Часть 8

      Ведьмак, что не был ей братом по крови, но был братом по духу, тот, кто учил ее всему тому, что знал сам. Тот, кто выделялся в клане наравне с предводителем, ведь в отличие от безликих белых фигур один он имел яркое золото не только в глазах, но и в шерсти. Огнедар, в плечо которого уткнулась лбом девушка, показывая свою слабость, который сопереживал ей как себе, который играл с ее волосами, который был ей ближе всех в этом мире.       Мужчина заправил за ухо выбившуюся прядь, рассматривая звездочку из черных капилляров на шее девушки, он не мог отказать в ее просьбе, а потому, заправив нож за голенище сапога отправился следом за Недой в дождливую Англию.       Следующим днем Северус был в бешенстве. Трое враждующих ведьмаков представляли немыслимую опасность, но вместо того, чтобы их отослать, Дамблдор позволил прибыть еще одному, и теперь на территории школы имелись два отряда, которые были готовы вцепится друг другу в глотку при первой же возможности. — Северус, поверь, я бы с радостью отослал кого-то из них, но между Рогнедой и Нестором существует определенная связь, и разделить их — значит убить. Таких, как они и без того осталось совсем мало, я не желаю пачкать руки и добивать оставшихся, лишь потому, что тебе они не по душе. — Мне не по душе? Вы ставите на одну чашу весов четырех убийц, а на другую сотню студентов, что могут умереть в одночасье, если одна из этих тварей взбесится. Я сам едва не расстался с жизнью по вине их разборок. — Рогнеда не позволила этого. — Девчонка не сможет защитить всех. Она умерла, Альбус, я видел это своими глазами, умерла, а после встала будто ничего и не было. О какой безопасности может идти речь, если они бессмертны! —Давно ли тебя стала беспокоить судьба студентов? Не отрицаю, декан ты отличный, и я понял бы, требуй ты их переселения. Но это не страх за себя или других, это нечто другое. Прислушайся к себе, Северус, возможно в твоем сердце что-то изменилось, и именно оно так пугает тебя, от него ты пытаешься сбежать? —Ваши предположения ошибочны, Альбус.       Директор открыл ящик стола и достал из него крохотный флакон, который протянул зельевару. — Скажи мне, какой запах исходит от Амортенции, и если это тот же, что был всю твою жизнь, я тут же вышлю всех ведьмаков прочь.       Северус взял флакон в руки, подрагивающими пальцами открыл и поднес к носу, вдыхая аромат, а после разбил зелье о стену и вышел прочь. В его носу свербило от запаха шерсти и железа.       Он не мог сдержать собственной ярости, круша все подряд в собственной комнате. Стекло билось, мебель ломалась в щепки, ярость, что обуяла Северуса была невиданной для него, и в чувство мужчину привел лишь громкий стук в дверь.       Взъерошенный зельевар рывком распахнул ее и невидящим взглядом уставился на лисицу, что стояла на пороге.  — Мне показалось, вам требуется помощь. — Игриво проскрипела она, чем вызвала лишь кривую ухмылку на губах мужчины. — Ваша помощь никому не требуется, мисс. Убирайтесь прочь. — Я вынуждена настаивать, мистер Снейп. Чемпионов вот-вот выберут, а вы явно не в духе. —Вы решили помочь мне снять стресс? Тогда повторю еще раз. Убирайтесь прочь. Или вам повторить на русском? Или на латыни? Или мне обратиться в чертову лису и пропищать на зверином?       Он развернулся к ней ровно в тот момент, как ледяная рука без перчатки вцепилась в его горло, когтями царапая кожу, а после вжала в стену, заставляя мужчину наконец успокоиться.       Мертвенный холод исходивший от рук девушки словно замораживал его нутро. Мысли упорядочились, сознание прояснилось, ярость сошла на нет и он наконец смог трезвым взглядом оценить ситуацию.       В первую очередь было необходимо сорвать ее руку с шеи, что Северус и попытался сделать, ухватившись за предплечье девушки, но та не сдвинулась, более того, на ощупь он будто вцепился в камень, холодный и неподатливый. — Я уберу руку когда посчитаю нужным, и все это время вы будете слушать меня. — Голос был низким, рычащим, пробирающим до костей. — Данное поведение не соответствует ни вашему возрасту, ни должности, ни репутации, ведь даже ваши трусливые ученики боятся нас меньше. Мне совершенно плевать на все предвзятости, что у вас имеются в отношении ведьмаков, анимагов, оборотней или женщин. В первую очередь, вам необходимо уяснить, что пока мы находимся в стенах данной школы она в наибольшей безопасности, чем когда либо. Ни одному из нас не взбредет в голову убивать кого-либо из вас. Того, что вы видели более не повторится, потому отныне можете не переживать за собственную шкуру. Вы меня услышали? — Рука сильнее сжала горло, а глаза, до этого едва светившиеся, вспыхнули огнем так ярко, как никогда прежде. — Вполне, мисс Зимина. — Сдавленно прохрипел мужчина. — Неда, я не требую официального обращения. Впредь мы не будем видеться с вами без срочной необходимости, все, что вам потребуется, передавайте через Александру, после я уже решу, требует этого моего вмешательства или нет. А теперь думаю нам с вами пора в главный зал, услышать результаты.       