ЭПИЗОД 1: БРАЙТ ФОЛЛС

Петра посмотрела вниз, на тёмно-зеленую вспененную воду вокруг парома, застегнула серое твидовое пальто. Даже под капюшоном она дрожала. Солнце, казалось, выискивало ЭмДжей, но оно неизменно было холодным. Лицо Паркер было длинным и угловатым, с ямочкой на подбородке и трёхдневной усталостью, как у рок-звезды. У неё были голубые глаза, очень настороженные, даже переменчивые. Впереди дрейфовало упавшее дерево, сучковатый вяз мягко подпрыгивал на волнах. Его толстый ствол и широкие листья казались неуместными среди такого высокого леса, и Паркер было любопытно, как он оказался здесь, почему его вырвало с корнем. Огромный ворон сидел на вершине одной ветки, размахивая глянцевыми черными крыльями, как будто что-то долбил клювом, тук, тук, тук. Паркер наклонилась вперёд, пытаясь увидеть, что так заинтересовало птицу. Ворон склонил свою голову, как будто узнал Петру, затем наклонился, вытаскивая что-то белое и тягучее в клюве. - Мы должны прибыть в Брайт Фоллс через двадцать минут, - сказала Мэри-Джейн, греясь на солнце. Хищное карканье ворона разнеслось над водой, когда вяз приблизился, и Паркер, наконец, увидела, над чем трудился ворон. Детские теннисные туфли застряли в ветвях, и птица дергала за шнурки. ЭмДжей обернулась, когда ворон взмахнул крыльями. - Ничего себе, вот это гигант. - Да, - мягко сказала Паркер. - Петра, ты в порядке? Ты выглядишь такой… бледной. - Просто моё воображение всё мне портит. Как обычно. Паркер провела рукой по своим каштановым волосам. Она волновалась о ней, беспокоится о её настроении и, особенно, о её самообладании. Она дал ей повод. На расстоянии можно было разглядеть очертания небольшого городка, расположенного на берегу залива. Должно быть, Брайт Фоллс. Мэри-Джейн вынула фотоаппарат из своей сумки. - Почему бы тебе не встать рядом с этим стариком за пикапом? Я сфотографирую тебя на фоне лесов, - предложила девушка, улыбаясь своей лучшей улыбкой, способной убедить подругу. - Ты же знаешь, что я терпеть не могу, когда меня фотографируют, - сказала Паркер, ощущая, что сдаётся крайне моментально. - Страдание полезно для души, - игриво произнесла ЭмДжей. - Не хочешь отправиться в Рай? - Нет, пока ты здесь со мной, - поддразнила Петра. - Ну, я никуда не денусь, - ответила Уотсон. - А ты иди туда, и я смогу тебя сфотографировать. Паркер подошла к старику. На дне синего пикапа лежала свежая туша оленя. Забавно. Она посмотрела на старика. - Привет. Вы выбрали хорошее время, чтобы приехать на Брайт Фоллс, - сообщил по секрету старик, невысокий, лысеющий дядька, его водянистые голубые глаза сморщились за круглыми очками. - В самом деле? – лениво озвучила свой вопрос Паркер. ЭмДжей взмахом руки показала, чтобы она приблизилась к человеку. Нехотя, но выполняет Паркер требование подруги, вставая чуть ближе к старичку. - Да, очень хорошее время. - Угу, - лениво согласилась писатель. Мужчина приподнял свои очки указательным пальцем. - Я имею в виду, вам повезло. Паркер сделала глубокий вдох. Настойчивость стариков была универсальной константой, вроде таких фактов, как гравитация или скорость света. - Хорошо, почему мне повезло? – сдавшись вновь, задает столь нежелаемый вопрос. Старик с торжеством продемонстрировал свои протезы. - Фестиваль Оленя как раз через две недели! - Фестиваль Оленя, угу, - сказала Петра, не имея ни малейшего представления, о чём говорит мужчина. - Ты слышала об этом, Мэри-Джейн? Фестиваль оленей! - Простите мои плохие манеры, я Томас Зэйн, - человек протянул руку. - Я Петра. Петра Паркер, - с неохотой девушка пожимает руку старика. - О, я знаю, кто вы, мисс Паркер, - сказал Зэйн, качая своей влажной, мягкой рукой. - Мы здесь тоже книги читаем, - он улыбнулся своей шуточке. - Когда выходит следующий ваш роман? Похоже, мы ждали… - Работаю над этим, - огрызнулась Паркер. - Конечно, нельзя ускорять творческий процесс, не так ли? - сказал Зэйн. - Я надеюсь, что это не слишком самонадеянно с моей стороны, но я ночной хозяин на местной радиостанции. Есть ли шанс получить у вас интервью? Авторы бестселлеров не очень часто появляются в этих местах, и… - Я в отпуске с моей подругой, - призналась