1. Назначение приговора. Н.И.Л (Надёжность. Имя. Лояльность)

Понедельник. Офис Н.И.Л Только не я, только не я! — Хлоэ будет менеджером Амена Мемфисского! Чёрт! Я открыла прикрытые веки и увидела взгляд, направленный на меня. Директор Джонсон, сидящий во главе длинного стола в переговорной, после раздумий произнёс это с такой широкой и сияющей улыбкой, будто только что вручил мне главный приз года. В его голосе звенел пафос — он ожидал от меня восторженного визга и благодарности за сбывшуюся мечту. — Директор! На удивление, наш возглас с Шелл произошёл в унисон. Её — потому что она хотела быть менеджером самого хайпового актёра этого десятилетия, и сейчас готова была залить всю переговорную своей завистью. Мой — потому что я не хотела быть его менеджером и готова была отдать эту адскую честь своей ненавистной сопернице. Я быстро перебирала в голове всевозможные последние скандалы актёра, менеджером которого быть протестовало всё моё нутро. Актёра, чьи скандалы очень быстро забывали, потому что слепая любовь публики сильнее ненависти. Их желание видеть на экране красавчика перекрывало любые морали. И это было своего рода оружием в наших карьерах. Актёра, с которым меня связывало намного больше, чем было можно. Намного больше, чем хотелось бы. Но это я не могла кинуть Джонсону. — Три менеджера за один год, два разных агентства, — произнесла я медленно, словно повторяя проклятие. — Десятки крупных скандалов и регулярные появления в объективе папарацци в ситуациях, после которых другие карьеры рушатся, а не получают новые предложения… На вашем месте я бы вообще не подписывала с ним контракт. А если уж так, пусть Шелл его забирает. С радостью отдам, — я мерзко улыбнулась ей, а она лишь в ответ зашипела. Лицо пожилого мужчины резко поникло. — Да кому это важно, Хлоэ? Скандалы, интриги — всё это пыль. Пыль на фоне его таланта. Он же не из ниоткуда взялся. — Конечно нет, его мать — бывшая известная актриса, если вы забыли — таскала его по кастингам едва он научился ходить. Джонсон всё продолжал: — У него десятки предложений на руках, его хотят все — от режиссёров до люксовых брендов. Ты понимаешь, сколько сейчас стоит его лицо? Я даю тебе шанс! — его кулак опустился на стол, от чего наша SMM-менеджер Елена подпрыгнула, еле удержав телефон в руках. — И это уже третья попытка перехватить его до STAG. Мы не можем опять проиграть крупных звёзд. — Поразительно, — воскликнула я, — стоило сыграть фильм, где он трахался в каждой второй сцене и бегал с голым торсом — и всё, предложения посыпались. Уверены, что это талант, а не гормоны публики? Смех пробежал по столу — его подхватили все коллеги, включая Агнию, Рэймсса и Остина. — Да чёрт возьми, по-вашему, тот факт, что после всей этой истории с Ирис он вышел сухим из воды — не повод держаться от него подальше? — голос мой звучал хлёстко, сдержанная ярость дрожала под кожей. — Ты серьёзно? Опять твоя девочка с подиума? — Шелл закатила глаза и облокотилась на край стола. — Это было уже два года назад, умница! Она даже не была известной, зато скандалов — на десять человек. Её все так и запомнили: «Психованная бывшая Мемфисского». — А её вечные интервью о том, что он токсичный псих, который пытался её превратить в кого-то другого, никого не смущают? Он угробил её карьеру! — А то, что твой Ларс Вьера был тоже психом, но только послаще, тебя не смущало? — съязвила в ответ Шелл. — А это как-то связано с Мемфисским? — тут же огрызнулась я. — Никак, просто хотелось тебе припомнить. К тому же твоя Ирис сама таскалась за Мемфисским как жалкое подобие собачки. За его счёт она и прославилась, на скандалах, правда. — Шелл, ещё одно слово… — Хватит! — Джонсон выдохнул через нос; он ненавидел говорить на эту тему. — Послушай, Хлоэ, я понимаю, Ирис была твоей подопечной, ты к ней привязалась… — начал он с осторожной интонацией, как будто боялся снова задеть старую рану. Я сжимала пальцами виски, давящее напряжение в голове гудело. Они не понимали. Думали, всё было просто. Думали, Ирис — очередная безумная истеричка, как писали в слухах. Но всё было иначе. — Она была моим потенциально лучшим проектом, и она была хорошей девушкой, — строго говорю я Джонсону. — Может, тебе тогда следовало лучше за ней присматривать, а? — не унималась Шелл, и в этот момент какой-то укор совести во мне включил агрессию. — Заткнись, если не хочешь, чтобы я плеснула мой горячий кофе тебе в лицо! — Попробуй — и закончи свою жалкую карьеру, которую спас лишь Ларс Вьера. — Что ты сказала? — Воу-воу, девочки! — встревает Рэймсс. Кулак Джонсона снова опустился на стол, а Елена вновь подпрыгнула и спрятала телефон в сумку. Наступила тишина. — Твоя моделька чуть было не потопила нас всех в то время из-за своей неустойчивой психики и потому, что ты за ней не уследила! Я никогда не избавлюсь от этих обвинений. Ты не уследила за Дией. Ты не уследила и за Ирис. Хлоэ, ты бестолковый менеджер и подруга. Да, я заслуживаю, чтобы кто-нибудь мне припоминал это каждый раз. Но отчасти их потопили и чувства к Амену — и он сам, как и меня однажды, но я успела вовремя вынырнуть. Во всяком случае, мне хотелось в это