Глава 3. Первый рабочий день.

      Прилетев в Тель-Авив, меня встретили военные и сопроводили в автобус. Честно говоря, подобная практика у нашей группы впервые. Израиль – странна религиозная, из-за чего здесь зачастую проходят различные военные конфликты, поэтому ради безопасности практикантов выделяют более спокойные и благоустроенные районы. Для будущих судмедэкспертов практики в Израиле никогда не предусматривалось. У них отсутствует подобное учреждение. В этой стране вскрытия проводят квалифицированные врачи. Но всё же, у них есть исключение. Например, институт судмедэкспертизы Абу Кабира, находящийся в местной тюрьме для террористов и прочих неугодных лиц. Из-за высоких процентов агрессии среди населяющих Абу Кабир, сюда долгое время не хотели пускать практикантов, тем более из других стран. Но всё же в этом году, нам всем на удивление повезло. С нескольких стран собрали лучших из лучших и запихнули в жаркий автобус, направляющийся в институт. Пару часов от аэропорта до пункта назначения. За время поездки меня знатно укачало, а жаркий климат буквально ударил в голову. Нас было 13, считая сопровождающего. Мы были из самых разных стран: Россия, Канада, Франция, Бразилия, Индонезия, США, Япония, Великобритания, Германия, Камбоджа, Китай и Швеция. Довольно интересный набор, а учитывая, что я оказалась здесь единственной девушкой, то в тысячу раз интереснее. Все мы, кроме англоязычных стран, говорили на ломанном английском, так ещё и смешивали два диалекта: американский и великобританский. Я периодически посматривала на англосаксов: они то посмеивались, то возмущались, то менялись в лице. Слушать нашу речь им было трудно, это я точно поняла. За время поездки я особо ни с кем не контактировала.       У меня не было желания ломать свой язык, пытаясь подружиться с парнями, у меня на это три месяца. Сейчас меня волновал немного другой парень. Не удивительно, что я всё ещё думаю об Артёме. Я давно уже поняла одно: забыть его не удастся. Я поставила себя очень чёткую цель: жить только им одним, но держаться на расстоянии. Любовь прикоснулась ко мне единожды и я не хочу предавать это чувство. Мысль о том, что когда-нибудь я его забуду, приносила жгучую, едкую боль. Возникало ощущение, будто какой-то маленький чёртик, прямо сейчас сидит внутри меня и вставляет отравленные иглы в мое полудохлое сердце. Долбанный героизм пылал во мне ещё с детства и сейчас играл со мной злую шутку. Я помню, как сейчас: апрельская ночь, больница, медсёстры бьют отбой, а я сижу на стульчике рядом с его койкой, дрожащими руками придерживая стаканчик с кофе. Это была 5-я ночь. Бессонная… но всё же меня начало вырубать. Я до последнего надеялась, что умру, ведь вид Артёма пугал. Правильней сказать заставлял сердце разрываться на мелкие кусочки. Я не дышала, не жила. Просто существовала, хотя и это было под большим вопросом. Слёзы лились потоком, врачи не могли оторвать меня от его койки. Я сидела рядом, с этим долбанным гипсом, обещая убить каждого, кто пытается меня увести. Я изводила себя. Не ела, не пила ничего, кроме кофе, которое мне периодически приносили Полина и Олег. Люди сменялись, а я всё сидела, неподвижно глядя на него. Это была тоже своего рода кома, просто психологическая, моральная… Называйте как хотите. Я смотрела лишь на его лицо. И вот на 5-ю ночь, я уснула. Проснулась я уже лёжа на кушетке. Как оказалось позже, меня саму вырубило дня на три, как бы иронично это не звучало. Из-за моего голодания, меня кормили внутривенно, зато, когда я очнулась, меня на соседней койке ждал живой и невредимый Артём. И в тот день мир вернул краски, правда вся та тревожность, все те недобрые и злые думы, пришедшие мне по истечению пяти бессонных ночей, остались со мной. Я выписалась раньше парня и стала улаживать множество проблем, а также посетила похороны Женьки. Честно говоря, его смерть тоже натолкнула меня на мысль о том, что я должна покинуть Артёма, во чтоб это не стало.       