Sine Die 14.3 | Пакт

- Ох, черт, - произнес Эван. - Это что, Дракон?! У него изо рта огонь шел. - Это *был* Дракон, - сказал наш сатир. - Он исчез. Так и было. На том месте, где сидело существо, теперь остались лишь тень и кружащийся снег. Сатир очень выразительно посмотрел вверх - словно ожидая, когда Дракон свалится на нас оттуда - и зашагал в сторону. Все присутствующие последовали его примеру, к ближайшему зданию, как будто оно могло дать хоть какое-то укрытие. Но это давало небольшое преимущество - мы вышли из поля зрения Великана. - Как, черт возьми, нам справиться с Драконом? - спросил я. - Я играл во много видеоигр, - отозвался Эван. - Драконы, э-э... - Они не такие, как в видеоиграх, - сказала Тиффани. - Вообще говоря, с Драконами не связываются. Во-первых, их почти не осталось, а во-вторых... Сатир, Зеленоглазка и Менада одновременно повернулись в одну сторону. Я не стал проверять. Я просто двинулся, среагировал лишь на долю секунды позже них. Питер, Тиффани и Роксана только поворачивались посмотреть, когда мы уже двигались в противоположном направлении. Я вытянул руки, коснулся их плеч, толкая Тиффани и Питера. Роксана, стоявшая перед Питером, была вынуждена двинуться вместе с ними. - Дерьмо! - крикнул кто-то. - Дерьмо! Дракон приземлился позади нас. Квартал затрясся, словно стол, заставленный посудой, на который кто-то уронил гирю. Окна, деревянные конструкции, машины - все яростно дернулось в ответ. С навесов магазинов посыпались сосульки и сугробы снега. Я лишь мельком увидел его, пока не проскользнул в переулок. Я был сразу за Тиффани и Питером, Зеленоглазка - у меня на спине. Я ожидал чего-то изящного. Но различимый силуэт напоминал по стати скорее медведя, а по чистой массе - небольшое здание. Широкий, плотного сложения, покрытый свободной чешуйчатой шкурой, с такими явными мышцами, что мои первоначальные мысли о его способности летать тут же улетучились. Его глаза светились - не так, как глаза Зеленоглазки, а словно изнутри, собственным яростным светом. Исходящий от него жар отталкивал застывшие в воздухе снежинки. Когда я протиснулся в проход между двумя зданиями, он был футах в восьмидесяти. Проход был настолько узким, что я мог коснуться обеих стен кончиками пальцев, и был загроможден вентиляционными трубами и всяким хламом. Метла, ведро с солью и песком, мусорные баки. Остальные пригибались под секцией вентиляции, которая извергала в переулок пар - до того, как застыла во времени. Я успел сделать лишь два шага вглубь переулка, прежде чем рептилия обрушилась своей тушей на два здания, втиснув голову в проем. Плоть сдавило, оттянуло давлением, обнажив зубы, которые заскребли по кирпичу и бетону с обеих сторон. Она просунула внутрь одну лапу, наклонив голову, чтобы освободить место для конечности, и рубанула ею, царапнув воздух в моем направлении, футах в пяти от меня. Я почувствовал, как Зеленоглазка крепче обхватила меня руками за грудь. "Интересно," - подумал я, - "можно ли будет списать повреждения переулка на то, что какой-нибудь здоровенный грузовик попытался заехать сюда задом, прежде чем понял, что места маловато?" Оно снова взвизгнуло - особенно громко в окружающей тишине замершего времени - и принялось скрести когтями по асфальту и льду на дне переулка, вырывая глубокие борозды, пытаясь протиснуться вглубь. Я пригнулся под выступающей частью вентиляции, уже скорее пятясь, чем убегая - мои движения прикрывали тех, кто был впереди. Маленький переулок озарился оранжево-красным светом сзади, и у меня все внутри похолодело. Словно тонкие струйки слюны, из уголков пасти дракона просочилась воспламененная жидкость, похожая на расплавленный металл или магму. Он втянул голову так, что шеи почти не стало. - Дерьмо! - крикнул Питер. Пути к отступлению не было. И вперед мне не прорваться. Тиффани взбежала по лестнице сбоку