Навещая родню

      «Луна снова ослепила небо /

      когда мы оседлали прилив и затем /

      одно пошло за другим... /

      Знаешь, я не помню, когда ещё /

      Аттракцион кружил мне так голову /

      С кипящей радостью / ленивой, как грех /

      Прямо на небеса с моим особенным другом /

      И местом, где он есть /

      Это заставит девушку улыбаться /

      В начале интрижки длиною в жизнь / Я загадала себе загадку /

      Я сказала: «Чего бы я не сделала /

      чтобы отдать что-то хорошее / такой любви, как ты...»

      

      Over the Rhine, «Lifelong Fling»

             Стальной лязг, раздающийся с заднего двора Саммерсов, был слышен как минимум за два дома. Джойс уже придумала, какую историю расскажет соседям: её друзья репетируют для фестиваля эпохи Возрождения. Конечно, жильцы окрестных домов уже давно привыкли к странным происшествиям в доме 1630 по Ревелло-драйв. Двое мужчин, сражающихся на мечах на заднем дворе, вряд ли привлекали к себе большое внимание.       И Спайк, и Джайлз были одеты только в джинсы и футболки: они положились на своё мастерство, которое не должно было им позволить покалечить друг друга. И, по словам Джайлза, на улице было слишком жарко, чтобы использовать защитные накладки, иначе они оба рискуют получить тепловой удар.       Первый час ушёл на отработку защиты и выпадов, и теперь они выкладывались на полную катушку. Движение мечей превратилось в сплошное пятно, пока мужчины танцевали друг вокруг друга. Футболки со спины пропитались потом, Джойс видела, как он стекает и по их лицам. Лицо Джайлза выражало напряжённую сосредоточенность, когда Спайк отвечал с почти маниакальной ухмылкой. Парирование-парирование-выпад, а затем — слишком быстро, чтобы Джойс могла уловить движение, — Спайк исполнил манёвр, в результате которого меч Джайлза перелетел через двор и упал в траву в нескольких футах от него.       — Сдаёшься? — спросил Спайк, широко ухмыляясь.       Джайлз бросил кислый взгляд на кончик меча, игриво приставленный к его горлу.       — Конечно, я сдаюсь, болван. Эта дуэль же не на смерть.       Спайк отвёл клинок, его ухмылка никуда не делась.       — Ты становишься медлительным, старик. Надо было успеть поймать этот удар.       Джайлз вздёрнул бровь.       — То, что мой меч лежит на лужайке, не имеет никакого отношения к моей скорости или её отсутствию. Ты становишься неплохим фехтовальщиком, Уильям.       Джойс всегда забавляла реакция Спайка на искренний комплимент. Обычно он пригибал голову, кончики его ушей алели. Спайк так и сделал, пожимая плечами и задирая подол футболки, чтобы вытереть пот со лба.       — Хороший был учитель, — пробормотал он и направился к Джойс, чтобы рухнуть на ступеньки у её ног.       — Спасибо, Джойс, — сказал он, когда она протянула ему стакан чая со льдом. Через минуту к ним присоединился и Джайлз.       — Это было отлично проделанное движение, Спайк, — сказал Джайлз. — Где ты его выучил? Такого я тебе не показывал.       Спайк пожал плечами.        — В тот момент показалось хорошей идеей, — объяснил он. — Не люблю слишком увлекаться повторениями, знаешь. Так нельзя удивить противника.       — Полагаю, это правда, — улыбнулся Джайлз. — Однако, для того, кто не любит ортодоксальность, ты удивительно хорош в ней.       — Была кое-какая практика когда-то давно, — было единственное, что ответил Спайк. Он опустошил свой стакан и встал, чтобы чмокнуть Джойс в щеку. — Не возражаете, если я приму душ? Баффи должна вернуться с минуты на минуту.       — Будь как дома, — с улыбкой ответила та. — Вы куда-то собираетесь сегодня вечером?       — Большое прощание перед моей однодневной поездкой, — с улыбкой сказал Спайк. — Она не слишком рада, что я покидаю город.       — Это всего лишь на одну ночь, — нахмурился Джайлз. — Уверен, она сможет прожить без тебя так долго.       Спайк пожал плечами.       — Думаю, это потому, что мы собирались поехать на пляж, пока у неё не началась учёба. Пришлось отложить, а ты знаешь, как Истребительница любит ждать.       С этими словами он исчез внутри, и можно было слышать, как он, насвистывая, пробирался через весь дом.       — Иногда у него больше энергии, чем у двоих, — беззлобно заметил Джайлз.       У него были причины быть благодарным Спайку за его энергичность этим летом. Баффи по-прежнему не проявляла к тренировкам особого интереса, хотя он знал, что Спайк подталкивал её в этом направлении. Сам же Спайк, напротив, бросился тренироваться со всей энергией, которая была его козырем ещё в вампирские времена. Джайлз подозревал, что за этим стояла более веская причина, чем просто желание приносить пользу, живя на Адской Пасти. Но Спайк ему не открывался, и Джайлз не давил.       Джайлз полагал, что, возможно, уже всерьёз подумывал бы о возвращении в Англию, если бы не Спайк и Джойс. Он всё ещё чувствовал некоторую ответственность за бывшего вампира и пока не понимал, где её начало, а где конец. Стремление Спайка к его обществу и знаниям помогало Джайлзу оставаться более довольным, чем он мог бы быть в противном случае.       С Джойс у них завязались дружеские отношения. Это нельзя было назвать романтикой, но Джайлз обнаружил, что у них гораздо больше общего, чем он мог предположить. Помимо тёплых чувств, которых он к ней питал, выросло и уважение. Если раньше он считал, что его долг как Наблюдателя Баффи может быть тяжёлым, то теперь ему было ненавистно представлять, через что приходится проходить Джойс каждый раз, когда над ними нависает опасность.       Они уже несколько раз ужинали вместе, разделили несколько ни к чему обязывающих чаепитий и много приятных бесед. Джайлз не знал, ждёт ли их впереди что-то большее, но ему очень хотелось это выяснить.       — Ты не замечал ничего странного в Спайке в последнее время? — спросила Джойс, выдёргивая Джайлза из мыслей.       Джайлз слегка опёрся о перила, чтобы лучше её видеть.       — Странного? Не думаю. С чего бы?       — Я и сама не уверена, если честно, — покачала она головой. — Просто в последнее время он кажется несколько отстранённым. Не думаю, что это что-то серьёзное, но, может, он тебе что-нибудь говорил.       — Я бы решил, что он сначала поговорил бы с тобой или Баффи, — заметил Джайлз. — Не то чтобы Спайк со мной не разговаривает, но я знаю, что он доверяет тебе.       Джойс медленно кивнула.       — Возможно. Может, он расскажет мне через некоторое время, — её задумчивое настроение рассеялось, и она одарила Джайлза откровенно игривой улыбкой. — Знаешь, если Спайка и Баффи не будет, я, пожалуй, проведу сегодняшний вечер дома.       — Это звучит идеально, — улыбнулся в ответ Джайлз.       