Автобус остановился. Водитель бросил нам, что-то типа: «ждите». После чего тут же вышел из машины. Послышался скрип ворот и водитель вернулся в автобус. Он нажал на газ, и мы заехали на территорию тюрьмы Абу Кабир. Ворота за нами закрылись, бежать было поздно, теперь только вперёд. Я решила, что это знак, так что с прошлой жизнью покончено. Почти. Нас завезли в сторону общежития, если это так можно было назвать. Мы собрались в общем домике, нам объяснили ряд правил, которые мы были обязаны соблюдать, после чего отправили по домам. Там мы расселились и наконец-то могли отдохнуть до завтрашнего дня. Услышав об отдыхе я не особо обрадовалась, потому что впереди был целых пол дня. Нас должны будут отвезти на ужин, но до завтрашнего утра ничего не начнётся. Дерьмо. Я искала себе дело. Любое дело, лишь бы не думать об Артёме. Это не особо помогало, но зато найденные в чемодане наушники увеличила шансы на победу. Я открыла телефон, нашла плейлист, созданный специально для подобных ситуаций, перемешала музыку и врубила сборник песен на повтор. В ушах заиграла Алена Швец «Солнце вышло покурить на балкон». Рубанула ностальгия и я принялась за разбор вещей, тихо напевая знакомую ещё со школы музыку. Артём всё ещё вертится в голове, но музыка всё же спасает, пусть на 85%, но хотя бы хоть как-то работает. Певучая Швец чередуется с Нервами, Цоем и парочкой других исполнителей. Там даже неожиданно находиться «Happy pills» Weathers. Каким-то чудом, все вещи заканчиваются, а в наушниках играет TV Girl «Blue Hair». В этот момент я оказываюсь перед зеркалом, глядя на свои длинные, чуть растрёпанные, после долгой поездки, волосы. Взгляд падает на ножницы…       Артём очень любил мои волосы, об этом и напомнила мне эта причудливая песенка. Я помню, как он часто наматывал их либо на кулак, грубо оттягивая меня за волосы, либо на кончик пальца, чтобы привлечь моё внимание. Он часто обнимал меня со спины, утыкаясь в макушку, тёрлся носом о русые пряди… Стало больно. Через некоторое время, последние прядки падают на пол, а в наушниках играет: «… and I tried to hold her but it didn't really last long and she's getting older i guess she's gotta cut her blue hair off...». Я смотрю на себя в зеркало. От прежней причёски не осталось не следа. Я рубанула свои волосы под пикси. Я собрала волосы на бумагу, взяла спички и сожгла их к чёртовой бабушке в собственной ванной. Из глаз текли слёзы. Ну здравствуй, новая я. Ну здраствуй, новая жизнь.       На следующий день, парни, с которыми я приехала, были удивлены моим преображением. Всё же на ужин я не явилась, так что сегодня был первый день, когда они меня увидели. Кто-то сказал, что мне идёт, кто-то похвалил за смелый стиль, но мне было плевать. Самый смелый из мальчиков даже коснулся моих волос и предложил перекраситься в красный, потому что я «Fiery girl» и мне очень бы подошло. А говорят , что все судмедэксперты сухие и холодные, а ещё не умеют шутить. Бред и провокация, а этот парень явный тому пример.       