одного из зданий, к заднему входу - углубленному дверному проему в стене, Роксана рядом с ней. Путь к спасению или импровизированный защитный "грот". Менада, Безликая и Сатир заворачивали за угол в дальнем конце здания. Я был слишком далеко, чтобы воспользоваться подобными вариантами. Я развернулся. Не к дракону - а к той секции вентиляции, под которой только что пригибался. Я схватил высокий мусорный бак для вторсырья и поставил вертикально, используя как импровизированный щит, хоть и пластиковый. Я прижал его к вентиляционной трубе, спиной к стене. Будучи Бугимэном, я был невосприимчив к некоторым человеческим слабостям. Мое сердце не билось, мышцы не болели, легкие не боролись за каждый вдох. И все же, когда нас ударило - я потерял чувства. Верх, низ, лево, право, вперед, назад, моя хватка на Зеленоглазке, ее хватка на мне, моя способность понимать, где я нахожусь, - все исчезло. Дезориентация, повреждения, моя рука разлетается на куски при столкновении с поверхностью. Огонь, окрашивающий каждую поверхность, поджигающий кирпич и лужи воды. Стирающий все следы зимы в этом унылом, темном переулке. Остался лишь адский огонь. Я горел. Одна рука, часть груди. Горело на удивление хорошо. Переворачиваясь на спину, осознавая, что горю, я увидел пасть дракона. В моей дезориентации мне казалось, что она нависает прямо надо мной, а я нахожусь на дне глубокого колодца, со стенами из огня и дыма со всех четырех сторон. Жидкое пламя лилось из его пасти, словно он сам себя поджег, и ему было все равно. Одна из четырех стен, окружавших меня, оказалась небом, - это я понял, когда дым рассеялся. Я изо всех сил пытался подняться на ноги и отступить к этому небу, несмотря на отсутствие подходящей опоры под ногами, на то, что нога почему-то двигалась недостаточно быстро. Несмотря на то, как чрезмерно яркое пламя, казалось, тащило все назад, в противоположном направлении - куски кирпичной стены, стекло... Словно притяжение звезды. Зеленоглазка кричала. Остальные тоже кричали. Я потряс головой, но это не помогло. Было проще действовать с разбитыми вдребезги чувствами, чем пытаться привести все в порядок. Чтобы убраться, мне нужно было отойти от чешуйчатой твари. Это означало - двигаться вниз, "в колодец". Я скорее ковылял, чем бежал, не ориентируясь в пространстве. Я был на полпути по переулку, а теперь оказался в его конце, окруженный длинными языками пламени, которые из-за своей яркости больше походили на люминесцентные лампы, чем на что-либо, что я когда-либо называл огнем. Остальные оказались по обе стороны от меня. Пара человек выкрикивали указания. Зеленоглазка была там. Она боролась с тем, что часть ее лица, волосы и кончик хвоста горели. Подозреваю, не сиди она у меня на спине - моя голова была бы в таком же состоянии. Ее внимание было сосредоточено на мне, мое - на ней. На мгновение мы оба больше беспокоились о том, что загорелся другой, чем о самих себе. Казалось, это так далеко - оглянуться через плечо. Что-то сломалось от удара, когда меня отбросило первым толчком, и кое-что из этого "чего-то" было частью моей шеи. Огня в пасти дракона стало больше. Кусок стены, где он царапал поверхность, отвалился. Я потянулся к Зеленоглазке - только чтобы понять, что моя правая рука раздроблена. Все еще на месте, но недостаточно целая, чтобы что-либо схватить. Левая кисть была в порядке, но рука и локоть пылали. Я старался держать огонь подальше от тела. Она протянула ко мне руку. Я стиснул ее ладонь и попытался потащить ее за собой, одновременно подгибая ноги, чтобы прыгнуть, рвануть через самый, казалось, проходимый участок драконьего пламени. В огне моя левая нога подломилась. Облепленная застывшим и расплавленным пластиком от горящего бака, который я пытался использовать как щит, - она просто не выдержала. Кость раскрошилась, как мел, а дерево, служившее