Что ещё в этом чёртовом мире тебе про меня расскажут?

-Да, Жанна Фёдоровна, я обязательно донесу последние изменения до всей группы. Понял. Конечно, до свидания, - Евгений Бурдуковский, до сей секунды отчаянно пытавшийся балансировать на скользкой дороге с портфелем, журналом, папкой с собственной курсовой и трубкой у уха, наконец с облегчением кладёт последнюю, но не удерживает равновесия и всё-таки падает, утянув за собой подруг и устроив тем самым кучу-малу у входа в студгородок. К счастью, Вика и Крис, будучи куда более ловкими, поднимаются быстро и с двух сторон подхватывают его за руки, помогая встать. -Живой? – сочувственно спрашивает Вика. Киселёва, как всегда, ржёт, наверняка еле сдержав очередную подколку в духе «что, не мог своей ненаглядной Жаннусику уже из универа перезвонить?». Киселёва по жизни такая и даже уже почти его не раздражает. Ну как, например, можно раздражаться на дождь за то, что он идёт? Вот и здесь – Кристина и её саркастическое чувство юмора существуют в неразрывной связке, с чем можно только смириться. -Так, надеюсь, я не потерял флэшку с презентацией, - бормочет парень себе под нос, копаясь в карманах куртки, - Так, нет, вот она, порядок. Пойдёмте, девчат – а то на пару опоздаем. -Слушаемся, товарищ староста, - хихикает Вершинина. Ну что вот взять с этих двух легкомысленных барышень? Только любить такими, какие они есть – подруги же, как-никак. -Ну так что от тебя Жаннусик хотела? – всё-таки не сдерживается Крис, заставив его недовольно поморщиться: -Хватит уже так называть моего научного руководителя. А хотела она сообщить, что консультация по публикационной этике переносится на завтра. -Ур-ра! Свобода! – хором голосят девчонки, - Значит, вечером гуляем! -Это без меня, - категорично открещивается Евгений, - У меня статья недописанная пылится, а ещё я с какого-то перепугу понадобился, - обвиняюще тычет пальцем в Вику, - твоему ухажёру. Ты не знаешь, случайно, зачем мне может писать Емельянов в половине восьмого утра и настоятельно просить уделить ему время? -Не знаю, - красавица-шатенка растерянно пожимает плечами, - Мне он ничего не говорил. Может, ему нужна твоя помощь с каким-нибудь материалом для «Zet TV»? -Крах. Кошмар. Апокалипсис. Меня пытаются низвести до редактора статеек о разгульной жизни поп-звёзд. -Бурдуковский, не зарывайся, а? – а вот тут уже вмешивается Кристина, негодуя почти всерьёз, - Ты сейчас, между прочим, говоришь о её любимом человеке! -Воооот, - торжествующе заключает парень, - Теперь вы понимаете, что чувствую я, когда вы отпускаете двусмысленные шуточки на тему моих сугубо рабочих отношений с Жанной Фёдоровной? -Сорри-сорри, поняли – не дуры, дуры бы не поняли, - бурчит Киселёва, осознав справедливость упрёка, - Ладно, хватит обижаться, айда на пары, мне у будущей свекрови прогулы зарабатывать – как-то не айс. Наконец вся троица вваливается в здание факультета журналистики, напоминая лебедя, рака и щуку из одноимённой басни. Женя только посмеивается про себя, вспоминая, как образовалась их разношёрстная компашка… (два с половиной года назад) Сколько он себя помнил – ему никогда не нравилось тесно сходиться с людьми. Особенно с мужскими тусовками, темы для общения в которых традиционно ограничиваются выпивкой, авто и постельными подвигами – правдивыми или выдуманными. Парни с его курса не стали исключением, не приняв в свою компанию ботаника-интеллигента, с порога назначенного старостой – да и он, честно говоря, не горел желанием вливаться в эту шайку-лейку, где верховодили Емельянов с Молчановым, в конце каждой недели решающие, где и по какому поводу всему курсу стоит в этот раз напиться. Зато, как ни странно, подружиться с девчонками у него получилось само собой. Сначала его заметила красавица и отличница Вика – вот просто так взяла и подсела к нему за парту на первой же учебной неделе первого курса. Честно говоря, ей Бурдуковский с самого начала искренне сочувствовал, представив, сколько мерзких подкатов ей тут предстоит отбить с её-то внешностью и добрым миролюбивым нравом. А самой Вершининой, как рассказала она впоследствии, просто не хватало умного начитанного собеседника – вот они и нашли друг друга. Крис присоединилась к ним почти сразу из совершенно прагматических соображений, коих и не скрывала – с кем ещё искать общения платной студентке из