верить. Во всяком случае, так я двигалась вперёд. Воздуха начинало не хватать. Я схватила бутылку с водой и сделала глоток, чтобы успокоиться. Джонсон резко откинулся назад и поднялся. — Я не собираюсь упускать возможность заполучить Мемфисского в наше агентство. Я ещё не выжил из ума настолько. И ты тоже. На этом всё! — Почему не Шелл, чёрт возьми?! — вырвалось у меня. — Да, директор, почему не я? — Шелл подхватила мгновенно. — Вы серьёзно считаете это вообще этичным? — я не могла остановиться. — Он встречался с моей бывшей актрисой, и теперь он должен работать со мной?! Вы правда думаете, это не вызовет проблем? Но Джонсон даже не моргнул. Он бросил на меня короткий, раздражённый взгляд — тот самый, от которого стажёры рыдают в туалетах — и демонстративно отвёл глаза. Потому что знал: я права. Потому что сам не хотел произносить вслух, насколько это всё паршиво выглядит — У меня до сих пор Грег Вьера, — Шелл пыталась вытащить последнюю карту. — Это гарантия, чёрт возьми, высшего мастерства. Вы сказали Мемфисскому, что я веду Грега? — Вот и сконцентрируйся на нём! — рявкнул Джонсон. — Захотела две звезды сразу под себя? Жадность — это не хорошо, Шелл! — Я могу взять Грега, а Шелл возьмёт Мемфисского, — выпалила я. Это звучало так глупо, что на миг даже сама не поверила, что это сказала. Но молчать — хуже. Шелл моргнула, затем фыркнула, склонив голову к плечу: — Нет уж, милая, я тебе Грега не отдам. Сучка. — О, дорогая моя, Хлоэ, — обратился ко мне Джонсон, — слухи про тебя и наследника Вьера стоили нам нервов на весь Нью-Йорк. Хорошо, что он уехал в Мадрид пить сангрию и сниматься в испанских сериалах. Так что нет — тебя больше не будет рядом с Вьера! — Вы прекрасно знаете, что я никогда с ним не спала и никогда не позволяла никому из Вьера перейти черту. В отличие от некоторых, — я покосилась на Шелл. — На что это она намекает, Шелл? — Джонсон взглянул на неё убийственным взглядом. — Как обычно, клевещет, директор, что же ещё! Ну ладно, может быть, мы с Ларсом тоже немного перешли черту, которая всегда должна оставаться чёткой между звездой и менеджером. Но с Шелл и Грегом нам было не сравниться. Мужчины из семьи Вьера обладали особым шармом, как и талантом актёрства. Что же до самого Ларса — ему предложили этот проект в Испании, а я не согласилась ехать с ним. Взамен нашла ему хорошего менеджера в Мадриде, а он возненавидел меня за всё это. На самом деле, мне также просто хотелось убить слухи о нас и нашей обоюдной симпатии, которая была вовсе не слухами. С глаз долой — из сердца вон отлично сработало в нашем случае. Вьера младший не беспокоился о таких вещах, как интрижка, — а я… для меня карьера строилась лишь честным и большим трудом, у меня не было бы второго шанса строить её заново. Да и я обещала не привязываться ни к кому, чтобы не закончить как Дия или Ирис. Джонсон прикрыл глаза и начал тереть виски. Я отлично знала, что мы с Шелл уже много лет являемся для него той ещё головной болью, да и для всего агентства. — Вы обе, — внезапно он указал пальцем сначала на Шелл, затем на меня, — сегодня я не хочу больше слышать ваши голоса. И видеть тоже. Я хочу от вас отдохнуть, сил больше нет. — Но, директор… — Оставь все личные счёты и прими отличный шанс для своей карьеры. Тим, который достал ему роль в Триста дней, сейчас живёт на Мальдивах и уже третий год не работает, а обложки журналов продолжают писать о его успехе. Хлоэ, — вздохнул Джонсон, посмотрев на меня серьёзно, — есть ещё какая-то причина, кроме Ирис, о которой я не знаю? — прищурился он, словно пытался сделать рентген и разгадать меня. Я неудобно поёрзала на стуле. Сердце пропустило удар. Не могла же я выдать ему истории десятилетней давности из университета. То, что случилось тогда, должно остаться в прошлом и никогда не всплывать. С Джонсоном мы проработали вместе уже очень долго, я пришла к нему, когда мне было двадцать, я ничего не умела и была в отчаянии. Возможно, он смог бы меня понять? Глупости. В этой индустрии тебя сожрут за любую оплошность, нет такого термина как понимание. — Можно подумать, одной истории с Ирис недостаточно, чтобы его не переваривать, — ответила я и отмахнулась. — Вот и славно. Значит, поработаешь с ним какое-то время, получишь свой счастливый билет — а потом, того гляди, передам его более толковому менеджеру. А то устроила здесь: "не я, не буду, не это"… Бурча себе под нос, Джонсон, как всегда, с трудом поднялся из кресла, а я в этот момент машинально подала ему трость. За десять лет работы я изучила его довольно хорошо, чтобы понимать, что спорить уже не имело смысла — он всё решил. — Он только что назвал тебя бестолковой, если ты не догнала, — прошипела Шелл, ухмыльнувшись. Но я знала, что Джонсон лишь пошутил, чтобы уколоть меня. — Это был сарказм, если ты не догнала, — ответила я в тон Шелл. Боже, как же она меня бесит! — Он подписывает контракт с нашим агентством завтра. Десять утра, — добавил Джонсон уже в дверях и вышел. Я устало опустилась в своё кресло, потупив взгляд в ежедневник. Амен Мемфисский ничего хорошего моей карьере не принесёт. Он ещё никому ничего хорошего не приносил, по сути.