2. Вино и Сигареты.

Холод ощетинился с самого рассвета. Дождь хлестал улицы, пропитывая всё вокруг промозглой сыростью. Деревья, в яростном танце гнулись под натиском ветра, возвещая о безраздельном владычестве осени. Сакура ступила за порог аудитории, где стылый воздух ещё не успел согреться от дыхания отопления. В полумраке виднелись силуэты немногих студентов, не все ещё добрались до обители знаний. Девушка направилась к своему привычному месту, где её уже ждала Ино. — Привет, Сакура, — промурлыкала блондинка, кутаясь в тёплый фиолетовый свитер. — Привет. Сакура положила сумку на стол, бросив мимолетный взгляд на верхний ряд, где обычно восседал Учиха. Его отсутствие было более чем очевидным. «Может, задерживается?» — промелькнула мысль в ее голове, пока она доставала учебники. Она вытащила телефон из сумки и погрузилась в социальную сеть, надеясь отыскать его страницу и проверить, когда он был онлайн в последний раз. Страницу она нашла без труда, но дата последнего посещения гласила: два года назад. — Ну что, Сакура, вы поговорили с ним? — Ино решила нарушить гнетущую тишину. Впрочем, ей попросту было скучно в ожидании преподавателя. — Мы поговорили. Сакуре не хотелось ворошить эту тему. Она отчаянно верила, что Саске не окажется эгоистом и подлецом. — И что решили? Что он сказал? — Вроде бы решили, а вроде бы и нет… Ино скептически вскинула бровь. — Что это значит? Вы будете вместе работать? — Да, Ино, да. Внезапно чья-то рука опустилась сверху и замаячила между их лицами. Это был Наруто. Его ярко-оранжевая кофта выделялась в толпе, словно маяк. — Чего тебе, Наруто? — недовольно буркнула Ино, испепеляя его взглядом. Сакура тоже подняла глаза на парня и увидела его неизменную лучезарную улыбку. Даже в самые серые и унылые дни этот парень излучал оптимизм, особенно по отношению к Сакуре. Они с Наруто подружились с первого курса, когда вместе опоздали на торжественную линейку.

***

Сакура, одетая в парадную форму, стояла на старой остановке. Отсюда ходил междугородний транспорт, на котором можно было добраться до города. Осеннее солнце щедро заливало небо теплым светом. Дожди, казалось, отступили на время, а спешить было некуда. Девушка сидела на выцветшей голубой лавочке, сосредоточенно изучая иконки на экране телефона. Её волновало будущее: каким оно будет? Сейчас у неё всё хорошо: дом, учёба, любящие родители. Она и представить себе не могла, что уже через год всё изменится до неузнаваемости. На противоположной стороне дороги показался парень в тёмном костюме. Обычная школьная форма, на первый взгляд, но, присмотревшись, Сакура заметила спортивные штаны, нелепо выглядывающие из-под пиджака. «Нелепое сочетание», — промелькнуло у неё в голове. Парень постоял несколько минут, дождался, пока проедет транспорт, и бросился к остановке. Сакура решила не обращать внимания на чудаковатого подростка, подобных сейчас пруд пруди, но он сам обратился к ней. — Привет! Сакура подняла свои зелёные глаза и встретила взгляд небесно-голубых. Блондин с голубыми глазами казался ей диковинкой, хотя и не вписывался в её представления об идеале. — Привет, — тихо ответила девушка. — Давно тут сидишь? — Парень прислонился спиной к балке остановки, наблюдая за дорогой. — Около двадцати минут, — Сакура убрала телефон в сумку, он ей больше не был нужен. — Я вообще где нахожусь? — Ты не знаешь, где находишься? — Сакура вопросительно заглянула в его глаза, ожидая ответа. — Я у знакомых был, мы отмечали последние беззаботные деньки, — Наруто шутливо изобразил, как пьет из горла бутылки. — И взросление заодно. — Значит, любишь выпить? — Ну… разве что чуть-чуть! — Наруто смущённо улыбнулся, ведь похвастаться ему было особо нечем. — Ещё и одет так забавно: официальный пиджак и спортивные штаны. Наруто уже не мог скрыть смущение. Его наряд, да и весь внешний вид, выдавали в нём гопника. Парень нахмурился и отвернулся. — Куда ты собираешься ехать? — В институт… архитектурный, вроде бы… — запинаясь, проговорил он, пытаясь вспомнить название. — Тогда поехали. Сакура поднялась как раз в тот момент, когда к остановке подъехал белый автобус. Наруто повторил за ней, встав напротив и уцепившись за желтый поручень. Двери с шипением захлопнулись, и автобус, словно вздохнув, тронулся, заставляя их покачнуться. — Получается, мы