Нас сначала отвели на завтрак. У нас было 3-х разовое питание, а также оплачиваемое государством общежитие. Довольно выгодные условия. После завтрака нас мариновали в какой-то из аудиторий, потому что мы ждали преподавателя. За это время мы немного познакомились. Итак, начнём с парня, сделавшего мне горячий и очень смелый комплимент. Его звали Райли Браун. Он был родом из США, штат Орегона. Имел яркие , явно крашенные, белые волосы. Судя по корням, изначально он был русым. Помимо белых волос, парень имел и другую особенность: фиолетовые глаза. Выглядело это довольно впечатляюще, особенно на фоне худого, но не тощего тела, скрытого простой чёрной футболкой с красным черепом и узкими синими джинсами. Образ дополняли чёрные кроссовки и красная кепка. Помимо этого, парень имел прокол в носу, а также над бровью, а из-под горловины футболки выглядывала татуировка, которую нельзя было рассмотреть, не стягивая с парня одежду. Райли оказался из тех самых «уличных парней». У него было тёмное прошлое байкера, как он нам сказал по секрету, он всё ещё не прочь погонять на мотоцикле. А узнав, что я тоже люблю скорость, предложил как-нибудь устроить заезд, но я отказалась. Всё же я меняла свою жизнь, а значит о скорости не могло быть и речи. У американца была особая мания, он вечно грыз ногти, но только на правой руке. Это выглядело странно, но я его понимала, правда в отличии от него, я грызу ещё и левую. ОТ этой привычки я уже давно пытаюсь избавиться, поэтому кусаю губы. Райли рассказал нам пару смешных историй, а потом передал очередь своему соседу справа, тот оказался канадцем. Отто Джонсон был загорелым парнем с грубыми рабочими руками и спортивным телом. Он был парнем из деревни, но несмотря на это, сильно отличался от деревенских и мог спокойно сойти за городских. Как оказалось, канадец также в свободное время занимался фортепиано, чему я была очень удивлена, ведь с его руками это было невероятно. Они были большими, а не тонкими, как у любитель играть на подобном инструменте. Отто был не особо разговорчив, имел светлые волосы и карие глаза, ничего примечательного. Лицо его почти не выражало эмоций, но эта холодность привлекала. Следом пришла очередь парня из Бразилии. Он очень плохо владел английским, но несмотря на это, мне удалось многое понять. Мигель Медейрос был типичным ботаником. Он даже очки носил квадратные, из-за чего выглядел очень комично. Его тёмные дреды и загорелая кожа выделялись на фоне нас, но это не мешало ему чувствовать себя в своей тарелке. Парень был кареглазым. Несмотря на стериотипный вид умника, он был очень приятной компанией, а ещё умел играть на флейте и общаться со змеями. Интересный парень. Дальше шёл англичанин Питэр Артур Рон Готтэр. Этот парень отличался высокомерностью, честно говоря он отталкивал всех нас, хотя и сам особо не рвался общаться. Он был блондином с зелёными глазами, с идеальным телосложением и шикарной осанкой. Парень ничего о себе не рассказал. Только своё имя, второе имя, третье, ну и конечно же фамилию, после чего передал очередь парню из Индонезии. Индеро не имел фамилии, но зато мог похвастаться красивым телом и специфичной внешностью. Он имел длинные чёрные волосы и тёмные глаза, что придавало ему некого шарма. Парень рассказал о том, что в свободное время занимается йогой и плетением, а в основном посветил себя профессии. Довольно приятный парень: спокойный и рассудительный. Далее шёл парниша из Камбоджи… но его резко затрясло и он решил преждставиться позже. Как оказалось, у парня эпилепсия. Его очередь взял на себя китаец. Он разговаривал ещё хуже, чем парень из Бразилии. Доу Чанг имел акцент, а ещё русые волосы, голубые глаза, очень тощее тело и низкий рост. У него на лице вечно красовалась улыбка, да и сам он был ходячим источником позитива. В свободное время парень занимался фихтованием, эта была его вторая страсть помимо своей профессии. Очередь дошла и до француза. Марсель Маккото говорил так, будто пел. Его было настолько приятно слушать, что я чуть не уснула. Но всё же уловила пару вещей. Марсель любил готовить и был настоящим гурманом, а также отличался любовью к жабам. Вот без шуток, он любил их, у него они были на футболке, в ушах в виде серёжек, даже в виде