Паркер. - Стараюсь оставаться незаметной. - Я прекрасно понимаю, - сказал Зэйн, подмигивая. - Тем не менее, вы измените своё мнение, я человек, которого легко найти. Паркер вернулась к ЭмДжей. - Я сделала несколько хороших снимков, - сказала Уотсон, приглаживая волосы. - Приятно видеть, что ты заводишь друзей. - Да, мы обменялись рецептами чудо-торта, - буркнула Паркер, скрывая за этим некоторое раздражение, за что Мэри-Джейн слегка ударила её по руке. - Не самое худшее, что могло случиться. Ты просто могла бы наслаждаться. Паркер не ответила. Она стояла плечом к плечу рядом с ней у перил, с полузакрытыми глазами, наслаждаясь, как её волосы, раздуваемые ветром, щекочут её лицо. Она солгала Томасу Зэйну о своей следующей книге. Она не написала ни слова за полгода, и понятия не имела, станет ли когда-нибудь писать снова. Но стоя рядом с Мэри-Джейн, Паркер отложила в сторону все мысли о написанных и будущих книгах, отложила в сторону недовольство тем, что тратила на это дни и ночи. Были только она и ЭмДжей. Этого было достаточно. Всё, что ей было нужно - лишь этот прекрасный момент. - Фу, дурак, - мягко выдала ЭмДжей. - Что такое? - спросила Паркер, не желая смотреть, желая оставаться там, где она стояла, наслаждаясь запахом её духов и, забыв обо всем остальном. - Жутковатый парень смотрит на нас, - озвучила причину рыжеволосая. Паркер открыла глаза, идеальный момент уже прошёл, лопнув, как мыльный пузырь в летний полдень. Она увидела грязного мужчину лет сорока с наглой улыбкой на лице, глядящего на них с дальнего конца парома. На мужчине были надеты камуфляжные брюки и охотничий жилет, запачканная бейсболка и потёртые рабочие ботинки. Петра медленно двинулась к мужчине. - В чём дело? - писатель напряглась, повышая голос, чтобы перекричать грохот двигателей. Человек не отреагировал, просто долго, медленно затянулся сигаретой, и всё смотрел. - Петра, не надо, - Мэри-Джейн ласково положила руку на плечо подруги, уводя в сторону машины. - Оставайся здесь. Это не лучший способ так начинать отпуск. Паркер позволила ей отвести её обратно к машине, ни одна из них не проронила ни слова, пока они оба не оказались внутри. - Ты… ты меня пугаешь иногда, - призналась Уотсон, с беспокойством глядя в глаза шатенки. - Прости, - Паркер посмотрела как пульсирует вена на её шее, рассердившись на себя за то, что расстроила её. - Такие люди… из-за них не стоит беспокоиться, - сказала ЭмДжей. Она сжала её руку. - Ты просто должна научиться отступать. - Я не могу, - Паркер тяжко выдохнула, на краткий миг прикрыв глаза. - Мир съест тебя живьём, если позволить это. - Это не правда, - не согласилась девушка. - Большинство людей - хорошие. Паркер фыркнула. - Петра Паркер, вне всякого сомнения это так, - пожурила ЭмДжей с грустой улыбкой. - А что скажешь про тех, кто не очень хороший? - спросила Петра, глядя мимо неё, когда в поле зрения отчётливо возник город, ряд ярких витрин и несколько домиков, разбросанных по окрестным холмам. Люди и автомобили ждали в доке парома. Она повернулась к ней. - Что можно сказать о тех, кто хочет причинить нам вред? - Зачем кому-то причинять нам вред? - Зависть. Кто бы отказался от того, что имеем мы? - писатель приблизилась и приобняла её. - Ну, они не могут иметь, - девушка приобняла её в ответ. ЭмДжей выехала на машине с парома и в док, мимо рыбаков, выстроившихся у перил и людей, ожидающих посадки. В воздухе было холодно, облака нависли над горизонтом. Местные жители в стёганых куртках расхаживали по тротуару, ели мороженое в вафельных рожках, наслаждаясь солнцем. Никаких чаек, что было странно, которые, как правило, парят над водой в поисках, чем поживиться. Ни одной чайки. Только вороны наблюдали с крыш и линий электропередач. Паркер вздрогнула. - Хорошо, не правда ли? - поинтересовалась Мэри-Джейн. - Странно. Никто, кажется, не спешит. - Подождём до Фестиваля Оленя, - ответила на это Петра. - Городок оживится. - Слушай, я знала, что тебе здесь понравится, - хохотнула с улыбкой Уотсон. - Не увлекайся, - Паркер фыркнула, еле скрывая свою легкую улыбку. - Я просто шучу. - Вот именно это я имею в виду, - уточняет тут же рыжеволосая. - Твоё чувство юмора… Оно