ФАНТОМ

Утром Джанна проснулась от непривычной тишины.Обычно в здании тренировочной базы HYBE к этому времени уже гремели басы из зала, хлопали двери, кто-то орал на кого-то в корейском стиле командного стресса. Но сегодня — почти пустота. Она села на кровати, провела пальцами по лбу и зашипела от тупой боли в колене — напоминание о недавнем падении. Рядом — пусто.Дамиано ушёл раньше. На тумбочке — открытка. Нарисованное от руки сердце и каракули на смеси корейского и итальянского: “Andrà tutto bene. Anche se balliamo su vetro.” Она улыбнулась. Слабо.И включила телефон. Оповещения вывалились лавиной. Twitter, Instagram, Bubble, даже Weverse. — “JD — настоящее открытие года” — “У них химия, которой не хватает даже раскрученным группам” — “Наконец-то кто-то не боится показать чувства на сцене” Но вместе с этим: — “Они встречаются, сто процентов. Это против правил.” — “Почему этим ''белым'' дают столько внимания?” — “Корея — не цирк для итальянских романов.” Появились мемы, где Джанну называли «Славянской ведьмой», якобы соблазнившей корейского принца (а иногда даже Тэхёна из BTS, с которым она пересекалась в коридоре и просто поздоровалась). А Дамиано — «макаронником на поводке». — “Реально? Мы — тема мемов?” — спросила она вслух, скролля сообщения. И всё это — в первые два дня после дебюта. На собрании PR-отдела её с Дамиано усадили как школьников.Говорили с ними по-корейски, через переводчика, чтобы избежать недопониманий. — Вы — эксперимент. Вы не изнутри индустрии. Не из корейской культуры. Это значит, что каждое ваше слово, каждый шаг — под лупой. Вам не простят даже того, что простили бы TXT или BTS. — Мы не делаем ничего запрещённого, — пытался спокойно сказать Дамиано. — Мы репетируем, выступаем, держим дистанцию. — Вы держите дистанцию на сцене. Но не в головах публики.У вас — своя фанбаза. Быстро растущая. Но и свои анти. И они… активны. На следующий день их вызвали в зал 3B — не тренировочный, а видеопрезентационный.На экране — клип новой BTS-единицы. Продюсирует SUGA.В кадре — городской стиль, огни, темп, одиночество мегаполиса. — Мы хотим включить JD в сцену клипа, — сказал менеджер проекта. — Но только Джанну.Пауза.— Она будет в кадре с Чимином. Акцент на теле, на эмоциональном отклике. — А я? — тихо спросил Дамиано. — Ты… фон. Двигаешься где-то в переходах. Как визуальный ритм. В комнате повисла глухая тишина. — Это не дебют, — добавил менеджер. — Это инструмент. Раскрутка. Позже, в тренировочной комнате, где они остались вдвоём, тишина повисла как плёнка.Он стоял у окна, руки в карманах.Она за его спиной. — Di’ qualcosa. Он не обернулся. — Cosa dovrei dire? — Che non te ne importa. Che siamo una squadra. Он развернулся. Глаза — ледяные. — Ma non siamo più una squadra se solo uno di noi brilla. Она шагнула ближе. — Non volevo questo. Lo sai. — Ma ci sei dentro adesso. Ed io? Solo un’ombra nel tuo frame. Она сжала кулаки. — Non osare farmi scegliere. Он отступил на шаг. Словно понял — граница близка.Между болью и обидой — тонкая трещина. Если надавить — треснет всё. Съёмки клипа прошли напряжённо.Чимин — профессионал, вежливый, немного отстранённый.Джанна держалась. Двигалась чётко, по задаче. Но чувствовала, как камера ищет что-то большее — эмоцию, которую нельзя сыграть.И это раздражало. Она не хотела быть чьим-то «чувством» в постановке, когда все её настоящие чувства — за кулисами. Дамиано сидел в углу.Молчал.Не вмешивался.Но взгляд… прожигал сцену. После съёмки, в раздевалке, он всё же подошёл. — Ti amo. Lo sai. — Lo so. — Ma non voglio perdermi mentre ti guardo salire. Она подошла к нему вплотную. — Allora saliamo insieme. O non saliamo affatto. Он закрыл глаза, сжал её ладони.И впервые за долгое время они просто стояли, не думая, кто может войти, кто может снять это на камеру. Но за пределами их мира — новая атака. В сети появились поддельные фото.Джанна — с кем-то другим. Не Дамиано. Слухи, что она использует его, что «они уже расстались».Что он — просто фасад. Они пытались понять, откуда это.PR-отдел отмалчивался. Но менеджер Пак вечером шепнул: — Вас сливает кто-то внутри. Кто-то, кто хочет разломать вас изнутри. Потому что вы… угроза. Не вписываетесь в шаблон. И это пугает многих. Ночью они не спали.Сидели в комнате, слушая музыку через старую колонку.Он положил голову ей на колени.Она перебирала его волосы, шептала на смеси русского и итальянского: — Мой мальчик. Мой… Дамиано. Они не заберут тебя. Никогда. Он улыбался. — Ma se ci proveranno… ci troveranno insieme. Утром они проснулись от звонка. — Вы утверждены на первый международный фанмитинг в Японии.Сольное представление.Первые интервью. И новый контракт.С условиями, которые могут разрушить всё, если они согласятся.