татуировки на спине. Он нам её продемонстрировал даже… Я ели удержалась от шуток. Также он носил очки, имел рыжие кудрывые волосы, до лопаток, которые завязывал в хвост и зелёные глаза. После француза дошла очередь до Шведа… но он оказался хуже, чем англичанин и просто ушёл, не скрывая своего брезгливого отношения к нам. Но сначала, всё же подошёл ко мне и протянул визитку с именем. Алекс Миллер. Меня перекосило, но я решила проигнорировать подобный поступок. Очередь дошла до японца. Он был до жути застенчив. Звали его Хай Чиби. Довольно интересное сочетание. Парень имел коротко стриженные кислотно-жёлтые волосы и серые, почти бледные глаза. Он был очень худым, но не анорексиком. Хай оказался полностью заинтересованным судмедэкспертизей… поэтому очередь быстро дошла до немца. Его звали Роланд Бисмарк. Имел усики и короткую стрижку, отчего я невольно вспомнила Гитлера. Парень имел хорошую мускулатуру, тёмные волосы и бледно-голубые глаза. В свободное время он увлекался конным спортом, стрельбой из винтовки, а также любил спорт. Очередь быстро дошла до меня. Я особо ничего не рассказывала… но ту же получила внимание всех, даже англичанина. Они резко начали нахваливать моё имя, серо-голубые глаза и прочее… Будто бы женщин никогда не видели.       Но меня спасли, потому что в дверь зашёл кто-то из организаторов и пригласил нас в отделение морга. Мы зашли на занятия, где нас встретил один из преподавателей. Долго никто не церемонился: сразу перешли к практике. Нам доставили свежие трупы из Абу Кабира: сегодня ночью там была резня. Возможно, обычных людей это бы насторожило или напугало, но каждый будущий судмедэксперт должен уметь сохранять эмоции, а здесь в конце концов были лучшие из лучших. Трупов было 24 штуки, но вместо того, чтобы взять себе по два тела на практиканта, каждое вскрытие мы проводили группой. На этом настоял наш руководитель. Варварски убитые мужчины, один из которых являлся охранником тюрьмы. Наверное его семье теперь придётся очень тяжело. А про похороны вообще молчу, ведь охранник был без глаза, у него были переломы конечности, отрезан язык и конечно же перерезано горло, что и стало причиной смерти. На его волосатой груди и густой бороде красовались сгустки запекшейся крови, также там были и чужеродные объекты. Как мы выяснили позже, это были обрывки ткани и частично содержимое кишечника, принадлежавшие трупу террориста под номером 1007. Несмотря на очевидные причины смерти, мы проводили анализ за анализом, записывая данные и составляя отчёты о вскрытии. В общем день прошёл удачно. В перерывах между вскрытиями мы ненадолго сходили в столовую, чтобы не умереть там с голоду. В общем день был довольно интересным. Правда стоило оторваться от вскрытия, как мир тут же терял со мной связь. Без Артёма было плохо… очень плохо. ***       Артём вёз меня на мой первый рабочий день. Перед этим я попросила парня отвезти меня домой. Он даже спорить не стал. «Всё для тебя», – сказал он и уже вскоре мы были возле моего дома. Я и не знаю, как жила все эти полтора года без него… С ума сойти. Я завалилась в свою комнату и открыла шкаф со старыми вещами. Да. Их было много и все они были яркие, красочные… Дышали жизнью и пылали огнём. Я сделала глубокий вдох. Думала, что никогда не притронусь к ним, но время пришло. Я взяла пару шмоток полотенце, ещё какую-то косметику и побежала в душ. Быстренько смыв с себя вчерашние похождения, вытерлась, спрятала волосы в полоттенце и принялась замазывать слишком кричащие пятна от засосов на своём теле. Покончив с этим, я переоделась в кричащее узкое красное платье на тоненьких бретельках и с не слишком глубоким вырезом, сверху накинула белый жакет. Затем я накрасилась, также ярко, как любила раньше, высушила