однокурсники? — предположил Наруто, глядя прямо в ее изумрудные глаза. — Ты тоже на архитектора? — Болван, мы же в один институт едем, — возмутилась Сакура, но в голосе ее сквозила скорее забава, чем злость. — Да что сразу болван-то? Вдруг в нашем городе таких институтов сотни? — Да уж, конечно! — Сакура фыркнула, но тут же смягчилась. — Почему ты вообще решил туда поступать? — Да выбора особо не было, ткнул пальцем в небо, вот и поступил, — Наруто снова натянул свою фирменную улыбку, излучая беззаботное веселье. Автобус не гнал, и в распахнутое окно врывался теплый осенний ветер, предвестник скорых заморозков, напоминая о быстротечности времени. Сакура по-прежнему опиралась спиной о стекло, устремив взгляд на убегающую вдаль дорогу. Наруто, держась за поручень, молча следовал ее примеру. Спустя двадцать минут поездки автобус замигал, возвещая о прибытии на конечную станцию. Двери распахнулись, выпуская поток пожилых женщин, укутанных в платки, и наших героев на пыльный перрон. Оглядываясь, Сакура и Наруто пытались сориентироваться, размышляя, как добраться до института. Девушка достала из сумки телефон и принялась искать нужные координаты. — Черт, теперь бы понять, как туда попасть. Наруто оглядывал окрестности, его голову слегка покачивало после поездки. — Я уже этим занимаюсь, — ответила Сакура, углубившись в изучение маршрутов. Общественный транспорт, способный быстро доставить их на место, не предвиделся. Навигатор настойчиво советовал пешком добраться до следующей остановки, где они могли пересесть на другой автобус. Они шли, разбавляя монотонность пути обрывками разговоров: — Как тебя зовут? — Сакура, а тебя? — Наруто! Наруто Узумаки! Сакура тихонько рассмеялась, тронутая его открытостью и простодушием. — Я Харуно, Сакура Харуно. — А почему ты решила поступать именно туда? — Вообще-то я всегда мечтала стать врачом. С детства хотела помогать людям, — сказала Сакура. Она шла, и пыль оседала на ее кроссовках, когда они двигались по обочине дороги. Девушка невольно вспомнила бессонные ночи, проводящие за учебниками с медициной. Она прекрасно помнила изученное, но когда мечте не суждено было исполниться — она предпочла забыть все, чтобы не расстраиваться лишний раз. — Почему?! — воскликнул Наруто, пораженный ее словами. — Слишком дорогое обучение, да и работа неблагодарная. — Но ведь это же твоя мечта…? — Иногда мы не получаем того, чего хотим. Это нормально. — Сакура задумалась над словами Узумаки. Действительно, как часто мы отказываемся от заветных целей, сворачиваем с намеченного пути. Мечтают все, но лишь единицы воплощают свои мечты в реальность. Наруто заложил руки за голову, погрузившись в размышления о своей жизни, о своих девятнадцати прожитых годах. Он вырос у дяди, его родители погибли, когда он был еще совсем маленьким. Но он не жаловался, дядя заменил ему семью, и он был ему за это бесконечно благодарен. Еще у него есть тетя, она иногда звонит, но в основном занята работой в реабилитационном центре. Сакура казалась ему обычной девушкой, мечтающей о светлом будущем среди близких. — Нам сюда, — произнесла Харуно, останавливаясь возле такой же старой, потрепанной временем автобусной остановки. Только эта остановка находилась уже в городе, и до учебного заведения оставалось совсем немного. — Долго еще ехать? — Нет, минут десять-пятнадцать. На остановке уже стояли люди, поэтому они отошли в сторону, чтобы продолжить разговор. — У тебя есть друзья в институте, Наруто? — Девушка немного замялась, задавая этот вопрос. Ей очень хотелось завести новых знакомых, стать для кого-то важной частью жизни. Она опустила глаза и стала рассеянно ковырять землю носком кроссовка, делая его вид еще более плачевным. — Да, есть друг детства, давно с ним не виделись, — Наруто, не замечая ее волнения, как обычно заложил руки за голову. — А у тебя есть кто-нибудь? — спросил он из вежливости. Сакура на мгновение замерла, погружаясь в воспоминания: — Подруга, тоже с детства, — на ее лице появилась светлая, почти эйфорическая улыбка. — Единственный человек, на котором держится мое социальное благополучие. — Ну, раз нам еще ждать, — Наруто всем телом оттолкнулся от земли, словно пружина. — Я в магазин, жди здесь. — Какой магазин! Нам скоро ехать! — Я успею. Наруто, переходя на стремительный бег, помчался