Мертвая хватка отпустила шею, горло его сдавил кашель, а белоснежная фигура выскользнула из комнаты.       Девушка держалась рядом с Огнедаром, что своим видом вызывал томные вздохи студенток. Высокий, широкоплечий, галантный молодой человек, единственный из всех лисиц умеющий улыбаться маской, а не одаривать всех звериным оскалом, даже студенты Дурмстранга, что раньше были главными звездами, с завистью поглядывали на нового ведьмака, ведь уступали ему по всем фронтам.       Парень, казалось, светился изнутри. Рядом с ним было настолько тепло и комфортно, что все, кто оказывался рядом таяли. Склонившись к своей спутнице он не сводил глаз с Нестора и Никона, что были на противоположном конце зала. В клане произошел серьезный раскол, даже в их крепости назревал конфликт, часть ведьмаков поддерживали нынешнего главу, считая, что таких, как Неда, необходимо было либо убивать, либо изгонять, но большинство, устав от тирании и бесконечного контроля считали, что Никон заигрался в главаря, и пора бы уже менять вожака. Проблема заключалась лишь в том, что для этого мужчина должен был умереть либо на задании, тогда власть перейдет ближайшему родственнику, в данном случае Нестору, либо же кто-то должен был бросить ему вызов, да только таких смельчаков не нашлось, ведь это был гарантированный шаг навстречу смерти, Никон был старым и сильным ведьмаком, прекрасно орудующим как магией, так и мечом.       Альбус Дамблдор вышел в центр зала, сотни глаз обратились к старику, вот-вот огласят чемпионов, что будут сражаться за Кубок, звание, славу, а также приятный денежный приз.       Первым из кубка вылетело имя Виктора Крама, директор его школы, Игорь Каркаров радовался, казалось, больше остальных. Следом была Флер ДеЛакур, прекрасная девушка вызвала лишь презрительное фырканье у Огнедара. — Если это лучшее, что у них есть, то зачем вообще было приезжать сюда? Уверен, она потянет только первое испытание. — Огонек! Шармбатон никогда не славился сильными волшебниками, но это ведь не значит, что стоит списывать их со счетов. Цели у всех разные. — Ну, если они приехали искать себе мужей, то с радостью предложу свою кандидатуру. — Я уверена, что они предпочитают мужчин без хвостов. — Они просто не знают, от чего отказываются. — Чемпион Хогвартса… Седрик Диггори!       Часть зала, которую занимал Пуффендуй взревела, руки тянулись к симпатичному мальчишке, ободряюще похлопывая его по спине и плечам. — И последний наш чемпион. Кто же из двух отважных ведьмаков больше понравился нашему Кубку.       Клочок бумажки вырвался из пламени, Дамблдор поймал его и поднес к лицу, в зале повисла гробовая тишина.       Директор повернулся к Никону и Нестору. — Никон, мой дорогой друг, прими поздравления. Ты привез к нам весьма достойного участника. Рогнеда Зимина, четвертый чемпион!       Морда лиса оскалилась, Огнедар вцепился в плечо Неды, девушка не сводила глаз с главаря, готовая в любой момент достать из-за спины меч или обратиться, но к всеобщему счастью лисы сдержали обещание и не устроили еще одну потасовку.       По помещению прокатилось волнение, с Кубком было что-то не так, ослепительная вспышка и еще один клочок пергамента сам лег в руку Дамблдору. — Гарри Поттер… Гарри Поттер!       Дальше все происходило как в тумане. Возмущения, крики, самые громкие из них исходили несомненно от Каркарова, что обвинял всех вокруг.       Неда ощутила на своем запястье чьи-то теплые пальцы, что тянули ее в сторону, и, без сопротивления, последовала за ними.       Вот только то был не Огнедар, парень вместе с остальными остался наблюдать за происходящим, уверенный, что девушке ничего не угрожает.       Мужчина с черными как ночь глазами стоял напротив Неды и сверлил ее взглядом, подбирая слова. — Кажется, кто-то хочет извиниться за свое поведение. — Она сложила руки на груди и ожидала ответа. — Вполне возможно, если кто-то перестанет вести себя как выскочка. — Если я скажу, что это последствия мутации, вы поверите? — Нет. — В ответ она лишь вздохнула, а пальцы легли на локоть мужчины. Громкий хлопок, и оба стоят на поляне в лесу. — Сейчас там будет суматоха, а у нас с вами, как мне кажется, предстоит разговор не для посторонних. Мистер Снейп, не стоит утруждаться, я слышу каждую мысль, что роится в вашей голове, ни один, даже самый сильный окклюмент не сумеет противостоять ведьмачьему умению находить бреши. Это же является