и даже завила волосы, чего давно не делала. Артём всё это время ждал меня в гостиной, пока я периодически летала туда сюда пулей. Отрыла парочку украшений, шею тут же украсила тоненькая золотая цепочка с маленьким красненьким рубином, а шею украсил тоненький красный чокер в виде ленты. Точно не знаю, что на меня нашло, но мне почему-то захотелось принарядиться. Артём явно хорошо на меня влиял, ведь я снова чувствовала эту свободу…       Когда я выбежала из ванны, то врезалась в Артёма. Я могла упасть, но он быстро поймал меня, прижимая к себе. Он усмехнулся, глядя мне в глаза и заправил за ухо прядку волос, а я покраснела. Да, именно. Просто смотрела в его зелёные глаза и краснела как рак с каждой секундой. Ему кажется казалось это забавным, а у меня всё плыло перед глазами. Отпускать его не хотелось. В голову пришла мысль о поцелуе, но не успел мой взгляд перейти на его губы, как парень склонился и поцеловал меня, не давая сделать вздоха. И вот я уже прижата к стене, а безобидный поцелуй резко выбивает из равновесия, заставляя внизу всё гореть. Чёртов соблазнитель. Он отрывается от моих губ, ставя руки по обе стороны от моей головы. Я пытаюсь дышать, но выходит с трудом, а ему кажется эта ситуация даже нравиться. Хотя неудивительно. Парень склоняется и я чувствую, как горячее дыхание обжигает шею. Язычок проходиться по мочке ушка, дальше идут зубки. – Котёнок… – шепчет соблазнительным басом парень, – … может… – Я опоздаю… – хриплю я шопотом, не желая ему уступать. – А мы быстро… – не сдаётся парень. – Если только быстро… – сглатываю я и тут же прикрываю глаза, закусывая губу, потому что его губы припадают к моей шее.       Платье поднимается на уровень талии, а трусики пропадают, теряясь где-то в комнате. Плевать. Я сажусь на тумбочку, закидываю ножки на его плечи и облокачиваюсь на стену, крепко вцепившись в края деревянного изделия, само того не понимая того, зачем я пускаю его язычок к своим половым губкам. Он не медлит, ведь у меня внизу слишком мокро, чтобы думать о чём-то другом. Язычок проходиться по периметру и касается клитора. Мои ноги дрожат, пальчики впиваются в дерево, а он начинает посасывать клитор своими губами. Блаженство. Он доводит меня до исступления слишком быстро, ведь как только его язычок оказывается во влагалище, то я уже просто ничего не слышу, кроме собственных стонов и рваного дыхания. Я метаюсь из стороны в сторону, чувствуя как его грубые руки мнут мои дрожащие ножки, оставляя красные следы на теле. Я хочу было кончить, но тут чувствую, как язычок вновь переходит на клитор, а во влагалище входит что-то большое и закруглённое. Я открываю глаза и перевожу взгляд вниз. Артём отстраняется, довольный собой. Затычка? Серьёзно? И главный вопрос: зачем. – Удивлена? – спрашивает парень, ловя на себе мой ошарашенный взгляд. – Проходишь с этим шариком… – в этот момент он начинает давить на рукоятку затычки, проталкивая её глубже, отчего всё горит, а тело требует не полученной разрядки, – … весь день, при этом не трогая себя… то вечером тебя ждёт сюрприз. – он улыбнулся и убрал пальчики на моё бедро, проводя по нему рукой. – Жук… – выстанываю я. – Я знаю, милая. – с этими словами он отходит, но потом снова возвращается с потерянными раннее трусиками. – Ненавижу тебя… – хриплю я. И мои слова чистой воды правда.       