Саратова, как не с двумя главными мегамозгами курса? Правда, впоследствии и с её стороны корыстные интересы переросли в человеческие и дружеские, а по отношению к самому Бурдуковскому – даже скорее в материнский инстинкт. «Не боись, Женёк, сделаем мы из тебя человека,» - повторяла Киселёва раз за разом, вытаскивая его на очередную вечеринку. Особого толка в этом, конечно, не было – социализировать упирающегося интроверта против воли невозможно по определению. Но староста не слишком-то возражал: нравится ей так развлекаться – ради бога. Возражения с его стороны начались, когда Кристина с тем же упорством начала знакомить его с девушками. Вот тут уж Евгений встал на дыбы, протестуя против «романтического насилия над его личностью». Не волновало парня и то, что по потоку стали ходить слухи о его якобы нетрадиционной ориентации. Ну а как же – постоянной пассии нет, в мужских компаниях не тусуется и вечно ходит третьим за Вершининой и Киселёвой, как ещё одна подружка. С точки зрения примитивных разумов всё очевидно. А тратить время на сплетни примитивных разумов ему всегда было не в досуг, о чём он доходчиво просветил Крис и попросил больше не оберегать его маскулинность и репутацию так рьяно. Подруга долго дулась, но в конце концов приняла его позицию и перестала подрабатывать свахой. Тем более, платонических переживаний ему и самому хватало… Какую роль играет в его жизни Жанна Фёдоровна Дьяковская – он и сейчас вряд ли с уверенностью скажет. Тогда, впервые переступив порог лекционной аудитории в качестве студента, он просто был очарован её яркостью, харизмой, педагогическим талантом, да и, чего греха таить, модельной внешностью. Разумеется, никаких опасных для себя выводов из этого не сделал, всё так же игнорируя смешки Крис «а, ну ясно всё, Женьку просто дамы постарше нравятся, а не малолетки сопливые». Вика только головой качала, предчувствуя, что неопытный в любовном плане приятель играет с огнём и рискует в лучшем случае навлечь на себя выговор, а то и вылететь из универа с концами, что для него равносильно катастрофе. На её сочувственные охи-ахи Женя тоже только рукой махал, продолжая работать и стараясь при любом удобном случае обратить на себя внимание любимой преподавательницы. Надо сказать, совсем уж наивным олухом Бурдуковский не был – рассуждал трезво, ни на что не надеялся, чётко осознавая, что не станет яро блюдущая профессиональный имидж Жанна Фёдоровна связываться со студентом. Да и сам скорее видел в ней музу или кумира, чем любимую женщину – впоследствии именно она взяла его под научное руководство и до сих пор помогает пробиваться. Именно благодаря ей он пламенно полюбил публицистику и ни о чём не жалеет. А уж что там девчонки болтают – дело десятое. Лишь бы до отца никакие сплетни не дошли, а то с его-то связями в ректорате это точно повлечёт за собой неминуемый скандал. Хватает ему и того, что живущий с родителями дееспособный двадцатилетний парень – это в принципе что-то с чем-то. Но пока приходится терпеть и надеяться, что его заявку на практику в издательстве всё же одобрят. А там уж и за самостоятельностью, и за личными амбициями дело не станет… -Молчанов, Комко и Истерина опять отсутствуют? – аутотренинг старосты на тему благословенной стажировки прерывает недовольный комментарий Аллы Викторовны, возмущённой нарушением посещаемости на занятии, - Это при том, что они до сих пор не сдали мне эссе и не отработали ни одного пропуска. Если они не ликвидируют свои долги на этой неделе – им грозит отчисление. -Я донесу до их сведения, они всё исправят, - дежурно кивает Бурдуковский, сверкнув очками в сторону Крис. Та только глаза закатывает, словно всем видом говоря «ну что вот я с Лёхой сделаю – я ему девушка, а не мамочка». Семинар продолжается своим чередом, правда, один раз прерывается треньканьем емельяновского мобильника, его же сконфуженным «извините» и спешным выходом из аудитории. Вот что он о себе возомнил – раз популярный ви-джей и на заштатном канале в эфире кривляется, то и на правила поведения наплевать можно? -Ему с работы звонят, - примирительно шепчет Вика, заметив возмущённый взгляд друга, - Я слышала, как он говорил: «Вячеслав», это генеральный у них на канале. Если ему не ответить – он приедет сам и может устроить скандал вплоть до мордобоя. -Вот пусть и катится к своему