в сторону видневшегося вдали магазина. В голове зрел план на этот вечер. Ветер трепал его пиджак, а рюкзак, повисший на плече, подпрыгивал в такт бегу. Вот он и у цели — невзрачный ларек с белой дверью, приветливо зазывающий надписью с графиком работы: «с 9:00 до 22:00». Звон колокольчика, подвешенного над дверью, возвестил о его приходе. Внутри все было до боли обыденно: Напротив входа — полки, заставленные печеньем, консервами, чипсами. Правее — скромный уголок с выпечкой, чей вид оставлял желать лучшего. Черствый, словно испеченный неделю назад, черный хлеб соседствовал с белым, выглядевшим чуть более презентабельно. Прямо перед ними — касса, а по бокам — холодильники с мороженым, чьи яркие упаковки манили прохладой в этот теплый, хоть и не летний день. В ассортименте также были сыры, мясо, молоко и прочие продукты первой необходимости. Однако Наруто интересовало другое. Его взгляд сразу выхватил холодильник с газировкой, алкоголем и водой. Парень подошел к нему и принялся внимательно изучать содержимое полок. «Вино или шампанское?» — размышлял он. Вино казалось сладким ядом, способным усладить вечер и затуманить разум. Шампанское, напротив, представлялось шумным и беззаботным напитком, позволяющим забыть обо всем на свете. Выбор определялся его предпочтениями. Сакура виделась ему изысканным, но неприступным вином, за чьей сладостью сложно было разгадать истинные мысли. Сам же Наруто был открытым, игривым и веселым, словно шампанское — напиток, который приятно брать с собой всегда и везде, потому что с ним никогда не заскучаешь. Блондин распахнул дверцу холодильника и достал оттуда литровую стеклянную бутылку. — Паспорт, — безапелляционно потребовала продавщица, выглядывая из-за прилавка. Наруто понял, что задерживается. Размышления о вкусах и предпочтениях выбили его из ритма. Паспорт лежал в рюкзаке, и уже через минуту товар был оплачен, а бутылка — спрятана в сумку. Довольный, он побежал обратно, заметив вдалеке подъехавший автобус. Сакура стояла у дверей, готовая впустить его. Весь взмокший, парень добежал до транспорта и запрыгнул внутрь. — Надо же было тебе переться туда! — Сакура улыбнулась, радуясь его возвращению. — Что купил-то? — Увидишь. Они прошли вглубь салона и заняли последние свободные места. Вскоре они сошли на нужной остановке. Напротив возвышалось четырехэтажное здание, из распахнутых окон которого лилась праздничная музыка, словно приглашая в мир новых надежд. Толпы студентов, словно бурный поток, устремлялись к воротам, их голоса, полные предвкушения, сливались в единый гул обсуждений. Наруто и Сакура вступили на территорию, огражденную железным забором, когда вдруг знакомый голос прорезал воздух: — Сакура! Среди зелени деревьев стояла блондинка, окруженная другими ребятами. Она отчаянно махала рукой, стремясь привлечь внимание подруги. Харуно обернулась и направилась к ней, с которой их связывала нить общей истории. — Ну, наконец-то! Сколько зим пролетело, сколько весен отшумело без тебя, — Ино заключила Сакуру в крепкие объятия, словно стараясь восполнить все то время, что они провели в разлуке. — Давно не виделись, как добралась? — Да нормально, просто… так странно снова здесь быть, хотя вроде ничего и не изменилось. — Йо! Я Наруто. — Блондин вклинился в их беседу, приветствуя своих одногруппниц, его улыбка была полна искренней радости. — Наруто, здарова, — парень, немного ниже ростом, протянул Наруто руку для дружеского приветствия. — Конохамару! — лицо Наруто озарила светлая улыбка, он с готовностью ответил на приветствие, в его глазах читалось тепло старой дружбы. Сакура окинула взглядом остальных одногруппников, чьи лица ей еще предстояло узнать. Рядом стояла девушка с мягкими русыми волосами, другая — с длинными, ниспадающими локонами на плечах. Обычный парень, рядом с ним еще двое таких же, все они были одеты по-разному, но в каждом наряде чувствовалась нотка официальности. А у ограды стоял парень с черными как смоль волосами и бледной кожей, он был один, погруженный в экран своего мобильного, словно отгородившись от всего мира. — Симпатичный, кто это? — тихо спросила Сакура у Ино, словно та уже знала все и обо всех. — Сакура, я здесь не дольше тебя. Но да, согласна, он и правда очень… интересный. На парне был надет черный бомбер, под которым виднелась