Глава 3. Цена свободы.

      До палатки было буквально метров пятьдесят, и, пока меня тащили, в голове был целый рой мыслей, который мешал сосредоточится на чём-то конкретном. Этому способствовал не только страх, но и неожиданный интерес. Зачем же я понадобилась этому вождю? Было очевидно, что убивать меня, пока что, не собирались. Иначе маршрут был бы в сторону столбов, где уже тлели тела. Может, меня будут пытать? Это логично, всё-таки для них я враг, который может владеть важной информацией. Но, к сожалению, даже не знаю для кого, я ничего не помню, а владелец этого тела не удосужился оставить короткую памятку: «Итак, вы попали в другой мир и в чужое тело..». Так что, если это предположение правдивое, то мне предложить им нечего. Вдруг мой мозг пронзила одна мысль. Обычные орки не могли колдовать, у них просто биологически не заложено это, а те, кто мог, проходили через ритуал, который был, мягко говоря, затратный. Обычные представители этой расы не подходили для этого. Нужны были одарённые, которые рождались очень редко, возможно, один или двое в поколении, а отличаются они тем, что больше восприимчивы к магии. Принцип как с иммунитетом, только наоборот: чем слабее сопротивление к магии, тем лучше будет владение. Это ещё значит то, что чем выше сопротивление к магии у существа, то тем меньше будет на него влиять заклинания. Да, файерболы ты не покидаешь, но зато тебе не страшны маги.       Вряд ли это знала я. Видимо, моя маленькая жалоба на память была услышана и, воспоминания всё-таки есть, но просто они… закрыты? Недоступны? Забыты, но появляются только в нужные моменты? Без понятия. Но то, что я узнала, навело на кое-что. А что, если я им нужна, как целитель? Уровень медицины у них низкий. Ну, перевязали раненого и надеются, что духи предков не заберут его душу, а если так и случается, то значит, это судьба. Поэтому такие, как я, на вес золота. Сделают голодной, раненой и запуганной эльфийке предложение, от которого невозможно отказаться. Ведь откат означает смерть. Но так, как гордости у моей расы не занимать (далеко за примером идти не надо), то главарь предполагает, что я, скорее, умру гордой, чем буду служить им. Ну, что же, видимо, сегодня он удивится! Прислуживать им я, конечно, не горю желанием, но если это будет означать то, что я стану сильнее, я рискну. Под такие размышления меня занесли в шатер.       Помещение внутри освещал только один небольшой костёр, находившийся в центре, на котором жарилось мясо. Света было мало, но для меня этого достаточно, чтобы всё разглядеть. На полу лежала шкура убитого неведомого зверя. Внешне похож на медведя, шерсть тёмно-коричневого цвета, но был в два раза больше. Да и морда походила на волка, скрещённого с носорогом. Причем рог тоже имел место быть, но его практически полностью срезали. Так же внутри было довольно много стоек с доспехами, явно не по размерам владельца шатра, которые стояли по сторонам, да оружия, висящие на балках. Глаз зацепился за какие-то странные силуэты по краям и, приглядевшись, я увидела девушек разных рас с ошейниками на шеях. Начиная человеком и заканчивая… полуженщиной-полузмеёй. Не знаю, как их называют здесь, но в моём родном мире такое существо называлось ехидной. Всего четыре особи, и стояли они с опущенными головами на коленях. Всё здесь указывало на то, что владелец обладает силой и властью и не стесняется её демонстрировать, хочет, чтобы все его боялись. Учитывая общество вокруг, это логичное решение со стороны вождя. Кстати, говоря о нём, ведь прямо сейчас он сидел на деревянном троне, который, видимо, занесли с улицы, и наблюдал за тем, как меня заводят. Он был всё в тех же доспехах. Только без шлема, он покоился