      * * *

             Спайк вышел из ванной и увидел ждущую его в коридоре Баффи.       — Мама говорит, ты отлично размялся сегодня днём.       — Неплохо, — согласился он, наклоняясь, чтобы её поцеловать. Простой приветственный поцелуй вскоре стал довольно жарким, но был прерван голосом Джойс:       — Вы двое останетесь на ужин?       — Нет, мам, — крикнула Баффи в ответ. — Мы уйдём, как только я переоденусь.       — Ты сегодня вернёшься?       Баффи улыбнулась, увидев, как Спайк вздрогнул от этого вопроса. Хоть её мама и придерживалась политики «нет вопроса — нет ответа», но она знала, что они спят вместе. И Спайк знал, что она знает, и это заставляло его чувствовать себя неловко в такие моменты, когда это становилось ещё более очевидным.       — Нет, мам, — ответила она, — я собираюсь проводить его с утра.       Спайк наклонился ближе.       — Меня не будет только одну ночь, pet, — напомнил он ей. — Не то чтобы ты видела меня в последний раз.       — Да, — нахмурилась Баффи, — но одна ночь сейчас в следующий раз может превратиться в целую неделю, если мама захочет, чтобы ты начал чаще кататься по закупкам. До сих пор только она занималась подобными вещами.       — Ты же знаешь, что я всегда вернусь к тебе, luv, — ответил Спайк, слегка сбитый словами Баффи с толку. Он считал, что они оба достаточно независимы, чтобы разлука не вызывала у неё беспокойства.       Баффи покачала головой.       — Не хочу говорить об этом здесь, — сказала она, бросив многозначительный взгляд вниз по лестнице. — Может, отложим это на потом?       — Да, конечно, — сказал он, стараясь звучать так, будто его это нисколько не волнует. — Почему бы тебе не приодеться, и мы сходим перекусить?       

