Часть 5

Место для двоих

Юн вечером снова выходит на улицу — сегодня у него второе выступление с новым микрофоном. Он стоит на том же месте, что и в прошлый раз, немного волнуется, но всё же улыбается. Людей — море. Кто-то уже его узнаёт, машет, кричит:

Эй, парень с микрофоном! Давай! Мы ждали!—

Юн вдыхает, нажимает кнопку, и начинает читать. Его голос — уверенней, чётче. Пошли строки — ритмичные, искренние. Толпа заводится, аплодисменты, кто-то даже пританцовывает. Он заканчивает, кланяется, и ему кричат: —Красава!!! Ай тигр!! —Молодец, малой! —Лееееее, давай делай брат!!! —Где твой альбом?!?!?!!! —Мы любим тебя!!!! Юн сияет. Его глаза бегают по толпе. Он ищет одного человека. Ки Хёка. Но его нет. Улыбка чуть меркнет. Юн нервно убирает волосы за ухо, и делает вид, что всё окей. Но внутри немного пусто. Он сидит на краю сцены, качает ногами, смотрит в телефон. И тут появляется Ки Хёк.

Я опоздал. Работа затянулась,

говорит он спокойно.

—А... угу... отзывается Юн, не глядя на него. Ки Хёк прищуривается. Что-то не так. Он молчит, но чувствует эту лёгкую грусть, повисшую в воздухе. И просто исчезает на минутку, чтобы вернуться с мороженым. Самым дорогим, что продавалось поблизости. Юн удивлённо моргает: —Это что?..

Просто ешь.—

Юн берёт, облизывает. Глаза округляются. —ОГО... Это что, золото естся? Ки Хёк молчит. Юн немного расслабляется, но всё равно отводит взгляд. —Не думал, что ты не придёшь. Ки Хёк не отвечает. Просто смотрит вперёд. Потом Юн говорит: —Я хочу на концерт. Пойдёшь? Ки Хёк — молча кивает. Он уже купил все билеты. Все-все. Чтобы никого не было. Чтобы только они. Чтобы Юн прыгал сколько хочет, кричал, бегал, и никто его не трогал. Только музыка и они. Они приходят заранее. Юн с мороженым, в хорошем настроении, уже почти забыл обиду. Музыка начинает играть, загораются лампы, сцену заливает свет. Группа выходит. Юн орёт: —УАААА! ЭТО МОЯ ЛЮБИМАЯ ПЕСНЯ! и прыгает, чуть не расплескав мороженое. Но потом замирает. —Подожди… Он вертит головой. —Почему тут только мы?.. У этой группы толпа фанатов обычно… Он поворачивается к Ки Хёку. — ...ЭЙ. Ки Хёк молчит. Просто смотрит. Юн щурится, потом широко раскрывает глаза: —ТЫ ЧТО, ВСЁ ВЫКУПИЛ?! Молчание. —ТЫ СОВСЕМ ОХРЕНЕЛ?! Юн орёт, размахивая мороженым. —ЗАЧЕМ ТРАТИТЬ СТОЛЬКО ДЕНЕГ?! ТЫ ВООБЩЕ В СЕБЕ?! ЭТО Ж—

Ки Хёк подходит ближе.

Ты счастлив?—

Юн замирает. —Я… он резко вздрагивает. —Я ТАК СЧАСТЛИИИИИИИИИВ!! и начинает кружиться, бегать вокруг, напевая, размахивая руками, будто ребёнок, которому подарили целый мир. Ки Хёк просто смотрит. Спокойно. Почти мягко. Юн вдруг поворачивается: —Но всё равно ты дурак. Мог бы просто прийти пораньше.

Угу.—

—И я тебя не прощу.

Хорошо.—

—И я съем твоё мороженое тоже.

Съешь.—

Юн усмехается, подходит, обнимает его за плечи сбоку. —Ты всё равно самый странный человек, которого я знаю.

Ты говоришь это каждый раз.—

—Потому что это правда! Они стоят вдвоём посреди огромного, яркого концертного зала, где звучит громкая музыка, а публика — лишь один сияющий мальчишка и тот, кто молча держит для него целый мир.