15) Хогвартс: открытие

«Omnium Rerum Principia Parva Sunt». Все вещи начинаются с малого. — Марк Туллий Цицерон.

***

      Когда Хадрия вернулась в Хогвартс в день Нового года, первым делом она загнала в угол близнецов Уизли. Дело в том, что она была так заинтересована в их поиске, что забыла обо всем остальном. Поэтому слизеринцы вернулись в свою общую комнату, и Драко пришлось объяснять Северусу Снейпу, что их домашний демон исчез в воздухе по дороге в подземелье Слизерина.       — Она внезапно остановилась, как будто ее что-то ударило, — сказала Пэнси, подробно описывая произошедшее, согласно приказу их главы факультета. — Я была прямо за ней и чуть не наткнулась на нее. Я говорю «чуть», потому что в этот момент она перестала существовать.       — Не говори «перестала существовать, — Драко был в ужасе. — Ты говоришь так, как будто она умерла.       Блейз громко вздохнул, а затем тяжело похлопал своего блондинистого друга по плечу.       — Не знаю, как тебе это сказать, но она уже больше месяца как мертва.       Теодор Нотт, который проходил мимо, посмотрел на бледное лицо Драко и счел его комичным, поэтому небрежно бросил:       — Значит, она наконец-то ушла? Должно быть, это приятно, похоже, она почувствовала удовлетворение, после того как в последний раз сопровождала вас в школу.       Тем временем профессор Снейп задавался вопросом, не является ли «Поттерит» заразным. Он не помнил, чтобы его молодые «змеи» были такими бессмысленными, когда впервые пришли в Хогвартс.