      * * *

             Лето для всех прошло в почти полном расслаблении. Провалившийся план Адама означал, что большинство демонов в Саннидейле — во всяком случае, тех, о ком стоило беспокоиться, — оказались, в конце концов, в «Инициативе». С настолько уменьшившейся численностью демонов и вампиров у Баффи появилась возможность развлекаться на пляже, побыть с друзьями и провести как можно больше времени со Спайком. Конечно, Спайк часто был занят тем, чтобы быть ответственным парнем с работой и тренировками, но он находил для неё время.       Баффи улыбнулась, подумав о некоторых из тех времён. То, что они, возможно, упускали в количестве, он, безусловно, восполнял в качестве.       Но, всё-таки, лето не было совсем уж спокойным. Баффи начала ощущать, как её тянет нечто первобытное, то, что они освободили, когда воззвали к силе Первой Истребительницы. Она знала, что Спайк это заметил: оставаясь у него на ночь, она, порой, ускользала на охоту, и каждый раз, когда она возвращалась, он приоткрывал глаза и снова притягивал её к себе. Но, к удивлению Баффи, ничего не говорил.       Ещё она немного беспокоилась о Спайке. Несколько раз Баффи замечала, как он смотрит в пространство, настолько погруженный в свои мысли, что даже не замечает её присутствия. По мере того, как проходило лето, его рассеянность становилась всё сильнее, и она не могла не задаваться вопросом, не наскучило ли ему жить в Саннидейле. Он десятилетиями путешествовал по миру, никогда не задерживаясь в одном месте подолгу. Что, если ему надоело здесь? А что, если эта поездка превратится во множество поездок, которые разожгут его аппетит к бо́льшим и лучшим вещам, чем те, которые он мог найти в Саннидейле? Он больше не был вампиром, желающим убить Истребительницу. Что она могла предложить ему здесь, кроме себя самой?       — Не было сегодня аппетита, luv? — спросил Спайк, когда они возвращались из ресторана к нему в квартиру. — Ты почти ничего не съела. Не поделишься, что у тебя на уме?       Баффи заколебалась.       — Просто… я даже не знаю.       На лице Спайка промелькнуло беспокойство, смешанное с гневом.       — Всё в порядке, Баффи. Ты не должна мне говорить, если не хочешь.       — Нет, не в порядке, и я хочу тебе рассказать, — ответила она. Баффи посмотрела вниз по улице, напоминая себе, что нужно быть начеку. Лето, может, и выдалось довольно спокойным, но это не значило, что можно позволить себе быть застигнутой врасплох. — Мне нужно поговорить с тобой о том, почему я в последнее время тайком ухожу из дома.       Спайк напрягся.       — Ладно.       — У меня появилась эта нужда... не знаю, как будто эта часть меня пробудилась, после того заклинания, призывающего Первую Истребительницу, — Баффи потянулась и взяла Спайка за руку. — По ночам… я охотилась. И эта нужда сильна, Спайк. Я не знала, как это рассказать хоть кому-то, но, думаю, если кто и сможет понять, так это ты.       Облегчение едва не сбило его с ног. Баффи не собиралась рвать с ним, она просто почувствовала тягу своей истребительской крови. Когда он ничего не ответил, слишком ошеломлённый от облегчения, Баффи продолжила:       — Спайк, я не знаю, что это говорит обо мне. Я не знаю, что на самом деле значит быть Истребительницей. Я так долго пыталась быть просто Баффи, пыталась сделать истребительство чем-то вроде побочного дела, но, по-моему, это больше не вариант.       — И что ты хочешь с этим делать? — мягко спросил Спайк.       Баффи пожала плечами.       — Думаю, я попрошу Джайлза снова начать меня обучать. Я хочу узнать больше об Истребительницах, которые были до меня, о том, что делает нас такими, какие мы есть. Я просто... я хотела, чтобы ты знал. В последнее время ты казался каким-то... ну, не знаю, отстранённым.       Спайк вздохнул и, отпустив руку Баффи, обнял её за плечи, притягивая к себе.       — Не знаю, luv. Ты тут ни при чём, правда. Я просто думаю о будущем, и в нём нет ясности.       Баффи нахмурилась.       — Нет ясности? Ты думаешь, что, возможно, захочешь покинуть Саннидейл? — спросила она, и её собственные страхи просочились в её голос.       — Если только с тобой, — быстро заверил её он. — Но, Баффи, я не уверен, что хочу работать в картинной галерее до конца своих дней. Мне это нравится, нравится работать с твоей мамой, но я всё просто пытался разобраться, что значит снова быть живым. А теперь, похоже, есть нечто большее.       — Добро пожаловать в мой мир, — сухо сказала Баффи. — Все продолжают спрашивать меня, на какую специализацию я собираюсь, а я с трудом могу решить, какие предметы я хочу посещать.       — Я думал, ты уже записалась, — ответил Спайк, доставая ключи, когда они подошли к его квартире.       Баффи кивнула.       — Да. То есть, я забила всё расписание, но сейчас это просто общие вещи. Рано или поздно такие предметы закончатся, и тогда придётся что-то выбирать, — она улыбнулась. — Так кем ты хочешь стать, когда вырастешь, Уильям?       — Не знаю, luv, — пожал он плечами. — Чтобы делать что-то другое, придётся, наверное, вернуться к учёбе, а я не уверен, что этого хочу. С другой стороны, какая бы степень у меня ни была, сейчас она, скорее всего, устарела. Да и навыков у меня не так много.       Спайк последовал за ней в гостиную, проведя рукой по волосам.       — Не говори так, — сказала Баффи, игриво потянувшись к нему. — У тебя много… навыков.       Спайк был не в том настроении.       — Истребительница, ты же знаешь, что я не это имел в виду.       Он раздражённо отвернулся. Жизнь вампира была очень похожа на подростковый возраст. Более сотни лет ему не нужно было ни направления, ни цели. Теперь перед ним простиралась взрослая жизнь, годы принятия решений, что с ней делать. Он будет стареть, и ему нужно будет задуматься о таких вещах, как выход на пенсию и забота о семье — если он когда-нибудь убедит Баффи выйти за него.       Баффи сделала шаг назад, задумчиво глядя на Спайка.       — Спайк, дело ведь не в том, что я — Истребительница, а ты больше не вампир?       — Нет, luv, дело в том, что я мужчина, — искренне сказал Спайк. — Не имею ничего против, что ты сильнее, — здесь он заколебался, не желая вызывать плохие воспоминания у них обоих, но продолжил: — Дру всегда была сильнее меня, если не считать того времени после Праги. Мне нравится сила в женщинах.       — Тогда почему бы не дать себе немного времени, милый? — спросила она, снова подходя ближе. — Ты ещё и года не пробыл человеком. Ты много работаешь. Разве на данный момент этого не достаточно? — Баффи положила руку ему на грудь. — Если тебя это беспокоит — поговори с Джайлзом, посмотри, что он скажет. Но даже не думай считать себя бесполезным, когда ты сделал так много.       Спайк позволил себе успокоиться от её слов и её рук. Слегка наклонившись, чтобы поцеловать, он задрал её рубашку и провёл ладонями по обнажённой коже. Это побудило Баффи ответить тем же.       — Ты нужен мне, — прошептала она, когда они оторвались друг от друга, чтобы глотнуть воздуха. — Останься со мной.       — Всегда, — ответил он. — Помнишь? Я люблю тебя.       — Я думала, ты захочешь уйти от меня, — сказала она, отрывисто вдохнув, когда он прошёлся поцелуями вниз по её шее, прикусывая особенно нежное место. — Тебе может стать скучно...       — С тобой? Никогда, — ответил Спайк.       Его губы снова нашли себе занятие, и Баффи выдохнула:       — Люблю тебя.       Спеша попасть из гостиной в спальню, они оставляли след из одежды, и ловкие руки Спайка работали так же быстро, как и её, избавляясь от всех препятствий. Секс никогда не вызывал у них проблем. Вообще-то, всё физическое никогда не было для них проблемой. Дрались ли они, или занимались любовью — казалось, они чувствовали потребности и настроение друг друга ещё до того, как что-то было произнесено вслух.       Кожа скользила по коже, руки путались в волосах и простынях, пока они заново создавали свой союз. В этот момент Спайк чувствовал себя богом среди мужчин и поклонялся Баффи всем, чем обладал. Тревога о будущем исчезла, как и о прошлом. Не было ничего, кроме момента, ритма и танца.       После, в изнеможении прижимаясь к обнажённой груди Спайка, Баффи сказала:       — Я действительно люблю тебя, ты знаешь. Только тебя, таким, какой ты есть.       Спайк погладил её по волосам.       — И я люблю тебя. Тебя-Баффи, и тебя-Истребительницу.       И это было всё, что им было нужно.       

