Часть 33

Элизабет сорвалась с места, не чувствуя под собой ног. Она бежала, проталкиваясь сквозь хаос, что начал захлёстывать лагерь. Люди метались, охрана кричала друг на друга, кто-то волок ящики с боеприпасами в укрытия, кто-то пытался закрыть ставни на окнах, но всё это было для неё фоном. Единственное, что имело значение сейчас — это Коул. Живой. Вернувшийся. И в его глазах был страх. Она врезалась в него всем телом, и Коул, даже шатаясь от усталости, поймал её в объятия. Его сильные руки сомкнулись вокруг неё, крепко прижав к себе, как будто боялся, что она исчезнет. Он уткнулся носом в её волосы, глубоко вдохнул их запах и, не сдержавшись, поцеловал её в макушку. — Принцесса... — хрипло прошептал он, поглаживая её по спине. Его голос дрожал, но не от слабости — от эмоций, что душили изнутри. — Слушай меня внимательно, малышка. Элизабет подняла на него глаза. В них было всё: любовь, страх, усталость и что-то ещё — животный инстинкт защищать. — Бери Нору. Запирайтесь в нашей комнате. Ни света. Ни звука. — Он говорил быстро, сбивчиво, будто каждое слово жгло горло. — Возьми вещи. Свои. Мои. Норы. Только самое нужное. Оружие. Тёплую одежду. Пару мелочей... если успеешь. Элизабет кивнула, не задавая ни одного лишнего вопроса. Она чувствовала: время шло на минуты. Коул нежно коснулся её щеки, задержал на мгновение ладонь, будто пытаясь запомнить это прикосновение, потом резко отстранился. — Беги, принцесса. Быстро. Элизабет развернулась и сорвалась с места. Сквозь адскую кашу голосов, скрип металла и грохот поспешно закрываемых ворот она бежала к корпусу. По пути заметила Нию, Скайлор, Джея и остальных. Они стояли в растерянности, явно не понимая, что происходит. — Вещи! Бегом в комнаты! Всё самое нужное! — почти закричала Элизабет, хватая Нию за плечи. — Ни света! Ни шума! И соберитесь к чёрту быстро! Джей, видя лицо Элизабет, без лишних вопросов взял Нию за руку, аккуратно, но быстро повёл её в сторону жилого корпуса. Его лицо было жёстким, сжаты губы. Ния пыталась держаться, но было видно — внутри её трясло. Четыре месяца беременности не давали ей права рисковать. Элизабет взлетела по лестнице, с разбегу влетела в свою комнату. Нора сидела на полу, устроившись в углу с Рафом, который терпеливо позволял ей плести хвостики из шерсти. Малышка тихонько напевала себе под нос что-то о мишках и пижамах. — Нора! — позвала Элизабет, захлопывая дверь и тут же закрывая её на засов. Сердце стучало в ушах. — Крошка, мы должны быстро собраться, хорошо? Нора подняла на неё глаза — большие, испуганные. — Мам, а что случилось? — Всё хорошо, малышка, — выдавила из себя Элизабет, стараясь говорить ровно. — Просто нужно одеться потеплее и кое-куда пойти. Она сунула Норе в руки аккуратно сложенные колготки, штаны, футболку, кофту и куртку. Девочка послушно начала натягивать одежду, посматривая на Рафу, который тихо скулил. Пока Нора возилась, Элизабет метнулась к шкафу, сдёрнула с вешалок самое необходимое: их тёплые вещи, старый фотоальбом с выцветшими снимками, запасные патроны, аптечку. Всё летело в большую спортивную сумку без лишней аккуратности. Главное — успеть. Она на ходу одевалась сама: натянула джинсы, футболку, сверху кожаную куртку, крепила кобуру, проверяла обоймы. Мачете на пояс, нож в ботинок, запасной в рукав куртки. Нора стояла в центре комнаты, уже полностью одетая, с немного растерянным видом. — Мам, а Раф пойдёт с нами? — спросила она тонким голоском. Элизабет присела на корточки, взяла её за руки. — Конечно, крошка. Мы всегда вместе. Она подняла девочку на руки, прижала к себе, вдыхая родной запах. Даже через одежду она чувствовала, как сильно бьётся маленькое сердечко. Они сидели в темноте, только сквозь зашторенные окна проникал тусклый свет. Снаружи доносились крики, скрежет металла и... далёкий, тягучий рёв. Как будто кто-то или что-то выло