такая же черная футболка. Телефон в его руке был обычным, тоже черным, без единого намека на чехол. Черные брюки и кроссовки завершали его образ, в котором чувствовалась какая-то скрытая глубина. — Так, ребята, прошу за мной, — перед учениками возникла учительница, ей было около тридцати, может, тридцати пяти лет. Брюнетка с вьющимися волосами, она встала во главе группы и повела студентов в аудиторию, словно мать ведет своих детей в новый, неизведанный мир. Все было как везде, как в старой доброй школе. Студенты вошли в просторный кабинет и расселись кто где, как всегда бывает — друзья старались быть рядом. Но только не он. Темноволосый парень уселся один, словно не желая ни с кем делить свое одиночество, его глаза выражали тихую, но непреклонную решимость оставаться в стороне. — Давайте знакомиться, некоторые еще не успели заселиться в общежитие, и потому сегодня отсутствуют. Сакура мысленно пересчитала всех присутствующих, всего двадцать человек на такую большую аудиторию. Хотя, как и сказала учительница, еще несколько человек должны были приехать позже. — Начнем с первого ряда, прошу, — преподавательница хлопнула в ладоши, давая старт. Один за другим студенты начали вставать и называть свои имена. Все имена были обычными, ни одного странного или иностранного имени Сакура не услышала. Ей было безумно интересно, как зовут того парня с последнего ряда, того, кто казался таким отстраненным и одиноким. «Саске», — пронеслось у нее в голове его имя, словно тихий шепот судьбы, знакомя их друг с другом, пусть и не лицом к лицу. — Что ж, завтра у вас начинаются обычные учебные дни, пары как обычно с 8:30. Преподавательница озвучила важную информацию. Расписание, столовая, пары и прочие организационные моменты. С завтрашнего дня придется вставать ни свет ни заря и ехать сюда, через весь город. Эта мысль погрузила Сакуру в состояние легкой апатии, предчувствие однообразных, скучных дней, как в школе, нависло над ней, словно тяжелое облако. — Ино, — обратилась Харуно к подруге. — М? — Ино устало сидела за партой, подперев голову рукой, ее глаза были полны тихой грусти. — Что ты делаешь сегодня? — Разбирать вещи в общежитии буду. — Поняла. Ино редко видела Сакуру, всего пару раз в год, когда та приезжала в город. Но теперь она будет жить здесь и учиться с ней каждый день, эта мысль согревала ее сердце тихой радостью, словно луч солнца. Когда лекция подошла к концу, студенты начали покидать аудиторию один за другим, исчезая из учебного заведения, словно растворяясь в воздухе. Сакура стояла у выхода, ожидая, пока ее новые друзья выйдут. — Ладно, Сакура, я пошла, — Ино попрощалась с подругой и направилась в сторону общежития. — До завтра. Сакура проводила ее взглядом, невольно отметив, как элегантно на ней сидит юбка-карандаш, выгодно подчеркивающая красоту ее ног. Все-таки Сакура давно ее не видела, Ино повзрослела и стала невероятно женственной. — Пока, Наруто! — Давай, пока. Голоса прощающихся студентов доносились до Сакуры. Харуно обернулась и увидела перед собой Наруто. — Погнали домой. Наруто весело подмигнул Сакуре. Ее переполняло странное чувство. С одной стороны, радость от встречи с Ино и Наруто, предвкушение нового этапа в жизни. С другой — тревога, смутное ощущение надвигающейся рутины, как предчувствие холодной осени после жаркого лета. И этот парень… Саске. Его отстраненность, холодная красота задели что-то глубоко внутри. В голове Сакуры роились мысли. Неужели Наруто так легко и непринужденно проявляет свой интерес? Да, она знала его совсем немного, но неужели ей действительно удается его заинтересовать? Как найти ту нить, что свяжет их? — Как тебе день? — Да заебись, как в школе. Сорвалось с губ Наруто нелепое ругательство, тут же вызвавшее у Сакуры смех. — Что смешного? — опешил Наруто, но тут же и сам не удержался от хохота. — Да ты смешно ругаешься! Что, учеба совсем не по душе? — А кому она может нравиться? Я в школе не блистал, а тут и подавно провал, — Наруто надул губу, погружаясь в свои мечты. — Зато тут кормят хорошо, — попыталась разрядить обстановку Сакура. — Это да, а было бы еще лучше, если бы мы вместе это попробовали. Наруто, добравшись до остановки, снял с плеча рюкзак, поставил его на скамью и, расстегнув молнию, указал внутрь. Там красовалась литровая стеклянная