генеральному, а не отвлекает в большой перерыв меня! – впрочем, Женя менять гнев на милость менять всё равно не собирается, - Я хотел взять кофе и посидеть в библиотеке со своей статьёй, а не его скандальные писульки править. Прости, - увидев расстроенное лицо подруги, он понимает, что перегнул палку. Тем не менее, на большой перемене Евгений честно ждёт однокурсника в холле, куда тот обещал подойти, как только кого-то встретит. Но проходит минута, две, пять – а Никиты и близко нет. Решив подождать последние пять минут и, если этот раздолбай не придёт, всё-таки отправиться в библиотеку, он пишет смс Вике с просьбой купить в буфете третий кофе – деньги ей потом переведёт. Но едва сообщение успевает уйти – как пред грозные очи старосты наконец является сам Емельянов в сопровождении невысокой девушки восточного вида, лицо которой отчего-то кажется ему смутно знакомым. -Жень, привет ещё раз, извини, что задержал. В общем, нам без тебя не справиться, - пытающийся отдышаться Никита показывает на свою спутницу, - Это Урсула, - ловит её прямо-таки испепеляющий взгляд и поспешно исправляется, - То есть, мама с папой назвали её Тиной, а вот наш генеральный, чтоб ему икалось, дал сценическое прозвище, от которого она не восторге. -Здравствуйте, - негромко произносит Тина-Урсула, и вот теперь он точно вспоминает, где её видел. Конечно, она же приходила сюда давать интервью Емельянову для одной из практических работ. Ну и на канале её вместе с ним крутят, само собой… -Привет. И ко мне можно на «ты», я не кусаюсь, - смягчается Бурдуковский. Гостья-то явно нервничает, он её, наверное, уже напугал своим хмурым видом. Всё-таки надо иногда выключать старосту и включать просто человека, - И в чём именно вам обоим нужна моя помощь? Девушка, всё ещё нервничая, пытается что-то сказать, но её мягко останавливает Емельянов: -Жень, тут просто Тинка очень хочет на будущий год к нам поступать. На публицистику. Она и пробует писать уже сама, на подготовительные курсы документы подаёт. Но всё равно в таком деле без наставника, репетитора – называй как хочешь, в общем, без человека с опытом не обойтись. А кто ещё, кроме тебя-то? -Логично, - не возражает староста, внимательнее приглядываясь к новой знакомой, - В принципе, это можно. Только нам тогда, наверное, надо оформить тебе временный пропуск хотя бы в библиотеку, где мы сможем заниматься. Я сам, кстати, туда шёл. И как раз поговорим с тобой, как и что у нас на факультете устроено. Идёт? -Идёт, - Тина наконец-то улыбается. Ну слава богу, а то он уже почти в ступор от недоумения впал: ви-джей – и стоит каменным оцепеневшим изваянием. -Ну и славненько, - Никита довольно потирает руки, хлопает Бурдуковского по плечу, целует напарницу в щёку и подрывается с места, - Ребят, я побежал, меня срочно на канал вызывают. Жень, не отмечай, ладно? Тиныч, если что – я на связи! – и только его и видели. -Тиныч? – ошарашенно переспрашивает ничего не понимающий Женя, оставшись наедине с новой ученицей. -Они с Лёхой так меня называют. Я у них вроде третьего мушкетёра, - смеётся девушка. -А, - до парня доходит, что он, по всей видимости, встретил в её лице сестру по духу, разуму и несчастью, - У нас с Викой и Кристиной та же история. Тоже третьим в женскую компанию прибился. Так, ладно, а то перерыв короткий. Сейчас пошли поскорее в деканат, потом в библиотеку. Оформим тебя как стороннего читателя, чтобы у преподавателей и охраны не было вопросов. Тина только и успевает кивать. Вообще она кажется Евгению немного странной – то замирает, словно витая где-то не здесь, то вдруг спохватывается и на глазах превращается в энтузиастку и генератор ста слов в минуту. Но педагогическое чутьё подсказывает, что с этой чудачкой дело иметь можно, даром что подруга Емельянова. Он убеждается в этом ещё больше, когда по дороге к деканату просит показать ему те самые пробные эссе, о которых говорил Никита. Она без лишних слов роется в рюкзаке и, откопав на дне флэшку, протягивает ему: -Все здесь. Только учти, они кривые, косые, сырые и кишат эмоциями. -Разберёмся, - староста мягко улыбается. Отчего-то с ней играть роль строгого репетитора ему не хочется совершенно. По пути их останавливает в коридоре Жанна Фёдоровна с закономерным вопросом: «почему в институте посторонние, и нет, для телеведущих исключения не предусмотрены». Шепнув