      * * *

             Поездка Спайка в Лос-Анджелес прошла без происшествий, как и его встреча с клиентом. Когда сделка была завершена к обоюдному удовлетворению, было уже поздно, и Спайк с благодарностью принял приглашение на ужин.       — Приятно было работать с тобой, Уильям, — сказал Брэд Кернер. — Мне очень нравится Джойс, но у тебя тоже есть свой взгляд на этот бизнес.       Спайк отвёл взгляд в сторону, чувствуя себя немного неловко из-за комплимента.       — Спасибо, приятель. Это, по сути, случайность. Джойс предложила мне работу, когда у меня были некоторые сложности, и всё получилось само собой.       — Что ж, я бы назвал это удачей, — ответил Брэд и откинулся в кресле. — Как давно ты знаешь Джойс?       Спайк снова пожал плечами, откусив ещё один кусочек от превосходного стейка, который Брэд заказал для них обоих.       — Уже несколько лет. Она мне как семья.       — Джойс, безусловно, создаёт впечатление. Настоящая леди, — сказал Брэд. — Знаешь, если как-нибудь решишь сменить профессию, заняться чем-то другим, позвони мне, — он достал из нагрудного кармана своего костюма визитную карточку. — Мне всегда пригодится человек твоих талантов, Уильям.       Спайк почувствовал себя озадаченным.       — Не уверен, какие таланты ты имеешь в виду, — ответил он, — но спасибо за предложение.       Брэд вздёрнул бровь.       — У тебя светлая голова, и это больше, чем я могу сказать о многих. В любом случае, я ценю всю ту работу, которую ты для меня сделал. Если снова окажешься в Лос-Анджелесе, обязательно загляни ко мне.       — Конечно, — ответил Спайк, пряча визитку в карман. Он нахмурился, поражённый внезапной идеей. Пока он в Лос-Анджелесе, ему не мешало бы заглянуть ещё к кое-кому.       