Артём лишь усмехается и любезно начинает надевать на меня нижнее бельё, пока я пытаюсь унять дрожь, при этом выкрикивая угрозы в его адрес. Ощущения прекрасные: шарик внутри меня не даёт покоя, а рукоятка самой затычки упирается в клитор, создавая спазм внизу, не позволяя затухнуть тому пожару, который вызвал этот самовлюблённый петух. Чувствую, что день будет весёлым. Парень помогает мне поправить одежду, при этом целуя и без этого дрожащие ножки, он видите ли заботиться обо мне. А я не могу ни о чём думать, как о инородном предмете внутри меня, который заставляет меня дрожать, при каждом шаге. Но я всё же собираюсь с духом и сбегаю по лестнице, послав парня к чёрту. Правда тут же об этом жалею, ведь ситуация становиться только хуже и спустившись на первый этаж у меня горят щёки. Чёрт, об этом я не подумала. Я чувствую, как мои ноги не могут держать меня, чуть ли не падаю, но сзади меня оказывается Артём, любезно подхвативший меня за талию Я забываю как дышать, а он склоняется над моим ушком и шепчет: – Лучше не бегай… Хуже будет. – и без него поняла. Вот же сволочь. – Да пошёл ты… – выдыхаю я. Это только начало дня, а он уже меня бесит, как в старые добрые.       Артём отвозит меня на работу, помогая пройти к начальнику за пропуском. Всё это время я чувствую себя ходячей эрогенной зоной, но всё же ощущения вызывают привычку. Кажется я уже срослась с игрушкой между моих ног. Ладно, в целом могло быть и хуже. Когда мы оказываемся у кабинета, я подхожу к секретарю. Михаил увлечённо занимается какими-то бумажками. Он явно любит свою работу. Вообще, сам парень очень красив и спортивен для этой работы. Я удивленна, что этот мужчина просиживается на месте секретаря, хотя с лёгкостью может занять место опера. Почему же стол и бумажки? Сложно. Михаил не обращает на меня никакого внимания, но я, прокашлившись, задаю вопрос: – Игорь Константинович на месте? – Занят. – спокойно отвечает Миша, даже не отрываясь от бумаг. Да он сама вежливость. Типичный опер. – Ясно… Игорь! – заглядывает Артём в кабинет, игнорируя слова секретаря, приэтом втягивая меня с собой за руку. – Молодой человек… – пытается остановить нас секретарь, но Артём захлопывает дверь. – ...да, обед в холодильнике, всё милые мои, я на работе. Сегодня допоздна, пока, а то ко мне уже пришли. Люблю, целую. – Игорь Константинович кладёт трубку, переводя взгляд на нас. – Артём! Рад тебя видеть. Ох, Александра, вы тоже пришли. – Ох, Игорь Константинович, я тоже рада вас видеть. Доброе утро. Да… мы встретились с Артёмом… Артёмом Игоревичем на входе и он любезно меня проводил, пропустив по своему пропуску. – Опережаю парня с ответом, чтобы начальник ничего не подумал. Не хочу сплетен по поводу того, в чей койке я просыпаюсь, тем более в первый же рабочий день. Артём фыркает, но не подаёт вида, что недоволен происходящим. – Вот как? Отлично. Честно говоря, вы выглядите так, будто знакомы целую жизнь, особенно если вспоминать рекомендации, которые ты мне давал… Ах да, Александра, вы наверное пришли за пропуском? – Да, было бы неплохо, не всегда же Артём Игоревич так удачно будет проходить мимо. – я улыбаюсь, чувствуя, что дома будет серьёзный разговор. – И то верно. Миша! – он позвал секретаря и дальше начался процесс поиска моего пропуска. Как оказалось, его уже умудрились потерять.       В итоге, это затягивается на добрых минут 15, но всё же Игорь Константинович выдаёт мне пропуск, поздравляя с новым местом работы. Благодарю его и убираю в надёжное место, чтобы не потерять. Я безумно счастлива, но всё же не настолько, чтобы забыть о шарике между ног. После находки пропуска, мы ещё немного болтаем втроём. Оказывается мой начальник очень хорошо общается с Артёмом можно подумать, что они друзья детства, но первый лет на десять старее, так что мало вероятно. Несмотря на различие в возрасте, они очень быстро спелись. Честно говоря, я тоже испытываю симпатию к начальнику. Мне нравится с ним общаться, он довольно интересный человек, так ещё и семейный. Просто золото, ничего не скажешь. – Кстати… я позвонил одному из оперов, с которым ты будешь работать. – обратился ко мне Игорь