бутылка, наполненная темной красной жидкостью. — Значит, ты за этим бегал в магазин? — Ну да, — смущенно почесал затылок блондин. — И ты предлагаешь мне распить это спиртное? — Ну да, Повторил он, и в голосе его не было ни капли злого умысла. Сакура была ошеломлена. Выпить? Вино? Посреди дня? Это казалось безумием. Она не была наивной, но эта идея зацепила ее, не давала покоя. Чего он хочет этим добиться? — Хорошо, — вырвалось у нее, прежде чем она успела осознать, зачем согласилась. Наруто кивнул, и в этот момент подошел автобус. Они погрузились внутрь. День клонился к закату, а они ехали по дороге, ведущей за город, туда, где находился дом Сакуры. Автобус остановился на пустынной дороге, где стояла лишь одинокая остановка. — Идем, — бросила Сакура, вставая и направляясь к выходу. Наруто был удивлен. Зачем выходить здесь, в этой глуши, когда до дома еще ехать и ехать? Они вышли на дорогу, которая ничем не отличалась от предыдущей, но вид… он был завораживающим. Перед ними раскинулся огромный луг с сочной зеленой травой, а за ним — река. Вокруг не было ничего, лишь бескрайние поля за рекой. Девушка махнула рукой, приглашая следовать за собой. Они спускались по тропинке, протоптанной кем-то до них, все ближе к воде, чтобы расположиться там. Казалось, время замерло. Прекрасный пейзаж, двое людей, алкоголь. Все говорило о приятном вечере. Сакура села на траву, опуская рядом сумку. Наруто устроился рядом и достал бутылку. — Почему именно здесь, Сакура? Девушка смотрела на луг, вдыхая аромат трав, смешанный с прохладой реки. — Просто здесь красиво… И спокойно. Я любила гулять здесь с Ино, когда она еще жила в нашем городе. — Расскажи мне о ней. Наруто открыл бутылку, и тихий хлопок нарушил тишину. Он протянул ее Сакуре. Та слегка поморщилась, но взяла, словно принимая не только напиток, но и часть его тепла. — Мы были лучшими подругами с самого детства… У меня, по сути, никого больше и не было. Она сделала глоток. Сладкий привкус скользнул по языку, но горечь воспоминаний осталась. — Потом она уехала, и наша связь… медленно угасла. Как старый костер. Но сейчас мы снова начали общаться… — Думаю, это к лучшему, — тихо предположил Наруто, вытягивая ноги вперед и откидываясь назад, подставляя лицо последним лучам уходящего солнца. В его глазах отражалась печаль, понимание чужой боли, то самое сочувствие, которое так необходимо в моменты уязвимости. — А у меня… — начал Наруто, голос его дрогнул, — Родителей не стало, когда я еще совсем мальчишкой был. Он выхватил бутылку из рук Сакуры и жадно приник к горлышку, словно пытаясь утолить не только жажду. — Как это случилось? — Не знаю… несчастный случай, разбились, — слова давались ему с трудом, будто острые осколки стекла царапали горло. Сакура осторожно коснулась его плеча, стараясь передать хотя бы немного тепла и сочувствия. — Сейчас все в порядке? — обеспокоенно спросила она, искренне переживая за своего случайного знакомого. — Да, теперь все нормально. Живу с дядей. Наруто вернул ей бутылку, глядя куда-то вдаль, щурясь от яркого солнца, словно прячась от воспоминаний. — А у меня… с родителями все хорошо, — Сакура сделала небольшой глоток, поморщившись, — Никогда не пила вино… но, в принципе, неплохо. — Если будешь со мной общаться, еще и не такое попробуешь. Сакура испуганно вскинула брови, в ее глазах мелькнула тревога, она подумала, что он намекает на что-то запретное. Наруто расхохотался. — Да нет, ты чего! Не наркотики, а просто… выпивка! Сначала он смеялся над собственной неудачной шуткой, а потом над ее перепуганной реакцией. — Больной что ли? — Да ладно тебе, не злись. — Вот смотрю на тебя и не пойму, чего ты такой веселый-то? — Сакура поставила бутылку между ними, словно возводя невидимую стену. — А чего расстраиваться? У меня характер такой! Не могу я сдаваться и думать о плохом. — Поэтому запиваешь плохие эмоции алкоголем? — Да… Тихо выдохнул он, и бутылка снова оказалась в его руке, так незаметно, что Сакура даже не успела ничего сказать. Он сделал большой глоток. Утро и вечер выдались странными. Сакура и представить не могла, что встретит такого человека. Наруто казался непробиваемым, беззаботным, а внутри у него тоже были свои раны, свои чувства. Дружба. Как тяжело заводить друзей, когда людям все равно, о чем ты думаешь. Чего ты хочешь.

