"Words left in The Void" — Готлиб Фогт, Рин Такэда

      Чистилище. Темно и пусто. Вокруг не было ничего кроме непроглядного тумана и откуда-то стоящих друг напротив друга хлипких деревянных стульев. На одном, нещадно истекая багровой жидкостью изо лба, сидел солидного возраста брюнет — это был Готлиб Иоганн Фогт, четыре минуты назад сведший счёты с жизнью на полу заброшенного госпиталя. На другом — подстриженная под карэ взрослая девушка азиатской внешности с торчащим из груди лезвием охотничьего ножа.       В его ушах стоял звон, подобный вою сирены. Перед глазами, как белый шум, мелькали маленькие разноцветные искорки. Готлиб совсем не мог ничего вспомнить ни о том, что случилось, ни о том, как он сюда попал, ни о том, кем он был раньше. Ему казалось, что он всего-навсего каким-то ужаснейшим образом потерял сознание на жаре, но на самом деле ситуация обстояла намного намного хуже. Ноги отчего-то были ужасно тяжёлыми, из-за чего просто так подняться и уйти не представлялось возможным. Сердце не билось, но лёгкие машинально продолжали жадно фильтровать воздух.       — О, а я тебя знаю, — внезапно раздавшийся голос азиатки вернул его в чувства, — Тебя зовут Готлиб Иоганн Фогт. Ты родился 22 ноября 1963 года в день убийства 35-го президента США Джона Кеннеди. Не так ли? — она говорила на ломанном, но довольно-таки уверенном английском.       Глаза мужчины округлились от шока. Это точно говорила она, а не его внутренний голос?       — Откуда ты меня знаешь? — незамедлительно рявкнул он на неё в ответ.       — Мы с тобой когда-то были знакомы, — объяснилась она с неуверенной натяжкой, — просто в другой вселенной.       Как только сознание Готлиба окончательно пришло в ясность, в его голове завертелась туча насущных неразрешимых вопросов: В какой ещё к чёрту другой вселенной? О чём говорит эта женщина и кто она такая? Где они и что здесь происходит? Что случилось после того, как его мозг отключился? Он вообще умер или нет? Однако к сожалению, ни на один из них пока что нельзя было дать никакого логичного ответа. Если он и впрямь хотел что-то понять, то обо всём надо было спрашивать по порядку. Тем более, эта чертовка выглядела так, как будто бы она явно что-то знала.       — Кто ты? — переведя дыхание, начал расспрос Готлиб.       — Я Такэда Рин, — послушно отозвалась девушка, всё так же не сводя с него своих внимательных магнитных глаз. Она говорила таким тихим и спокойным тоном, что на фоне окружающего их "места" приобретала образ какой-то местной нечисти.       Брюнет прищурился и с недоверием хмыкнул.       — Впервые слышу это имя.       — Может ты меня и не помнишь, но я-то тебя отлично знаю.       — Вот как? Чем докажешь?       Девушка ненадолго задумалась, прежде чем дать более-менее убедительный ответ.       — Ты вроде как врач-хирург по образованию… А может и учитель химии. Я не помню точно…       Он поверил ей лишь на мгновение. Обработав её слова в своей всё ещё плохо функционирующей голове, у него возник новый вопрос.       — Учитель химии? — с несдерживаемым смешком в голосе переспросил Фогт, — И что значит "Я не помню"?       — Я храню воспоминания обо всех ветвях нашей реальности, Готлиб, — как ни в чём не бывало парировала та своим устало-мелодичным голосом.       От услышанного мужчина изогнул брови с ещё большим замешательством на лице. Однако прежде, чем он успел задать ей ещё один глупый вопрос, Рин первая начала разъяснять:       — Тебе, как человеку науки, наверняка известна квантовая теория о "разветвлении вселенной", не так ли? Так вот представь на мгновение, что она и в самом деле реальна. Наша вселенная делилась в арифметической прогрессии бесконечное количество раз и…       — Бред! — взбешённо прыснул Фогт.       Рин уставилась на него, как на дурака.       — Оглянись вокруг, Готт. Как ты думаешь, где мы вообще? Здесь нет ничего материального, кроме этих жалких стульев под нами. И то не факт, что они настоящие.       Мужчина бросил короткий взгляд в сторону, словно решив попытаться разглядеть там хоть что-то, оспаривающее слова девушки. К сожалению, ничего, кроме бесконечной пустоты.       — Видишь? Ты просто отказываешься принимать реальность такой, какая она есть, даже когда всё лежит прямо перед твоими глазами.       