***

      На другом конце школы, в башне Гриффиндора, близнецы смотрели на девушку, которая только что ворвалась в их спальню, словно стихийное бедствие. Это было очень драматично. Зеленые глаза, которые, казалось, светились в темноте, а дикие волосы, развевавшиеся вокруг нее, как ореол черного пламени, и развевающийся плащ, который был еще более впечатляющим, чем плащ Снейпа, хотя бы потому, что он был настолько темным, что, казалось, поглощал свет из окружающей среды. Комната даже не была ярко освещена, так как близнецы поднялись рано, чтобы быстро распаковать вещи, которые они не хотели показывать своим соседям по общежитию.       — Если бы мы были слабодушнее… — начал Джордж.       — Тогда падайте в обморок, — перебила его Хадрия, широко раскрыв руки. — Я вас поймаю.       Фред кашлянул.       — Ты маленькая. Ты на две головы ниже нас.       — И что?       — Если нам когда-нибудь понадобится упасть в обморок, ты должна пообещать нам, что когда будешь нас нести…       — Ты должна делать это элегантно. Красиво. Ты сможешь?       Хадрия очень серьезно кивнула.       — Смогу. Но у меня только две руки, так что только один из вас может падать в обморок за раз.       Близнецы с одинаково серьезными выражениями лиц кивнули в ответ.        — Договорились.       Затем наступило несколько секунд тишины, поскольку никто из них не хотел нарушать атмосферу, пока Фред не фыркнул, и тогда все они улыбнулись.       — Итак, что привело сюда? — спросил Фред.       — Кстати, как сюда попала? — добавил Джордж.       — Мы знаем все потайные ходы в этой школе, ты же знаешь.       — И ни один из них не соединяется с башней Гриффиндора.       Хадрия моргнула, как сова. Затем она обернулась и увидела только пустую стену. Она тоже знала потайные ходы школы как свои пять пальцев, поскольку в прошлой жизни часами разглядывала Карту Мародеров. И только тогда ей пришло в голову, что она довольно резко рассталась со своими друзьями из Слизерина.       — Я не совсем понимаю, как я сюда попала, — сказала она. Она погладила стену, но она была твердой, как и положено стене. — Я не могла и аппарировать, так как в Хогвартсе это невозможно.       — Возможно, она активируется паролем, — предположил Джордж. — Что ты сказала, прежде чем оказалась здесь?       Хадрия наклонила голову набок, вспоминая, как она должна была найти близнецов, чтобы рассказать им о Зеркале.       В тот момент она была занята тем, что пыталась засунуть Икзада обратно под опеку Драко. Затем Пэнси посетовала, что всегда хотела завести сибирскую кошку, но ее родители были против из-за шерсти, несмотря на то, что они могли использовать магию, чтобы справиться с этой проблемой. Слово «желание» вызвало в ее памяти воспоминания о Зеркале и близнецах, и слово, которое вырвалось у нее, когда она вспомнила об этом, было…       (Близнецы…?)       — Что это было?       Хадрия посмотрела на Фреда, который заговорил. Затем на Джорджа, который тоже выглядел сбитым с толку.       — Я сказала… — Замолчав, она внезапно осознала свою ошибку. — А… Это было… э-э… по-русски?       Судя по выражению их лиц, ни один из близнецов не поверил ей.       Фред посмотрел на Джорджа, а Джордж посмотрел на Фред. Затем Фред сказал:        — Ты говоришь по-русски?       — Гервальд научил меня многим языкам, когда мы путешествовали, — ответила она. Это была правда. Однако, вместо того, чтобы сказать, что она говорит по-русски, было бы более точно сказать, что она знала, как спросить и получить указания по-русски — «на случай, если ты заблудишься», — сказал Гервальд, — а все остальное было просто бессмысленным набором слов. Ее немецкий был лишь немного лучше.       — Но это не звучало как русский, — заметил Джордж. В его глазах мелькнула искра, которая мгновенно заставила Хадрию насторожиться. — Эй, Фред, тебе не кажется, что это звучало больше как…       — …Змея, возможно? — закончил Фред с слишком широкой улыбкой, которая, как поняла Хадрия, была откровенно жуткой, когда не была на ее собственном лице.       Тогда она поняла.        — Для вас это не новость.       Фред кивнул, выглядя очень самодовольным.       — Если ты имеешь в виду свою способность говорить на змеином языке, то да, для нас это не новость.       — Однажды мы слышали, как Пивз пел об этом. Потом Кровавый барон запретил ему продолжать, — объяснил Джордж, сжалившись над их маленькой слизеринкой.       Хадрия застонала. Она не удивилась бы, если бы полтергейст подслушал, как она ругалась на змеином языке раньше.       — Змеиный язык может объяснить тайну вашего перемещения, — заметил Джордж, глядя на свою руку, которая теперь наполовину находилась в стене.       — Похоже на то, что мистер Слизерин мог создать, чтобы тайком навещать мистера Гриффиндора в те времена.       Фред поднял брови, и Хадрия закашлялась, поняв намек.       — Неважно. Я пришла сюда, чтобы найти вас двоих.       Затем, не давая им возможности прокомментировать и снова отвлечься, она продолжила:       — В своем письме вы написали, что нашли особое зеркало. Его уже перенесли?

