Глава 10

Тяжелый деревянный засов поддался с глухим стуком. Широкая раздвижная створка со скрипом отъехала в сторону, открывая вид на старое поместье. Внутренний двор полностью зарос высокой травой, а главное здание, покрытое бурьяном, выглядело мрачно и зловеще. — Это что, обитель духов? — невольно вырвалось у Рэй Хино, и в её голосе прозвучало трепетное удивление. — Призраков не существует, — пробормотал Эйдзи Мисима, тщетно пытаясь придать уверенность словам. Но голос дрожал, лоб мальчика покрылся испариной страха, а по спине пробежал неприятный холодок. — Что застыли как изваяния? — недовольно проворчал Сайто Хаджиме, решительно направляясь вперед. — Это место когда-то принадлежало моему отцу. Сейчас оно — лишь забытая всеми тень прошлого. Рэй, стараясь не отставать, последовала за полицейским. Двенадцатилетний мальчик, словно испуганный воробей, неохотно шагал следом. Он то и дело оглядывался назад, будто ожидал увидеть в зарослях чудовище. Солнце медленно опускалось за горизонт, заливая небо багровыми красками. Сумерки сгущались, и силуэты деревьев вытягивались, превращая поместье в царство теней. Сайто Хаджимэ остановился у главного входа и уверенным движением сорвал заржавевший навесной замок. Дверные петли издали хриплый стон, будто жаловались на годы забвения. Дерево поддалось, и из темного проема на гостей повеяло затхлым, ледяным воздухом. — Здесь придется навести порядок, — сухо заметил Сайто Хаджимэ, небрежно махнув рукой и разгоняя взлетевшие в воздух пылинки. — Место уединенное. Никакие ищейки Департамента полиции, шпионы Шишио Макото нас тут не побеспокоят. Рэй Хино внимательно осмотрела прихожую. Её взгляд задержался на плотном холсте, укрывавшем старинный деревянный комод-тансу, словно пряча его содержимое. Рядом стоял большой глиняный горшок с бамбуком — его листья выглядели тусклыми и безжизненными. На полу виднелись пожелтевшие обрывки бумаги, разбросанные хаотично, как будто кто-то в спешке пытался что-то сжечь или спрятать. Мальчик замер на пороге, скованный страхом. Ему казалось, что чей-то невидимый взгляд прожигает его насквозь, заставляя невольно поежиться. «Нельзя поддаваться страху, — твердил он себе. — Призраков не существует. Это просто старый, заброшенный дом». Но сердце, словно пойманная птица, отчаянно билось в груди. — Все будет хорошо, — прошептала Рэй Хино, ободряюще положив ему руки на плечи. Эхо их шагов гулко разносилось по заброшенному особняку, нарушая мертвую тишину. Они прошли мимо кухни и нескольких комнат, где мебель утопала в густом слое пыли, а порванная рисовая бумага на раздвижных рамах сёдзи свисала серыми лоскутами, словно саван. Когда-то здесь, в гостиной, на татами, горел традиционный очаг ирори. Его огонь был живым, согревал дом теплом и собирал всех вместе вокруг подвесного котла, заставляя забыть о тревогах. Теперь же квадратный очаг поглотила тьма. Его деревянные края покрылись паутиной, а холодный серый пепел на дне безмолвно свидетельствовал о том, что жизнь ушла отсюда десятилетия назад. Сырой, затхлый воздух оставался единственным хозяином этого места. Наконец, они достигли конца дома. Перед ними возвышалась массивная деревянная створка амадо, ведущая в сад. Сайто Хаджимэ без колебаний отодвинул её, и она с протяжным скрипом поддалась, впуская в помещение порыв свежего ветра, пропитанного запахами влажной земли. В прошлом этот сад был настоящим произведением искусства, с цветущими клумбами и изящными дорожками. Но теперь он превратился в запутанный лабиринт. Высокие сорняки разрослись повсюду, их переплетенные