рядом. Лица́ всё равно не могу разглядеть, неестественная тьма скрывает его от меня, так что это, скорее всего, какая-то магия, а не шлем, как мне казалось ранее. Меня поставили перед шкурой, не давая на неё встать, и надавили на плечи. Секунда, и я стояла на коленях, опираясь руками об пол и шипя от боли. Я не могла поднять свои глаза и посмотреть на сидящего впереди, какой-то животный страх сразу брал вверх и не давал ни пошевелится, ни свободно вздохнуть. Несколько секунд ничего не происходило, была тишина. Только периодически трещал костёр, и кто-то тихо дышал сзади меня. Воин встал, подошёл ко мне, взял своей рукой за мой подбородок и рывком поднял мою голову вверх.       И я увидела тьму и два красных ока. Все сильнее сковало, словно холодные щупальца облепили всё тело и сжали так, что дышать удавалось через раз. Смотрел он мне в глаз, пытался залезть в душу и узнать все мои секреты. Мгновение спустя он отпустил меня, развернулся и зашагал обратно. Страх отступил, но вместо этого появилась лёгкая дрожь и неприятное тягучее чувство внутри. Пока я пыталась его унять, главарь уселся обратно и начал говорить, глядя куда-то мне за спину: — Beer lat yashd narmagat sa albapŵr ward? Dum bene agh trak ta dumishi tarshuurz! — Grak, Gyr’Kherta, ginmatye duufat narzog agh… — виновато пытался оправдаться мой конвоир. — Shara! — рыкнул главный и одновременно с этим ударил об подлокотник кулаком. — Uul narmagat megi m’atima! Trak dudgohuur lit. — Dabu! Сзади раздался глухой удар, и орк удалился. Вот и приехали. Я ни черта не понимала, о чём они. Это была смесь нескольких языков, начиная от французского и заканчивая языком народа Ачоли. Спасибо работе журналиста. Из-за этого угадывались отдельные слова, но уловить смысла не получалось. Дело плохо. Почему все до этого говорили понятно, а эти двое решили по-другому? Причём тот, кто меня сюда привёл, нормально разговаривал буквально минуты две назад. Хотя, возможно, все орки как раз разговаривают на своём языке, а с пленниками они специально общаются на каком-нибудь всеобщем. Ведь не может быть такого, чтобы все расы разговаривали на своём языке и друг друга не понимали. А какой тогда торговле и дипломатии может идти речь. Тем более этот, Гыр`хэрта, как я поняла, был вместе с человеком, так что вариант про всеобщий имеет смысл.       Не прошло и пяти минут, как второй орк вернулся и поставил перед мной ведро с водой. Я повернула голову в его сторону с выражением «И что мне с этим делать?», главарь что-то сказал, и он ответил коротким: «Пей». Я посмотрела на субстанцию внутри, и почему-то она не внушала мне доверия. Мало ли что они могли туда налить. Видимо, мою задержку они расценили по-своему, потому как уши дернулись, и я ощутила поток воздуха с шорохом одежды и инстинктивно задержала дыхание. Не зря. Через один удар сердца, мои волосы до боли скрутила огромная рука. Второй удар, голову погрузили в ледяную жидкость. Как бы я не старалась держать рот закрытым, он всё равно непроизвольно открылся. Я поняла, что это, в принципе, была обычная чистая ключевая вода, по крайней мере в ней не чувствовались странные привкусы. Тогда я начала жадно её глотать. Она обжигала мне горло, но я продолжала, пока не начал заканчиваться кислород. Меня слово услышали и резко выдернули обратно. Пока я откашливалась и пыталась начать нормально дышать, ведро убрали чуть в сторону. Это было грубо и больно, но в это мгновение вода чувствовалась, как эликсир жизни, проносясь по телу приятной холодной волной, пробуждая клетки от анабиоза, в который их загнала боль. Она никуда не делась, но горло теперь не драло от жажды.       