Домой

      – Госпожа, не стоит нам задерживаться. Если успеем выехать до рассвета, то уже к ночи пересечём границу страны, – возница окликнул Хинату.       Необходимые в дороге вещи были упакованы и уложены, а остальные позже заберёт другой возница. Кими Риота в последний раз оглянулась, подарила двум девушкам, помогавшим ей в эти дни, по небольшой заколке, потом села в повозку и задёрнула занавеску.       – Поехали. Быстрее бы домой...       Это задание не было сложным в физическом плане, но морально вымотало её так, как ни одно другое. Хотелось приехать домой, выслушать бесконечные наставления отца, выйти в сад с чашкой чая, и забыть всё это как дурной сон.       Тем временем прямо перед ними из ворот поместья выехала ещё одна повозка. В отличии от их, эта была тяжело груженная огромным количеством ящиков и мешков с вещами. Тот, кто на ней ехал, вёз с собой буквально всё необходимое для жизни. И Хината прекрасно знала кто в ней ехал.       Чем не угодил отцу старший сын она не знала, но то, что в опалу вместе с ним попала и его беременная жена, это ей было известно. Говорили, что он не оправдал надежд отца, что Хироши-сан будет куда лучшим наследником, что Макото-сан имеет взбалмошный и неуживчивый характер. Но это всё, что называется за спиной. А в глаза люди поздравляли супругов Ямагути с новой должностью наместника одного из городов, желали им счастья и здоровья их будущему ребёнку. Макото только нервно усмехалась, выслушивая бесконечные потоки лести.       Конечно даймё не выкидывал сына с беременной женой из дома, он сделал это вполне культурно. Было объявлено, что в одном из городов на самом севере страны освободилась должность наместника, и кандидатуры, лучше чем старший сын, Ямагути-сан не нашёл. Им даже собраться нормально не дали, день на то, чтобы уложить вещи, и вспоминай как звали.       Перед отъездом Макото-сан зашла к Хинате, которую знала под именем Кими Риота. Сказала, что ей было приятно общаться с ней, и выразила надежду, что может быть там, вдали от этого дома, она наконец сможет обрести хотя бы спокойствие и умиротворение. О счастье она уже и не мечтала. Хинате было по-человечески жаль эту женщину, ставшую жертвой семейных интриг, и в любой другой ситуации она бы когда-нибудь позже навестила женщину, может быть чем-то помогла. В любой другой, но не в этой. Сейчас её руки были связаны обязательствами.       Ещё одним неожиданным событием стало исчезновение одного из телохранителей юной Кохаку. Тот словно растворился в ночи, никто его не видел, никто не слышал. Был человек, и исчез. Поговаривали, что это дело рук того же злодея, который пытался убить Казекаге, о том, что немногим ранее чуть не погиб ещё и телохранитель Казекаге, людям по понятным причинам было неизвестно.       Повозка ехала, тихонько поскрипывая. Хотелось расслабиться, отдохнуть от тревог, но в дороге это чревато большими проблемами. Об отдыхе можно было даже не мечтать. Время от времени Хината переходила в режим бьякугана, осматривая местность и убеждаясь, что впереди всё спокойно.       – К ночь должны успеть. Уедем из этой, проклятой богами страны, и можно будет передохнуть мне, и вам тоже. Переодеться. А то, вдруг что случись, а вы как прыгать в этих одеждах будете? В них красиво ходить надо, а не по деревьям как белка скакать, – качал головой возница.       – Что у вас за долг перед одной, нам обоим известной особой?       Возница помолчал, видимо раздумывая говорить или нет. Решив, что хуже уже всё равно не будет, сказал:       – Глуп был, по мелочь обмануть пытался. Нет, ей бы это ни чем не грозило, ну разве что потерей некоторой суммы денег. Так я же не знал, кто она такая, а когда узнал, то успел пробить затылком дыру в стене своего дома. Ладно хоть не убила. А то пошли бы по миру жена с детьми. Ну в общем вот, сказала, что отработаю и долг она мне забудет.       – Вы не шиноби, у вас нет чакры. Значит, речь идёт о какой-то сделке или типа того?       Он причмокнул, привлекая внимание лошади, и натянул поводья, заставляя её повернуть. Потом обернулся, хоть и не мог видеть девушку, сидевшую в крытой повозке.       – Да какой уж там. Торговлей занимаюсь. Но я выводы сделал, иногда быть честным даже выгоднее, и безопаснее. Объяснила, что называется, доходчивее да некуда, – вздохнул он.       Да уж, пожалуй, что выводы он и впрямь сделал. А как их не сделать, зная, что вокруг его семьи ходят шиноби песка.

