Глава 7

Эли чувствовала, как ночь окутывает город, пропитывая воздух холодом и чем-то неуловимым. Она шла быстро, не оглядываясь. Её мысли были разбросаны, как осколки стекла — острые, хаотичные, беспорядочные. Она свернула в переулок, зажатый между старыми зданиями. И вдруг почувствовала его… Как если бы ночь сгустилась, обрела форму и встала у неё на пути. Эли резко остановилась. — Кажется, ты слишком часто оказываешься не в том месте, — голос прозвучал мягко, почти лениво. Она вздрогнула. И не только от неожиданности. Он стоял у стены, с лёгкой усмешкой, будто знал её реакцию заранее. Дэймон. Тёмные глаза цепко скользнули по ней, оценивая. Эли почувствовала, как по телу пробежала дрожь, но она не позволила себе сделать ни шага назад. — Ты меня преследуешь? Дэймон медленно наклонил голову, как будто изучая её. — Это ты всегда оказываешься там, где быть не должна. Она стиснула зубы. — Это ты решил. — Это мир решил. Глупая, самоуверенная фраза. Она хотела бы фыркнуть, но слова застряли в горле. Он сделал шаг ближе. Воздух стал гуще. — Ты играешь с огнём, Эли. Она скрестила руки на груди, пытаясь удержаться на грани между страхом и яростью. — Если кто-то скрывает от меня правду, я не собираюсь сидеть и ждать, пока мне её разжуют. Дэймон склонил голову, уголок его губ чуть дёрнулся. — Глупая девочка. В ней что-то взорвалось. — Да пошёл ты, — выплюнула она, не думая. Он рассмеялся. Не громко, но в этом смехе было что-то настолько вызывающее, что у неё зачесались кулаки. — Ты забавная, — он чуть качнул головой. — Думаешь, что если будешь злиться, то перестанешь бояться? Эли сжала зубы, чувствуя, как пальцы непроизвольно сжимаются в кулаки. — Я не боюсь тебя. — Нет, — согласился он. — Ты боишься себя. Она резко вскинула голову. — Что ты… Но он уже стоял совсем близко. Слишком. Она чувствовала тепло его тела даже сквозь прохладный воздух ночи. Чувствовала, как её собственное дыхание становится тяжелее. Глаза. Чёрные, тёмные, бездонные. Она не знала, кто из них первый наклонился ближе. Все произошло слишком быстро и неожиданно. Но её пальцы вдруг сжались в ткань его рубашки, едва уловимо, почти неосознанно. Он усмехнулся. Его дыхание коснулось её губ. Она замерла. Каждое её чувство словно кричало, что это неправильно. Но если так… Почему её сердце колотилось как сумасшедшее? Дэймон склонился чуть ниже, так близко, что, казалось, ещё мгновение – и между ними не останется ничего. Она должна была оттолкнуть его. Но не сделала этого. — Ты ещё узнаешь, кто ты, — прошептал он. И вдруг — всё исчезло. Тьма взорвалась светом, и Эли резко открыла глаза. Она задыхалась. Её сердце бешено колотилось, ладони вспотели. Она была в своей комнате. Никакой улицы. Никакого Дэймона. Только утренний свет, пробивающийся сквозь шторы. “Это был… сон?” Эли села на кровати, сжимая простынь. Её руки дрожали. Но дрожь была не от страха. А от чего-то другого. Что это было? Почему это казалось таким реальным? Она провела пальцами по запястью, будто проверяя, не осталось ли там следа от его прикосновения. Но, конечно, ничего не было. Она глубоко вдохнула, стараясь успокоить дыхание. «Это был просто сон.» Но почему, чёрт возьми, её пальцы всё ещё помнили его прикосновение? Эли несколько минут просто сидела на кровати, глядя в одну точку. Её сердце всё ещё колотилось, как будто она только что выбежала из темноты, спасаясь от чего-то, чего не могла увидеть. Её губы всё ещё помнили жар его дыхания. Её руки помнили, как ткань его рубашки была чуть шероховатой под пальцами. Её кожа всё ещё ощущала тот электрический заряд в воздухе, когда он стоял так близко. Она провела рукой по лицу, пытаясь прогнать остатки сна. «Это не имеет смысла». Она знала, что бывает дежавю, но не так. Она потянулась за телефоном. 06:27 Ещё слишком рано вставать, но заснуть снова было невозможно. Эли выдохнула, убирая волосы с лица. Может, этот сон — просто игра её разума? Она слишком много думала о нём. О его словах, о том, что он знает что-то, чего она не знает. О том, что он словно специально дразнит её, как кошка перед тем, как поймать мышь. «Ты боишься себя». Почему именно эта фраза? Эли крепче сжала телефон в руке. Она не хотела признавать, что внутри что-то отзывается на его слова. Она встряхнула головой и встала с кровати. Холодные половицы пробежались морозом по коже. «Плевать. Это был просто сон». Она быстро направилась в ванную, умываясь ледяной водой, надеясь, что это протрезвит её мысли. Но в зеркале отражалась не та Эли, которая легла спать вчера. Эта Эли смотрела на себя с тревогой в глазах. С вопросами, которые она боялась задать. И с чем-то ещё. Чем-то, что она не