вернётся. Я так счастлива. За эти последние полгода ты стала такой серьёзной. - Ну, эти последние полгода, всё было серьезно, - призналась Паркер. - Не сегодня, однако. Сегодня мы заберём ключ от нашего домика и официально начнём отпуск, и если ты будешь послушной, очень, очень послушной, я отведу тебя на Фестиваль Оленя и разрешу погладить Бэмби. - Ты должна оглянуться вокруг и понять, где находишься, городская девочка, - поддразнила ЭмДжей. - В этих местах не гладят Бэмби, здесь едят его. - У кого же мне получить ключ от домика? - спрашивает Паркер у ЭмДжей. - У мистера Карла Стаки, - девушка остановилась у светофора, единственного, что существовал в городе. - Он сказал, что бывает в кафе “Oh Deer Diner” каждый день примерно в это время. Паркер осмотрелась вокруг, пока автомобиль замер в ожидании смены сигнала на светофоре. Ничего кроме десятка витрин из тёмного, видавшего виды кирпича, весь центр города, расположенный на одной улице, которая пролегала вдоль воды. Брайт Фоллс был аккуратный, маленький город, без мусора, граффити и парковочных мест. На одной стороне улицы хозяйственный магазин рекламировал цепные пилы и генераторы, на другой стороне обувной магазин объявил распродажу ботинок с металлическим носком. Над перекрёстком висел баннер с надписью: ВСЕГО ПЯТЬ ДНЕЙ ДО ФЕСТИВАЛЯ ОЛЕНЯ! - Добро пожаловать в Мейберри, - иронично сказала Петра. - Не будь такой ворчливой, - щелкнула по носу подругу ЭмДжей. - Это необычно. Очень необычно. Паркера наблюдал, как собака семенит по улице. Необычно означает отсутствие StarBucks, продуктового магазина, кабельного телевидения, и фильм, демонстрирующийся в единственном кинотеатре, который в реальном мире вышел на DVD шесть месяцев назад. Некоторые люди считают это облегчением. - Просто мне тяжело расслабиться, - Паркер вздохнула. - Вот поэтому мы здесь, - тут же ЭмДжей сжала её руку. - Ты права, - Паркер улыбнулась назло себе. - Я идиотка. Не знаю, почему ты терпишь меня. - Ну… В тебе есть свои прелести, - свет изменился, но ЭмДжей проигнорировала его. - Давай возьмём ключ, и я сделаю все от меня зависящее, чтобы тебе было хорошо, - Петра смотрела на неё в мягком свете ускользающего дня. Она казалась длинной и худой рядом с ней, ее движения были вялыми и чувственными, как у кошки, растянувшейся в свете солнца. Уотсон посмотрела на неё. - Это дело, - сказала она, проезжая через перекрёсток. Через квартал снизила скорость и подъехала к остановке перед “Oh Deer Diner”, не выключая двигатель. - Ты возьми ключ у Стаки, а я заеду за тобой после того как заправлю машину. Они наблюдали, как одинокая парадная платформа медленно ехала по улице, сверхмощный лесовоз, оформленный как гигантский олень, с невероятно огромными рогами. - Ты так просто собираешься уехать и оставить меня здесь, да? - подтрунивала Паркер. - Это может принести тебе некоторую пользу, - сказала Уотсон. - Дать почувствовать вкус простой жизни. - Без тебя не обойтись. Какое удовольствие это будет? ЭмДжей показала на пресс-стойку рядом с дверью, заметив блестящее на стопке газет. - Посмотри сюда. «Честная система». Когда в последний раз ты видела такое в Нью-Йорке, Петра? - Прямо за минуту, как голландские поселенцы выманили индейцев с Манхэттена. Паркер вышла из машины. Она наблюдала, как Мэри-Джейн поехала в сторону единственной заправки по той же улице. Что-то липкое розового цвета лежало, плавясь на тротуаре, в окружении крошечных чёрных муравьев. Какой-нибудь ребенок, должно быть, уронил клубничное мороженое из своего вафельного рожка. Паркер наблюдала за стаей прожорливых муравьев, выползающих из-под закусочной к расплавившемуся мороженому, всё больше и больше их выползало из трещин, чтобы полакомиться. Она поспешила в закусочную, останавливаясь в дверях, чувствуя себя человеком, который только что понял, что стоял в середине минного поля. Неподалёку в двух метрах виднелась картонная ростовая стойка с её портретом в натуральную величину, на которой она выглядела настороженной и чувствительной, увеличенная авторская фотография ЭмДжей, необходимая для её последнего романа «Уход». Основная реклама. Но и в снисходительной рецензии на книгу New York Times