Тем временем эти двое о чём-то беседовали, когда я наконец смогла проморгаться. Сидящий на троне что-то сказал, махнул рукой в сторону, после чего тот, кто стоял рядом со мной, начал говорить вместе с ним в унисон. Предполагаю, что он переводил сказанное. — Меня зовут Карог Железный, и я являюсь Гыр`хэрта великого предводителя Темнейшего. И я хочу предложить тебе стать частью его великого похода. Признаюсь честно, не перевариваю эльфов, — на этом моменте Карог скривил лицо, сплюнул в сторону, после чего продолжил, — но увидев такой потенциал в тебе, да ещё и целителя, мне просто не позволяет здравый смысл отдать тебя на растерзание этим фанатикам. Так что слушай внимательно, что я тебе предложу. Ты присоединяешься к нам, забывая все свои эльфские штучки и служишь мне. Я в свою очередь предлагаю положение выше, чем у всех этих неверных, еду, а так же снимаю ошейник и исцеляю. В противном случае тебя ждёт судьба тех, кто висит на столбе.       Предложение великолепное. Но если я соглашусь на него сразу же, то, возможно, он что-то надумает себе. Захотела втереться в доверие и передавать информацию своим, например. Поэтому надо для виду поломаться и изобразить сомнение. Главное в этом деле не переборщить, иначе только испорчу. Это ещё является отличным моментом, чтобы расспросить его. Например, о каком потенциале он говорит. После пары минут размышлений, сопровождаемой хмыканьем, я решила устроить ему небольшой блиц. — Прежде чем принять ваше приглашение, хотелось бы, про какой потенциал вы говорите, — прохрипела я. Говорить было всё ещё тяжело, но уже без кошек в горле. — А ты разве сама не знаешь? — мне кажется, что если бы было видно его лицо, то он точно бы поднял бровь. — Я, конечно, не шаман, но чувствую, что ты можешь неплохо развиваться в магическом плане. — А одежду новую предоставите? — Предоставим. — И обувь? — И обувь. — Насчёт еды, я жареное не ем, есть ли возможность отдельно готовить варёное? — Будешь есть то, что и все остальные, — с ноткой раздражения и скуки произнёс орк. Отличная возможность для следующего вопроса. — А зачем фанатикам рабы? — Они какой-то ритуал хотят проводить, для оживления древнего бога и… — поняв что, только что он сказал, Крог взревел и, вскочив на ноги, направился прямиком ко мне, после чего взяв за грудки и подняв вверх начал шипеть, — ты либо соглашаешься на предложение, либо я прямо сейчас отрублю голову. — Хорошо-хорошо, я согласна. Где надо подписать?       Вожак наклонил голову в бок. Похоже, не понял, про что говорит эта глупая эльфийка. Но кивнув самому себе, отпустил меня, и я полетела вниз, приземлившись на копчик, тихо взвыв от боли. Я это запомню. Обойдя меня со спины и наклонившись, он начал что-то делать с ошейником. Мгновение, и послышался тихий щелчок, после чего данный аксессуар покинул мою шею. И это великолепное чувство. Мана начала потихоньку распространяться по всем энергоканалам, тем самым запуская многие процессы. Чувство сравнимо с тем, когда у тебя затекает нога или рука и после ты начинаешь ими двигать. Только отсутствовало покалывание. Сейчас энергии практически не было, да и источник почему-то намного меньше, чем был во сне, но он начал пополняться. Медленно, но уверенно, что не могло не радовать. Пока я наблюдала за всем этим, главарь вернулся обратно на трон и молвил: — Я всегда выполняю свою часть сделки. Не смей делать глупостей.       