      * * *

             Баффи теребила шарфик на шее и подумала о Дракуле. Время от времени мысли об определённом бывшем вампире с платиновыми волосами навязчиво лезли ей в голову, но чары подчинения заставляли отгонять воспоминания, как назойливых мух. Никто пока не замечал её попыток скрыть след от укуса.       Какая-то маленькая часть сознания Баффи знала, что Спайк бы обязательно заметил. Спайк увидел бы шарфик и сразу бы понял, для чего он нужен.       Однако Спайк был в Лос-Анджелесе, и другая часть Баффи была благодарна ему за это.       Она вполуха слушала, как остальные члены банды обсуждали, как они собираются найти Дракулу, не обращая внимания ни на странное поведение Ксандера, ни на то, как причудливо он говорил о «Мастере» вампиров. Баффи ненадолго вернулась к разговору, когда Джайлз обратился непосредственно к ней:       — Баффи?       Вспомнив те обрывки разговора, которые ей удалось отметить, она кивнула.       — Ох, да. Я проверю шикарные места.       Джайлз бросил на неё обеспокоенный взгляд.       — Баффи? Ты в порядке? Я знаю, ты расстроилась из-за отъезда Спайка, но он должен вернуться сегодня вечером.       — Спайк? — откликнулась Баффи, как будто даже не помнила этого имени. — О, нет, Джайлз. Я знаю. Это не проблема.       — Ну, надеюсь, в ваших прощальных оргазмах было больше энтузиазма, — прямо заявила Аня. — Потому что это единственная хорошая вещь в прощании.       Слова Ани заставили всех повернуть к ней взгляд, а затем снова отвести, коллективно решив её проигнорировать.       — Ну, Дракула не похож на других вампиров, — объяснила Уиллоу. — У него есть все эти крутые способности, вроде возможности появляться во снах и менять свою форму. Что ещё важнее, он хочет чувствовать связь со своими жертвами, и у него есть все эти ментальные способности, чтобы притягивать жертв к себе.       Баффи нахмурилась, вспомнив свой сон. Ну, вероятно, это и не было сном, ведь у неё на шее остался укус, но и на реальность это похоже не было. К тому же она всё ещё была жива. Джайлз, похоже, уловил её мысли, по крайней мере, их часть.       — В любом случае, конечный результат такой же, независимо от различий в стилях, — заметил он. — Он обращает своих жертв.       Эти слова не произвели на Баффи того впечатления, которое должны были бы. Обращает? Разве это так плохо? Жить вечно, никогда не беспокоиться о взрослой жизни или старости... И снова она не уловила странную формулировку Ксандера о предложении бессмертия. Уж слишком восторженно он воспринял идею обмена кровью.       Тара наблюдала за Баффи со своего места рядом с Уиллоу. Что-то было не так во всём этом. Энтузиазм Уиллоу по поводу легендарного Дракулы можно было объяснить её сильным любопытством, но и Ксандер, и Баффи вели себя странно. Тара наблюдала, как пальцы Баффи снова пробежались по шарфику, и заметила, что это совпадало с упоминанием Джайлзом имени Дракулы.       — Баффи? — робко обратилась Тара к Истребительнице. Её голос привлёк внимание остальных, и в комнате воцарилась тишина. Она покраснела и, слегка заикаясь, продолжила: — Эм, что-то не так? С твоей шеей?       Баффи нахмурилась и быстро поднялась с дивана.       — Нет. Я в порядке. Просто сегодня было настроение для шарфика, вот и всё, — Истребительница пожала плечами, как бы отмахиваясь от вопросов Тары. — Я должна пойти и проверить те места.       Что-то в тоне Баффи привлекло внимание Джайлза, и он тоже встал.       — Баффи, почему ты надела шарф?       — Потому что он дополняет образ! — огрызнулась она, прозвучав более раздражённо, чем того требовала ситуация. Однако её пальцы нервно сжали ткань, и Джайлз, шагнув вперёд, быстро её отдёрнул.       Сдвоенные следы укуса стали видны сразу же, и взгляд Джайлз стал суровым.       — Баффи, почему ты пыталась это скрыть?       — Я не знаю...       И пока она объясняла про голос в её голове, она продолжала чувствовать тягу. Это ещё не конец, — казалось, шептал этот голос. И это может закончиться только одним способом.       