Константинович. – Руслан только второй год у нас работает, но опыта набрался. Он проводит тебя к Виктору и будет присутствовать на вскрытии. Он где-то твоего возраста, так что присмотрись. – мужчина подмигнул мне, отчего Артёма перекосило. – Моего возраста? Может и присмотрюсь. – усмехаюсь я. – Карьера карьерой… но замуж то хочется. – усмехаюсь я, быстро бросая взгляд на Артёма, который мягко говоря готов взорваться от ревности. Ну разве не милашка? – Бедный малый… – криво усмехается мой зеленоглазый демонёнок. – Сочувствую ему. Кстати, Игорюш, надеюсь, что эта оторва ещё не успела никому сломать руку или ногу? – неожиданно спрашивает Артём, отвечая на мою выходку. Да, милый, я могу, именно это тебя ждёт за сегодняшний поступок. – Эта бестия может. – он улыбается во все зубы, отчего меня перекашивает. Самодовольный имбицил. – Бестия? Оторва? Боже, Артём, да ты явно не умеешь делать комплименты девушкам. Александра последний человек, который достоин подобных оскорблений. – отзывается начальник, а Артём резко напрягается. Ну нет, началось. Собственник проснулся. – Я бы женился на этой девушке, будь чуть моложе и без груза в виде детей за спиной. – Прям женился бы? – усмехается парень, но в голосе моего зеленоглазого демона звучат недобрые нотки. Забавно. – Боюсь мимо, она готовить не умеет. – Эй! – восклицаю я. Было обидно. Ну да, пару раз чуть не сожгла дом, отравила людей, но это же не повод кричать об этом на весь свет! Я же никому не жалуюсь, что этот гад заставляет меня ходить на первый рабочий день с затычкой во влагалище. Я не удержалась и сильно дала ему локтем под рёбра. – На правду не обижаются. – фыркнул парень, чуть морщась. – Я ж говорю, что она бестия. Чуть что, сразу драться. – Прости Артём, но я на стороне Александры. С тобой мы знакомы чуть больше недели, а она красивая девушка и тем более ценный сотрудник. – Аху… – восклицает Артём, но тут же получает подзатылок. Точнее целых два: от меня и начальника. – Не матерись! – оба восклицаем, лишь потом наши взгляды встречаются и мы понимаем, что произошла.       Первая начинаю смеяться я, Игорь Константинович держиться как может, лишь изредка усмехаясь, будто всхлипывая а Артём зло корчиться. Ему явно не было также весело, как и нам. – Не ну это… дискриминация. – отзывается Артём, в последний момент избежав мата, ведь он понял, что окажется в проигрыше.       Из-за его слов я сворачиваюсь в три погибели, отчего шарик внутри меня резко делает движение и мне становиться не смешно. Я сглатываю, сдержав стон и выпрямляюсь: шарик вновь двигается. Обалденная имитация толчков, от которой по спине проходят мурашки, а в животе нарастает чувство спазма. Стоит быть аккуратнее. Артём не замечает моего состояния, как Игорь, ведь они в этот момент начинают увлечённо спорить. Так что я успею успокоиться, прежде чем они вспоминают обо мне. Неожиданно в дверь вламывается, да, именно вламывается какой-то парень. И вот меня буквально перекашивает, ведь я узнаю в нём «Ангарского педофила». Да, странная кличка, но именно так прозвали парня, который перешёл к нам в школу, когда-то давно. Именно из-за него я решила, что любовь всего лишь сказка для глупых дурачков. Корчусь, ведь тут же вспоминаю, как он поставил на меня. Противное чувство. Я же не вещь, чтобы просто на меня ставить? Да мы были детьми, но всё же обидно. Ловлю на себе взгляд Руслана. Он замирает в ужасе. Не удивительно, ведь у нас столько интересных воспоминаний. Внешне он не изменился, разве что стал ещё выше и красивее. Он жёстко тупит, я честно говоря тоже. Понятно одно: мы друг друга узнали. – Руслан, я же просил не вламываться в мой кабинет вот так! – раздражённо выдохнул начальник, но всё же спокойны тоном произнёс. – Знакомься, это Александра, она будет ассистировать Виктору в морге. – Не стоит… мы и так знакомы. – произношу я. – Мы пожалуй пойдём. Буду к нему присматриваться со всех сторон. До скорой встречи Игорь Константинович.       