в ночи, медленно, затяжно, пробирая до костей. Элизабет крепче прижала Нору, ощущая, как та дрожит в её объятиях. Раф улёгся рядом, плотно прижавшись к ним, его шерсть щекотала ладонь. Время будто застыло. И в этой тишине, прерываемой только далёким шумом лагеря, Элизабет сидела, обняв дочь, прислушиваясь к каждому шороху. Дверь распахнулась так резко, что она стукнулась о стену с глухим звуком. В комнату ворвался Коул — лохматый, измазанный в грязи, глаза горели яростью и страхом одновременно. Элизабет подскочила на ноги почти рефлекторно, инстинктивно заслоняя Нору собой. — Коул! — её голос дрогнул, но она тут же сжала пальцы в кулаки, пытаясь удержать себя в руках. — Что происходит? Что за чёрт здесь творится?! Коул пересёк комнату в три шага, перехватил её за плечи, сжал крепко, чтобы поймала взглядом его глаза. — Выезд... был ловушкой, — выдохнул он, дыша тяжело. — Это была, блядь, западня. Они все там поехали башкой — та база, на которую мы ехали. Там не люди уже. Полубезумные. Элизабет замерла, пытаясь осознать. — Как... как это? Почему? Коул сглотнул, словно слова давались ему с трудом. — Они... они экспериментировали. На зомби. Создали мутантов, чёртовы ублюдки. Ускоренных, сильных... — его голос сорвался. — И теперь они идут сюда. Уже близко. И словно в подтверждение его слов, воздух разорвал низкий, протяжный рёв. Жуткий. Звериный. Такой, что даже стены, казалось, задрожали. Нора вцепилась в подол Элизабет, прячась за её спиной. Раф заскулил, прижав уши. И снова — рёв. Ближе. Громче. Будто сама тьма надвигалась на лагерь. Коул выругался сквозь зубы, быстро перекинул через плечо сумку, которую до этого Элизабет успела собрать. Одним движением он подхватил Нору на руки, прижимая девочку к себе так бережно, словно она была самым драгоценным в его жизни. — За мной! — коротко бросил он Элизабет, и та без раздумий пошла за ним. В коридоре царил хаос: крики, беготня, шум сбивающихся в кучу людей. Где-то за стенами строчили автоматы — короткие, злые очереди. Сквозь гул и топот слышались крики командиров, приказы, проклятия. Коул оглянулся на неё: — Внизу, у гаража, — быстро сказал он, перекрикивая шум, — должны быть Ллойд, Стив и Кай. На всех нужно три машины, иначе нам не прорваться. Они мчались вниз по лестнице, когда вдруг из бокового коридора выбежал Майк, весь взъерошенный, с кровью на скуле и без куртки. — Там на улице... пиздец творится! — заорал он, запыхавшись. — Эти твари прорываются через ограждение! Вышки уже не держат! Коул только рявкнул: — Не стой столбом, Майк! К машинам — быстро! Спустившись на первый этаж, они почти влетели в ещё одну группу — Ния, обнявшая живот обеими руками, Скайлор с выбитым дыханием и Джей, который буквально держал обеих под руки, как будто не верил, что они сами смогут бежать. — Зейн уже у машин, со своими ребятами! — выпалил Джей, глядя на Коула. — Машины наготове! Как только эти слова слетели с его губ, одна из оконных рам в коридоре взорвалась в дребезги. Тварь — тёмная, неестественно длинная, с оскаленной мордой и кривыми когтями — протаранила стекло, обрушив раму внутрь. Выстрелы. Резкие очереди. Крики боли. Кто-то орал, кто-то стрелял вслепую, кто-то хватал первое, что попадалось под руку — от топора до кусочка арматуры. Коул прижал Нору к груди сильнее, перекрикивая какофонию: — К выходу! Все к чёртовому выходу! Живо! Он подгонял их, не давая замереть от страха, толкая плечом в спины, заставляя двигаться. И лагерь, под крики, выстрелы и этот жуткий рёв, начинал падать в настоящий кошмар. Они бежали. Сквозь ревущую тьму, сквозь выстрелы, крики и вой сирен. Лагерь горел. Не буквальным огнём, но огнём паники, огнём отчаяния. Взрывами света и тьмы. Каждая секунда была борьбой за жизнь, каждый шаг — броском в неизвестность. Элизабет почти не чувствовала ног. Мышцы горели, лёгкие вырывались из груди, но