Часть 19. Вместе.

Гермиона лениво потянулась и удобно устроилась в гостеприимных объятиях Северуса. Они проводили научный эксперимент, и, по правде говоря, ей даже понравился его новый подход к предмету. Она потратила почти четыре часа, пытаясь убедить его, что ее внезапное влечение к нему не имеет ничего общего с тем, что ее заклеймили Меткой. Северус стоял на своем и был, как обычно, упрям. — Мы установили, что это как-то связано с нашей связью. Я не понимаю, почему это так важно для тебя, Гермиона... — медленно ответил Северус. — Потому что для такого умного человека, как ты, ты иногда говоришь такую ​​чушь, Северус! — Гермиона недовольно фыркнула, глядя на него. — Почему ты так боишься стать моим другом? Она продолжила. — Боюсь...? Конечно, нет...! — огрызнулся Северус, защищаясь. — Что тебя укусило, Грейнджер? Ты определенно проводишь слишком много времени в компании Финеаса и Дилис, их маразм начал влиять на твои рассуждения, как я вижу. — Северус! — рявкнула Гермиона. — Ты снова ведешь себя нелепо! — Неужели? Как же так?! — прорычал Северус. — Как ты можешь даже намекать, что не считаешь себя моим другом?! Ты прекрасно знаешь, что это не имеет никакого смысла. Что касается твоего предыдущего замечания, ты снова начинаешь защищаться и отталкивать людей. Я не собираюсь терпеть от тебя такого поведения, — прорычала она, сердито глядя на него. — Как бы мне ни хотелось послушать ваши разглагольствования, боюсь, что моя работа не будет меня ждать. Доброго дня, аврор Грейнджер, — холодно сказал он, проходя мимо нее, не дожидаясь ответа. Гермиона с досадой посмотрела ему вслед. Вечером она встретила его знаменитый нрав менее прямолинейным подходом. Она не зря дружила с тремя слизеринцами, в конце концов. Она дождалась окончания ужина, прежде чем подойти к нему. Она молча сидела напротив него. Его спина оставалась неподвижной на диване, а глаза с немигающим взглядом остановились на тарелке. Гермиона пристально посмотрела на него. Наконец, он поднял свои темные глаза и встретился с ее. — Да, Грейнджер? Гермиона прочистила горло и пошевелилась. — Недавно я была в Департаменте ... Помимо допроса Пожирателей Смерти, которых удалось поймать Гарри и Драко, я встречалась и с жертвами. Знаешь, это особая связь, которая начинает возникать с человеком, с которым вы познакомились при ужасных обстоятельствах... И мы, все мы, провели вместе эти полгода. Знаешь, в мыслях я называю их «ведьмами, которых я подвела». — Грейнджер, ты не... Гермиона подняла руку. — Пожалуйста, дай мне закончить. Она говорила спокойно. Северус закрыл рот и выжидающе посмотрел на нее. — Знаешь, я почти потеряла их, людей, которых я недостаточно защитила от жестокого мира, людей, которых я не смогла спасти. Был очень короткий период, когда я думала о них как о своей личной семье. Нас всех объединила какая-то темная хрень Судьбы: мы все магглорожденные ведьмы, достаточно глупые или достаточно смелые, чтобы пересечься с новым будущим режимом. Были иностранные ведьмы, выведенные из строя Пожирателями Смерти, а также моя собственная команда, и если бы не это место, земля без магии, как мы научились ее называть, мы бы наверняка вырвались из той хижины и убили их всех, одного за другим. Ты знаешь об их магических щитах не хуже меня. Мы потеряли половину команды, а другая половина едва не умерла от ран и пыток, прежде чем я поняла, что Темные искусства идеально ответили на мой призыв в этих обстоятельствах и начали стучать по самым темным частям внутри меня. Это было похоже на прорыв плотины, магия устремилась в каждую часть моего тела, создавая энергию, необходимую для сотворения самого мощного заклинания, которое я когда-либо творила до этого. И до того, как я начала сопротивляться, мы с ведьмами делились своей темной рутиной, и в те редкие