Эпизод на чаепитии

Сцена: Садовая беседка у пруда. Летний полдень. Воздух тёплый и неподвижный, над водой вьются стрекозы. Внутри беседки — изящный фарфор, охлаждённый чай в кувшине с тонкими ломтиками цитруса, серебряные блюдца с пирожными. За столом восседают: леди Элиана, лорд Грегор, леди Берелла, леди Лариса и молодой лорд Терен. Леди Берелла (с придыханием, опираясь локтем на спинку кресла): — Ах, если бы вы видели лицо герцога Найтмора, когда леди Эридан публично отчитала лорда Реймона! Как будто кто-то облил его кипятком! Я даже подумала, что у него запылает плащ — такой пунцовый стал! Леди Лариса (задорно, обмахиваясь веером): — Я слышала, она потом ещё и веером ему по носу — шлёп! — как непослушному пажу. Представьте себе, Элиана, какая дерзость для леди… Леди Берелла (весело, с ударением на каждом слове): — Ах, если бы только это. Неслыханная дерзость, когда Эридан Греймарк вызвала принцессу на дуэль! Принцессу! Неужто ей так уж хочется стать обладательницей герцогского кольца, что готова пересечься клинками с представителями соседнего трона? Леди Лариса (заливаясь смехом): — И главное — за кого! За паладина, который то и дело появляется при чужих опочивальнях! Элиана, вы ведь с ней дружны, скажите честно: она в своём уме? Леди Элиана (взгляд опускается на чашку, голос — ледяной): — В уме. Что не скажешь о тех, кто, обладая им, всё равно предпочитает говорить ерундy. (Неловкая пауза. Лорд Терен кривит губы, но молчит.) Леди Берелла (наигранно печально, вторя утерянному тону беседы): — Говорят, герцог сам едва не потерял сознание — от стыда или от страсти, не уточняют. Хотя, если уж на то пошло… Неужто он и вправду выбрал её? Лорд Терен (подливая себе чаю, фальшиво вздыхает): — О, любовь слепа, как и король с советниками. Ума не приложу, что он нашёл в леди со взглядом, холодным и пустым, как у высушенной селёдки? Не иначе, как магия постаралась! Почти сказка «из грязи в князи», только у Золушки, если вспомнить, хоть щёчки были румяны, а здесь… мрамор да стужа. Леди Лариса (глупо хихикая): — Золушка, да и только… Только вот вместо хрустальной туфельки — контракты и привычка смотреть, словно ты обязан ей жизнью и наследием в придачу. Леди Берелла (с притворной заботой): — Бедный герцог… хоть бы сбежал к принцессе обратно! Всё-таки там и кровь голубая, и румянец натуральный, не из пудры… (Леди Элиана, слегка поворачивает голову, взгляд её затуманен, пальцы едва касаются чашки.) Лорд Грегор (ехидно): — Не могу понять, почему столько волнений вызывает леди Эридан, когда перед нами куда более интересный объект — лорд Реймон. Ах, друзья мои, вы слышали? А между прочим, этот надутый павлин снова решил блеснуть — но только перьями, не умом. Всё та же самовлюблённость и позёрство. Видели его взгляд, когда Греймарк назвала его отравителем? Он чуть не задохнулся от собственной значимости. Лорд Терен (весело): — А я слышал… (понижает голос до зловеще-доверительного) — …что он выращивает Flagrans amor у себя в доме. Тайно. И даже пытается протолкнуть через Совет пересмотр статуса растения! Мол, с лицензией, осторожно, якобы это полезно… Да кому нужен возбуждающий цветок на судейском столе, кроме как самому Реймону? Лорд Грегор (довольно): — Да-да, один надёжный судья рассказывал, Реймон на последнем совете ходатайствовал о снятии цветка с реестра опасных! А ещё называет это «переосмыслением морали». Ха! Переосмыслил себя бы, ничтожество. Леди Берелла (театрально вздрагивая): — Скандал! Судья, тайно