Часть 170

М-да... Возможно, телепортироваться на пьяную голову было не лучшей идеей. Но Междумирц уже здесь. Оставалось лишь притвориться трезвым, что вроде бы получалось... наверное. Со стороны себя Междумирц, увы, не видел, а Наблюдатели помалкивали. Благо, остатки трезвости (всё-таки нет) удавалось сохранять благодаря лёгкому холоду, который преследовал его даже во время перемещения. ​Интересно, что это за холод? А это, дорогие дамы и господа, был Смотрящий, который на этот раз решил лично проследить за своим дорогим Ло. Стоило ему отвернуться — и его частица уже успела поцеловаться с каким-то бывшим полубогом! Нет, ну это серьёзно?! Мало того, Ло, похоже, окончательно отвязался от времени, и теперь Смотрящий вовсе невидим для него. Что за несправедливость?! «Целый» тоже отвязан и сидит сейчас в своём Стнклите, обдумывая важное решение, от которого зависят все мультивселенные. А Время ничего не может поделать, кроме как ждать и наблюдать за отделившейся частью. ​Но ничего... скоро всё изменится. Как только Лололошка вновь станет целым и примет правильное решение, будет создана новая временная реальность. И уж там никаких Люциусов, Франов, Джодахов, Джонов, Окерт и Луиз в окружении нового Ло точно не будет. Единственное, что у него останется — это Смотрящий. Он будет рядом. Это автоматически заставит нового Ло ему доверять. А дальше намёками он подтолкнёт его к любви, хотя бы односторонней. ​Правда, перед этим придётся сначала наблюдать за смертью осколка, а потом и Целого. Всё во благо вселенным. ​Время, конечно, и сам страдал от собственной нестабильности и невозможности совладать с собой, но помочь любимому, увы, хотелось. Говорят, один из ядов Багряников обладает свойством мгновенной смерти. Стоит им обмазать кинжал или меч — и смерть будет не так болезненна. Именно такой меч он и подсунул частичке своего дорогого Ло вместе с ножнами, прикрепив их тому на талию. Он не хотел смотреть, как ненаглядный мучится в страданиях. Так что... помогает, чем может. Параллельно наблюдая, чтобы больше никакая погань не смела к нему даже прикасаться, перед тем как тот падёт в тёплые объятия смерти, точнее, в его объятия — объятия Времени. Жизнь и смерть в одном лице, так сказать. Но сейчас не об этом. ​Междумирц с маской на лице, возник посреди комнаты Сан-Франа и Ашры. Те лениво валялись на кроватях, о чём-то переругиваясь. Но после появления нежданного гостя оба вскочили. А уж когда позади демиурга возник Смотрящий, эльф даже не знал, что делать. Кажется, он перестал дышать, потому что воздух наполнился ледяным осадком. Смотрящий в упор смотрел на его лицо, словно стараясь прожечь в нём дыру своим холодным взглядом. ​[Взгляд Смотрящего выражает раздражение] ​— Междумирц, там сзади... — пробормотала Ашра, показывая пальцем. Междумирц сразу отреагировал, крутанув головой, но ничего не заметил. Однако, судя по лицам тех двоих, там было что-то ужасающее. Проблема в том, что он сам ничего не видел. ​В отличие от Смотрящего, он-то его видел. Пусть его милый и не видел его, но всё же... ​«Он хочет попрощаться со своими друзьями?.. Моё присутствие их напрягает? Пусть будет так, — пронеслось в голове Времени. — ...