***

      Зеркало действительно было перемещено, как и в ее прошлой жизни. Это означало, что все в запретном коридоре, скорее всего, было на своих местах. Ей придется снова туда зайти, но если все пойдет по той же схеме, что и раньше, у нее будет время до экзаменов, так что спешить некуда.       Хадрия также воспользовалась возможностью, чтобы спросить близнецов о том, что они видели в зеркале. По-видимому, они видели себя владельцами международной сети магазинов розыгрышей. Боль в груди все еще не утихала, когда она покинула башню Гриффиндора через «Скандальный портал» — как назвали его близнецы — и вернулась в то же место, откуда ушла.       Что ж, она увидит, как их мечта сбывается, если у нее будет право голоса. Затем, с новой решимостью, она вошла в комнату отдыха Слизерина…       …и сразу же была атакована разъяренным Малфоем.       — Ты жива!       — Ну, она не проживет долго, — сухо заметил Блэйс, наблюдая, как Девочка-Которая-Выжила, послушно позволяла Малфою тащить ее к ним, сжимая за шею, и выглядела скорее как реалистичная кукла, чем как живой человек, которому не хватает воздуха.       — Поздравляю, ты получишь много похвалы и, возможно, медаль от Дамблдора за то, что убил его Будущую-Темную-Леди, — добавила Пэнси.       — И ты преуспеешь там, где Темный Лорд потерпел неудачу, и будешь вознаграждена за то, что доделала его дело, — небрежно продолжил Блейз, прогуливаясь по тому, что должно было быть политическим минным полем.       Пэнси взволнованно захлопала в ладоши.       — Мы могли бы написать книгу! 101 способ убить ведьму. Худший способ — это Убийственное заклятие, поскольку оно непростительно и «ненадежно». А удушение было бы первым в списке, потому что всем должно быть известно, что лучший способ убить волшебника — это использовать магловские методы.       — Дамблдор действительно пытался убить ее, сбросив с трибун для зрителей квиддича, — согласился Блейз. — Возможно, Хадрия была бы Девочкой, которая умерла, если бы Темный Лорд просто сбросил ее с крыши, когда она была еще младенцем.       В этот момент Хадрия махнула рукой, в результате чего лежавшая рядом книга История Хогвартса поднялась со стола и ударилась о затылок Драко. Ее сразу же отпустили, поскольку ее друг решил хныкать, потирая голову, вместо того, чтобы продолжать лишать ее воздуха.       — Еще есть случайная магия, — сказала она, опровергая предложение Блейза сбросить младенца с высоты. — Нож в сердце или выстрел в голову, возможно, подойдут лучше.       Блейз издал странный звук, как будто он хихикнул посреди кашля.       — Нож может сработать… зная твою удачу, пистолет взорвался бы у него в руках.       — Что такое пистолет? — спросила Пэнси. Хадрия уставилась на нее, затем повернулась и нахмурилась на Блейза.       — Откуда ты знаешь, что такое пистолет?       — Третий муж его матери был убит одним из этих устройств через месяц после их свадьбы, — фыркнул Драко, все еще потирая голову и выглядя довольно обиженным. — По-видимому, он обидел какую-то магловскую банду, потерял свою палочку и был застрелен, прежде чем успел аппарировать.       Все взгляды обратились к нему, и Драко нахмурился, увидев их различные выражения — некоторые недоверчивые, некоторые веселые.        — Так сказала мама. Думаю, это должно было быть уроком о том, насколько опасны могут быть маглы.       — Так… Что такое пистолет? — снова спросила Пэнси, когда стало ясно, что она единственная в их маленькой группе, кто не знает, что такое пистолет.       — Это ручное устройство, которое выстреливает металлические предметы, называемые пулями, со скоростью, достаточной для того, чтобы ранить человека, — сказал Блейз. — Бам! И у тебя в теле появляется дырка. Естественно, если эта дырка находится в твоей голове или сердце, скорее всего, ты умрешь.       — Удивительно, — прошептала Пэнси, выглядя наполовину испуганной, наполовину благоговейной. Драко вздрогнул.       Хадрия решила не комментировать, хотя считала, что Пэнси ни в коем случае не следует давать оружие.       — Что я пропустила, что Драко так… эмоционально отреагировал на мое дальнейшее существование?       Ее друзья рассказали ей все, что она пропустила. Слизеринцы, похоже, не испытывали недостатка в творческом подходе, когда дело доходило до придумывания всевозможных теорий о ее смерти и посмертном присутствии, а затем и теорий об исчезновении ее «призрака». Многие из этих теорий основывались на предположении, что ее дух был твердым и полноцветным, в отличие от обычных призраков, которые были бесплотными, прозрачными и серебристыми. Почему ее дух отличался от обычных призраков? Просто потому, что она была не просто духом, а духом Девочки-Которая-Выжила, и поэтому была особенной.       — Ребята, вам нужно завести журнал, — рассмеялась Хадрия, вдруг вспомнив о Придире. — Наполните его статьями о Хогвартсе, которые могут быть правдивыми, а могут и нет. Теориями заговора. Абсурдными «фактами» и историями. Назовите его «Хоговартс: чепуха» или как-нибудь так.       — Это блестящая идея. Как насчет… "Тайны Хогвартса", и мы могли бы выпускать его в форме еженедельного руководства по выживанию в Хогвартсе, — предложил Блейз.       Пэнси моргнула, затем резко встала и двинулась так быстро, что казалось, будто она аппарировала, появившись рядом с Джеммой Фарли и ее друзьями, чем их напугала. После короткой беседы она вернулась к Хадрии и остальным.       — Все готово, — гордо объявила она. — Теперь нам нужно только разрешение профессора Снейпа, и мы сможем начать. Фарли поможет нам скоординировать с другими префектами первоначальное распространение журнала, так как у нас должна быть бесплатная пробная версия ограниченного тиража. Думаю, каждый из нас может связаться с издателем и посмотреть, кто предложит нам лучшие условия.       Как быстро, подумала Хадрия, удивленная тем, что они действительно собираются это сделать. Затем она задумалась, сможет ли она убедить их позволить людям из других факультетов присоединиться, потому что знала, что будет здорово, если Луна сможет присоединиться к ним в следующем году.       Драко, очевидно, не счел это развитие событий неожиданным. Или он уже привык к неожиданным поворотам.       — Не понимаю, зачем нам обращаться к нескольким издателям, как кучка плебеев, чтобы получить выгодные условия, — прокомментировал он с выражением презрения на лице. — Не должно быть сложно заставить их умолять нас, чтобы мы позволили им издавать наш журнал.       — Ты снова собираешься размахивать именем своего отца? — спросил Блейз, в его голосе прозвучала нотка раздражения или досады, хотя его выражение лица оставалось мягким и дружелюбным.       Хадрия промолчала, предчувствуя, что разговор пойдет в плохом направлении. И действительно, Драко презрительно фыркнул.       — Ну, я никогда не думал, что скажу это, но… Зачем использовать имя моего отца, когда у нас есть Хадрия Поттер?