нашёл место, чтобы написать следующее: «…гламурный приятный внешний вид Паркер, несомненно, способствует массовым продажам, нынешнее авторское фото, настолько насыщенное архетипическими пытками артистки, сигнализирует попытку перешагнуть на литературную территорию». - «Да», - подумала Паркер. – «На следующую фотосессию я надену платье с оборками и хоккейную маску, чтобы никто не подумал, что я задирают нос». Она уставилась на застывшее изображение и подумала о безумном книжном туре, о пропущенных стыковочных рейсах и переполненных книжных магазинах, беспрерывных теле и радио-интервью. Она вспоминала, как усевшись в тишине в ожидающий её шикарный лимузин после долгого дня, глядя на мир сквозь толстые дымчатые стёкла и спрашивая себя, с какой стороны аквариума она была. Хуже всего этого было постоянное чувство, что известная Петра Паркер была всего лишь обманом. Похвала, лесть, полёты в первом классе и четырехзвездочные отели… Всё это приведёт к ужасному крушению, когда мир увидит и поймёт, что она не в состоянии написать ни слова после «Ухода». Она провела шесть месяцев, глядя на чистый лист бумаги в пишущей машинке. Всё, что он могла увидеть, лишь название: «Безночная Ночь». Это было просто вопросом времени, пока она избежала оправданий своему издателю, агенту, друзьям… Самой себе. Что хорошего в писателе, который не может писать? - Ох. Боже мой! - произнёс женский голос. Паркер захотелось удрать за дверь и догнать ЭмДжей, хотелось попросить её уехать обратно в город, достаточно большой, чтобы она могла там исчезнуть. - Боже мой, боже мой, боже мой! - причитала молодая женщина, выходя из-за прилавка и вытирая руки о фартук. Симпатичная девушка в форме официантки со светло-каштановыми волосами и лицом нетерпеливой мышки. - Это так удивительно. Я чуть было не пришла на работу сегодня, если вы можете в это поверить. Я бы просто умерла, если бы не встретила вас! - она сжала её руку как отчаянная дикая кошка. - Я абсолютно ваша самая большая поклонница. Честно. Паркер медленно освободила руку от её захвата. Боже, как же такие поклонники её раздражали, честное слово. - Я прочитала все ваши книги, мисс Паркер, - сказала официантка. - Абсолютно все! - Их всего две три, но… Спасибо, - как-то неуверенно выдала писатель, стараясь выдать дежурную улыбку. - Я Марта Коскелла, - сказала девушка, снова пожимая ей руку. - У меня есть ростовая фигура от вашего издателя. Я поставила её так, что могу видеть вас в течение всего дня, когда работаю. - Приятно познакомиться с вами, Марта, - ответила Паркер, оглядываясь вокруг, чтобы понять, наблюдает ли кто-нибудь за этой сценой. Таковых не оказалось. Единственными людьми в закусочной были незнакомец в униформе за прилавком и два седоволосых старика, сидящие в одной из задних кабин. Одна стена была покрыта пыльными трофейными головами оленей, лосей, и антилоп, но их тусклые стеклянные глаза ничего не видели. - Мисс Паркер? - Марта посмотрела на неё. - Я знаю, в конце “Ухода” вы убили Клинта Бартона, но он на самом деле не умер, да? Я имею в виду, типа не навсегда умер. Бартон - мой любимый персонаж в целом мире. - Это… Очень лестно, - беззвучно фыркнула писатель. Когда я начинала свою карьеру писателя, не совсем ожидала, что возьму имя Соколиного Глаза для персонажа своих детективов. Да, вышло всего несколько книг в общей сумме, но цельная история была закончена смертью главного героя. Кто-то считает, что детектив перейдет в жанр паранормальные психологические триллеры, но нет, такого не случится. Бартон не станет персонажем «Безночной Ночи». - У вас полно трюков, не так ли? - спросила Коскелла, улыбаясь, и погрозила пальцем. - Вы можете рассказать мне. Я не собираюсь публиковать это на своём блоге. Если вы, конечно, не хотите этого! - Я… Мне действительно нужно… - призналась Паркер, пятясь. - Я предполагала кое с кем здесь встретиться. - С кем? – интересуется официантка. - С мистером… Карлом Стаки, - отвечает Паркер. - У него есть ключ от домика, где я с подругой хотим остановиться. - Вы остановились в Брайт Фоллс? - Роза надула своё покрасневшее лицо. - Это лучший день в моей жизни. – А Стаки сейчас пользуется помещением, - девушка