Глава 5. Идущие на смерть приветствуют тебя (1)

«Смертельная битва! Руки словно биты Ногти словно бритвы Начался твой смертный бой! Смертельная битва Лишь не быть убитым Каждый хочет выжить в этом Сражении с судьбой!» - Александр Пистолетов, «Гладиатор» Арена постепенно наполнялась публикой из грешников и демонов. Не стала исключением и та её часть, что предназначалась для размещения Владык. Как правило, эти воплощения того или иного греха приходили одни. И лишь Лилит - Владыка Похоти, представлявшая собой двухметровую пантеру с чёрно-розовой шерстью и в откровенном наряде - всякий раз приводила сюда одного из своих любовников или любовниц. Сегодня её выбор пал на очень толстого скунса в очках с линзами в форме сердец. Из одежды на нём были лишь латексные штаны, которые плотно облегали его зад и то, что закрывал собой его большой живот. Первым своё место занял скунс. Лилит легла ему на живот и, устроившись поудобнее, прикрыла глаза от удовольствия. Цербер прибыл сюда раньше неё - а потому успел занять своё место. Скунс, которого Владыка Похоти привела с собой на цепи, казался в меру упитанным на фоне этого огромного трёхголового пса. Тело Владыки Чревоугодия было покрыто чёрным мехом, а его глаза излучали красный свет. Такой же свет излучали и символы, напоминавшие пентаграмму и разбросанные по его невероятно толстому телу словно пятна у далматинца. Из одежды на Цербере были лишь кандалы без цепей на передних лапах. Неподалёку от них сидел Рёрик. Он был намного ниже других Владык - но его кислотно-зелёная шерсть позволяла выходившим на арену грешникам приметить и его. Змеелис нетерпеливо стучал нижней лапой, ожидая выхода Короля Дороги. «Надеюсь, он потерпит поражение и окажется на дне. Там, где ему самое место», - прикусив нижнюю губу, сказал Владыка Зависти самому себе. Не меньшее внимание зрителей и бойцов привлекал Ми́дас, Владыка Жадности. Он выглядел как хорёк, с головы до ног покрытый золотом и драгоценными украшениями, и, пристроившись рядом с Рёриком, он начал о чём-то шептаться с ним. С приходом Владыки Гнева Вархара на трибуне для Владык стало по-настоящему жарко. И в этом не было ничего удивительного. Ведь этот четырёхметровый гибрид тигра и дракона излучал сильный жар, а сам он, делая вдох, выдыхал языки пламени. Вернуть привычную температуру помог Ко́матоз, Владыка Лени. Этот немного полный белый медведь в мятом спортивном костюме был таким ленивым, что не пришёл, а телепортировался на своё место. Со стороны это выглядело так: над трибуной для Владык открылась червоточина, из неё вывалился диван, а на диван плюхнулся сам Ко́матоз. И, так как его тело излучало холод, он этим уравновесил жар, излучаемый Вархаром. Последним на трибуну прибыл Алексус. Заняв своё место, Владыка Гордыни подал знак демону по прозвищу Привратник, чтобы тот начал представлять бойцов. Король Дороги с нетерпением ждал, когда Привратник представит его публике. Через него Алексус озвучил ему и остальным бойцам ряд правил, которые им нужно будет соблюсти. Правила были такими: - Бойцы не должны объединяться в какие-либо союзы. Каждый сражается сам за себя. Ведь демоном станет лишь один из них; - Вылетевший из седла своего «железного коня» боец может не рассчитывать на пощаду. В то же время никто и ничто не мешает ему, выведя из строя своего соперника, завладеть его транспортом и вернуться в бой; - В промежутках между битвами бойцы вправе модифицировать своих «железных коней», повышая их маневренность или навешивая на них оружие по типу бензопил и огнемётов; - По мере продвижения от одной арены к другой бойцы получат новую, более смертоносную технику. И её, как и стартовый байк, они также могут всячески модифицировать; - Бойцы также вправе выбирать личное оружие, с помощью которого они проложат себе путь к посвящению в демоны. Его Величество остался верен себе, выбрав в качестве личного оружия биту и прикрепив к своему байку пару бензопил. Похожий апгрейд своего «железного коня» он сделал, выживая в круге Зависти. «Это не раз помогало мне прорваться сквозь толпу агрессивно настроенных грешников или подпилить лапы какой-нибудь болотной твари», - сказал волк самому себе. Но вот Привратник назвал его. При этом он упомянул и другие его прозвища: Ревущий Зверь, как его называли грешники с круга Зависти, и Крушитель Черепов. Последнее, очевидно, отсылало к его излюбленному способу расправы над теми обитателями свалки, кто страдал несовместимой