хотела признавать. Она злилась. Не только на Дэймона, но и на себя. Потому что ей не должно было нравиться то, что произошло в этом сне. Она смотрела на себя в зеркало ещё несколько секунд, а потом резко выключила воду и вышла. Нужно отвлечься. Она переоделась, схватила куртку и, не дожидаясь, пока разум снова начнёт сомневаться, вышла из дома. Осенний воздух обжёг ей лёгкие, но это было даже приятно. Где-то на фоне играло утро города — гудки машин, лай собак, шаги прохожих. Эли сунула руки в карманы и направилась в университет. ⸻ — Ты выглядишь… странно. Кара поставила на стол чашку с кофе и уселась напротив, скрестив руки. — Спасибо, — буркнула Эли, обхватывая ладонями тёплую керамику. — Нет, серьёзно. — Кара сузила глаза. — Ты бледная, как призрак, и смотришь так, будто только что открыла врата ада. Эли хмыкнула. «Было бы проще». — Просто не выспалась. Кара склонила голову набок, прищуриваясь. — Ага. А теперь скажи правду. Эли сделала глоток кофе, пытаясь решить, стоит ли ей говорить. Сон всё ещё был слишком ярким в её голове. — Мне приснился странный сон, — наконец призналась она. Кара ухмыльнулась. — Ну-ка, давай. Было горячо? Эли подавилась кофе и кашлянула. — Кара! — Да ладно тебе, — хихикнула подруга, — по твоему лицу всё видно. Эли закатила глаза и отвернулась, но чувствовала, как её щёки слегка горят. — Он был просто… странным. — Ну-ну. — Кара подперла подбородок рукой. — Ты, конечно, можешь мне врать, но, знаешь, у тебя на лице написано, что это был не просто сон. Эли сжала пальцы вокруг чашки. Кара была права. Но даже себе она не хотела этого признавать. Ведь если этот сон был настолько ярким… что, если это был не просто сон? Что, если Дэймон каким-то образом действительно был там? Или, может быть, это её собственные мысли привели его туда? Эли сглотнула и быстро отогнала эту мысль. Она не собиралась давать ему столько власти над собой. — Короче, забей. — Она махнула рукой. — Давай лучше обсудим, что делать дальше. Кара задумчиво посмотрела на неё, но потом пожала плечами. — Окей, но не думай, что я забыла. Эли закатила глаза. — Конечно. — Итак, — сказала Кара, отхлебнув кофе. — Ландерс. Нам нужно его уговорить. — Да, — кивнула Эли. — Но мы должны преподнести это так, чтобы он не подумал, что мы просто копаем ради забавы. Ему нужно что-то серьёзное. Кара усмехнулась. — Думаешь, он просто так поверит, что мы заинтересованы в каких-то старых записях? — Почему бы и нет? — пожала плечами Эли. — Он же сам всегда говорит, что журналистика — это правда, спрятанная под слоем пыли. Кара приподняла бровь. — Ты реально его слушаешь? — Иногда, — ухмыльнулась Эли. Они быстро закончили кофе и направились в университет. Ландерс обычно приходил на кафедру за час до занятий. Когда они вошли в его кабинет, профессор сидел за столом, просматривая какие-то документы. — Что вам опять нужно? — спросил он хрипловатым голосом. — Официальное разрешение на доступ в городской архив, — без лишних предисловий сказала Эли. Ландерс медленно поднял взгляд и прищурился. — Зачем? Университетских архивов не хватило? — Мы работаем над расследованием, — добавила Кара. — Вы же сами говорили, что журналистика требует копать глубже. — Хм, — профессор покрутил в руках ручку. — Напомните, о каком расследовании речь? Эли выложила на стол распечатанную статью о загадочных смертях младенцев в 2004 году. Ландерс мельком взглянул на неё, но выражение лица не изменилось. — И что? — Эта статья обрывается на середине. Газетные архивы за тот период пропали. Нам нужно узнать, что там было дальше, — спокойно сказала Эли. Профессор скрестил руки на груди. — И что, если я скажу «нет»? Кара усмехнулась. — Ну, тогда мы будем вынуждены использовать… не совсем официальные методы. Ландерс взглянул на неё с лёгким раздражением. — То есть пойдёте взламывать двери? — Конечно нет, — улыбнулась Кара. — Мы просто найдём того, кто там работает и “вежливо” попросим достать то, что нам нужно. Профессор какое-то время молчал, разглядывая их. Затем тяжело вздохнул и потёр переносицу. — Ладно, — наконец сказал он. — Я напишу запрос. Но если вы втянете меня в какую-то сомнительную историю, вам конец. Эли почувствовала, как внутри всё сжалось от облегчения. — Спасибо, профессор. — Не благодарите, — буркнул он. — Просто принесите мне хороший материал. Когда они вышли из кабинета, Кара едва сдерживала довольную улыбку. — Ну что, Морвен? Похоже, у нас теперь официальный пропуск. Эли кивнула, но внутри всё ещё чувствовала тревогу. Теперь у них появился шанс узнать правду. Но чем ближе они подходили к разгадке, тем сильнее она сомневалась, что эта правда, которую она хочет узнать.