моменты, когда мы не мучились, мы рассказывали истории, представляя, как мы выйдем из этой хижины и сожжем ее дотла. Некоторые из нас даже молились, другие просто молча слушали. Я, в свою очередь, рассказывала им истории о солнце, о том, что оно обязательно взойдет, и о тебе. Какой ты сильный, как тебе удалось буквально вернуться из мира мертвых. Я рассказывала им о Гарри и наших приключениях во время войны. Когда я не могла их исцелить, я пыталась хотя бы дать им надежду. И тут появился ты... — Не вини себя в том, что произошло. Это тоже не твоя вина, — тихо ответил Северус, прерывая ее. Она вздохнула. — Нет. Но я знаю, что могла бы сделать лучше, я должна был сделать лучше. Я была слепа в своей глупой решимости спасти всех, в той печально известной смелости Гриффиндора, за которую ты всегда меня высмеивал... Но в конце концов, знаешь что? Они сказали мне, что никогда бы не справились, если бы не моя вера и мои истории о надежде. Нас, носителей Метки, выжило всего несколько человек. В ней было так много Тьмы, что она высосала всю их магию, либо убивая их, либо превращая в сквибов. Я научила их, как принять эту Тьму и использовать ее, чтобы освободиться. И это простое доверие ко мне заставило меня понять, что я их не подвела, в конце концов. Он уставился на нее в изумлении, а легкая улыбка изогнулась на его губах. Ее слова снова и снова отдавались в его голове. — Спасибо, Грейнджер. За всё. Она кивнула с застенчивой улыбкой. — Не надо меня благодарить, Северус. Мы сделали это вместе, верно? Я хочу, чтобы ты всегда помнил, что ты тоже меня не подвел. И это был мой и только мой выбор изначально. Она мягко напомнила ему. Он криво улыбнулся и слегка сжал ее руку в знак благодарности. Они снова замолчали, но Гермиона уже не чувствовала себя такой одинокой, как раньше. Итак, Гермиона предположила, закрыв глаза, что пока ее план оказался плодотворным. Ей удалось убедить Северуса, что их не связывала узами Темная метка, и чтобы еще больше доказать свою правоту, она предложила ему провести несколько дней только в обществе друг друга. Они читали, пили чай, заваривали, наслаждались пламенем в камине, они разговаривали часами. Она помогла Северусу раскрыть недавнее дело, Северус в свою очередь заботился о ней, когда у нее случился внезапный приступ судорог. Он нежно массировал ее горящие мышцы и разгибал сведенные судорогой пальцы ног, он напоил ее Успокаивающим зельем и подвел к дивану, чтобы обнять ее и почитать ей книгу, которую он читал в тот момент. Вот так он обнаружил себя лежащим на диване рядом с ней. Она то засыпала, то просыпалась, а ее голова мирно покоилась на его груди. Ее волосы упали на его руку, слегка щекоча рукав, но он не обращал на это внимания. Вместо этого он нежно провел пальцами по ее волосам. Он не помнил, чтобы они когда-либо были так близко друг к другу. — Забавно, — сонно пробормотала Гермиона. — Что такое, Грейнджер? — тихо спросил он, откидывая назад ее выбившиеся кудри и нежно поглаживая ее щеку. — Тот факт, что нам пришлось пережить ад, чтобы примириться со своими демонами. — О, Грейнджер, они сделали из тебя оружие и велели тебе найти покой, — тихо пробормотал Северус. — Да, — прошептала Гермиона. — И, конечно, ты не жалеешь о своем выборе... — закончил за нее фразу Северус, зная, что она ему не ответит. — А ты, Северус? — вместо этого спросила его Гермиона, прожигая его своим пристальным взглядом. — Возможно, я бы тоже так поступил, Гермиона, но я не могу. Все так, как есть, и мы действовали в соответствии с обстоятельствами. Нет смысла больше жить прошлым... Я хочу помочь тебе, если ты все еще хочешь, чтобы я был с тобой. — Всегда, Северус, — ответила она, протягивая руку, чтобы коснуться его. Он поймал ее в своей ладони и нежно поцеловал кончики ее пальцев. — Вместе? — Вместе.