А, Северус, — раздался в коридоре голос Дамблдора.       Снейп остановился и повернулся к нему, приподняв бровь.       — Как прошел ваш отпуск, профессор?       — Без происшествий, директор.       — Я уверен, что в этом случае вы оценили возможность отдохнуть от происходящей здесь драмы.       — Будьте уверены.       — Тогда я могу рассчитывать на то, что вы разберёте багаж и будете готовы приступить к своим обязанностям, — многозначительно протянул пожилой волшебник.       — Как всегда, директор, — кивнул ему Снейп и направился в сторону своего подземелья.