опорой, по сути сгорело дотла. Зеленоглазка все еще держала меня за руку, не подозревая, что я только что утратил способность стоять, и меня потянуло вниз, прямо на нее. Зеленоглазка что-то прокричала, но за ревом огня я ничего не разобрал. До чего жутко - не испытывать страха посреди всего этого, не быть охваченным ужасом. Мое лицо не искажалось от паники, как у Тиффани и Роксаны. Да даже как у Менады. Я все еще был дезориентирован, все еще пытался осознать, как мир, только что бывший одним целым, в следующий миг превратился в огненный ад и руины. Металл. Обломки вентиляционной шахты или мусорного бака, не разобрать. Он тоже горел, края оплавились. Я схватил этот обломок и подтолкнул его к остальным. - Он снова дышит! - крикнул Питер. Одна рабочая рука, одна нога, одна вопящая, извивающаяся русалка, вцепившаяся в меня. То ли обжигаясь об меня, то ли сама обжигая меня. Я прополз фута два, отталкивая металлический лист, гребя ногой по земле, пытаясь подтянуть себя и Зеленоглазку поближе. Менада дотянулась до меня, подалась вперед и схватила за плечи, ее пальцы впились в деревянные части моего тела. Питер тоже был рядом, но тянулся ко мне куда осторожнее. Металлический лист послужил недолгой преградой огню на земле, и когда меня потащили, он превратился в подобие саней, на которых меня можно было волочить. Не то чтобы это входило в план, но я не жаловался. Все силы уходили на то, чтобы просто удержать Зеленоглазку в надежде, что ее потащат вместе со мной. Огонь хлынул мимо. Струя этой субстанции, сгусток, похожий на слизь или краску, покрыл каждую еще не объятую пламенем поверхность. Там, где огонь уже был, - он вспыхнул с новой силой, разрастаясь, вздымаясь выше. Мое искаженное восприятие показало мне Тиффани, Безликую и Питера - все они стояли надо мной и разговаривали. Или не надо мной? Ощущения были обманчивы - как в колодце со стенами из огня и Драконом в вышине. - Сюда, - я с трудом разобрал слова Менады. - Хватай! Прошло мгновение. - Руна тушения не работает... - сказала Тиффани. - Дерьмо. Какого хрена ты нас в это втянул? - это Питер. - Какого хрена? Где он? - ...Я и не думала, что сработает, но не знаю, что еще могла сделать. Мужской голос чуть поодаль: - Он переместился. Следите за крышами! - Блэйк, - позвал Эван. - Блэйкблэйкблэйк, смотри. Не уходи на свет! Или во тьму! Или куда там тебе положено! Блэйк! Появился Сатир и передал Менаде лопату. Не для снега, а штыковую. Ржавый клинок был в форме лезвия лопаты, соединенный с деревянным древком длиной фута четыре или пять, которое, в свою очередь, заканчивалось обмотанной рукоятью. Менада, выпрямившись, приставила острие лопаты к моему плечу. Она с силой топнула по ней ногой. - Проклятье. Прочное дерево, - сказала она. - Сдвинь толстовку. - Не обожгись! - крикнула Тиффани. - Драконья субстанция очень едкая. Сомневаюсь, что этот огонь вообще когда-нибудь погаснет. Кто-то сдвинул мою толстовку на плече. Острие лопаты переставили. Она снова топнула. Металл вошел в дерево и прошел сквозь него, в плечевой сустав. Она надавила, используя лопату как рычаг, острие заскрежетало по кости глубоко внутри, нащупывая выемку, где суставная впадина соединялась с плечом. Еще один удар ногой - чтобы отсечь. Она руками разорвала ткань моей толстовки, а затем отшвырнула все еще горящую руку с частью плеча в сторону, в глубь переулка. - Теперь нога, - объявила она. - Зеленоглазка, - произнес я. Она бросила взгляд через плечо. Она стиснула зубы, подходя к моей ноге. Я увидел, как Безликая обернулась. Она стояла ко мне спиной, высоко держа сигарету в одной руке, другая рука - в кармане. Смотрит, как горит Зеленоглазка? Тиффани говорила: - Э-э, расплавленный пластик горит уже не так сильно, так что здесь огонь не так быстро распространяется, но... - Он в воздухе, где-то неподалеку, - произнес Сатир, глядя