      * * *

             Спайк стоял у жилого дома в стиле ар-деко, ощущая некоторое беспокойство. Он позвонил Уиллоу накануне вечером, зная, что она поддерживает более тесную связь с бандой Лос-Анджелеса, чем Баффи или кто-либо из остальных. Спайку казалось, что именно снисходительный характер Уиллоу, а вовсе не дружеские чувства, заставляли её поддерживать связь с Корделией. Он не был уверен, что Баффи знает о том, что офис Ангела был уничтожен и что тот устроил временную штаб-квартиру у Корделии дома.       Да он и не собирался спрашивать Баффи. Рассказывать своей девушке о том, что собираешься встретиться с её бывшим, чтобы обсудить личные проблемы, казалось не самым мудрым решением. Не то чтобы он думал, что она будет возражать против его разговора с Ангелом, но всё же. Он не хотел, чтобы она знала. Это было личное. Более личное, чем он хотел бы с кем-то разделить.       Поэтому он и собирался к Ангелу.       Спайк раздражённо вздохнул и засунул нацарапанный адрес обратно в карман. Это было нелепо. Он должен зайти туда, поздороваться, и уйти. Он даже мог бы сказать, что остальные передавали привет. Не было ничего странного в том, что он разыскивал старых знакомых, находясь в городе.       Спайк постучал в дверь и восхищённо улыбнулся, когда открыла Корделия.       — Привет, Корделия.       — Спайк! — её глаза расширились. — Ты что, не усвоил урок с прошлого раза?       — Я усвоил, — ответил Спайк с лёгкой усмешкой, осознавая, что она не знает, что он человек. — Не хочешь пригласить меня в дом? И, кстати, чудесно выглядишь.       — Спасибо, и, чёрт возьми, нет, — окатила она его выразительным взглядом. — Я не собираюсь приглашать вампира в свой дом, чтобы он вырвал мне глотку. И вообще, когда Ангел увидит тебя, он...       — Вероятно, скажет «привет», — проворчал Ангел у неё за спиной. — Привет, Спайк.       — Ангел, — небрежно ответил Спайк. С максимально возможным изяществом он протиснулся мимо Корделии, демонстрируя, что может переступить порог без приглашения. — Могу я войти?       Она посторонилась, приподняв бровь на его беспроблемный вход и лёгкий загар, а затем перевела взгляд на Ангела.       — Ты знал, что Спайк человек! Не мог сказать мне?       — Не показалось важным, — сказал Ангел, понимая, что выводит её из себя, и явно этим наслаждаясь. — Всё в порядке?       Спайк кивнул, понимая, о чём он на самом деле спрашивает.       — У Баффи всё хорошо. Я был в городе по поручению Джойс. Решил заскочить.       Ангел кивнул, серьёзно на него глядя.       — Хочешь поговорить?       — Где-нибудь наедине?       Ангел посмотрел на Корделию, и она вздохнула.       — Квартира не огромная, Ангел. Воспользуйся моей спальней.       Вампир кивнул Спайку и направился обратно в её комнату, пока Спайк бросил быстрый взгляд вокруг. Квартира была намного приятнее и определённо просторнее, чем его, и он одобрительно кивнул.       — Хорошее у тебя местечко, pet.       — Фиксированная аренда, — коротко пояснила она. — Здесь есть призрак.       Спайк кивнул.       — Призраки могут быть полезны.       — Его зовут Дэннис, — ответила она, начиная оттаивать к Спайку-человеку. Конечно, Спайк-вампир тогда первым заметил, что она похудела. Он всегда был наблюдательным.       — Привет, Дэннис, — поздоровался Спайк и отправился вслед за Ангелом в спальню.       