***

      Профессор Снейп согласился позволить им создать свой собственный школьный журнал, и, как и предсказывал Драко, найти издателя, готового работать с ними по цене, которая, как подозревала Хадрия, могла принести убытки бедной издательской команде, было очень легко.       — Это инвестиция, — сказал Драко, когда она упомянула об этом.       Что касается содержания журнала, то четверо заполнили несколько страниц тем, что Хадрия назвала «теориями о девочке, которая умерла».       Там также была короткая статья, представляющая Хэллоуин в Хогвартсе в том году, за которой следовали несколько более подробных статей о различных событиях Хэллоуина, связанных с троллем в подземельях, боггартом Шрёдингера, предполагаемыми появлениями Гримма, Трио Ужаса (название, которое некоторые ученики дали Хадриа и близнецам Уизли) и «Сладость или Гадость».       Они также добавили несколько страниц с перечнем различных шуток, которые появлялись в школе в прошлом, раскрывая советы и факты, которые, вероятно, были бы очень полезны ученикам в то время, когда шутки были активны. В этом и был весь смысл — Пэнси считала забавным показывать другим все, что они могли бы сделать, чтобы избежать худших шуток, после того как они уже стали их жертвами.       — Нам нужно приступить к следующему номеру, — сказала она, когда они закончили составлять первый журнал. На это у них ушло всего несколько дней, с помощью материалов и интервью нескольких других слизеринцев, а также Гермионы, Невилла и близнецов Уизли.       Однако именно тогда четверо из них поняли, что не знают, что можно включить в следующий номер.       — Хорошо, что мы решили делать его ежемесячным, а не еженедельным, — сказал Блейз.       Затем выяснилось, что они забыли о том, почему вообще решили создать такой журнал — а именно о сумасшедшей жизни в Хогвартсе с Поттер.