ткнула пальцем назад в сторону коридора с уборными. - Спасибо, - поблагодарила писатель, направляясь по коридору. Когда она проходил мимо двух стариков, сидящих на диване за столиком, один из них указал на соседний автомат. - Как насчёт нескольких мелодий, мисс? - потребовал один из стариков, цепляясь за свою белую бороду. - Поставь B2, - сказал другой веселый тип. - “Кокосовую”! Я бы сыграл её сам, но мои ноги устали, - его волосы были белыми, как у другого человека, и такой, же была и его борода. У него на груди была клейкая именная табличка, на которой красным карандашом было нацарапано Макс Пейн. У другого человека была подобная табличка с именем Алекс Пейн на ней. - “Кокосовую”? - сказал Алекс. - Опять? Ты называешь себя рок-н-рольщиком? Ты мне отвратителен, ты умалишённый! - Не беспокойтесь о них, - прокричал сидевший возле Марты помощник шерифа местной отдела полиции. - Они ушли из клиники на озере Колдрон. Доктор Дуэйр может забрать их теперь в любой момент. - Кокос, кокос, кокос, - напевал Макс, щелкая пальцами. - Заткнись! - закричал Алекс. - Не думай, что я не задушу тебя во сне только потому, что мы братья. - Давай, мистер, будь другом, - умолял Макс Паркер. - B2. - В чём дело, мисс, вы не любите музыку? - спросил Алекс, его неприязнь к песне, очевидно, уже позабылась. - B2 изменит вашу жизнь, - продолжил за братом Макс. - Изменит твои книги в любом случае, - прорычал Алекс. - Три книги на ветер, - усмехнулся Макс. - Боже, мы продались, чтобы напиться днём. Паркер кинула пару монет в музыкальный автомат, нажал В2. - Замолотил, - согласился Алекс, поглаживая бороду. Пожилая женщина стояла у входа в тускло освещённый коридор, приподняв фонарь на батарейках. Паркер обошла вокруг неё. Как сказала ЭмДжей, Брайт Фоллс был просто причудливым маленьким городом… Заполненным дряхлыми безумцами. Женщина покосилась на Паркер, вытянув губы чопорной линией. - Я бы на вашем месте не ходила в коридор, юная леди, - она вцепилась в девушку, пытаясь преградить ей путь. - Там темно! - Мистер Стаки? - Паркер продолжала идти. Коридор был тёмным и мрачным, освещаемый лишь мерцающим светом в дальнем углу. Никакого ответа. - Мистер Стаки!? - на этот раз громче позвала писатель. Спирали из липучки свисали с потолка, усеянные неосторожными насекомыми. Наверное, можно использовать несколько ловушек для муравьёв тоже. Петра распахнула дверь в мужскую комнату и просунула голову внутрь. Никого. Лишь влажное полотенце рядом с раковиной и машиной, раздающая пузырьки одеколона за двадцать пять центов. Она закрыла дверь, повернулась и испуганно отстранилась. Там, рядом с ней, стояла женщина. Женщина в чёрном платье, шляпе-таблетке, с лицом, закрытым вуалью. Собралась в церковь или на похороны, или, может быть, просто ещё одна местная сумасшедшая. - Извините меня, - протянула писатель, отступая. - Я ищу Карла Стаки. - Карл не смог прийти, - через вуаль казалось, что она улыбается. - Бедняга приболел. - Он был … - Паркер было тяжело смотреть на неё. Она была рассеянным. Даже через вуаль её глаза были настолько тёмными, что она почувствовала, как падает в них, теряя себя. - Карл должен был дать мне… - Я знаю, что тебе нужно. Карл послал меня отдать тебе ключ от домика, - женщина в чёрном надтреснутым голосом, как будто она не разговаривала годами. Она передала Петре ключ и схему, нарисованную на бумажной салфетке, слегка коснувшись её руки холодными пальцами. - Спасибо. - Я надеюсь, что вам понравится проживание в моём домике, мисс Паркер, - искренне пожелала женщина в чёрном. - Я приду попозже посмотреть, как вы устроились. И с нетерпением жду встречи с вашей девушкой. - В этом нет необходимости… - попыталась девушку свести чужое желание на нет. - Не беспокойтесь, - однако, женщина в чёрном была иного мнения. - Я настаиваю. Паркер не намеревалась спорить. Её смех эхом отразился у неё в ушах, она начала свой путь по коридору, обратно к свету закусочной. Она обернулась, но леди в чёрном исчезла. Она была рада, что она больше не смотрит на неё из-за этой вуали, но это было почти, как если бы она исчезла. - Вы счастливый человек, юная леди, - старушка, которую Петра видела