в небо. - Дракон. Менада приставила лопату к моему бедру. Я дернул ногой, лопата соскользнула и вонзилась в брусчатку между моих ног. Она гневно уставилась на меня сверху вниз. - Помоги Зеленоглазке, - сказал я. - Помоги ей сейчас же, или я буду сопротивляться тебе до последнего... - Не заканчивай это предложение, - оборвала она меня. - Или я оставлю тебя гореть вместе с ней. Я стиснул зубы. Она вновь приладила лопату к моей ноге, а затем ударила по ней пяткой. Одного удара хватило, чтобы сломать дерево и кость. Он же отломил штык лопаты от древка. Металл - без сомнения, уже уставший и ржавый - окончательно порвался. - Мм, - протянула она. - Не двигайся. Она склонилась надо мной. - Моя... - начал я. Я даже не знал, как закончить. Как мне вообще описать Зеленоглазку? Мой друг? Моя русалка? Я схватил менаду за запястье, но моя рука раскололась и совсем ослабла. - Черт возьми, помоги ей! - Возможно, ты сможешь призвать ее снова, - заметила она, не обращая внимания на мою хватку, отрывая кусок горящего дерева с моей груди. - Бугимэны возвращаются в Бездну, когда умирают. Они могут всплыть на поверхность. Тиффани озвучила мои мысли: - Это не гарантия, особенно для слабого Бугимэна. Когда мы вызывали ее в ванне... - Угу, - промычала менада. - Нет гарантии, что огонь погаснет, если она умрет. Драконье пламя... оно может сжечь даже ее дух. Менада проигнорировала Тиффани. - Отпусти меня, деревянный человек, или я и эту руку тебе отломаю. Я отпустил ее запястье. - Не дай ему увидеть, - сказала она, подбирая штык лопаты. Я видел блеск в ее глазах, не слишком отличавшийся от того, что я видел на лице Верховного Жреца. Внезапно я пожалел, что отпустил ее. Я видел, как пламя лизало Зеленоглазку, хвост метался из стороны в сторону, пока она продолжала биться, слабее, чем раньше, одна рука поднята, словно она хотела схватиться за лицо, но не могла. Сатир встал между мной и Зеленоглазкой. Ему не удалось помешать мне увидеть, как менада приставила острие лопаты к центру лба Зеленоглазки. Черенка у него не было. Теперь это был лишь жесткий кусок металла. - Девочка. Возьми. Держи крепко. Облажаешься - сделаешь только больнее, поняла? И не дай ей дотронуться до тебя. - Что? - спросила Роксана. - Держи. Это. Крепко. - Зеленоглазка, - произнес я, глядя на копыта Сатира, заслонившего мне обзор. - Блэйк, - ответила Зеленоглазка. Пока Роксана удерживала на месте штык лопаты без древка, менада вогнала его одним резким ударом ноги. Я видел, как хвост внезапно дернулся, метнулся туда-сюда, пока менада не наступила на него, чтобы прекратить конвульсии. Часть плавника и немного волос все еще горели. Менада наклонилась и срезала волосы и плавник, словно для подстраховки. Это уже не имело значения. Хвост не двигался. - Ах, - сказал Эван. - И фу. Но в основном ааах. Черт! - Нам нужно идти, - сказал сатир. - Он выслеживает нас. - Кто-нибудь должен поднять деревянного человека, - сказала менада, - и это буду не я. Не после того, что он сделал с моей сестрой. Даже если я уже получила свой фунт его плоти, я не доверяю себе рядом с ним, и я не доверяю ему. Я сделал все, что мог, чтобы попытаться подняться. Безмолвно. У меня осталась только одна целая конечность. Моя грудь тоже была изрядно повреждена. Сила у меня была, но никакой структурной целостности и ограниченная подвижность. И все же, я подполз к Зеленоглазке. Эван примостился на ее хвосте. Безликая все еще стояла над ней. - Ай, - пробормотала Зеленоглазка, увидев меня. - Ох, ух ты, ай. Мои глаза немного расширились. Ей пришлось повернуть голову, чтобы увидеть меня. Лезвие лопаты содрало ей половину лица, вместе с глазным яблоком. Обнажилась кость - там, где не было рваного мяса. Она подняла руку, чтобы прикрыть эту половину лица. Я протянул свою изувеченную руку и схватил ее руку. У меня оставалось всего три целых