Тинке, что сейчас всё решит, Бурдуковский терпеливо объясняет научной руководительнице их нынешнее положение. Удовлетворившись таким ответом и велев в этом случае немедленно обзавестись временным пропуском, замдекана удаляется восвояси. Первая встреча буквально сразу вдохновляет обоих. Когда Тинка уже с заветным документом на руках располагается в читальном зале, Евгений наконец может ознакомиться с черновиками эссе на её флэшке. Эссе он остаётся потрясён в лучшем смысле этого слова и выносит вердикт: «Тин, у тебя талант, не смей бросать!». Разумеется, работы им предстоит много – и над теоретическими основами, и над стилистикой, но сейчас он впервые в жизни задумывается всерьёз отблагодарить Никиту, откопавшего на попсовом телеканале такой необычный потенциальный кадр. В итоге к концу большого перерыва они договариваются о графике занятий. Тинке пора спешить – ей-то тоже не в радость перед Вячеславом за опоздание оправдываться. Женя провожает её до холла, и у них даже остаётся пять минут взять в буфете кофе. Правда, парня как старосту опять отвлекает своим звонком деканат – ну что они там опять напутали с переносами, вот ей богу?! – и он вынужден упустить её из виду, а находит уже у гардероба, причём по голосу, услышав негромкое: «Набери моё имя в Google, прочитай километры лажи – Что ещё в этом чёртовом мире тебе про меня расскажут? Но, пожалуйста – слышишь – пожалуйста, согласись на последнюю встречу! Я не могу, не могу, не могу больше…» Тинка напевает себе под нос, одной рукой пытаясь привести в порядок растрёпанное каре, а в другой держа стаканчик с кофе. Это и становится причиной мелкомасштабной катастрофы – услышав чей-то деликатный кашель за спиной, девушка от неожиданности вздрагивает и выпускает кофе из рук. Тот разливается по всему полу не Тихим, конечно, океаном, но вполне очевидной лужей. Это ещё можно пережить, особенно если повезло чудом не обжечься. Но весь масштаб трагедии она осознаёт только когда к ней кто-то подлетает, пытаясь помочь, и ещё мгновением позже – когда она узнаёт в этом «ком-то» Бурдуковского. Господи, какой позор… Скорее бежать! Нет, ей с этим… ходячим стрессовым фактором из мира публицистики точно нельзя пересекаться – иначе каждый раз в институте будет происходить пожар, погром или потоп! Бормоча под нос все возможные комбинации с упоминанием чьих-то матерей, чертей, леших и ещё до кучи что-то на бурятском, Тинка подбирает с пола пострадавший от кофе рюкзак, пустой стакан и растерянно озирается в поисках урны. Женя, не говоря ни слова, вешает её, к счастью, небезнадёжно и не целиком испорченное имущество себе на плечо и зачем-то начинает копаться в своём портфеле: -Точно не обожглась? Всё в порядке? -Да какой там порядок, - девушка расстроенно качает головой и всё-таки по-детски хнычет, - Просто я неуклюжая косорукая дура с руками не из плеч! И всем приношу проблемы. Тебя вот ещё задерживаю… -Не говори глупостей, - староста, найдя в портфеле неприкосновенный запас влажных антибактериальных салфеток (вот есть всё-таки польза от его одержимости чистотой – и пусть Киселёва ржёт сколько угодно!), пытается оттереть несчастный Тинкин рюкзак и рукава её куртки, - Позволишь? Девушка только шипит с досады. Вот зачем она послушалась Никиту? Теперь этот доморощенный гений, к которому она после сегодняшней встречи ещё больше осталась неравнодушна, сочтёт её бестолковой растяпой. Ещё и время на неё тратит, помочь пытается… Жалеет, что ли? -Тин, - точно жалеет, вот и разговаривает с ней уже как с маленькой, - Ну что ты, в самом деле? Ну ничего же не произошло. Я сам виноват, тебя напугал. Обещаю, больше не буду подкрадываться. Просто заслушался, ты, оказывается, красиво поёшь. -Скажешь тоже, - фыркает Тинка, но настроение паниковать и капризничать у неё уже пропадает, - Ладно, я побегу, иначе Вячеслав не только меня четвертует, но и на Никите отыграется. -Извини, что не провожаю, - разводит руками парень, - Просто мне тоже опаздывать нельзя – на следующем занятии курсовую сдавать. -Без проблем. До встречи. Была рада познакомиться, - немного грустно улыбается девушка и, помахав рукой, скрывается за дверью. Женя даже не успевает ничего ответить. Ну и дурдом, однако... Судя по столь насыщенному событиями дню для них обоих, не только гендиректору «Zet TV», но и Никите предстоит икать весь вечер.