ответом, как мы способны трансгрессировать на территории школы. Альбус Дамблдор, безусловно, великий волшебник, возможно, поистине сильнейший… Среди людей. Но вы, человеческие существа, вечно забываете, что мы — иные. Мы видим и чувствуем мир иначе, ведьмак — не человек, пусть внешне и похож. — Вы умерли, у меня на руках, но сейчас стоите напротив живая и невредимая. — У каждого из нас есть дар. Огнедар источает тепло и имеет два сердца, от чего притягивает людей, походит на них, Никон способен подавлять волю и контролировать, Нестора посещают видения из будущего, позволяя предугадывать действия соперника, я же способна связать свою душу с другой душой. Мы с братом переплетены, нас невозможно убить. Меч в сердце лишь затянет сознание мраком, а после мы вернемся к жизни. Мы умирали сотни раз, но разлучи нас более чем на сутки и смерть заберет обоих навсегда. — И вы не сможете от него избавиться? Разорвать связь без вреда? — Мы связаны, пока Никон внушает это мне. Играет мной, словно марионеткой. Брат не пережил бы последний этап мутации, меня вынудили, прогнули, выбора не было. Если я разорву связь, он тут же умрет. Эти двое единственная моя родная кровь, последние члены семьи. Родители покинули этот мир много лет назад… — Александра… Рассказывала об этом. — Она рассказала не все. Да, отец был не в себе, пролил кровь, но он никогда не убил бы мать, если бы его не направили. —Никон? — Именно. Поймал момент когда сознание отца ослабло и взял под контроль. А после, все также держа под контролем заставил убить меня, но отец нашел в себе силы, воспротивился и убил себя. Его жертва не позволила Никону нанести мне вред, древняя магия на крови защищала меня до самой смерти, а потом мутация забрала мою жизнь, и вот, я в плену из которого не вырваться. — Ваша жизнь, оказывается, не так безоблачна, как кажется. — Моя жизнь это узел. Мы трое связаны так плотно, что выпутаться невозможно, не убив кого-то.       Горькая тишина повисла на этой поляне, где были лишь двое. Человек, имеющий жизнь, возможность ею пользоваться, любить, радоваться, ведьмак, чья жизнь заключалась в однообразной работе, чье мнение не учитывалось никем, ведь его попросту не было. — Как бы горько не было это осознавать, уверен, вы одержите победу. Ни у одного из чемпионов нет шанса вас одолеть. — Решил разрядить обстановку Северус, на что девушка лишь покачала головой. — А так ли мне это необходимо? Я воспротивилась, ценой неслыханной боли переступила черту, бросила имя в кубок, а что дальше. Сражаться с детьми за горстку золота? Никон хотел представить нас как силу, напугать волшебников, потребовать уважения, вот только я не преследовала этих целей никогда, лишь хотела сделать что-то наперекор. — Неужели вам не хочется купаться в лучах славы? — Ведьмаки безлики. Мы скрываемся за масками и никто, кроме членов клана не знает, как мы выглядим. Какой смысл выделяться, если нет индивидуальности. — Так откройте лицо. Снимите маску и станете первой во всем. — И потеряю все. Из клана выгнать не смогут — Нестор пострадает, его следом не пустят, а я буду жить в клетке, как зверь. Среди вас, людей, бытует мнение, что вид ведьмака способен свести с ума, убить. Но мы лишь стираем память, оставаясь в воспоминаниях белым пятном, безликим призраком. Не все могут быть аккуратны, потому сумасшествие может быть побочным эффектом. А мой вам совет — не рискуйте. — Мне нечего терять. — Мистер Снейп, я чувствую любовь в вашем сердце. Крошечную, почти незаметную, от чего не в праве лишать вас этого, ради глупого эксперимента. Живите. Любите. Будьте любимым. Не дразните лихо, пока оно тихо. — Северус, я не ваш преподаватель. — Вы меня услышали, Северус? Берегите то, что у вас есть, ведь ваше сердце способно любить. Мое уже не способно. — Уверен, это не так. Смею предположить, что ваше сердце однажды разбили. — Сердце не может разбиться, если оно не бьется… Разбилась душа. Душевные раны не залечит ни один эликсир, а от того они болят всегда, даже когда превращаются в шрамы.       Тишина повисла между ними. Каждый думал о своем, том самом, болезненном. Рука мужчины неволей потянулась к сердцу, словно желая проверить шрам, что оставила его потеря. Неда же замерла как статуя, чуть опустив голову и вслушиваясь в шелест листвы. — Нам пора. — Прервал тишину Северус, и девушка распахнула глаза. — Верно. Теперь столько мороки. Зачем я только в это впуталась. — Полагаю, вы пытаетесь доказать себе и окружающим, что чего-то стоите. — Вы зельевар или философ? — Я лишь человек с богатым жизненным опытом. Когда нибудь и у вас такой появится, когда поживете с мое.       Неда лишь хмыкнула, предпочитая оставить слова мужчины без ответа. Он все еще судит по обложке, каков глупец.