пальца, и, пытаясь сжать ее ладонь и потерпев неудачу, я лишь ухватился за ее пальцы. Мне пришлось отпустить, когда Питер - пытаясь поставить меня на ноги - подставил мне плечо и сам поднялся. - Легче, чем кажешься, - сказал он. - Ага. - Тифф? - спросил он. Тиффани подхватила меня под другое плечо. - Мое лицо, и мой глаз, - услышал я бормотание Зеленоглазки. Не мне. Иронично, но она обращалась к Безликой. - Лицо было так себе, но... Я увидел, как Безликая наклонилась. Я не хотел ничего говорить, опасаясь, что минутная злоба может заставить Безликую сделать еще хуже. Но она не использовала свою способность сращивать плоть. Она помогла Зеленоглазке поудобнее устроиться, и я увидел, как волосы Зеленоглазки были зачесаны на одну сторону лица. Завеса из волос, таких бледных, что они казались почти прозрачными. Она улыбнулась мне снизу вверх, но улыбка вышла немного кривой. "Ты не должна быть такой позитивной после того, как нас обоих покалечили." - подумал я. Нам потребовалось мгновение, чтобы наладить шаг, меня поддерживали двое. - Драконы так похожи на тех, что в видеоиграх, - сказал Эван. - Эм, нет, - сказала Тиффани. - В видеоиграх любой парень с мечом может убить дракона. Здесь такое возможно, только если вмешается бог, или если ты черпаешь силу сравнимой мощи. - У нас же есть выход на богов, верно? - Только если кто-то хочет тащиться обратно к дому, - сказал Питер. - Чур не я, - сказала Роксана. - Чур не я, - тут же отозвался Питер. - Никто из нас сейчас обратно не потащится, - сказал я. - Ты уж точно нет, - сказал Эван. - У тебя всего одна нога. - Да, Эван. Спасибо, Эван, за это напоминание, - сказал я. - Тиффани, ты что-нибудь знаешь о драконах? - Немного. Они были второстепенной темой в одном исследовании, которое я проводила для Роуз. Об отпечатках и духах. Для Эвана и для вас двоих. - Объясни. - Драконы - это... их иногда называют зацепами, или рекурсивными петлями, или, эм, черт, не могу вспомнить слово. - Слово "Проблемы" подойдет? - спросил Питер. - Проблематичные твари. - Эм. Конечно. Большинство такие. Некоторые считают, что драконы появляются, когда что-то питается само собой. Каждый дракон уникален, и некоторые из них более стихийные, или в основном стихийные, или духовные, или божественные. Что-то вроде меньшего бога, который поклоняется самому себе, или элементаля, который поглощает больше, чем отдает. Они появляются, только когда звезды сходятся как надо, а попытки их создать обычно заканчиваются... - Проблемами, - снова сказал Питер. - К этому ведь все в основном и сводится, да? - Эм. Не совсем. Я не говорю, что ты неправ, но... - Я прав. - Да, - согласилась Тиффани. - Да, - повторил Питер. - С рекурсией линейные правила не работают. Так что они редки, уникальны и обычно дикие, не всегда рептилоидные, но есть что-то в памяти, в том, что мир помнит динозавров или что-то в этом роде, так что это более распространено, поскольку данному клубку противоречий нужна точка отсчета, но... - Как нам их остановить? - прервал я. - Э-э. Никак. Их не так-то просто остановить. Раздался визг, так близко, что мы всей группой едва не сбились с шага и не упали. Прямо за ближайшим зданием. Голос Тиффани стал на тон тише. - У большинства Иных есть слабые места. Как только что продемонстрировал Блэйк. Его даже не задело напрямую, а мы его чуть не потеряли. Фэйри - ударь их чем-нибудь грубым, и они не справятся, во многих смыслах. Гоблинов - бей их изысканностью, хитрыми идеями и пассивными методами. Но Драконы - другие. Как я уже сказала, они - клубок противоречий. - Поясни, - попросил я. Я осознал, как напряжен, после того, что едва не случилось с Зеленоглазкой, и добавил: - Пожалуйста. - У них нет полярной противоположности. Большинство из них - это амальгама. Стихий, духа, животного начала и кошмаров, помимо всего прочего. Их нужно побеждать их же