раньше, высоко подняла лампу, когда она проходила мимо неё. - Это я, - это Паркер уже честно признала. - Вам повезло в этот раз, - крикнула леди лампы. - Вы можете навредить себе в темноте. Паркер посмотрела в мёртвые глаза трофейных голов, когда направилась к входной двери закусочной. У одного лося был отломан кусок рога, и кто-то вставил сигарету в пасть одного из оленей. Автомат играл кокосовую песню, а один из старых простаков, Макс, подпрыгивал и неуклюже приседал под музыку. Другой, Алекс, положил голову на стол стенда. Макс дёрнул слегка Паркер, когда та проходила, потом схватился за неё. - Писака! Эй, у тебя, случайно, нет бутылки, а? - произнёс он невнятным голосом. - Писака, вернёшься сюда и нальёшь мне выпить! - Мне тоже, - пробормотал Алекс. Он застучал кулаком по столу. - Бармен! Угости меня и моего младшего братишку! - Не видишь, что перед твоим носом без выпивки, - бурчит Макс. - Хватит, ребята, - пожурил помощник шерифа. - Сохраните её для доктора Дуэйра. - Могу я предложить вам чашечку кофе, мисс Паркер? - прокричала Коскелла. - За счёт заведения! - Нет, спасибо, - отказывается писатель, направляясь к двери. Её картонный стэндап, казалось, наблюдал за ней, когда она приблизилась. Паркер захотелось нарисовать очки и усы на проклятой штуке. - Делаете большую ошибку, мисс Паркер, - сказал коп, прихлёбывая кофе. - Марта здесь обслуживает только стопроцентным чистым колумбийским. Паркер вышла на улицу и сразу же почувствовала себя лучше. Прохладный ветерок дул от воды, и она просто постояла там несколько минут, пытаясь надышаться. Раздался задорный сигнал клаксона, и подъехала Мэри-Джейн. Писатель быстро села в автомобиль. - Ты получила ключ? - спросила ЭмДжей. Паркер кивнула, однако, волнение было. - Всё в порядке? - Просто рада тебя видеть, - призналась девушка. *** Пятнадцать минут спустя, когда они ехали в лучах заходящего солнца, страх в лесу показался чем-то далёким и призрачным, брошенный по пути чей-то автомобиль просто аномалией, жутким рассказом, которым можно поделиться с друзьями на фоне смеха и выпивки. Может быть, превратить его в книгу, когда писательский опыт, наконец, придёт. Рассказ в любом случае. “Тайна тёмно-бордового кабриолета”. ЭмДжей улыбнулась, продолжая вести машину, опустив окно, её волосы развевались на ветру. - Ничего себе, - сказала она, указывая на озеро, появившееся в поле зрения. - Вот для чего мы приехали сюда. Озеро Колдрон растянулось на мили, окружённое крутыми утёсами и высокими деревьями. Озеро было таким огромным и глубоким, таким синим, что от этого казалось почти чёрным. Ни одной рыбы не плескалось на его ровной, тёмной поверхности, ни одной чайки не парило над головой. - Это «котёл» по-испански, - сказала она. - От этого слова пошло название. Вулканическое извержение тысячи лет назад разрушило земную кору и образовавшаяся гигантская чаша со временем заполнилась водой. - Спасибо за версию для туристов, - съязвила Паркер. - Мне оно напоминает ведьмин котёл. - Спасибо за мелодраматичность, - выстрелила она в ответ, замедляя скорость. Она кивнула на домик внизу. - Этот? Петра проверила сырую карту, которую ей дала женщина в закусочной. - Да, это он. Мэри-Джейн поехала по дороге из гравия и припарковалась, выключив зажигание. Они вышли вдвоём, и стояли, разглядывая домик, построенный на крошечном острове, связанном с землёй лестницей и шатким деревянным мостом. Дом как-то расстраивал не из-за грубой, некрасивой конструкции, а потому что фундамент был сделан из переплетённых ветвей и корней, торчащих из основания подобно лапам чудовищной птицы. Как будто предвосхищая подтвердить брезгливость, которая могла появиться у посетителей, вырезанная вручную надпись над хлипким мостом гласила: домик “птичья нога”. - Ты этого ожидала? - спросила Паркер. - На самом деле, нет. В брошюре сказано, что домик рядом с озером, - сказала Уотсон. - Не на острове. Я не жалуюсь. Это… - Жутко? - Это великолепно, - поправила ЭмДжей. - Наш собственный остров. Они пошли по видавшей виды деревянной лестнице, останавливаясь на дощатом мосту, который соединял с островом. Уотсон стояла, сложив руки на бёдрах, мост качался под ними, ветер