Однако он достоин с ними попрощаться. Не ради них. Я сделаю это ради него». ​Он перевёл свой взор на масочника, который, к его сожалению, его не видел. ​[Взгляд Смотрящего выражает нежность] ​Он испарился в сером дыму, разумеется, чтобы продолжать наблюдать из-под тишка. А то ишь чего! Ещё и этот эльф тут... ​Междумирц искренне пытался что-то увидеть, но увы и ах. Отвязавшегося Времени ему не увидеть. Он повернул голову назад, вопросительно глядя на мага и контрабандистку. ​— Что там было? — протянул он, наклонив голову. — Чего вы такие напуганные? ​— Д-да там только что Смотрящий стоял! Со взглядом, словно он нас прямо тут на месте казнить готов! — протараторила Ашра сбивчивым голосом. Она слегка тряслась и обнимала себя за плечи, стараясь успокоиться. — Да разве ты сам его не видел?! ​— Да нет... не видел. ​— Разговариваешь... — пробормотал Сан-Фран, с глазами по пять копеек глядя на стоящего впереди. — Ты реально разговаривал? ​Девушка, прищурившись, повернулась к другу с явным раздражением. ​— Это реально то, что тебя сейчас волнует? — фыркнула она. — На тебя только что Время смотрело как на будущий труп, а тебя волнует, что Междумирц заговорил при тебе?! ​— Ну... да? Точнее, нет, не совсем. Просто... — начал оправдываться он, но, поняв, что это бесполезно, быстро переключился на более интересное: — Офигеть, ты реально разговариваешь! ​— Я же тебе говорила, что он со мной. Чему ты удивляешься? Неужели ты мне не верил?! ​— Да верил я, верил! Просто это первый раз, когда он прямо при мне заговорил. Вот прямо в лоб! ​— И это тебя волнует больше, чем Смотрящий?! ​— Так тут же Междумирц! В любом случае, как минимум, пока мы не найдём Ло, он нас в обиду не даст. ​— Да я и после не то чтобы собирался вас в обиду давать... — отозвался масочник, наблюдавший за этой то ли ссорой, то ли спором. ​Вот вроде бы он пришёл попрощаться, а в итоге смотрит мелодраму, где грызутся лучшие друзья. ​Те же, по правде, уверенные в своей безопасности, уже было забыли о его присутствии здесь, а ведь разговор был о нём. Они неловко переглянулись и криво усмехнулись. ​— Прости... увлеклись мы немного, — пробормотал эльф, немного опустив ушки. ​— А ты чего пришёл-то? — наклонила голову контрабандистка. — Как мы уже поняли, с визитом Смотрящего твой визит навряд ли связан, — она бросила взгляд на меч, который сейчас мирно покоился в ножнах на бедре демиурга, чего раньше не наблюдалось. — Подраться с кем-то хочешь предложить? Или нас зарезать? — нервно хихикнула она. ​— С чего вдруг такой вывод? — ничего не понимая, спросил тот, стараясь хоть что-то сообразить. ​— Ну так а оружие тебе зачем? ​«Оружие? Какое оружие? Я же ничего не брал...» — он опустил взгляд на свой бок, где и заметил своё (орудие самоубийства) оружие, о котором, честно говоря, сам не знал. «Откуда? Хотя... тем лучше. Искать не придётся. Вроде острый же?» Но, поняв, что ответа всё же ждут, он даже сильно задумываться не стал. ​— Да я и сам не знаю. Он не мой, — пожал тот плечами. ​— ...А зачем он тебе тогда? — подняв бровь, спросил Сан-Фран. ​— Пригодится. ​— Э-э-э... ладно? — переглянулись между собой ребята. ​На время в комнате восстановилась та самая неловкая тишина. Для двух сидящих на своих местах эта тишина, да и в принципе вся ситуация выглядела и ощущалась очень... скомканно и странно. Нет, серьёзно. Они просто сидели, разговаривали, а потом как появился сначала Междумирц, потом за секунду Смотрящий, поглазел на Франа, будто убить хотел, посмотрел на масочника, что-то там кивнул и ушёл. Так потом ещё и этот во всеоружии вроде бы зашёл что-то сказать, да вот только, похоже, и сам забыл что. ​А вот для самого Лололошки под прикрытием ситуация выглядела вполне себе нормальной. Хотя в его-то состоянии ему всё покажется нормальным. ​Хотя по собеседникам так не скажешь. Вон, глаза у них как по комнате бегают. ​— Ах, чуть не забыл сказать, — стараясь хоть как-то развеять их непонимание, выдавил из себя