оружием. Бывают драконы, состоящие целиком из яда, до такой степени, что одна капля их отравы может зачистить целое озеро. Тогда тебе нужно превзойти их в ядовитости. В некоторых областях Востока встречаются драконы, которые больше духи и элементали, вроде драконов гор и... это как если бы тебе пришлось уничтожить гору, припечатав горой побольше. - Как ты... - начал я. - Неважно. Ты хочешь сказать, единственный способ убить того огнедышащего - это огонь погорячее? - Нет, - ответила она. Ее голос стал еще тише, когда мы приблизились к концу улицы. - Не знаю. Превзойти его суть. Большинство из них - жестокие машины для убийства. Так что... если хватит смелости, можно попробовать обычные методы. Сразиться с ними в бою. В конце концов кто-нибудь преуспевает. Обычно при поддержке какой-нибудь значительной силы. Обычно бога. Что и делает их редкостью. - У кого нибудь есть бог в помощь? - спросил Эван. - Черт, - выругался я. - А что насчет Великанов? - Их чертовски проще описать, - ответила Тиффани. - Эм. Уединенные. Большие. - В общем-то и все, - сказал Сатир. - Но они кровоточат, если их чем нибудь ткнуть? - спросил я. - Они на грани исчезновения, - сказала мне Менада. - Не могут размножаться, не осталось достаточно старых или суровых богов, чтобы создавать новых. Кроме, может быть, тех мест, откуда ты. Но они не такие авантюристы, чтобы мотаться с места на место, все знают, что трогать Великана - неправильно. Или должны знать. - А если Великан вон там погонится за нами? - спросил я. - Метафора. Представь ситуацию, - предложила Менада. - Один из последних слонов в мире бросается на тебя, твоя жизнь очевидно на кону. Ты будешь в него стрелять? - Не знаю, - ответил я. - Я понимаю твою мысль. Я сделаю это, технически это будет нормально, но чертовски много людей не будут смотреть на вещи технически. - Так, - подтвердила она. - Понял, - сказал я. - Вопрос: как, черт возьми, Йоханнес заполучил этих тварей, и... Раздался отдаленный вой. Намекающий на то, что мы имели дело не только с Великаном и Драконом. - ...и почему они такие чертовски сложные? - Кажется тут вообще все чертовски сложное, - сказал Питер. - И... - Проблематичное, - подхватил Эван, когда Питер закончил фразу. - Йоханнес владеет ими, потому что предлагает убежище, - пояснила Менада. - Тоже самое, что наш Верховный Жрец делает для нас, своих последователей, только Йоханнес делает это для любого, кто готов играть по его правилам. У Великанов есть враги, так же как и защитники, и даже если защитников значительно больше, чем врагов, - есть те, кто охотится за ними, и Йоханнес предоставляет им еще одно укрытие, вроде этого. Только с Драконом все иначе. - Он неразумен, - добавила Тиффани. - Почти животное. - Тогда у животного должен быть укротитель? - спросил я. - Возможно, - ответила Тиффани. - Это уже кое-что, - сказал я. - Но подозреваю, Йоханнес учтет ошибку Сандры. Он не станет подставлять свое горло под удар. Если только мы его не заставим... Я услышал низкий гул. Совсем рядом. - ...Как-нибудь, - закончил я, понизив голос. Меня словно на куски разобрали. Я не мог сражаться! Дракон был близко. Все не могло быть просто. Мы все разом отпрянули, когда дракон выехал на перекресток. Задев старенький пикап, огромный чешуйчатый зверь сдвинул машину с парковочного места, вытолкав ее на середину дороги; бампер был почти полностью содран. Эта чертова тварь выглядела так, будто могла бы справиться с четырьмя современными танками и победить. Чья-то рука схватила Питера за ворот рубашки, оттаскивая его назад - а вместе с ним и меня. Сатир. Он приложил палец к губам. Великан, как оказалось, был тихим. Он двигался неторопливо, но я подозревал, что в забеге на длинную дистанцию он обогнал бы бегущего человека благодаря огромному шагу и бесконечной выносливости. Прошло семь или восемь секунд, пока он