***

Дни тянулись один за другим, сливаясь в бесцветную череду. Знакомые лица, привычные маршруты, неизменная погода — все это рождало гнетущее ощущение «дня сурка», неизбежность которого рано или поздно настигает каждого. Пары изматывали душу, особенно с приходом холодов, когда само их посещение превращалось в пытку. Леденящий ветер проникал под любую одежду, оставляя лишь озноб и желание сбежать. Половина студентов, не выдержав, слегла с простудой, предпочтя тепло постели лекциям. Сакура ненавидела холод, от одного его прикосновения тело покрывалось мурашками, но она терпела. Терпела, потому что выбора, как год назад, у нее больше не было. Ино сегодня отсутствовала, и яркое сообщение на дисплее телефона: «Ты где» — так и осталось без ответа, не прочитанным. Наруто молча сидел на своем привычном месте, погруженный в свои мысли. Почему они так отдалились? Еще совсем недавно, в прошлом году, они были неразлучны: гуляли вместе, виделись каждый день, ездили на учебу одной компанией. Что же произошло? Почему между ними выросла стена отчуждения? Возможно, в этом виновата она сама, Сакура. Целую неделю она наблюдала за Наруто на парах, но так и не решилась заговорить. Но была и другая, куда более тревожная проблема. Где Саске? Его место пустовало с начала семестра. Он не появлялся в учебном чате, и складывалось ощущение, что он вообще перестал пользоваться социальными сетями. Терпение Сакуры истощалось, особенно по отношению к этому эгоисту! По окончании последней пары Сакура направилась к своему куратору — Куренай. — Добрый день, можно? Тихонько постучав в деревянную дверь, Харуно вошла в кабинет. Преподаватель сидела в аудитории, где как раз заканчивалась пара, и студенты один за другим покидали помещение. — Да, Сакура, что такое? Девушка подошла ближе и села за ближайшую парту к столу Куренай. — Слушайте, я хотела бы узнать у вас адрес Учихи Саске… Она понимала, что Куренай может ей отказать, запретить навещать Саске. Но было ли это справедливо? Саске должен проявить инициативу в проекте, хочет он этого или нет. Подставляя ее, он ничего не добьется. — Адрес… — Куренай задумалась и сняла очки. — Зачем тебе? Вдох. — Дело в том, что он уже неделю отсутствует в институте. Мне бы хотелось его навестить… — А позвонить? Ты не пыталась? — Пыталась! «Соврала», — с горечью подумала она. — Значит, не отвечает? — Нет. — Хорошо. Преподаватель вздохнула, понимая, что от Сакуры не стоит ожидать ничего плохого. Девочка хорошо училась, и за ней не было замечено никаких проступков. — Вот, его адрес. Куренай написала адрес Учихи на листе А4 и незаметно передала его в руки Сакуре.