выращивающий в своём поместье растение, от которого у магов начинаются галлюцинации и нежелательные свадьбы! О, вот это настоящая интрига. Леди Берелла (заинтересовано): — Интересно, на ком он собирается опробовать пыльцу? Леди Лариса (театрально округляя глаза): — Говорят… ему нравится леди Элиана! (Наступает тяжёлое молчание. Леди Элиана аккуратно отодвигает блюдце с нетронутым чаем. Грегор резко и неприязненно смотрит на леди Ларису.) Лорд Терен (шутливо, не замечая смены настроения): — Ох, леди Элиана, вам следует держаться подальше от… цветущих соблазнов! А то ведь Реймон — такой… настойчивый. Лорд Грегор (пытаясь сменить тему): — Вот увидите, скоро его отстранят. Кривосудие он вершит, этот жалкий мечтатель. Закон уточняет даже судью, если это быстрее не сделает леди Греймарк. Леди Берелла (шепчет): — А может, его подставят. Кто-то же должен пасть, чтобы остальные казались чище. (Общий смех. Только Элиана сидит неподвижно, взгляд её холоден, как январское утро.) Леди Лариса (заглядывая в её лицо, не без злорадства): — А вы, Элиана, что скажете? Неужели оправдаете лорда Реймона? Или, быть может, и вашу милую Эридан, с её герцогскими мечтами? Леди Элиана (тихо и гордо): — С удовольствием. (Все слегка откидываются назад. Грегор обречённо застывает с чашкой у губ.) Леди Элиана (продолжая с холодом во взгляде): — Леди Эридан, несмотря на вашу язвительность, обладает тем, чего здесь я не наблюдаю: достоинством. И мужеством. Да, она резка — но не лицемерна. Её шаги честны, а поступки — продиктованы не прихотью, а убеждением. (Кто-то пытается вставить реплику, но Элиана встает, не давая перебить себя. Лишь кривит губы в зеркальной другим леди, ядовитой и снисходительной улыбке.) — Леди Греймарк, в отличие от вас, леди Лариса, никогда не хихикала над чьей-то родословной, забывая, что её собственная начинается от мельника. И в отличие от вас, леди Берелла, не прячется за чужими титулами, подавая себя как «племянницу герцогини», когда на самом деле вы — дочь её камеристки. (Берелла вспыхивает. Лариса краснеет. Терен почти подавился глотком чая. Грегор молчит, будто надеется исчезнуть.) — Лорд Терен… Я понимаю ваше стремление казаться остроумным. Но для этого нужно иметь хотя бы ум, а не только умение злословить. Леди Элиана (глядя на Грегора, голос становиться мягче, но режет лучше скальпеля): — А лорд Реймон, как бы я к нему ни относилась… не заслуживает такой своры насмешников. Он умен, опытен и, по крайней мере, не тратит свои дни на пустую болтовню и злобные инсинуации. В отличие от троицы, что больше напоминают мне не общество светских людей, а гиен, грызущих кость сплетни до тех пор, пока не начнут глотать собственную желчь. (В салоне — полная тишина. Глаза Грегора — полны шока и растущего ужаса.) Лорд Грегор (порывисто тянется к ней, голос дрожит): — Леди Элиана, пожалуйста, позвольте объяснить… Леди Элиана (спокойно): — Но знаете, что по-настоящему печалит меня, милорд Грегор? (Он не умолкает. Она улыбается, но эта улыбка неподъемна, словно каменная шаль. Её голос — как лёд в бокале бренди.) Леди Элиана (с печалью во взгляде): — Сегодня я убедилась, что вы не просто мелочны. Вы — податливая глина, из которой каждый лепит посмешище. Я думала, у вас есть хребет. Оказалось — только поджатый хвост. Я разочарована. (Она уходит. Шлейф её платья, как холодный шёлк, скользит по каменному полу беседки. За ней — тишина. Лишь чай в чашках остаётся тёплым… в отличие от атмосферы за столом.) Занавес.