Сезон 3 Серия 38

      Сезон 3 Серия 38              — Эй, Пятый?              — Да, милая? — Едва слышу я его, пока ветер свистит мимо нас, его губы касаются моей щеки.              — Что случилось в Комиссии? — Я чувствую, как руки Пятого на моих бедрах крепче сжимают их, и я хмурюсь от его ответа. — Пятый. Что случилось? — Я толкаю его, но он молчит.              — Ничего…              — Это чушь, и ты это знаешь. Что-то еще случилось, кроме того, что ты встретил своего 100-летнего себя.              — Эстель, ничего…              — Я припаркую этот байк на обочине, если ты мне не скажешь, что случилось. — Пятый молчит, я съезжаю с дороги и останавливаю его, паркую и поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него. — Выкладывай. Сейчас же. — Он вздыхает и зажимает переносицу. — С самого начала.              — Хорошо, хорошо. Короче говоря, я основал Комиссию. — Я моргаю на Пятого, а затем взрываюсь смехом.              — О, господи боже мой! Тот факт, что ты ненавидел Комиссию всю свою жизнь, а оказалось, что это ты ее создал! Какая ирония, о боже мой! — Я делаю глубокий вдох, успокаиваясь. — Ладно, теперь я знаю, что было что-то еще.              — Вся Комиссия была стерта… Кугельблиц как-то задел их, и все исчезли…              — Как? Но они же вне времени. Все… даже Герб исчез…? — бормочу я с нахмуренным видом, и Пятый кивает. — Вот почему чемоданы перестали работать…              — Когда мы с Лайлой встретили мое старое “я”, этот ублюдок запер себя в камере, которая не пострадает от времени, и он просто говорил бессмыслицу.              — Но? Я знаю, что есть “но”.              — Ты раздражаешь, знаешь это? — Пятый легко усмехается, и я улыбаюсь ему, но моя улыбка меркнет, когда я вижу, что он выглядит отстраненным. — Послушай, я обещаю, что расскажу, но не сейчас, хорошо? Просто поедем домой вместе. — Я поджимаю губы и киваю. Я не хочу давить на него, поэтому я снова поворачиваюсь к мотоциклу и снова уезжаю. Вся поездка была тихой, Пятый прижимал голову к моему плечу, пока я волновалась. Он держал меня крепче, словно боялся отпустить меня… или боялся, что я могу исчезнуть. Я наклоняюсь и держу его руку на своем животе, сжимая ее, и он уткнулся мне в шею, пока я везу нас домой.              Мы приехали через некоторое время, паркуя байк у обочины. — Пятый? — он гудит мне в шею, а я глажу его руки. — Мы приехали. — Он устало вздыхает, и я вспоминаю, что он не сомкнул глаз всю ночь.              Как, черт возьми, он все еще бодрствует?              — Пойдем найдем остальных, — Пятый берет меня за руку и переносится с нами на наш этаж, открывая двери, но видит пустые спальни. — Куда, черт возьми, они могли подеваться? — Мы переносимся в нашу спальню, чтобы проверить, нет ли там кого, но нет. Мы поворачиваемся и видим открытую дверь в конце коридора, из которой доносится негромкий крик, и мы идем туда.              — Какого хрена? — Я открываю дверь и заглядываю внутрь, чтобы увидеть эту чрезвычайно и нелепо розовую комнату с пушистой белой мебелью и странными украшениями.              Это голова мамонта или что-то в этом роде?              — Пятый! Эстель! Где, черт возьми, вы были?! — отчаянно восклицает Диего, пока Лайла кричит на него.              — Делали татуировки? — пожимаю я плечами, и Пятый подходит к ним. — Что случилось?              — Стэнли уделал Кугельблиц! — Лайла сидит на стуле, обхватив голову руками, и я открываю рот от удивления.              — Только не ребенок! Мне нравился этот маленький негодяй… — печально бормочу я.              — Просто проверь трубу! — Диего в панике швыряет вещи по комнате.              — Его нет в чертовой трубе! Его уделал Кугельблиц!              В отеле есть труба? Это заблокированное здание, как из нее мог выйти дым?              — Чья это вина, а? Это ты его сюда привел! — Я вздыхаю, когда Диего и Лайла кричат друг на друга.              — Погоди, что значит “привела его сюда”? — Я смотрю на Лайлу, и она закусывает нижнюю губу, выглядя виноватой.              — Лайла забрала ребенка у его настоящей мамы из Берлина где-то в 1980-х или что-то вроде того! — говорит Диего.              — Лайла! Ты, не могла этого сделать! — Она виновато отворачивается.              — Поздравляю. Вы оба в меру ужасные родители! — Пятый прерывает их.              — Диего! Твоя рука! Ты потерял пальцы?! — Ахаю я, увидев его окровавленную повязку, а он смотрит на нее так, будто это пустяк.              — О да. Мы оба прошли через какой-то странный светящийся туннель через этот портрет, и какой-то демон с косой отрубил мне пальцы!              — Стоп. — Пятый делает шаг в сторону, указывая на обычный на вид портрет. — Вот этот, прямо здесь? — Диего и Лайла оба объясняют, что произошло, и через что им пришлось пройти, прежде чем снова начать кричать друг на друга.              — Эй, сосредоточьтесь! — кричу я, и пара вздрагивает, Пятый смотрит на меня с благодарностью.              — Как эта штука открылась раньше?              — Я не знаю. Она была уже как бы приоткрыта.              — «Уже как бы приоткрыта», — передразнивает Пятый своего брата, пока тот мечется в панике. Он действительно беспокоился о Стэнли, хотя тот и не был его биологическим сыном. — Диего, тебе следовало стать инженером. Потерянная возможность. — Я смотрю на предполагаемую дверь, тыкаю в нее и пытаюсь открыть, но она не поддается. Я смотрю на стеклянный круг посередине двери, что-то в нем кажется знакомым, пока Пятый рассказывает Лайле и Диего о Проекте «Забвение» и Пого.              Татуировка!              Там были те же символы, расположенные так же, как нарисованные в книге Пого, и я быстро подхожу к Пятому, потянув его за шлевки его брюк, что бы поискать в его карманах. — Что это за игривые рукчки? — Я достаю кожу, радуясь, что на мне были перчатки.              — Смотри, это то же самое, — я показываю Пятому, и его глаза расширяются.              — Потрясающе, милая, — он целует меня в макушку.              — Эй, мы не собираемся обсуждать то, что вы оба хотите туда войти?! — говорит Диего, и мы поворачиваемся к нему.              — Да? И что? Это больше, чем просто вы двое думаете, — мой парень бросает на парочку сердитый взгляд, сунув руки в карманы. Он быстро смотрит на меня, и я понимаю, что это также связано с тем, что он скрывал от меня в Комиссии.              — Говорит тот, у кого все пальцы на месте. Я, между прочим, не получил это, делая мумии минет, ясно? — Я отворачиваюсь, сдерживая смех. — Когда я залез туда, и эта штука отрубила мне пальцы!              — Так, простое решение… давайте попробуем составить план, но для начала нам нужно понять, как эта штука вообще открывается! Да?! — Я указываю на дверь, когда Лютер и Слоун внезапно входят в комнату, и я сужаю на них глаза.              Да, никто в семье не был прощен, но в данный момент им приходилось пытаться работать вместе, чтобы остановить Проект «Забвение», и Кугельблиц.              — Вы пойдете с нами, — говорит Лютер с улыбкой, и я не думаю, что мне понравится то, что произойдет дальше.              — Это будет интересно, — шепчет мне Пятый, когда я передаю ему кожу обратно.              — Серьезно, я чую ловушку, — фыркаю я, скрестив руки на груди. — Куда мы? — спрашиваю я.              — В Академию Спэрроу, — начинает Слоун.              — Мир рушится, так что, я думаю, пришло время отложить нашу мелочную хуйню и работать вместе над этим Кугельблицем, — заканчивает Лютер.              — Наконец-то… — выдыхаю я.              Но откуда у Лютера внезапно появился этот лидирующий, властный тон?              — Да? Так что? — Диего сужает глаза на брата.              — Или Стэнли не будет последним из нас, кто исчезнет… — говорит Лайла, и я неохотно следую за группой, пока Пятый притягивает меня ближе, обхватив мою талию рукой.              