***

Дело оставалось за малым, но какой план? Ворваться в логово Саске и с ходу предъявить претензии? Нет, это попахивало провалом. Нужно было что-то более изящное, хитроумное, но что? Сакура, увы, не славилась ни гениальными идеями, ни даром убеждения. Серое, ничем не примечательное пятиэтажное здание встретило её равнодушно, как будто оно было безжизненной, абсолютно холодной оболочкой. В редких, едва ли можно сказать, что светлых окнах мерцал не то фиолетовый, не то багровый, загадочный свет, создавая впечатление таинственного мерцания. А подъезды, в свою очередь, распахнутыми пастями, будто ждали чего-то или кого-то. Разрисованные бессмысленными граффити, которые лишь добавляли харизму. Обитель наркоманов, пьяниц и потерянных, можно сказать, душ, блуждающих в тени этого места. Именно такая мрачная аура витала вокруг этого неказистого здания, пропитывая атмосферу чем-то тяжелым и угнетающим. Но не ей, увы, судить о подобном, ставя на пьедестал собственный опыт. Сакура нутром чуяла, что её собственный дом, который был когда-то полон тепла и уюта, вскоре рискует превратиться в нечто подобное холодное и пустынное место. Найдя нужный подъезд, она даже не удивилась распахнутой двери, из которой завывал промозглый, пронизывающий до костей ветер. Внутри царила та же унылая, предельно депрессивная картина: обшарпанные двери, исцарапанные и изуродованные всевозможными надписями, которые вписаны в это серое пространство с явной нелюбовью. Стойкий, въедливый запах, который можно было бы сравнить с запахом гниения, пропитал всё вокруг. С каждым шагом по лестнице, ведущей на третий этаж, желание подниматься таяло, как дым, распадаясь на мелкие частицы, унося с собой последнюю искорку надежды на лучшее. А вдруг этот Саске — неадекват? Или, что еще хуже, наркоман? В любом случае, институт — ее единственный шанс. Даже если придется давить на этого ублюдка с проектом. Ее ноги уже стоят перед дверью. Перед дверью в его квартиру. В отличие от соседских, эта выглядела прилично, хотя, может, это лишь обманчивое впечатление. В таком месте легко потерять ориентиры. «Стучать или звонить?» — металась она в нерешительности. Звонить. Пальцы дрогнули, нажимая на кнопку звонка. Ноги подкосились, а во рту пересохло от волнения. Тишина. Ни звука. Ни в подъезде, ни за дверью. Эта звенящая пустота давила на уши, вселяя первобытный страх. Не дождавшись ответа, рука машинально перенеслась от звонка к двери. Собрав волю в кулак, она постучала — ровно столько, сколько посчитала нужным. И снова тишина… Неужели здесь вообще кто-то жив? И вдруг — чудо! За дверью послышались шаги, затем скрежет поворачивающегося замка, и дверь распахнулась. Сакура увидела его. Темноволосый парень, сонный и неприветливый, смотрел на неё сквозь узкую щель. — Ну, привет, Саске. Сакура решительно поставила ногу в дверной проём, преграждая путь. — Чего тебе? — хриплый, грубый голос Учихи резанул по ушам. — Поговорить пришла. Впусти меня. Саске изучал ее взглядом, пытаясь понять, что могло её сюда привести. Ее нога не давала захлопнуть дверь, но был ли он настолько благороден, чтобы церемониться с незваной гостьей? — Убери ногу, или я захлопну дверь. — Только попробуй! Сакура ухватилась за дверь обеими руками, пытаясь оттянуть её на себя, но её усилия были смехотворны перед его силой. Борьба длилась не больше секунды. Сакура переступила порог, который отделял мир за дверью от внутреннего пространства, и огляделась. Однокомнатная квартирка, выполненная в старом советском стиле. Слева — большая комната, скорее всего, с потенциалом, которую можно было бы обустроить, а справа — крошечная кухня, где царила атмосферность минимализма. — Разувайся, проходи, — сказал он, и в его голосе звучала уверенность, словно эта фраза была сказана не в первый раз. Сакура кивнула, послушно сняла ботинки, оставив их в прихожей, и вошла. Она оказалась в просторной, но неуютной комнате, которая, казалось, была полна скрытых историй. Справа — окно, выходящее во двор, что создавало ощущение некоторой отстраненности от мира за пределами этих стен. У стены, без всякого сомнения, стояла кровать, не двуспальная, но двоим там вполне можно было поместиться, если бы один из партнеров прижимался к стене. Прямо у входа, слева — старый, обшарпанный диван, словно сошедший с картины из бабушкиной квартиры, где непременно должен был висеть уютный ковер на стене с явным следом времени. Впереди, как будто подчеркивая все недоумения, стояла громоздкая стенка с телевизором, который давно не включали, и пыльными сувенирами, одетыми за стеклом, на которых оседала пыль, как небольшие напоминания о том, что когда-то это место, возможно, было наполнено живыми воспоминаниями и смехом. — Так чего тебе нужно? Саске распахнул деревянные ставни. С улицы ворвался холодный воздух, обжигая и без того потрескавшиеся губы. Он курил только когда