И не верить его словам у меня не было причин. Аура у него была просто кошмарная, вызывающая натуральный ужас. Силён говнюк. Ну, ничего, пока что притворимся его верной слугой, и, когда настанет время, нанесу удар. Потом он опять что-то сказал, махнул рукой в сторону, где стояла ехидна, и она сразу же направилась к нему. Да уж, никогда такого не видела, нижняя половина девушки извивалась из стороны в сторону, активно тряся кончиком хвоста, а верхняя часть просто наклонилась чуть вперёд. Одета она была в такую же убогую робу, как у меня, только менее дырявую и с подозрительно глубоким декольте. Приползя к нему, она наклонилась ещё ниже и поцеловала ему руку. Тот в свою очередь, аккуратно подняв её подбородок, что-то тихо произнёс, и она, кивнув, направилась в мою сторону. — Хозяин с-с-сказал ис-с-сцелить тебя, — шипя слова, произнесла девушка. Видимо так и разговаривали бы змеи, — поэтому не ш-ш-шевелис-с-сь и получай удовольс-с-ствие. Поднеся ладони к ведру, она опустила их туда и сразу же достала обратно, но уже их обволакивала рука, которая тускло светилась. "Вот это чудо" — подумала я. "Одна из школ магии" — подсказал мозг. Школа исцеления имела, на самом деле, много уровней, начиная с силы света, которой обладала я, самой мощной, но энергозатратной, и заканчивая врачеванием при помощи каких-либо катализаторов и самой маны. Последнее было самым неэффективным методом из-за того, что много усилий шло на поддержание концентрации и при самом исцелении четверть маны уходила в «молоко», но зато этот уровень мог изучить любой маг, обладающий хоть каким-то источником. Вся эта теория подтвердилась на практике. Руку с исцеляющей магией она держала в стороне, другой же, пыталась снять повязку с моего глаза. Из-за того, что кровь запеклась, бинты слиплись, и так просто освободиться от этого плена не получалось. Я пришла ей на помощь и, смочив руки в том же ведре, стала аккуратно промакивать ткань, пока она не стала совсем влажной. Нам потребовалось минут десять на всё это, и вот, наконец-то, мой глаз свободен, но, к сожалению, открыть я его не смогла. Змеедевушка приложила обе ладони к лицу, и я сразу же ощутила этот холод, после чего начала что-то тихо про себя говорить. Единственным глазом наблюдала, как половина маны уходила внутрь, исцеляя повреждённый глаз, а другая рассеивалась в воздухе. Это не только был большой расход, но и увеличивал время восстановления. Но жаловаться в моём положении грех, поэтому попробую расслабиться. Это всё надоело Крогу, потому как только девушка переступила, он встал, подошёл к орку, который как раз ставил второе ведро рядом с первым, что-то сказал и, дождавшись, пока тот кивнет, вышел из шатра. Дышать стало намного легче, но чувство внутри осталось. — Ты ложис-с-сь, так будет легче. Не отрываясь от процесса, я попыталась прилечь, но получалось хреново. Девушка это поняла, поэтому подставив свой хвост под меня и дождавшись, когда я на него лягу, стала аккуратно его вытаскивать, и таким образом мне удалось принять горизонтальное положение. Поблагодарив, я хотела спросить её о том, кто она и как называется её раса, но та в свою очередь перебила меня: — Ш-ш-ш, тиш-ш-ше, тебе надо экономить с-с-силы. Прикрой с-с-свои глазки. Кивнув, я последовала её совету. Было не очень комфортно, хоть она и делает мне приятно, таков процесс исцеления, но лежать на голой и холодной земле в любом случае неудобно. Я постаралась помедитировать, как это было в моём сне, хотя я никогда не понимала, как это делать. Честно, в своём мире я пыталась медитировать, после того как мне это советовали друзья и говорили, насколько же им становится легче. Но каждый раз, когда я начинала, всё быстро заканчивалось раздражением от того, что сначала громко проедет машина, потом соседская собака опять решит полаять на весь дом и следом мужчина, который жил на этаж выше от меня, снова достанет его гребанный перфоратор и начнёт сверлить все стены у себя в квартире. В общем, атмосфера у меня дома в мой единственный выходной была неблагоприятной. Поэтому, каково же было моё удивление, когда у меня