Слова японки прозвучали проникновеннее, чем ожидалось. Готлиб нахмурил брови и, серьёзно задумавшись, опустил взгляд в пол. Под его ногами так же не было ничего кроме непроглядной чёрной бездны.       — …Ну так что ты там говорила про разветвления? — после недолгого тяжёлого молчания переспросил Готлиб.       И Рин довольно улыбнулась ему в ответ.       — Пожалуй, стоит начать с истории о том, как мы с тобой «познакомились», — сказала она и, деловито сложив ногу на ногу, сцепила пальцы в замок как какой-нибудь важный секретарь, — Когда мне было всего восемнадцать, я попала в автомобильную аварию вместе со своим братом. Мы слишком сильно разогнались по трассе и врезались по встречной. Очнувшись, мы обнаружили себя не в Раю и не в госпитале, а в каком-то неизвестном месте. Судя по окружению, это был какой-то маленький американский городок в стиле восьмидесятых. Наша машина стояла целая и невредимая у какого-то пустующего мотеля, а через дорогу напротив была заправка. Там-то и стояли вы с Дэйвом. Дальше, ты, наверное и сам всё прекрасно помнишь. Суть в том, что когда мы вернулись, Кацуро благополучно забыл о случившемся, а я почему-то запомнила. Я пыталась с ним это обсудить, но он лишь смеялся и убеждал меня, что это всё был просто глупый сон, якобы, я слишком переутомилась на учёбе и потом просто случайно отрубилась за рулём. По началу я ему верила. По крайне мере, мне хотелось. Потом произошедшее стало повторяться в моих снах, а спустя пару месяцев… Из ниоткуда стали браться фантомные воспоминания. Якобы я знакома с тобой, Дэйвом, Адамом и другими. Я не понимала откуда всё это берётся. Вы больше никогда не снились мне во снах. Я просто в случайные моменты жизни начинала вспоминать то, чего со мной никогда не было. По началу я даже подумывала обратиться к врачу, но потом испугалась осуждения и риска загреметь в психушку, так что отказалась от этой идеи. Потом я долго переубеждала себя, пыталась выбросить это из головы, но у меня никак не получалось. В какой-то момент у меня даже развилась лёгкая паранойя на эту тему. Вообщем, в конечном итоге меня это всё доконало, и я решила найти реальные доказательства существования тебя и других людей из этих призрачных воспоминаний. Я залезла в интернет, вбила в поиск твоё имя и фамилию, нашла информацию о «COEXP»… А дальше, наверное, ты и сам можешь представить.       Готлиб слушал её с неподдельным интересом. К концу её рассказа в нём не осталось ни грамма сомнений в правдивости её слов. Даже если сама их встреча и происходящее вокруг ничто — лишь его предсмертная галлюцинация, то она была чертовски детальной.       — Я пойму, если ты подумаешь, что я вру… — неуверенно пробубнила она себе под нос, нервно сжимая и потирая свои бледные руки.       — Я тебе верю, — смело отозвался Готлиб. Его голос прозвучал громогласно, твёрдо и уверенно, но в выражении лица всё равно читалась лёгкая недосказанность. Ему явно было что добавить к рассказу Такэды.       В её же глазах, полных страха и переживания в этот момент, так же блеснула и капля надежды. Впервые в этом мёртвом месте что-то стало излучать чистый свет.       Ну а Готлиб, не теряя больше ни минуты, преждевременно прокашлялся и принялся рассказывать девушке свою вариацию произошедшего.       — Когда мы с Дэйвом вернулись, я тоже попытался обсудить с ним увиденное, но он повёл себя точно так же, как и твой брат: сначала отмахивался, потом смеялся надо мной, а в конечном итоге и вовсе забыл. Я тоже почувствовал себя сумасшедшим после этого, но постарался не зацикливаться. Дело было в том, что меня особенно зацепила ваша машина. На протяжении следующих двух-трёх месяцев я хотя бы раз день да вспоминал о ней и задавался всё одним и тем же вопросом: что это была за марка? Я искал похожий кузов глазами среди сотен проезжающих мимо авто, но так и не встретил того самого. Лишь в 89-м году я узнал, что это была бандитская Тойота. Когда она только вышла, — он замолчал на мгновения, многозначительно качая головой, а после добавил, — Это было путешествие во времени, не так ли, Рин?       Девушка широко распахнула глаза от последнего вопроса. Она вдруг растерялась и нервно залепетела.       — Я знала, что в тот день попала в другое место, но о том, что это было ещё и путешествие во времени, я даже и не догадывалась…       — Вот как, — неоднозначно цокнул Готлиб и задумчиво потёр свой щетинистый подбородок, — Получается, наши истории дополняют друг друга?       — Да, именно, — девушка почувствовала настоящее облегчение от услышанного. Она радостно закивала головой в ответ и воодушевилась к продолжению диалога, — Скажи, а есть что-то ещё, чем бы ты мог со мной поделиться? Касаемо нашей темы паранормальных явлений.       Фогт на некоторое время задумался, а после вдруг изменился в лице.       — На самом деле, да, — мрачно проговорил он и убрал руку от лица, — У тебя, говоришь, воспоминания из ниоткуда берутся, так?       Рин кивнула.       — А у меня знания, — признался тот, немного снизив тон, как будто бы боялся, что кто-то мог их подслушать, — Не академические, конечно же, но всё равно довольно-таки ценные. Я впервые заметил это, когда прошло около полугода с момента начала апокалипсиса. Как вчера помню: провизии на всех не хватало, настали ужасно голодные времена, а ходячие всё так же неумолимо лезли на нас изо всех щелей. В тот вечер я просто молча курил у себя в кабинете. Один. И вдруг в какой-то момент ко мне пришло озарение: я внезапно понял, что искать надо в закромах покинутого городка неподалёку. И оказался прав, а к вечеру у нас уже были припасы на целый месяц вперёд. В тот момент во мне не было ни капли сомнения в достоверности этой взявшейся из воздуха информации, но спустя время я задумался. Это и в самом деле было странно — информация взялась буквально из ниоткуда, но прозвучала в моей голове до жути чётко и понятно, как будто бы кто-то сказал мне это прямо на ухо, — на этой секунде выражение его лица помрачнело в десяток раз, — Спустя время этот же таинственный голос и признался, что говорит со мной свыше. Это был голос Бога.       Рин отнеслась к рассказу мужчины скептически, но подвергать его признание сомнению так же не спешила.       — Но почему? Почему он говорил с тобой?       Готлиб вдруг усмехнулся странно-нежным басом.       — Знаешь, как переводится моё имя?       — Как?       — "Любимый Богом".       После этих слов всё стало ясно. На стульях в пустоте сидели двое избранных. Между ними повисла долгая тишина. Никто больше не знал что сказать. Готлиб почувствовал, как гул в голове вдруг начал становиться всё сильнее и сильнее, как будто бы рядом находилось что-то невыносимо шумное, пусть даже на самом деле в этом пространстве, кроме их голосов, не было больше ни единого звука. Вялость и до сих пор никак необъяснимая тяжесть в ногах всё ещё никуда не делась. Очень скоро ему показалось, что его начало тошнить, а разум вновь стал заплывать. Из этого трансового состояния его окончательно вывел только внезапный стук своего сердца. Кровь разогналась по телу вместе с воспоминаниями о последних минутах его жизни.       — Где Лили?       Собеседница вновь скептически хмыкнула и одарила его трудночитаемым взглядом.       — Ты до сих пор не понял? Я и есть Лили.       — Да не может быть, — из гортани Фогта вырвался нервный смешок. Его запачканные сухой кровью руки сжались в кулак под напряжением. Он вновь начал спорить, — Ты можешь сколько угодно пудрить мне мозги своими байками о параллельных вселенных, но в такую чепуху я ни за что не поверю. Я прекрасно знаю как выглядит моя дочь, и ты на неё ни капельки не похожа. И даже при этой дурацкой теории о раздвоении вселенных…       Он не успел договорить. Рин прервала его одной короткой холодной фразой.       — В этом мире всё возможно, — сказала она и, выдержав недолгую паузу, продолжила, — Сейчас, я, может быть, уже и на так сильно на неё похожа, но увидь ты меня лет так в восемнадцать, то непременно нашёл бы между нами сходство. Тем более… Знаешь ли, Готт, люди могут быть похожи друг на друга не только внешностью, но и характерами, а то даже и судьбами.       — Вот как? Судьбами, говоришь? А не удосужишься ли ты тогда рассказать мне, старому дуралею, чем это твоя судьба так сильно похожа на судьбу моей дочери?       Рин принялась описывать ему уже давно знакомую им обоим картинку.       — Ну, это была запретная любовь с большой разницей в возрасте и постоянной нуждой скрываться от близких. Это была странная смесь чувства вины, стыда и страха, но в то же время наполненная безумной страстью и глубокой эмоциональной зависимостью. Звучит, конечно, весьма классически для многих других пар, но ты наверняка узнаешь свою принцессу по тем самым «магнитным» красным глазкам, особым прозвищам к себе и данной в машине клятве «всегда быть твоей милой девочкой». Ну что, герр Фогт? Похожа ли наша ситуация на сбой в матрице?       Он пялился на неё со сложной смесью смущения, злости и раскаяния во взгляде. В этой короткой красноречивой речи Рин была комбинация всех самых простых и узнаваемых черт его отношений с Лили. В какой-то момент он даже поддался её влиянию и на миг разглядел в её восточно-азиатских чертах лица нечто, напоминающее ему дочь. Возможно, то был лишь маленький блик в глазах или ровный тон её светлой бархатной кожи, но глубоко внутри всё равно возникло чувство — он был не один. И Рин, вероятно, почувствовала то же самое.       — И всё-таки ты сильно на него похож… — мелодично пропела она со сладостным упоением.       — На кого?       — Неважно.       Вновь возникла тишина, но на этот раз доверху наполненная особенными чувствами. Правда, испытывали они их совершенно не к друг другу. Это была ностальгическая любовь, обращённая к тем самым образам, которые они потеряли, прежде чем попасть сюда.       — И всё-таки… Что будет дальше? Мы же вроде как умерли, разве не так?       — Ты не должен бояться смерти, Готлиб. Эта история бесконечна.       Брюнет вдруг оживился. В его чёрных глазах засияла надежда. Главный страх всей его жизни, как оказалось, на самом деле был просто глупостью. Если верить словам Такэды, то жизнь — это и в самом деле просто бесконечный оборот циклов, а смерть — лишь переходный этап от одного к другому.       — На самом деле я предполагал, что такое возможно, но... Как это работает?       — Ну, если предположить, что с тобой будет происходить всё то же самое, что и со мной, то в течение короткого времени ты просто очнёшься в "новой", "обновлённой" реальности. Может, ты окажешься в другой стране или эпохе, но ты, по крайней мере, снова будешь жив.       Готлиб продолжал смотреть на неё озадаченно, но всё так же с глубинным отблеском надежды. Ему искренне хотелось верить, что всё, что она говорит — правда.       — ...И обязательно вновь встретишься с Лили, — дополнила Рин, чтобы ещё немного приободрить его.       И он улыбнулся, уже не боясь ни начала новой жизни, ни ещё одной смерти.       — А что насчёт тебя?       — Я? А что со мной?       — Ну, ты же начнёшь новую жизнь, уже имея воспоминания обо всех прошлых... Если я правильно понял. Разве тебе не будет одиноко в тот период, когда ты ещё не успеешь встретиться со всеми теми, кого знала "раньше"?       — Знаешь, Готлиб, если честно, я просто хочу вернуться обратно домой, — тихим голосом призналась она, — Это похоже на бесконечную погоню за ускользающей мечтой. Каждый раз, оказываясь здесь, я надеюсь, что смогу вернуться туда, где меня ждут и любят. Ко всему тому, что я, к сожалению, недостаточно сильно ценила при "первой жизни", и в итоге навсегда потеряла.       Мужчина понимающе кивнул и постарался выдавить из себя как можно больше уважения к своей "новой знакомой".       — Я постараюсь тебя не забыть.       Девушка усмехнулась.       — У тебя не получится.       — Я знаю, просто... - Готлиб тоже заулыбался, ощущая полный покой на душе, - Спасибо тебе.       — О, отставь эти милости в сторону, мужик. Мне не нужны твои благодарности. Тем более, мы не прощаемся. Мы с тобой ещё обязательно встретимся. Ну, с наибольшей долей вероятности.       — Да, — кивнул тот с замиранием сердца, — Да, обязательно, — и потом добавил, чуть более скромно, — Я надеюсь, у тебя получится... вернуться. Туда, куда ты хочешь.       — Спасибо, — Такэда улыбнулась, но не выглядела так, будто бы сильно верила в его слова. Тем не менее, она тоже решила сказать пару приятных слов на "прощание", — Помни, что в следующий раз всё обязательно будет лучше, чем в предыдущий, и... Цени своих близких, пожалуйста. Пока не стало слишком поздно. Обещаешь?       — Обещаю, — сказал напоследок Готлиб, смело глядя в её тёмно-карие глаза.       Такэда улыбнулась в ответ, и они оба, подобно миражу, растворились в пустоте.