стал холоднее. Она укрепила солнечные очки надо лбом. Домик был маленьким, двухэтажным, срубленным из сырого дерева с шатким пахнущим крыльцом, и кучей нарубленных дров для растопки рядом с дверью. Радио крепилось на поручнях крыльца. Если бы оно не располагалось для гротеска в гнезде из необработанных сучьев, всё было бы идеально. - Интересное архитектурное решение, - заинтересованно протянула ЭмДжей. - Похоже, как будто Фрэнк Ллойд Райт помешался на игре в бирюльки, - выдала своё умозаключение писательница. - Точно не совсем идеальное место для человека с богатым воображением. - Я считаю это самобытно, - сказала ЭмДжей, вытаскивая камеру. - Просто включи свет, дорогая. Уже темнеет, - она взяла фонарик из кармана и протянула ей. - Кабель тянется от домика к этой будке в задней части. Должно быть, генератор там. Позаботься о генераторе, а я осмотрю домик. Девушка обогнула домик, направляясь к будке. По одну сторону тропинки на большом пне глубоко в коре было вырезано сердце: TZ + BJ. Надо будет позже показать это ЭмДжей. Ей будет приятно думать, что у домика есть романтическая история. Не помешает. Она постучал об пень на удачу, затем подошла и открыла дверь в будку. Генератор, покрытый блеском пыли, заполнил половину пространства. Она проверила и убедилась, что он заполнен бензином, и потянула за пусковой шнур. Генератор сразу же зашумел, и так же быстро затих. Она повторила этот процесс. Опять. Опять. Им, должно быть, не пользовались долгое время. Она продолжала дёргать за шнур, понимая, что на улице быстро темнеет. На двадцатой попытке генератор запустился. Она поправила регулятор, убедившись, что он гудит, и вернулась в домик. Входная дверь открылась легко. Несмотря на то, что едва стемнело, Мэри-Джейн зажгла всё освещение в доме. На кухне было всё необходимое: кофеварка, холодильник, газовая плита, блендер и тостер. В гостиной на деревянном полу лежал ковёр, размещались кресло-качалка и диван, обращённый к огромному каменному камину. Дедушкины часы тикали в углу. На книжной полке были расставлены книги в мягком переплёте и куча настольных игр. Паркер подошла, чтобы взглянуть на книги. Автором большинства их был некий Алан Уэйк, писатель, о котором она вроде и слышала. Но вот где… Был тем ещё вопросом. Солнце стояло над озером, превращая его поверхность в чеканное золото. Петра вышла на заднюю площадку, положил руки на перила, и смотрела как день медленно умирает. Она и ЭмДжей могут здесь быть счастливы. Она сможет даже немного поспать в тишине. На озере не было ряби, не плескалась рыба, только идеальная плоская поверхность вытянулась к горизонту. Она стоял там, наслаждаясь видом, наблюдая, как озеро становится из золотого чёрным, когда угасает свет. Она включил переносной радиоприёмник, стоявший на столе, и немедленно услышала знакомый голос: - С вами Томас Зэйн, расскажу вам, что ночь обещает быть ясной, так что вы, люди из большого города, возможно, захотите в кои-то веки посчитать звёзды и понаблюдать за ними. Паркер поморщилась. - Я просто натолкнулся на известного художника на пароме, - сказал Зэйн. - Давайте посмотрим, сможет ли кто-нибудь из вас догадаться, кто это был. Вот наш первый звонок. Привет, Марта. - Я знаю, кто это, - сказала Коскелла легкомысленным голосом. - Я только что видела её на обеде. Это Петра Паркер, известный писатель! Паркер выключила радио. Вполне достаточно, чтобы залечь на дно. - Поднимайся, Петра! – позвала Мэри-Джейн сверху. - У меня есть для тебя сюрприз! Петра перепрыгнула через две ступеньки. Она нашла её в спальне полуодетой, её черные джинсы перевешивались через спинку мягкого кресла. Окна на маленький балкон были открыты, и она услышал, как озеро плещется вокруг острова. Девушка обнял её, щека к щеке, чувствуя её мягкую, тёплую кожу под своими пальцами. Вдали от людей можно особо не прикрываться дружескими отношениями. - Я не сюрприз, - прошептала ЭмДжей. - Ты всегда сюрприз, - усмехнулась Петра, всё ещё обнимая её. - Вот почему я люблю тебя. Через окно как было темно на улице, и звёзды рассыпались по небу. Больше звёзд, чем видели они за все эти годы. Больше звёзд, чем любой мог пожелать. Петра теснее прижалась к