он. — Я, кажется, нашёл, как вернуть Лололошку. ​На самом деле, хотелось сказать гораздо, гораздо больше. Поблагодарить этих двоих за всё! Поболтать о прошлом, повспоминать о Поэне... Много чего хотелось, по правде. Но вот только остатки разума, которые он ещё мог сохранить, говорили: лучше не стоит. ​«Это не твои воспоминания. Чего завёлся-то...» ​«Сан-Фран и Ашра — это не твои друзья, а друзья Целого Лололошки». ​«Ты не целый». ​«Тебя не должно было быть!» ​«Ты сообщил им об этом! Всё! Долг исполнен! Иди уже умирай». ​«Зачем время тянешь?!» ​«Хочешь насладиться тем, чего у тебя и так никогда не должно было быть?! Хочешь насладиться жизнью?!» ​Больнее всего было это слышать своим голосом в своей же голове. Он понимал и даже... принимал, что всё это было чистой правдой. Но от этого не лучше. Желание жить пусть и не пропало, но его затмило понятие того, что это правильно. Всё должно вернуться на круги своя. Парадоксы в мультивселенной не приветствуются. Даже если они живые и не желают никому зла. Тот же Седрик... или Сдерик... прямое тому доказательство. Он был уничтожен. Хотя никакой опасности и не представлял. Уничтожен будет и Междумирц. Уж опасность он представляет точно. ​Пока же масочник был погружён в свои грустные мысли, в реальности у двоих друзей уже загорелись глаза от восторга. ​— Уже!? Правда!? — с искрами в глазах и радостью в голосе запищала Ашра. Она спрыгнула с кровати, сделала круглое сальто, но не очень-то уж и профессиональное, ведь довольно больно ударилась спиной об пол. Но быстро поднялась и приблизилась к преступнику, начав качать его за плечи. — Как? И где? Ну же, говори! Помощь нужна? Ты только скажи. То есть ты правда можешь уже вернуть Лололошку!? ​— О Время... — пробормотал эльф, прикрыв рот руками, а на его глазах еле сдерживались слёзы радости. ​«Наконец-то... Спустя столько времени! Ло... Дорогой мой, снова будет рядом», — мысленно ликовал тот. На душе словно расцвели цветы, от которых раньше были лишь бутоны. И теперь над этой красотой летают те самые бабочки, которые, по словам людей, бывают в животе. ​— Ты же сейчас не шутишь? — прошептал он с трепетом в груди, положив на неё руку, словно проверяя, не слишком ли сильно бьётся его сердце от радости. Он подступил на шаг ближе к Междумирцу, смотря тому в глаза. Которые сейчас казались какими-то странными и неестественно живыми, словно тот сейчас был не совсем в трезвом уме, но сейчас это было не так важно. — Ты правда можешь его вернуть? ​— ...Да, — с задержкой и какой-то то ли апатией, то ли грустью, перемешанной с радостью от того, что его смерть обрадует его друзей, ведь вернётся им прежний Лололошка. Но под маской он усмехнулся. ​«Это будет не напрасно...» — мысленно кивнул тот сам себе, словно давая согласие на собственную казнь. ​— И поскольку поиск Лололошки будет завершён, то и наше сотрудничество тоже подходит к концу. Так что не думаю, что мы с вами ещё когда-нибудь встретимся вновь. — Его голос был ровным настолько, насколько его вообще мог сделать ровным пьяный человек. ​— Ты умрёшь, да? — грустно пробубнила Ашра. — Или это у тебя, как у людей на старости лет: «Ой, устал, да умру»? Только вот в длительности пятьсот лет. ​— Нет, Ашра, уж теперь-то я точно помру, — хихикнул и пожал плечами тот. ​«М-да... Выглядит это действительно так. Учитывая те слова "Целого" из будущего или прошлого, которые он сказал "целому"...» ​— Но должен признать, сотрудничать с вами мне и правда пришлось по нраву. Да вот только боюсь я что-то, что как только уйду, то с вами что-то да приключите. ​— Ты это