приближался к нашему общему местоположению. Он выдохнул на ходу - долго и тяжело. Горячее дыхание клубилось паром и замерзало на густой растительности на лице великана. Его лицо казалось высеченным из камня. Когда он поворачивал голову то в одну, то в другую сторону, раздавался звук, похожий на оседание здания. Каждое движение было медленным, рассчитанным, словно он все тщательно обдумывал, решая заранее, а затем исполняя. Он перешагнул через пикап, словно мимоходом, поворачивая голову в ту сторону, куда ушел дракон - за перекресток, через квартал и дальше по улице. Наклонившись, он одной рукой схватил пикап, который задел дракон, и поставил его на место. Он остался стоять, согнувшись, все еще держа руку на грузовике. Я не мог разглядеть его лица. Только его спину, одну ногу и килт из чего-то похожего на коровьи шкуры, сшитые в цельное одеяние ремнями толщиной с мою уцелевшую руку. Я увидел, как напряглась его нога. - Черт, - выругался Питер. - Я не вижу... - начал Эван. - Вперед! - крикнул я. Одно медленное, непрерывное движение. Поворачиваясь против часовой стрелки, все еще держа пикап в руке, другой рукой он оперся о крышу здания для устойчивости. Великан швырнул в нас пикап снизу, запустив его вдоль всей улицы с односторонним движением, на которой мы находились. Роксана взвизгнула. Грузовик все еще был в воздухе, когда она закончила визжать. Машина ударилась о землю, недалеко позади нас, кувыркаясь через крышу, непредсказуемо... Сатир перепрыгнул через него, когда тот катился, сделав впечатляющий прыжок. Зеленоглазка, припав к земле, просто перекатилась, когда он проскрежетал мимо. Менада сбила Тиффани с ног и оттащила ее в сторону. Питер, перегруженный, попытался двигаться слишком быстро - и упал, увлекая меня за собой. Грузовик прокувыркал мимо. Безликая, что была дальше впереди, обернулась как раз вовремя, чтобы встретить его, когда он, уже теряя скорость, заскользил к ней. Она отшатнулась, пытаясь выставить руки, чтобы остановить его, а затем упала. Мгновение спустя она поднялась и отряхнулась. Великан маячил в дальнем конце улицы. - Ту! - крикнул великан, и его голос отозвался эхом, почти как колокол. - Фи-фай-фо-фам, - пробормотал Питер. Получив полную свободу действий, они учиняют разрушения, которые будет еще труднее объяснить. Как местные жители все это воспримут, когда люди проснутся? Пожар, уничтоженные машины и разбитое городское имущество? Война? Назовут это ночным авиаударом? Что-то еще? Это все играло Йоханнесу на руку. Люди уедут, весь город рухнет в Бездну, а Великан и Дракон... Ну, полагаю, они были достаточно сильны, чтобы выбраться. Наверное. Дракон обьявился в нескольких метрах от великана. Усевшись на крыше, он замер. Великан протянул руку вверх и вонзил толстые пальцы в свободно облегающую шкуру дракона. - Это все объясняет, - сказал я. - Хозяин дракона. - Почти очевидно, если подумать, - заметил Питер. - Ро! - взревел великан это слово. Кажется это значило "Атаковать". Дракон, все еще сидевший на крыше, снова начал изрыгать пламя. Я оглянулся на переулок, который все еще горел. Огонь и дым на глазах застывали во времени - эффект снова вступил в силу, когда мы покинули место. - Дерьмо, - пробормотал я. - Ага, - сказал Питер. - Точно сказано. Я попытался двинуться, но получалось не очень. Питер, в свою очередь, попытался помочь мне встать, но когда это удалось, все стало еще сложней. Он мог помочь мне, - но он не мог одновременно помогать мне и двигаться быстро сам. Дракон дыхнул. Сгусток огненной жижи пронесся по дуге, оставляя за собой струю и брызги. Несколько огненных капель упали на плечо великана, и он их смел. Огонь ударил в землю прямо посреди нас, жидкость хлынула по диагонали через всю ширину улицы, от тротуара до тротуара, прежде чем врезаться в припаркованную машину. Фактически отрезав нас друг от