Ангел стоял в стороне от окна, чтобы солнечный свет на него не попадал.       — Ты же не пришёл ко мне только потому, что был поблизости.       — Нет, — согласился Спайк. — Я просто...       Он остановился, не зная, как выразить свои мысли словами.       — Душа беспокоит?       Спайк бы не ответил, если бы не нотка сострадания в голосе Ангела.       — Порой.       Он не собирался вдаваться в подробности, как часто чувство вины грозило захлестнуть его с головой. Хуже всего было по утрам, сразу после пробуждения. Как только он поднимался, отвлекаясь на обычные жизненные проблемы, становилось легче. А если рядом была Баффи, то всё становилось ещё лучше. Однако сейчас дело было не в этом.       — Дело не в душе конкретно, — медленно произнёс Спайк. — Когда мы встретились этой весной… ты ведь что-то знал о той демонической крови.       Ангел смотрел на Спайка с насторожённостью.       — Да. Знал.       — Личный опыт?       — Что-то вроде того, — Ангел тяжело вздохнул. — Ты ведь не расскажешь Баффи?       Когда Спайк кивнул, вампир медленно рассказал ему о том, что тогда произошло, вплоть до перемотки того дня. Ангел закончил и бросил на Спайка любопытный взгляд.       — Так ты поэтому здесь?       — Что-то вроде того, — пожал плечами Спайк. — Я думал, ты поймёшь, но, полагаю, у тебя тогда было мало времени, чтобы задумываться о будущем. Просто теперь оно у меня есть, понимаешь?       Ангел знал. Это была часть причины, по которой он решил вернуться, попросить Силы изменить ситуацию. Будучи человеком, он не мог иметь то будущее, которое хотел, и делать то, что хотел. Ангел думал, это потому, что он не сможет найти искупления, будучи таким хрупким. На самом деле это было потому, что поиск искупления в человеческом обличье пугал его. Он никогда бы не признался, но он не хотел отказываться от роли вампира, пока не поймёт, что заслужил свою человечность как награду, а не как случайность.       — Я знаю, — Ангел внезапно протянул руку и крепко сжал его плечо. — Ты был живым не так уж долго, Спайк. Дай себе время.       То, что он не мог произнести вслух, так это что Спайк, возможно, был более храбрым человеком.       — Баффи сказала то же самое, — ответил Спайк с кривой улыбкой.       — Иногда она права, — улыбнулся в ответ Ангел.       — Очень часто, — Спайк повернулся к двери. — Собственно, мне пора возвращаться в Саннидейл. Нужно убедиться, что дела идут гладко.       — Спайк? — Ангел подождал, пока Спайк снова повернётся к нему лицом. — Если тебе что-то понадобится, ты знаешь, где меня найти.       Спайк вздёрнул бровь и кивнул.       — Ага. Ты тоже.       Ангел проводил своего старого товарища до двери и посмотрел, как тот уходит.       — Это был Уильям Кровавый? — спросил Уэсли из-за его спины.       — Ага.       — И он человек? — уточнил Уэсли.       — Именно так.       — И он встречается с Баффи? — подключилась Корделия.       — Уже некоторое время.       Корди сочувственно покачала головой.       — Другими словами, Спайк получил всё, что ты когда-либо хотел.       Ангел на мгновение задумался, вспоминая хмурые морщины на лице Спайка, его затравленный взгляд. Он подумал о том, что значит снова стать человеком, пытаться жить в мире, который давно оставил позади.       — Нет, не всё, — ответил он, не став уточнять. — Не всё.