ней. - Я рада, что мы приехали сюда. - Сюрприз в кабинете, - напомнила ЭмДжей, медленно освобождаясь из объятий. - Я покажу тебе. Паркер последовала за ней, наслаждаясь, как покачиваются её бёдра при ходьбе. Она взяла её за руку и привела в кабинет. Стол располагался под двумя окнами-иллюминаторами с видом на озеро - она увидел как звёзды отражались на тёмной поверхности озера. У неё на мгновение закружилась голова, как будто озеро было таким глубоким, как высокое небо. - Ну, что скажешь? - спросила Мэри-Джейн, указывая на самую неожиданную вещь в кабинете. Паркер уставилась на чёрную пишущую машинку на столе. Вот этого ей не было радости встретить. - Что здесь делает моя пишущая машинка? - не сумев скрыть недовольства, спрашивает Петра. - Я принесла её, - призналась ей Уотсон. - Я знаю, что ты принесла её, - съязвила писатель. - Я спрашиваю, зачем ты её принесла. - Почему ты так сердишься? - Я не сержусь, - ответила девушка. - Я… Я подумала, может, тебе захочется здесь печатать, - отвечает следом уже рыжеволосая. - Здесь спокойно. Никакого давления. Я решила, что перемена места может… - Ты действительно считаешь, что причина, по которой я не могу писать в том, что мне нужно сменить место? - чисто для себя уточняет Паркер. - Не нужно повышать голос, Петра. - Я не повышаю голос, - пока ещё не повышает, хотя тон говорит, что медленно повышает. - Я просто пытаюсь помочь… - Если хочешь помочь, не мешай! ЭмДжей не отступила. - Ты не ешь, почти не спишь, и злишься всё время, потому что не можешь писать, - прямо сказала ЭмДжей. Её взгляд был немигающим и сосредоточенным. - Это не только твоя проблема, милая. Это наша проблема, - она взяла Петру за руку. - Я люблю тебя. Я хочу, чтобы ты занималась тем, что тебе нравится. Я хочу, чтобы ты снова писала. На этом ей нужно было остановиться, но она не смогла. Если она поцелует её, отведёт его обратно в спальню, трудно сказать что тогда произойдёт. Однако она так не сделала. - В Брайт Фоллс есть врач. У него клиника, в которой он лечит людей вроде тебя… Творческих людей, которые не могут работать. Я читала его книгу, и в ней так много смысла, Петра. Его зовут доктор Дуэйр… - Дуэйр!? - Петра отступила от неё, в ней закипал гнев. - Я встретила парочку хороших пациентов доктора. Думаешь, мне нужно записаться? - Нет, дорогая, конечно, нет, - сказала Уотсон, потянувшись к ней. - Доктор Дуэйр лечит художников… Петра резко оттолкнула её в сторону и тут же решила процитировать тех самых пациентов Дуэйра. - «Нажми В2, кокосовая песня изменит твою жизнь». - Что? - Мне не нужна пишущая машинка, на меня не нужно больше давить, и мне определённо не нужен “мозгоправ”! - Петра зашагала вниз по лестнице. - Петра! Не уходи! Паркер схватила фонарик с кухонного стола, собралась выйти за дверь, но она не поддалась. Она с силой налёгла плечом, чтобы открыть её. - Петра! Паркер вышла на мост, используя фонарик, указывающий дорогу. Он шла вдоль берега, наблюдая за звёздами, пока её гнев не остыл. Это не заняло много времени. Он не могла злиться на ЭмДжей. Она пыталась помочь ей, а Петра была идиотом, примадонна. Она пошла обратно к домику, репетируя свои извинения. - ПЕТРА! - испуганный крик Мэри-Джейн прорезался в ночи. - ПЕТРА, ГДЕ ТЫ!? Свет в хижине потух. Возможно, остановился генератор. Петра бросилась назад вдоль моста и к лестнице, чуть не упав в спешке. - НЕТ, ВЕРНИСЬ! - Я ИДУ! - крикнула Петра, грохоча по мосту. - НЕТ! НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ! Петра распахнула дверь, побежала вверх по лестнице. Как только она достигла площадки, раздался треск гниющего дерева. Она снова услышала крик ЭмДжей, а потом какой-то всплеск на воде. Её не было в спальне. - ЭмДжей! Ты где?! Она побежала вниз по лестнице и на заднюю площадку. Часть деревянных перил была сломана. - ЭМДЖЕЙ! Не было ни звука, кроме собственного эха. Она посмотрела вниз и провела лучом фонарика вдоль тёмной воды, как будто что-то увидела. - ЭМДЖЕЙ! - тень тонула в этот момент, почти вне поля зрения, как бы то ни было. - ЭМДЖЕЙ! Писатель нырнула за ней в озеро. А дальше… Только тьма. КОНЕЦ ЭПИЗОДА. ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.