друга. - Мне нужна древесина, - сказал я, когда пламя охватило припаркованную машину. - Мне нужно тело. - Я бы очень хотел, чтобы у тебя было тело, - ответил Питер. - И чтобы у меня тоже было тело, когда все это закончится. Это, между прочим, мой приоритет. Без обид. - Никаких обид, - сказал я. Дракон прыгнул. Он не столько летел, сколько планировал. Он использовал горячий воздух от огня для небольшого дополнительного подъема, но был слишком тяжел, чтобы по-настоящему подняться на восходящем потоке, каким бы огромным ни был размах его крыльев. Слишком плотный. Он приземлился на припаркованную машину, и горящая слизь разлетелась во все стороны. Клянусь, когда он рванулся вперед - Дракон улыбнулся. Пуская слюни на пылающую машину, он вцепился когтями в металл, швыряя горящие обломки в сторону Тифф, Роксаны и Менады. Группа разбежалась. Менада разбила витрину магазина - как раз вовремя, чтобы девушки успели скрыться внутри. Дракон снова начал набирать огонь в пасть, чтобы плюнуть. Я слышал лишь отдаленные крики. - Оставь меня, - сказал я. - Беги. Прячься. Питеру не надо было повторять дважды. Он бросил меня прямо посреди улицы и побежал. "Так вот какую силу способен обрушить Йоханнес..." - подумал я. Я извернулся. Одна целая нога, одна почти целая рука. Я "направился" к ближайшему магазину. Туристическая одежда. Ботинки. При этом я двигался со скоростью, может быть, две мили в час. Черепашьим шагом, к тому же я был на открытом месте. На виду у Великана. Дракон как раз в этот момент гнался за движущейся добычей. Вытянуться вперед, подтянуться еще на фут или два, цепляясь пальцем ноги за снег и лед, чтобы оттолкнуться, используя сломанную руку или острый край локтя. Там, где подо мной был лед, можно было скользить вперед, но труднее было найти опору. Там, где была дорога и снег, все было наоборот. Легко не было нигде, почти как в Стоках. Вытянуться вперед... Великан рванулся вперед. Темные глаза, размером с взрослого человека - теперь сосредоточились на мне. Я продолжал двигаться, потому что мало что еще мог сделать. Питер уже давно исчез. Эван отвлек Великана, пролетев мимо, прямо на уровне его глаз. Он сделал это снова. Затем он отступил. Он учился. Снова переместившись, чтобы помочь остальным с Драконом. Сатир достал оружие и метнул камень в Великана. Едва ощутимый шлепок, но он привлек его внимание на мгновение, а мгновение, по-видимому, было значительным отрезком времени для Великана - столь неповоротливого (хоть и решительного) существа. Я добрался до основания витрины магазина на другой стороне улицы и ударил Гиеной по стеклу. Стекло разбилось, осыпавшись вокруг меня дождем осколков. Великан приблизился, преодолев за полшага большее расстояние, чем я за последние минуты. Он наклонился. Я прополз внутрь, через битое стекло, в магазин. Я скатился к основанию витрины. Рука просунулась внутрь, разламывая витрину еще шире. Пальцы заскребли по стенам. Они коснулись меня, задели и еще больше разрушили мое и без того лишенное руки плечо. Но на ощупь я был всего лишь еще одним куском дерева. Окруженный обломками дерева - пусть и мертвой древесиной, не ветками - я начал приводить себя в порядок. Одна щепка в руку, чтобы иметь некое подобие большого пальца, затем кусок дерева побольше - деревянный протез ноги. С этого момента я мог двигаться. Я мог ковылять. Через магазин, к запасному выходу сбоку. Полквартала вниз, к центральной улице. Старомодные здания магазинов. Деревья на определенном расстоянии друг от друга, листва опала на зиму. У их оснований - сломанные ветки. Зная, что каждая секунда на счету, я начал собирать себя. Сначала ногу, на случай если великан меня заметит. Затем... Я подумал о видении, которое даровала мне Бездна. Картину моего возможного будущего в Стоках. И о том, как летел Дракон. Не руки. Крылья полезнее. Я принялся за сборку.