плохо, когда руки дрожали, а мысли путались. Но сегодня было исключение. Парень взял с подоконника пачку сигарет, вытащил одну, поднес к губам, прикурил. Затянулся, прежде чем повторить вопрос: — Чего тебе нужно? — на этот раз в его голосе звучала неприкрытая грубость. — Почему ты пропускаешь занятия? — Сакура села на диван. Саске несколько секунд молча смотрел на неё, облокотившись о подоконник и скрестив руки на груди. Он был даже симпатичным, призналась себе Сакура. Серые спортивные штаны, чёрная футболка, босые ноги. Растрёпанные волосы, болезненная бледность, сигарета в зубах. Неужели её привлекают такие парни? — Тебя это не касается. Саске наконец-то посмотрел ей в глаза. В его взгляде не было ни малейшего интереса, лишь равнодушие. — Нет, погоди. Мы ведь должны делать этот проект вместе. Зачем ты вообще тогда учишься? — Потому что так хотят мои родители, — Саске отвернулся к окну и выпустил в него облако дыма, — Так дело не пойдет. Иди и объясни все куратору, скажи, что ты отказываешься от участия в этом фарсе. Ярость вспыхнула в Сакуре, словно спичка, брошенная в сухой хворост. Скинули на сыночку учебу, сами махнули рукой — вот и пожинайте плоды безответственности. Вырастили эгоиста, которому плевать на всех и вся. Не успела она додумать эту мысль, как Саске, словно тень, скользнул к ней и, развеяв ее размышления морозным дыханием, выдохнул ей в лицо облако никотина. Сакура закашлялась, инстинктивно прикрывая глаза. — Вот сама и передай ей. У меня нет никакого желания покидать эту берлогу, — бросил Учиха, возвращаясь на свое место. Все сильнее крепло ощущение, что она связалась с безнадежным случаем. Погружаясь в эту трясину чужой безответственности, Сакура поднялась и подошла к нему. В ответ ее встретил дерзкий взгляд пустых, черных глаз. Она взяла пачку сигарет, лежавшую на краю окна, и достала оттуда одну, поднося к губам. — Подожги. Саске наблюдал за ней, за каждым ее движением, словно за дикой кошкой, готовой в любой момент выпустить когти. Внутри него бушевали противоречивые чувства: от раздражения до некой захватывающей интриги. Она была в его жизни как будто из ниоткуда — просто пришла и начала что-то требовать, как если бы имела полное право на его внимание и время. Это вызывало у него смешанные эмоции. Он с досадой выбросил свою недокуренную сигарету в окно, наблюдая, как ей суждено упасть на тротуар и затушиться. Внутри его поднималась волна недовольства. Из левого кармана серых спортивных штанов он извлек яркую красную зажигалку с колесиком. Это было маленькое, но привычное успокоительное. Приблизившись к открытому окну, он на мгновение замер, обдуваемый ветром, который приносил с собой запахи улицы — неожиданной свежести. Прикрыв ладонью порывы ветра, он щелкнул зажигалкой и притягивал пламя, поднося его сразу к двум кончикам, словно это было искусство, обыденное действие курения в такой особый момент. Сакура молча наблюдала за ним, как будто завороженная. Она изучала его черты лица: изогнутую линию губ, тонкий нос. Каждая деталь словно оживала, становясь частью ее размышлений о нем. Он был так близко и в то же время так далек. Она чувствовала, что за этой холодной внешностью скрывался комплексный мир, страхов и неопределенности. Неосознанно она пыталась понять, что происходит в его голове, что он думает о ней. Когда обе сигареты задымились, и острый запах табака наполнил комнату, Сакура, полная решимости выполнить этот ритуал вместе с ним, затянулась, но тут же закашляла. Кашель вырвался неожиданно, нарушив пространство между ними, словно распахнув дверь в тишину, которая недолго царила. Саске глянул на неё из-под длинных ресниц, его взгляд был полон коварства, смешанной с интересом. Это был момент, когда воздух вокруг них наполнился напряжением, витающим между разными мирами, которые они представляли. — Что? Не нравится? — с усмешкой поинтересовался он. — Давно не курила просто… «Никогда», — мысленно поправила она себя. Сакура отвернулась к окну, устремив взгляд на унылый, затянутый серыми облаками пейзаж за ним. Осенняя серость, слякоть и хмурая погода, которая казалась настолько бесконечной, словно весь мир вокруг потерял краски. Деревья, обнаженные от листвы, тянули свои корявые сучья к окнам, словно хотели проникнуть внутрь, захватить, похитить это пространство. На детской площадке, когда-то наполненной смехом детей, одна из качелей зияла сломанной спинкой, делая её опасной для игр, она напоминала о безмятежных днях, когда все просто веселились и наслаждались, не задумываясь о последствиях. Посреди двора раскинулась огромная, серая лужа. В доме напротив горел свет лишь в редких окнах, создавая ощущение мертвого кладбища, заброшенного и забытого мечта, где жизнь словно остановилась. Но что-то в этом месте было, что-то невидимое, но ощутимое. Как легкий налет облегчения. Внутреннее смирение. Вот что оно дарило.