***

      — Дракон. Чертов дракон! — прошипел Драко, взволнованно тряся Хадрию. Его поведение в последнее время свидетельствовало о том, что длительное пребывание рядом с ней не шло на пользу его сердцу.       — На самом деле, это яйцо дракона, — встрял Блейз, совершенно бесполезно и гордясь этим.       — Ты не можешь сказать об этом отцу, — сказала Хадрия, чьей самой насущной заботой было возможное исключение Хагрида из школы.       — Этот дурак сожжет свою жалкую хижину!       — Ты все равно не можешь сказать отцу.       — Как этот идиот заполучил материал Класса А, Запрещенный К Торговле?!       — Ты действительно не можешь сказать…       — Поттер, для безопасности себя и окружающих…       — Но…       — Драко, — громко сказала Пэнси, прервав их некоммуникацию. — Через несколько дней будет мероприятие по вылуплению драконов. Скажи мне, ты упустишь возможность увидеть, как вылупляются драконы?       Хадрия наблюдала, как ее друг наконец замолчал, его выражение лица было несколько зажатым. Она сохранила эту маленькую деталь в своей ментальной папке «Вещи, которые нравятся Драко».       — Я не позволю тебе рассказать об этом своему отцу после мероприятия по вылуплению драконов, — сказала она, чувствуя необходимость быть предельно ясной в этом вопросе. В своей прошлой жизни Хагрид подвергался допросам Министерства и судебным разбирательствам только на втором и третьем курсах. Она не намеревалась допустить повторения этих событий, тем более на первом курсе.       В тот момент Драко выглядел так, будто он был готов проклясть ее, но было решено, что они пойдут к Хагриду — ведь они еще не делали этого, так как обнаружение яйца дракона было сделано тайком — и попросят его позволить им посмотреть на вылупление дракона, а затем организуют его вывоз из школы, пока никого из них не поймали за соучастие с Хагридом, хотя ни один из них не имел никакого отношения к приобретению яйца.       Естественно, никому из Слизеринцев (за исключением Хадрии) не пришло в голову сообщить об этом ответственному взрослому, потому что любой, кто не был профессором Снейпом, мог быть в сговоре с директором Дамблдором, который хочет убить Хадриа, а сам профессор Снейп, скорее всего, отвез бы яйцо в Румынию, прежде чем кто-либо из них смог бы увидеть его еще раз.       Конечно, это также означало, что их могли поймать, поскольку они собирались сделать это без разрешения кого-либо из вышестоящих, и Хадрия отчаянно надеялась, ради Хагрида, что никого из них не поймают. Она не помнила, чтобы другой Драко когда-либо делал что-либо в другой временной линии, кроме как втягивал ее и ее друзей в неприятности за нарушение комендантского часа, но она не хотела рисковать.

***

      Через несколько дней четверо были готовы отправиться в хижину Хагрида, чтобы увидеть, как вылупляется живой дракон. По дороге они встретили не только Гермиону и Невилла, но и близнецов Уизли.       — Я их пригласила, — сказала Хадриа, притворяясь невинной. — И уверяю вас, им можно доверять.       Драко посмотрел на нее, затем на четверых новых спутников — никому из них он не доверял. Однако нельзя было отрицать, что ни один из четверых не стал бы делать ничего, что могло бы навредить их дорогой подруге Хадриа и, соответственно, всем остальным. Он повернулся к ней.       — Поттер, — начал он, как всегда, когда думал, что проклятие смерти, наверное, повредило ей мозги, когда она была ребенком. — Поттер, ты помнишь, какая маленькая эта хижина? Потому что я помню, и в ней не поместится один полувеликан, вонючая собака, шестеро детей и двое подростков. И даже если мы все поместимся, один из нас загорится, потому что мы высиживаем дракона.       Затем они услышали, как один из близнецов насмешливо прошептал другому:       — Никогда не знал, что Малфой может быть таким забавным.       — Неудивительно, что Хадрия так дружит с ним», — сказал другой близнец.       Блейз кашлянул, чтобы скрыть смех.