•┈••⋆ ☂ ⋆••┈•

             — Это как непредсказуемая бомба с часовым механизмом, готовая взорваться… — Я скрещиваю руки на груди, стоя рядом с Пятым, мы оба держимся подальше от остальных. Он крепко обнимал меня, моя нога тревожно стучит по полу, пока я смотрю, как все хватают печенье у очень сломанной и глючащей Грейс.              Что они с ней сделали?..              Я хмурюсь, видя ее сломанный глаз, она стоит так жутко, как манекен с улыбкой на лице. — Где Виктор и Клаус? — спрашиваю я, замечая, что вся семья здесь, кроме них, Фэй и Бена. Никто мне не отвечает или пожимает плечами, будто не знает, и теперь у меня действительно плохое предчувствие.              — Добро пожаловать. Чувствуйте себя как дома, — внезапно входит Фэй с Беном, и я подхожу ближе к Пятому, чтобы он мог телепортировать меня, когда я попрошу.              Я совсем не хочу здесь находиться…              — Я знаю, милая, посмотрим, что они скажут, и мы уйдем при первой же возможности, — шепчет Пятый мне в волосы, целуя в макушку.              — Все, садитесь, — говорит Бен, и я замечаю ворона, кружащего по комнате, после чего я бросаю на него сердитый взгляд, когда он садится на перила второго этажа. Я показываю ему средний палец, смотрю прямо на Фэй и ухмыляюсь, зная, что она, вероятно, видит меня. Я подхожу к дивану, сажусь на самый край, и Пятый садится рядом со мной, мы оба откидываемся на подушки. Я приподнимаю бровь, глядя на Лютера, который изо всех сил старается решить, где сесть: со Спэрроу или с Амбрелла.              — Послушайте, я знаю, что между нами были разногласия. Неважно. Прошлое в прошлом, верно?              — Хуйню несешь, — тихо шиплю я, чтобы только Пятый услышал, и он усмехается, закинув ногу на ногу, а его рука покоится на моем плече. Я скрещиваю ноги, прижимаясь к объятиям Пятого, пока его большой палец поглаживает мое плечо.              — Вопрос? Если я убью тебя, мы получим нашего Бена обратно? — говорит Диего.              — Он прав, у меня такой же вопрос, — шиплю я, и Бен смотрит на меня с грустью, прежде чем бросить сердитый взгляд на Фэй, которая хихикает.              — Я бы хотел вернуться к плану, если вы закончили тратить время, — говорит Пятый. — Мы…              — Где он?! — В комнату вбегает Виктор, и я быстро сажусь. — Что вы сделали с Харланом?! — восклицает он, глядя на Эллисон и Бена, и я сужаю на них глаза.              — Что ты имеешь в виду, что они с ним сделали? Виктор? Что случилось? — Теперь я в полной боевой готовности.              Харлан, надеюсь, в порядке!