с жизнью завистью. Выехав на арену, Король Дороги принялся рассматривать своих соперников. Про себя он отметил, что вне зависимости от того, с кем он пересекался взглядом, в их глазах отчётливо читалось: «Пощады не будет». «Что ж, иного я и не ожидал», - сжав руль покрепче, подумал волк. Скучающий Рёрик заметно оживился, увидев знакомого грешника. Не так давно Алексус нанёс змеелису визит, в ходе которого он популярно объяснил ему, зачем ему понадобилась эта мятежная душа. - Мне плевать, выиграешь ты этот бой или нет. Ты, главное, не слейся в первые же секунды, - щуря глаза, чтобы получше рассмотреть Его Величество, тихо прошипел Рёрик. - Это тот самый толстячок, о котором ты говорил, Лекси? - глядя в глаза Алексусу, промурлыкала Лилит. - Да, это он. И прошу, не называй меня так. - закатив глаза из-за очередной попытки Владыки Похоти подкатить к нему, сказал Алексус. У сидевшего неподалёку Цербера левая и правая головы успели проголодаться и опустошить два ведра попкорна из грешников с круга Чревоугодия (2). Ко́матоз слушал музыку в наушниках, а Вархар нетерпеливо хлопал кожистыми крыльями. Дождавшись прибытия всех бойцов на арену, Алексус переглянулся с Привратником и едва заметным кивком головы дал тому команду объявить о начале боя. Демон, поднявшись со своего места и повторив правила, которые он ранее озвучил собравшимся вокруг него бойцам, сказал следующее: - Да начнётся битва! И пусть победит сильнейший! Моторы мотоциклов зарычали, словно дикие звери, - а их владельцы, наметив себе жертву, принялись активно перемещаться по арене. Откуда-то сверху до чутких ушей Короля Дороги долетели звуки барабанов, что настраивали бойцов и наблюдавших за ними зрителей на нужный лад. Первая кровь пролилась довольно скоро. Грешник, вылетев из седла своего «железного коня» и оставшись на своих двоих, попытался убежать от преследующего его соперника. Но тот догнал его и, воспользовавшись огнемётом, поджарил беднягу до хрустящей корочки. У одной из голов Цербера от увиденного потекли слюнки - и это очень не понравилось центральной голове Владыки Чревоугодия, которая контролировала его огромное тело и в случае необходимости могла «отделить» от него соседние головы. Толстый скунс, живот которого Лилит использовала на манер кресла-мешка, испуганно прикрыл глаза лапами. Успевший прикорнуть на диване Ко́матоз широко зевнул и потёр глаза, а Рёрик не спускал глаз с Короля Дороги. «Вот Его Величество сбил соперницу с байка ударом биты. А сейчас он, судя по всему, разворачивает свой байк, чтобы распилить её одной из своих бензопил», - прикусив нижнюю губу в ожидании крови, рассуждал про себя Владыка Зависти. Его догадка подтвердилась. Волк пронёсся мимо грешницы - и через пару мгновений её верхняя половина лежала в одном месте, а нижняя - в другом. Боец-огнемётчик успел поджарить ещё парочку соперников - а затем преследующий его Король Дороги перерубил шланг огнемёта трофейным мачете. - Ты об этом пожалеешь! - пригрозив волку кулаком, крикнул огнемётчик. Его Величество тем временем, увернувшись от стремительно приближавшегося к нему соперника с кистенём, догнал его и снёс ему голову. «Железный конь» с безголовым всадником на нём на полном ходу врезался в стену, превратившись в груду металлолома (и превратив всадника в кровавый фарш). - А это Крушитель Черепов не промах, - потёр подбородок Ми́дас, - правда, будь я на его месте, я ради образа обзавёлся бы золотой короной и драгоценными украшениями. «Кто о чём, а Ми́дас о золоте и побрякушках», - закатила глаза центральная голова Цербера. Следующим из боя выбыл лишившийся своего главного козыря огнемётчик. Сев на хвост Королю Дороги, он не заметил, как на висевший у него за спиной баллон нацелил сигнальную ракетницу другой боец. Выпущенная им ракета попала в баллон - и он сдетонировал, превратив огнемётчика в живой факел. По ходу битвы бойцов становилось всё меньше и меньше - и выжившим приходилось маневрировать между их телами и тем, во что превратились их «железные кони». И вот, наконец, наступила развязка. Сбив своего соперника, Король Дороги слез с байка и, будучи разгорячённым битвой, так прошёлся по нему битой, что его голова стала напоминать раздавленный арбуз. Словно по команде невидимого дирижёра, трибуны взревели, приветствуя победителя. А Владыки в это время что-то горячо обсуждали. - Что ж, сегодня тебе повезло, волчара. Но до финала ты вряд ли дотянешь. - процедил Рёрик сквозь зубы.