***

      Как велико бы не было напряжение, но и оно не может держаться вечно. Где-то перед самой границей Хинату сморил сон. Измученный тревогой мозг попросту отключился, отказавшись и дальше работать в таком же режиме.       – Госпожа, может тут остановимся? – возница стучал в дверь повозки.       Сон моментально слетел, а сама Хината буквально подскочила. Отдёрнула штору и выглянула в окно. Повозка стояла возле небольшой гостиницы и судя по всему именно тут и предлагал остановиться возница.       – Где мы?       – Так как раз выехали за границу страны Морей. Лошадям отдых нужен, они не могут бежать без перерыва, – пояснил мужчина.       – Да, остановимся тут, – кивнула Хината.       Ей досталась маленькая и далеко не самая удобная комната, но всё равно это была хоть какая-то возможность поспать лёжа в постели, а не сидя на сидении.       По её просьбе поздний ужин (или слишком уж ранний завтрак) ей принесли в комнату. Хозяин для такого случая даже разбудил жену, решив, что негоже мужчине заходить в комнату к высокородной девице на выданье.       – Тут немного риса и овощей. Не чем конечно удивить, но всё же лучше чем ничего, – извинилась женщина, накрывая стол.       Хината поблагодарила. Она всё ещё была для всех окружающих Кими Риота, и собиралась оставаться ей ещё до самой границы страны огня, где ей предстояло расстаться с возницей и дальше двигаться самостоятельно. Она ела, медленно пережевывая каждую рисинку, и размышляла о всех странностях этого мира. Раньше ей казалось, что лучше бы она родилась в какой-нибудь простой семье, где можно не изнурять себя бесконечными тренировками, где на тебя не смотрят как на неудачницу потому что ты не справляешься в с бьякуганом в пятилетнем возрасте. Но вот судьба подарила ей шанс на несколько дней почувствовать себя тем, кем ей когда-то хотелось быть. Кажется, розовые очки бьются стеклами внутрь, и сейчас она испытывала именно это. Все её представления об "обычной жизни" разом рухнули. Такая жизнь ей совершенно не нравилась, и был ещё огромный вопрос, что всё-таки лучше: жить как она сейчас, или вот так, когда ты, всего лишь разменная монета для семьи.       Дальнейшая дорога к стране Огня была довольно спокойной. По крайней мере никто ими особо не интересовался, никто не пытался убить, ограбить или изнасиловать. Конечно как первое, так второе и третье вряд ли обошлось бы врагу дёшево, но в любом случае это бы значило, что Хинате пришлось бы проявить себя, сведя на нет всю маскировку. Конечно они были уже достаточно далеко от страны Морей, но слухи имеют обыкновение путешествовать на очень и очень большие расстояния.       На самой границе Хината переоделась, оставив одежду "Кими" в повозке. Смыла косметику, сняла украшения, тоже оставив их в повозке. Стала наконец сама собой.       – До свидания, госпожа.       Возница поклонился, прощаясь с ней.       – До свидания, надеюсь, что с вашей семьёй всё хорошо, а вы будете впредь более осмотрительным.       Улыбнувшись на прощание, Хината сорвалась с места, мгновенно исчезнув в ветвях деревьев. Оставшийся стоять возница утёр рукавом лоб.       – Шиноби... Вот уж с кем точно лучше лишний раз не связываться. Но эта вроде даже и ничего.       Сказав это, он сел в повозку и поехал дальше. Ему ещё нужно было увезти вещи мнимой девицы из рода Риота. За них ему тоже обещали отвернуть голову.