она не останавливалась. Не могла. Нора цеплялась за Коула мёртвой хваткой, всхлипывая в его куртку, как напуганный зверёк. Ния, тяжело дыша, держала живот одной рукой, другой — сжимала плечо Джея, будто только его прикосновение удерживало её на ногах. Скайлор, злая и яростная, прикрывала их спину, отстреливаясь почти вслепую. Гараж был уже близко. В нескольких метрах от спасения их остановила тварь. Мутант. Необычный зомби — не просто мертвяк, который тащится за едой. Это было нечто созданное из страха и боли: огромное, с раздутыми руками и пастью, полной кривых зубов, с телом, покрытым трещинами и гноем. Оно встало между ними и их спасением. — Чёрт! — выругался Коул, прижимая Нору крепче. — Что делать?! — закричала Скайлор. — Ждать! — отрезал Коул, оглядываясь. И вдруг впереди вынырнул Дэйв. — Эй! Сюда, ублюдок! — заорал он, паля из дробовика в уродливую рожу монстра. Тварь взревела и метнулась на него. — Бегите! — крикнул Дэйв на прощание. Он исчез в тумане криков и выстрелов. Элизабет стиснула зубы так сильно, что скулы заболели. Они рванулись к гаражу. Но тут справа выскочила ещё одна тварь. Быстрая. Чёрная. И нацелилась прямо на Нию. Всё произошло за секунды. Тварь прыгнула. И Майк, не раздумывая, бросился вперёд. Элизабет видела это, как в замедленной плёнке: его растрёпанные волосы, кривая ухмылка, блеск ножа в руке... И потом удар. Когти вошли в его грудь с глухим чавкающим звуком. Он отлетел, с силой рухнув на землю. — МАЙК! — крикнула Ния так пронзительно, что у Элизабет сердце оборвалось. Джей схватил Нию, пытаясь утащить её, но она рвалась из его рук, кричала, плакала, билась. — НЕТ! ПУСТИ! МАЙК! Но Джей держал её, вцепившись до белых костяшек. Ния всё же вырвалась. Она упала на колени рядом с Майком, прижимая его голову к своей груди, слёзы текли по её лицу, сливаясь с кровью на его одежде. Майк открыл глаза. Слабо. Медленно. Он улыбнулся — этой своей лукавой, чуть дерзкой улыбкой, которой всегда прикрывал страх. Его рука — слабая, дрожащая — потянулась к её животу. — Если будет мальчик... — прохрипел он, кровь пузырилась на губах, — ...назовите Майком... ладно? Ния плакала так горько, что сама земля, казалось, всхлипывала вместе с ней. — Ладно, — всхлипывала она, прижимаясь щекой к его лбу. — Ладно, Майк... Обещаю... Он улыбнулся в последний раз. И замер. Его рука соскользнула с её живота, безвольно упав в грязь. — Неееет... — простонала Ния, обхватывая его руками, прижимая к себе, словно могла согреть, вернуть к жизни. Джей подбежал, подхватил её, таща на себе. — Нам нужно уходить! Сейчас же! — голос его сорвался на крик. Ния билась в его руках, плача, умоляя оставить её, вернуться, но Джей стиснул зубы и тянул её за собой к машинам. Скайлор прикрывала отход, стреливая очередями, отгоняя тварей, которые начинали окружать их. Коул бежал впереди, оборачиваясь через плечо каждые пару секунд, проверяя, что все живы. Элизабет мчалась рядом, сжав зубы до боли. В груди у неё было ощущение, будто сердце порвалось на тысячи маленьких кусочков. Они потеряли Майка. И это было только начало. Выстрелы рвались в воздухе, перемежаясь с рёвом мутантов и воплями умирающих. Небо будто сдавило землю — низкое, чёрное, давящее. Коул и Элизабет держались рядом, прикрывая друг друга спинами. Они работали как одно целое — быстро, слаженно, без слов. Только короткие взгляды, короткие движения. Нора была уже в машине. Скайлор осталась с ней, удерживая малышка на руках, держа пистолет в дрожащей руке, готовая стрелять, если хоть кто-то подберётся слишком близко. Коул слышал, как Нора плачет, прячась у неё на груди, но не мог позволить себе обернуться. Каждая секунда могла стать последней. — Двигаемся к гаражу! — коротко крикнул он через плечо. Элизабет кивнула, отстреливая патроны. Лицо её было сосредоточенным, губы плотно сжаты. Твари накатывали волной. Их