получались войти в то состояние, как во сне. Я ощущала, что парю, всё моё тело обволакивает что-то мягкое и тепло распространяется по всему телу. Это были энергоканалы, по которым медленно текла мана. Периодически что-то прохладное пробивалось в районе головы, но это не мешало, а наоборот, усиливало эффект. Не знаю, сколько времени прошло, но этот холод несколько раз менял своё местоположение. После головы он прошёл руки, но довольно быстро потом несколько раз поменял место около груди и следом переместился на живот. Собственно, там руки ехидны и находились, когда прозвучал горн, который выбил меня из медитации. Открыв глаза, а не глаз, я поняла насколько же это приятное чувство, и, оглядевшись, я посмотрела на лица окружавших меня. Если лицо ехидны излучало спокойствие и странные огоньки в глазах, то на лице конвоира была явная тревожность, и нервное постукивание топора, которого у него до этого в руках не было, только на поясе, это выдавало. — Что это было? — нехотя вставая, произнесла я, отмечая, что мышцы уже не страдали, а просто ныли, головная боль стала меньше, и общее состояние здоровья улучшилось. Да, до полного восстановления мне ещё далеко, но начало положено. — Не переживай, с-с-с нами вс-с-сё будет в порядке, — томно произнесла девушка. Всё больше она начинает меня напрягать, слишком уже её взгляд многое говорит. — Это был боевой рог, — пробасил наш, так называемый, надзиратель, — это значит на нас напали. А вот и шанс на побег. Правда это всё ещё рискованно, но более удачного момента может и не быть. Весь, так называемый, гарнизон отвлечён, и в самом лагере осталась пара охранников. И сто процентов они есть у клетки с рабами, хотя бы один. Осталось выбраться из шатра, но вряд ли меня просто так пропустят. Поэтому надо что-то выдумать эдакое. — А что же нам делать? — нарочито протянула я. Пока не знаю, какую реакцию от него ожидаю. — Если хочешь выйти, то у тебя ничего не получится. Сотник приказал за вами следить. Да уж, дохлый номер, чего и следовало ожидать. Надо думать. Как я могу его отвлечь так, чтобы мне хватило времени скрыться от него. В идеале без убийств. Глянула на количество маны, и мне стало грустно. Либо времени прошло немного, либо мана пополняется очень медленно, так как её было чрезвычайно мало. Разум подсказывал, что хватит на два, максимум три малых заклинания. А что я вообще знаю из магии? По факту ничего. Только ту вспышку из сна, да и всё, расчёт окончен. Оно ведь даже не боевое, максимум сигарету сжечь или подсветить что-то. Хотя… А что если повысить мощность, добавив побольше маны и ослепить их? Но надо ещё правильно распределить потоки, иначе оно просто не сработает, в лучшем случае. В худшем — приведёт к травмам. Это будет сложновато, но я должна справиться. — Вс-с-сё правильно говорит Лахаш-ш-ш, — внезапно на ухо кокетливо прошипела ехидна, — прос-с-сто рас-с-слабьс-с-ся, — договорив это, она обхватила мою талию своим хвостом и начала слегка массировать мои плечи. Так, вот теперь я поняла, к чему шло дело. Ещё и этот Лахаш смотрит на нас и ухмыляется. Если это не остановить, то будет плохо. Хотя мне было бы интересно «исследовать» возможности этой змейки… Брррр, вот теперь точно надо заканчивать, это явно не мои мысли пошли. Видимо, её кожа источает какие-то феромоны. Оглядываюсь и пытаюсь понять, что мне делать дальше. Недалеко от нас, в метрах двух, стояла стойка с доспехами и снизу лежали два кинжала в ножнах. Были они обтянуты чёрной кожей и на навершиях были изображены не то вороны, не то ястребы. Также если приглядеться, то можно увидеть, как по краям протянуты тонкие полосы бархата. Коротко говоря, дорого-богато. План составился сам собой, но надо действовать