на что намекаешь? — прищурившись, фыркнул эльф. ​— Ну не знаю... Вдруг Сан-Фран вновь на деградировавшего Междумирца побежит. Или Ашра своё физическое тело потеряет. ​— Да это всего раз-то было! Да и я тогда ученика защищал! — возмутился эльф. ​— Я могу потерять своё тело?! — взвизгнула Ашра, на что стоящий спереди лишь тихонько хихикал. Краем уха он услышал очень быстро приближающиеся к комнате шаги. Похоже, кто-то очень сильно хочет попасть сюда как можно скорее. И Лололошка, кажется, даже знает, кто это может быть. ​«Люциус. И. Селести. Сейчас. Стремительно. Приближаются. Сюда, — подал голос наблюдатель через мысленную связь. — Может. Хотя-бы. Они. Смогут. Тебя. Переубедить...» ​«И не надейтесь, меня уже не переубедить от принятия правильного решения!» — пьяно улыбнувшись, подумал тот и испарился в белом свечении, оставляя двоих в комнате ошеломлёнными внезапным исчезновением. ​Но не успели они опомниться, как в комнату в тот же час врывается Люциус, резко открывший дверь, а за ним следом влетает встревоженная Селести. Феечка быстро начала оглядываться по сторонам. ​— Где он? — быстро проворчал чертёнок, смотря на феечку. ​— Моё чутьё... Он был только что тут. Но быстро исчез! — нервно прошептала она. ​— Народ, а кого вы тут ищете? — непонимающе моргая, спросила Ашра, а Франческо кивнул в след за ней. ​— Лололошку! — в один голос ответили нарушители их разговора с Междумирцем. ​— Лололошку!? Он уже в Ордене!? — обрадовался эльф, приподняв ушки. — Междумирц, конечно, говорил, что вернёт его, но чтобы так скоро... ​— Да Междумирц и есть Лололошка! — взвизгнул Люциус. — Ну, точнее, часть, но... ​— Чего?! — была шокирована уже контрабандистка. ​— Да не время удивляться сейчас! — строго перебила её Селести. — Он вообще-то умирать решил! ​— Он решил что? ЗАЧЕМ?! — воскликнул эльф, не принимая, что за чертовщина вообще тут происходит. ​— Он хочет вернуть того Ло, убивая себя! — промямлил Люц. — А мы даже сделать ничего не можем. Он исчез! Всё! Нет больше его... ​— Почему ещё никто не придумал заклинание, чтобы следовать за человеком?! — нервозно вскрикнула Селести. ​Это заставило мозг Сан-Франа судорожно вспоминать. ​«Запретное Заклинание... с помощью которого мы впервые встретились с Междумирцем, точнее, с этим Ло... Как там говорила Фарагонда? "Вы должны ясно представить человека, в груди которого пылает Искра, и привязать к этому образу свои воспоминания и чувства. Так вы свяжетесь с ним."» ​Он изо всех сил пытался сосредоточиться, начал вспоминать всё, что как-либо связано с Ло. И вот уже его тело окутало белое свечение, готовя к перемещению за ним. Да вот только разве он не вспомнил, что это смертельно опасное заклинание? И вот он только очутился чёрт пойми где, как тело безвольно рухнуло на землю, или песок... Или что это вообще? ​Что-то такое... Вот словно тело медленно проваливается. Что-то чёрное такое. ​Но сейчас... сейчас плевать. Нужно успеть. Эльф попытался было встать, понадеявшись на адреналин, однако смог поднять только голову. ​Он лежал на холодной земле, чувствуя, как из тела уходит сила. Воздух тянулся тяжело, будто сам мир отказывался впускать его в себя. Эльф лежал, не в силах пошевелиться, чувствуя, как жизнь утекает из него, как вода сквозь пальцы, и эта агония была ничто по сравнению с тем, что он видел. ​Боль, пожиравшая его изнутри, отступила, уступив место леденящему ужасу предчувствия. Он видел, как в глазах его возлюбленного, который уже был без маски, что-то надломилось, как та последняя, невидимая нить, что держала его в этом мире, лопнула. ​Лололошка — его любимый. Растрёпанные каштановые волосы , с теперь уже почему-то сидой прядкой ,небрежно выглядывали из-за капюшона. На лице — странная безэмоциональная улыбка. А также глаза... эти когда-то чёрные, а сейчас светящиеся пурпурные глаза. ​Глаза, которые он так любил, на миг встретились с его взглядом. В них не было страха. Лишь пустота, страшнее любой тьмы. А потом... потом взгляд погас, став остекленевшим и ничего не видящим. ​— Не надо, прошу... — голос сорвался, утонул в кашле. ​Но тот лишь улыбнулся — бледно, печально, почти нежно. И в следующее мгновение свет отразился на клинке. ​Он видел, как сомкнулись пальцы на рукояти. Видел решительный, отчаянный блеск в тех глазах, в которых он мечтал утонуть навеки. Он пытался крикнуть, встать, броситься вперёд — но был лишь пленником собственного умирающего тела, бессильным зрителем в самом страшном театре своей жизни. ​И тогда меч взметнулся. ​И тогда раздался второй звук. Влажный, чавкающий, отвратительный. Звук, который рассекает плоть и кости. Звук финала. ​Голова его Ло тяжело, неловко накренилась, словно сломанный цветок. Кровь хлынула пульсирующим фонтаном, мгновенно заливая землю, расплёскиваясь на лицо Франа тёплыми, липкими брызгами. Он увидел, как его мир, его единственная любовь, превращается из живого, дышащего чуда в безжизненную куклу. ​Только потом, бух, тело повалилось. ​— Н-нет..... — прошептал он, стараясь хотя бы подползти, но тут между ним и его умершим дорогим встал Смотрящий. Он даже и не подумал обратить внимание на умирающего эльфа. Сейчас он ни капельки не желал видеть того. Ведь пред ним лежало нечто более прекрасное. ​Он стоял над телом, и время, казалось, остановилось. Ни вздоха, ни шелеста — только тонкий запах железа и тишина, в которой даже мрак затаил дыхание. ​Время медленно опустилось на колени. Его пальцы коснулись щеки возлюбленного. Кожа была уже холодной, но в этой хрупкости оставалось нечто поразительно прекрасное. Как будто сама смерть сделала из него произведение искусства. ​— Ты снова смог удивить меня... — прошептал он, и в голосе смешались нежность и горечь. — Даже уходя, ты выбрал такую... безупречную форму. Он провёл ладонью вдоль шеи, по линии, где меч разрезал плоть. Кровь, ещё жидкая и бурлящая, слегка запачкала чёрные перчатки. Однако это не казалось отвратительным, скорее наоборот — кровь алая, священная, почти торжественная. Он пригнулся к уху мертвеца, немного приподняв голову. — Скоро ты станешь полностью моим... — прошептал он. — Новая Временная реальность будет идеальной для нас. ​Тело Лололошки начало испаряться в светлых искрах. И потом же полностью исчезло. ​Похоже, они снова соединились. Лололошка стал целым. Однако даже целый Лололошка выбрал принести себя в жертву для того, чтобы воссоединить все части раздробленного Времени. Для того, чтобы другие перестали страдать. Для того, чтобы всё было куда лучше. ​Реальность переписана. Это финал истории. Этой истории. Не другой, не-е-ет... ​Новая ещё только началась.... Какой она будет — не знает никто. Пока что..... ​_________________________ ​— Мне. Не. Нравится. Конец. Этой. Истории. Она. Сломанная. И непонятная! ​— Ну, знаешь? Ты всегда можешь стать тем самым безумцем, вырвавшим последние страницы из книги, дабы у неё не было конца. ​— А. Не слишком. Ли. Сильно. Мы. Ломаем. Четвёртую. Стену? ​— Да нет. В принципе, нормально. ​— О! Видишь? Автор. Что-то. Важное. В. Примечании. Под. Финалом. Написала. ​— Похоже, что пусть история и завершена, но некоторые её части ещё будут показаны. Хах... что же. Это радует.