***

      – Стой, кто идёт?       Утро выдалось прохладным, мрачным и туманным. Дорогу перед воротами Конохи было видно ладно если на три десятка шагов, и когда из этого тумана вдруг показалась фигура человека, стоявший на посту шиноби мгновенно среагировал, нащупав рукой кунаи.       Фигура остановилась и представилась Хьюга Хинатой. Приглядевшись и действительно узнав в ней старшую дочь всесильного главы клана Хьюга, страж ворот поздоровался и впустил её за стену внутрь. Коноха прежде всего строилась как место, в котором безопасно, и вопросам защиты естественно уделялось много внимания ещё со времён Первого Хокаге. И время от времени такая бдительность позволяла избавить деревню от лишних неприятностей. А в случаях когда враг по силе превосходил стражей, давала хотя бы время, необходимое для того чтобы доложить о приближении врага.       Тут можно было расслабиться, спокойно вдохнуть запах цветущих глициний, неторопливо прогуляться по дорожкам. Хината снова была дома.       Хокаге встретил её радостной новостью: буквально на днях на свет появился их с Сакурой первенец.       – Ты не представляешь какой это замечательный малыш! Когда я беру его на руки, он сразу начинает зевать и засыпает! А если к нему наклониться то можно почувствовать как от него пахнет теплом и молоком! – делился с подругой детства Наруто.       – Это так замечательно! – улыбалась Хината. Сама она в младенцах разбиралась так себе, но ведь и Наруто с Сакурой столкнулись с этим впервые.       – Как Гаара? Ничего не произошло? – тон из расслабленно-восторженного моментально сменился на серьёзный и настороженный.       С самого момента их знакомства, ну или с того момента как Наруто узнал о том, что Гаара тоже джинчурики, он испытывал к нему особое чувство. У него не было кровных братьев или сестёр, но Гаару он считал кем-то вроде родного брата, пусть с дурным характером, но всё равно любимого.       – Проблемы были, но мы их решили. Я напишу в отчёте.       – То есть в целом всё нормально?       Хината кивнула:       – В целом да.       – Хорошо. Отчёт можешь принести завтра. Сегодня отдыхай.       Поместье встретило её сладким, густым ароматом цветущих пионов. Ей моментально вспомнилось как Казекаге зачем-то неумело и неловко поцеловал её, а она даже не нашлась, что ответить. Два неуверенных в себе, не опытных любовника, да, пожалуй, что они составили бы "идеальную" пару. Хината даже грустно усмехнулась. Нет, может быть конечно, что Казекаге куда опытнее в любовных делах, чем ей кажется, но почему-то она в этом сильно сомневалась.       – Оу, привет, сестрёнка!       Первой встречать её выбежала Ханаби. С неудовольствием Хината отметила, что сестра с трудом наступает на левую ногу. Вроде бы на задание она не ходила, значит, повредила во время тренировок.       – Не обязательно калечить себя на тренировке, – кивнув на ногу сестры, заметила Хината.       – Ай, да всего лишь слегка перестаралась. Кто-то вообще неделю глаза открыть не мог, перестарались с бьякуганом. Помнишь?       Ещё бы не помнить... В ту неделю Хината вдруг узнала своего кузена совсем с другой стороны. Поняв, что Неджи может быть не только грозным противником, но и заботливым братом. Слишком многое мы упорно не замечаем, а потом, наконец-то заметив, изумляемся. Особенно обидно когда не замечаем мы это в родных людях.       – Ты уже слышала, что Сакура-семпай родила мальчика? Малыша назвали Боруто. Теперь в Конохе на один клан будет больше. А ещё вернулись Учиха и его подружка, ну эта, которая Карин. Так вот, эта парочка тоже ждёт пополнения и на ближайшее время меняют образ жизни на осёдлый. Я изрядно посмеюсь, если отпрыски Узумаки и Учиха опять попадут в одну команду во время обучения, – смеясь, Ханаби сообщила последние новости.       Карин не вызывала у Хинаты ни капли доверия. Впрочем, к Саске Учиха каких-либо тёплых чувств она тоже не испытывала, прекрасно помня, что от этого клана всегда и всюду слишком много проблем. Но с другой стороны иметь их врагами это ещё хуже. Да и о привязанности Хокаге к другу детства тоже знала вся без исключения Коноха.       – Ну команда Ино-Шика-Чо собирается из поколения в поколение. Может и тут сложится что-то вроде традиции, – неуверенно сказала Хината.       Ханаби заливисто расмеялась:       – Традиция? Трепать друг другу нервы вот их главная традиция. Пойдём, распоряжаясь, чтобы тебе согрели воду для ванны. Добавить в воду розовое масло или чего-нибудь ещё?       На секунду задумавшись, Хината вдруг ответила:       – Лепестки пионов...       – Хорошо... Скажу...       Ханаби ушла, немного хмурясь. До сих пор сестра не испытывала любви к этим красивым и пахучим цветам. Но вкусы меняются, пионы так пионы.       Сидя в горячей воде, Хината размышляла о том, как причудливо сплетаются судьбы людей. Когда-то ребёнком она думала, что обязательно станет главой клана, а сейчас была благодарна сестре, за то, что та взяла это бремя на себя. Может быть она не достаточно хорошо знала всегда мрачного и замкнутого Саске Учиха, но ей казалось, что нет человека преданные Конохе, а потом он сам едва не разрушил её до основания. Она думала, что всегда будет рядом с Наруто, а в итоге встречалась с ним исключительно по необходимости.       Пошевелившись, она смотрела как розовые и пурпурные лепестки пионов плавают в воде, напоминая о стране Морей, такой холодной и чужой. Но ведь если подумать то и там было что-то хорошее. Например пионы.       Сейчас ей принесут чай, а обедать в этом доме можно только в строго отведённое время. Завтрак она всё равно уже пропустила. Семейная традиция, будь она неладна. Впрочем, если бы Хината и впрямь была голодна, то пошла бы в какую-нибудь лавочку, где можно взять рамён, мисо или рёбрышки-гриль. А так можно и обед подождать. Как раз пока соберётся с мыслями и подумает как и что будет писать в отчёте.       Это правило, что после каждого задания необходимо предоставить максимально полный и подробный отчёт, возникло во времена Второго Хокаге. Как человек с рациональным мышлением, он стремился всё уложить в чёткую и логичную схему. И отчёты тоже были частью этой схемы. Они изучались, аккуратно подшивались и убирались в архив. А если была необходимость то можно было достать и перечитать отчёты не только годичной давности, но и те, которым был не один десяток лет.       Конечно она будет писать не всё, а только то, что имело отношение непосредственно к заданию. Какой смысл превращать отчёт в поэму? Строго по делу, только то, что имеет значение, так, как когда-то её учил отец. "Никто не будет читать твои размышления о бренности бытия, но всё, что касается задания должно быть описано полностью и достоверно. Поняла?" – спрашивал отец. Малышка Хината кивала, она поняла и запомнила.       – Пионы... Пионы это не важно... – прошептала Хината, всё ещё рассматривая плавающие лепестки.