было чертовски много. На секунду — длинную, как вечность — всё замедлилось. Элизабет увидела, как дорога к гаражу захлопывается новой волной зомби. Как твари бегут со всех сторон. Как их замыкают в смертельное кольцо. Коул в этот момент разрядил магазин в очередного урода, выкинул пустой и потянулся за другим — но уже понимал: долго они не продержатся. — Принцесса, план? — хрипло спросил он, не оборачиваясь. И тут она повернулась к нему лицом. В её глазах было всё: страх, решимость, любовь. И прощание. — Я отвлеку их на себя, — сказала она твёрдо. — Ты пробьёшься к машине. Вы должны уехать. — Да пошла ты! — взорвался он. — Вместе или никак! Элизабет сорвала с шеи кулон — тот самый, который он подарил ей на Новый год. Тот, который она носила на голой коже каждый день. И вложила его в его ладонь. Тёплый. Родной. — Пожалуйста... — прошептала она. Глаза её блестели от слёз. — Спаси их. Спаси Нору. Спаси всех. Коул мотнул головой, дыхание его сбилось. — Нет. Нет, блядь, нет! Элизабет слабо улыбнулась сквозь слёзы. — Я буду прямо за тобой. Обещаю. И, прежде чем он успел сказать хоть слово, толкнула его вперёд, заставляя двигаться. Коул стиснул зубы, почти взвыл от ярости, но послушался. Он понимал: сейчас спорить — значит погубить их всех. И он рванул к машине, простреливая себе путь. Элизабет осталась. Осталась одна. Она закричала, привлекая внимание тварей: — ЭЙ, МРАЗИ! Я ЗДЕСЬ!!! И они пошли на неё. Толпа, ревущая, визжащая. Её пистолет опустел через минуту. Тогда пошли в ход ножи. Удары были резкими, короткими, точными. Элизабет двигалась, как тень, убивая одного за другим. Она чувствовала, как усталость сковывает её мышцы. Как дыхание рвётся рваными вдохами. Но она не останавливалась. Не имела права. Вдали она видела, как машины завелись. Одна, вторая... третья. Она увидела Коула — он стоял у водительской двери, крича ей что-то. "Беги! Быстрее!" Но она знала: не сможет. Не успеет. И если сейчас бросится к ним, тварь, которая только что перепрыгнула через забор, сожрёт её раньше, чем она сделает два шага. Время кончилось. Элизабет, стиснув зубы, кинулась вглубь лагеря, уводя монстров за собой. "Спаси их," — твердил каждый её удар. — "Ради них..." Она бежала по развалинам, уклоняясь, стреляя, раня. Пули кончились давно. Теперь только ножи. И вот она упёрлась в стену. Тупик. Слева — пламя. Справа — рухнувшие машины. Позади — твари. И тогда она увидела пожарную лестницу. Ржавая, шаткая, но единственная надежда. Элизабет бросилась к ней, цепляясь за перекладины. Одна ступенька прогнулась под её весом, едва не сорвав вниз. Когти твари зацепили её за ботинок, порвали шнуровку. Она ударила зомби ногой в морду, отшвырнув его, и полезла дальше. Каждый вздох отдавался болью в груди. Каждый рывок вверх был подвигом. Но она добралась. Взобралась на крышу. Оказавшись наверху, Элизабет согнулась пополам, хватая ртом воздух. Она подняла голову — и увидела их. Машины. Фары. Коул. Он стоял у водительской двери, смотрел на неё. И в его глазах была боль. Боль такой силы, которую невозможно выразить словами. Элизабет вскинула руку, махнув ему. "Беги," — хотела она крикнуть, но воздух застрял в горле. И он понял. Коул в последний раз посмотрел на неё — и прыгнул в машину. Двигатели заревели. Колёса взвизгнули по земле. Они уезжали. Они спасались. Без неё. Слёзы хлынули из её глаз, смешиваясь с грязью и кровью на лице. И вдруг — удар. Грохот. Тварь, огромная, тяжёлая, как грузовик, влетела в здание столовой. Пошли трещины по стенам. Рёв раздался таким, что заложило уши. Элизабет поняла: всё. Она сорвалась с места, побежала вдоль крыши — но не успела. Пол под её ногами провалился. Всё рухнуло. Она закричала — пронзительно, отчаянно. Последнее, что она успела увидеть — это осколки стекла, рваные стены, красное зарево пламени. А потом — темнота. Холодная. Тяжёлая. Поглощающая.