быстро, пока все смотрят на меня. Формируя заклинание на кончиках пальцах и нагоняя туда побольше маны, распределяя её равномерно, насколько это было возможно, я игриво выдохнула: — Слушай, раз дело идёт к этому, может, уединимся? — А ш-ш-што тебя смущ-щ-щает? Этот орк? Пус-с-сть с-с-смотрит. Кс-с-стати, чуть не забыла. Слышу щелчок, смотрю вниз и вижу ошейник. Блеск! Просто великолепно. Весь план коту под хвост. Заклинание, которое формировалось, сразу же рассыпалось в воздухе незаметной пыльцой. Удивительно, что у этой девушки получается колдовать, но, приглядевшись, я понимаю, что наши блокираторы различаются. У меня более яркие символы, у неё же они горят совсем тускло. Пытаюсь сообразить, что делать дальше, в это же время заглядывая внутрь себя, чтобы оценить произошедшее. И ничего. Вообще никаких изменений. Просто вижу сигнатуру ошейника, да и всё. Чёрт! Нет, он всё же влияет, но очень медленно. Небольшие сгустки энергии от него распространяются, что в конечном счёте и приведёт к полной блокировке способностей, но сейчас у меня есть время. Мои уголки губ немного приподнялись в незаметном оскале. Начала заново формировать заклинания, повторяя процедуру. Всё прошло штатно, заклинание готово и уже вырывается наружу. — Спасибо за подарок, у меня тоже есть для тебя кое-что. — О, подарки, их я люблю, — задорно произнесла она, не подозревая, что произойдёт в следующее мгновение. Резкая вспышка ослепительного света разорвала полутьму в шатре. Хоть я и зажмурилась, меня всё равно немного ослепило. Перестаралась, но результат меня более чем устраивал. Эти двое начали выть от боли и держаться руками за повреждённые глаза. Из-за этого хватка змеи ослабла, и я без проблем вскочила на ноги. Развернувшись на пятке, я прыгнула в сторону стойки и, неприятно приземлившись на колено, схватила кинжалы, после чего рывком направилась на выход. Это всё заняло не больше трёх ударов сердца, но, видимо, эффект заклинания начал проходить, потому как орк уже начал переворачиваться и пытаться встать: — Да я тебе, мразь, руки все выдерну и заставлю их жрать. Грозно. Пора ускоряться, запас времени подходит к концу. Заметила справа какой-то вещмешок, который висел на гвозде. Прикинув все за и против, на ходу сдергиваю его и перекидываю через голову за спину. После удобнее перехватываю ножны, беря в каждую руку по клинку. Потом посмотрим, что там внутри, если это «потом» настанет. Но вес имеется, значит, не пустой. Пересекая полог шатра, я увидела зарево пожара где-то вдалеке, за частоколом лагеря и каких-то огромных птиц, летающих в небе, которые периодически ныряли куда-то вниз и через несколько секунд поднимались обратно, с орком в зубах. Мгновение, и воин падал вниз. Тактика против них рабочая, интересно, как проходит бой за стенами. Сейчас и узнаю, потому как как раз одна такая, заметив меня, начала пикировать в мою сторону. И тварь выглядела мерзко. Это было мускулистое, четырехлапое существо, примерно метра два-два с половиной в холке, с серой кожей совсем без шерсти и длинным хвостом. Все четыре лапы ограничивались тремя когтями, которые помогали хищнику хватать жертву, в два мощных крыла позволяли ему быстро взмывать в воздух. Морда же была у него не менее противней чем само существо. Ряд длинных, острых, но в то же время неровных клыков, а когда оно открывало пасть, оттуда вываливался длинных, мерзкий язык. То что должно быть носом будто отрублено, серые глаза были наполнены жаждой крови, а на макушке возвышались два уха, как у летучей мыши. В целом, если сравнивать, то они очень похожи, но все же разные. Решив что надо отступать, начала пятиться назад, но позади услышала шорох и крик: — Вот ты где! Сейчас ты у меня попляшешь!