Хватаю под локоть молодого опера, утаскивая его из кабинета, под возмущённый взгляд Артёма. Оказавшись снаружи, мы молча идём вниз, пока не оказываемся на улице. Молчание реально напрягает, поэтому всё же завожу разговор. – Как жизнь Руслан? Всё ещё катаешься на байке, ставя на кон то, чего не стоит? – не удержалась от колкости. – Прости… Саш, я знаю… глупо вышло. – выдохнул парень, закуривая. – Я был молод и глуп… до сих пор стыдно. – Глупо? Стыдно? Ну-ну. – я выхватываю у него сигарету и прикуриваю. – Надеюсь ты нашёл себе девушку, которая стерпит это «глупо и стыдно»? – С каких пор ты куришь?… – Не уходи от темы. Это мои проблемы и тараканы. – фыркаю я. Капец я злопамятная. – А если хочешь знать… то жизнь заставила полюбить одного… придурка. – я словила его озадаченный взгляд. – Не тебя. С тобой я только целовалась и ходила в кино, как глупая дура, чтобы позлить одного придурка. А с ним у меня здоровые… ладно, не особо здоровые отношения. – У меня после тебя никого не было. – он забрал у меня сигарету. – Неудивительно, никто не хочет, чтобы его считали вещью. А ты по-другому и не умеешь. Не научился. – я усмехнулась. – Ладно, пошли к дяде Вите. Я кстати очень хорошо орудую скальпелем… Смотри не попадись мне под руку.       Я стукнула его локтем в живот, заставив согнуться в три погибели, растрепала волосы, после чего ускорила шаг. Он скорчился, но потом усмехнулся. – Ты совсем не изменилась…       О нет, ещё как изменилась, мой милый. Теперь я не глупая дура, а в сто раз хуже. А ещё у меня между ног огромная затычка, которая от быстрой ходьбы творила такие обалденные вещи с моим телом, что я чуть не упала… Но я держалась до последнего. У меня впереди был ещё целый день и работа с трупами. И мне не терпелось приступить к этому. *** – Игорюш… что за хрен? – не выдерживаю я. Взгляд этих двоих на друг друга был явно необычным. Что-то между ними явно происходило. – Ревнуешь? – усмехнулся Игорь. – Пиздец, ты сама догадливость! – раздражённо бурчу я. – Нормальный парень, не кипятись. – Пытается успокоить меня мужчина. – А девочка твоя на него точно не клюнет, как и на меня к сожалению. – Не будь ты мне другом… давно бы убил. – чувствую как во мне бушует ревность. Сука, я только её нашёл, но тут какой-то Руслан нарисовался и всё испортил. Твою мать. – Ладно… Давай лучше вернёмся к делу, по которому ты меня просил тебя проконсультировать… – Другой разговор. А то всё убью, да убью. За угрозы должностному лицу при исполнении вообще посадить могут, на сутки или больше, а ты говоришь про избиения. – фыркает Игорь, а затем тут же достаёт папочку. – У нас завёлся один маньяк… Хреначит людей какой-то химией… Можешь предположить, что за состав? Мне б до завтра, максимум до послезавтра нужно узнать. Справишься? – Без проблем. – усмехаюсь я. – А говорят, что преподы скучно живут и мало получают… Я явно какой-то неправильный препод. – Можешь потом спасибо сказать. – отозвался мужчина. – А теперь давай вали, у меня скоро совещание. – Игорь пошёл на своё место. – Будет исполнено, милостивый государь. – я поднял свою задницу и гордо пошёл на выход, держа в руках папочку с материалами. – Кстати детям привет! – последнее, что крикнул я Игорю, прежде чем закрыть дверь.       Чувствую денёк намечается весёлый… Я выдыхаю и спускаюсь вниз к машине, мысленно думая о том, что скоро встречусь с Александрой. Мысль о том, в какой она сейчас казусной ситуации, согревала не только душу, но и что пониже… Ахуеть конечно, но ничего не поделаешь. Так что я поехал на работу.