стебли образовали непроходимые заросли. Кустарники, когда-то аккуратно подстриженные, стояли неухоженные, с оголенными ветками и сухими листьями. Природа взяла верх, и сад стал похож на заброшенный уголок, где следы былой красоты погребены под густой зеленью. Каменные фонари-торо стояли без свеч. В сгущающихся сумерках они отбрасывали на землю причудливые, зловещие тени. Вдали блестел небольшой пруд, его зеркальная поверхность была усыпана белоснежными кувшинками. Похожие на маленькие паруса, они грациозно покачивались на легком ветру, создавая ощущение безмятежности и покоя. Этот сад был как зеркало души поместья — когда-то процветающий, а теперь одинокий и покинутый, он хранил лишь пепел воспоминаний о безвозвратно ушедшем времени. — Здесь предстоит много работы, — произнес Сайто Хаджимэ, окидывая холодным, оценивающим взглядом заросли. — Но край глухой. Для укрытия сойдет. Эйдзи присел на корточки. Его взгляд остановился на робком цветке, пробившемся сквозь ковер сорняков. Мальчик спросил: — А здесь будут цвести цветы? — Конечно, — уверенно ответила Рэй Хино. — Если мы будем ухаживать за садом, они обязательно зацветут. Но сейчас нам нужно найти место для ночлега. — Расположимся в гостиной, — сухо оборвал их Сайто, не собираясь тратить время на пустые разговоры. Он поправил ремень форменного мундира и зашагал обратно к дверям. — Там есть очаг ирори. Растопим его, чтобы не околеть от сырости. Места хватит всем. Они вернулись под крышу. Мужчина сразу подошел к квадратному очагу, утопленному в полу гостиной. Осмотрев его, он грубым движением смахнул плотную паутину, проверил подвесной крюк для котла и вентиляционное отверстие в потолке. — Дымоход чист, — отрезал Сайто. — Дрова должны быть в сарае за домом. Я схожу за ними. Эйдзи, найди в прихожей сухие циновки. Мужчина вышел. Рэй подошла к раздвижному окну и провела пальцами по деревянной раме сёдзи, ощущая ледяное прикосновение прошлого сквозь прорехи в старой рисовой бумаге. Эйдзи, переборов страх переступить порог темной комнаты, послушно отправился в генкан на поиски. Внезапно мысли девушки устремились вдаль, к родным берегам, к иной жизни: «Неужели это правда? Беременна… после всего одной ночи? Как я вообще оказалась в этой жестокой эпохе Мэйдзи? Каждый день здесь — это нескончаемый ужас, из которого нет выхода. Я скучаю по дедушке и подругам из другого мира. Надеюсь, они счастливы. Как вернуться домой? Как забыть весь этот кошмар?» За стенами особняка сумерки окончательно сгущались, превращая сад в таинственный, мрачный уголок. Ветер усиливался, неся с собой холод и ощущение безысходности. Вскоре Сайто Хаджимэ вернулся, неся охапку сухих веток и поленьев. Почти одновременно с ним в гостиную робко заглянул Эйдзи, бережно таща в руках несколько старых, но сухих плетеных циновок, которые ему удалось отыскать в темноте прихожей. Движения полицейского были сосредоточенными и резкими. Он без лишних церемоний сбросил дрова в центр ирори, достал коробок армейских спичек и чиркнул одной из них. Робкое пламя постепенно разгорелось, поднимаясь из углубления в полу и наполняя комнату живым светом. Тени на стенах ожили, заиграли, словно танцуя под потрескивающую мелодию огня. Мальчик аккуратно расстелил ношу на татами у очага и присел на корточки, увлеченно наблюдая за языками пламени. Рэй почувствовала, как физическое напряжение постепенно покидает её тело. Она опустилась на одну из принесенных циновок и посмотрела в самое сердце очага, ища в его тепле утешение. Но мысли о доме и друзьях настойчиво возвращались, не давая покоя.